- -
- 100%
- +
– Аккуратнее надо. Кетчуп отстирать не так-то просто. Химия же одна.
– Вот-вот.
Значит, Веселовский хотел нас подставить, но Некрасов не купился, предупредил меня. Надо этим заняться в ближайшие дни.
– Ещё спрашивал, откуда ты полковника Иванова знаешь, – продолжил он.
– И что ты сказал? – спросил я
– Ну, что у тебя, Коршунов, была информация насчёт пацана Иванова, который умер от передоза. Это же правда.
– Чистейшая.
– Ты стрелял на стадионе? – спросил он вдруг напрямую громким грубым голосом.
Явно думал, что сможет легко меня сбить. Глеб чуть не вздрогнул, но я такого выпада ждал.
– Я работаю головой, осторожно, – произнёс я. – Наблюдаю за тем, что происходит. Ну а Муха-цокотуха много кому дорогу перешёл. Когда ведёшь интриги против кого-то, надо всегда в голове держать, что их против тебя могут использовать, а он это забыл. Вот и конец ему пришёл.
– Ну и кто мог туда явиться? – не отставал Некрасов.
– На суде выясним. Передай Глебу список свидетелей, возьмём под крылышко. А братва будет выяснять тоже, – я поднялся и отряхнул штаны, – вот и надо бы завести их в нужную сторону…
Некрасов не дурак, догадывается, что произошло, но ничего конкретного, кроме присутствия там Глеба, у него нет. Но Сибиряка, своего подчинённого, он подставлять не будет, наоборот – прикроет.
Но у братвы есть две зацепки, связанные с нами – Глеб и Валера. Зато Александровы не фигурируют в этом вообще никак. Мага должен был знать, что Дениса используют, но детали, похоже, были только у Мухи. Ладно, это пробьём, на волю случая оставлять не будем.
Ещё нам нужен козёл отпущения, в которого поверят кавказцы, и которого РУБОП сможет взять в разработку за ту разборку.
И я даже знал, кто им будет.
Обсудим сегодня.
* * *
– Ты чё, охренел? – спросил Ярик, тыкая Глеба в грудь пальцем. – Не, я тебя за такое порву!
– Базар фильтруй, Коршун, – дерзко отозвался Сибиряк.
– Лёха, видал, чё он творит? – Ярик увидел меня. – Он сначала лук жарит, а только потом картошку в сковородку кидает! А надо наоборот! Это косяк, так-то, за такое спрашивают!
– Да чё бы ты понимал? – Глеб отошёл к плите. – Из тебя повар – как из дерьма пуля. Чисти картоху давай, умник.
– Да побольше тебя в этом понимаю! Я картошку жарить научился раньше, чем ты – ходить!
Они продолжили шутливо препираться, их суровые взгляды и угрозы никого не обманывали. В кухне пахло луком, который жарился в чугунной сковородке.
Предложил собраться всем у меня. Ну, больше для того, чтобы обсудить ситуацию в неформальной лёгкой обстановке, расслабиться чуть-чуть и совместно подумать. Валера, конечно, не придёт, но за ним посматриваем. У него мобила, если что, то вызовет помощь, а если наедут – продержится, его не запугать. Да и ехать мне до больницы недалеко. Заеду кстати вечерком, привезу чего-нибудь поесть, а то в больнице кормят плохо.
Ну и заодно решили пожарить картошку и поесть её с салом, раз собрались вместе.
Ярик начистил её быстро. На левой руке у него – часы нашего отца, командирские, дядя Юра недавно нашёл их в шкафу. Дядя ещё поменял пружинку в механизме, и часы снова заработали. Батя при жизни всё обещал подарить их Ярику, я об этом вспомнил и отдал ему на память. Брат отца очень любил и, кажется, всё ещё не смирился с тем, что его не стало.
Глеб выглядел усталым, целый день отписывался, получал ото всех, но шеф его прикрывал. Пришёл ещё Костя, но сразу он залёг в зале за ящиком, уснув за просмотром «Старой квартиры», и теперь похрапывал.
Кто-то из парней принёс кассеты, на столе лежали комедия про негров «Не грози Южному централу», боевик «Харлей Дэвидсон и ковбой Мальборо» и ужастик «Газонокосильщик». Но включать пока было некогда, парни жарили картоху, а я всё это видел ещё в первой жизни.
Собрались только нашей командой, долго сидеть не будем, на вечер у меня встреча. Пока же только обсудить, как будем действовать в ближайшее время и с какими угрозами придётся разобраться.
