Мажор и провинциалка. Женюсь на тебе

Глава 1

Дмитрий

– Не горячись, Дим. Ты взрослый мужик, давай рационально…

– Да к чёрту рациональность!– с досадой бросил я, отложив телефон.

Связь еле ловит, а завтра встреча с генеральным директором перспективной развивающейся компании, в которую я планировал вложиться.

– Ты о чём думал, когда ему фотографию показывал?

– О готовящейся сделке, – ответил вполне искренне. – Точно не о том, что батя меня за жабры возьмёт и потребует, чтобы я женился. Надо ему, вон, – мотнул головой на мелькнувший за окном указатель, – привезу первую попавшуюся девчонку. Посмотрим, что он скажет.

Друг усмехнулся.

– Ты отстал от жизни. Из деревни ты ему можешь привезти только бабушку. Молодёжь сейчас валит в города, в деревнях остаются одни старики. Да и где ты возьмёшь похожую на ту? Коса до задницы, глаза – блюдца.

Он снова усмехнулся и одарил меня весёлым взглядом.

– Можем бабку какую-нибудь загримировать. Как тебе идея?

– Иди к чёрту со своими идеями.

Вадик, разумеется, прав. По ушам с женитьбой батя ездил давно, а месяца два назад стал давить. А я сдуру возьми и ляпни, что у меня на примете есть девушка, да ещё и фотографию прислал. Первую попавшуюся из интернета.

Мрачно проводив взглядом ещё один указатель, я вдохнул. Была девушка – сплыла девушка… Только проблему с отцом это не решит.

Одновременно с хлопком машину повело.

– Проклятье! Грёбаное колесо! Только вчера ведь был в сервисе!

Друг выругался, я – вслед за ним. Машину вело в сторону, словно вместо бензина в бак при последней заправке залили абсент.

– Давай туда, – показал на маячащий впереди поворот.

Друг свернул на грязную просёлочную дорогу. В отдалении стояли дома. Но когда мы подъехали, окна первых оказались заколочены, а дворы выглядели так, будто здесь нога человека отродясь не ступала.

– Здесь есть кто-нибудь живой? – пытаясь отыскать хоть что-нибудь, напоминающее о пребывании человека, раздражённо спросил я. Вопрос был риторическим. – Поселение призраков, какое-то. Чувство, что сейчас выскочит какая-нибудь дрянь и…

Вадим вдавил тормоз, меня швырнуло вперёд. Перед капотом пронеслась здоровенная тень и скрылась в кустах напротив.

Надув щёки, Вадик выдохнул и уставился на кусты.

– Ты бы поаккуратнее с шутками.

– Что это за тварь?

– Собака, похоже. Здоровенная.

Мы кое-как поехали дальше. В одном из домов окна были выбиты, а крыша того и гляди грозила съехать набок, ещё один выглядел более-менее, но на двери висел здоровенный замок.

Я заметил впереди пятно света и показал другу.

– Туда давай. Только осторожнее, мало ли.

– Думаешь, там псих, который замочил всех односельчан?

– Ты полегче, а то дошутишься. Поганое местечко.

Калитка была закрыта на крючок, отбросить его труда не составило. Мы прошли половину дорожки до двери, когда она открылась, и на нас уставилось дуло двухстволки.

– Кто такие? – щурясь, спросил сухощавый дед с собранными в хвост седыми волосами.

– Мы… Э-э-э… Колесо пробило.

Я показал на припаркованную у забора машину и поднял руки ладонями вверх.

– Ничего такого, не подумайте.

– Мы за помощью, – разморозился Влад.

Старик внимательно посмотрел на нас и опустил винтовку. Я выдохнул. Вадим, похоже, тоже взмок, пока дед держал нас на мушке. Дошутился, клоун!

– Кто такие? – всё ещё подозрительно осведомился дед.

– Мы из Москвы. Были в Саратове на переговорах, сейчас назад едем. Меня Дмитрий зовут, а это Вадим.

