Самара. Дома, люди и судьбы

«…в городе не хватает учебных заведений, больниц и всего прочего, чего не хватало во всех тех городах, которые вы имели удовольствие или неприятность посетить ранее Самары. Разница только в том, что в Самаре не хватает этого более других поволжских городов. Она также более грязна, пыльна и пахуча, чем, например Казань и Астрахань; у неё более скверные мостовые, чем в Нижнем и Ярославле; она более неподвижна и более преисполнена косностью к умственным интересам, чем Симбирск…».

Писатель здесь воспроизводит картину города, в целом, типичную для провинциальной России до наступления поры индустриализации. Бедность и культурная отсталость населения были характерны не только для Самары, но и прочих центров Среднего Поволжья. Взгляды А. М. Пешкова, вероятно, разделял и вышеупомянутый потомственный дворянин А.Н.Наумов, который также признался в своих воспоминаниях, что по первому впечатлению после приезда город ему не понравился.

С оттенками нескрываемого сарказма автор статьи высказался и о властной структуре в Самаре. Он подчеркнул:

«Большинство думы – „их степенства“. В массе их торчат несколько интеллигентов и весьма часто очень ощутительно заявляют о своём существовании. Это не может нравиться действительным отцам города, потому что не может не мешать им в городском хозяйстве. И вот, желая локализовать деятельность интеллигентов, решили их как-нибудь утихомирить, а для чего и рассовали в разные премудрые комиссии, желая отягчить их трудом настолько, чтобы они потеряли охоту к разным… мечтам».

Безусловно, столь меткое наблюдение сделал сам А.М.Пешков, вскользь ознакомившись с деятельностью ряда административных инстанций в Самаре. Имена так называемых «отцов города» он в своём фельетоне не привёл, но при этом указал на присутствующую в них жажду лёгкой наживы, ограниченность и глубокую непросвещённость. В частности, писатель заметил:

«…в городе существует очень много людей, обладающих миллионными состояниями, нажитыми от трудов праведных, от которых по пословице, нельзя нажить именно и только домов каменных. Пословица ничего не говорит о невозможности нажить от трудов праведных миллионы, и таким образом я могу думать, что самарские богачи нажили сначала миллионы, а потом уже стали строить неуклюжие каменные дома; и думая так, я совершенно уничтожаю возможное подозрение местных богачей в том, что их каменные дома есть результат их неправедных трудов».

А.М.Пешков сетует на то, что «отцы города» мало средств выделяют на благотворительные нужды – строительство ночлежных домов для бедноты, открытию школ для обучения детей из простых семей основам грамоты и чистописания и всего того, «что повелевает делать человеку долг христианина и гражданина, любящего свою родину».

Далее, в тексте статьи присутствует и насмешка над праздным времяпровождением представителей высшего сословия в Самаре, отрешённого от решения насущных городских проблем. Автор фельетона констатирует:

«Здесь есть также несколько клубов. Первенствует дворянское собрание – в нём почтенные отцы семейств играют в винт и безик с девяти вечера до четырёх и пяти утра; причём иногда ругаются. За ним следует коммерческий клуб, где не только играют и ругаются, но иногда даже и дерутся».

Конечно, А.М.Пешков несколько утрирует реальное положение дел. У высших должностных лиц в течение дня нередко случалось немало бумажной работы, и от их правильных решений зависело многое в жизнедеятельности Самары. Но при этом в хорошем отдыхе и развлечениях чиновники тех или иных рангов себе тоже отнюдь не отказывали. Тот же А.Н.Наумов, слывший Губернским предводителем дворянства, нередко посещал дома и кабинеты знатных особ и имел представление об их любимых увлечениях. Кто-то занимался рыбной ловлей и охотой, иные участвовали в театральных постановках, рассчитанных на узкий круг лиц, или занимались игрой на музыкальных инструментах в среде домочадцев. Но карточная игра, неизменно, увлекала многих членов дворянского сословия. В воспоминаниях А.Н.Наумова, например, есть следующие строки:

Примечания