Вдохновленная Хаосом

Дисклеймер

Дорогой читатель, спасибо, что выбрал мою книгу.

Во «Вдохновленной Хаосом» могут подниматься мрачные и триггерные темы. Прошу принять во внимание, что в тексте содержатся элементы насилия, убийств, пыток, изнасилования и кровопролития.

Все подробности о моем творчестве, а также доп.материалы по книге всегда можно найти в моем тгк-канале: @bookworms_place

Плейлист

All I Want – Oscen

Broken Parts – Smash Into Pieces

Voices in My Head – Falling In Reverse

The Summoning – Sleep Token

Between Angels and Insects – Papa Roach

Take Me Back to Eden – Sleep Token

New Level – Wildways

Drag Me Under – Sleep Token

Still Learning – Halsey

Gravity of Love – Enigma

Prequel – Falling In Reverse

Bad Guy (feat. Saraya) – Falling In Reverse

Creature – Sick Puppies

Behind Blue Eyes – Limp Bizkit

Rollin` – Limp Bizkit

Pretend – Project Vela

Make Believe – Memphis May Fire

Chasing Shadows – Imminence

Second Sight – Arankai

Chasing Your Ghost – Citizen Soldier

Figure Me Out – Citizen Soldier

The Drug in Me is Reimagined – Falling In Reverse

The Other Side – Memphis May Fire

Тернии (feat. pyrokinesis) – polnalyubvi

Firestarter (Acoustic Version) – Samantha Jade

This House Is Not a Home – Munn & Delanie Leclerc

Iron Poetry – Really Slow Motion

Red Velvet (with Ari Abdul) – Jutes

Emergence – Sleep Token

Numb – Sleep Theory

Falling Inside the Black – Skillet

Пролог

Ладони вспотели.

С губ сорвался рваный вздох.

Сердце грозилось выскочить из грудной клетки.

Я не сводила взгляда с двери аудитории, за которой прямо сейчас решались судьбы студентов. Смотрела на нее так, будто оттуда вот-вот выскочит гидра и сожрет меня вместе с потрохами, разделив пир меж множеством голов. Вот только героя моей истории звали не Гераклом, а значит, некому будет побороть прожорливую тварь.

Черт.

Я усмехнулась.

– Правду говорят: с кем поведешься… – пробормотала себе под нос, осознав, что невольно и сама стала мыслить его древнегреческими фразочками. Впрочем, не так уж я далека от истины. За дверями то еще логово гадюк.

Резкий хлопок выдернул меня из мыслей. Блондинка, зашедшая в аудиторию минут десять назад, вылетела в коридор и помчалась прочь.

– Лайла Деймос, – озвучила следом вышедшая за девушкой профессор Племон, приглашая меня внутрь.

Укол боли пронзил ладонь. Сама не заметила, как впилась ногтями в кожу.

Спокойно, Лайла.

Вдох-выдох.

Вспомни. Как он учил?

«Глядя на тех, кто внушает тебе ужас, представь, как ты берешь в руки оружие – нож, пистолет, да хоть биту или железный прут – и выпускаешь себя из клетки. Покрываешь их лица порезами, всаживаешь пули в податливую плоть, избиваешь до такой степени, что они перестанут узнавать себя в зеркале, если вообще смогут до него доползти. Вкладываешь всю силу в каждый удар. Делаешь все, на что решится твое воображение. Суть одна – ты уничтожаешь их, а вместе с ними и свой страх. Ведь мертвецы не в силах тебя осудить или остановить. Ничто более не в силах тебя остановить. Ты обретаешь свободу».

Он прав.

Как всегда, прав.

– Лайла Деймос, – нетерпеливо повторила профессор.

– Да! Иду! – воскликнула я и наконец смело шагнула внутрь.

Защита проектов скульпторов проходила в одной из больших аудиторий, однако профессора, представитель галереи и ректор занимали лишь нижний ряд сидений. Остальная часть помещения тонула во мраке.

Небольшое возвышение в центре служило подобием сцены. Как только я взошла на нее, один из ассистентов выкатил вперед закрытую тканью скульптуру. Мой выпускной проект. Творение, в которое я вложила не только частицу себя, но и душу. И не только свою.

