- -
- 100%
- +
– Вы мне нравились и в своём облике, – улыбнулась в ответ путешественница.
– Это хорошо, – выдохнула Мать-Природа и, поведя плечами, словно стряхнула морок, став прежней. – Итак, первый урок: как сделать так, чтобы люди смотрели на тебя, но не видели.
– ОГО! – выпучив глаза как маленький совёнок, девушка напряглась в ожидании чудес.
– Итак…
Но не успела женщина что-либо сказать, как их прервали.
– Охотники вошли в лес, – зашелестели деревья.
– Хозяйки, вам бы спрятаться, – забеспокоились кустарники.
– Ох, ну, конечно же, – кивнула Мать-Природа и, взмахнув рукой, просто и коротко бросила: – Туман, – и лес в одно мгновение утонул в густом непроглядном тумане, кроме небольшого участка возле землянки. – А теперь всё-таки приступим к нашим урокам. Вот только, – приглядываясь к своей ученице, женщина покивала головой, добавив: – Кто же запрятал так глубоко в тебе всю твою суть?
– Что? – не поняла девушка.
– Всю суть, – повторила Природа. – Суть, магию, энергию называй, как удобнее.
– Я никогда не чувствовала в себе чего-то сверхъестественного или магического.
– Да тебя переполняет магия, просто она никак не может вырваться наружу, словно кто-то запечатал её. Ты не будешь против, если я чуток подтолкну твою магию, ну, чтобы ты её почувствовала, тогда и заниматься полегче будет.
– Я на всё согласна, Матушка-природа, – заулыбалась Иринка.
– Ой, как официально, зови меня просто Жива, это одно из моих имён, и оно мне очень нравится, – широко улыбнувшись, женщина подмигнула своей ученице.
– Ира, – представилась в свою очередь девушка.
– Итак, Ира, сейчас я открою твои возможности и выпущу твои силы на волю. Почувствуй всю свою магию, – хитро сощурив глаза, собеседница добавила: – И ничего не бойся, даже если вокруг тебя будет бушевать торнадо.
– Хорошо, – переступив с ноги на ногу, ответила Иришка и приготовилась.
– Три раза я вдохну в тебя жизнь, чтобы вся твоя магия пробудилась и расцвела, – предупредила женщина, – и ты должна будешь выдержать все три раза и не сойти с места. Можешь просто стоять, можешь держаться за то, что подвернётся под руку, но ноги должны остаться на месте.
– Я поняла, – глаза распахнулись так сильно, что Ире показалось, будто они сейчас выпадут, но она всё же сдержалась и постаралась не показывать своего страха. «Что-то мне не по себе…» – пролетело в голове.
– Тогда приступим, – прошелестела Мать-природа и встала напротив своей ученицы.
Глубоко вдохнув, Жива выдохнула в сторону Ирины, и вокруг девушки образовался вихрь, пытаясь сдвинуть её с места и унести с собой. Ира, закрыв глаза, чтобы не попала пыль и мелкие травинки с веточками, попыталась врасти ногами в землю, повторяя про себя: «Стоять, нужно стоять как вкопанной…» Тело её дрожало от страха того, что она не выдержит, провалится на экзамене, о котором и не ведала. Сомнение липкой тенью вползло в сердце, но, стряхнув морок, путешественница решила довериться своей судьбе, ведь мама говорила: всё будет хорошо. Вихрь, казалось, тянул девушку за руки и ноги, пытался столкнуть сдвинуть или хотя бы уронить, но у него ничего не получилось, и он ретировался, растворившись в воздухе, словно его и не было.
– Ты продержалась, – радостно произнесло божество, – а значит, должна почувствовать магию в своём теле.
– Магию? – всё ещё не решаясь открыть глаза, путешественница стояла и прислушивалась к себе. – Я не понимаю, – устало пожала она плечами.
