Врата. Книга 1. Интервенция

А вот срочников почему-то не прислали, хотя они сейчас очень даже пригодились бы… Поэтому разгрузку всего добра пришлось организовывать оперативно выловленными «чужими» бойцами, которые занимались перепланировкой легионного лагеря.

Данный лагерь был хорошо спроектирован с точки зрения армии средневековья, но совершенно не подходил солдатам двадцать первого века. Частокола, наблюдательных вышек и ровного места для установки палаток было абсолютно недостаточно – требовалось оборудовать парк, столовую, полевую кухню, склады боеприпасов и ГСМ…

Попутно тащилось всё, что могло сгодиться в хозяйстве и плохо лежало. А что лежало хорошо, то перекладывалось и всё равно тащилось.

Поломанный частокол уже весь убрали, а вот целый пока что не трогали. Палатки легионеров тоже поубирали, взамен них разбивали обычные армейские. По правде, это был тот ещё размен шила на мыло, но порядок же должо́н быть?

Площадку под технику ещё готовили, да и собой нужды в ней пока что не было – всякие грузовики на этой стороне особо не задерживались, а бронетехника в основном закопалась в капонирах по периметру лагеря.

В перспективе планировалось сделать ещё и выносные блокпосты – фортификация, то-сё, строго по науке… Правда, приоритетнее была прокладка проводов для освещения и связи.

К тому же это ведь не просто полевой выход – ситуация без шуток боевая. Поэтому лагерь не просто перестраивали, а превращали его в укреплённую базу.

Загрузить работой срочников не было возможно ввиду малого количества и озадаченности оных, поэтому в ход пошли не лопаты и ручной труд, а бульдозерные отвалы танков, самоходок, и инженерная техника.

Базу окружили глубокие противотанковые рвы, которые вряд ли были менее эффективны против средневековой пехоты, чем против танков. Привезли колючую проволоку, пустые мешки, бетонные плиты, цемент и ящики с противопехотными минами.

Что касается связи, то по сотовому позвонить из этого мира в другой вполне ожидаемо не получалось. Поэтому первым делом протянули древнюю, как бивни мамонта, проводную связь… И это сработало. А то Сергей уже было заопасался, что бегущие по проводам электрончики откажутся пересекать барьер между двумя измерениями, но нет – обошлось…

Вообще место расположения лагеря ему не слишком нравилось, поскольку оно не было господствующей высотой над степью вокруг. Правда, был один небольшой холм в паре километрах правее, но отдаляться из-за этого от врат было натуральным идиотизмом.

Но вот корректировщика там посадить всё равно надо бы… Позже. Когда начнётся нормальное обустройство лагеря и окрестностей, а не экстренное окапывание. Возможно, корректировщика посадят и где-нибудь в более удобном месте, которое пока что просто не нашли – разведки местности-то толком ещё не проводилось. Ну, кроме облёта лёгкими беспилотниками окрестностей вокруг лагеря. Более серьёзная разведка должна была начаться, как только сюда будут доставлены нормальные беспилотники, а не лёгкие квадрокоптеры. А вот в обычный разведывательный дозор Вяземскому по плану надо было отправляться на БТРе уже завтра – несмотря на весь технический прогресс, дронам начальство пока что доверяло не так сильно, как традиционной разведке.

В общем, закреплялись серьёзно.

Ближе к вечеру работа начала потихоньку стихать, потому как её было ещё дохренища, но бросить решительно всех на копательно-строительные работы было бы преступным идиотизмом. Ведь, если что, российские солдаты вторглись на однозначно враждебную территорию, и сейчас караулы и часовые были не просто традицией, а суровой необходимостью.

Также к вечеру при поддержке внутренних войск сквозь врата прошли полицейские и начали организованно забирать пленных. Насколько Сергей понял из обрывков разговоров, для них около Владимирска организовывали что-то вроде фильтрационного лагеря, так что держать их по эту сторону врат не было никакого смысла.

Кравченко убыл на ту сторону для совещания и, пользуясь этим, кое-кто из офицеров и контрактников тоже решил слинять на ту сторону домой…

Очень умно, ага.

Выставленная около врат охрана из двух десятков солдат, окопавшихся и ощетинившихся оружием, серьёзной преградой для утекающих не стала. Однако к удивлению Вяземского, через непродолжительное время беглецы начали возвращаться обратно, нецензурно возмущаясь несправедливостью и жестокостью обоих миров. Сергей тихо, по-разведывательному, влился в следующую группу, попытавшуюся пройти обратно на Землю, дабы выяснить причину возвращения. А заодно и попробовать дозвониться до родных.