Дед будто удовлетворился.

– Максим Иванович. – Он сошёл с крыльца и протянул руку.

Я пожал первым, за мной Вадим.

– Извините уж, ребята, времена неспокойные, а у меня тут…

– Деда! – донеслось из тёмного коридора. – Дед, кто там?

На пороге возникла девчонка. Если бы не винтовка – опущенная, но всё ещё находящаяся в руках у старика, – я бы присвистнул: русая коса до задницы, личико сердечком, пухлые губы.

Увидев нас, она округлила глаза-блюдца.

– Ой… Здравствуйте.

– Это внучка моя, – с гордостью сказал дед. – Василисушка.

***

От натопленной печи тепло разошлось по всему дому. Я расстегнул куртку и поймал на себе пристальный взгляд Максима Ивановича.

– Тепло тут у вас. Хорошо.

– А? Текло? – повернулась ко мне бабка. – Так в прошлом году текло.

– Бабуль, не текло, а тепло, – громко сказала Василиса, поставив на стол блюдо с пирожками. – Вы громче говорите – бабушка плохо слышит.

– А-а, – довольно заулыбалась бабка. – Тепло – да. Максим дров наготовил с лета, так каждый день топим.

Я отхлебнул чай и едва не поперхнулся от тычка в бок. Вадим взглядом показал мне на повернувшуюся к нам спиной Васю. Благо бдительный дед в этот момент поднялся и ослабил контроль.

Вадим достал свой телефон и сунул мне. На экране красовалась фотография, которую я сдуру отправил отцу. Нашёл время! У меня, в отличие от этого балбеса, все мысли были о завтрашней встрече и том, как на неё попасть. Но Вадим ткнул снова.

– И что? – спросил я сквозь зубы.

– Что? – повернулся к нам дед.

На затылке у него глаза, что ли?! И уши там же?!

– Вась, ты гостям наливочки предложи. Которую дед делал, – засуетилась бабка. – Вишнёвой. Где-то она у нас…

– Нет-нет, – замахал Вадим. – Мне ещё рулить. А вот Дима…

– А у меня завтра важная встреча.

– Завтра вечер? Юбилей, что ли?

– Встреча у него! – проорал Вадик. – Деловая.

– Ой, а что ты кричишь? Встреча, так встреча.

Василиса принесла чайник. Посмотрела на нас с Вадимом и закинула косу за спину. Мне так и представилось облако русых волос, если эту косу расплести. Талия точёная, бёдра – что надо… И что она тут забыла, в этой глуши?

Я таки отхлебнул чай, и тут появился дед с наливкой и целлофановым пакетом с бумагами.

– Максим Иванович, давайте без…

Дед стукнул наливкой о стол и строго глянул на нас. Орлиные глаза под кустистыми бровями напомнили о двустволке, и мне подумалось, что вреда от пары рюмок будет меньше, чем от спора со стариком.

– Неси стопки, Василиса, – распорядился Максим Иванович. – Только сколотые взять не вздумай. Неси праздничные. Ты их не переставляла? – с подозрением спросил он у бабки.

– Деда, а документы мои ты зачем принёс? – настороженно поинтересовалась Вася.

– Как зачем? Расскажу гостям, какая ты у меня талантливая. Неси давай, что стоишь?

– Давай ты с гостями поговоришь о чём-нибудь другом? – Она попыталась вытянуть пакет, но реакция у деда была молниеносная.

Хмурый взгляд достался и внучке. Она смиренно вздохнула и полезла в шкаф, а дед вытряхнул содержимое пакета на стол. Что-то стукнуло о столешницу. Это оказалась медаль на ленточке в цветах российского флага.

– С золотой медалью школу закончила, – похвастался дед, поглядывая на внучку. – А училась как… У нас тут школы нет, в соседней деревне только. До автобуса дойти ещё надо, да и ходит он не всегда. Васька наша зимой по сугробам пешком.

– Прям Ломоносов, – вставил Вадим.

