Хроники скитальца. Кинжал последнего желания

Бестелесные: Встреча

Стизор уже боялся открывать глаза. Каждый раз, когда он просыпался, его ждал какой-то неприятный сюрприз. То он прикован к кровати, то связан в яме. Судя по боли в плечах и в запястьях, он все еще был в яме. Как только ему руки не оторвало во время прошлого падения.

Он попытался открыть глаза, но успех имел только левый глаз. Правым глазом под распухшей бровью он ничего не видел.

Рассвело. Наверху над его ямой слышались какие-то голоса и некая возня.

Стизор встал на ноги и хотел посмотреть наверх, но кто-то силой дернул веревку, связывающую его руки, вверх и в сторону так, что его отбросило к стене ямы. Он ударился затылком, и ноги его подкосились, однако веревка не позволила ему упасть. Он продолжал висеть на ней, но только теперь не в центре ямы, а прижимаясь к его стене.

С другой стороны ямы сбросили канат со множеством узелков. Туземцы часто использовали такие канаты вместо лестниц, и в этот раз по нему ловко соскользнул загорелый мужчина с жидкой бородкой, которого Стизор уже ранее видел в доме Ксиань.

– Знаешь, кто я? – спросил мужчина на местном наречии, кривя свой рот в самой противной улыбке, которую когда-либо только мог видеть Стизор.

– Тот ублюдок, что ударил мою любимую женщину, – ответил Стизор, за что получил несколько неожиданных и очень сильных ударов по лицу.

– Я еще не нашел твоих женщин, – отвечал мужчина, – но как только найду их, поступлю с ними так же, как вы поступали с нашими женщинами.

Стизор сплюнул ему под ноги сгусток крови вместе с зубом. После чего нащупал языком ноющую пустоту на месте выбитого зуба. Жаль, что передний, он бы еще Стизору понадобился.

– А к тебе я буду приходить каждый день! – не дождавшись какой-либо реакции от северянина, продолжил туземец. – И каждый раз я буду отрезать тебе по одному пальцу. Хотя нет! Так они у тебя быстро закончатся. Буду отрезать по одной фаланге. Так мы продлим это удовольствие. А начну я с больших пальцев ног, чтобы ты далеко убежать не смог, если вновь решишь попытаться выбраться отсюда. О да! Попробуй сбежать! Это будет здорово. Ты будешь в муках бежать отсюда, и когда у тебя в груди уже заблещет надежда на спасение, я отыщу тебя и верну сюда вновь.

Стизор продолжал молчать, а его истязатель достал металлические щипцы, которые островитяне сами ранее неоднократно использовали для ампутации языка или конечностей провинившихся рабов. Когда он подошел к нему ближе, Стизор оттолкнулся левой ногой от стены, подтянулся руками на веревке и нанес хороший удар коленом по голове туземца, хотел его обхватить ногами за шею, но от сильного удара тот отлетел в другую сторону, и Стизор уже не смог дотянуться до него.

Мужчина встал на ноги и тоже сплюнул на глиняный пол свой зуб. После чего он налетел на связанного островитянина с такой яростью, что Стизор потерял счет его ударам и в один момент даже перестал пытаться уворачиваться от его кулаков, поскольку сил на это не осталось.

Все его тело ныло, а в глазах все расплывалось. Он был уже в полубессознательном состоянии, когда туземец таки свершил задуманное и откусил острыми щипцами ногтевую фалангу большого пальца на правой ноге Стизора.

Король-Маг: Прощальный подарок

Уже который день сохранялась ясная теплая летняя погода. Солнце светило высоко в небе. О ночной битве в Зодвене свидетельствовали только столбы дыма, поднимающиеся от тлеющих пепелищ, а также разрушенные части городских стен и домов. Большинство горожан, как и кривенцев, были заняты оказанием помощи раненным во время сражения и подготовкой к захоронению павших бойцов. Воины Агвинара, которые, в сравнении с другими участниками битвы, понесли совсем небольшие потери, закончили свои дела в городе и теперь занимались охотой, а своей добычей щедро делились с нуждающимся в еде населением Зодвена.