Раздался звонок в дверь. Это пришёл Денис Александров, выспавшийся, выглядевший поувереннее. В прихожке его встречали радостным гулом. Парень пришёл как на парад, в белой рубашке, и притащил с собой бутылку коньяка и коробку шоколадных конфет. Он даже немного смутился всеобщему вниманию.
– Ну ты стрелять конечно могёшь, – Ярик похлопал его по плечу. – Сибиряк, помнишь, у нас был снайпер?
– Васька Янковский, – Глеб закивал. – Из Самары. Недавно вспоминал. Разбился по пьяной лавочке, кстати. Весной.
– Да, слыхал. Жалко, но ему по мозгам всё это сильно шибануло, – брат задумался. – Так вот к чему я… короче, Денчик, ты лучше него стрелял. Бац – и у того абрека мозги во все стороны!
– Ща… – Денис побледнел и убежал в туалет.
Проснувшийся Костя чуть прибавил звук, чтобы не было слышно, что там происходит. Денис вернулся через пару минут, с таким видом, будто ему стыдно.
– Да нормально всё, – я подтолкнул его в сторону комнаты. – Никто тебя не судит. Наоборот даже, выручил, не забудем. Мы тут даже с парнями думаем… но это от тебя зависит. Заставлять не будем.
– Про что? – Александров-младший напрягся.
– У тебя друзья нашлись, – с намёком сказал я, – кто прикрыл, а ты нас в ответ прикрыл. Стержень у тебя есть, нашёлся быстро, стрелять умеешь. Но таких гадов, как Муха, как остальные – ещё много. И иногда с ними по закону справиться нельзя.
– Так вот вы чем занимаетесь? – догадался он. – Это не первая банда.
– Ты подумай, – продолжил я, – пока ты здесь, занимаешься своими делами, работаешь. Но когда потребуется – прикроешь. Но сам понимаешь, что делать нельзя.
– Канеш, понимаю, – Александров-младший закивал. – Всё молчком.
– Вот и молодец. Работаем тихо, никто про нас не узнает, а такие ситуации, как вчера – решаем быстро.
– Ну я, – Денис сел на диван и уставился на нас. – Вообще… тут батя недавно спрашивал, мол, одна вышка есть, вторую, может, за кордоном хочу получать? Может в Москву или Питер вернуться смогу, если захочу. Или по спорту дальше двигаться, если желание есть. Говорит, когда всё закончится с этим делом – куда угодно могу двинуть, спорить не будет.
– И что ты решил?
– Пока думаю… может, в бизнес податься, – он задумался. – Здесь на управляющего учиться, смотреть, как всё работает. Батя же не зря на всех своих заводах всегда сам всё смотрит, разбирается во всех техпроцессах, его не напаришь. Не зря же такой подход у него, надо осваивать. А когда отец вернётся в Москву, буду здесь, а то управляющий кинуть может. Но если брать винтовку… я не против, надо просто подумать, как лучше это сделать.
– Не обязательно брать винтовку, – сказал я. – Прикрытие можно оказать по-разному. Но чем больше влияния у тебя будет, тем меньше возможностей останется участвовать самому.
Тут да, сын промышленника в команде, которого чуть не подставили вместе с отцом, может принести совсем другую пользу, уже без силовых операций. Он же наследует отцовские дела рано или поздно. Главное – все будем об этом молчать, чтобы ему не аукнулось потом.
– Ну так-то да, – Денис закивал. – Но это так, на будущее, лет через пять может. Пока-то здесь, если что, кароч, я рядом. Говорю же, не забуду. Обращайтесь, парни.
Я пошёл проверять пиликнувший пейджер на кухню, где он стоял на зарядке. Сковородка с приоткрытой крышкой шипела, а парни продолжали болтать вполголоса, но я слышал.
– Вот и зашибись, – Ярик пихнул его в плечо. – Когда за тобой через стекляшку свои смотрят – сразу как-то спокойнее. Погремуху тебе придумаем какую-нибудь, только сами и знать её будем. Я вот Коршун, братва так назвала, Глеб – Сибиряк, Костя – Левитан. Валеру будем называть Тихий, он же Тихвинов. А вот… – он задумался. – А вот у Лёхи погоняла нет.