– Да что там Ломоносов этот, – махнул рукой Максим Иванович. – Он – мужик, а она – девчонка. Василиса, – обернулся к внучке, – что ты копаешься?

На столе появился набор рюмок. Вася села рядом с дедом, и Вадим пнул меня в очередной раз – уже коленом. Я присмотрелся. А ведь в самом деле похожа. Приодеть, сводить в салон, брови пощипать – будет самое то.

Дед вытянул пробку и щедро разлил наливку по стопкам, не забыв ни про бабку, ни про внучку.

Василиса тяжело вздохнула. Как поднялась её грудь, не смогла скрыть даже бесформенная вязаная кофта.

– А вот, – дед достал бумажку из кипы, – это в пятом классе она получила. За участие в школьном спектакле.

– Ты покажи грамоту нашу за достойное воспитание внучки, – потребовала бабка.

Я напряг память в попытке вспомнить, как её зовут, но в мозгах образовалась чёрная дыра.

– Баба Соня! – воскликнула Вася и отобрала бумажки. – Всё, дед, хватит. Это никому не интересно. Если люди тебя из вежливости слушают, это ещё не значит, что нужно им это всё показывать.

– Ну как – не интересно? – удивилась бабка Соня.

– Всё в порядке, – сказал я Василисе и понимающе улыбнулся.

Она стушевалась. Дед поднял рюмку «за знакомство» и опрокинул в себя. Пришлось последовать его примеру. Настойка оказалась очень вкусная, в меру сладкая. Максим Иванович подвинул к нам аттестат о школьном образовании, раскрыв вкладыш с оценками, а мне вспомнился мой, где на три тройбана приходилась одна четвёрка.

– Василиса же в Москве поступила. – Бабушка покосилась на внучку. – На менеджера пошла учиться. А потом сестра моя, Клавка, преставилась. И всё, так и осталась она с нами, со стариками.

Сама Василиса помалкивала.

– У Димки как раз место в компании есть. – Вадим показал на наливку.

Дед намёк понял и, крякнув, взялся за дело.

– Ты искал молодого специалиста, – выразительно посмотрел друг. – И не нашёл. Сейчас без разницы – есть высшее образование или нет его. Всё равно все всему на месте учатся. Да вон, у меня помощница девять классов окончила, а как работает! В прошлом месяце премию ей дал, в этом тоже надо. Димке вот тоже помощница нужна.

Этот намёк дед тоже не пропустил, глаза у него так и загорелись.

– Простите, нам на секундочку надо выйти. Мы буквально на пару слов.

Я выдернул Вадима из-за стола и придал ускорения. Пол в коридоре скрипел на все лады – оно и к лучшему, иначе было бы слышно скрежетание моих челюстей.

– Какого хрена ты творишь? – процедил, вытолкнув его за дверь. – Какая, на хрен, помощница с девятью классами?! У твоей Катьки два высших и три языка. И какого я менеджера ищу?!

– А что я должен был придумать? Сказать её деду, что нам нужна жена на пару месяцев? Тебе нужна, если быть точнее.

– Ты спятил?! Нет, она, конечно, похожа. Да и…

Я провёл ладонью по волосам и посмотрел на Вадима. Я сейчас что, всерьёз думаю о том, чтобы приволочь бате Василису?! Похоже, так и есть.

Из раскрытого окна был слышан басистый, густой, несмотря на возраст, голос Максима Ивановича и похожий на журчание ручейка – его внучки.

– Не дрейфь, – хлопнул меня по плечу Вадим. – Смотри, привезёшь её, поставишь отца перед фактом. Потом денег дашь и отправишь обратно. И волки сыты, и овцы целы. А там, может, – он свистнул и ударил ладонью о кулак, – приятное с полезным.

– В баню такое приятное. Чтобы потом её дед мне яйца отстрелил?!

– Да ну, – отмахнулся он. – Нормальный старик. В такой глуши поживёшь – ещё не так одичаешь. Давай, – хлопнул и толкнул к двери. – Не просто ж так мы здесь оказались. Судьба, Димка.

