Новая жизнь Лизы Хардинг

Глава 4

Здание торговой гильдии казалось неприступной крепостью: массивное, пятиэтажное, темной тенью нависающее над кварталом, где большинство домов были выстроены из светлого кирпича в два этажа. Высокое крыльцо, тяжелые двери. Мне даже не по себе стало, хоть я и пришла за обычной ерундой — зарегистрироваться.

В холле за высоким столом сидела женщина лет пятидесяти.

— К кому? — рявкнула она, пристально вылупившись на меня.

Я поежилась от ее взгляда и давящей атмосферы. Может, зря я пришла? Но доход мне нужен, пока я занимаюсь Картером. Накоплений вовсе не так много, как хотелось бы.

— Мне необходимо зарегистрировать лавку, — сказала я.

И показалось, что не сказала, а пропищала. Очень неуверенно.

— Саксон? — подозрительно прищурилась женщина.

— Все верно.

Она начала рыться в бумагах на столе.

— Господи-и-ин Коттон, — проорала женщина. — Заберите просительницу.

Я вздрогнула всем телом. Не ожидала такого окрика, кроме того — Коттон? Да ну, не может быть И не простил бы он никого, кто вот так неуважительно призвал бы его к ноге. Может, родственник? Однофамилец? Подражатель!

Нервно дернув плечом, я развернулась к коридору, из которого раздались решительные шаги.

И все-таки Сэмюель Коттон собственной персоной. Вышел в холл, мазнул по мне равнодушным взглядом, подошел к столу и протянул руку, куда женщина проворно вложила папку с бумагами.

— Госпожа Саксон. Аптека, — сказала она и тут же потеряла к нам всякий интерес.

Зато Коттон оглядел меня с большим любопытством, бросил:

— Прошу за мной.

И решительным шагом пошел туда же, откуда пришел. Я двинулась следом, размышляя, что здесь делает этот уездный царек. В Иедене он имел огромную власть, а здесь выглядел обычным клерком. Зачем?

Когда мы дошли почти до конца коридора, Коттон распахнул одну из дверей, пропуская меня внутрь. Кабинет, куда я вошла, оказался поразительно похож на допросную: серые глухие стены, посередине квадратный стол и два стула.

— Присаживайтесь, госпожа Саксон. Вам очень повезло, знаете? — Коттон тоже уселся. Вальяжно развалился на стуле, вытянув длинные ноги под стол.

— В чем же? — Я постаралась принять расслабленный вид, хотя внутри меня буквально трясло.

— Столичная торговая гильдия расширяется. Я вот недавно переехал сюда из Нортфилда.

Я удивленно вздернула бровь. Нортфилда? Не хочет упоминать про Иеден?

— Благодаря этому, — продолжил Коттон, — вам удалось так быстро попасть на прием. Вы рады?

— Безусловно, — кивнула я.

Только радость на лице не удавалось изобразить. В чем-то был подвох. Я шкурой чувствовала.

— Итак — Коттон улыбнулся. Так, что захотелось поднять щит и бежать, сверкая подошвами. — Вы хотите открыть лавку?

— Все верно, господин Коттон, — твердо ответила я.

— Прекрасно.

Он достал из кармана небольшой медальон, раскрыл его. Под крышкой из круглого основания торчала игла.

— Будьте любезны, каплю крови. — Коттон подтолкнул открытый медальон ко мне.

— Зачем? — изумилась я.

Обычно в торговой гильдии просто заполнялись бумаги, много нудных бюрократических бумаг, так что рука отваливалась. Чтобы брали кровь, я видела впервые.

— У меня сложная задача, госпожа Саксон. Именно поэтому я и прибыл в столицу. — Коттон тонко улыбнулся. — Я должен выявить и переписать всех ведьм Альденмарка. И на слово верить даже таким красивым женщинам, как вы, я не намерен. У вас нет целительского артефакта, однако вы намерены открыть аптеку

— Если дело только в этом, можно ограничиться лавкой пряностей, — пожала я плечами, судорожно сжимая кулаки под столом.

Вот это я попала! Ведь я даже не подумала, что аптека может вызывать подозрения, просто могла открыть аптеку, вот и полезла ее открывать. Отвыкла от мира за три года в лесу.

— Поздно, госпожа Саксон. Прошу вас, каплю крови.

Мысли в голове лихорадочно метались. Гонений на ведьм еще не было, но ведьм в Альденмарке действительно очень мало. За мной будут приглядывать, что существенно ограничит мои возможности. А еще и Коттон? Почему он? Ищет Лизу? Зачем?

— Вы очень настораживаете меня, госпожа Саксон. У меня складывается впечатление, что вам есть что скрывать. Позвать стражу?

