Город темных дел

© Колычев В.Г., 2025

© Оформление. ООО «Издательство „Эксмо“», 2025

Глава 1

Тьма густая и липкая, как смола, глубокая, как вечность, черная маска на ее фоне кажется светлым пятном. И скрывающаяся под ней женщина – такой же обманчивый луч света. Венецианская маска Баута – символ смерти, зловещий взгляд, хищный оскал, но куда больше пугал шестигранный ствол старинного пистолета. Нежный женский пальчик с ноготком кровавого цвета жмет на спусковой крючок, курок с кремнием бьет в огниво, искра воспламеняет порох, и под грохот вселенского грома молния простреливает космос по всем трем осям бесконечности…

Малахов вздрогнул, просыпаясь, открыл глаза, приподнялся на локте и прислушался: за окном кричал петух, а где-то над крышей натужно гудел самолет… В комнате было уже светло, и луч света робко пытался раздвинуть занавески.

Венеция где-то далеко, Ева, с ее легкой, как флюгер, душой, еще дальше. Почти два года прошло, как она стреляла в него. Выстрел оказался холостым, но злость была настоящей. Артем посадил ее всемогущего брата, и она не смогла этого ему простить. Тогда, в Венеции, Еве удалось извернуться, она сказала, что пошутила, и их отношения продолжались, пока все не зашло слишком далеко. Артем совершенно потерял голову от любви, служба мешала его счастью, он и сам не понял, как подал рапорт на увольнение. Его приняли, и они с Евой отправились в свадебное путешествие, а спустя полгода она все-таки отомстила за брата, наставив мужу рога. Эту «шутку» Артем не понял, в результате развелся, вернулся в родное Подмосковье и… ушел в запой…

Дверь открылась – это Бурбуль стукнул в нее могучим своим лбом, пофыркивая, вбежал в спальню, схватил зубами краешек одеяла, но на себя не потянул, а замер на месте, глядя на Артема преданными глазами. Раньше Бурбуль будил его строго в шесть утра – не важно, в каком настроении находился хозяин. Да и Артем раньше из своего дома в Новогорске отправлялся на службу, там его ждали, там без него никак, а сейчас он как отрезанный ломоть. Но сегодня Бурбуль сделал все правильно, давно уже пора взяться за ум. А прежде чем «возродиться из пепла», нужно хотя бы подняться с кровати. Артем встал, отжался, разгоняя по телу кровь, и в одних трениках вышел в холодное утро. Дорожка по периметру забора была очищена от снега и льда, так что можно на пробежку. Но сначала надо затопить баньку – с этим все просто, отопление круглосуточное, а каменка с газовой топкой включается одним нажатием кнопки. Бассейн там небольшой – три на два, – но Артему хватает. Главное, что вода холодная, бодрая. Еще бы обычную печь разжечь, чтобы березовыми дровами пахло, но тогда расслабиться захочется, выпить…

Выпить захотелось с появлением Груздева. Малахов уже и взбодриться успел, и освежиться, сел завтракать, но тут к дому подъехал Вадим.

Артем открыл ворота, вышел к другу. Груздев крепко пожал ему руку, а у самого в глазах вопрос: как состояние, как настроение, а, главное, как давно с водочкой тет-а-тет разговаривал? Артем помнил его капитаном, а сейчас Вадим уже подполковник, и это далеко не предел. Груздев всегда четко знал, чего хочет от жизни, поэтому не отказался от должности начальника ОВД города, который они в свое время отбили у Сажина. Пока Малахов наводил порядки в далеком Волговодске, Вадим довел отдел до ума и получил новое назначение. Артем в теме, потому что сам ждет достойного предложения. Восстановиться хочет, если не отфутболят, будет служить. Не может он не служить, охотник он по жизни, охотник на волков. Ничего другого не умеет делать, да и не хочет. Волкодав он, и пес у него породы бурбуль.

– Яичницу будешь? – открывая дверь, спросил Малахов.

– С чем? – поинтересовался Груздев, аккуратно вытирая ноги о коврик.

Он тоже охотник, даже внешне на ястреба похож: хищный нос, умный взгляд. Степенный мужчина, взвешенный, всегда сначала думает, потом уже делает, все у него по уму, но за чужими спинами он никогда не прятался, передний край его стихия.

– Ну, можно и выпить, – пожал плечами Артем.

– А если не можно?

– А что такое?