– Что за?.. – неприятно удивился кто-то из офицеров-инженеров, как только оказался на той стороне.

По ту сторону врат обнаружились заграждения и десятки людей в новеньких противогазах и с автоматами в руках.

Автоматы эти пока что вежливо висели поперёк груди, а расставленные вокруг пулемёты и гранатомёты не менее вежливо пялились в небо, но…

– Не положено, – донеслась из-под маски глухая и хриплая, но довольно отчётливая реплика. – Карантин.

– Да какой ещё, нахрен, карантин?! – начал постепенно злиться маленький и тощий капитан. Фамилию его Сергей так и не смог вспомнить, но, кажется, типчиком он был довольно неприятным…

Эта охрана, в отличие от бывших до них полицейских, оказалась куда несговорчивее, и пропускать кого бы то ни было без особого разрешения отказалась наотрез.

– Да у меня там!..

– Отставить, – глухо рыкнул появившийся из-за спин охранников Кравченко. – Чего у тебя там? Семеро детей не кормлено, или, что вернее – любовница не трахана? Потерпишь, не облезешь. Чего встал? Задач, что ли больше нет, чем в город бегать? Кругом марш! Всех касается. Нечего туда-сюда сновать, как челноки. Мы теперь режимный объект, мать его так. Понятно, нет?

Капитан, да и все остальные почли за лучшее не спорить с майором, известным своим крутым нравом не то что всему военному городку – всей бригаде, и ретировался обратно в портал.

Спустя всего пару дней уже никто не выказывал ни малейшего удивления по поводу прохода в иной мир.

Ну, проход. Ну, в иной мир. И что? От этого, что ли рапорты не надо писать и обязанности свои не выполнять? Да хренушки.

Так что пользовались вратами с не меньшей обыденностью, чем каким-нибудь КПП…

– Э, Серёга. А ты чего тут забыл вместе с этими бобрами? Тоже лыжи куда-то навострил? – нехорошо прищурился Кравченко.

– Никак нет, просто решил узнать, чего это они обратно возвращаются и матерятся как сапожники. Ну и бате с сестрой хотел заодно позвонить. А это что, карантин какой-то, что ли?

– Такие вот дела, Серёга, – сообщил Вяземскому майор. – Как минимум на месяц мы там застряли. Карантин, как он есть. Сейчас вообще такая клоунада была, что просто атас – совещание проводят, а все понаехавшие либо в респираторах сидят, либо из соседней комнаты телемост наводят.

Появление карантинной зоны было не слишком приятным, хотя и ожидаемым явлением. Если уж и дальше продолжать экскурсы в историю, то больше всего туземцев гибло не от пули и мечей конкистадоров, а от привезённых ими болезней. Даже банальной кори или коклюша.

К тому же может быть верно и обратное: подцепить какую-нибудь Эболу и расплыться в кровавую кашу – тоже удовольствие небольшое…

– И что сказали, Денис Юрьевич? – поинтересовался Сергей.

– А чего они скажут? – хмыкнул майор. – Разбираются как надо, наказывают кого попало… Рыжику, правда, за дело влетело – не быть ему теперь командиром бригады, а быть ему отставным военным без пенсии. И это в лучшем случае. А то пока мы все по городу носились, он у себя в хате отсиживался – понял, нет?

Эге… Да за такое не то что звёздочек лишиться, можно и небо в клеточку увидеть…

– Короче, пока суд да дело, да служебные разбирательства, нам поручено закрепиться на той стороне врат и держать оборону. Если мы для местных будем не опасны, то начальство что-нибудь придумает.

– А если они будут опасны для нас в бактериологическом плане?

– Ну и царствие нам тогда небесное. Но пополнение обещали прислать, техники и припасов – тоже. А, да. И командую всем этим шалманом официально пока что я, а то дяди-полковники попали под расследование, нескорое и несправедливое… Там командования понаехало – мама не горюй. Армейские, окружные, московские, прокурорские… Звёзд на погонах больше, чем на небе. На завтра борт министра обороны ждут.

Ну да, всё-таки не каждый день в каком-нибудь городе открывается портал в другой мир, и оттуда вываливаются агрессивно настроенные легионеры, маги и драконы.

Велика Россия, но даже в ней такой ерунды никогда прежде не случалось. Вроде как.

