Ирина. Четвёртая книга из серии «Принцессы»

– Не смейся надо мной! – надула губки Ира.

– Я вполне себе серьёзно говорю, – произнесла Анастасия и, взъерошив густые волосы сестры, добавила: – И как у тебя за три года отросли такие шикарные, а главное, длиннющие волосы?

– Сама поражаюсь, – выдохнула Иринка и отстранилась от Насти. – Ты же знаешь, что у меня волосы растут как на дрожжах, словно их по ночам кто-то специально вытягивает.

– Рапунцель ты наша, – засмеялась Тася.

– Это смотря про какую ты говоришь, – игриво сощурив глаза, девушка взяла локон своих волос и, сделав вид, что она их закидывает куда-то вверх, произнесла: – Если про ту, что из мультфильма, то я не против. Она, конечно, наивная, но хотя бы не полная дура, а если про ту, что в книге, то… – приподняв одну бровь, она упёрла руки в боки и добавила: – Не думаешь ли ты, сестрица, что только что назвала меня пропащей?..

– Ни в коем случае, – хихикнула Настя. – Только внешне сравнила, – подняв руки вверх, она сделала вид, что сдаётся, и между сестрами началась борьба на подушках. Первой подушку кинула Ира…

Когда солнце поднялось высоко над горизонтом, Стася и Стоян вернулись к себе во дворец, а Орешек снова начала обдумывать своё путешествие. Этот год казался для Иринки самым подходящим для приключений.

Вечером, сидя с мамой на диване, она расспрашивала, что и как будет происходить.

– Орешек мой золотой, у меня остались на выбор несколько вещиц: два одинаковых браслета на левую и правую руку, тиара и брошь. Есть ещё, конечно, серьга, что осталась от Василисы, но, я думаю, это её шанс на ещё одну сказку, – Ольга Сергеевна достала неполный комплект и протянула его дочери. – Выбирай.

– Без сомнения, я возьму брошь, это даже не обсуждается. Но пока убери их обратно, сегодня я точно не могу отправиться в путешествие, хотя бы потому, что я ещё не всё собрала с собой. Лучше расскажи мне, чем я владею, или хотя бы намекни.

– Доченька моя, ты же знаешь, что в ваших жилах течёт магия, но ты должна сама понять, что это. Почувствуй её внутри себя и прими, даже если ты считаешь, что она совсем тебе не подходит.

– Раз ты говоришь, что мне не подходит та магия, которой я владею, значит, это что-то, что мне не нравится, – скуксилась Иринка.

– Я сказала: даже если… Я не могу знать, понравится тебе твоя магия или нет, я могу только предположить, что от одной ты точно будешь в восторге. Вспомни Стасю, – мать притянула к себе дочь и, уложив её к себе на коленки, начала размеренно поглаживать её по голове. – Стася всегда любила огонь, но совершенно не воспринимала воду как свою магию. Однако в сказках именно эти два элемента были её основой.

– Ага, а ещё Нана владеет магией создания любой вещи из ничего, – вскинув руки вверх, Иринка добавила: – Пуф – и вот уже стоит замок. Пуф – и на пустоши расстилается прекрасный сад.

– Значит, и ты можешь владеть больше, чем двумя элементами.

– Так ли это? – уныние сквозило в каждом слове. – Я всегда отличалась ото всех, быть может, и здесь мне будет везти как утопленнику.

– Орешек, будь оптимисткой, постарайся увидеть свет даже в непроглядной тьме.

– В густой тьме, только тьма, там априори не бывает света, – нахмурившись, девушка встала с колен матери и начала наматывать круги по комнате.

– Тогда зажги этот свет сама, – щёлкнув ребёнка тихонько по носу, подошедшая Ольга обняла дочь. – А теперь давай спать. Утро вечера мудренее. Если ты пока не решилась на путешествие, то я даю тебе возможность ещё всё обдумать и принять правильное решение. Спокойной ночи, Орешек.

Оставшись одна, Ира пошла к себе в комнату и, усевшись в своё любимое кресло, задумалась.