Стоило мне поднять взгляд на членов комиссии, как внутренности скрутило в тугой узел. Жаль не было под рукой меча Македонского, чтобы разрубить его ко всем чертям.

Я мотнула головой. Снова дурацкие мысли. Кажется, он насквозь пропитал мой мозг своими рассказами.

– Мисс Деймос, – обратился ко мне ректор, когда скульптуру поставили слева от меня. Ткань все еще оставалась на месте.

Я взглянула в темные глаза ректора. Чарльз Рид тщательно скрывал свою ненависть ко мне, которой вдоволь давал разгуляться за пределами университета. Как и его старший сын, который сейчас сидел по правую от отца руку. Профессор Рид, мой куратор, и тот, кто однажды пообещал мне пропуск на Олимп, однако вместо этого попытался низвергнуть в Тартар.

– Наравне с другими студентами вы должны были представить творческий проект на заданную тему, – растягивая слова, начал ректор. – «Истоки вдохновения» – так она звучала. Каждый изобразил то, что помогло ему в какой-то степени переродиться. Обрести себя. И свою музу.

Я кивнула.

– Однако, – вклинился профессор Рид, приподнимая лист и зачитывая: – Ваша работа называется «Арес». – Он усмехнулся, будто видел выбранное мной название впервые, хотя лично утверждал перечень проектов. – Неужели тот самый? Вероломный бог войны, несущий разрушения. – Профессор приподнял бровь. – Покровитель сражений пробудил в вас тягу к прекрасному? Или сыграла роль ваша фамилия?

Чуть вздернув подбородок, я смело встретила его насмешливый взгляд.

– Будучи истинным потомком правителей Олимпа, Арес унаследовал от предков сильнейшие черты. И вместе с тем взрастил в себе непреклонную силу воли и храбрость, какой позавидовал бы сам Зевс. Да, я восхищаюсь им. Арес тяготел к схваткам, но и чувство прекрасного ему не было чуждо. Иначе бы он не влюбился в Афродиту.

Профессор Рид. Уильям. Чертов наглец засмеялся.

– Напомню вам, что он посмел возжелать ту, что ему не принадлежала. И скорее, чтобы позлить брата, – открыто намекнул он на то, что я оказалась в таком же положении, что и Афродита. По его мнению. И уже тише добавил: – За что и поплатился.

Внутренне меня передернуло от отвращения, но я не позволила расколоться своей маске безразличия.

– Достаточно, – вмешался Чарльз, бросив недовольный взгляд на Уильяма, и вновь обратился ко мне: – Мисс Деймос, покажите нам уже ваш проект.

Развернувшись к скульптуре, я взялась за край легкой белоснежной ткани и сглотнула. Меня охватила дрожь. Она пробегала по телу всякий раз, когда я смотрела на свое поистине величайшее творение. Никогда еще мне не удавалось достичь настолько идеального результата. И не уверена, что когда-либо еще сумею его повторить.

Сделав глубокий вдох, я сдернула ткань, явив миру своего покровителя, своего возлюбленного, своего Ареса.

Со стороны комиссии раздался вздох восхищения. Не знаю, с чьих губ он слетел, но и не торопилась проверять. Никак не могла оторвать взгляд от скульптуры.

– Она идеальная, – послышался позади женский голос, вторя моим же мыслям.

– Да, – тихо подтвердила я, продолжая рассматривать каждую черту.

Моя версия Ареса далека от той, что мог вообразить себе любой присутствующий. На нас взирал великолепный юноша с растрепанными волосами, твердым взглядом и самоуверенной ухмылкой на устах. В одной руке перед собой он сжимал вырванное сердце врага, – с пальцев все еще стекали капли крови, увековеченные в камне, – другая же рука была вытянута вперед. Он будто указывал на кого-то, обвинял, приговаривал… Да, именно таков мой Арес. Даже закрыв глаза, я могла с точностью воспроизвести в памяти каждый его шрам, ямочку на левой щеке, выделяющуюся линию скул. И взгляд… Боги, мне никогда не стереть из памяти его взгляд.

Наконец обернувшись обратно к членам комиссии, я замерла в ожидании вердикта. Все с упоением разглядывали скульптуру. Кроме Чарльза и Уильяма. Их взгляды метали молнии. Без сомнения, они легко узнали его лицо, ведь я намеренно не стала скрывать его маской.