– Ну, если к делу подключатся московские, то нам здесь точно ловить нечего, – заметил Вяземский. – Посидим месяц в поле, а после этого, если ничего не случится, то нас сменит какая-нибудь спецура и прочие особисты…

Кравченко хохотнул.

– Ты чего, ещё не понял? Мы уже вляпались по самую фуражку. Ты по телефону давно звонил?

– С той стороны не берёт, а на этой тоже связи нет… Вышка, наверное, где-то навернулась…

– А я тебе больше того скажу, Серёга – мобильную связь во всём городе отрубили. Точнее она сама навернулась к вечеру того дня, а чинить её особо и не торопятся до сих пор. С интернетом та же ерунда. И насколько знаю – на всех выездах кордоны, которые заворачивают народ обратно. Я по обычному телефону домой только и дозвонился. Ради интереса попробовал набрать межгород, но фиг там. В блокаде мы. Территориальной и информационной, чтобы не дай бог, ничего лишнего не утекло…

– Так всё равно же утечёт, – возразил Сергей. – Уже утекло. Интересно, сколько сейчас в Сети уже бродит фото и видео того, как по Владимирску шляются легионеры и кавалерия? Двадцать первый век же – заснял и сразу же в интернет можно выложить…

– Ну и? Ну, выложат, и что? Скажут – фотошоп, скажут – флешмоб, фиговая шутка или ещё какое фе. Когда врут каждый день и на каждом шагу, как можно верить во что-то безоговорочно?

– Но информация всё равно просочится.

– Да, с этим ничего не поделать, – кивнул Кравченко, шагнув сквозь белое марево врат. – Главное, чтобы все наши заграничные «партнёры» не знали всего, а то…

Ну да, целый мир, пригодный для колонизации и освоения кому угодно вскружит голову. Пусть он даже особо и не нужен, но всё равно будет взят, дабы не достался другим. Очень армейский метод мышления, да…

Пожалуй, Россия вообще меньше всего заинтересована в новом мире. Ресурсы и жизненное пространство? Да этого и на Земле хватает, хоть жуй ртом и попой. С ресурсами и пространством тоже полный порядок – это людей не хватает, чтобы уже имеющееся освоить…

Вот прям как с чемоданом без ручки дилемма – и бросить жалко, и нести неудобно. А бросишь – того гляди, кто-нибудь ушлый подберёт, прикрутит запасную ручку, радары и противоракеты, и станет чемодан враждебным и опасным…

Парадокс. Столбить территорию, враждовать с аборигенами, учитывая, что эта самая территория, в принципе, и не особо-то нужна…

А вражда будет. Если вспоминать историю земной Римской империи, дипломатию она понимала только вкупе с процессом непрерывного навешивания ударов. Если не получилось завоевать нахрапом, местные наверняка соберут армию побольше и снова полезут. Уже чисто из принципа, если они действительно большая и крутая держава.

Не получится завоевать – попробуют купить…

Правда, чего они могут предложить такого, что могло бы удивить вынюхивающих углеводороды господ из Роснефти и Газпрома?

– Ты рапорты-то уже начал писать? – вернул Вяземского с небес на грешную иномировую землю Кравченко.

– Да когда бы, Денис Юрьевич – весь же день, не покладая рук…

– А, ну ладно. Всё равно у тебя в запасе ещё целая ночь.

– Денис Юрьевич…

– Чего Денис Юрьевич? Я уже тридцать пять лет Денис Юрьевич. Меня за эти чёртовы бумажки крепят, а я вас буду крепить и тебя в том числе. Майоры – это для полковников, а старлеи на капитанских должностях – это уже для майоров. Так что иди, крепись, ищи штабные палатки, где уже развернули ноуты и принтеры, договаривайся… Ну, не мне тебя учить.

– Убил военного – спас дерево, – пробурчал Сергей. – Чёртова канцелярщина.

– Во-во. А с вас ведь ещё немного бумажек требуют – расходы всего, да отчёты обо всём… А с меня ещё больше. Проводная связь, будь она неладна… Было бы можно – я бы все эти провода уже топором втихую покромсал. Как связь обеспечили, так начальство как с цепи сорвалось… Бумажек требуют столько, будто застряли в сортирах и у них там в желудках сразу революция с контрреволюцией идут. Завтра в дозор?

– Так точно.