— Не надо. — Тяжело вздохнув, я проткнула иглой палец.

Капля крови скатилась на донышко медальона и тут же словно вскипела, образовав вокруг иглы облако пара, из которого прорезался маленький зеленый побег барвинка.

Коттон громко втянул в себя воздух.

— Поразительно, госпожа Саксон. Такой редкий дар. Откуда вы приехали в столицу?

— Из Уитбора, — спокойно ответила я.

Там меня знали, жили-то мы совсем рядом и частенько заходили в городок за сплетнями и продуктами.

— Я проверю, — сказал Коттон. — А пока, простите, вынужден нанести магическую метку. Требование короны: мы должны знать, где находятся наши ведьмы.

Я скрипнула зубами. «Думать, Лиза! Думать и все проверять нужно перед тем, как что-то делаешь!»

Коттон резко встал, высунул голову за дверь и рявкнул:

— Говард! У нас ведьма!

Человек явился на его зов минут через пять. Все это время мы с Коттоном молчали. Он лениво разглядывал меня, я смотрела в стену и старалась ничем не выдать своей досады.

В кабинет вошел высокий, сутулый худощавый мужчина лет пятидесяти. В его руке был чемоданчик, который он поставил на стол и крайне недовольно посмотрел на меня.

Хорошо, что я успела замаскировать кристалл с личиной. Даже если этот Говард маг, не зная, что искать, личину он не обнаружит.

Мужчина наконец перестал на меня пялиться, раскрыл чемодан, достал черный мутный кристалл на цепочке и кисточку. После обернулся ко мне и велел:

— Расстегните воротник!

— Зачем? — я с трудом удержала порыв отшатнуться.

— Магическая метка пройдет вот здесь.

Он протянул длинный узловатый палец и грубо провел у меня по шее от уха до ключицы, а после палец скользнул в ложбинку на груди.

Кулон с личиной помешает нанесению такой большой метки!

Я судорожно вздохнула. Смогу ли я держать личину без кулона, пока он будет тут магичить? Выйти отсюда, если личина спадет, мне точно не удастся! Чтобы болотный гад побрал Коттона!

— Отвернитесь, — хрипло велела я.

Коттон и Рональд ухмыльнулись, но сделали, как я просила.

Я быстро сдернула кулон и сунула его в карман. Чуть расстегнула ворот рубахи. Какое издевательство! Хотя чему я удивляюсь после того, что творят с оборотнями.

— Я готова, — зло сказала я и вздрогнула, когда Говард обернулся ко мне.

Его глаза светились золотом. Он поднял черный кристалл перед собой и прочел очень витиеватое заклинание, а после обмакнул кисть в кристалл, как в краску, и потянулся к моей шее.

Прикосновение обожгло, заставив меня вскрикнуть. Кисть двигалась медленно, мазок за мазком. Не знаю, что за картину он рисовал, но на глазах у меня выступили слезы, я до крови закусила губу, изо всех сил удерживая личину. Сколько это будет продолжаться? Я должна справиться! Просто обязана.

Говард не спешил, рисунок выводил медленно, очевидно наслаждаясь тем, что делает.

Коттон же отвернулся. Ему было неприятно. Сквозь слезы я видела, как напряглись мышцы на его спине, как он сжал кулаки.

Сдерживать стоны я больше не могла, иначе потеряю личину, если буду пытаться контролировать все.

— Можно быстрее? — не выдержал Коттон.

— Нельзя, — огрызнулся Говард. — Это очень тонкая работа.

Он пересек ключицы, сам рванул на мне недостаточно расстегнутую рубаху, оторвал пуговицу. Рисунок опускался все ниже. Кисть замерла ровно в ложбинке между грудей.

Говард аккуратно положил ее и кристалл на стол, после чего начал начитывать новое заклинание. Меня прошила такая острая боль, что я заорала, не в состоянии это терпеть. Личина трещала по швам, более того, я чувствовала, что еще мгновение — и я не смогу ее сохранить.

— Готово, — сказал Говард, когда я уже думала, что сейчас потеряю сознание.

Он медленно убрал свои вещи.

— Всего хорошего, господин Коттон, ведьма, — и наконец-то вышел.

Коттону явно было не по себе.

— Принесу вам воды, — сказал он хриплым голосом и, на мое счастье, тоже ушел.

Не успела закрыться дверь, как личина спала. Трясущейся рукой я выудила из кармана кристалл, надела на шею, замаскировала и уронила голову на стол, даже не попытавшись застегнуть рубаху.

Вот теперь я на своей шкуре испытала почти то же, что творят с оборотнями. Пожалуй, нашей стране действительно нужна революция.