– Ни за что бы не подумал, что такой жалкий мальчишка – могучий бог войны, —фыркнул Уильям, не скрывая презрения. Или же зависти…

– Такова моя версия Ареса. Для меня он идеален именно таким. И именно такой Арес меня вдохновляет. Только он.

Уильям стиснул зубы и уже хотел снова что-то произнести, как его прервал Чарльз:

– Так значит, мисс Деймос, вы черпаете вдохновение из Хаоса?

– Что, если так? – не сумев скрыть раздражения, с вызовом спросила я.

Он хмыкнул.

– В таком случае считаю своим долгом предупредить: рано или поздно, но он вас погубит. Уничтожит, сведет с ума, испепелит – выбирайте, что больше нравится. Потому что Хаос не способен на иное. Он может только уничтожать.

– Мой Арес другой.

Во мне закипала ярость. Казалось, уже не сумею ее сдержать, как вдруг ощутила знакомый прилив спокойствия. Я устремила взгляд наверх, к темной части помещения. Глазами отчаянно искала признаки его присутствия. Я не могла ошибиться. Всегда чувствовала его появление. Вот и сейчас безошибочно узнала опутывающие меня нити гармонии.

– И что же такого особенного в вашем Аресе, мисс Деймос? Чем он настолько вас вдохновил? – с издевкой продолжил ректор.

Вновь встретив его враждебный взгляд, я замерла. Всего на миг. Однако, заметив краем глаза огонек зажженной во тьме сигареты в дальнем углу помещения, ухмыльнулась. С плеч будто свалилась вся тяжесть мира и рухнула к ногам. От облегчения захотелось плакать. Наконец-то. Не зря я не теряла веры. Не зря не позволила себе окунуться в пучину скорби. Он здесь. Мой Арес. Мой непокорный покровитель. Тот, кто показал мне путь во мраке, когда я думала, что ни за что уже не выберусь. Он пришел за мной. Осознав, что он сдержал свое обещание, я позволила слететь с губ одному единственно верному ответу:

– Он вдохнул в меня жизнь.

Мысленно добавив: «И вот-вот заберет вашу».

Глава 1

Несколько месяцев назад

Гирлянда, натянутая над барной стойкой в «Логове змей», весело подмигивала мне мерцающими огоньками. Она висела здесь круглый год, подходя под любой сезон и событие.

– Давай помогу, – в сотый раз повторила я, пытаясь перехватить поднос у Грейсона.

– Лайла Эмилия Деймос, – строго произнес он в ответ, отодвигаясь подальше от меня. – Говорю последний раз: сегодня не твоя смена. Ты же здесь с друзьями, так иди к ним. Хватит уже топтаться возле бара.

Я демонстративно закатила глаза, на что Грейсон усмехнулся.

– Серьезно, Лайла. В чем твоя проблема? Ты не умеешь отдыхать? Через полчаса на сцену выйдет потрясная группа. Выпей, насладись музыкой, потанцуй, подцепи уже кого-нибудь в конце концов. Хороший разовый секс еще никому не мешал.

От одной мысли об интрижке на одну ночь я поморщилась. Я не ханжа. Вовсе нет. Просто сейчас в мои приоритеты не входило плотское наслаждение. Еще не успела залечить былые раны, чтобы обнажать кожу для новых. Да и достойного партнера на горизонте не виднелось.

– Какой же ты зануда, – наигранно бросила я и слезла с барного стула. – Ладно, но позови, если понадобится помощь.

– Просто исчезни уже с моих глаз, несносная девчонка, – отмахнулся от меня Грейсон и, отставив поднос, принялся мешать коктейли.

Учитывая внешние данные – внушительный рост, тяжелый взгляд, татуировки на лице, – многие считали Грейсона грозным вышибалой, но на деле он настоящий плюшевый мишка, готовый подставить плечо и утешить объятиями. Мне довелось познать это на собственном опыте после расставания с одним лживым куском дерьма.

Я подрабатывала в «Логове змей» уже два года. Это заведение стало мне вторым домом, подарило друзей и относительную финансовую стабильность: на чаевые здесь не скупились. Я всегда с радостью брала дополнительные смены и точно знала, что в этих стенах рады моему присутствию.