Люди поначалу неохотно принимали от вчерашних врагов пищу, но учитывая, что в суматохе войны и полуразрушенного города еды не хватало, они были вынуждены принимать дары от воинов Агвинара, которые вели себя достаточно дружелюбно. Олун возмущался, почему это Агвинар делится пищей с врагами, а не с его людьми, на что Агвинар ответил, что согласно предварительной договоренности, теперь жители Зодвена в его подчинении, поэтому он обязан о них заботиться.

Ближе к вечеру на рыночной площади, где собралось много горожан за дарами от короля-мага, Агвинар выступил с речью.

– В первую очередь, – начал свою речь Агвинар твердым, уверенным голосом, и в нем не было ни нотки враждебности или злости, – я хотел бы извиниться за всех нас, за королей. Ведь именно из-за наших личных дел пострадали вы, мирные горожане и преданные воины. К сожалению, случившееся не исправить. Павших уже не вернуть. Что сделано, то сделано, хотя я лично изначально предлагал вашему королю сдаться, дабы сохранить жизни тысячи ни в чем не повинных людей, но его личные мотивы и его жадность унесли столько жизней. Мы все виновны перед вами, и я понимаю, что одних извинений здесь недостаточно. Ведь еще все беды не закончились. Несколько веков ваш город жил под мирным небом благодаря защите магов, но этих колдунов теперь не стало, и как только Зодвен лишился этой магической защиты, он не выдержал даже одной ночи. Ваш король не сумел защитить вас без помощи магов Черной скалы.

Толпа, которая поначалу перешептывалась, а где-то даже были слышны оскорбительные выкрики, замолчала, а Агвинар, сделав небольшую паузу, продолжил:

– Что вас ждет теперь? Магов нет и никогда их уже не будет. Городские ворота разрушены. Ваш король слаб. Вы стали легкой добычей для разбойников, которые не будут давать вам покоя. К сожалению, всех вас ждут голод и полная разруха… Хотя нет, не всех! Я предлагаю вам свою помощь! Ради спасения ваших жизней, ради безопасности ваших детей и стариков я предлагаю вам пойти со мной и поселиться в сильном городе, где будете жить под моей защитой. Под защитой короля-мага, объединившего несколько королевств, где мирно соседствуют эльфы и гномы, люди и полурослики, а орки и тролли служат нам!

Многие из вас потеряли свое жилье и остались на улице, я же предлагаю вам новые дома в защищенном и процветающем городе. Вы здесь голодали, а я вам предлагаю сытную жизнь. Ваш король душил вас налогами, я же предлагаю вам справедливое и достойное проживание в моем королевстве!

Я бы мог как победитель увести в рабство ваших жен и детей, рекрутировать ваших мужей и отцов, но мне не нужны слуги, мне нужны свободные жители моего королевства! Так идемте же со мной!

– Я не голодал! – выступил один знатный торговец Зодвена. – Однако я мог бы жить и более достойно, если бы король Зодвена мне позволил, а не мешал моему делу, не грабил меня своими поборами. Моя работа научила меня разбираться в людях. Поэтому моя семья идет с вами! – громко произнес торговец и встал на колени перед Агвинаром.

Это удивило зодвенцев, знавших гордый нрав торговца, который очень часто даже не кланялся королю Зодвена. Видимо, удивило настолько сильно, что несколько людей сразу же последовали его примеру, склонив колено в знак признания власти нового короля. Однако многие еще не решались и переглядывались друг с другом.

– Мой муж погиб из-за вас! – вышла вперед одна высокая стройная женщина, ее глаза были красными от слез, волосы растрепаны, а из-под волос выпирали заостренные уши, свидетельствовавшие о ее родстве с эльфами, хотя женщина принадлежала к расе смертных. – Это вы напали на наш город, а теперь во всем обвиняете нашего короля, который защищал нас. Это вы убили наших магов. Как мне теперь одной прокормить троих детей?

– Я понимаю вас, – ответил тем же ровным тоном король-маг. – Я скорблю вместе с вами за каждого, кто погиб той ночью. Однако мы можем бесконечно долго сожалеть о случившемся и заниматься поисками виноватых, но это не вернет к жизни вашего мужа. Это непосильно даже мне. Я могу лишь позаботиться о вас и ваших детях. Вот им я могу помочь, что и предлагаю.

