- -
- 100%
- +
– Да, пожалуйста! – мурлыкнул Мурзик и ткнул лапкой в Горынычей. Я, Ваня и Лидия Михайловна зависли, переводя взгляды с мужчин на кота и не понимая, что он хочет сказать.
– Ладно, берите, – вздохнул Разящий и отошёл подальше, вместе с другими тёзками. – Всё равно ведь не отстанете.
Потом Горынычи обнялись, ярко вспыхнули, и на месте трёх мужчин оказался трёхглавый дракон. Ваня, громко матерясь, свалился с моего плеча. Лидия Михайловна потеряла сознание, я тоже покачнулась, но Коша аккуратно поддержал и усадил меня на стул. Мороз присел рядом с лже-Ягой и приложил руку к её голове, та мгновенно пришла в себя и села, таращась на дракона. В принципе, мы все изумлённо таращились…
Дракон был большой, метра три в холке и около десяти в длину, чёрный и трёхглавый.
– Ну, что уставились?! – громогласно спросила средняя голова и закатила глаза. – Берите уже, пока не передумал!
Коша отпустил мою руку, взял нож, не теряя времени, подошёл к дракону и отковырнул чешуйку.
– Ай, щекотно! – воскликнула левая голова, выпуская пар из ноздрей.
– Ничего, потерпишь! – парировал Кощей.
– А как же благодарность?! – возмутилась правая голова. – Вот так всегда! А ещё друг называется!
– Обойдёшься… – хмыкнул мужчина, вставая рядом со мной.
Едва Кощей отошёл, дракон вспыхнул, и на его месте появились три брата Горыныча, с довольными улыбками наслаждающиеся реакцией зрителей. Я лишь порадовалась, что сижу, зато Лидия Михайловна чуть не отправилась в повторный обморок, хорошо, дедушка был начеку и быстро поколдовал над её головой. Ваня всё так же матерился, сидя на полу. Нда… Шок – это по-нашему! – всплыла в голове фраза из рекламы, которая как нельзя лучше подходила к ситуации.
И вновь разгорелся спор. Мороз Иванович, Ваня и Мурзик требовали сейчас же провести обряд и вытащить наши тела с их сказочными обитателями из реального мира, а Кощей рычал, что надо перенести всё на завтра, потому что Машенька устала и ей необходим отдых.
Устав слушать споры, Машенька предложила компромисс. Она, то есть я, Ваня и Лидия Михайловна отправимся спать, а мужчины пусть колдуют. Коша неохотно согласился и сам лично проводил нас до комнат. Меня провёл в просторную светлую спальню, большую часть которой занимала роскошная кровать с балдахином, вдоль стен громоздились сундуки, а на маленьком столике у окна стояли резные шкатулки.
– Спи спокойно, суженая моя! – ласково сказал Коша, прощаясь и целуя мои руки. – Я всё сделаю, как ты хочешь, не волнуйся. Теперь тебе никогда не придётся волноваться и переживать, для этого есть я. Как же долго я тебя ждал!
Окинув меня обжигающим жадным взглядом, с усилием отвернулся и решительно пошагал прочь.
Закрыв за мужчиной дверь, я прислонилась к ней спиной и тихонечко сползла на пол, счастливо вздыхая. Неужели это всё происходит со мной?! Какой мужчина! И для меня! Ох, главное, чтобы он не разочаровался, увидев мою настоящую внешность.
Глава 14
Утром меня разбудил чей-то настойчивый взгляд. Открыв глаза, в первую минуту я решила, что ещё сплю. Передо мной сидела… я. Осунувшаяся, измученная, с печальной доброй улыбкой.
– Получилось?! – воскликнула я, садясь на кровати.
– Получилось, Маша, получилось! – успокоила меня девушка, поглаживая по руке.
Это было странно – смотреть на себя со стороны. Тем не менее, я была рада, что у мужчин и Мурзика всё прошло успешно, значит, и тела скоро вернут законным хозяевам! Вот только безрадостные мысли о том, что не нужна я тогда стану Кощею, всколыхнулись во мне с новой силой…
– А где остальные? – спросила я, вставая с кровати и одеваясь.
– Яга с Мурзиком сначала свои сокровища проверяли, потом на Лидию Михайловну ругались, что дом спалила, а сейчас наставляют её, как бизнус вести.
– Бизнес! – поправила я девушку, хихикнув.