Оттолкнувшись от барной стойки, я схватила с нее свой «Лонг-Айленд» и направилась обратно к Линдси, которая и притащила меня сюда сегодня. Подруга окончательно помешалась на новой местной группе, недавно заявившей о себе. «Сыны Хаоса» – вроде бы так они назывались. Чем-то музыканты действительно интриговали – псевдонимами им послужили имена древнегреческих богов: Аид, Дионис, Гермес и Арес. Последний, вокалист, предпочитал сохранять полную анонимность. Никто не знал его настоящего имени, никто не видел его лица. Парень выступал в маске и гриме. Выглядело жутковато, однако придавало определенный шарм. А судя по Линдси, еще и обеспечивало группу армией фанаток. Каждая из которых тешила себя надеждой, что именно она станет той особенной, ради кого Арес снизойдет до простых смертных и снимет маску.

Глупости влюбленных идиоток. Уверена, парень не просто так скрывал свою личность. Оставалось только верить, что он не какой-нибудь чокнутый псих, сбежавший из лечебницы или тюрьмы и прятавшийся от копов.

Стоило мне сесть на диван за нашим угловым столиком, как уже изрядно подвыпившая Линдси тотчас придвинулась ко мне и обвила руками.

– Лайла-а-а-а, – протянула она. – А вот и ты.

– А вот и я, – вторила я ей, отпивая коктейль. Да, без алкоголя этот вечер точно не перенесу. – Когда там твои клоуны будут выступать?

Она тут же отстранилась.

– Хватит их так называть. Они великолепны. Ты влюбишься в них, как только услышишь, но помни, – она угрожающе направила на меня палец, хотя и водила им из стороны в сторону, будто не могла сфокусироваться. – Арес мой. Мо-о-ой. Поняла? – уточнила она, растянув губы в улыбке от уха до уха. – Никому его не отдам.

– Ты его даже не видела без грима, – спокойно заметила я.

– И уже влюбилась. Понимаешь? Это судьба, – ухмыльнулась она и выхватила стакан пива из рук Брендона, который все это время весело наблюдал за представлением Линдси.

Судьба.

Я фыркнула.

Как же. Вся эта повсеместная помешанность на мнимом предназначении только выводила из себя.

– Пожалуйста, скажи, что ты убедишься, что она доберется домой без приключений – взмолилась я.

Брендон, не отрывая взгляда от Линдси, поспешил меня успокоить:

– Не волнуйся, Лайла, брат заберет нас через пару часов, и мы отведем ее прямо до кровати.

Брендон и Линдси – друзья детства и живут по соседству. Я же обитала в съемной квартире рядом со студенческим кампусом, деля ее с бывшим поклонником Линдси. Бар находился в шаговой доступности от кампуса и потому я всегда могла добраться домой самостоятельно, в отличие от подруги, мотавшейся сюда с другого конца города.

– Кстати, как твой проект? – Брендон наконец перевел взгляд на меня. – Линдси говорила, ты все никак не можешь поймать вдохновение.

Сама того не осознавая, я сжала стакан с такой силой, что казалось еще немного и стекло треснет. Перед глазами промелькнули непрошенные кадры: мокрая холодная глина на коже; прикосновения крепких рук, оставляющие следы; стоны, отражающиеся от стен подвала; наслаждение и… боль. Предательство всегда оставляет шрамы. Хотелось бы, чтобы только на теле, но душа, как правило, страдает сильнее. Уже несколько месяцев каждый чертов день становился для меня испытанием. Я возвращалась в мастерскую, из раза в раз брала в руки глину, пыталась создать хоть что-то, кроме пустоты. Тщетно…

– У меня все под контролем, – отрезала я и, залпом допив коктейль, отправилась к бару за добавкой. Грейсон с довольным видом сделал мне двойную порцию, и я пошла к сцене, куда уже успела убежать Линдси. Через пять минут современные боги должны выйти, чтобы покорить слушателей.

– Лайла! – завопила подруга и потащила меня ближе к месту действия. От неожиданности я дернулась и пролила часть коктейля на себя. Укороченная светлая футболка тотчас пропиталась алкоголем, и под ней отчетливо проступил силуэт черного лифчика. Да, я ненавидела светлое белье.

Слева послышался приглушенный смех. Кучка незнакомых парней бросала на меня сальные взгляды, и я поспешила отвернуться.