– У Любы был посох, а у Васи – волшебная палочка. Они не имели своей магии, но это и понятно, мама рассказывала об этом. У Наны были огонь, вода и создание предметов. Тогда что может быть у меня? Тата говорила, что природа откликается на моё настроение. А что если и правда я владею магией природы и, возможно, из-за моих страхов магией пустоты? – поморщившись, девушка продолжила: – Магия пустоты, что это? – потерев переносицу, она начала вдумываться в слова. – Пустота… ничто… то, чего, вроде как, нет… Но это не тьма и не смерть… Хотя, не факт, – вскочив с кресла, она начала ходить по комнате кругами. —В нашей вселенной нет пустоты, всё чем-то заполнено, поэтому пустота – это не какое-то место, скорее, это какая-то энергия или некий инструмент, открывающий место, которое наполнено, но чем? А-а-а… – стряхнув с себя все мысли, Ира решила, что лучше лечь и поспать, а завтра со светлой головой она, возможно, решит эту головоломку.

Но сон никак не приходил, поэтому девушка решила просто помечтать о чём-то прекрасном. Конечно, в голову лезли всякие мысли из разряда «как выжить в незнакомом месте», «как остаться в живых», и, конечно, «как не попасть на обед к какому-нибудь заблудшему людоеду или великану». Именно с такими тревожными мыслями она и уснула.

Утром Иринка встала без настроения, так как всю ночь ей снились кошмары. Завтрак собрал всю семью воедино: папа с мамой кормили Соню кашей, старательно изображая, кто самолёт, а кто поезд. Варя и Леля, съев свои порции, побыстрее убежали смотреть мультики. Ирочка же, уставившись в тарелку, долго не могла понять, почему она зациклилась на магии пустоты, когда её магия может быть совершенно противоположной.

– Орешек, с тобой всё в порядке? – спросила обеспокоенная мать, вглядываясь в тёмные круги под глазами дочери. – Ты плохо спала?

– Всё нормально, мама, – отмахнулась было Ира, но потом поняла, что если мать увидела её в таком состоянии, то теперь точно не отстанет. – Мне кошмар приснился, – вымучено улыбнулась дочь. – Опять пауки и я, тонущая в кромешной мгле.

– Ты снова до утра рассуждала? – положив свою руку поверх Ириной, Ольга Сергеевна уточнила: – Тебя так мучает будущее?

– И да, и нет, – уклончиво ответила девушка и взялась за ложку.

– Запомни, сладкая моя: тебя никто не торопит, – улыбнулась женщина. – И если ты считаешь, что не готова, то не стоит себя торопить и загонять в угол.

– Просто… – подняв глаза, Иринка тихонько прошептала: – Я боюсь, что время никогда не настанет, потому что я ужасная трусиха.

– Ты сильная, – подмигнула дочери мать, – ты просто сама этого ещё не знаешь.

– Мама, ты всегда меня подбадриваешь, говоря, что я сильная, хотя я трусиха и слабачка! Ты называешь меня красавицей, но я-то знаю, что совершенно обычная непримечательная девчонка. Ты внушаешь мне то, какая я умная, но мои страхи, неверие и трусость перекрывают всё, что у меня есть. Как ты не понимаешь – я самая обычная! Я – серая масса, ничем не отличающаяся от остальных…

– Мне грустно слышать такое от тебя, – нахмурившись, произнесла мать. – Почему ты не видишь своё истинное лицо? Почему ты не можешь принять себя? Неужели твои страхи настолько велики? – обняв дочь, Ольга Сергеевна прошептала: – Орешек мой золотой, ты самая лучшая и я верю: ты поймёшь это, если не сейчас, то скоро, очень скоро. И, я уверена, что, когда наступит время, сердце тебя подтолкнёт к правильному решению…

– Лучше бы оно меня пнуло, чтобы я поняла, что уже пора, – пробубнила Ира и наконец-то накинулась на свою любимую кашу.

Снова и снова сидя вечерами в своей комнате, Иринка рассуждала, что и как может быть в сказках. Она составила длинный список того, что обязательно нужно было взять с собой, и в какой-то момент поняла, что, по сути, готовится к путешествию, складывая вещи.

– Неужели я решила, что время пришло? – задала вслух себе вопрос Ира и начала прислушиваться к своему внутреннему голосу. – Как всегда ничего не слышу, или не понимаю, – пожала плечами девушка. – Но, если руки действуют, отключившись от головы, выходит, и правда пора. Нана говорила, что я могу попасть как в зимний период, так и в летний, это не зависит от наших погодных условий. Но как бы я хотела всё же оказаться в сказке летом, во всяком случае, там было бы красиво, и это меня хоть чуть-чуть успокоило бы.

Дверь приоткрылась, и в комнату вошёл отец.

– Ты куда-то собираешься? – спросил он, увидев на полу, кресле и диване кучу разных разбросанных вещей.

– А… ну да… – пригладив пятернёй волосы, ответила растерявшаяся дочь.