***

В кухне не было никого, кроме Васи и изрядно опустевшей бутылки с наливкой.

– Бабушка спать пошла, – пояснила она. – Она рано ложится. Дед вернётся скоро.

– Поедешь в Москву? – спросил я, не став тянуть.

Она хлопнула ресницами. Хорошенькое личико вытянулось, глаза стали совсем огромными.

– Я… Я думала, это шутка.

– Никаких шуток, – решительно ответил я. – Мне нужна помощница.

Василиса вдруг прищурилась.

– А теперь начистоту. Зачем я тебе? И не надо говорить, что моя школьная медаль имеет к этому отношение – не поверю. В Москве никого не нашлось? С какой стати ты решил взять на работу меня?

– Ты мне понравилась, – сказал я, твёрдо глядя на неё. Это всегда помогало – с союзниками, с конкурентами и, в первую очередь, с женщинами. – Хочешь начистоту – ок. Мой отец хочет, чтобы я женился. Ему под семьдесят, он нудный засранец и всегда добивается своего. Утром я уеду, а ты останешься здесь со своими стариками. Они у тебя классные, но сама понимаешь перспективы.

Вася поджала губы. Не дура – видно, и перспективы отлично понимает, и машину Вадима наверняка успела заценить.

– Всё это не имеет смысла, – наконец ответила она.

– Почему? Мой батя угомонится, мы разойдёмся, при этом ты останешься с работой. Отличный вариант.

– Я не оставлю дедушку с бабушкой, – горячо возразила она. – А они никуда не поедут. Да и если поедут…

Шаркающие шаги заставили нас прерваться. Вася быстро посмотрела на дверь и снова на меня. А Вадим говорил, нет в деревнях русоволосых голубоглазых девушек, которых папе можно подсунуть…

– Мы тут с вашей внучкой разговаривали, – обратился я к её деду. – Я уговариваю её попробовать свои силы у меня в компании. Мы занимаемся инвестициями в сфере технологий. Компания основана более двадцати лет назад, в данный момент стоимость акции составляет…

Пока я умными словами расписывал, кто мы и что, Вадик достал из пакета заботливо сложенные Василисины документы. Сама она стояла, вытянувшись по стойке смирно, а дед, сидя на табуретке, пожёвывал губу и хмурился.

– Целеустремлённость Василисы меня впечатлила, – закончил я. – Я готов уже завтра представить её коллективу.

Дед нахмурился ещё сильнее.

– Я не могу поехать! – воскликнула Вася. – Я же сказала! Я деда и бабушку…

– Цыц! – гаркнул дед.

Подпрыгнула не только Васька, но и Вадим, да и я подобрался. Дед посмотрел на нас и остановился взглядом на мне.

– Она едет. Завтра заберёшь её. Но учти: я буду звонить и проверять. И если хоть волос упадёт с её головы… – Он глянул в угол, где стояла винтовка.

– Упадёт с её головы волос, как же, – едва слышно буркнул Вадим. – Вначале косу расплести надо.

Я едва расслышал его. Дед, видать, что-то заметил, но не понял.

– А знаете что? Я на ней женюсь.

– Женишься?! – Старик сдвинул брови.

– Да. Вы сами сказали – у Василисы грамота за достойное воспитание. А я жениться давно хочу, но нет подходящей девушки. Мне нужна хорошая, воспитанная, вот как Василиса ваша. Ещё и красавица. И вы будете уверены, что она в Москве в безопасности.

Старик хмыкнул, глубоко задумавшись.

– Я его не знаю, дед! Как я могу замуж за него выйти?! Это сумасшествие какое-то!

– Цыц, сказал! – рявкнул он. – Я согласен. И Василиса согласна.

– Но дед!

– И замуж пойдёт, и работать в твоей фирме будет, – продолжил Максим Иванович, не обращая внимания на отчаянные возражения внучки.

