Два брата, волк и море

Для подготовки к короткому путешествию не требовалось много времени. Братья уже отчаливали, когда рядом с их катером возникла Мишель. Том с тревогой посмотрел на Джека. Тот был удивлён не меньше. «Покажите мне что-нибудь интересное!» – сказала новенькая, как обычно без приветствия, и, уже забираясь в катер, протянула руку Джеку. Ему ничего не оставалось, как подать ей свою. Мишель быстро устроилась на носу судна. Том с тоской в голосе спросил: «Грот слёз подойдёт?» Бесцеремонная француженка согласно кивнула. Катер плавно заскользил по воде. Лёгкий ветерок наполнял парус. Путешественники направились к противоположному берегу бухты.

Грот слёз представлял собой большой каменный мешок. Единственной его достопримечательностью был соляной столб. По легенде, раньше он якобы был девушкой, которая плакала день и ночь, потеряв своего возлюбленного, пока не «остолбенела». Надо сказать, что Мишель удовлетворила эта достаточно примитивная версия. Братьям хотелось как можно быстрее избавиться от навязчивой юной леди. Думали, покажут ей столб, расскажут легенду и сплавят обратно, но всё получилось совсем не так. Грот два раза в сутки полностью скрывался под водой. Два часа днём и столько же ночью он был не доступен. В остальное время его можно было осмотреть, чего и захотелось пассажирке. Узнав, что до прилива ещё больше четырёх часов, она выразила желание проверить, что там, внутри.

Путешественники сошли на берег и двинулись в темноту грота. Следуя впереди, Джек включил фонарик, и стены окрасились желтоватым светом. В гроте было влажно и так тихо, что, сделав не больше двадцати шагов, молодые люди уже не слышали шума волн, накатывающихся на песок. В этом каменном мешке царил какой-то зловещий покой. Но вопреки всему Мишель была очень довольна. Она прошла до самого конца грота, осмотрев все закоулки и неровности. Братья изнывали от скуки и с трудом скрывали нетерпение.

Полтора часа ушло на то, что у других людей заняло бы двадцать минут. Наконец миссия была выполнена. Все трое погрузились в катер. И тут случилась неприятность, которая могла обернуться трагедией. Как только катер отчалил, раздался возглас Мишель:

– Моя серёжка упала в воду!

– Когда упала? – спросил Джек.

– Только что.

Француженка теребила мочку правого уха, и на её лице отражалось сожаление, смешанное с надеждой. Вторая серёжка в виде золотого лепестка с маленьким брильянтом была на месте. Братья обменялись взглядами. Том видел, что Джек уже готов лезть в воду, и напомнил ему:

– Здесь метров пятнадцать в глубину и песок.

– Шансов мало, что мы найдём твою серёжку, Мишель, – предупредил Джек.

– А риска много, – вставил Том.

– Ну пожалуйста, Джек! Что тебе стоит! – просила девушка, словно не услышав слов братьев.

– Если я её найду, обещаешь подарить мне то, что попрошу?

– Да, если это будет не дороже моей серёжки.

– То, что я хочу, не потребует от тебя никаких затрат.

– Хорошо, согласна.

– Может, всё-таки не стоит? – попытался остановить брата Том. – Ты же здесь никогда не нырял!

– Я справлюсь, – заверил его Джек.

Поднявшись, он сделал глубокий вдох, взглянул на Тома, как бы извиняясь за то, что действует не по правилам, и нырнул. Одно из этих неписанных правил, установленных взрослыми для юных островитян, гласило: «Собираясь нырять в незнакомом месте, обвяжись верёвкой и передай второй конец напарнику!» Джек почти никогда не пользовался верёвкой в бухте. Он слишком хорошо её знал. И всё-таки нырять у Грота слёз ему не доводилось. Здесь вообще редко встречались желающие достать до дна.