– Вы не знаете всей правды! – выступил вперед один из военачальников Зодвена. – Если бы Риван больше внимания уделял армии, мы бы вчера не шли в атаку в ржавых латах. Наши мечи ломались о блестящие доспехи наших врагов и не пробивали их добротную кольчугу. Будь у нас такое же вооружение, я бы не потерял так много воинов в прошлую ночь. Я готов присягнуть королю Агвинару!

За военачальником последовало еще больше людей, но оставались и те, кто не поддался сладкой речи колдуна. Нашлись и те, кто уверенно заявил, что маг подкупил торговца и военачальника. Другие советовали заткнуть свои уши, чтобы не быть зачарованными магией речи Агвинара.

В итоге Агвинар дал всем время подумать до утра и подготовиться к походу. Для тех, кто решится пойти с ним, предложил взять только все самое первое необходимое и собраться на рассвете возле лагеря короля-мага.

– В пути вы не будете нуждаться в пропитании, – заверил он всех. – Со мной вы будете сыты и в полной безопасности.

После этого король-маг вернулся во дворец, где на него сразу же с порога накинулся Риван с претензиями, что он рассчитывал на то, что они все вместе сядут за стол переговоров, а тот не участвует в обсуждении ни одного из вопросов в то время, как Олун выдвигает слишком высокие требования. Вот только Агвинар не стал даже его слушать. Он отмахнулся от Ривана тем, что он ничего ему не обещал и за Олуна не ручался.

Наконец-то Агвинар добрался до своей комнаты. Там его ожидал сам Олун.

– Я слышал, ты уже завтра собираешься в дорогу, – упустив любезности, сразу же начал тот.

– Переходи сразу к делу, не нужно тратить время на вступительные речи, – строгим голосом предложил, а скорее даже потребовал Агвинар.

Голос его изменился. Совсем недавно он так мягко говорил с жителями Зодвена, предлагая пойти с ним, а теперь его голос звучал властно и твердо, даже с некоторой долей надменности.

– Ты слишком рано решил собираться в обратный путь. Мы не успеем, – паниковал король Кривении. – Мы еще даже не завершили переговоры. Мы явно не успеем собрать всю дань.

– А как это все меня должно беспокоить? – недоумевал маг. – Я решил не жадничать и свою живую дань уже подготовил.

– Мы же договорились, – все в том же паническом виде говорил Олун. – У нас союз, а ты хочешь бросить меня здесь.

– У нас была договоренность, – согласился Агвинар. – И я выполнил все свои обязательства. Зодвен взят. Ни о чем более мы не договаривались.

– Хорошо, – согласился Олун. – Пусть это так, но давай заключим новое соглашение. Сколько золота ты хочешь? Сколько тебе заплатить, чтобы ты дождался меня?

– Мне не нужно золото, – ответил Агвинар. – В скором времени золото будет никому не нужно. Все, что я хотел от этого похода, я уже получил. Теперь же прошу оставить меня. Я устал.

Король Кривении, не найдя больше слов, что-то недовольно бормоча себе под нос, вышел из комнаты, а Агвинар снял с пояса свой длинный меч, положил его рядом с креслом, расположился в нем поудобнее и задремал. Хотя со стороны трудно было судить, спит ли он, ведь его лицо по-прежнему было в тени капюшона. Только ровное дыхание и плавные движения грудной клетки свидетельствовали о том, что маг, вероятнее всего, уснул.

Агвинар же, как всегда в последние годы, видел различные, порой непонятные сны. Он понимал, что видит реальные события из будущего, а временами из прошлого. Иногда ему снились события, которые происходили в данный момент. Вот не всегда ему удавалось определить, когда и где произойдет то или иное событие, а быть может, оно уже произошло. Агвинар во сне видел, как огромные полчища элитной армии орков осаждают Виринтвул и сражаются против него. Гномы, как ни странно, были в союзе с орками, а орки стойко держали свои позиции плечом к плечу с кентаврами.

Уже в следующий момент Агвинар увидел неизвестный ему город, весь охваченный пламенем, где горели даже камни и плавилось железо. В следующий миг Агвинар оказался в широком зеленом поле. За ним шли его воины, а позади с тележками, с повозками шли крестьяне и ремесленники со своими женами и детьми. Вдруг с севера появились разбойники. По их одежде из меха и сапогам, также обшитым мехом, можно было определить, что это были горцы. Агвинар, еще будучи совсем юным, когда еще не носил звания короля, видел уже подобных воинов, тогда они напали на деревню, где оружие носили женщины. Агвинар устремил свой взгляд высоко в небо, где одиноко кружил ястреб, которому было прекрасно видно, что творилось внизу: и бескрайние зеленые поля, и армия Агвинара, и огромная банда разбойников, и большое стадо диких быков, мигрирующих на новые пастбища.

