Резидент. Часть 6

Глава 6

Не думаю, что у Корнеева внезапно проснулась совесть, и есть ли у него то, что считается ей. Он миллиардер, у таких людей совсем другое мышление, ведь за свои деньги и влияние он может получить почти всё, что ему нужно.

Миллиардерам многое достаётся легко. Хочешь куда-то улететь? Личный самолёт с собственным экипажем ждёт только тебя. Решил пообедать? В любом ресторане мира для тебя найдётся лучший столик, и даже санкции этому не помеха, просто будет меньше публичности. Ненароком обронил за завтраком, что хочешь поговорить с каким-то человеком? Уже в течение часа твои люди сами договорятся о звонке или встрече. Обед с главой государства? Почему бы и да? Они вполне могут пересечься между делом и поговорить не на камеру, а уж всякие губернаторы и депутаты ходят по струночке, как я сам видел.

Совесть? Нет, у таких она отмирает, как ненужный рудимент, а вместо неё начинается беспощадный расчёт времени, ведь каждая секунда стоит, как крыло самолёта, и это буквально. Каждая секунда должна приносить бабки и влияние, поэтому на что-то другое времени не остаётся совсем.

Я не верю, что у Корнеева есть совесть, и ему стало меня жалко. Он не смог решиться на это, потому что не верит, что после переноса останется он сам, как бы ни пытался себя убедить в обратном. Но в нём есть приличие, раз он развернул проект, а не довёл до конца чисто ради своих разработок.

Да и я ведь живое подтверждение его разработки, которую он вёл сам. Не лично программировал, конечно, и нейроны головного мозга он явно не изучал на уровне доктора наук. Зато идея-то точно его.

Я поговорил с Сикорским о «Периметре» и «Ментате». Чего-то принципиально нового я не узнал, зато нашёл подтверждение своим выводам. То, что я не умер — редкая удача, поэтому меня и брали, ведь не так много людей могли вместить в себя чужую личность и остаться в живых. Он говорил, что это по расчётам, но я знаю, что это проверяли не только теоретически.

Сейчас мне предлагают воспользоваться «Ментатом», чтобы не терять приобретённые навыки Тумана. Хотят сделать ручным шпионом, походу.

Ладно, это не значит, что я прямо сейчас добровольно пойду всё проходить. Корнеев мог сменить тактику, если догадался, что я не говорю всего, и заманить в засаду. Это я учитывал, и свои планы не менял. А прямо сейчас меня вёл азарт погони и засады. Фокс-то рядом, и мне надо, чтобы он увяз в терновом кусте, думая при этом, что искал медь, а нашёл золото.

Продолжаем. Я пошёл в зал, пообщался с Наташей, выключив связь, пока девушка следила за Катей. Агенты других направлений из «Контура» тем временем пытались найти шпиона, но искали совсем не там, где нужно, о чём сказала Наташа.

— Да пусть ищут, — шепнул я ей на ушко. — А чего такая напряжённая?

— Да тут было кое-что… Дома поговорим, а то смотрят на нас.

— По работе?

— Не-е. О, я пошла, — она поправила сумочку.

Я её чмокнул в щёку на прощание, а сам пошёл в туалет. Там проверил сумку с планшетом. Она на месте, планшет внутри на месте, и тот, что мне передал Корнеев, тоже никуда не делся.

И когда Фокс сработает? Он умеет прятаться и воровать, отлично разбирается в маскировке, при этом неплохой хакер уровнем не хуже Тумана. При этом навыки Тумана последние полгода зависели от меня, и я не давал им простаивать, но зато я не видел последние разработки ЦРУ и прочих, а он видел и наверняка умел использовать.

Когда же он сворует? А может, он уже ворует?

Я достал замаскированную под вейп глушилку и нажал. Так, у меня два планшета: тот, что мне отдал Корнеев для заманухи, но его я выключил, он пока не нужен, и мой… Вернее, старый планшет Давида, тот самый, давно украденный самим Туманом, на который я накидал новых документов.