Юноша быстро пошёл в глубину. Полные воздуха лёгкие тянули Джека наверх, но он упрямо двигался вниз, помогая себе руками. Чем глубже, тем темнее становилась вода. Джек преодолел больше половины пути, когда почувствовал солоноватый вкус во рту. Давление усиливалось. Сказывалось и то, что он слишком быстро погрузился. Но всё это не пугало молодого человека. «Для такого опытного ныряльщика, как я, – рассуждал он, – погружение на десять-пятнадцать метров вполне допустимо». «Но не там, где ты ещё никогда не нырял!» – мысленно возражал ему младший брат, пристально глядя в воду, как будто мог видеть сквозь её толщу.

Джека не было уже минуты три. Мишель ничем не выражала беспокойства. Том был уверен, что ей и в голову не придёт горевать, случись что-нибудь с его братом. А мадемуазель и вправду уже думала не столько о потерянной серёжке, сколько о том, как расплатиться с Джеком, если вдруг он найдёт тот золотой лепесток с маленьким брильянтом. «В общем-то вещь не такая уж и дорогая», – пришла к выводу Мишель.

К исходу четвёртой минуты неподалёку от катера показалась голова Джека. Он подплыл поближе, не без труда забрался внутрь, сплюнул за борт, нисколько не стесняясь, и протянул Мишель потерянное украшение. «Как ты её нашёл?!» – воскликнул Том. Джек не удостоил брата ответом. Юная мадемуазель взяла серёжку и будничным тоном сказала ему спасибо. Джек только кивнул, не считая нужным напоминать Мишель об оплате свой услуги. В порт они возвращались молча. Как только француженка покинула катер и удалилась на приличное расстояние, Том набросился на брата:

– Какие ещё нужны доказательства, чтобы ты понял: ей всё равно! Она любит только себя!

– Ты прав, – согласился Джек. – Но мне нравится это бессердечное существо. Сам не знаю, почему.

– Она тебя угробит и даже не расстроится.

– Всё не так страшно, братишка! Что с тобой? Том Клайн злится: удивительное зрелище!

– Мы живём на острове. Завтра все будут знать, что ты достал ей серёжку со дна бухты, и тогда…

– Мишель никому об этом не расскажет. Я знаю.

– Посмотрим! – с сомнением махнул рукой Том.

Обдумывая случившееся за последнюю неделю, Джек не мог принять и понять многого из того, что делала и говорила Мишель. Её манера не здороваться и не прощаться вызывала у юноши недоумение. Помощь других людей, даже очень существенную, она воспринимала как нечто само собой разумеющееся. И все-таки Джек её прощал. А вот Том просто ненавидел.

– Расслабься! – предложил ему старший брат. – До вечера ещё уйма времени. Куда поплывём?

– На маяк!

– Без вопросов.

Джек знал, почему Том предложил эту прогулку. Вообще-то гости на маяке не приветствовались. «Зевакам у нас не место», – часто повторял смотритель Кристофер Марлоу, живший вместе с семьёй в доме, примыкающем к башне маяка. Что до Клайнов, они появлялись здесь регулярно и всегда как-то по делу: то привезут продукты, то заедут спросить, не нужна ли какая-нибудь помощь. Братья знали, что Марлоу не терпит людей, мающихся от безделья, и старались произвести на него хорошее впечатление. За несколько посещений эти двое научились у смотрителя обращению с оборудованием маяка и теперь иногда могли сами его зажигать. Вместе с Брентом, ровесником Джека и сыном Марлоу, регулярно чистили стёкла фонарей, а однажды даже помогли смотрителю их поменять. У Марлоу была ещё дочь, которая училась в одном классе с Томом. Джек в тайне считал, что его младшего брата раздражают все лица женского пола, кроме Деборы. Том всегда находил повод, чтобы отправиться на маяк и пообщаться со своей подружкой. Джек не понимал этого. «Они же видятся пять дней в неделю в школе», – думал юноша, но молчал. Дебби всегда радовалась Тому. А у того улыбка девочки вызывала смущение. Том не был застенчивым, но рядом с ней просто менялся на глазах.

Маяк приближался. Джек правил катером, аккуратно подведя его к маленькому качающемуся причалу. Том поднял глаза к маяку: со смотровой площадки Дебби махала им рукой. Задерживая взгляд на фигурке девочки в белом платье, младший брат первым выбрался из катера. Джек не спеша привязал судно и двинулся вверх по каменным ступеням, выбитым прямо в скале. Том уже скрылся из виду.