– Великолепно, Линдси, – пожаловалась я ей, показывая на себя.

– В темноте никто не заметит, – заявила та, пихнув меня к ограждению. Мы буквально стояли в нескольких дюймах от сцены, куда уже вышли участники группы. Все, кроме главной звезды в маске.

Парни принялись исполнять проигрыш, а вокалист все не появлялся.

– Ну и где… – хотела я спросить у Линдси, где же ее объект обожания, однако осекалась на полуслове.

Из зала словно вытянули весь кислород, когда на сцене появился парень в маске – Арес – и пропел первую строчку. Я буквально затаила дыхание. Не только от голоса, который, к слову, на мой вкус был идеально глубоким с хрипловатым нотками. Но и от ощущения присутствия этого парня. Оно было настолько осязаемо, что по рукам побежали мурашки. Линдси показывала мне записи их выступления в другом баре, но камера не передавала и сотую часть происходящего.

В какой-то миг я осознала, что не разбираю слов песни, – настолько меня поглотил сам момент и исполнитель. Взгляд сосредоточился на его движениях. Парень напоминал хищника, двигаясь плавно, но неся угрозу в каждом шаге и жесте. На нем были черные джинсы, черная майка и удлиненный балахон без рукавов с капюшоном, тень от которого тоже скрывала часть лица. Оба плеча покрывали чернильные рисунки – татуировка с мордой пса на правой руке и с головой ястреба на левой. Руки от кончиков пальцев и выше были полностью черными, лишь возле локтей рисунок складывался во всполохи пламени. Я предположила, что это все же грим. Сомнительно, что парень решился на полный блэкворк. Так точно не получится остаться неприметным в реальной жизни.

Когда он подошел к краю и присел, продолжая вытягивать мрачные строчки трека, я сумела разглядеть его получше. Под капюшоном действительно виднелась маска. Черная рельефная маска с замысловатой гравировкой на линии лба – мне никак не удавалось разглядеть символы, – и красными полосками под прорезями для глаз. Она плотно прилегала к лицу, скрываю его почти целиком, за исключением области рта и подбородка. Взгляд упал на губы, тоже выкрашенные в темный цвет. Понятия не имею, что в меня вселилось, но я не могла оторваться от них. Сумела выйти из оцепенения лишь когда отчетливо ощутила на себе его взгляд.

Губы невольно приоткрылись от удивления, как только я посмотрела ему в глаза. Обнаружив в прорези лишь одну молочную дымку. Она затягивала в свой омут, словно стремилась поглотить саму душу. Склеральные линзы перекрывали глаза целиком. Боги, он даже цвет радужки не хотел никому показывать? Да кто, черт возьми, скрывался за этой маской?

Не знаю, сколько в итоге длился концерт, как много песен группа исполнила, как и не запомнила, что Арес говорил своим великолепным голосом между треками. Я будто парила в невесомости.

Впервые за долгое время я ощутила желание набрать полную грудь воздуха, а не дышать в полсилы.

– Лайла! – позвала меня Линдси, пока я продолжала смотреть на теперь уже опустевшую сцену.

– А? – перевела растерянный взгляд на нее.

– Говорила же, что ты их полюбишь, – обнажив все зубы, улыбнулась подруга.

– Да. Ты как всегда права. – Я бросила последний долгий взгляд на то место, где еще пять минут назад стоял Арес, и проследовала за Линдси к нашему столику, не переставая задаваться одним вопросом: кому загадочный музыкант продал душу за такую энергетику?

Спустя полчаса брат Брендона забрал их с Линдси, а я, попрощавшись с Грейсоном, вышла на улицу. Близилось Рождество и вечерами температура опускалась ниже десяти градусов. Поежившись от порыва ветра, я направилась в сторону квартиры. Мысли все еще находились в каком-то коматозе. Думаю, именно поэтому я растеряла бдительность и влетела в случайного прохожего. По крайней мере, так я думала. Однако оказалось, что совсем не в случайного.

– Куда спешишь, малышка? – насмешливо спросил парень, в которого я врезалась.       Взгляд метнулся к его лицу.

Черт.

Один из тех, что пялился на меня в баре, когда я пролила коктейль.

– Простите, – бросила я и попыталась обойти парня, но он тут же преградил мне дорогу.

Да что за день сегодня такой?

