Язык костей

Clea Koff

FREEZING

Freezing © by Clea Koff, 2011. By agreement with Pontas Literary & Film Agency

© Никитин Е.С., перевод на русский язык, 2023

© Издание на русском языке, оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2024

День первый

Вторник

Легкий ветерок усиливал аромат разогретого эвкалипта. Джейн перевела взгляд с офицера Калифорнийского дорожного патруля на деревья, стоящие в полуквартале от того места, где они свернули на 101-е шоссе. И снова посмотрела на офицера. Тот слушал рацию сквозь помехи, скользя взглядом по подвеске «Джипа», по заднему сиденью с парой ящиков с инструментами и вновь по стройной фигурке Стили на водительском сиденье. Ее рука небрежно лежала на рычаге передач, лицо было скрыто козырьком выцветшей розовой бейсболки.

– Вы и есть те самые специалисты? – поинтересовался офицер, жестом подзывая их сопровождающего.

В нескольких футах загрохотал патрульный мотоцикл. Мотоциклист затормозил перед ними и оглянулся. Из-под шлема и солнцезащитных очков виднелась только нижняя часть лица, но было ясно, что выражение у него серьезное. Стили махнула рукой, и мотоцикл тронулся.

Они следовали за его зигзагами, огибая седаны дорожного патруля, которые образовали целый лабиринт на парковке возле здания компании «Санкист». В северо-западном углу парковки мотоцикл отъехал в сторону, оставив их перед целой стеной темно-синих «Шевроле Субурбан». Стили остановила «Джип». «Субурбаны» стояли неподвижно, но моторы гудели, а фары светились. Обе женщины замерли, ожидая увидеть хоть какое-то движение за темными тонированными стеклами. Но ничего не произошло.

Стили тоже не выключила двигатель.

– Будь это Буэнос-Айрес года эдак семьдесят восьмого, пришлось бы уносить ноги.

Джейн что-то пробормотала в знак согласия и поправила солнцезащитные очки, пытаясь удержать ими волны непослушных волос, которые вздыбились и превратились черт знает во что, когда «Джип» с открытым верхом подпрыгивал на ухабах. И наклонилась завязать двойные узлы на шнурках ботинок.

Стили внезапно заглушила двигатель:

– О, вижу твоего парня.

Джейн замерла над вторым шнурком, но удержала равновесие.

– Он не мой парень.

– Он уже близко, и… Да, похоже, совсем не изменился: все тот же шатен с нахмуренным лбом, зелеными глазами и ухмылкой, по-прежнему пять футов одиннадцать дюймов роста, по-прежнему парень из разряда «не-знаю-что-там-внутри-но-заверните-мне».

Джейн удивленно выпрямилась, уверенная, что Стили преувеличивает. Но нет. Издалека спецагент Скотт Хьюстон казался совсем не изменившимся с тех пор, как они в последний раз виделись в Куантико [1] пять лет назад. Джейн посмотрела на снявшую бейсболку Стили. Ее короткая прерывистая стрижка наглядно демонстрировала, что седина у блондинок бывает не только над ушами, из-за чего Стили еще в молодости получила свое прозвище [2]. Сама Джейн ощущала себя не на тридцать пять, а на все шестьдесят пять и считала, что это сказывается и на внешности. Внезапно смутившись, она вышла из «Джипа» как раз в тот момент, когда Скотт подошел к машине. Джейн заметила, как он быстро оглядел ее с головы до ног. Они не сказали друг другу ни слова и медленно пожали руки.

– Неплохо, – наконец произнес он.

Она удивленно улыбнулась.

– Ты тоже не так уж плохо выглядишь.

Скотт скривился в легкой усмешке.

– Я имел в виду, как быстро вы добрались. С превышением скорости, да, Стили?

Он наконец выпустил руку Джейн и повернулся к Стили, которая обошла «Джип» с другой стороны.

– Так нужна помощь или нет, Хьюстон? – Она быстро пожала ему руку.

Он улыбнулся.

– Пойдемте. Познакомлю вас со своей командой.