– Там мама укладывает Соню, а ВариЭли уже спят. Может, зарубимся в TESO? – предложил он. – Если, конечно, у тебя есть время, а то, судя по хаосу, творящемуся у тебя в комнате, ты собралась от нас сбежать, – папа весело улыбнулся и подмигнул Иринке.

– С удовольствием сыграю, тем более всё равно нужно отвлечься от сборов, – воспряла духом Ира и, скинув одним движением руки со стола гору нижнего белья, кивнула отцу, показав, что готова.

– Ты всё же решилась отправиться в сказку? – уже серьёзно задал вопрос Виктор Геннадьевич.

– Да, пап, – криво улыбнувшись, продолжила отвечать дочь. – Думаю, что время пришло, и лучше сейчас, пока я настроилась на путешествие, а то ты же меня знаешь. Я могу просто испугаться и уже оставить эту дурацкую затею на долгие годы.

– Знай, что мы с мамой всегда тебя поддержим, – весело подмигнув, мужчина скрылся за дверью, устремившись в зал к игровому компьютеру.

Игра затянулась почти до утра, благо, что была пятница, можно было не торопиться и выспаться на следующий день. Но настроение было приподнятым и, даже проснувшись ближе к полудню, Иринка улыбалась, понимая, что теперь готова хоть горы свернуть, а не только в сказку войти.

День тянулся так долго, что девушка начала сомневаться в своём выборе, но пришедшие в гости дедушка с бабушкой переключили её своими расспросами о занятиях, о фильме, который она недавно посмотрела, о здоровье. ВариЭли маленькими рыбками-прилипалами приклеились к дедушке с разговорами и новыми рисунками, которые так удачно у них получились. Бабушка, играя с Соней, рассказывала Иришке последние новости. Мама то и дело заворачивала какие-то кулёчки и пакетики. А папа уехал за водой и продуктами. Вечер наступил совершенно неожиданно, гости разошлись, и Ириша решила, что настал тот момент, когда она должна отправиться в путь.

Ужин был последним шагом навстречу приключениям. Ира встала из-за стола, перемыла посуду, чтобы собраться с мыслями, затем подошла к матери и обняла её.

– Мама, я сегодня отправлюсь в сказку, поэтому помоги мне, пожалуйста, собраться.

– Ну конечно, Орешек… – заулыбалась Ольга Сергеевна и обняла в ответ Иру. – Я уже поняла по твоему настроению, что ты готова, и кое-что собрала тебе в дорогу.

– Я всегда хотела спросить, – хитро сощурив глаза, произнесла Ирочка. – Как ты всегда всё узнаёшь раньше всех?

– Интуиция, – пожала плечами мать.

– Ага, как же, – усмехнулась дочь. – У меня такое ощущение, что ты просто видишь будущее и заранее знаешь, что случится. Вот и сейчас, – наклонив голову набок, она снова прищурилась. – Мне кажется, что ты уже в курсе, куда я попаду, где я буду, и что со мной случится…

– Говорят, когда кажется – креститься надо, – отшутилась Ольга Сергеевна.

– Ма-а-ма, – протяжно пропела Иринка, дёргая маму за рукав просторной туники. – Скажи мне, где, что и как?

– Не могу, мышонок, – щелкнув по носу дочь, хмыкнула мать. – Скажу только, что боятся тебе точно нечего! Ты справишься со всем отлично. Единственное, дам совет: всегда следуй за своим сердцем, перестань всегда оценивать, делай иногда просто потому, что тебе это нравится.

– Ты же знаешь, что я не могу перестать думать, моя голова постоянно забита какими-то мыслями и рассуждениями.

– Положи уже свои мозги в вазочку, и пусть они отдохнут, – рассмеялась женщина и, обняв дочку, дополнила: – Иногда нужно полагаться на эмоции и чувства, а не на логику и рассуждения, – поцеловав ребёнка в макушку, Ольга Сергеевна отстранилась и посмотрела на свою уже взрослую дочь. – Ты сейчас, как всегда, будешь отнекиваться, но я всё же скажу. Ты самая красивая девушка в мире – яркая, выразительная, у тебя отличная фигура, шикарные волосы. Ты самая умная и талантливая, смекалистая и храбрая, – остановив жестом руки протесты дочери, мама продолжила: – Да, Орешек, ты такая, какой я тебя вижу, а вижу я всех насквозь, и ты знаешь об этом, поэтому я не сомневаюсь, что ты найдёшь в сказках всё, что тебе нужно! Просто держи хвост морковкой и всё будет отлично, – обняв ребёнка, Ольга снова поцеловала её в макушку. – А теперь иди, собирайся, а я, как только положу Сонечку спать, присоединюсь к тебе и, возможно уберу, лишние вещи из твоего багажа.