– Дед, я его сегодня первый раз в жизни увидела! Какой замуж?! Инвестиции… Я ничего не знаю об инвестициях!

– Не знаешь – узнаешь, – сурово ответил дед и стукнул кулаком по столу. – А бабку твою я ровно сутки знал до свадьбы, и вона! Какая ты вышла! И мать твоя какая вышла! Не сожрала бы её горячка, так внучка́ бы ещё родила нам. Но… – Он поморщился, хряпнул наливки и с ещё большей решимостью заявил: – Она едет.

– Нет! Без вас я не поеду! – Вася упёрла кулаки в бока. – Ты меня не заставишь.

– Так в чём проблема? – подал голос Вадим. – У Димки большой загородный дом. Там всем места хватит. И медицина в столице на уровне. Софию Васильевну сводим к специалисту, может, слух ей поправят.

Я зыркнул на Вадима. Тот и бровью не повёл. Дед было приободрился, но в секунду сник.

– Полкашка у нас. – Он с тоской посмотрел на наливку. – И Масяня. Как их бросишь-то? И курочки…

– Полкашка – пёс наш.

– А Масяня? – выдавил я.

– А Масяня – кошка. Пузатая вона ходит. Их не бросишь.

– Полкашка не проблема. А кошка… Вадим кошку возьмёт. И котят потом пристроит – он у нас кошек любит.

– Дима, – прорычал Вадим.

Погрустневший дед на глазах воспрянул духом.

– Васька! – вскочил, как молодой. – Куда стопки убрала, бестолковая? Доставай обратно. Завтра в город поедем. Бабке только сказать надо.

Вася побледнела.

– Дедуль… – Голос у неё стал тоньше и задрожал.

– Не спорь со стариком. Зима скоро, нечего тут. В столицу поедешь. Я всегда знал, что у тебя будущее большое.

Снизу кто-то мяукнул. О ногу Вадима тёрлась полосатая кошка с огромным пузом и длинным тощим хвостом.

– Почувствовала доброе сердце, – тихо усмехнулся я, покосившись на друга.

– Я тебя прикончу. Клянусь, – сквозь натянутую улыбку прошипел он.

Я хмыкнул и повернулся к Васе. Наши взгляды пересеклись, но этим я не ограничился – осмотрел её с головы до ног. Коса до пояса, глаза-блюдца, вязаная кофта и юбка в пол. Кольца не хватает, но это не проблема.

Забывшись, Вася выронила кружевную салфетку. Я поднял и подал ей.

– Сама вязала? – спросил тихо, ненароком дотронувшись до её пальцев.

– Угу.

– Красиво. Ты иди, собирай чемодан.

– Я не уверена, что справлюсь, Дмитрий. Вы…

– Ты. – Я сжал её ладонь и посмотрел в глаза. – Ты, – повторил настойчиво и выпустил пальцы, отлично представив на безымянном обручальное кольцо.

Глава 2

Дмитрий

Заливавшийся уже добрых полчаса петух внезапно затих.

– Неужели, – пробормотал Вадим с соседней постели. – Может, его это… кхх? На суп?

– Время сколько?

Не дожидаясь, пока он раскачается, я дотянулся до мобильного. Половина пятого, мать его! А со двора уже слышны голоса семейки.

– Представляешь, рожу моего бати?

Друг хмыкнул и выматерился. Я повернулся к нему. На груди у него сидела, перебирая лапами, кошка, и мурлыкала так, что мне было слышно.

– Это любовь, – констатировал, поднимаясь. – Будешь многодетным папашей.

Какие-то блага цивилизации добрались и до глуши. Горячая вода и душ в доме пришлись кстати. Открыл дверь и наткнулся на Василису.

– Бабушка завтрак приготовила, – обрадовала она.

Поблагодарить я не успел – взгляд Васи стал многозначительным.

– У нас всё просто. Без изысков. Но бабушка старалась, поэтому, пожалуйста, даже если что-то не так, не показывайте этого.