Джейн и Стили, захватив из машины ящики с инструментами, направились следом к крайнему «Субурбану». Кучка из четверых мужчин тут же распалась; они опустили планшеты и откашлялись. Трое были одеты в форму, похожую на спецназовскую, и Скотт представил их как «зверюг» из Отдела кризисного управления ФБР, которые отвечают за сохранность улик. Затем он кивнул в сторону женщин:

– Это Джейн Холл и Стили Ландер. Они руководят агентством «Тридцать два – один», которое проводит криминалистическую экспертизу пропавших без вести. Сравнивают их с неопознанными трупами или с живыми людьми. Я вызвал их, потому что они антропологи-криминалисты и к тому же сведущи в стоматологии. Стили втройне опасна: она еще и юрист, поэтому будьте паиньками. Они определят, человеческие ли останки у нас на руках, так что полагаемся на них. Ясно?

Все вежливо покивали. Потом Скотт объявил, что ему нужна минутка: проинструктировать вновь прибывших. «Зверюги» очистили территорию, но один человек, которого Скотт еще не представил, остался стоять, расставив ноги и сцепив руки так, что ткань костюма слегка натянулась на мускулистых руках. Джейн заметила, что у него почти такая же смуглая кожа, как и у нее, но волосы темные и прямые, а глаза… Она отвела взгляд. Он заметил, как она смотрела на него.

– Мой напарник, спецагент Рамос, – представил Скотт.

Джейн вздрогнула.

– Эрик? Эрик Рамос?

Тот шагнул вперед, чтобы пожать ей руку.

– О-о-о, и что же он обо мне наговорил?

– Нет, я имею в виду… Приятно познакомиться.

– Что ж, Скотт. – Эрик взглянул на него, когда тот повернулся, чтобы представить Стили. – Я верну должок позже.

– Ладно, давайте начнем, – предложил Скотт. – У нас автомобильная авария около пяти утра на сто первом шоссе прямо на этом месте, у нас за спиной. Машина виновника наехала на боковое ограждение и частично разворотила его. Парень попытался избежать обвинения в вождении в нетрезвом виде, рассказав дорожному патрулю, что врезался сзади в фургон и был вынужден повернуть, чтобы избежать столкновения с трупом.

– Труп лежал на дороге? – спросила Джейн.

– Нет, в том-то и дело. Парень уверяет, что труп выбросило из фургона, в который он врезался. Он случайно приметил этот фургон еще раньше, потому что на номерном знаке нарисован персик, а парень как раз перебрал персикового шнапса.

– Номерной знак с персиком, – задумчиво протянула Стили. – Джорджия?[3]

– В точку. В общем, трупа не обнаружено, но полиция говорит, что ограждение разворотило парню спереди всю машину. Если что-то и вывалилось, то на обочину: к северу здесь заросший овраг. Полицейские оцепили местность, как только их фонари засекли фрагменты того, что, по их мнению, может иметь БП [4].

Джейн посмотрела в сторону оврага.

– И сколько фрагментов?

– Пока не знаем, – ответил Эрик.

– Ладно, – медленно произнесла Стили. – Не хочу показаться незаинтересованной, но почему вы так настаивали, чтобы вызвали именно нас? Почему не Рудина или Свитцера? Это же по их части.

– Офис коронера не смог выделить нам Рудина из-за расследования дела о крематории, а Свитцер сейчас в свадебном путешествии. Но… это не всё. – Скотт скрестил руки на груди и глубоко вздохнул, подняв глаза вверх.

Джейн взглянула на Эрика. Тот сосредоточенно изучал трещину на асфальте под ногами.

Вздохнув еще раз, Скотт признался:

– У нас с Эриком есть нераскрытые дела, связанные с расчлененкой. В Джорджии. Все женщины, пока никто не опознан. Есть версия, что это связано с исчезновением нескольких проституток в Атланте и окрестностях. Мы предположили, что это дело рук одного маньяка, а не разных клиентов, которые просто не захотели оплачивать секс-услуги.

Джейн посмотрела Скотту в лицо:

– Ты мне об этом никогда не рассказывал.

Он отвел взгляд.

– Нашего тогдашнего босса версия не убедила, и он свернул расследование, – вмешался Эрик. – Поимка этого преступника стала для нас чем-то вроде поисков Святого Грааля. Потом нас перевели в Лос-Анджелес, а убийца до сих пор на свободе.

– А почему вы считаете, что фрагменты в овраге связаны с теми делами в Джорджии? – поинтересовалась Стили.

– Если останки человеческие, то они расчленены тем же способом. И транспорт такой же: многие свидетели вспомнили, что пропавших в Атланте женщин в последний раз видели садящимися в фургон.

– Когда сегодня утром калифорнийский дорожный патруль сообщил, что в аварии замешан фургон с номерами штата Джорджия, мы раскинули мозгами и забрали дело себе, – добавил Скотт. Наконец он встретился взглядом с Джейн. – Поэтому утром тебе и позвонили.