– Тогда не открывай глаза, – захихикала женщина, увидев, что ноги Ирочки и правда приросли к земле: от них в разные стороны проросли корни, которые крепко держали свою повелительницу, – сейчас будет второй раз.
И снова глубокий вдох, и из Живы вылетел воздух со свистом и шелестом. Магическое торнадо устремилось к ученице и, охватив её со всех сторон, старалось подхватить как лёгкое пёрышко, но девушка ещё больше вжалась в землю, представляя, как держится за огромные ветви лианы, которые, вырастая из земли, помогают ей удержаться на одном месте. Торнадо, подхватывая ветки, сломленные магической силой, хлестал ими по лицу и одежде юной волшебницы, но она не сдавалась, морщась от боли. Тогда неугомонный решился на последний трюк и постарался забраться в нос и уши испытуемой. Ира только фыркала и корчила смешные гримасы, но ещё крепче вцепилась в незримые лианы и ещё глубже вдавила своё тело в землю. Понимая свою бессмысленную атаку, торнадо рвануло из-за всех сил в сторону, попытавшись хотя бы напоследок выдернуть путешественницу с места, но после неудачи, свистнув, скрылось где-то в небе.
Иришка стояла ни жива ни мертва, всё тело ныло от напряжения и ссадин, но глаза она упрямо не открывала, словно думала, что тотчас рухнет на землю, не сумев больше удержаться на месте.
– Ты молодец, – осторожно прошептала Жива, понимая состояние девушки. – Сейчас вся твоя магия обрела полноправную жизнь и теперь не просто течёт по твоим жилам, магия – это ты сама, – протянув руку, женщина хотела приободрить ребёнка, но поняла, что только навредит сосредоточенности ученицы. – Впереди самое сложное испытание, – громко объявила Мать-природа и тихонько добавила: – Я верю в тебя, девочка.
Глубокий судорожный вдох Живы был слышен по всей округе, от него сотряслась земля и многие жители деревень и дворца не смогли устоять на ногах. Мать-природа выдохнула и вместе с выдохом из неё вырвались на свободу все стихии: огонь разбушевался, стараясь съесть на своём пути всё, что подвернётся, дождь хлынул, смывая всё на своём пути, ураган, играя то с огнём, то с водой поддерживал всю мощь магической атаки, накинувшись на беззащитную девушку. Но всё это бесчинство существовало только на маленьком отрезке земли, возле землянки, а за пределами прогремел гром и начался обычный проливной дождь. Природа плакала, она оплакивала ту, что должна была стать их владычицей, такой же как Жива.
Ира держалась из последних сил, всё глубже вгоняя себя в землю. Её руки опутали лианы, а корни всех ближайших деревьев доходили до плеч. Она представляла, как все камни в округе складываются вокруг неё, не давая ей пути, и булыжники действительно, как по мановению волшебной палочки, сложились в непреступную крепость, окружив свою владычицу. Огонь перекинулся на девушку, обжигая её, но путешественница не ощущала жжения: усталость всего мира словно обрушилась на её плечи. Сгибаясь к земле, она упорно стояла на прямых ногах, понимая, что ДОЛЖНА выстоять! Покрытая огнём, красавица тряхнула головой, стряхивая с себя надоевшую магическую муху, пытавшуюся побольнее укусить. Огонь, завозмущавшись, полыхнул до небес и тут же растаял под накрывшим девушку ледяным ливнем. Замерзая, Ирина на долю секунды обмякла и должна была упасть, но магия, вырвавшаяся из её сердца, окружила её серебристым светом и зависла над головой волшебницы в виде зонта. Ураган, сменяя своего незадачливого друга, попытался одним мощным ударом снести всё вокруг. Удар – и небольшие деревца, вывернутые с корнем, полетели в разные стороны. Удар – и старый дуб накренился, высвободив часть своих старых корней, но удержался и не упал. Удар – и камни полетели в магический барьер, но Ира словно воспряла духом, попытавшись в последний раз противостоять всему, что может ей навредить. Расправив плечи, она подняла голову и открыла глаза. И тут же все стихии исчезли, склонившись перед мощью новой повелительницы природы и погодных условий. Лианы, камни и корни, державшие хозяйку, тоже растворились.