– Мы же на «ты», – напомнил я.

– Я говорю про тебя и твоего друга.

Сегодня на Ваське было платье с круглым вырезом. Сама скромность и добропорядочность. Бабка позвала её с кухни, но я придержал Василису за локоть.

– Поменяем колесо и поедем в ближайший город.

– Зачем?

Бабка позвала опять, и Васенька нетерпеливо высвободила руку. Но не ушла. При дневном свете её волосы казались ещё светлее, а глаза – больше.

– Иду, бабуль! – крикнула она и понизила голос: – Я распишусь с тобой, хотя это всё похоже на фарс. Но у меня условие.

– Вот как?

– Да, именно так.

– И что за условие?

– Обследование для дедушки и бабушки. Полное. И лечение, если потребуется.

Настрой у неё был решительный. Этакая амазонка из русской деревни. Для колоритности не хватает коня и серпа в руках. С учётом того, что я во всех смыслах был выше её на голову и смотрела она снизу вверх, это выглядело забавно.

– Обследование и лечение для твоих стариков, а для тебя чего?

– Мне ничего не нужно. А за бабушку с дедушкой я буду благодарна. Сама я их до поликлиники доехать не заставлю, да и врачей тут хороших нет. Ну так что, договорились?

Я выдержал паузу. Пусть понервничает.

– Договорились, – протянул руку.

Она неловко подала свою. Пальцы у неё были длинные, как у пианистки, а запястье тонкое. На нём болталось несколько сплетённых из ниток браслетов разной толщины и цвета.

– Пойдём, – показал на кухню. – Буду отвешивать твоей бабушке комплименты.

***

Вадим походил на раздражённого чёрта.

– Карета к вашим услугам, – кивнул на машину.

Какая муха его укусила, хер знает. Я кивнул с вопросом.

– В следующий раз не проси, чтобы я тебя отвёз. К лешему. Чтоб я в шесть утра колёса менял!

Из дома вышла Василиса, и я сделал знак, чтобы он заткнулся. Вадим хмыкнул.

– Фаты не хватает. А так хоть сейчас в ЗАГС.

– Туда и едем. Я уже договорился.

На Ваське было длинное белое платье. Не свадебное, разумеется, но достаточно колоритное. Из какого бабкиного сундука она его выудила, хотел бы я знать.

– Если этот домик потрясти, можно кучу хлама для любителей ролевых игр отыскать, – наблюдая за моей приближающейся «невестой», задумчиво сказал друг.

– Хочешь заняться освоением нового дела?

Вася подошла, и я открыл заднюю дверцу. Но из дома не по годам резво выскочила её бабка. Лечение? Со слухом у бабули, конечно, плохо, но в резвости она того и гляди меня переплюнет.

– Подождите! – Бабка ускорилась. – Василисушка, погоди. – Она притормозила возле внучки. – Ой, бежала так… Боялась, не успею, уедете.

– Бабуль, ну ты что? – ласково улыбнулась Васька.

– Вот. – Она сунула ей деньги. – Купи мне шаль. Светлую, красивую. Денег не жалей, бери хорошую. Всё-таки в Москву едем. Вася, – она понизила голос до громкого шёпота, – а если мы кого-нибудь знаменитого там встретим? А если президента?

– Это вряд ли, бабуль. Но шаль я тебе куплю. Самую красивую.

Вася подошла ко мне, я по привычке приготовился, что меня обдаст ароматом духов, что не вдохнуть не выдохнуть, но дышать было по-прежнему легко.

– Документы взяла?

Она показала мне паспорт.

– Только я не буду фамилию менять.

– Я тебе свою фамилию и не предлагаю, – ответил, нагнувшись к ней, и захлопнул дверцу.

Бабка нас перекрестила. Я прям в фильм «Изгоняющий дьявола» попал, но демон из меня не выскочил, и из Вадима тоже.

– Ну, с богом! Езжайте.

Глаза у неё подозрительно намокли, даже неловко стало. Я побыстрее сел за руль.