– Ага, его, – кивнула та. – Косой сидит связанный и с кляпом во рту. Он, когда переместился, жутко ругался и требовал вернуть его назад, у него там переговоры с хозяином фирмы по изготовлению шуб срываются и девочки ждут. Понравилось нашему зайцу человеком быть. Ну а я тебя увидеть хотела, уж слишком долго ты спишь.
– Зачем? – насторожилась я. – Злишься?
– Нет, что ты? – отмахнулась девушка. – Разве ж ты в чём виновата? Скорее, это наша с дедушкой вина, что зайцу не поверили, да странности в Яге не заметили, ну и Кощея, конечно. Но и на него нельзя злиться, ведь он за любовь боролся, откуда ему было знать, что обряд не получится с первого раза.
– Тогда… – растерялась я и села на кровать, так как ноги резко подкосились.
– Предупредить хочу тебя, Машенька, – вздохнула Снегурочка. – Ты лучше не возвращайся в тот мир, не надо! Люди там недобрые мной заинтересовались, тебе жизни не дадут. Здесь твоё счастье, не там.
– Да я как бы и не собиралась, вот только маму оставлять не хочется, как там она без меня?! – грустно вздохнула я.
– Мужчине своему скажи, пусть он твои проблемы решает, – посоветовала девушка, улыбаясь. – Любовь чудеса творит, неужто не знаешь?
– Не знаю! – призналась.
– Ну, скоро узнаешь. А теперь пойдём? Все только нас ждут.
– Пойдём. Только давай сначала тебя, то есть меня, то есть тебя в моём теле в порядок приведём? – попросила я, разглядывая Снегурочку.
Ну, что сказать? Видок был ещё тот. Я и так не красавица, а после трёх дней в психушке – тем более. Мои короткие рыжие волосы торчали в разные стороны, пирсинг убрали, и в носу осталась дырка, круги под глазами и старый больничный халат довершали образ пугала…
Следующие два часа мы приводили моё тело в порядок – мыли, причёсывали, подбирали наряды, которых в сундуках обнаружилось великое множество, украшения из шкатулок. Наконец, когда меня более-менее удовлетворили результаты наших трудов, мы спустились вниз к остальным. Конечно, я со страхом ожидала реакции Кощея на своё настоящее тело, но он даже не глянул в сторону Снегурочки, полностью посвятив себя мне в её теле. И я не знала, радоваться мне или огорчаться.
Обряд по возвращению тел хозяевам не занял много времени, Мороз походил кругами, что-то пошептал, постучал посохом, а потом раз, и меня будто выдернуло и куда-то потащило. Очнулась я на полу, на руках у Коши, который обеспокоенно смотрел на меня.
– Получилось? – второй раз за день спросила я.
– Получилось! – кивнул он. – Как ты, любимая?
Прислушавшись к себе, я поняла, что кроме слабости и голода, о чём недвусмысленно оповещал всех мой желудок, меня ничего не беспокоило, что я и сообщила мужчине, осматриваясь по сторонам.
Все были на своих местах, счастливые-счастливые. Сияющая Снегурочка обнималась с дедушкой, Яга стояла довольная с не менее довольным Мурзиком на плече. Только Ваня, выплюнув кляп, требовал его развязать, да расстроенный заяц ускакал по своим заячьим делам.
– Ну, что ж, давайте отправим дорогих гостей по домам и уже своими делами займёмся? – предложил Мороз Иванович. – Пик зимы на носу, и нам с внучкой готовиться к ритуалу пора.
Возражений не последовало, вот только вернуться в реальный мир пожелала лишь одна Лидия Михайловна.
– После того, что учинил этот гад ушастый, мне там делать нечего! – уверенно заявил Ваня. – Я лучше здесь попробую устроиться, может, и для меня суженая отыщется, всё-таки это же сказка!
Переубеждать его никто не стал. Мы тепло распрощались с Лидией Михайловной, и Яга сама отправила старушку домой. Вот и всё.
А после был пир горой. Все радовались, что наше невероятное приключение наконец-то закончилось. Мы с Кощеем не сводили друг с друга глаз, и моё сердце теперь было спокойно. Я верила, что он любит именно меня, мою душу, в каком бы теле она ни находилась, и понимала, что и сама уже люблю этого необыкновенного мужчину, который столько сделал, чтобы обрести своё счастье в моём лице.
Эпилог
– Барышня, вас там хозяин ищет! – сообщила запыхавшаяся служанка, спускаясь в погреб, где я со своей помощницей Настасьей проверяла, хватит ли нам продуктов для свадебного пира, который, как и саму свадьбу, мы с Кошей решили устроить через неделю после пика зимы.