Гости угодили как раз к обеду. Это было очень кстати, так как после прогулки с Мишель им захотелось есть. Насытившись, они поблагодарили хозяев и выразили желание поработать. И тут смотритель маяка произнёс фразу, которая удивила даже его супругу.

– Думаю, сегодня со мной останутся Брент и Джек, – сказал он и выразительно взглянул на Тома. – А Дебора давно хотела побывать в заповеднике.

Младшего Клайна захлестнуло волной радости.

– Да, конечно, сэр, я покажу Дебби заповедник!

Ответ Тома с рыцарским обращением «сэр» почему-то послужил главе этого семейства лучшей гарантией безопасности его дочери. Менее чем через десять минут катер Клайнов отошёл от причала и направился в сторону заповедного острова. Всё произошло очень быстро и неожиданно.

– Не понимаю, что случилось с отцом, – недоумевала девочка. – Я никогда его не просила поговорить с тобой о поездке в заповедник.

– Сколько раз ты там была, Дебби?

– Кажется, всего два. Последний раз – три года назад.

– Пора обновить впечатления. Хотелось бы также пригласить тебя к нам домой и познакомить с Волком.

– Для этого мне потребуется разрешение отца. Может, на следующей неделе получится.

– А твой отец не будет против?

– Скорее всего, нет. Папе ты нравишься, потому что не боишься никакой работы. Для него это главное.

Том помолчал, глядя на воду, а потом улыбнулся:

– А ты понравишься моим родителям и Волку.

Катер ткнулся носом в берег. Юный джентльмен помог спутнице выбраться на землю и, взяв её за руку, повёл по тропинке вглубь острова.

– Томми, тебя здесь знают все животные? – поинтересовалась Дебби.

– Почти, – ответил Том, не покривив душой.

Неожиданно совсем рядом стрелой промчалось какое-то существо. Дебора сжала руку своего гида. «Не бойся! Это лиса», – успокоил он спутницу. – После нашей схватки с матёрым бояться тут уже некого». Вскоре подростки вышли на небольшую поляну – любимое место многих зверей и своеобразный островок ненападения. Даже трусливые кролики чувствовали себя здесь, у чистого ручья, в относительной безопасности. Хищники, приходящие сюда на водопой, не трогали их. На поляне никого не было. Том тихонько свистнул. Ветви деревьев над головами школьников зашумели, и целая стая разноцветных попугаев ответила оглушительным гомоном. Несколько самых смелых птиц слетело на землю.

– Эти крикуны очень любят виноград, – пояснил Клайн-младший подруге. – Но его тут уже почти не осталось. – Жаль, что мы не захватили.

Попугаи быстро поняли, что им ничего не принесли, и снова поднялись в воздух. Вернувшись туда, где дремали раньше, они на своём птичьем языке, видимо, принялись громко обсуждать ситуацию.

– Возмущаются, что их зря потревожили, – предположил Том.

– Да, взять угощение нам бы не помешало! – сказала Дебора.

– Ладно! Познакомлю тебя с Молли. Она не будет привередничать, – загадочно улыбнулся юный гид.

– Уверен, что Молли обрадуется встрече с нами?

– Точно не скажу, но она добрая. Правда, иногда бывает не в настроении. В любом случае я с ней договорюсь, – заверил одноклассницу Том и громко позвал: – Молли!

Буквально сразу слева затрещали кусты, и на край поляны выскочила самка леопарда. Она молниеносно подскочила к пареньку и уткнулась мордой в его руки. «А где твои котята?» – спросил Том. Боясь пошевельнуться, Дебора смотрела, как свирепая хищница лизала её другу лицо. Том провёл рукой по голове зверя и обернулся к однокласснице: «Хочешь её погладить?» Девочка несмело подошла поближе и, присев рядом, протянула к хищнице руку. Молли прижала уши и напряглась. «Смелее! Леопардов стоит бояться, но Молли ничего тебе не сделает. Только не надо резких движений!» – предупредил подросток. Дебби чуть коснулась головы Молли и осторожно провела рукой по тёплой жестковатой шерсти. Когда она по совету Тома нежно почесала своей новой знакомой за ушами, та прикрыла глаза от удовольствия. «А теперь найдём малышей», – предложил Том. – Молли, вперёд!»