Я давно его перепрошил, чтобы при включении и подключении к сети он не поднял тревогу, и гаджет выглядит убедительно, как настоящий, со всеми нужными доступами и секретными документами.

И… я понял, когда залез в настройки. Ведь связь только что прерывалась, а тут внезапно стало сильнее. Хитрый ты, Фокс. Освоил новые фишки?

У него портативный стингрей, перехватчик сигналов сотовой связи. Если он будет ходить рядом со мной, то планшет с сим-картой и мой телефон будут подключаться к нему, а не к настоящей сети, если сигнал обманки будет сильнее.

У Тумана есть такой, я сохранил эту штуковину. Но у Тумана был агрегат размером с чемодан, а для своего агента ЦРУ могло разориться на очень компактный прибор размером с телефон.

Я проверил аппаратуру. Телефон, который мне выдали в «Контуре», не клюнул на эту сеть, ведь в нём стояла защита (настроили после того случая весной, когда пытались взломать телефон Наташи), а вот в планшете такого нет.

Вышел из туалета, прошёлся, постоял у бара, отмечая, как далеко находится от меня Фокс. Он держался на пределе дистанции, на меня не смотрел, но иногда подходил ближе.

Облегчим ему работу. Чтобы планшет клюнул, сигнал от перехватчика должен быть сильнее, чем от вышки. Сейчас на этом этаже такое невозможно, но когда я захожу в туалет (а там толстые стены и не окон), то он ослабевает.

Так что я снова вернулся в сортир и сел в кабинке, слыша, как почти бесшумно открылась дверь. Затем он помыл руки и ушёл. Выглянул осторожно и увидел, что он сменил костюм, теперь выглядя как официант, а не как охранник.

И есть! Он скачал, что хотел, и планшет перезагрузился, удаляя следы вредоносного кода.

На планшете были разные документы. Что-то из секретного, что-то не очень, плюс старые презентации и адреса виртуалок Давида. Но там был тот самый терновый куст — маленький шифрованный файлик.

Он был закодирован по методу Тумана, и Фокс должен не только знать этот метод, но и взломать файл очень быстро. При этом он наверняка догадается, чей это файл, и подумает, что всё это ИИ — терновый куст, то есть отвлечение от настоящей цели, а вот «Периметр», где прогорел Туман, причём буквально — то, что ему надо.

Будто Туман когда-то пытался это взломать, но не сумел довести до конца.

Теперь ждём, когда он всё это прочитает и примет решения. Я же пока следил за ним. Фокс скрылся в подсобке, откуда вместо парня-официанта вышел грузный лысый мужик с чемоданчиком и направился к выходу, здороваясь с охраной. Быстро он меняет личину, даже Зеро было бы чему у него поучиться.

Должно быть, он ещё удалённо подключён к какому-то компьютеру, или с собой есть подобное, чтобы очень быстро производить расчёты. Хотя у него хорошая память и быстрый ум математика, и сам Фокс всегда действует очень быстро.

Я его больше не интересовал, сейчас он ходил за Сикорским, тем самым, с кем совсем недавно говорил я. Ведь планшет теперь указывал на него. Ну а ключевой сотрудник «Периметра» сидел в баре, тыкая в экран телефона. Кажется, у него открыт чат-бот.

Фокс сел недалеко от него, о чём-то болтая с барменом, и поглощал пиво, одну бутылочку за другой. Но он под каким-то препаратом, потому что пьянеть не будет.

Будет скачивать телефон так же, как у меня? Или сделает хитрее? А как бы сделал я?

Сикорского я изучал, знаю, что он грамотный доктор, умелый спец, при этом достаточно циничный. Ещё он чудак, но очень одинокий, и много общается с нейросетью, поэтому когда пишет письма, то невольно копирует её стиль. Если честно, Сикорский от неё вообще не отлипал, как я выяснил. Нашёл себе заменитель общения, короче.