Наверное, я либо потеряла сознание, либо задремала. Очнулась оттого, что Коттон теребил меня за плечо.

— Госпожа Саксон, как вы? — Голос его звучал тревожно. — Пригласить целителя?

— Не надо. — Я обнаружила в его руках чашку с водой, забрала и выпила всю до дна. — Вы довольны, Коттон? — спросила я невежливо, начхав на этикет. — Теперь дадите разрешение на аптеку?

— Еще нужно заполнить документы и пройти проверку. Это можно сделать в другой день — или хотите, я сам приеду к вам с бумагами?

— Не хочу, — отрезала я. — Несите ваши бумаги.

— Но вам нехорошо. — Коттон пытливо вглядывался в мое лицо.

— Справлюсь! — рявкнула я, и он тут же выскочил за дверь.

Я коснулась рукой метки на шее, почувствовала, как она отреагировала, слегка уколов мои пальцы. Теперь мне с таким маяком ни в резервацию не сунуться, ни на границу не уехать. Одна незначительная ошибка — и такой потрясающий результат.

Хотелось побиться головой об стену.

Я наконец застегнула рубашку на те пуговицы, что остались. Пригладила волосы.

Коттон притащил ворох бумаг, которые я довольно быстро заполнила.

— Я вызвал карету, вас отвезут домой, госпожа Саксон, — сказал Коттон, на что я дернула плечом и резко ответила:

— Я не нуждаюсь в вашей жалости, господин из Нортфилда. Оставьте ее себе.

И гордо ушла. Правда, о своем решении я пожалела уже на соседней улице. Ноги не держали, в глазах темнело. Но до лавки я добралась. Переступила порог. Авери что-то радостно начала мне говорить, а я словно грязный мешок просто осела на пол и отключилась.

Очнулась, судя по виду из окна, ближе к вечеру. Кто-то держал меня за руку, поглаживая запястье. Я удивленно повернула голову и уставилась на Эйдона.

— Как ты? — спросил он.

— Нормально, — солгала я.

Справлюсь, и не такое в жизни случалось. Когда ведьма вытравливала из меня Рейнольда, боль была страшнее и дольше. А тут я размякла, как незабудка.

— Я же спрашивал, не ведьма ли ты. Надо было сказать, предупредил бы о новых правилах торговой гильдии.

— Уже неважно. — Я попыталась сесть, и у меня это даже получилось.

— Теперь придется исключить тебя из всех планов, связанных с оборотнями, — сказал Эйдон. — Ты светишься как маяк.

Так вот что его расстроило? Вовсе не то, что мне плохо? А что тогда сидит тут, шел бы, искал новую помощницу.

— Вот эта складка на лбу, — Эйдон провел по ней пальцем, — показывает, что ты уже придумала себе какую-то гадость.

— С чего вдруг такая проницательность? — ехидно спросила я.

— Ты напугала нас, Зоя. — Лицо у Эйдона было серьезным. Он крепче сжал мою руку. — Я очень волновался.

— Мы знакомы сутки, откуда такая забота, — фыркнула я.

— А мне кажется, что всю жизнь. — Эйдон грустно улыбнулся. — Позволишь разглядеть рисунок?

Хотелось сказать: «Нет, не позволю!» Но я, поколебавшись, подставила шею. Эйдон наклонился совсем близко. Я ощутила на коже его дыхание, и глупое сердце неистово забилось в груди.

— Можно? — Эйдон коснулся воротника.

Я кивнула, не в силах говорить.

Его пальцы растянули горловину сорочки. В кровати я лежала в ночнушке, и надеюсь, переодевала меня Авери, а не Эйдон.

— Грубая работа, — наконец сказал он, отстраняясь. — Но это даже хорошо.

— Почему? — Я натянула ворот, а следом за ним и одеяло до самого подбородка.

— Ты же упрямая. — Эйдон улыбнулся, словно не мне, а каким-то своим мыслям. — И оборотней в покое не оставишь. Так что, боюсь, нам придется попытаться перенести эту метку с тебя на другого человека.

— Что? — изумилась я. — Разве это возможно?

— Возможно. Правда, будет очень неприятно. Еще неприятнее, чем когда ее наносили, но зато после ты снова станешь свободной.

— Если я уеду, это заметят

— Нет, если не будет повода проверять. Наймем женщину, она от твоего имени будет заниматься делами лавки, торговать, будет на виду.

— Ее же казнят, если подлог обнаружится, — прошептала я.

— Такой риск есть. — Эйдон пожевал нижнюю губу. — Но найдутся и люди, готовые на него пойти.

Я обхватила себя руками. Да, свобода была мне нужна, но ее цена казалась уж больно высокой.