Артем уважал Вадима, но хорошим перед ним не прикидывался. Хотя, пожалуй, и стоило, может, Груздев для того и приехал, чтобы посмотреть на подполковника Малахова и дать объективную оценку его моральному облику. А врать Вадим начальству не станет, хотя и лишнего не скажет.

– Я смотрю, порядок у тебя, – осматривая кухню, сказал Груздев.

– Порядок есть, размаха нет, на волю хочу, на простор.

– Разве ты не вольный человек?

– Душно мне, Вадим. Я ведь только на бегу могу дышать полной грудью, а бежать не за кем. И незачем. Задыхаюсь я от такой свободы. – Артем поставил на плиту сковороду, достал из холодильника упаковку яиц.

Груздев долго наблюдал за ним, наконец спросил:

– Замом ко мне пойдешь?

– К тебе – пойду, – недолго думая, ответил Малахов. На должность начальника отдела МВД он не рассчитывал, хотя втайне и надеялся.

– Варягом, – с прицелом на будущее усмехнулся Груздев.

– Не понял…

– На Покровск меня ставят, на должность начальника отдела.

– Недалеко… Ты там, кажется, начинал.

– Поэтому и ставят. Можно сказать, возвращают.

– А с замом что не так?.. И с начальником?

– Если я скажу, что там все в зомби превратились, откажешься?

– Зомби не страшно, – усмехнулся Артем, – оборотни страшней.

– Я договорился, Соболев согласен, решение принято, завтра подъедешь в кадры, как оформишься, жду тебя в Покровске.

– Соболев, Соболев… – с задумчивым видом кивнул Малахов.

Это ведь генерал Соболев бросал его на разбор завалов, отправлял в самое пекло. Это его подвел Артем, когда уволился из органов.

– Ну что, по рюмочке? – спросил Груздев, потирая ладони.

Артем кивнул, соглашаясь, но налил только своему будущему начальнику. Образцовым сотрудником полиции ему, пожалуй, никогда не стать, но стремиться к этому нужно.

По Центральному кольцу пролетел стрелой, стремительный съезд на такой же скоростной платник, два километра в сторону Москвы, развязка на обычную трассу, сразу за ней въездная стела с изображением храма, герб города.

«ПОКРОВСК. ОСНОВАН В 1420 ГОДУ»…

Сразу за указателем – поворот – до города всего два километра, слева – лес, за ним на возвышенности – красивый монастырь с золочеными куполами, справа – поле на фоне соснового бора. И домики на этом поле, симпатичные вроде бы на вид, все новенькие, из оцилиндрованного бревна. Вместо фундамента бетонные столбики, отчего домики кажутся избушками на курьих ножках, желтыми как цыплята. Вот-вот, кажется, захлопают крыльями и побегут к Бабе-яге, что прячется за высокими соснами… Если это коттеджный поселок, то какой-то странный, впрочем, Артем и не собирался селиться здесь. До Красногорска недалеко, всего два часа на машине, но туда-сюда гонять не вариант, тем более что билет в оба конца довольно дорогой, один только ЦКАД забрал без малого тысячу рублей.

Он собирался снять дом рядом с отделом, пока только выбрал вариант, но риелтор уже должен ждать его на Садовой улице. А город красивый, конец марта, еще даже почки на деревьях не набухли, но уже такое ощущение, что все здесь утопает в зелени. Частный сектор перемежался с кварталами многоэтажек, чем-то напоминающих терема в современном стиле. Причем стиль как будто единый, дома, храмы, школы, магазины, фонари – все в четком порядке, дороги, тротуары практически в идеальном состоянии. Одно из двух: или бюджет у Покровска бездонный, или его не разворовывают. Хотелось бы надеяться на второе, но готовиться нужно к первому.

Даже здание отдела вписывалось в единый архитектурный стиль, новое, трехэтажное, с прямоугольной башенкой, вокруг прозрачный забор из стальных прутьев. Но видно ли, что там творится за стенами?..

Небольшой относительно домик, симпатичный, полутораэтажный, из кирпича цвета слоновой кости.

Артем не стал сворачивать к воротам, остановил машину на обочине дороги, но выходить не торопился. Его внимание привлекла стоявшая перед домом парочка. Девушка лет двадцати в дорогом пальто с песцовым воротником поверх домашнего халата и в бабушах на теплые колготки, стройная, высокая, длинные русые волосы распущены, голова высоко поднята, на губах снисходительная улыбка, обращенная к парню. Он – ростом чуть пониже, белобрысый, напыщенно-важный, теплая кожаная куртка с волчьим воротником, накинута на спортивный костюм, плечи расправлены. Парень пыжился, но не производил впечатления на девушку, даже дорогая иномарка не сильно прибавляла ему очков.