Агвинар спал, и в этом был уверен Аревий, который незаметно проник во дворец, миновал стражу в коридоре, проник в одну из спален и уже через лоджию попал в комнату, где спал король-маг. Аревий неспешно обнажил свой кинжал, бесшумно подкрался к Агвинару, который так и продолжал сидеть в своем кресле. Вот он уже направил острое лезвие к горлу мага, но вдруг его рука замерла, словно ее парализовало. Между шеей мага и острием кинжала осталось меньше сантиметра, но Аревий не мог пошевельнуть рукой. Он решил взять кинжал в другую руку, но и левая рука ему больше не подчинялась. Он вовсе не мог шевельнуться.

– Ты ведь не рассчитывал на то, что меня можно будет так просто убить? – негромко, спокойным тоном спросил Агвинар, осторожно кончиком пальцев отодвигая острие кинжала в сторону. – Пожалуйста, скажи мне это! Скажи, что ты не рассчитывал, что это будет так легко. Не разочаровывай меня, прошу!

Аревий, может, что-то и хотел ответить, но он не мог ничего сказать, все его тело застыло. Словно статуя, он не мог шевельнуть ни губами, ни пальцем, даже моргнуть был не в силах, а глаза уже начинали болеть от этого.

– Ах да, – опомнился Агвинар, отойдя немного в сторону. – Ты ведь пока не можешь даже говорить. Что ж, так диалог у нас не получится, поэтому я отпущу тебя, но прежде чем что-то предпринять, подумай очень хорошо над тем, хочешь ли ты увидеть своего сына!

У Аревия внезапно ноги подкосились, и он упал на пол.

– Поэтому я и здесь! – ответил он. – Ты отнял его у меня!

– Разве? Не стоит винить других в своих бедах, – посоветовал маг. – Ты сам убил всю ее семью. Понимаю – братишку, а сестренку-то зачем?

– Ты заставил меня!

– Брось! Ты же не веришь в эти сказки. Ну, где же я тебя заставлял? Как заставлял? Я угрожал тебе или шантажировал? Скажи как!

– Ты завладел моим разумом.

– Не надо, – перебил его Агвинар. – Я же просил тебя. И для того, чтобы завладеть чьим-то разумом, у того должен быть этот разум, и невозможно подчинить себе человека, у которого в голове полный хаос. Признайся хотя бы самому себе, что это ты сам их убил. Ты сам принял это решение. Только не спеши сильно горевать по этому поводу. Еще не поздно все исправить.

– Где Ирвен? – спросил Аревий, и глаза его увлажнились.

– Она у меня. Мои люди не причинят ни ей, ни твоему сыну никакого вреда, если я буду жив и здоров. Это еще одна причина не убивать меня пока, – неожиданно засмеялся король-маг.

– Зачем они тебе?

– Я ведь желаю всем людям только добра, – продолжал тем же спокойным тоном Агвинар. – Тем более что она ни в чем не повинна. Ты ведь понимаешь, что, привыкшая жить под защитой Черной скалы, она пропадет в этом безумном мире, где столько опасных людей, таких как ты, например. Поэтому я решил позаботиться о ней и вашем сыне.

– Ты говорил, что можно все исправить, – напомнил Аревий.

– Да, – согласился маг. – Я могу убедить несчастную Ирвен, что ты не такой уж и подлец. Я могу придумать хорошую легенду, где ты будешь доблестным воином, который защитил ее, а не убил самых дорогих ей людей. Кстати, мне нравится твоя идея по поводу зачарованного разума.

– Ты ведь не станешь это делать за просто так? Или ты настолько благороден, что желаешь мне помочь лишь по доброте своей душевной, о которой ты только что мне говорил?

– Я помогу тебе, не попросив ничего взамен, если ты будешь мне другом, а не врагом.

– Твои сладкие речи не действуют на меня. Говори, что я должен делать.