– Ты справилась, – заулыбалась Жива и, подбежав, успела поймать падающую ученицу. – Поспи, дитя, поспи, – прошептала женщина и, сотворив удобную кроватку из мягкого мха, уложила туда свою подопечную. – Эй, трава-мурава, укрой мою дочь, пусть отдохнёт.
Растительность зелёной волной наползла на девушку и окутала её с ног до головы, оставив только небольшое пространство для свободного дыхания своей хозяйки.
– Эй, дед Лесовик, не подпускай к моей ученице путников да охотников, пусть наберётся сил, да успокоит магию, а я за Девоной схожу, приглашу её в напарницы.
– А пошто тебе Девона сдалась? – кряхтя, произнёс шершавый пень, поворачиваясь лицом к своей хозяйке.
– Дед, ты чего опять прячешься? – хохотнула Мать-природа.
– Да вот, хотел посмотреть ваше представление, да чуть матушке сырой земле свою душу не отдал, – в этот момент пень преобразился. Теперь перед Живой стоял щуплый старичок лет восьмидесяти с окладистой седой бородой, гладко причёсанными седыми локонами, доходящими до лопаток, малахитовыми глазами и усмешкой на лице. Одет он был простенько: соломенная широкополая шляпа, широкие штаны, лапти поверх портянок, белая рубаха, подпоясанная верёвкой, а поверх жилет из непонятного меха цветом больше напоминавшим болотный ил. – А девица-то сильна-а-а, – протянул старичок, поглаживая бороду, – так сильна, что и с тобой может сравниться.
– Сама чую, вот и хочу подключить Девону, пускай и она своему ремеслу обучит.
– Думаешь, и со зверьём сладит? – кивнув на спящую, вопросительно поднял бровь дед.
– А сам не видишь, что даже перевоплощаться в зверей может моё дитя? – хмыкнула Жива, уличив старика в неопытности распознания.
– И то правда, – прищурившись, Лесовик оглядел Ирину. – Ух ты ж, шмель мохнатый, да она и исцелять могёт! – сев от неожиданности на вовремя подоспевший пень, дед присвистнул и расхохотался. – Вот так чудо к нам в лес попало!
– А ты знаешь, чьё это чудо? – загадочно улыбнулась Мать-Природа.
– Да пошто мне знать-то? – возмутился дед и тут же весь обратился в слух.
– Это внучка самой Лели, богини весны, моей сестрицы.
– Вот же ж, шмель мохнатый, – присвистнул старичок. – Это ж она и впрямь тебе ровня.
– Не просто ровня, дедушка, – широко улыбнулась Жива. – Родня! – последнее слово женщина произнесла с благоговеньем.
– А это чья ж дочь-то будет? – дед совершенно не скрывал своего любопытства.
– Дочери её, Ольги…
– Это той, что пропала? – перебил свою владычицу Лесовик.
– Той, – кивнула Мать-Природа. – А теперь пошла я, а ты охраняй моё богатство, мою кровинушку!
– Будет сделано! – отчеканил хранитель леса и снова сел на пенёк, оберегать сон «сокровища».
5 глава
Возвращаясь домой, Юлий изредка бросал взгляд под ноги в надежде найти хоть какую-то зацепку исчезновения незнакомки с удивительным голосом.
– Это ж надо, словно сквозь землю провалилась! – сокрушался он. – Не похвалит меня дядька, скажет, что я все навыки подрастерял…
Не успел пожаловаться самому себе принц, как земля сотряслась, загрохотал гром, и с неба хлынула стена воды.