Все бы ничего, но тут вдруг к ним подкатил белый микроавтобус, машина резко остановилась, открылись сразу две двери – в салон и кабину, и из нее выскочили два качка. Один, в маске, сгреб в охапку девушку, другой, с силой оттолкнув ее парня, пришел на помощь дружку. Они затолкали несчастную в салон, двери закрылись, Multivan тронулся с места, а белобрысый так и остался сидеть там, куда приземлился, перелетев через кювет.

Малахов автоматически глянул на парня, обгоняя микроавтобус, на разгоне обошел машину и резко сдал вправо, преграждая путь. Wolkswagen остановился, истерично сдал назад, но врезался в Audi и оказался в ловушке.

Артем очень рисковал – ни оружия у него, ни удостоверения. «Корочки» значения сейчас не имели, но без «ПМ» он как без правой руки. Придется бить левой, если удастся выйти на расстояние удара. Ловушка временная, сейчас микроавтобус сдаст назад, объезжая препятствие, попробуй, догони его. А если вдруг маневр не удастся, в машине трое – против одного, причем какого-то гражданского на видавшем виды LandCruiser. И хотя со стороны Артем воспринимался высоким, плотным, спортивным, но этого, увы, мало, чтобы навести страх своим видом.

Так и есть, не очень-то напугал Малахов преступников, поэтому центральный замок в их машине остался разблокированным. Он смог открыть дверь в салон, но едва не получил ногой в голову. Человек в маске ударил сильно, а главное, так быстро, что Артем не успевал поставить блок. И тут машина тронулась с места, дернулась, набирая задний ход, похитителя качнуло, и нога повисла в воздухе. Одной рукой Артем схватился за его брючину, другой за пояс под распахнутой настежь курткой и, выдернув качка из машины, перекинул его через себя – прямо на Audi, – а сам быстро заскочил в распахнутую дверь.

Второй похититель, оттолкнув девушку, бросился на Малахова. Рослый, крепкий, хотя и с брюшком, момент удара он угадал, подловил противника в момент неустойчивого равновесия, размахнулся, но девушка цепко схватила его за руку. Мужчина вырвался, вскользь ударив ее по лицу, но время потерял. К тому же машина неожиданно остановилась, и сила инерции бросила Артема на похитителя, значительно усилив удар – локтем точно в подбородок – и обеспечив стопроцентный нокаут.

Водитель также попытался атаковать Артема, но застрял между своим и соседним креслом. Мужчина он крупный, габариты его и подвели. Он дернулся, протолкнулся, но напоролся на подставленный кулак. Сознания не потерял, всего лишь поплыл, но этого хватило, чтобы уложить его аккурат между сиденьями. Следовало добить его ударом в голову, но в салон уже рвался первый недобиток. Артем встретил его «йоко» в голову, и снова Audi содрогнулся под тяжестью свалившегося на него тела…

А девушка, с интересом глянув на Малахова, склонилась над своим похитителем, бесчувственно лежавшим у ее ног, и стащила с него балаклаву. Артем же, выпрыгнув из машины, еще раз ударил первого громилу. Ни оружия у него, ни наручников, потому и приходилось работать вот так, челноком от одного к другому. Патрульные подоспели как нельзя кстати.

– Вот он машину мне разгромил! – показал на Малахова пришедший наконец в себя белобрысый.

– Стоять! Руки на капот! – скомандовал щекастый прапорщик, наставляя на него ствол автомата.

– Да на какой капот? – простонал белобрысый, кивком показывая на микроавтобус.

– Подполковник полиции Малахов! – Артем резко повернулся к прапорщику и угрожающе надвинулся на него. – Статья сто двадцать шестая у вас! Похищение человека!

Прапорщик заметно растерялся, хотя и не сдвинулся с места под его натиском.

– Удостоверение! – потребовал молодой лейтенант.

– Вам же сказали, похитили меня! – спрыгнула на землю девушка. Симпатичная, если не более того, глаза необыкновенные, вся синева неба в них.

– И машину мне разбили! – закивал белобрысый.

– Яша, заткнись! – презрительно глянула на него девушка.