– Разумеется же, делать то, что ты умеешь лучше всего.

– Предлагаешь служить тебе? – догадался Аревий.

– До тех пор, пока Ирвен не поверит нам, тебе будет лучше оставаться со мной.

– Могу я подумать над твоим предложением? – спросил Аревий, неспешным шагом поднявшись на лоджию.

– Разумеется, – ответил Агвинар.

– Ты все лжешь! – вдруг резко ответил Аревий, спрыгнул с лоджии на карниз и юркнул в окно соседней комнаты.

Агвинар явно не ожидал этого, но сохранил безмятежный вид. Он вышел на лоджию, постоял там некоторое время, потом громко позвал Дравула, но тот не отзывался.

– Дравул! – громче крикнул Агвинар, и через пару секунд в дверях появился вампир. – Ты так собираешься заслужить свободу?

– Прошу прощения, повелитель, – поклонился Дравул.

– Ты ведь должен обеспечить мне защиту ночью! Разве не так?

– Так.

– Так почему мой сон потревожила эта невоспитанная особь?

– Мы найдем его.

– Не надо никого искать, – перебил Агвинар, смягчив свой тон. – Больше людей потеряешь. Найдут они его. Как же! Девушку хоть нашли?

– Еще нет, – виновато ответил Дравул, – но она обязательно проявит себя. Мы ее найдем.

– Быстрее, пока Аревий не догадался, что она не у нас. Нам нужен весомый аргумент, способный сдержать его.

– Почему бы его просто не убить? Вы ведь могли это сделать. Он был в ваших руках.

– Он еще не сыграл свою роль, но он может быть опасен для нас.

– Слишком много врагов вы оставляете за своей спиной, повелитель.

– Лучше разыщите мне свою сестру по крови, – вновь перебил его король-маг. – Все тут одни мудрецы собрались, только почему-то всеми ими правлю я.

Дравул, как всегда низко поклонившись, вышел из комнаты, а Агвинар уже больше не сомкнул глаз в ту ночь, тем более уже близилось утро. Звезды на небе постепенно тускнели. Небо на востоке начало принимать бледный оттенок, свидетельствуя о приближении нового дня, новых надежд и разочарований, новых событий и несбывшихся желаний.

С первыми лучами солнца Агвинар прошел в комнату, где спала Эльстина. Она к тому времени тоже проснулась и с печальным видом стояла у окна.

– С добрым утром, – поприветствовал ее Агвинар.

– Доброе утро, – несмотря на свою обиду, ответила Эльстина.

Ее мягкое сердце лисценты не могло носить в себе зло, и как бы Эльстина ни хотела казаться грубой и обиженной, она на вежливость отвечала вежливостью, на улыбку улыбкой.

– Пора в дорогу, – уведомил ее маг.

– Ты повезешь меня насильно? – спросила девушка.

– А разве ты не собиралась поехать со мной? – удивился Агвинар.

– Нет. Я не желаю с тобой куда-либо ехать.

– Подумай хорошо. Что тебя здесь ждет? Ты думаешь, что все время будешь жить во дворце? Как только я уеду отсюда, ты для них будешь никем. Поехали со мной, и ты будешь моей королевой! У Зодвена печальная судьба. Скоро от могущества этого города ничего не останется. Поедем же!

– Агвинар, – подошла ближе к магу девушка, – помнишь, раньше ты сам пытался меня убедить, что мы не сможем быть вместе? Так почему же теперь ты уговариваешь пойти с тобой? Разве ты забыл об этом?

– Раньше я просил забыть меня, потому что любил тебя, – ответил маг, – а сейчас хочу быть рядом с тобой, потому что продолжаю любить тебя.

– Ты хоть сейчас можешь не врать? – возмутилась девушка. – Или ты уже не можешь остановиться? Ты ведь всем все врешь! Возомнил себя великим правителем и пытаешься всех запутать.

– Я не вру, – вздохнул Агвинар. – С тех пор многое изменилось. Раньше я думал, что смогу прожить и без тебя, но, только потеряв тебя, я осознал, как ты мне была дорога.

– Ну а как же то, что я отношусь к другой расе? – не отступала Эльстина. – Как быть с тем, что ты умрешь, а я бессмертна?