Фокс этим воспользовался, подошёл общаться. Значит, он тоже знает о ключевых сотрудниках империи Корнеева, что неудивительно. Я сел в стороне, достал блокнот и ручку, но хитрая ручка Техника с направленным микрофоном (в другом корпусе, конечно, я давно поменял) дала мне сигнал в наушники, о чём они общаются.

И… о космосе? Охренеть. Интересно девки пляшут.

— Вы же понимаете, — говорил Сикорский уже пьяненьким голосом. — Что наблюдаемая вселенная — это не только то, что мы видим, но она же идёт намного дальше, до бесконечности...

— Если вселенная бесконечна, — начал Фокс на чистейшем русском, будто всю жизнь прожил в России где-то в семье питерского интеллигента, — то это значит, что на момент начала Большого Взрыва она уже была бесконечной. Ведь бесконечное не может получиться из конечного…

— Мне надо проверить, — Сикорский достал телефон. — Так, давай-ка спросим... у… угу… угу… ого!

Это было красиво, я оценил по достоинству. Фокс подменил Wi-Fi, к которому подключился телефон Сикорского, и выдал ему другой адрес сайта с подменной нейросетью, которая тут же сгенерировала ему ссылку в ответ, и Сикорский нажал, отдавая содержимое своего телефона в лапы шпиона.

Они продолжили беседу о космосе (интересно, наверное, Сикорский говорил об этом с Корнеевым, любителем общаться на такие темы, вот и продолжил беседу с Фоксом), но вскоре Фокс ушёл. Вообще покинул отель, с концами.

Куда он пойдёт? Только в одно место — в лабораторию проекта «Периметр», пока Сикорский здесь и ещё не понял, что его взломали. Так что от конкурента надо избавиться прямо сейчас, взять на горячем. И заодно получить прототип. Потому что мало ли, что они задумали. Не хотелось, чтобы шприц был морковкой для ослика, как они могут выставить.

Фокс клюнул, решил, что именно это тот самый приз, который нужен. Пора идти мне самому. И сообщить адрес громилам, которых нанял Арсентьев. Я уже перевел для него немалый кусок одного из тумановских биткоинов и говорил, что будет ещё.

Но когда уходил, наткнулся на телохранителя Гену.

— Шеф хочет с тобой пообщаться, — передал он. — Насчёт всего этого. Всего минуту.

Я зашёл в кабинет.

— Ну что… поговорил с Сикорским? — спросил Корнеев у меня, о чём-то думая.

Перед ним лежала папка с бумагами, но там было фото Давида, а не моё. Кажется, кто-то из коллег предоставил доказательства, чем занят сынок.

— Да, и это кое-что объясняет, — медленно сказал я. — Вот только тут есть один товарищ, который собирается это всё стянуть, и я его заметил. И мне надо за ним идти… раз уже вы меня понимаете.

— Вот как, — Корнеев задумался. — Тогда не задерживаю. Но знаешь, Вадим… вот аналоги нашей «Сферы» у них есть. А вот «Периметр» и «Ментат» есть только у меня. И пока одни охотятся за первым, самые опасные хотят раздобыть второе. И если они это добудут, то никто тебе помочь не сможет.

— Я понимаю.

Я пошёл на выход и сразу направился к машине. Там меня ждал Холодов.

— Ты куда, и один?

— Видел там одного, хочу проверить… Есть тут у меня одна зацепка… но надо съездить, убедиться.

— Уверен? — спросил майор.

— Да. Думаю, прямо сейчас кое-кто проникает в фирму Корнеева, а если вы уедете сразу, они могут это заметить и поднять тревогу. А я будто в офис «Контура» еду, у меня там поручение. Но вас вызову сразу.

— Понял. Держи в курсе, Вадим, — он протянул мне руку. — Когда закончится — иди к нам. Ещё раз предлагаю.

— Я подумаю.

Холодов мне нужен для заключительного этапа. Ведь когда Фокс закончит, его принудительно эвакуирует Арсентьев, старый союзник доктора Ланге. Правда, Фокс об этом ещё не знает, а вот связь с этим Арсентьевым я уже начал развивать ещё днём.