– Батя, – предложил Глеб, пожав плечами. – Всё за всех придумал, всем роли раздал, п***чек всем вставил. У нас так комбата звали…
Они продолжили придумывать прозвище Денису. Конечно, такой человек не сможет оставаться снайпером долго. Но иметь с ним дружеские отношения очень не помешает в будущем. Так что не зря мы вмешались и помогли. Это всё ещё нам пригодится. Тем более этот человек в критической ситуации хоть и сильно испугался, но не сбежал и прикрыл, как обещал. Побывавшие на войне парни такое уважали особо, это и по взглядам видно.
А детали обсудим по ходу дела.
Раскладывать стол целиком не стали, решили есть простенько – принесли из кухни в комнату табуретку, на которую поставили сковородку с картошкой, сами уселись на диване тесной толпой и начали есть, толкаясь локтями.
– Короче, мужики, – рассказывал я по ходу дела, – говорили с Некрасовым, он передал, что Веселовский на нас наехать хочет.
– Гад он, – с чувством произнёс Ярик и добавил матерное слово.
– Иваныч рассказывал, как он подставить нас пытался, – добавил Глеб.
– Расчёт у безопасника простой, – продолжил я, зацепив ещё картошки. – Раз мало что про нас знает, то решил, что это угроза. Подход понятный, решил, что рисковать не хочет.
– Но спускать такое нельзя, – недовольно сказал Ярослав. – А то обнаглеет.
Денис внимательно слушал, все детали он не знал. Но он в этом деле нужен, хоть его роль и раскроется позже.
– И не собираемся, – я взял кусок белого хлеба. – Ответка будет соразмерной, после которой он в осадок выпадет. Смотрите, есть другой момент – РУБОП взял Магу за яйца и выворачивает, но Джабраилов всё равно будет искать, кто перебил его команду.
– Уже ищет, – подтвердил Глеб.
– Поспрошаю пацанов знакомых, – Ярик задумался. – Может, чего и выгадаем.
– Короче, Мага будет искать снайпера и команду, что перебила его людей. Так что надо сделать всё, чтобы на нас он не вышел, и для этого показать ему на подходящих людей.
– На кого? – спросил брат.
– Погоди. Веселовский нам тоже не друг. Но он, – я сделал паузу, – хочет добыть содержимое той банковской ячейки любой ценой, и даже нанимает команду для этого, как намекал Иванов. Вот и надо это использовать.
– И как? – Ярик почесал затылок.
– Очень просто. Просто теперь надо их свести – Магу и Веселовского. Чтобы Мага подумал, что это Веселовский приказал перебить его людей, а второй – что Магомед Джабраилов для него самая опасная угроза, куда хуже нас. А нам нужно всё это использовать в своих целях.
Стало тихо, все прекратили есть, уставились на меня.
– Вот и начинаем, – сказал я в полной тишине. – Денчик, твой батя мне обещал мне рассказать кое-чего про Веселовского. Компромат какой-то у него есть. Вот сейчас поедим и поедем к нему, я напомню о долге. Так что никуда они не денутся, мужики, это точно.
Глава 3
Ресторан «Русалка» находился на окраине Правобережного района, почти за пределами города, у набережной. Место в целом неплохое: лес вокруг, вид на реку, можно даже на берегу посидеть, там тоже были столы. С набережной ярко светили фонари, небо на западе окрасилось красным, солнце почти зашло.
Дорого здесь. Место считалось престижным, принимали только по записи, ну или надо было знать руководство ресторана. Впрочем, если руководство ресторана знало тебя, то можно приземлиться здесь без всяких проблем. Так что нарядился в костюм, ведь в «адидасе» туда не пускают, и поехал, захватив с собой Денчика.
Машины на парковке дорогие. Есть два «Мерса», один совсем старый, другой поновее, шестисотый, но уже побывавший в аварии. Кстати, единственный в городе, пока не появился Веселовский. Также были джипы разных марок, есть американские и европейские седаны, и даже «мустанг», правда, жизнь эту тачку изрядно помотала.
Ну и БМВ на месте, на котором возили Александрова-старшего, и с ним два джипа охраны, крузаки: чёрный семидесятой серии и тёмно-синяя сотка, которые начали делать в прошлом году. Ну, раз машина младше пяти лет, то ценник на неё должен кусаться, ведь покупали её явно в салоне. Совсем новая тачка, это даже видно по кузову.
Я остановил «марковника» рядом с БМВ. Ко мне тут же торопливо направились два бритоголовых крепких паренька из охраны ресторана. Понтов у них много – у каждого из уха торчал скрученный звуковод, скрученный, как провод у телефонной трубки. Но едва они поняли, что я знакомый Александрова, как сразу отстали и пошли докапываться до какого-то быка в спортивном костюме, ещё и приехавшего на девятке. Ну а чего он хотел, здесь даже Атаман не быкует, а ведёт себя прилично, место обязывает.