– Дождь? – удивлённо крикнул юноша, сплёвывая воду, стекавшую по лицу, и поторопился в замок. Дорога была долгой, но погода, резко сменившая свой курс, через мгновение внезапно вернулась в своё русло, улыбаясь путнику солнышком и безоблачным небом.
Подходя к дому, принц, вымокший насквозь, ещё раз оглянулся на лес.
Слуги сновали туда-сюда, стараясь не попадаться под ноги своих венценосных хозяев. Юноша поднялся в свои покои и, переодевшись, решил найти отца.
– Король просит вас спуститься в обеденную залу, – отчеканил юный паж, предварительно постучав в двери.
– Да? – улыбнулся Юлий. – Уже иду, – и проследовал за неказистым подростком.
Отец принца восседал на мощном дубовом кресле. Облокачиваясь о стол, он задумчиво смотрел куда-то вдаль.
– Ваше величество, ваш сын прибыл, – торжественно провозгласил паж и тут же ретировался.
– Юлий, – поднимая глаза на сына, улыбнулся король. – Где ты был столько времени?
– Старался поймать мираж, – уклончиво произнёс сын.
– Ну и, поймал? – хмыкнул государь, понимая, что сын потерпел фиаско.
– Давай лучше поедим, – буркнул принц, садясь за стол.
– Давай, – всё ещё ухмыляясь, произнёс мужчина и кивнул слугам, чтобы подавали ужин.
Слуги один за другим приносили разные кушанья и выставляли их перед венценосными господами.
– А почему мама не спустилась отужинать? – поинтересовался Юлий, разрывая хорошо прожаренную куропатку.
– Ты же знаешь, – грустно вздохнул король, – она себя плохо чувствует уже больше полугода, поэтому еду ей подают в покои.
– Ты вызвал новых лекарей? – откусывая приличный кусок мяса, принц взглянул на отца.
– Гордей доложил, что более нет лекарей ни у нас, ни в ближайших государствах и королевствах, – убитым голосом изрёк венценосный родитель.
– Ну-у… Если твой доверенный сказал это, то я уверен в отсутствии таковых, – хмуро пробубнил юноша. – Но, может, есть тот, кто не распространяется о своих способностях: знахари, бабки-повитухи, травники, целители какие?
– Ты же знаешь, сын, – нахмурился государь, – я не признаю никого, кроме лекарей! Только они могут вылечить, а знахари и травники ничем не лучше нашей поварихи.
– И почему ты так противишься? – пожал плечами принц. – Разве нельзя попробовать?
– Они не помогут! – рассвирепевший отец саданул кулаком о стол, отчего посуда, подпрыгнув, тоскливо звякнула.
– Хорошо, хорошо, – выставив руки перед собой, бросил юноша и снова принялся за еду.
– Юлий, – немного поостыв, начал отец. – Ты же знаешь, что на следующей неделе будет большой бал в честь твоего дня рождения.
– Да-а… – осторожно протянул сын.
– Так вот, я тут подумал, – более ласково произнёс король. – Раз ты не желаешь породниться с Авророй…
– Той, что теперь заколдована? – перебил юноша.
– Да, той, – снова вспылил мужчина.
– И?.. – скривившись от предполагаемого ответа, Юлий вжался в свой стул.
– Так вот, – прокашлялся государь. – Я подумал, что тебе нужно найти себе жену из приглашённых.
– Отец! – воскликнул принц. – Ты снова о женитьбе? – вскочив, юноша опрокинул стул и заметался по обеденному залу. – Я же говорил, что хочу полюбить ту, с которой соединю свою судьбу. Я против брака по расчёту. Да и Аврора мне никогда не нравилась: напыщенная белокурая красотка, умеющая только флиртовать, танцевать и хихикать.
– Но… – хотел было возразить король.
– Я был сегодня возле их королевства, – резко повернувшись к отцу, выкрикнул парень. – Там повсюду терновник. Дворец, деревня, всё, что находится во владениях короля Густава – всё окутано коконом из непроходимого терновника. Я укололся одним из шипов и увидел, как эта тюрьма разрастается. Туда невозможно попасть, если только ты… – осекшись, молодой человек уставился на отца.