– Счастливый, – позавидовал майор. – Тоже хочу в дозор. А то завтра ожидается нашествие особистов, и будет нам утро стрелецкой казни…

Сергей подумал, что перед этим утром кое-кого ожидает ещё и Варфоломеевская ночь с минимумом сна, но обилием писанины.

– А насчёт связи со своим не беспокойся – придумаем что-нибудь.

Когда Вяземский вернулся к месту, где был развёрнут филиал разведроты при БТРе и необъятном количестве барахла, старлея удивили палатки. Две штуки, небольшие – где-то на десяток человек каждая, и которых в роте отродясь не водилось.

Впрочем, у кого ещё в российской армии имелись трофейные палатки иномировых легионеров?

Вокруг палаток расхаживал жутко довольный старшина роты – старший сержант Новиков.

– Саня, это откуда? – поинтересовался у него Вяземский.

– Оттуда, – многозначительно произнёс старшина. – Представляешь, Серёга, иду себе, а они лежат… Ну, совершенно бесхозные! Вот я и решил, что роте палатки пригодятся.

Старлей запасливость и хозяйственность Новикова всецело одобрял. Спать в хоть какой-нибудь, но палатке всегда лучше, чем в спальном мешке под открытым небом.

– Одна для нас, чтобы спать. А вторая?

– А вторая, чтобы ротное добро под открытым небом не лежало. А остальные – в запас. На всякий случай.

– Остальные? – уточнил Вяземский.

– Да ты только глянь, Серёга!.. Кожаные, новенькие, качество – во! А валяются совершенно к делу непристроенные – прямо сердце кровью обливается… Ничего, я уже на всякий случай на всю роту запас. Мало ли что…

Если старшина говорил «на всю роту», то это означало «много», потому как по факту в разведке было тридцать с небольшим человек, а по штату – больше семидесяти. Однако когда подвал казармы по весне подтопило, выяснилось, что запаса одной только обуви, накопленной запасливым Новиковым хватило бы не то что на роту, а на полнокровный батальон.

– Ноут мой из канцелярии взяли? – спросил старлей.

– И ноут, и принтер, и «дырчик», – сообщил старшина. – И даже брошюратор с ламинатором. А перед убытием загнали твою «Калдину» в наш бокс в парке, чтобы чего не вышло.

Вяземский заметно приободрился – с таким богатством никакая канцелярщина не страшна. А учитывая, что вряд ли все подразделения в округе были столь запасливы, за услуги по печати можно будет добыть что-нибудь необходимое…

Ну и о машине теперь беспокоиться не требовалось. А беспокоиться о бесхозных машинах на территории части приходилось всегда – если уж хозяйственные прапорщики не стянут колёса, то вечно страдающая недостачей охрана складов ГСМ всё топливо сольёт.

Рядом загрохотал электрогенератор, а затем одну из палаток изнутри осветил неяркий свет. Из-за БТРа показались Олег и Руслан, вытирающие руки.

– Говорил тебе – в свечах дело. А ты – бензин хреновый, бензин хреновый…

– Вот чего ты ко мне пристал, а? Всё ж заработало – я ж механик-водитель.

– Я с тебя шизею, товарищ нехват-вредитель. Если ты «дырчик» починить не можешь, то как тебя к БТРу подпускать?

– Ну, и не подпускай – сам в нём ковыряйся. Я, если ты не знал, вообще ни с чем кроме «Уралов», «Камазов» и «мотолыг» дел не имел… О, командир вернулся.

– Что слышно? – поинтересовался у меня Олег. – Мы тут надолго или как?

– Минимум на месяц.

– Как на месяц?! – Саня даже подскочил. – Мне же в отпуск через две недели!

– Ну… – Сергей почесал нос. – Выходит, накрылся твой отпуск одним местом.

– Твари. Вонючие!..

– Зато будут платить боевые, – подсластил горькую пилюлю старлей. – Ну, и вроде как, если будем тут оставаться надолго, то боевые уберут, но дадут надбавки за секретность и особые условия, и так далее…

Лицо старшины отразило совершенно бешеную работу мозга, пытающегося вычислить зарплату исходя из таких новостей. Выходило, похоже, что более чем прилично.

– Надо пожрать, – заявил изрядно повеселевший Новиков.

Ужин у разведчиков сегодня был очень поздний, но раньше поесть просто не удавалось. Поэтому из палатки был извлечён светильник, подключённый к генератору, расставлены стулья и просто ящики, и извлечены остатки сухих пайков.