Александров-старший сидел в салоне БМВ, разговаривал по телефону. Не по мобиле, у него, похоже, дорогой спутниковый аппарат, видно и чемоданчик. Денег такой телефон жрёт немерено.
Заметив нас, промышленник наскоро попрощался и отключился. Но поздороваться не успели, рядом с нами затормозила чёрная «Волга», приподняв пыль. На первый взгляд обычная машина, но движок у неё довольно мощный, судя по звуку. Да и насколько я знаю, у таких автомат, а не механика.
Не простая это машинка, а КГБшная «догонялка», тридцать первая, ещё на ходу, чекистам в провинции ничего новее пока не покупали, гоняли на всём старом, ещё советском. Наверняка где-нибудь в Москве купили оперативникам новый «Форд», а эту тачилу отправили сюда, чтобы работала, пока не развалится. По следам на корпусе видно, что «Газ» пережил не один ремонт, но машинка ещё бегает и бегать должна неплохо.
Полковник Иванов сидел позади. Он вылез, с силой захлопнул дверь, что-то сказал водителю, и тот уехал. Похоже, чекист трезвый, поэтому говорить будет вежливо. Про эту же тачку он как-то говорил, кстати.
Вот мы и встретились вчетвером. Денис встал чуть в стороне, а остальные шли в мою сторону.
– Алексей Матвеич, – Иванов подошёл первым и протянул мне руку, – а я тут тоже решил поужинать вечерком. Только ужин здесь стоит больше, чем моя получка за месяц.
– Ну, с такими друзьями иногда можно и в ресторанчик сходить, Валентин Сергеич, – произнёс я с усмешкой.
– Да, Илюха – человек щедрый… правда, очень редко, – Иванов засмеялся. – По праздникам только, и далеко не всегда.
Александров подошёл ближе и обдал нас дорогим одеколоном. Он будто вылил на себя чуть ли не полбанки. Взгляд уставший, у человека явно недосып.
– Если что, это не взятка, Валька, – пошутил он, мусоля сигару во рту. Запах табака перебил даже одеколон. – А просто встреча в приятном месте. Кормят здесь неплохо. Если никто не возражает, само собой.
– А мне-то чего возражать, – сказал я. – Уже и так все косятся, думают, кто я такой, раз знаю больших людей. Глядишь, и знакомиться подойдут.
И правда, все на нас смотрели, некоторые с террасы аж вытягивали шеи, потому что интересно им было, что такое происходит. И лицо новое видят, и удивляются, что я запросто говорю с приехавшим из Питера богачом и местным крутым чекистом. Брата моего знать могли, но меня ещё нет.
Веселовский об этом узнает, само собой, но знать он будет только то, что все видят, а видят они очень мало.
Иванов здесь не просто так, он же нас свёл, тоже что-то планирует. Но зато может подсказать дельного, и немало.
– Вот только когда мы говорили про нашу проблему, – тон Александрова стал жёстче, – никто не имел в виду стрельбу.
– Бандиты постоянно стреляются, – я развёл руками. – Чуть ли не каждый день. Многовато, конечно, их полегло. Но зато по чистой случайности там оказались и шантажисты. Нам же это на руку.
– А теперь ищут, кто по ним стрелял, – добавил Иванов мрачным голосом.
– Сами и стреляли, конечно. Но пусть ищут. Может, даже найдут кого надо. Но то, что я обещал – выполнил, до парня уже никто не докопается, хвостов нет, твёрдых доказательств тоже. Что насчёт остального?
Александров посмотрел на меня, потом на сына, который мялся в сторонке, потом на чекиста, и шумно выдохнул.
– Я своё слово тоже держу. Обсудим, – он показал на ресторан, – там ушей меньше. Поедим заодно.
Прошли на второй этаж, и несмотря на то, что снаружи людей было много, внутри большая часть столов пустовала. Официанты в аляповатых бело-синих костюмах с кружевами проводили нас за овальный стол, накрытый белой скатертью. Сидеть предлагалось на кожаном угловом диване или в креслах, очень удобных на вид.
Приземлился на диван, развалился поудобнее. Александров с Ивановым сели напротив, внимательно меня разглядывая. Денис примостился где-то в сторонке, молчком, не разговаривал.