— Пойдем ужинать? — Эйдон встал. — Ты ничего не ела с самого утра. Поешь, и что-нибудь решим.

— Выйди, — хрипло велела я.

Эйдон послушно исчез за дверью. Надо же, зайчик какой.

Я встала, скинула рубашку и подошла к зеркалу.

По шее до груди змеился черный рисунок магической метки. Он мог бы быть красивым, если бы линии оказались тоньше, а изгибы — не такими угловатыми. Сейчас же метка уродовала меня так, что пришлось достать из шкафа платье, теплое не по сезону, зато с высоким воротником-стойкой.

«Дура ты, Лиза», — сообщила я зеркалу.

Когда я спустилась вниз, Авери споро накрывала на стол. Эйдон скользнул взглядом по моему воротнику и отвернулся. Я села, и передо мной тут же поставили тарелку с рагу и чашку с густым компотом.

— Все, хватит порхать около меня! — резко сказала я, не в силах больше выносить сочувствующие взгляды. — Я не умерла. Просто облажалась.

Эйдон сел рядом и принялся за еду. А Авери все что-то мешала на плите.

— Авери, поешь с нами, — попросила я.

И когда она повернулась, я обнаружила, что она плачет.

— Ну ты чего? — изумилась я, вставая.

— Я очень напугалась, госпожа Саксон, — опять завыкала служанка. — Я так испугалась, вы даже не представляете!

Я подошла и обняла ее.

— Авери, ты должна волноваться только о себе, ребенке и нашем хозяйстве. Со всем остальным я разберусь сама. Ясно?

— Да, госпожа, — всхлипнула служанка в мое плечо.

— Меня зовут Зоя, — напомнила я и вернулась за стол.

Чай мы с Эйдоном пошли пить на третий этаж в кабинет. Там я порылась в книгах, которые уже успела купить, и нашла статью про следящие метки.

— Вот видишь, переносится оно легко, — ткнул Эйдон в страницу книги. — Хоть и болезненно для всех участников. А вот за эту книжечку ты вполне можешь угодить в магическую тюрьму.

Я фыркнула. Провела над книгой рукой и показала ему обложку: «Лучшие кулинарные рецепты Альденмарка».

— Ты неаккуратна, — понизил голос Эйдон. — Тебе нужно вести себя осторожнее.

— Да поняла я! — ответила я раздраженно и подошла к окну.

— Мне нужен день на то, чтобы найти подменную «ведьму», — сказал Эйдон. — Ну и день на то, чтобы перенести метку и дать тебе возможность отлежаться.

— Ты будешь переносить? — спросила я, понимая, что это разоблачит меня. Кулон придется снять, а удержать личину магически я вряд ли смогу.

— Нет, такой магией я не владею. Но у меня есть друг, Натан Райт, попрошу его.

Я кивнула. С Натаном придется серьезно поговорить

— Два дня — это долго, Эйдон. — Я пытливо взглянула ему в лицо. — Оборотней точно не вывезут за это время?

— Нет, насколько мне известно, это собираются сделать только в начале следующей недели. Два дня у нас точно есть.

— Хорошо. — Я смотрела в окно.

Внизу раздался звон дверного колокольчика. Странно. Кто-то из припозднившихся курьеров? Эйдон молча пил чай, и я тоже отхлебнула из чашки, когда за дверью раздался топот и в нее постучали.

— Войди, — крикнула я, не сомневаясь, что это Авери.

Она сунула в дверь лишь голову. На лице была паника.

— Там пришли из торговой гильдии, — дрожащим голосом сказала служанка. — Господин Коттон.

— Кто? — изумился Эйдон.

Я нервно дернула плечом, отставила чашку и пошла на выход. Что ему тут надо? Пришел и дом метками украсить? Хотя Коттон магическими способностями вроде не обладает.

Я спустилась вниз, хотела спросить, зачем он пришел, но Коттон смотрел мне за спину, и на его лице появилась очень неприятная улыбка. Оглянувшись, я уверилась, что за спиной стоит Эйдон, снова обернулась к Коттону, который, не переставая ухмыляться, протянул:

— Ну на-а-а-адо же, какая интересная компания тут собралась.

Глава 5

— Что тебе надо? — отнюдь не приветливо спросил Эйдон.

— Да вот, хотел помочь ведьме, ускорил проверку и принес лицензию на аптеку. — Коттон достал из портфеля папку и передал Авери, которая стояла к нему ближе всех. — А теперь даже рад, что зашел. У вас тут что-то любопытное творится.

— Ничего любопытного нет, — жестко ответила я. — Его сиятельство маркиз Морли уже уходит.