– Скорее раньше начнется Всесветная война, где мы все погибнем, нежели я умру от старости, – ответил король-маг. – Я же тебе говорю, что многое с тех пор изменилось. Изменился я. Я стал куда могущественнее, чем мог себе это представить даже в своих детских мечтах. Я придумаю что-нибудь!

Эльстина молчала. Молчала не только оттого, что не могла подобрать нужных слов для убеждения мага отпустить ее, а больше из-за того, что понимала, Агвинара нельзя было в этот момент переубедить. Однако тот сам первым неожиданно прервал тишину и сказал то, чего она точно не ожидала услышать в ту минуту.

– Хорошо. Я не стану заставлять тебя идти со мной против твоей воли, – сказал он. – Только подумай хорошо и скажи мне еще раз, действительно ли ты не желаешь идти со мной?

– Нет, я не хочу идти с тобой, – ответила девушка без единого замешательства. – Отпусти меня, пожалуйста.

– Хорошо, – к удивлению Эльстины, снова легко согласился Агвинар. – Можешь идти. Только знай, что я тебя любил, и именно поэтому отпускаю тебя.

– Спасибо, – обрадовалась девушка и на радостях обняла мага. – Спасибо тебе!

– Я иначе представлял себе нашу встречу. Ожидал другой исход. Даже приготовил тебе небольшой подарок. Не выкидывать же его, в конце концов. Ведь у нас были и хорошие дни, не так ли? Поэтому прими, пожалуйста, на прощание мой маленький подарок в знак старой дружбы.

Агвинар достал из внутреннего кармана своего плаща тоненькую золотую цепочку. Настолько тонкую, что казалось, она вот-вот порвется от любого неосторожного движения. На ней висела маленькая голубая капелька какого-то прозрачного и невероятно красивого камня. Эльстина, радостно улыбаясь, повернулась спиной к Агвинару, позволяя ему зацепить цепочку на шее. Агвинар осторожно убрал ее локоны и ловким движением защелкнул маленькую изящную застежку тонкой работы.

– Прощай, – с грустью произнес король-маг и вышел из комнаты.

– Удачи тебе, – негромко пожелала ему вслед девушка, сжимая в своем кулаке голубой камушек на груди.

Перед воротами дворца Агвинара ожидал его верный единорог Сенфил, который покорно поклонился магу и умчал его с быстротой ветра к городским воротам. Там, на окраине города, уже собралась целая толпа горожан, пожелавших идти с Агвинаром. Среди них были и женщины, и дети, ремесленники и крестьяне, старики и даже воины. Агвинар направил Сенфила к своей маленькой армии, которая уже выстроилась для похода, но дорогу ей перегородила пара сотен воинов Олуна.

– Что вам нужно? – громко спросил Агвинар.

– По вашей договоренности с Олуном, – ответил один из предводителей отрядов кривенцев с длинной седой бородой, – жители Зодвена принадлежат вам, а все остальное королю Олуну, а в ваших повозках свитки магов Черной скалы, которые принадлежат нашему королю.

– Мы оговаривали добычу, что найдем в Зодвене, а про Черную скалу мы ничего не говорили. Мои люди, рискуя своими жизнями, лично вывезли все из этого проклятого места. Так что убирайтесь с моего пути.

– Черная скала находится на землях королевства Зодвена, – хотел что-то еще возразить кривенец, но Агвинар не позволил ему договорить.

– У меня нет времени с вами спорить, – ответил Агвинар, яркая вспышка, исходящая от мага, отшвырнула на несколько метров всех кривенцев, перегородивших дорогу, и Агвинар повел своих людей на запад в сторону своего королевства.

Бестелесные: Тхи

Сложно концентрироваться на своем дыхании, когда тебя окружает зловоние собственных испражнений, различных объедков, а также гниющей плоти кусочков человеческих пальцев, раскиданных вокруг. Причем эти фаланги пальцев на дне ямы тоже когда-то принадлежали Стизору.

Однако ничего другого узнику не оставалось делать. Благо веревку, за которую его ранее подвешивали, теперь ослабили, и он мог сидеть на полу. Вот только это послабление проявлением доброй воли или милосердия считать не приходилось. То была вынужденная мера со стороны Рхинсаля, как представился его истязатель, чтобы Стизор не скончался раньше времени.