Гостей мы проводили три дня назад, а сегодня в реальном мире наступило тридцать первое декабря, и я нет-нет с грустью думала о маме, как она там одна? В принципе, только это и омрачало мою новую жизнь. С Кощеем у нас всё было замечательно, мы с полуслова понимали друг друга и редко расставались, стараясь всегда быть рядом. Просто сейчас он готовил для меня какой-то сюрприз, вот и поручил проверить кладовые, чтоб не скучала без него, а так старался ни на минуту не выпускать из виду, лишь на ночь мы расходились по соседним комнатам, чтобы утром снова встретиться.
Горынычи и Ваня, отложивший своё путешествие и поиски суженой до нашей свадьбы, постоянно потешались над нами и называли ниткой с иголкой или Кощеичами. А мы и не обижались, а то и вовсе не замечали шутников, не в силах отвести взгляд друг от друга.
– Что случилось, Кошенька? – спросила я жениха, который ждал меня на улице, держа что-то на раскрытой ладони. – Где сюрприз?
Жених загадочно улыбнулся, крепко взял меня за руку и, кинув это что-то на землю, потянул за собой. Нечто, оказавшееся маленьким клубком, тут же покатилось, оставляя за собой едва заметную тропинку, по ней и повёл меня Кощей.
– А куда мы? – полюбопытствовала я.
– За сюрпризом.
Хм. Ну ладно, не хочет говорить – значит, есть причина. Мы шли по царству жениха минут пятнадцать, потом же картина резко изменилась, всё поплыло, а когда обрело чёткость, я поняла, что стою в знакомом до боли подъезде, перед старенькой обшарпанной дверью в нашу с мамой квартиру. Со слезами счастья, я неверяще посмотрела на жениха:
– Но как?
– У Яги выменял! – довольно улыбнулся он и постучал в дверь.
Моё сердце на секунду замерло и заколотилось быстро-быстро. Неужели я сейчас увижу своего самого дорогого человека?!
Наконец, послышались приближающиеся шаги, и нам открыла мама. Бледная, осунувшаяся. Как же её подкосили переживания из-за меня!
– Машенька! – воскликнула она радостно.
– Здравствуй мама, пустишь?
– Ох, конечно, проходи, родная! – мама пропустила нас в квартиру, и я сразу кинулась её обнимать. Мы немного поревели, а потом, усадив Кошу за накрытый стол и отведя меня в сторонку, она устроила мне допрос.
Оказывается, из больницы позвонили, что я сбежала, не долечившись, и меня объявили в розыск. Поэтому маму очень интересовало, где я была и кто со мной, а главное, почему ей ничего не сообщила о своём местонахождении.
– Ну, понимаешь… – задумалась я, на ходу сочиняя историю. – В больницу приехал заграничный доктор – Коша, он сказал, что я уже здорова, и выписал меня, не поставив никого в известность. Всё это время я была с ним. И мы хотим пожениться, он увезёт меня в свою страну. Поехали с нами?
– Ох, дочь, как всё неожиданно. Не знаю, если ты в нём уверена… смотри сама, конечно, дело молодое. А я не могу с тобой, как же работа? Два года до пенсии. Ты лучше там устраивайся, пусть, если что, будет место, куда вернуться. А я к вам потом приеду. Ты главное, звони!
– Вот со звонками там туго, – замялась я. – Дом у Коши высоко в горах, связь не ловит, но я постараюсь отправлять весточку как можно чаще.
Не знаю, поверила ли мне мама, но допрос прекратила, мы присоединились к жениху, а заметив, как мы с Кошей смотрим друг на друга, она и вовсе успокоилась.
За несколько минут до полуночи Кощей сделал маме подарок:
– Отведайте, Екатерина Васильевна, это яблочко с моих земель, специально выведенный сорт – молодильное! – он протянул маме наливное яблоко, которое та завороженно приняла и сразу же съела, как под гипнозом.
– Настоящее? – восхищённо спросила у мужчины.
– Конечно! Не волнуйся, душа моя, теперь с твоей мамой всё будет хорошо. И здоровье поправится, и помолодеет.
– Спасибо! – искренне поблагодарила будущего мужа и обняла, не веря своему счастью, теперь оно, действительно, было полным.
Под бой курантов я искренне пожелала здоровья всем, кому его сейчас не хватает. А я? У меня и так всё есть! За неделю я прошла путь от кикиморы до невесты царя Кощея и живу в сказке, чего ещё может пожелать девушка?