– Кира, ты же видела, я хотел тебе помочь, а тут этот!.. – Парень с обидой кивнул на Артема.

Тут зашевелился водитель микроавтобуса. Малахов шагнул к прапорщику, одной рукой схватил за автомат, опуская ствол, другой за шиворот, подтолкнул к машине, направляя ствол на толстяка, а сам занялся первым по счету похитителем, который также пришел в чувство.

– Ну, чего стоишь, как будто рожаешь? Наручники давай! – обращаясь к лейтенанту, потребовал Артем.

Наручников хватило на всех, двоих задержанных затолкали в «собачатник», а толстяка определили на заднее сиденье «уазика».

– Девушку тоже забирайте, заявление пусть напишет, – сказал Артем и, глянув на белобрысого, добавил: – И свидетеля давайте!

– Я в этом не поеду! – мотнула головой Кира, кивком показав на «уазик».

– Ладно, я сам привезу, – сказал Малахов, глядя на белобрысого, – сам показания дам.

– Э-э, а удостоверение! – запоздало спохватился лейтенант.

– Давай, давай! – похлопал его по плечу Артем. – Можешь на себя задержание провести!

– А потерпевшая?

– Адрес запиши, – кивнул на приоткрытую калитку дома напротив Артем. – Садовая, шестьдесят восемь…

– Кудряшова Кира Олеговна… – представилась девушка, задержала на нем взгляд и добавила, обращаясь к лейтенанту: – Товарищ подполковник меня подвезет.

– Оформляйте пока, мы скоро, – подтвердил Артем.

– Мы скоро! – с упором на «мы» веселым эхом повторила Кира.

Риелтор не задержал. Дом Артему понравился, хватило беглого взгляда, чтобы сказать «да», цена не изменилась, бланк договора заполнили быстро. На всякий случай Артем предъявил старое удостоверение, как страховку от обмана. Если что, он мошенников из-под земли достанет.

– Да нет, что вы! С этим-то у нас полный порядок! – в легком смятении улыбнулся мужчина.

– С чем, с этим?

– С арендой квартир, домов.

– А с чем не порядок?

– Да нет, во всем порядок! – От внутреннего напряжения у мужчины дернулась щека, как будто на чем-то «горячем» его поймали. Видно, что-то неладно в агентстве «Покровские ворота». Да и в самом городе не все в порядке, если красивых девушек средь бела дня воруют. А так хорошо все начиналось…

Белобрысый Яша продолжал осматривать свою машину, куда-то звонил. Тут из дома торопливо вышла Кира. Она переоделась, сейчас на ней был теплый спортивный костюм и жилетка поверх его. Все правильно, подумал Артем, в полицию в нарядном не ходят. Это он собрался туда в парадной форме, но завтра. А сегодня можно и в штатском, теплая кожаная куртка с меховым воротником, толстовка под ней, черные джинсы с надорванным накладным карманом. Хорошо, что куртка в драке практически не пострадала.

Артем открыл переднюю дверь внедорожника, но руки не подал, чтобы помочь девушке сесть в машину.

– Яша, и ты давай! – предложил он, но белобрысый покачал головой:

– Я не могу! Сейчас гаишники подъедут, оформить надо!

Малахов не стал настаивать, номера Audi он запомнил, да и Кира наверняка сможет дать координаты своего ухажера.

– В машину не лазить, – кивком показав на Wolkswagen, сказал он. – А то вдруг найдут твои пальцы, и ты сядешь.

– Откуда там мои пальцы? – захлопал глазами парень.

– Вот и не лезь!

Артем захлопнул за собой дверь и тронул машину с места.

– А Яша не поехал, – с осуждением фыркнула девушка.

– Яша – твой парень?

– Как моим парнем может быть женатый мужчи… Да какой он мужчина?

– Он что, женат?

– На своем Audi!

– А если серьезно, кто мог тебя похитить?

Киру мог похитить кто угодно: брошенный парень, жена ее любовника, если такой существовал, враги отца, матери.

– А меня похитили? Да, меня похитили! – Казалось, до Киры только сейчас дошел смыл пережитого, и в голосе зазвучали истерические нотки.

– Кто мог это сделать?

– Не знаю!

– Ты узнала человека, с которого сорвала маску?

– Нет!.. Никогда раньше не видела!..

– А других?