– Спасибо, мама, – уткнувшись ещё раз в мамино плечо, Иринка обняла её крепко и, не оборачиваясь, пошла в свою комнату.

Из глаз по щекам сбегало два маленьких ручейка, но девушка улыбалась, ведь она была уверенна, что теперь её сказки пройдут успешно. То ли это чувство появилась от подбадривания мамы, то ли от того, что она сказала: всё будет отлично. Ира не знала, но верила в то, что мать видит будущее, и поэтому ничего страшного в её путешествиях не случится.

Ближе к ночи Ольга Сергеевна вошла в комнату Иринки, и они вместе подготовили её к отправке в сказку.

– Ты прибудешь в начале лета, так что зимние вещи тебе точно не понадобятся, – убирая пальто, мать подмигнула дочери.

– Как ты поняла, что я попаду не зимой? – удивление было написано на лице девушки. – Мы же не знаем вообще, куда я попаду.

– Предположила, – пожала плечами Ольга Сергеевна.

– Ну, уж нет, – заупрямилась дочь, – рассказывай!

– И правда предположила, – сделав умилительную мордочку, произнесла мама.

– Говори! – засмеялась Ира. – Как ты это предположила?

– Хорошо, – женщина сделала вид, что сдалась. – Смотри: Люба отправилась в первую сказку, когда было начало лета, и попала туда как раз летом.

– Да, – кивнув, перебила девушка, – но ведь она ещё и в Снежную королеву попала, а там снег. Причём всегда.

– Это, конечно, правильно, но и тёплой одеждой она обзавелась, как только поняла, что ей нужно на северный полюс, – отбила козырной картой мать, – поэтому стоит ли тащить с собой такие тяжёлые вещи как свитер, пальто, зимние сапоги…

– Хорошо, – сдалась Иринка. – Я тебя перебила, договаривай начатое…

– Вспомни Стасю, – сделав паузу, мама продолжила: – У нас была зима, и в сказке, в которую попала твоя сестра, была зима. Из этого следует, что когда Любе было семнадцать, в том мире заканчивалось лето, а когда Стасе почти исполнилось восемнадцать, стояла ранняя зима. Следовательно, в семнадцать с половиной была бы осень. Тебе сейчас шестнадцать, соответственно, ты попадёшь весной, а так как тебе ещё не семнадцать, то это будет либо начало, либо конец июня, то есть яркое, тёплое лето.

– Да, это логично, – начала свои рассуждения Ира, – но даже если я попаду не летом, а поздней весной, то будет если не жарко, то, как минимум, тепло. Значит, нужно одеться как в холодную летнюю погоду, – потерев переносицу, девушка заулыбалась. – Я поняла, – и, быстро отобрав нужные вещи, начала переодеваться.

Широкие чёрные брюки, заправленные в военные ботинки с высокими берцами, мужская рубаха светло-зелёного цвета, поверх удлинённый кожаный жилет. Теперь только распущенные волосы выдавали в Иринке девушку, так как одежда скрывала её женскую фигуру.

– Вот так я и пойду, – счастье, написанное на лице дочери, радовало Ольгу Сергеевну и вселяло надежду, что дочь, правда, перестанет бояться всего подряд.

– Ты волосы уберёшь в хвост?

– Нет, заплету косу, чтобы поменьше мешались, – улыбалась Ира. – Итак, я с собой беру вот это, – она указала на объёмную сумку-чехол, в котором находился традиционный лук шестидесяти дюймов, – поэтому дополню свой образ, – и, хитро подмигнув матери, девушка надела на пояс колчан с восемнадцатью карбоновыми стрелами, кожаные перчатки, специально сделанные для стрельбы из лука и крагу для защиты предплечья.

– Ну, точно – мальчишка, – засмеялась мама.

– Зато не будет лишних прикапываний, вроде «почему хожу одна», – пожала плечами Ирина.

– У тебя в чехле есть много кармашков для всевозможных приспособлений к луку, поэтому положи вот это, – протягивая три свёртка, Ольга Сергеевна широко улыбалась.

– Что там? – любопытство распирало Иру, но разворачивать свёртки при матери она не стала.

– Да ничего такого, – передразнила дочку женщина, пожав безразлично плечами. – Что ещё возьмёшь?