Появился официант, Александров-старший просто махнул рукой и поморщился, мол, принеси чего-нибудь и не мешай разговору. Такие просьбы никого в ресторанах не удивляли, и через несколько минут принесли бутылки водку в большой чаше, заполненной кусками льда. Без бухла не обходится ни один разговор в эти дни, особенно с богатеями и комитетчиками. Думал, ещё в сауну придётся ехать.
У Александрова зазвонила мобила, он поднялся и отошёл, прижимая телефон к ухе, а второй закрыл пальцем. Музыка играла громко, но какой-то непривычный здешним местам джаз.
За столиком неподалёку сели два парня, у одного вид бандитский, у второго – излишне слащавый, он ещё в белом пиджачке. Морды знакомые, значит, пересекался с ними в первой жизни. Но где – пока не помню.
– Музон какой-нибудь поставь! – рявкнул тип в белом пиджачке в сторону стойки, – Нормально только сделай.
А официанты продолжали приносить блюда. Раз тематика у ресторана водная, то приносили только рыбу и морепродукты. Притащили чёрную икру, красиво разложенную по большим ложкам с фигурными черенками на блюдах со льдом. Принесли уху из разной рыбы, а передо мной поставили фаршированного карпа. А потом добавили ещё водки, будто Александров сегодня решил крепко отметить избавление от угрозы. Всё дорого-богато, короче. Ну и явно готовили всё заранее, к назначенному часу.
– Вот эту сначала попробуй, – посоветовал Денис, показав на блюдо с икрой. – Здесь крутая, пробовал уже. И краба принесут потом.
– А неплохо кормят капиталистов, – пошутил Иванов, разглядывая еду.
– Я же тебе давно говорил – в бизнес иди, Валька, – отрезал вернувшийся за стол Александров. – А ты остался в Комитете своём. Вот и ешь теперь макароны с килькой.
– Как в старые времена.
Промышленник тяжело уселся и выдохнул так, будто у него с плеч свалилась гора. Может, и правда свалилась, просто он расслабился только сейчас.
– Ну, вообще, я думал, – продолжил Александров, – что придётся Дениску отправлять куда-нибудь подальше отсюда. Конечно, здесь, как всё вышло бы наружу, меня бы с говном сожрали, но как-то всё-таки удалось вывернуться.
– Братва не поделила многое, – спокойно сказал я, пододвигая икру к себе поближе. – У всех группировок друг к другу претензии, и все друг другу не верят, ждут подставы. Вот и сейчас так же вышло, совпало, что все друг другу не поверили. Ладно, мужики. Что там у нас по нашему общему другу? Потому что мне подсказали, что он меня подставить хочет. И ждать, когда он ещё чего-нибудь учудит – совсем некогда.
– И может учудить, – Иванов заткнул салфетку за воротник рубашки. – Так, вот Илюха обещал, пусть и говорит. А я добавлю, если надо будет.
Зачем он приехал? Чекист тоже мутит свою схему, потому что чувствует угрозу от Веселовского. Явно всех достал приезжий банковский сотрудник, одни проблемы у него.
– Короче, здесь в области, пока я не выкупил несколько разорившихся точек, – хриплым голосом начал Александров, – к добыче редкоземельных металлов присосалась китайская ОПГ. Да и к остальной добыче тоже. И в Якутии, где у меня комбинат, они тоже как у себя дома ходят.
– Китайцы? – я напряг память. – Мелкая банда? Или это кто-то из атамановских?
– Не, – замотал головой Иванов. – У китаёз здесь большой бизнес, как оказалось, и группировка крупная. Но о них мало кто слышит. Считай, пахан у местных китайцев вообще сидит в Харбине, здесь только его представитель – «хозяин», который всем и командует. Не отсвечивают лишний раз.
– Кое-что слышал, – я задумался. – Но они только с другими китайцами работают, насколько помню, в местный бизнес вообще не суются. И крышуют только самих китайцев.
– Вот-вот, – полковник закивал, – они хитрые, огласки избегают, с местной братвой закорефанились, дела совместные делают, за территорию с ними не воюют никогда. В прошлом году вот только, если слышал, они с бандой Джабраилова не поделили несколько составов с лесом и нефтью, вот и стрелялись. Чечены в итоге замочили предыдущего «хозяина», но пахан китайский с ними замирился, прислал нового. Но ножи против друг друга точат.
Как интересно, наверняка китайцы обиду не забыли. А я ещё вспомнил об общаке, который пытался забрать убитый мент Зиновьев. Юаней там было много, вполне мог быть какой-то совместный бизнес.