– И других… Кто это? Почему они меня похитили?.. Я не знаю почему, даже не догадываюсь! Ну, если только из-за того, что я красивая…

Киру вдруг затрясло в ознобе. За первой неудачной попыткой могла последовать вторая, и в следующий раз ей могло не повезти.

Она всем телом повернулась к Артему и в смятении посмотрела на него, хотела улыбнуться, но вышла какая-то нелепая гримаса.

– Да, ты красивая, – сказал Артем, констатируя лишь факт, но ничего больше.

– А у нас красивых девушек похищают… Да вы, наверное, знаете. Вы же из полиции?

– Из Новогорска я, и не слышал, чтобы в Покровске похищали красивых девушек.

– Говорят, публичный дом у нас где-то, целая усадьба, пруд с лебедями, из Москвы ездят, потому что там самые красивые девушки.

– И где эти лебеди, адрес, место не знаешь?

– Нет. Но красивых девушек, говорят, похищают.

– Кого похитили? Знаешь кого-нибудь?

– Нет. Но говорят…

– Красивых девушек еще замуж насильно берут. Может, у тебя джигит какой-нибудь знакомый есть?

– Свят-свят!..

– Отец у тебя кто?

– В бюро технической инвентаризации работает.

– Кем?

– Ну, инженер… Кадастровые работы там, геодезия…

– Кадастровый инженер?

– Что-то вроде того.

Артем видел дом, из которого появилась Кира, ничего, в принципе, особенного, новый, полутораэтажный, по ипотеке построить можно. Не факт, что отец Киры участвовал в каких-то махинациях, хотя исключать этого нельзя. Ничего исключать нельзя. Тем более в деле, которое для Артема стало знаковым. Не успел появиться на новом месте, и уже с головой в криминальной истории…

Глава 2

Здание новое, помещения светлые, просторные, в современном офисном стиле, а все равно казенный дух казармы витает…

– Да просто приколоться решили, едем, смотрим, девчонка красивая стоит, Леша говорит, а давай остановимся!

Напротив Груздева сидел мужчина обыкновенной наружности. Открытый взгляд, грубые, но не жесткие черты лица, нос картошкой, расслабленный подбородок. Плечи широкие, но вялые, брюшко выпирает, если он и любитель, то пива, а никак не тренировочных залов. Обычный автослесарь, кем он в общем-то и являлся. Но Артем-то помнил, как этот тип ударил его ногой: мощно, нацеленно, на поражение.

– Я видел, как вы ехали. Быстро ехали! – мотнул он головой.

– Когда вы маски надеть успели? – кивнул Груздев.

– Так мы в масках ехали!

– Зачем вам маски?

– Так это не маски, балаклавы, в интернете купили, копейки стоят. Лицо на морозе не мерзнет!

– Думаешь, выкрутился, дурачок? Сто двадцать шестая статья твоя, до пятнадцати лет лишения свободы.

– Так мы же отпустили девчонку! Добровольно! Только отпустили, а тут вы! Еще и с кулаками набросились! Я жаловаться буду! – коварно улыбнулся мужчина, фамилия которого была Сараев.

Малахов выразительно глянул на Груздева. Не так проста эта фигура, не случайно на Киру набросились, готовились похитители к захвату, даже со статьей Уголовного кодекса ознакомились. А примечание к сто двадцать шестой статье никто не отменял: лицо, добровольно освободившее похищенного, освобождается от уголовной ответственности. Понятное дело, что писалось это не под Сараева и его дружков, но грамотный адвокат мог подстелить под них соломку, чтобы не больно упали на суде.

И адвокат не заставил себя долго ждать, подъехал, с ходу выставил Артема за дверь, как лицо, не обремененное соответствующими полномочиями, а Сараеву заткнул рот, чтобы он не наболтал лишнего. Груздеву ничего не оставалось, как оставить задержанного в покое, отправив его в камеру. Тем более что следователь пока не назначен. Дознаватель еще только должен вынести постановление о возбуждении уголовного дела, а там уже нужно будет решить, чья это подследственность. Если чистое похищение без всяких «довесов», то прокурор передаст дело в Следственный комитет, пока то, се, неизвестно, сколько времени пройдет…

Малахов ждал Груздева в его кабинете. Наконец Вадим появился, строгий, важный, спина прямая, плечи расправлены, как ни крути, а он большой начальник. Настолько же большой, насколько Покровск немаленький.

– Думаю, похищение не пройдет, а хулиганку пришить можно – насилие, группа лиц, до семи лет лишения.