Впрочем, от оных сухпайков оставался только чай, поэтому основным блюдом стала самая банальная лапша быстрого приготовления, приправленная майонезом.

– Сухпай – отличная вещь, – задумчиво произнёс старшина, включая небольшую газовую плитку и кипятя чайник. – Если только не жрать его неделями кряду. А ещё – его мало.

– Да это не сухпая мало, а просто в тебе глистов много, – моментально среагировал Руслан. – Сам худой, как вобла, а жрёшь, как не в себя.

– От кишкоблуда слышу. Сам-то, когда оголодаешь – савсэм дыкий становишься, да? Помнишь рулетик, что ты у меня сожрал?

– Твою!.. Да ты уже совсем двинулся с этим рулетиком! Я ж тебе два новых купил!

– Это был неравноценный обмен – они были не такие вкусные.

– Вот сколько можно уже про жратву говорить, а? – возмутился Вяземский. – Проглоты земли русской… Вы как угрозу НАТО будете создавать – объедите вражескую армию? Я вот, между прочим, уже второй день без «первого» живу… И второй день без «второго»!

– И третий день без компота! – ужаснулся старшина. – Я бы так не выдержал.

– Кстати, о жратве… – Олег достал из сумки бутылку. – Кто будет?

– Уговор был пожрать, а не нажираться, – наставительно произнёс Новиков. – Давай. Где мой большой стакан?.. Сделал дело – можно и водовки попить.

– Командир?

– Мне чуть-чуть, – зевнул Вяземский. – А то ещё гору бумажек надо подготовить… Ты, кстати, спиртосодержащее береги – мы, походу, тут надолго застряли и неизвестно, когда запасы можно будет пополнить.

– Командир, ну кого ты учишь, – ухмыльнулся Олег. – Всё уже продумано и просчитано…

– Раз всё продумано и просчитано, то угостите уже командира сигаретой.

– Ты же бросаешь? – прищурился Руслан.

– Да как тут бросишь-то с такой хренотенью… – вздохнул Сергей.

– Фигня, – авторитетно заявил Новиков. – Бросить курить – как не хрен делать. Да я сам уже раз пять бросал!

Поздний вечер сменила ночь, опустившаяся на военный лагерь. Смолк шум работающей техники, эхом оставив после себя тарахтение генераторов. Территорию вокруг освещали развешанные на столбах лампы; патрули солдат и экипажи машин заступали в дозор.

– Как думаешь, командир… – произнёс Олег. – А что дальше?

– А что тут думать-то? – проворчал Руслан. – Если это действительно другой мир, планета или измерение, то мы тут либо останемся, либо свалим, напоследок взорвав врата…

– Реально думаешь, что мы тут останемся? – усомнился Новиков. – То есть всё чин-чином – воткнём в землю триколор и провозгласим всё вокруг владениями Его Величества Президента Всероссийского?

– Утрируешь, – поморщился Вяземский. – Хотя, если мир ничем особенным не будет отличаться от нашего, то базу оставят на постоянной основе. А где база – там и городок. А где городок – там и город. А где город, там и область можно замутить… Сколько у нас там сейчас субъектов в стране? Ну и будет ещё один.

– Кста-а-ати… – протянул старшина. – А это реально какое-то фэнтези, что ли? Ну, там орки, эльфы, гномы… Магия-шмагия.

– Нет, не испугаешь, – ухмыльнулся Сергей. – После того, как я узнал, что Кравченко во всём этом разбирается, ничему не удивлюсь. И тем более твоим познаниям, Саня.

– А чего тут разбираться-то? В «Героев меча и магии» все же играли? Ну и вот! Готовый симулятор практически. А если это фэнтези, то надо срочно искать самый главный местный ресурс.

– Золото? – спросил Руслан.

– Ману? – хмыкнул Олег.

– Деревня! А кое-кто – горный аул! Самый ценный ресурс фэнтези – это эльфийки!

– А тебе лишь бы о бабах думать. А кто тогда ползарплаты спустил на…

– Что было, то прошло, – быстро произнёс Новиков. – Кто старое помянет – тому глаз вон…

– А кто забудет – оба! А после подсунем тебе, слепому, местных крестьянок, которые без зубов и не мылись отродясь.

– Нет, ну а всё-таки?

– Да что тут думать, – произнёс Вяземский. – Если портал не схлопнется завтра или в ближайшее время, то поползут сюда всякие Норникели и Роснефти…

– А мы, получается, будем воевать за то, чтобы тут всё распахали и начали добывать нефть с алмазами? – поморщился Олег.