– В основном мочат или п***т только других китайцев, – добавил Александров. – Те на них не жалуются, а пожалуются – ну толку-то от этого? Чё, в ментовке много кто понимают, чё там китайцы лопочут? Вот сами в своём соку и варятся.
– Вот именно, – подтвердит Иванов, хлебая уху. – У них свои обменники, свои банки ручные, свои схемы обнала, проституция в обе стороны через границу через их руки идёт. Ну и главный доход – контрабанда. Лес, нефть, цветмет, редкоземельные металлы, – он кивнул на Александрова, – много чего ещё к ним идёт.
– Ну, понятная схема, – я кивнул, присматриваясь к тарелке с ухой, – Местная братва ворует, а китайцы увозят к себе. Тема понятная, все довольны, кроме страны, у которой всё это тащат. И братве это удобно, они же всех местных знают, включая власти, таможню и ментов, вот с ними поэтому китайцы и делятся. Рисков мало – прибыли много. Вот и не воюют.
– Разбираешься в теме, – чекист продолжил есть.
– И Веселовский в этом цирке участвует?
– Ага, со зрителей сразу в акробаты полез, – едким тоном заметил Александров, – хочет в этом б***м цирке стать главным клоуном.
Он уже раскраснелся, потому что водку пил, как воду. Но голос, что характерно, совершенно трезвый, только материться больше стал.
В зале играл блатняк, та парочка знакомых мне людей, сидящих неподалёку, выделывались перед официантом, требовали принести что-то кроме рыбы, но ничего такого в меню не было, кроме орешков к пиву.
Схемка в моей голове понемногу росла. Есть китайцы, есть наши родные бандиты, и есть линейный отдел железнодорожной милиции, который может помогать вывозить всю эту контрабанду в Китай по железной дороге. Ну, эта схема только в Бекетовске, мы видим часть, потому начиналась цепочка раньше, и продолжалась за границей.
– Вот Веселовский, – продолжил Александров, – хочет войти в этот бизнес с головой. Даже неизвестно, это банк придумал или это его личная инициатива, но контакты у него есть и с китайцами, и с братвой, и с ментами линейного отдела. Оформляют фирмы-однодневки, банк им в этом помогает, те подают фиктивные декларации и делают отчётность, а по факту по железке вывозят совсем иное. Ну и таможне приплачивают, чтобы смотрели документацию не так внимательно.
– Правда, у линейщиков проблемки, – произнёс Иванов, с намёком глядя на меня, – от себя добавлю, что зимой один капитан вдруг поскользнулся на лестнице у магазина, куда ходил за водкой, и помер – свернул шею. Вроде и несчастный случай, но коллеги всполошились.
Я думал быстро. Мыслями всё возвращался к запертым банковским ячейкам. А что если менты подумали, что тот капитан, их коллега по теневому бизнесу, умер неслучайно?
Не просто так об этом упоминает Иванов, любитель сложных намёков. И убитый продажный опер Зиновьев мог не только держать общак группировки, но и вести бухгалтерию для «коллег». Он приторговывал наркотой сам, но его сообщники из линейного отдела могли быть в доле. Да и найденных денег было много, столько на мелкой торговле дурью не сделаешь. Большой бизнес они устроили, оказывается, больше, чем нам было известно в первой моей жизни.
И он вполне мог упрятать в ячейку свои записи и данные. А это компромат, и если там есть какие-то схемы от Веселовского, то и на него тоже. Зиновьев и его подельники могли опасаться, что Веселовский их потом зачистит, и решили обезопаситься. Но тут вмешались мы и поломали им всю схему. Вот и ищут крайних, при этом подозревают друг друга.
Пока что безопасник на Мерсе ищет концы, а заодно продолжает прессовать Александрова, ведь тот положил руку на крупный источник добычи редкоземельных металлов. Хотят его крышевать, значит. И схемы с подставами рожают.
Дорогая схема и богатая, много кто замешан. Многовато, на мой взгляд, участников, кого-то из них стоит проредить.
Короче, надо доставать содержимое ячейки, и Александров-старший мне в этом поможет. Как и Иванов. Тут уже другие ставки, повыше.
Схемы рисовались, уже думал, кого и с кем надо стравить.
– Вот это попробуй, – Денис пододвинул ко мне блюдо с устрицами, которое только что-то принесли. – Отвечаю, крутая тема, хоть и не сезон. Но эти нормальные должны быть. Смотри, как их есть…
Я чуть не сказал, что вторая жена показывала, но вовремя сдержался. В этой жизни я ещё не женат.