Не собираясь препираться, я просто развернулась и зашагала обратно к «Логову».

Позади раздался очередной мерзкий смешок.

– Да постой ты. Давай познакомимся.

Не оборачиваясь, я показала ему средний палец.

Отличная тактика, Лайла. Продолжай в том же духе. Дразни своего преследователя.

Когда я уже достигла угла бара, оттуда, пошатываясь, вышли двое парней. Я резко остановилась. Сердце забилось где-то в горле. Они стояли с тем типом, что следовал за мной, когда я обратила на них внимание до концерта.

– Кто это у нас тут? – Спросил один из них, и я принялась лихорадочно искать путь к отступлению. Самым надежным вариантом выглядел переулок за баром. Если повезет, задняя дверь будет открыта, и тогда я спасена. Ну, или на крайний случай можно будет обогнуть его, если дыру в сетчатом заборе не заделали.

На размышления не оставалось времени, – парни пытались зажать меня с двух сторон, – я сорвалась с места и помчалась вдоль здания.

– Куда! – раздался злобный крик позади, а следом топот пустившихся в погоню мерзавцев.

Они были уже близко, когда я завернула за угол и кинулась к задней стальной двери бара.

Проклятье.

Заперто.

От досады ударив кулаком по железяке, я отшатнулась от нее и достала мобильный. Лихорадочно набирая 911, уже занесла палец над кнопкой вызова, но меня грубо дернули назад. Телефон вылетел из рук, а я оказалась прижата к стене.

– Какая резвая, – усмехнулся преследователь. Тот, в кого я влетела на улице. Его дружки пыхтели позади, преградив путь к отступлению.

– Отвали, – огрызнулась я, пытаясь высвободиться. Однако замерла на месте, заметив краем глаза небольшую струйку дыма, которая тянулась из-за контейнера. И следом уловила стойкое ощущение присутствия. Его присутствия.

– Эй, куда уставилась? На меня смотри, – схватив за подбородок, подонок попробовал развернуть мое лицо к себе. Да какого черта он решил, что может меня касаться? Подпитываясь злобой, я резко выкинула вперед колено, угодив ему в пах, отчего ублюдок согнулся от неожиданности, а я вырвалась из его хватки и отбежала в сторону.

– Сука, – прошипел он. – Парни, не дайте ей сбежать.

Двое его дружков медленно двинулись в мою сторону, и я принялась отступать.

– Стойте на месте, – раздался хриплый приказ, которому повиновались все, включая меня.

Раздались тяжелые, размеренные шаги. Рядом со мной возникла темная фигура. Чуть повернув голову, я подтвердила свои подозрения. Слева стоял Арес. Все еще в сценическом образе.

– Ты еще кто такой? – медленно выпрямляясь, спросил тот, что напал на меня.

– Твой ночной кошмар, – Арес перехватил пальцами сигарету, выпустил струйку дыма и вышел чуть вперед, загораживая меня. – Уходите по-хорошему, – безразлично добавил он.

Промозглый порыв ветра заставил меня поежиться, хотя тело колотило мелкой дрожью с момента, как я поняла, что задняя дверь закрыта.

– Ты тот тип из бара! – внезапно воскликнул один из двух других парней. – Подходи ближе. Давай. Посмотрим, что там у тебя под маской.

Переулок заполнил мерзкий смех придурков.

Арес никак не отреагировал на выпад. Просто затянулся, выпустил еще одно облако дыма и, бросив окурок на асфальт, загасил его носком ботинка. Пока парни продолжали упиваться своим остроумием, музыкант достал из кармана складной нож и выкинул лезвие.

Смех резко оборвался.

– Даю вам три секунды, чтобы убраться отсюда. – Голос Ареса полнился угрозой. Незримым предупреждением.

– Три, – он поднял руку и ткнул кончиком лезвия в стену бара.

– Два, – спокойно произнес и двинулся вдоль стены, ведя по ней лезвием.

Я скривилась от мерзкого скрежета, ударившего по барабанным перепонкам.

– Давай, подходи, – вновь подначил тот, что ранее прижимал меня к стене.

– Один, – в голосе Ареса наконец проявились эмоции. Усмешка выдавала ликование. – Я вас предупреждал.

Я даже не заметила его следующего движения.

Настолько молниеносно он выбросил нож.