– Договаривай, сын, – махнул рукой король, разрешая принцу продолжать.
– Если ты не колдун. В крайнем случае, нужен волшебный предмет, побеждающий всю эту… махину, – сморщился юноша и, подняв стул, уселся на него как ни в чём не бывало.
– Ты знаешь, я обещал своему другу Густаву, что вы поженитесь! – отчеканил мужчина. – Мирабелла, мать Авроры, и моя жена Аурелия с детства были названными сёстрами, так как воспитывались в одной семье. И твоя мама так благодарна семье Мирабеллы, что готова за них жизнь отдать, а ты…
– Ваше величество, — прервал тираду молодой мужчина, вошедший в зал. – Извините, что прерываю, но в наши края приехал караван с востока.
– Продолжай, Гордей, – поддавшись вперёд, король напрягся в ожидании приговора.
– Я разместил их в восточной деревне, – поклонился личный слуга короля, – и там оказался один лекарь. Если вы не против, я мог бы его пригласить для осмотра королевы.
– Это приятная новость, – выдохнул государь, совершенно забыв о ссоре с сыном.
– Позови лекаря как можно скорее, – улыбнулся Юлий и обернулся к отцу. – Король Всеволод, разрешите мне удалиться.
– Хватит называть меня так официально. Ты же знаешь, что мне это не нравится, – махнул рукой отец, разрешая сыну покинуть обеденный зал.
– Гордей, вначале извести королеву о приезде лекаря, а потом уже…
– Будет сделано, – отчеканил слуга и, поклонившись, выбежал из зала.
– Хоть бы в этот раз излечили Аурелию, – устало прикрыв глаза, прошептал король.
Слуги тихо, чтобы не тревожить государя, убирали со стола и, выходя из зала, перешёптывались о раздоре отца с сыном.
– Открой, Девона, – Мать-природа постучала по огромному дубу, уютно расположившемуся рядом с грядой восточных гор, – у меня есть к тебе разговор, вернее, предложение.
В величественном древе появился сияющий портал в виде жидкого зеркала, и женский голос с другой стороны крикнул:
– Входи, подруга.
Жива ступила в переливающуюся субстанцию и очутилась в просторном помещении. Большой холл был устлан шкурами разнообразных животных, на окнах вместо занавесок висели плотные кружева из паутины. Посреди этого чуда возвышался дубовый стол и несколько стульев. На противоположной стене красовались три двери. На потолке разрослась лиана, на которой уютно пристроились светлячки, освещая всё вокруг. С левой стороны стена увешана трофеями постоянной охоты Девоны, а справой стороны прямо из стены росли всевозможные фруктовые деревья.
Из средней двери показалась хозяйка дома. Девушка примерно семнадцати лет, чьи густые волосы кофейного цвета, заплетённые в две косы, обрамляли лицо правильной овальной формы, покоясь на высокой груди. Глаза фисташкового цвета искрились золотистыми крапинками, а розовые губы расплылись в приветственной улыбке. Одета она была в длинную красную рубаху, расшитую понизу золотым орнаментом, и тёмно-коричневые штаны. Широкий пояс из хорошо выделанной шкуры подчёркивал тонкую талию. На ногах красовались высокие меховые сапоги. На шее висело ожерелье из зубов хищников, а в ушах сверкали изумруды.
– Приветствую тебя, сестрица, с чем пожаловала? Погостить? Или по делу? – искренняя улыбка осветила лицо подруги.
– Девона, ты как всегда прекрасна, – обнимая девушку, Жива тоже улыбнулась. – Ты знаешь, что я люблю ходить к тебе в гости, но сегодня я по делу пришла.