Джейн медленно кивнула.

– Значит, вы хотите, чтобы мы подтвердили, принадлежат ли фрагменты человеку или нет, и определили пол? Или еще что-нибудь? Потому что это уже не в нашей компетенции. Мы имеем дело с родственниками пропавших, а не с трупами.

– Вы когда-нибудь замечали, что фитиль проходит через всю свечу? – поинтересовался Скотт.

Джейн нахмурилась: а это при чем?

– Она не будет гореть, если фитиль не проходит через всю свечу. Вот почему ее можно поджечь с любого конца, – еще раз объяснил Скотт.

– И к чему это ты?

– Он хочет сказать, что все мы делаем одно дело, просто подходим к нему с разных сторон, – вмешался Эрик. – Вы пытаетесь идентифицировать личности пропавших без вести, а мы – их тела. И я слышал от Скотта, что вы обе долго работали для ООН. И сделали больше, чем положено. Если кто-то и имеет право участвовать в этом деле, то это вы.

– Что ж, – подытожил Скотт. – Сможете это сделать?

Джейн и Стили кивнули, и Скотт подозвал одного из «зверюг». Тот подошел, держа в руках тонкие нейлоновые ремни с зажимами на концах. Он заговорил басом, представившись агентом Вайсом:

– Когда мы доберемся до места, вы сами поймете, что лучше всего подняться туда с помощью лебедки. Давайте я помогу вам одеться? – И развернул ремни, демонстрируя, что они сплетены в сбрую, по форме напоминающую трусы.

Стили шагнула вперед, забралась в машину и оперлась на плечо Вайса для равновесия.

– Знаешь, Скотт, тебе необязательно было затевать все эти хлопоты только для того, чтобы увидеть меня в нижнем белье.

Эрик подавил удивленный смешок:

– Погодите, ребята, как давно вы друг друга знаете?

– Еще с тех пор, как Хьюстон носил подгузники, – отозвалась Стили.

– Не подгузники, – поправил Скотт. – Я был курсантом. И носил обмундирование.

– Но у тебя был учебный пистолет?

Эрик посмотрел на напарника:

– Она о тех красного цвета, которые нам выдавали в Куантико?

– Это было задолго до тебя, Рамос. – Скотт взглянул на Джейн. – Ты не можешь ее приструнить?

– Нет, – ответила Джейн, влезая в свою сбрую. – Не могу.

Стили уже завладела вниманием Эрика:

– Когда мы с Джейн учились в Куантико, то видели, как однокашница Скотта проводила полусекретную операцию по похищению его ствола.

Эрик смотрел на Скотта во все глаза.

– Из заднего кармана штанов?

– У нее ничего не получилось, – скромно заметил Скотт. – А потом я спер ее ствол.

– Ага! – подтвердила Стили. – А она заорала ему из другого конца бара, как будто они в управлении НАСА: «Хьюстон! У нас проблема!» А он…

– Дальше Эрику неинтересно, – перебил Скотт. – Ты готова, Джейн?

Вслед за патрульным офицером они дошли до края парковки, перелезли через низкую бетонную стену, спустились в овраг и пошли по его дну. За границей владений «Санкист» овраг сузился и стал гуще: он зарос эвкалиптами, барвинками, там и сям валялись обрывки пластиковых пакетов. Было темно и прохладно, хотя солнце еще не закатилось. Группа шла молча.

Полицейский сбавил скорость и окликнул их, указывая влево – туда, где обочина вела к шоссе:

– Останки там, наверху. Мы обозначили периметр флажками. Склон крутой и скользкий. – Он отодвинулся, уцепившись за ствол деревца.

Джейн и Стили отошли в сторону, пока «зверюги» занимались своим делом. Затем Скотт повернулся к антропологам:

– Что ж, «Тридцать два – один», расскажите, что там у нас.

Обе женщины прошли вперед, щелкнув кнопками фонариков. В ответ раздались такие же щелчки: остальные последовали их примеру. Секунд десять они осматривали насыпь снизу. Коричневые мокрые листья, на них – что-то бледное, влажное, с красными пятнами.

– Да, останки человеческие, могу определить это прямо отсюда, – объявила Джейн.

– В таком случае, – предложил Скотт, – разрешаю вам взглянуть поближе.