Самка леопарда быстро исчезла, но Том прекрасно знал, где её искать. По чуть заметной, петляющей в траве тропинке, которую правильнее было бы назвать звериной тропой, они направились туда, где никогда не ходили туристы, и минут через десять остановились у огромного дерева. Под его раскидистой кроной уже живописно устроилась Молли со своими детьми. Два трёхмесячных котёнка внимательно смотрели на людей. Один из детёнышей подошёл к Деборе. Девочка присела на корточки и погладила его под пристальным взглядом мамаши. Малыш тёрся о ногу Деборы. Второй котёнок поднялся и, поджимая левую переднюю лапу, тихонько заскулил. «Что с ним, Молли?» – спросил Том. Не дождавшись ответа, он подполз к детёнышу на коленях, после чего вынудил малыша лечь на бок и осмотрел его лапу. Оказалось, что виной тому шип кустарника, которым укололся котёнок. Шип, как иголка, почти полностью вошёл в лапу, и избавиться от него детёныш не мог. У родительницы, скорее всего, не получалось ему помочь. «Встань на колени, Дебби, как я, и позли сюда! – попросил Том. Подруга сделала это. – Теперь говори! Неважно что. Только тихо и спокойно!» Дебора начала рассказывать маленькому леопарду сказку, которую много раз слышала от своей мамы перед сном. А Том осторожно взял лапу детёныша и, зажав её одной рукой, пальцами второй уже собрался вытащить шип за оставшийся снаружи кончик. Молли грозно шагнула вперёд. «Позволь мне помочь ему!» – ласково сказал Том, обращаясь к взрослой хищнице. Поняла его самка леопарда или нет, но она остановилась. Ухватиться за кончик колючки парнишке удалось только с третьей попытки. Малыш заскулил. Молли, стоящая в трёх метрах от Тома, приготовилась к прыжку. Том почувствовал это, стараясь не глядеть хищнице в глаза: леопарды этого не любят. Зато по глазам Тома взволнованная мамаша поняла, что человек не сделает её детёнышу ничего плохого. Подросток смог без единого слова успокоить Молли. Вернувшись после этого к своему пациенту, снова потянул за кончик колючки. Она медленно вышла наружу. «Вот и всё», – сказал Том. Детёныш поднялся, опираясь уже на обе лапы. Молли подошла к Тому и, облизав младшему Клайну руки, положила голову на его плечо. Это было так удивительно и необычно, что Дебора не могла двинуться с места. Голова у леопардицы была тяжёлая. Устав её держать, Том осторожно отстранился от Молли. «Мы с ней старые друзья, – пояснил он спутнице, поднимаясь с колен. – Здесь есть ещё одна сладкая парочка, но с ними я вижусь реже».

Самка леопарда зевнула, показав три с лишним десятка зубов. «Нам пора, Молли. Пока!» – попрощался с хищницей Том. Хозяйка семейства негромко зарычала. «Она благодарит нас за визит и приглашает к себе снова», – серьёзно сказал паренёк. «До свидания, Молли!» – попрощалась с ней Дебора.

Подростки выбрались на тропинку и отправились прямо к сторожке лесников. Увидев Тома, двое дежурных обрадовались. Оказалось, что работники заповедника уже два дня пытаются найти Молли с малышами, чтобы проверить, здоровы ли котята, но звери всё время переходят с места на место. Узнав, что Том помог детёнышу, один из дежурных сказал: «Хорошо, что ты пришёл, а то бы для этого пришлось усыплять Молли. Она ведь никого к себе и деткам не подпускает, кроме тебя». Обсудив новости заповедника, Том попрощался с лесниками. «Скоро закат, – произнёс он с сожалением. – Нам пора, Дебора!»