– Слушаю, – кивнула головой хозяйка дома и пригласила гостью за стол, на котором стояла большая ваза с фруктами, чаша с мясом, кувшин с молоком и корзинка хлеба.
– Я хочу попросить тебя, – начала Мать-Природа, откусывая от пышной булочки, – обучить своей магии одну девочку.
– Смертную? – нахмурилась богиня охоты.
– Да, – пожала плечами подруга.
– Ты же знаешь, смертным не дано удержать божественную магию, и тем более подчинить себе весь животный мир.
– Ну, а если эта смертная уже владеет моей магией? – усмехнулась Жива, выбирая, какой бы фрукт съесть.
– Не может такого быть! – в голос засмеялась хозяйка дома.
– Может, – искренне улыбнулась в ответ гостья.
– Ну-у… тогда она явно не смертная, – хитро прищурившись, отметила богиня.
– Девоночка, ну что тебе стоит попробовать? – сделав щенячьи глазки, подруга сложила руки в умоляющем жесте. – Ну что ты потеряешь? – опустив руки и взяв, наконец-то, спелый персик, Жива добавила: – Ну, кроме времени, конечно. Однако у тебя его полным-полно, как и у меня, впрочем. Скучно же сидеть без работы.
– Скучно, конечно, но ты же знаешь, что мой муж не одобрит такой расклад: он ужасно консервативен и считает, что смертные не достойны владеть НАШЕЙ магией, – теперь и хозяйка взяла персик. – Да и не осилит нашу силу смертный, только прахом развеется, – Жива хотела что-то вставить, но подруга подняла руку, останавливая её. – И не стоит убеждать меня, что этот смертный уже владеет твоей магией, никогда в это не поверю!
– Хорошо, – сдалась богиня природы. – Это не совсем смертный.
– А вот с этого места поподробнее, – поддалась вперёд Девона.
– Это моя родственница, – шёпотом произнесла гостья и громко добавила: – От сестрицы моей Лели.
– Погоди, – запротестовала хозяйка дома. – У Лели два ребёнка: Оганес, но он так и не женился, и детей у него нет. И пропавшая несколько лет назад Ольга. Поговаривают, что она жива и где-то в мире без магии живёт.
– Из этого логично предположить, что у неё есть дети, – заулыбалась Жива.
– Ты с ума сошла, сестрёнка! – замахала руками девушка. – Ей же не больше четырёх лет сейчас было бы, а, может, и того меньше.
– Послушай, Девона, твой брат Ярило недавно побывал в мире смертных на свадьбе.
– Ну да, был.
– Так вот, он воочию видел Ольгу.
– Да каким образом-то? – вспылила хозяйка дома.
– А ты у него спроси, – засмеялась Богиня природы.
– И спрошу, – упрямо топнув ногой, девушка встала и, закрыв глаза, представила своего братца. – Приди на мой зов, – прошептала она и, улыбнувшись, села обратно за стол. – Давай пока перекусим. Тебе налить молока или… – хитро улыбнувшись, добавила: – Чего-нибудь покрепче?
– Я знаю, что Леший вам со Святобором лучший мёд делает, так что… – подмигнув подруге, вымолвила гостья. – Давай медовуху.
За разговорами подруги не заметили, как пролетело добрых полтора часа. Они делились друг с другом последними новостями. Обсуждали мир Нави, Прави, Слави и Яви. И в каждом из миров подмечали свои плюсы и свои минусы.
– Мир Яви и правда хорош, сестрица, – посреди помещения, мерцая, материализовался молодой, высокий да статный парень с золотыми курчавыми волосами и голубыми, как чистое небо, глазами.
– Ярушка! – кинулась обнимать брата Девона. – Как я соскучилась.
– Я же недавно был у вас в гостях, – подмигнул сестре Ярило.
– Да как же недавно? Почитай, уже полгода прошло, как ты забыл о нас, – обиженно надув губки, произнесла хозяйка дома.
– Будь здрава, Жива, – поприветствовал юноша подругу сестры.