Ведь я хотел, чтобы он тоже попался, начал сотрудничать и сдал доктора. А всех остальных шпионов тоже возьмём.

* * *

В это же время…

— Странно, — сказал Епископ, надев очки.

На планшете перед ним была расшифровка разговора агенты минервы с её куратором. Запись транслировал его старый агент Томми, который в ЦРУ был известен, как Орёл. Он и был тем самым куратором, но о его связи с Епископом никто не знал. Ланге всё пытался выяснить, кто помогает, но старый агент МИ-6 хранил тайну.

— А ты хорошо придумал со священником, — сказал Ланге, изучая данные на экране своего телефона. — Кажется, ФСБ клюнула на него, отправила слежку. И этот парень сдал твой метод, видишь.

— Вот только он может понять, что это приманка, — отозвался Епископ. — Если у него, как ты говоришь, есть память Тумана, он раскусит нас рано или поздно. Да и он сам куда-то исчез.

— Поэтому я хочу ударить, — доктор усмехнулся. — Если майор Холодов прочитает данные «Периметра» об успехе и переносе, для него картинка сложится. И поймёт, что его союзником был тот, за кем он так долго гонялся. И выключит его из Игры.

— Нет! — заявил Епископ и поднялся из-за стола. — Это опасно. Ещё получит срок, или его вообще запытают и убьют. Нам нужно эвакуировать парня, чтобы понять, что есть в его памяти. А если проект завершится, то Джон будет с нами в итоге… как и раньше. Просто в другом теле.

— Ты прав, старина, — Ланге кивнул. — Не подумал об этом. Тогда сворачиваю…

— И наш русский друг, если он догадался, может отправить за ним своих людей, — напомнил Епископ. — Чтобы захватить его. Он же тоже им понадобится, а не только прототип.

— У него не выйдет. А мы своих агентов не бросаем, даже когда они в такой ситуации.

Но когда доктор отошёл, то незаметно открыл смартфон и нажал кнопку «Отправить».

* * *

— Папа, я не понимаю, — выпалил Давид, влетая в кабинет. — Откуда он взялся?

— Ты о чём? — спросил Корнеев, сидя в коляске.

— Твой сын! Вадик этот! Всюду его таскаешь, со всеми знакомишь? Даже на презентацию его позвал, а меня доступов лишил. Да что я не так сделал?

— Ты ещё спрашиваешь? — Корнеев поднялся, опираясь на поручни кресла, и встал прямо. Коляска чуть проехала назад. — Ты ещё спрашиваешь, Давид? Да ты издеваешься? Мне принесли доказательства!

— Какие ещё доказательства? — Давид напрягся.

— Что ты связался с ЦРУ и хотел продать им мою разработку.

— Да ты о чём вообще?

— Вот о чём! Думаешь, я не знаю?

Корнеев бросил на стол распечатки.

— Ведёшь с ними переговоры, просишь у них деньги, будто тебе мало того, что ты зарабатываешь… Ты не понимаешь, что они хотят тебя кинуть? В итоге ты получишь срок, а мою фирму, скорее всего, разгромят, и наше дело закончится навсегда. Без результата!

— А оно тебе будто нравится, это дело, — огрызнулся Давид.

— Это то, чем я занимаюсь всю жизнь! — Корнеев подошёл ближе. — А ты должен был вести разработку дальше, если бы меня не стало. А ты что делал? Гнул пальцы перед девками, строил из себя англичанина… да какой из тебя англичанин, у тебя морда рязанская! И ещё пытался меня подставить! — взревел он громче.

— Да всё не так, папа…

— Сначала я думал, пусть будет как идёт, — произнёс Корнеев спокойнее. — Веди себя, как хочешь, а я бы продолжил без тебя. Отправил бы куда-нибудь подальше… а теперь думаю: вот не будет меня, что с тобой станет? Кому-то без меня нужен? Я пытался тебя поднять, научить, да всё бестолку! Как был болваном, так и остался.

Он замолчал, глядя на него.