– Э-э, а я что? – пришёл в недоумение Вадим.

– А ты старикам помоги собраться. Мы и без тебя справимся.

***

Схватив Василису за руку, я провёл её по пустому холлу ЗАГСа и, ворвавшись в кабинет директорши, бросил перед ней паспорт. Отобрал у Васьки её и пустил следом.

– Мы разговаривали утром, – напомнил и показал на свой паспорт.

Клуша раскрыла его, наткнулась на купюры и расплылась в улыбке.

– А-а, Дмитрий Сергеевич, – протянула она, доставая книгу. – Так бы сразу и сказали.

– Я так сразу и сказал.

Она подняла зад, ткнула на кнопку на магнитофоне, и в кабинете загремел марш Мендельсона. Вася вздрогнула. Я ткнул в ту же кнопку.

– Можно и без этого. Нам просто расписаться.

Директор ушла за книгой, оставив нас одних.

– Так просто? – шёпотом спросила Василиса. – Сколько ты ей дал?

– Полтинник, – ответил, нагнувшись к её уху.

Пахла она не духами, но на удивление вкусно. Какой чёрт дёрнул меня вдохнуть поглубже – не знаю. Какой дотронуться при этом до её волос – тоже.

– Ты что делаешь?

– Ничего не делаю. Интересно стало, сколько ты свою косу растила? – Пальцами провёл почти до конца.

– Долго, – отрезала она и отступила на шаг.

Я подошёл снова и дотронулся до её талии. Ненавязчиво, чтобы, не дай бог, не напугать. Платье было тоньше, чем я думал, и на плече выглядывала лямка бюстгальтера. Я подтянул платье, попутно касаясь кожи.

– Дима! – прошептала она. – Мы же так не договаривались. Я не…

– У тебя торчала лямка.

Продолжить не дала вернувшаяся с книгой директор. Она безошибочно открыла нужную страницу и вручила нам по ручке.

– Здесь и здесь, – ткнула пальцем в строки.

Я сделал приглашающий жест. Вася стиснула ручку до белизны костяшек, а сама стала похожа на приведение.

– Лучший слуховой аппарат для Софии Васильевны, – сквозь зубы напомнил я.

Кончик ручки упёрся в строку. Василиса посмотрела на меня из-под ресниц и поставила роспись. Красивую, нужно сказать, для деревенской девчонки. Я тоже расписался.

– Ну всё, теперь вы муж и жена! – объявила директор ЗАГСа. – Если у вас нет колец…

Я остановил её. Достал кольца и, взяв Васькину руку, надел маленькое, с камешками, на её безымянный палец.

– Отлично. Отец заценит.

– Красивое… – шепнула Вася, посмотрев на свою руку.

– Ещё бы. Белое золото с сапфирами. Держи, – протянул ей второе и свою руку.

Она взяла её. Пальцы у неё были прохладные. Сперва подумал, что показалось, но нет – руки у неё подрагивали.

– Так волнуешься?

– Ничего я не волнуюсь.

Она надела кольцо. Я сжал руку в кулак и разжал. Ничего так смотрится. Как будто весомости придаёт, прямо как батя и желал.

На подоконнике стояла ваза с цветами. Я вытащил из букета три самые приличные розы, отдал новоиспечённой жёнушке и сделал фото. Если бы не стеллаж с папками за её спиной, можно бы было подумать, что на фотографии барышня-крестьянка из дремучего века.

– За неудобства. – Я положил под книгу регистрации ещё одну купюру, и директриса опять заулыбалась от уха до уха.

– Вы прекрасно смотритесь, – донеслось нам вслед. – Совет да любовь!

***

– Ты что, правда заплатил ей пятьдесят тысяч?! – недоумённо воскликнула Вася, как только мы вышли на улицу.

– Да.

– С ума сошёл?! Да она бы нас за пять расписала!

– Я не мелочусь, если дело важное. Всё должно быть по высшему разряду.

Вася фыркнула.