– Нет, – спокойно ответил Сергей. – Как настоящие русские варвары, мы по традиции будем врываться в сёла и кишлаки, оставляя за собой больницы, школы и электрификацию. А Норникели – это так, локомотивы колонизации. Тут даже, скорее, на одной только торговле можно подняться…

– Ну, и что мы им тут будем продавать? Нефть и газ? Или отечественный автопром, который самый отечественный в мире?

– Так ведь вокруг действительно почти средневековье, – усмехнулся Вяземский. – Никакой серьёзной промышленности, никакого серьёзного производства… Даже соль – стратегический ресурс, ничуть не дешевле драгметаллов. Здесь почти любой хлам из нашего мира в цене будет – хоть гвозди банальные, хоть пилы или ткань. А платить за это будут не резаной туалетной бумагой с портретами мёртвых президентов, а золотом-серебром и продуктами питания. Без всяких нитратов-пестицидов и ГМО.

– Эй, какая ещё торговля? – хмыкнул Саня. – А как же танки против легионов, вертолёты против драконов и ковровые бомбардировки?

– А нахрена? Англичане целую Индию так же когда-то завоевали – купили одних, начали торговать с другими, помогли третьим… И через полтора века индусы даже и не заметили, как в колонию превратились. А ты говоришь, ковровые бомбардировки…

– Так мы же не англичане, – заметил Руслан. – Я историю в школе хорошо учил – помню, как они всю Индию грабили. Нам предлагается грабить так же?

– Зачем грабить? – спросил Сергей. – Не надо грабить – денег у страны хватает… Их надо просто грамотно приложить и освоить.

– Ага, в свой карман, – хмыкнул старшина.

– Вот чья бы корова мычала, а твоя молчала. Зуб даю – тебя бы подпустить к депутатской кормушке, ты бы ещё не столько в свой карман положил.

– Злой вы, товарищ старший лейтенант, – надулся Новиков. – А сами-то?

– А, может, и положил бы, – спокойно ответил Вяземский. – Как я тебе такое скажу-то? Деньги развращают, большие деньги развращают ещё больше.

– Богатым и честным быть сложно, – иронично заметил Руслан. – Сложнее, чем бедным и честным. Я бы даже сказал – почти невозможно.

– Так выпьем же за нас – бедных и честных! – воскликнул старшина.

– Слышь ты, бедный и честный… Это как же тебя и страну олигархи довели, что ты себе новенький джип купил?

– Вот только не надо, не надо. Крысы из финслужбы меня и так постоянно погрызть пытаются, вот только грызлом не вышли. А я этот джип по дешёвке на честно накопленные купил. Я, что ли, виноват, что хата у меня служебная, а сам я холостой? Куда мне ещё тратиться-то?

– Ладно, – поднялся с места Вяземский. – Пора бы и честь знать. Заканчивайте уже с разгрузкой, а то завтра на БТРе в дозор идти, а я пока бумажками займусь…

– Сочувствую, командир, – съехидничал старшина. – Тяжёлая же тебе работа досталась…

– Пошёл в задницу. Если хочешь, я с тобой с радостью поменяюсь.

– Ненене. Спасибо, я уж лучше ящики потаскаю.

Интерлюдия

– …До полутысячи погибших, три сотни пропавших без вести, материальный ущерб оценивается в…

– С материальным ущербом погоди, Владимир Андреевич, – президент закрыл папку с фотоснимками и отчётами. – Отстроим, отремонтируем – не впервой. Лучше точно скажите – с чем мы имеем дело?

Министр чрезвычайных ситуаций был человеком военным и стандартный ответ «не могу знать» ему категорически претил. Однако ничего другого он сейчас сказать был просто не способен.

– Не могу знать, товарищ Президент. Моё ведомство занимается сейчас по профилю – оказывает помощь, занимается ремонтом и восстановлением города…

– Какие-нибудь проблемы? Трения с местными властями?

– Да какие там могут быть трения, – слегка усмехнулся министр ЧС. – Набольший там мужик толковый и в отставку не торопится. Так что оказывает всё возможное и невозможное содействие.

Один губернатор Владимирского края отправился в отставку после того, как умудрился во время Невельского землетрясения прибыть позже министра чрезвычайных ситуаций. Другой сел за взятку в особо крупных размерах, миллиард рублей наличными, авторучку за миллион долларов и сотрудничество с японским МИДом.