— Нет, всё бесполезно с тобой, — проговорил старший Корнеев. — Бывают минуты слабости и сомнений, но... придётся взять дело в свои руки. Иначе не выйдет. Где телефон? — спросил он и начал шарить по карманам. — Мне нужен Сикорский. Пока парень думает, что я ему помогу, мы...

— Да я всё делал, чтобы тебе угодить! — вскричал Давид со злостью за его спиной. — Думаешь, оно мне самому надо? Да я пытался разобраться во всей этой херне с этими нейросетями, лишь бы ты доволен был! Людей кидал, конкурентов душил, лишь бы ты получил лучших сотрудников и никто тебе не мешал! А ты меня так кинул! И сынка на стороне ещё нажил! Хоть мама не видит этого...

— Вот ты болван!

Корнеев отвесил ему хлёсткую пощёчину.

— Ты ещё не понял? — спросил он, подходя ближе. — Ты совсем идиот? До тебя не дошло, что это был…

Давид охнул, потёр щёку, вспылил и изо всех сил оттолкнул отца. Тот отошёл, опираясь на свою коляску, но она отъехала. Корнеев потерял равновесие и упал, ударившись головой о журнальный столик.

— Да иди ты уже нахер со своим делом! — Давид пошёл к выходу, не замечая этого. — И нахер со своими разработками! Нахрен мне это всё не нужно было! Из-за тебя только…

Он отошёл к двери, но остановился. Корнеев-старший так и лежал на ковре, не двигаясь. Давид обернулся.

— Папа? — с тревогой спросил Давид и подошёл ближе.

Давид сел у него, и тут же брезгливо бросился назад, когда опёрся рукой обо что-то мокрое на полу, натёкшее с головы.

— Кто-нибудь! — крикнул он. — Сюда!

Дверь открылась, вошёл охранник Гена.

— Ого, — протянул он. — Вот ё-моё. Вот же… да ты как… пацан… да ему же конец пришёл, — Гена проверил тело, подержав пальцы на шее. — Ты чего натворил, Давидка? И так рано, — шепнул он.

— Да ты же сам сказал, чтобы я ему высказал, иначе… — начал оправдываться Давид.

— Ну ты задал жару, парень, — Гена отошёл. — О таком-то тебя никто не просил.

— Скорую надо, — протянул Давид.

— И полицию, — сказал охранник. — Оба уедете. Один в морг, другой — в ментовку. Умысел тут видно. Ну ты косячник, конечно, — и шепнул себе под нос: — Усложнил мне задачку. Хотя… к этому ведь всё и шло.

Гена отошёл, достал из кармана складной телефон без кнопок и экрана, раскрыл и прижал к уху, пока Давид был в трансе, глядя на тело.

— Старик мёртв, — шепнул Гена. — Сынок постарался сам, без тебя и твоей схемы.

— Кто-то ещё видел? — спросил собеседник.

— Нет.

— Ускорил он события, — сказал его собеседник. — Зато появился крючок. Тогда давай сделаем так…

Гена выслушал указания и закрыл устройство.

— Давай сделаем так, Давидка, — объявил он, — если ты, конечно, не хочешь провести ближайшие годы на зоне. Кому ты докажешь, что это несчастный случай? Да никому. А оно надо? Его уже не вернёшь, но он был бы зол, если бы я допустил, чтобы ты сел. Кому-то же надо возглавить фирму.

Давид поднял голову.

— Так что скажем правду. Ты пришёл и увидел его лежащим здесь, — продолжил Гена. — Руки только помой. Там кровь.

— Но все же видели…

— Все видели, как к нему входил Вадим Лебедев через главный вход, а ты припёрся через запасной, — сказал охранник. — И на камерах будет только то, что надо. Лебедев заходил последним, а ты вошёл после него и увидел дело. Так что, Давид... ты всё понял?

— Да, понял, — часто закивал Давид.

— Для тебя же стараюсь, помни об этом. И вот теперь, — Гена выдержал паузу, — зови на помощь.

Г

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.