Вайс пристегнул их ремни к спусковому тросу и проверил все соединения. Как только Джейн и Стили встали рядом, он начал поднимать лебедку, и женщины вскарабкались по склону. Подобравшись к останкам, они склонились над ними, рассматривая под разными углами.

– Мы не будем ничего трогать, потому что вам, ребята, сначала придется всё подробно сфотографировать, хорошо? – крикнула Стили сверху вниз.

– Десять-четыре [5], мэм, – ответили ей.

– Что ж, – пробормотала Джейн Стили. – Вижу две руки, от плеча и ниже, все пальцы на месте. Часть бедра и колено… Левое. Ты это видишь?

– Да, и еще туловище. Здесь всё мокрое.

– Мокро только вокруг останков? Или это роса?

Обе огляделись. Все вокруг было сухим и пыльным, как и положено летом в Южной Калифорнии.

– В чем дело? – спросила Джейн. – Останки явно несвежие, но не похоже, что они разлагаются.

– Тут другое, – возразила Стили. – Послушай. Слышишь?

Она подняла руку, и Джейн замерла, склонив голову набок. В промежутках между шумом машин на трассе над ними послышался отчетливый звук. Кап, кап… кап… кап, кап. А потом у них на глазах в разрезе левого колена выступила красная капелька. Переливаясь, она повисла в воздухе и упала вниз, на подстилку из листьев.

– Не разлагаются… – сказала Стили. – А размораживаются.

Они выпрямились.

– Хьюстон, – позвала Джейн.

– Да, – донесся голос Скотта снизу.

– У нас проблема, – произнесла она без малейшего намека на улыбку.

Глядя вслед выруливающему с парковки «Санкист» «Джипу» Стили, Скотт закончил разговор по мобильному и подозвал свою команду, беседовавшую с дорожным патрулем.

– Что ж, мы получили зеленый свет из Куантико: место преступления наше. – Он махнул рукой, и двое «зверюг» направились к открытым задним дверцам машины. – Постойте. Когда соберем улики, отправим их коронеру округа Лос-Анджелес, а не в Вирджинию, так что упакуйте не как обычно, а для местной транспортировки.

Эрик, кажется, хотел что-то спросить, но агент Спаркс опередил его:

– Нам ограничиться установленным копами периметром?

– Что ты увидел, когда натягивал ремни? – спросил Скотт Вайса.

– Останки выглядят так, словно их сбросили сверху. Может, они немного сдвинулись с места, но я не заметил никаких признаков, что расчленяли прямо здесь. – Вайс жестом подозвал стоящего слева «зверюгу», который держал руками в хирургических перчатках стопку пластиковых маркеров для фотосъемки.

Ли кивнул.

– Я не нашел никаких останков за пределами того места, откуда капает. К тому же полиция обозначила широкий периметр. Я бы не стал искать дальше.

– Хорошо, – согласился Скотт. – Давайте ограничимся их периметром. Но я хочу, чтобы ты сделал снимки местности за его пределами, Ли.

– Понял.

Скотт направился в сторону оврага. Эрик поспешил следом, стараясь идти в ногу.

– Ты сообщил в Куантико, что это может быть связано с убийствами в Джорджии?

– Да.

– Значит…

– Они не стали кочевряжиться.

– А про расчлененку сказал?

Скотт кивнул.

– По-моему, тебе стоит подняться и взглянуть самому, – предложил Эрик.

Скотт перемахнул через стену и двинулся к оврагу.

– Я как раз собирался.

Джейн отперла дверь низкого кирпичного здания, удерживая на весу два пластиковых кофейных стаканчика и пакет с пончиками, и выругалась. Она только сейчас обратила внимание, какая яркая вывеска «Агентство 32/1» над дверью – из-за дневного света и из-за подсветки.

Внутри самого агентства смотреть было особо не на что, но из окон открывался хороший вид: задняя часть стадиона «Доджеров» [6], вокруг – невысокие холмы, поросшие эвкалиптами и олеандрами, а между ними – заросли орешника. Лето в разгаре. Если со стадиона поехать в агентство по прямой, придется пересечь пятое шоссе, реку Лос-Анджелес, железнодорожную станцию и Сан-Фернандо-роуд, прежде чем окажешься на парковке перед зданием. Там всего пять мест: два с пометкой «зарезервировано», три с пометкой «посетитель». На одном зарезервированном месте – «Джип» Стили, на другом – старенький бежевый пикап «Форд» Джейн.

– Я забыла выключить свет! – крикнула Джейн возившейся с ящиком для инструментов Стили.