До катера оставалось шагов десять, когда подросток вдруг остановился как вкопанный, опустил голову, и прошептал: «Не шевелись, Дебби!» Девочка посмотрела на широкую тропу, и по спине у неё побежали мурашки. По тропе медленно ползла большая змея. «Ядовитая?!» – прошептала подруга Тома. Он отрицательно покачал головой. Змея была длинная, тёмно-коричневого цвета, с замысловатым рисунком на спине и крупной тёмной головой. Том нагнулся и дотронулся до пресмыкающегося. Только тогда оно метнулось в сторону и скрылось в траве. «Не знаю, что тут делал этот питон, – пожал плечами парнишка. – Питоны живут в самой чаще, у ручья. Их редко можно увидеть. Считай, что нам повезло».

Младший Клайн поднял парус, и ветер понёс катер к маяку.

– Как это у тебя получается? – спросила Дебора.

– Что?

– Так запросто говорить с дикими зверями. В жизни не видела такого! И вряд ли ещё когда-нибудь увижу.

– Если захочешь, я снова возьму тебя в заповедник.

– Спасибо, Томми! Это была прекрасная прогулка.

Катер вернулся к маленькому причалу. Подростки быстро взбежали по лестнице. А открыв дверь, обнаружили, что Брент и Джек уже отправлены наверх зажигать маяк. Кристофер Марлоу уловил восхищение в глазах дочери и понял, что поездка удалась. А значит, он тоже был доволен. Смотрителю нравились братья Клайны. Джек с Брентом появились через несколько минут.

– Увидимся завтра в школе! – попрощался с одноклассницей Том.

– Благодарю за сказочное приключение! – ответила Дебора.

– Что за приключение, молодой человек? – поинтересовался её отец.

– Ничего необычного, сэр! Ваша дочь преувеличивает.

– Надеюсь, это было безопасно?

– Абсолютно, сэр.

– Ну вот и отлично! А в гости вы её пригласить не хотели бы?

– Когда? – только и мог спросить мечтающий об этом Том.

– Во вторник после школы, – вместо отца быстро сказала улыбающаяся Дебора.

– Если обещаешь доставить мою дочь на маяк до заката, – серьёзно добавил смотритель.

– Обещаю, сэр!

– Я тебе верю.

Братья распрощались с хозяевами и направились домой. Кристофер Марлоу не стал расспрашивать дочь, что она увидела в заповеднике.

– Нравятся мне дети Клайнов, – сказал он своей жене.

– И мне тоже, – согласилась мама Деборы. – Том всегда говорит тебе: «Сэр».

– Обычное обращение одного вежливого человека к другому. Но надо будет сказать ему, чтобы не называл меня так.

– Почему?

– Кажется мне, что этот паренёк нам не чужой. Возможно, он станет нашим родственником. Дебби сияет, когда Том рядом.

– Что-то ты размечтался. Они ещё дети!

– Время пройдёт быстро.

– Ладно. Посмотрим, что получится у дочки смотрителя маяка и сына лоцмана…

День догорал. Вернувшись домой, усталые братья наскоро поужинали и быстро отключились. Как ни странно, Тому снилась не Дебора, а драгоценные камни. Снилось, что он сидит где-то на скале, над морем, и пригоршнями швыряет вниз зелёные изумруды, лучистые сапфиры, кроваво-красные рубины и почти бесцветные алмазы. Джеку снилось, что он несётся на катере по бухте, выходит в океан через северный фарватер и тут замечает в воде пловчиху. Конечно же, это Мишель. Одноклассница забирается в катер и говорит: «Покажи мне Грот дьявола, Джек!»

Волк спал по-звериному чутко и видел во сне заповедник. Не то чтобы он мечтал туда перебраться: просто ему не терпелось побегать по лесу и поохотиться на кроликов. «Надо будет объяснить Тому, чего я хочу», – думал Волк. Ложась в тот вечер в кровать, о Томе думала и Дебора Марлоу. Ей снились разговорчивые попугаи, ласковые леопарды и, конечно же, её верный друг.

Примечания