– Дело не в статье, Вадим, дело в системе. Сараев знает, что нужно говорить, возможно, это уже не первый случай похищения. Кудряшова про какой-то публичный дом говорила, девушек туда похищают, все, правда, на уровне слухов, но слухи, сам знаешь, на голом месте не рождаются. Огромная усадьба там, говорят, пруд с лебедями. А почему нет? Места здесь красивые, до Москвы, пулей домчишься, земля дорогая, богатые «буратинки» строятся, опять же коттеджные поселки как грибы. Спрос на дорогую «клубничку», думаю, есть.

– И девушек на эту «клубничку» воруют? – в раздумье проговорил Груздев.

– Утверждать ничего не могу.

– Потому что фактов нет, доказательная база отсутствует.

– Это ненадолго.

– Если судить по тому, как ты начал, то да, ненадолго, – усмехнулся Вадим.

– Соскучилась по мне преступность, не смогла дождаться, когда я в должность вступлю.

В дверь постучали, и когда Груздев откликнулся, в кабинет вошел немолодой, подтянутый мужчина с крепким, но сильно искривленным носом. Густая седина в темных волосах, глубокие возрастные морщины на лбу, спокойно-суровый взгляд, тяжелый подбородок. Крупный, подкачанный, он крепко стоял на сильных кривых ногах, как столетний дуб на глубоко вросших в землю корнях.

– Майор Щеколдин Иван Аркадьевич, начальник отдела уголовного розыска, – произнес Груздев, представляя подчиненного с какой-то внутренней настороженностью и даже с чувством вины какого-то давнего происхождения. Словно Щеколдин мог наорать на него в ответ или просто в чем-то упрекнуть – лоб в лоб, глаза в глаза.

– А это подполковник Малахов! – натянуто улыбнулся Вадим. – Прошу любить и жаловать!

– А должность почему не называешь? – Щеколдин обращался к нему, а смотрел на Артема. Тяжело смотрел, неприветливо, нехорошо.

Малахов ответил ему тем же. Спокойно ответил, без внутреннего трепета, хотя нерв в душе завибрировал от напряжения:

– Заместитель начальника отдела полиции – начальник полиции, – представился он.

– Я вас внимательно слушаю, товарищ подполковник! – не сводя с него глаз, произнес Щеколдин.

– Девушку сегодня пытались похитить. Что нам известно о гражданах Сараеве, Колядине и Никишине?

– Колядина знаю, Колядин Валерий Павлович, восемьдесят какого-то года рождения, подпольная кличка Коляда, дважды судим, первый раз за хулиганство, второй за распространение наркотиков. Остальных не знаю, не слышал. – Щеколдин говорил довольно быстро, но все равно казалось, что слова он роняет нехотя, небрежно.

– Целенаправленно сбытом занимался или так, случайно взяли?

– Целенаправленно. На Колю Тропинина работал. Их обоих взяли, Тропинин до сих пор сидит, а Коляда в прошлом году освободился.

– А Тропинин, случайно, девочками не занимался?

– Занимался. Наркоманок своих за деньги предлагал, они у него за дозу работали.

– Может, Коляда сейчас за него?

– Не знаю. Не слышал я про него ничего, освободился, встал на учет, и тишина.

– Если тишина, это вовсе не значит, что завязал. Может, он и сейчас девочек по притонам развозит. Похищает, сажает на иглу, эксплуатирует…

– Сажает на иглу?.. Бывало такое, но чтобы похищать… Тропинин точно никого не похищал.

– Ну, так Тропинин сидит. А Коляда на свободе, обогащенный новыми знаниями. Сколотил банду и занялся девочками.

– Не знаю, девочками у нас Алик занимается, Ермолаев Александр Антонович.

– Ермолаев? – нахмурился Груздев.

– Сын главы администрации, – глядя на него, мрачно усмехнулся Щеколдин.

Надо же, подумал Артем, еще за дело не взялись, а уже семейная мафия во всей красе: и отец, и сын – оба находятся на темной стороне закона.

– Знаю я Ермолаева, – в раздумье проговорил Груздев, – но Антона Викторовича. Сколько помню, он мэром был, причем весьма неплохим, город при нем цветет и пахнет…

– Пахнет, – кивнул Щеколдин, – цветами. А под городом пахнет дерьмом. Алик Ермолаев – дерьмо нашего города. Проституция, казино…

– И мэр об этом знает, – скорее утверждая, чем спрашивая, сказал Малахов.