– Есть дела и поважнее. – Та поставила ящик, забрала пакет с пончиками и осмотрела его содержимое наметанным взглядом. – Не забыла ли ты купить мне пончик с лимонной начинкой?

– А разве сегодня вторник?

Они вошли в агентство. Джейн прошла мимо стойки регистрации, за которой с девяти утра должна сидеть их секретарша-доброволец Кэрол, психотерапевт на пенсии. Кэрол уверяла, что лучше торчать целый день в агентстве, чем дома. Она занималась телефонными звонками, входящей и исходящей почтой, оформлением документов, мелкой наличностью, чаем и поливом единственного растения – огромного алоэ по имени Фитцджеральд.

Джейн прошла к себе в кабинет через двойные двери, расположенные сразу за стойкой. Она заметила, что Стили поспешила к другой двери, которая вела в холл, а оттуда на кухню, в туалет и лабораторию. Джейн села за стол, повернулась в кресле, чтобы включить компьютер слева и лампу в центре, взяла справа блокнот и ручку и наугад вытащила папку из стоящих за спиной вдоль стены шкафчиков. Каждое утро она просматривала одно наугад взятое досье на свежую голову – еще не забив мозги другими делами и сохраняя бесстрастность.

Пропавшие без вести. Сведения о них были в каждом досье агентства «32/1», но не информация об исчезновении человека, а свидетельства родственников. Тех, кто знал пропавшего без вести, помнил его первые падения с велосипеда или марку любимых конфет. Джейн и Стили сопоставляли рассказы о падениях и конфетах с базой данных о сросшихся переломах и кариозных зубах в надежде идентифицировать 40 000 трупов, которые томились в отделениях судмедэкспертизы по всей стране. Но Джейн по утрам начинала не с данных, а с семейных историй: вдруг удастся что-то заметить на свежую голову…

В досье, которое она вытащила сегодня, лежал конверт с фотографиями: улыбающаяся двадцатидвухлетняя девушка. Джейн машинально сосредоточилась на ее зубах: левый центральный резец – девятый зуб – слегка искривлен. Он придавал девушке серьезный вид и помог бы опознать ее, окажись она в морге. Мертвая не сможет назвать свое имя, но кости и зубы скажут за нее. Джейн пролистала стоматологическую карту в конце досье, чтобы проверить, зафиксирована ли в ней деформация. Да, есть.

Она прочла несколько страниц вплоть до стенограммы своей беседы семью месяцами раньше с родителями пропавшей девушки, когда услышала сначала звон колокольчиков на веревочке у входной двери, а затем бодрое «Доброе утро всем!» Кэрол, которое, похоже, было адресовано не только Стили и Джейн, но и всем пропавшим из досье.

Джейн подошла к двери и увидела, как полная седая женщина кладет холщовую сумку на стойку.

– Спасибо, что пришла, Кэрол.

– Уже девять месяцев, как я здесь. Хватит благодарить. – Кэрол махнула рукой.

Стили тоже вышла поприветствовать Кэрол, и Джейн вернулась к себе, размышляя, не включить ли в заявку на третий грант для агентства скромное вознаграждение секретарше. Было слишком поздно что-то менять в заявке на второй год, но Джейн надеялась, что у них получится сохранить обеды для Кэрол пять дней в неделю в качестве хоть какой-то компенсации за ее труды. Она снова взяла в руки стенограмму.

В кабинет зашла Стили и встала напротив.

– Кто у тебя сегодня?

– Девушка из Тарзаны [7]. – Джейн выжидающе посмотрела на коллегу.

Стили приложила палец к губам и указала на досье.

– Выпуклый лоб и кривой передний зуб, из-за которого ее не взяли в модели нижнего белья?

– Господи… Не представляю, как ты это делаешь. У нас сотни досье, а ты всегда помнишь такие детали!

Стили поклонилась, пятясь к двери.

– Во вчерашней бандероли были рентгеновские снимки? – крикнула Джейн ей вслед.

Стили кивнула.

– Как раз сейчас займусь ими.

Через несколько минут по селекторной связи раздался ее голос. Джейн включила микрофон:

– Стили, в этом закутке ты не можешь находиться далеко от меня – только в одной из двух других комнат. Зачем ты пользуешься селектором?

– А зачем мы покупали телефоны с селектором, если им не пользоваться?

Как всегда, она права.

– Ладно, в чем дело?

– Можешь спуститься в лабораторию? Тебе стоит кое-что увидеть.

Джейн прошла по коридору и свернула в последнюю дверь справа. Стили сидела в дальнем конце комнаты у основания буквы U, образованной столешницей, и рассматривала прикрепленный к большому световому коробу рентгеновский снимок. На столе были разложены бумаги. Джейн подошла посмотреть.

Это был снимок мужского черепа, сделанный в левой проекции. Молочно-белые кости и такого же цвета зубы, хотя металлические пломбы выделялись яркими белыми пятнами в тех местах, где металл не пропускал свет через рентгеновскую пленку. Совершенно белым оказалось еще кое-что, причем в неожиданном месте. Джейн наклонилась, блуждая взглядом над глазницами на снимке: вот, между ними, примерно в дюйме от лба… Она повернулась к Стили.

– Это ведь прижизненные снимки, да?

– Ага.

– Что ж. – Джейн сделала паузу. – Ну, у него в голове пуля.

– Я так и подумала.

– Чье это дело?

– Томаса Каллена.

– Из «Двадцати девяти пальм»?[8]

– Точно.

– Помню, я беседовала с его родителями. Они не сказали про пулю в голове. – Джейн повернулась к Стили. – Думаешь, боевое ранение или что-то в этом роде?

– Для Вьетнама слишком молод, а от службы в Афганистане и Ираке уклонился.

– А как насчет «Бури в пустыне»?

Стили придвинулась ближе к снимку и ткнула в него концом карандаша с резинкой.

– Я вот что думаю: судя по углу вхождения пули, он выстрелил себе в нёбо, но не учел, что там клиновидная пазуха. Не говоря уже о том, что гортань очень извита, – и пуля застряла. Боль от выстрела заглушил шок, он остался жив. О таком даже самым близким не рассказывают.

– Есть снимок верхней челюсти?

– Здесь – нет. Наверное, врач забрал его посмотреть, чтобы понять, где застряла пуля и надо ли ее извлекать.

Глаза Джейн расширились.

– Им пришлось оставить ее.

– Возможно.

– И это сделало его чертовски узнаваемым.

– Ага. – Стили явно увлеклась. – Родители Каллена, когда подавали заявление о его пропаже, обратились за его медкартой только к стоматологу, а не к врачу. И только когда они пришли к нам, то начали искать его рентгеновские снимки. Даже не думала, что они что-нибудь найдут. Итак… Поскольку стоматолог не упростил нам задачу, видимо, следует разослать ОВК.

ОВК – «Ориентировка всем коронерам». Агентство «32/1» разработало ее для тех, у кого есть неопознанные трупы, если появлялась новая информация о каких-то характерных признаках людей, пропавших без вести. О деталях, которые не попали в первичный полицейский рапорт, и, следовательно, их нет в базах данных ФБР и Национального центра информации о преступлениях [9]. Пока ОВК находилась на стадии эксперимента. Агентство разработало строгие ограничения по ее использованию экспертами по всей стране.

– Это в первую очередь. Нам придется строго следовать протоколу, Стили.

– Я знаю правила. «Только при невыясненных или подозрительных обстоятельствах». – Она указала на плотный конверт на столе. – Досье Каллена здесь. Я проверю.

Свет внезапно потускнел, и лабораторный компьютер у них за спиной выключился и тут же перезагрузился сам.

– Вот черт. Отключилось, – произнесли они одновременно.

– Нужно купить генератор, Джейн.

– Согласна. Говорят, лето будет долгим и жарким.

– Это Лос-Анджелес, лето здесь всегда долгое и жаркое, – ответила Стили. – Ты говорила, наш бюджет ограничен?

Джейн отошла от стола.

– Это отдельная статья расходов, если я правильно разобралась в законе о благотворительности. Может, сама глянешь?

Позже, когда Кэрол объявила, что на первой линии Скотт Хьюстон, Джейн ответила на звонок, сидя за столом в кабинете. Ей пришлось оторваться от чтения, и ее голос прозвучал рассеянно:

– Скотт, как ты?

– Я-то в порядке. А вот у тебя усталый голос. Мы подняли тебя утром слишком рано?

– Очень смешно. Так в чем дело?

– А когда ты в последний раз ела?

– Ты что, моя мама? Я не настолько устала.

– Вообще-то я пытаюсь пригласить тебя на ланч.

– О. – Джейн взглянула на часы, но так и не смогла сообразить, сколько времени. – А что, уже время ланча?