– Из одежды только сменку, – укладывая в чехол носки и нижнее бельё, Иринка огляделась по сторонам. – Ну и… – кинула следом несколько резинок для волос и массажную расчёску, – средства личной гигиены, – убежав в ванную комнату, девушка собрала всё необходимое и, вернувшись, тщательно упаковала в два пакета. – Вот так. Надеюсь, этого хватит, – застегнув молнию на сумке, похвалила себя мысленно Иришка.

– Саксофон будешь брать?

– А нужно? – приподняв брови вверх, дочь провела пятернёй по волосам, ещё не заплетённым в косу.

– Без понятия, – пожала плечами мать. – Он же у тебя стоит посреди комнаты, вот и спросила.

– Признаться честно, то я так и не решила, – нахмурившись и наматывая круги по комнате, снова начала рассуждать Ирина. – Если вдруг мне понадобятся деньги и нужно будет их заработать, то всегда можно сыграть пару тройку моих любимых мелодий, но это довольно тяжёлая ноша, так как весит сакс прилично, да и может не пригодиться. Однако если будет совсем скучно, то можно себя развлечь музыкой… А-а-а, – разозлилась на саму себя девушка, встав посреди комнаты.

– А разве ты не можешь просто спеть, если тебе понадобятся деньги? – вопросила мать. – По-моему в нашей семье все превосходно владеют голосом, у тебя шикарный тембр, да и песни ты поёшь всевозможные от низких до самых высоких.

– Да, бабушка говорила, что голос мне достался от тебя. Если у Наны низкое грудное контральто, то у меня полностью вся середина и верхи, по низам я прохожусь не так уверенно как сестра.

– Ну, наконец-то ты что-то признала в себе хорошего, – театрально закатила глаза Ольга Сергеевна. – А то я уж думала, что ты совсем себя не любишь.

Увидев мамино выражение лица, Ира засмеялась.

– Получается, саксофон я не беру, – подытожила девушка сквозь смех.

– Угу, – кивнула мать.

– Тогда что ещё? – сосредоточилась на вещах дочь.

– Возьми всё от астмы, – напомнила мать. – Хотя я сомневаюсь, что тебе это вообще когда-нибудь теперь понадобится.

– И всё-таки лучше взять, – засовывая небольшую аптечку в сумку, Иринка нахмурилась. – По-моему, сюда больше ничего не влезет, а вторую сумку брать я не хочу. И если эту сумку-чехол я могу повесить через плечо, то что-то тащить в руках мне не охота. Да, кстати, – обернувшись к матери, она запнулась на полуслове. – А… Мусю, можно взять с собой?

– Боюсь, Орешек, нет!

– Почему?

– Муся – черепаха и, соответственно, живое существо, а с собой можно взять только вещи или предметы, ведь ты ещё не владеешь магией.

– Понятно, – грустно промямлила дочь. – Что ж, тогда…

– Тогда ты готова, – заулыбалась женщина. – Я снова тебе предлагаю сделать выбор, – на ладони матери оказался волшебный комплект.

– Я же уже говорила, что выберу, – не раздумывая, Ира взяла брошь.

– Даже не думая? – задала вопрос мать, вглядываясь в своего ребёнка.

– Ты же знаешь, что чем проще, тем лучше для меня, – снова пожала плечами дочка.

– Что ж, – подойдя к своей красавице, мама обняла её и прошептала: – Удачи тебе во всём. Пусть твоё сердце приведёт тебя туда, куда тебе нужно. Верь в свои силы и свою красоту!

– Спасибо, мама, – обнимая в ответ, прошептала Ирина. – Я буду смелой и постараюсь, прежде всего, полагаться на свои эмоции и чувства, как ты мне и посоветовала, но не исключено, что голова будет вмешиваться в этот процесс, – улыбнувшись, она отошла от матери и заплела волосы в тугую косу. – Мне нужно просто надеть брошь, и я окажусь в сказке?

– Да, Орешек.

– Тогда… – осмотрев всё вокруг, девушка решительно раскрыла брошь в виде небольшой полярной совы. Глаза-изумруды, хищно сверкали, а в лапах она держала ветку из малахита. – До встречи, мама, – и, надев украшение под жилет, чтобы никто его не увидел, прошептала: – Я найду то, что предназначено мне судьбой.

– До встречи, мышонок. Я верю в тебя… – последнее, что услышала Ира, и комната поплыла перед её глазами, переливаясь всеми красками мира.