– И тебе не хворать, Ярик, – выделив последнее слово, богиня природы засмеялась.
– Ну, хватит меня подкалывать, – засмущался братец. – Я же не виноват, что Стася именно так меня представила всем своим многочисленным родственникам.
– И кто такая Стася? – теперь хмурилась богиня охоты.
И Ярило подробно рассказал о тех событиях, что произошли не так давно. О своём знакомстве с девушкой, которая обладала магией самого Сварога, и что она оказалась не кем иным, как внучкой Лели и Волха. О пышной свадьбе и встречи с их потерянной дочерью Ольгой.
– Подожди, – прервала брата Девона. – То есть ты говоришь, что Ольга жива, и у неё уже есть дети? Но это же бред! – засмеялась она.
– Сестрица, если не веришь, то можешь убедиться сама, – и светлоликий бог взмахом руки создал невесомый серый шар примерно два аршина в диаметре. – Там, на земле, такой предмет называют телевизором, – и снова взмахнув рукой, Ярило что-то шепнул. В шаре рассеялся серый цвет, и появилось изображение, вначале мутное, но после третьего взмаха картинка стала чёткой. – Итак, показываю свадебку нашей «родственницы».
Походу фильма солнечный брат комментировал происходящее, указывая, кто сейчас находится на «экране» и что именно делает тот или иной человек.
– Ого… – только и вымолвила Девона, рассеянно смотря на ставший снова серым шар.
– Там, кстати, была и та, что так нуждается в твоей учёбе, – невзначай вымолвила Жива.
– В нашем мире снова кто-то из детей Ольги? – вопросил Ярило, приподняв свою светлую бровь.
– Ага, – отпивая из чаши, улыбнулась богиня природы.
– И кто? – любопытство читалось на лице златокудрого бога.
– Ирина, – коротко бросила гостья.
– Ну да, можно было предположить, – засмеялся бог. – Люба была, Стася и Вася были, осталось четверо Ира, Варя, Леля и Соня.
– Леля? – встрепенулась хозяйка дома.
– Так зовут одну из дочерей Ольги, – хитро посмотрел на сестру Ярило. – Я же показывал, – кивнув в сторону шара, добавил он.
– Да, наверное, – всё так же рассеяно повторила Девона.
– Жива, – обратился светлоокий к гостье. – Ты хотела помочь второй дочери Ольги с чем-то?
– Да, Ярушка, – улыбнулась богиня природы. – Хотела, чтобы твоя сестрица научила Иру призывать животных и перевоплощаться в них.
– Ещё и перевоплощаться? – вскрикнула подруга. – Да разве ж получится у смертной такое?
– Сестра, – серьёзно проговорил Ярило. – Ты не сомневайся, я же сказал уже тебе, что старшая из их рода переняла силу Сварога. Неужели ж ты думаешь, что вторая не сможет совладать с твоей силой, коли у неё в жилах течёт кровь самого Волха!
– Что ж, ваша взяла, обучу, но только если у неё и правда есть эти силы, – буркнула хозяйка дома. – Когда там нужно приступать к занятиям?
– Да хоть сейчас, – обрадовалась Жива.
– Не буду вам мешать, – откланялся златокудрый бог и, мерцая, растаял в воздухе. – Потом расспрошу вас обо всём, – только и прозвенело в тишине.
– Что ж, пошли, сестрёнка, – заулыбалась Девона.
– Пошли.
– Сейчас только верхнюю одёжу накину, – и богиня охоты накинула шикарную шубу из куниц, а поверх шкуру медведя, на голове же её оказалась медвежья голова. В руки она взяла лук, а колчан повесила на пояс. – Рык, Клык, – свистнула женщина, и в помещение из левой двери выбежали два огромных белоснежных волка.
6 глава
Дед Лесовик сидел на пне и, разглядывая «сокровище», мурлыкал себе под нос разные прибаутки: