- -
- 100%
- +
© Кондрацкая Е., текст, 2024
© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2024
Глава 1
Ночной гость
– Ты пришла, чтобы убить меня? – Лорд сидел в кресле у камина, покачивая в руке почти опустевший кубок. – Кто же заплатил за мою голову?
Я не ответила, но выступила из тени – скрываться больше не имело смысла.
– Полагаю, говорить о таком у вас, убийц, не принято? – Он повернулся и внимательно посмотрел мне в глаза, будто мог прочитать в них ответ. – Одна-ако. Я надеялся, что за моей головой пришлют кого-то постарше и покрепче. – Лорд отхлебнул ещё вина и ухмыльнулся. – Или хотя бы посимпатичнее. Как тебя зовут?
– Хель. – Звук моего имени и освещённое огнём камина лицо, пусть и наполовину скрытое за плотной чёрной маской, отрезали мне путь к отступлению, а у цели забрали последнюю возможность уйти живым.
– Хель? – лорд хмыкнул. – Никогда не слышал. Жаль тебя расстраивать, но меня будет убить не так-то просто. – Он поставил кубок на столик у кресла и поднялся на ноги. Снял висевший над камином топор и взвесил в руке. Оружие выглядело грозно и грубо, как и сам лорд: высокий и широкоплечий, под круглым от постоянных пиршеств пузом прятались могучие мускулы. Густая с проседью борода делала его похожим на зверя. Пристрастие к выпивке почти не сказалось на уверенности и силе его движений – в схватке один на один мне понадобилась бы вся удача бога Нота, чтобы выстоять. Но я пришла не на честный бой. В убийствах на заказ редко можно отыскать честь. По крайней мере, я не была с ней знакома.
Лорд перебросил топор из одной руки в другую и шагнул мне навстречу. Я не шелохнулась.
– Вижу, ты предпочитаешь ножи. – Он кивнул на перевязь с оружием на моих бёдрах и груди. – Посмотрим, на что они годятся против моего топора! Барды сложат обо мне песни, о лорде, что убил собственную убийцу.
Люди слишком много болтают. Пока треплют языком, не замечают, как подходят к собственной могиле.
– Ну! Доставай оружие! – гаркнул лорд.
Лучше бы он потратил это время, чтобы позвать стражу. Я вынула нож из набедренной перевязи и отвела его назад. Удар нужен один, точный. Не хотелось извозиться в крови.
Лорд занёс над головой топор и покачнулся. Наконец-то.
– Что за… – мотнув головой, он часто заморгал и оглянулся на оставленный кубок вина. – Ты!..
Топор выпал из его ослабевших рук, и я нанесла удар. Под язык, чтобы лезвие достало до мозга, – полагаться исключительно на яд было бы опрометчиво. В прошлом у меня уже случались такие накладки. Лорд захрипел, забулькал, пытаясь вдохнуть, глаза налились кровью, закатились, и он медленно осел на шерстяной ковёр. Я отпустила рукоять, позволяя безвольному телу завалиться на бок. Кровь быстро впитывалась в тёмные узоры вышивки, становясь их неотделимой частью.
Ну вот и всё. А столько было болтовни и бравады.
Я присела рядом на корточки, вытащила нож, стараясь не измазаться, вытерла его об одежды лорда и убрала на место. Осторожно сняла с его большого пальца тяжёлый золотой перстень с рубином. На соседнем же тускло блестело простецкое железное кольцо, покрытое рунами, – оберег от фейри.
«Бояться надо не фейри, а людей, – всплыли в памяти слова Вардена, моего наставника, когда я разрыдалась после ночного кошмара и разбудила своим ором всю Гильдию. Кажется, мне было пять. – Фейская погань прячется в лесах и горах. С людьми ты живёшь бок о бок».
Варден оказался прав. На моём веку людей убивали только люди.
Я спрятала перстень с рубином в карман, поправила маску и подошла к окну, по дороге опрокинув на ковёр свечи. Шерсть вспыхнула легко.
Когда я перебралась через стену, из окна уже валил чёрный дым, но ещё никто его не успел заметить. Я выудила из-под куста жимолости спрятанный плащ, набросила на плечи и неторопливо пошла навстречу огням небольшого северного города. Отойдя на достаточное расстояние от особняка, я сняла маску, а войдя в город, скинула с головы капюшон и смешалась с толпой в квартале развлечений, который никогда не пустовал. Люди сновали от заведения к заведению, перетекали между торговыми лавками, занимавшими первые этажи невысоких каменных домов с черепичными крышами. На улице пахло хмелем и рыбой, пьяницы храпели на разбитой мостовой, дешёвые проститутки отдавались клиентам прямо в переулках, провонявших мочой, – худшего места для встречи и придумать было нельзя. Но не я тут ставила условия.
Сынок лорда, как и условились, ждал меня в захудалой таверне в глубине квартала. Он сидел в чёрном капюшоне над кружкой пива и оглядывался по сторонам в поисках меня, явно получая удовольствие от своей нехитрой игры и не понимая, что этим только привлекает к себе лишнее внимание посетителей. Перстни на пальцах и золотая застёжка на плаще выдавали его с головой. Зарвавшийся юнец – весь в отца. Подходить я не стала, шепнула деви́це с подносом, чтобы та отправила его наверх в комнату для утех. Деви́ца захихикала, будто разгадала мою затею, и направилась к нужному столику.
В комнате были только узкая кровать и маленький круглый столик, впрочем, её посетителям большего обычно и не требовалось. На столике стояла статуэтка Веллы – покровительницы семьи и богини плодородия. Проституток богиня тоже охраняла, оберегая от сопровождающих их ремесло болезней и излишне жестоких клиентов. Обычно облачённая в шелка и корону из солнечных лучей, целомудренная богиня с колосьями пшеницы в руках в публичных домах изображалась голой, сидящей на солнце верхом и, кажется, получающей от этого удивительное удовольствие.
Я положила перстень лорда рядом со статуэткой и отошла к окну, чтобы лунный свет бил из-за спины, и вернула на лицо маску, а на голову – капюшон.
Сынок лорда заглянул в комнату с опаской, зацепился капюшоном за что-то на двери, и тот упал, обнажая рыжую макушку.
– Вторая часть оплаты. – Я кивнула на перстень, не тратя время на приветствия.
Юноша, затаив дыхание, проследил за моим взглядом. На его худом лице отразились сомнение и недоверие.
– Поздравляю, земли отца теперь твои. – Я решила его поторопить. – Золото, мальчик.
– Мальчик? – Он ухмыльнулся, расправил плечи и достал из-за пазухи кошель, но отдавать не торопился. – Говоришь как старуха, а судя по голосу, не старше меня. Сколько тебе? Семнадцать? Двадцать?
– Положи кошель на стол и уходи.
– Мне очень хочется посмотреть на твоё лицо. – Лордёныш шагнул ближе, провёл длинными тонкими пальцами по изножью кровати. – Мой отец успел увидеть его?
– Моё лицо – последнее, что он увидел, – я добавила в голос угрозу. Его ужимки начали мне надоедать.
– Да брось. Я слышал, что такие, как ты, порой спят со своими заказчиками. Может, и мы…
Договорить он не успел. Нож просвистел рядом с его ухом, срезав прядь рыжих волос, и впился в стену. Кошель выпал из дрожащих рук и со звоном ударился об пол.
– Следующим я не промахнусь. Забирай перстень и выметайся.
Сын лорда вжал голову в плечи, схватил кольцо и стрелой вылетел из комнаты, забыв закрыть за собой дверь. Я вздохнула, пнула дверь и подобрала кошель. Пока я работала на Гильдию, могла не беспокоиться о деньгах и не связываться с дураками-заказчиками – их ересь обычно выслушивали другие члены Гильдии, убийцы же только убивали. Правда, и цели я выбирать не могла. Не то чтобы у меня были какие-то особенные принципы, но некоторые убеждения о ценности жизни я всё же с собой несла.
Когда я добралась до своей комнаты на постоялом дворе, уже близился рассвет. Сбросила сапоги, плащ, швырнула на столик перевязь с ножами и рухнула в кресло у камина, сползла ниже, подставляя босые стопы огню и прикрывая глаза – тащиться до кровати не было сил.
– Я следил за тем, чтобы пламя не потухло до твоего прихода. – Из спальни выглянул Сван, сонный, в одной рубахе, которая едва прикрывала изящные бёдра. Тяжёлые чёрные кудри беспокойными волнами обрамляли лицо, подчёркивая нежный румянец на щеках и яркие синие глаза. – Ты голодная? Я оставил ужин…
– Нет, спасибо. – Я повернулась обратно к камину и сомкнула веки, слушая, как босые ноги Свана осторожно ступают по деревянному полу. Он присел на корточки передо мной и расстегнул пояс на моей рубахе.
– Ты испачкалась.
Я опустила взгляд и увидела несколько тёмных пятен на подоле и правом рукаве.
– Я постираю, пока не пристало намертво. – Сван потянул рубашку, и я подалась ему навстречу, помогая раздеть меня.
– Я сама.
– Мне не сложно…
– Я сама.
Сван поджал пухлые губы, кивнул и положил рубаху на спинку кресла. Он старался не смотреть на мою обнажённую грудь и возился со шнуровкой на штанах – на них тоже обнаружилась кровь. Пальцы его едва заметно дрожали, а дыхание стало тяжёлым, хоть он и пытался это скрыть.
– Ты хочешь? – спросила я.
– Нет.
– Нет? – Моя стопа нырнула ему под рубашку. Его бёдра были тёплыми и нежными, но меня интересовали не они. – Твоё тело говорит о другом.
– Ты устала. – Сван перехватил мою лодыжку и отвёл от себя.
– Вот именно. – Я снова привстала, на этот раз, чтобы позволить снять с себя штаны. – Я очень устала, Сван. И я не собираюсь тебя останавливать.
Его никогда не нужно было просить дважды. В конце концов мы оба получали удовольствие от этой близости, пусть и не испытывали друг к другу ничего особенного. Я даже не была уверена, что нас можно было назвать друзьями. Сван будто щенок увязался за мной после того, как я на его глазах убила хозяина публичного дома, в котором он работал. Я хотела убить и Свана, но за его голову никто не заплатил бы.
Я закусила губу и коротко выдохнула, когда он развёл мои бёдра и его горячий язык прикоснулся ко мне. Сван стал моим первым мужчиной. В Гильдии отношения были под строжайшим запретом, а после ухода я не искала любви, озабоченная вопросами выживания, – Гильдия не прощала тех, кто покидал её стены живым.
Я сжала мягкие подлокотники и напрягла бёдра, приближая себя к пику. Сван, почувствовав это, стал быстрее и напористее. Он знал меня, каждый изгиб моего тела и умело с ним обращался. Я не знала других проституток, но, думаю, он был лучшим в своём деле.
Отстранившись, Сван проигнорировал мой разочарованный вздох, встал, забросил одну мою ногу к себе на плечо, опёрся коленом о сиденье и, схватившись за спинку кресла, вошёл в меня, двигаясь быстро и резко. В такие моменты я всегда удивлялась, откуда в его тонком изящном теле, едва ли больше моего, столько сил. Я кончила, судорожно вдохнув, и запрокинула голову, изо всех сил вжимая себя в кресло и ожидая, когда окаменевшие в приятной судороге мышцы наконец расслабятся.
– Прости, потерпи ещё немного, – тяжело дыша, прошептал Сван, продолжая двигаться внутри меня. – Я почти…
Я кивнула и опустила веки, но так, чтобы наблюдать за ним. Он нравился мне в эти моменты: раскрасневшийся, исступлённый, беззащитный. В эти моменты я думала, что могла бы его полюбить, будь я обычным человеком, а не наёмной убийцей, из которой вытравили всё живое ещё в раннем детстве. Сван был достоин любви, и мне было искренне жаль, что я не могла её подарить.
За окном сверкнула молния, и я увидела на полу чужую тень. Внутри всё сжалось. Я спихнула с себя, вскрикнувшего от неожиданности Свана, вскочила, хватая со столика нож, и метнула его в незваного гостя. Почему я не услышала его? Нож просвистел и впился в оконную раму. Тёмная фигура, закутанная в плащ, не шелохнулась. Я попала. Должна была попасть, но как…
– Прошу прощения, не хотел вас прерывать, – сказала фигура низким мужским голосом.
– Кто ты и как сюда попал? – гаркнула я, закрывая собой перепуганного Свана и выхватывая из ножен на столике ещё один нож.
Незнакомец вскинул руки, показывая пустые ладони, и в темноте мне показалось, что кожа его отливает зеленью, а ногти остры и черны. Но незнакомец опустил руки прежде, чем я успела разглядеть.
– Мне нужен убийца для одного щепетильного дельца. Полагаю, я не ошибся и это вы мастерица столь тонкого ремесла, юная дева? – в его голосе промелькнула усмешка, не злобная, но дразнящая.
Я цыкнула и крепче перехватила нож. Он видел моё лицо. Знает, кто я. Но как он меня нашёл? Даже Гильдии это удавалось с большим трудом. И как, Нот его поглоти, он проник в комнату?
– Зачем я тебе понадобилась? – От ответа зависела его жизнь.
– А зачем ещё в Алтаруне люди ищут убийц? – он открыто смеялся. – У меня есть для вас работа. И я готов так щедро за неё заплатить, что вам больше никогда не придётся брать в руки нож. Если, конечно, сами того не захотите. Я осыплю вас золотом, прекрасная дева.
Я насторожилась. Столько золота, что хватит на всю оставшуюся жизнь? Чья же голова столько стоит? В таких предложениях всегда скрывался подвох.
– И что же мне нужно делать? – спросила я.
Незнакомец сбросил капюшон. И я застыла, поняв, что не ошиблась. Его кожа действительно отливала зеленью, а из волос, белых как снег, выглядывали заострённые уши, золотые глаза горели, ловя отблески костра. Он совершенно точно не был человеком. Увидев моё выражение лица, незнакомец ухмыльнулся.
– Неужто вы испугались меня, милая дева?
Я стиснула зубы. Испугалась? Да я была в ужасе! Но это точно не то, что стоило показывать чудищу передо мной.
– Что. Нужно. Делать? – повторила я с нажимом.
Незнакомец довольно кивнул.
– Убить Верховного Короля фейри.
В груди душной волной разлился неприятный жар. Я ослышалась? Этот феец хочет, чтобы я убила их короля?
– Прошу прощения, но я не могу поддерживать эту форму долго, – незнакомец изящно обвёл себя рукой, и я заметила, что тело его стало зыбким, сквозь плащ смутно проглядывалось окно. Так вот почему мой нож не попал? Фейри в этой комнате нет – только лишь искусная иллюзия. – Не мог отказать себе в эффектном появлении, первое впечатление, знаете ли, оно самое важное. Но прошу меня извинить, вынужден откланяться. Совсем скоро к вам наведается моя посланница. А я с нетерпением буду ждать нашей следующей встречи.
С этими словами он исчез.
– Что за магия? – испуганно выдохнул Сван, и тут в дверь постучали.
Не выпуская из рук нож, я голая – как была – широким шагом двинулась к двери и рывком распахнула её, надеясь застать гостя врасплох. Это у меня вышло. Девушка, что оказалась за ней, вскрикнула и отшатнулась, увидев нож. Рыжая, болезненно худая, с запавшими зелёными глазами, она была одета в дорогое изумрудное платье, расшитое золотой нитью, – таких тканей в городе ещё поискать даже у самых состоятельных модниц. Девушка протянула мне конверт и мешочек, в котором глухо звенели монеты, и поклонилась. Нагота моя, кажется, её совсем не смущала, хотя, может, её просто больше беспокоил нож.
– Кто тебя послал? Как его имя? – спросила я, не торопясь брать вещи из её рук.
Девушка молчала, продолжая протягивать мне конверт и кошель.
– Ты служишь фейри? – Я не унималась. – Отвечай.
Девушка показала на свой рот и покачала головой.
– Не можешь говорить? Немая, что ли?
Она кивнула, спрятала взгляд в пол и снова поклонилась. Поняв, что ничего от неё не добьюсь, я взяла конверт и деньги. Девушка тут же сорвалась с места и побежала прочь так быстро, будто за ней гнались волки.
Глава 2
Троллий Перевал
Сван сидел на полу у камина и пересчитывал монеты в кошеле, ворот белой рубахи съехал набок, обнажив нежное плечо. Я сидела рядом и задумчиво смотрела на развёрнутую на полу карту. Она и короткое письмо нашлись в конверте. На карте росчерком красных чернил было обозначено место, где, как утверждал незнакомец, скрывалось королевство фейри. Далеко на севере, за Тролльим Перевалом, у самой границы Ледяной пустыни, в которой никогда не наступает лето. Никаких подробностей незнакомец не оставил: карта, короткое письмо и тяжёлый мешок с золотом.
«Это задаток. Если решите взяться за работу, отыщите меня в замке Семи Ветров на границе Королевства фейри, и я расскажу вам подробности. Чернила и кровь откроют перед вами двери. Если же нет – сожгите письмо и карту. Золото можете оставить себе», – прочитала я.
– Здесь хватит на пару месяцев беспечной жизни. – Сван ссыпал монеты обратно в кошель и затянул кожаное горлышко верёвкой. Встал с пола и скрылся в спальне. – Какой дурак так легко разбрасывается деньгами?
Я пожала плечами.
– Хочет завлечь или показать, что его слова о горах золота не пустые обещания. Или ты верно подметил и он дурак.
– Не нравится мне это, – пробормотал вернувшийся из спальни Сван. Он наклонился и набросил мне на плечи чистую рубаху.
– Можешь не ходить со мной. – Я так и не оделась. Сидела голышом на волчьей шкуре, скрестив ноги и подперев подбородок кулаком, по привычке поглаживала бугорок тонкого шрама, пересекавший губы. Слишком взбудораженная, чтобы думать об одежде. Подобных заказов я ещё не получала.
– Хочешь бросить меня? – шутливо спросил Сван и сел рядом. Он, в отличие от меня, уже успел натянуть штаны.
– Я оставлю тебе золота.
Сван шумно выдохнул и отбросил от лица чёрную прядь. Я услышала в этом выдохе разочарование, но слов за ним не последовало, и спрашивать я ничего не стала, вернувшись к карте. В груди ворочалось беспокойство, а в затылке зудело. Голова закружилась то ли от духоты в комнате, то ли от странного возбуждения, охватившего меня. Я начала слегка покачиваться из стороны в сторону, успокаиваясь и с каждым движением утверждаясь в своём решении.
– Отправлюсь завтра. Всё равно мы тут закончили. Могу оплатить тебе комнату, если…
– Разумеется, я поеду с тобой, Хель! – Кажется, моё предложение его оскорбило, но я не смогла угадать почему.
– Хорошо.
– Но… – Сван не сдавался. – Тебе не кажется это всё странным? Убить Верховного Короля фейри? Фейри?! Ты представляешь, насколько он могущественный? Почему этот… мужчина выбрал для подобной работы кого-то вроде тебя?
– Кого-товроде меня? – Я подняла брови. Он что, только что усомнился в моих способностях?
– Человека, Хель. Разве может обычный человек убить Верховного Короля фейри? – Сван нахмурился и прикусил кончик большого пальца. – Неужели среди фейри нет искусных убийц? У меня плохое предчувствие.
– Твои предчувствия нас не прокормят. – Я натянула рубаху. Она была мне велика – после ухода из Гильдии я сильно похудела. Жизнь в бегах и отсутствие денег вытягивали все соки. Это была одна из причин, по которой обещание фейского золота казалось таким заманчивым, хоть и совершенно безумным. – Разберёмся по ходу. Если это дело позволит тебе больше никогда не обслуживать похотливых пьяниц, то оно того стоит.
– Хель… – Сван залился краской и взял меня за руку, но я высвободила ладонь, чтобы подобрать кошель.
– Выдвигаемся утром. Иди ложись, а то будешь засыпать в седле.
Сван недовольно поджал губы, но от возражений воздержался и молча отправился в спальню, а я ещё некоторое время сидела у огня и разглядывала карту, просчитывая маршрут. Я разделяла беспокойство Свана, хоть и не показывала ему, – всё это действительно выглядело странно. Чего стоило одно только появление фейри посреди гостиной, но любопытство и обещания сытой жизни были сильнее. За убийства платили хорошо, но не то чтобы часто: мало кто располагал суммами, способными оплатить чью-то смерть, и ещё меньше всерьёз решались прибегнуть к подобным радикальным методам. И, если в Гильдию стекались заказы со всего необъятного Алтаруна, мне приходилось искать заказчиков самой. К тому же подготовка к работе и постоянные переезды в попытках скрыться от Гильдии сжирали много золота. Настолько, что Сван продолжал продавать своё тело, чтобы у нас водились деньги в те месяцы, когда я сидела без работы. Не думаю, что он покидал публичный дом для того, чтобы издевательства над ним продолжались. Несмотря на бесчисленные статуэтки богини Веллы в каждом публичном доме, те, кто покупает шлюх, редко относятся к ним бережно.
Закончив разбираться с маршрутом, я встала и потянулась. За окном уже разгоралось солнце. Я задёрнула шторы, проверила, закрыта ли входная дверь, и отправилась в спальню. Сван сопел, подтянув колени к груди, я легла рядом, осторожно, чтобы не разбудить его, – с самого начала мы делили не только пищу, но и постель. Зимы в Алтаруне были долгими и холодными.
Сван разлепил длинные ресницы и улыбнулся, тёплый и мягкий, как дуновение лета, он притянул меня к себе, заставляя повернуться на бок, и уткнулся лбом мне в затылок, касаясь дыханием шеи. Я вздохнула и тут же заснула, укутанная в его нежность.
До маленького городка у подножия северных гор мы добрались за неделю. Я никогда не была тут прежде, но слышала, что именно отсюда был родом Нот – бог смерти и покровитель убийц, которого почитали в Гильдии. Карающий меч верховного бога Алтара, брат бога мудрости Ризана, муж богини войны Брины и вечный враг Веллы. Бессмертные герои, что шесть тысяч лет назад основали Алтарун.
Нот не был любимым богом – мало кто радостно встречает смерть, – а потому я не удивилась, что город, носивший его имя, был занесён снегом и закопчён дымом. Неухоженные каменные и деревянные дома жались друг к другу, будто надеясь сохранить хоть немного тепла. То же делали и люди, набиваясь в таверны и публичные дома, – выпивка и женщины многим помогали переждать долгую, тёмную зиму.
В таверне на постоялом дворе воняло кислой капустой, а за скрипучую кровать на чердаке ломили цену как за комнату в столице, но это был единственный ночлег вблизи Тролльего Перевала и выбирать не приходилось.
– Хорошо, что успели добраться до бури. – Сван сидел за сколоченным дубовым столом и глядел в покрытое инеем окно. Он так продрог в пути, что даже в душной таверне не торопился снимать подбитый мехом плащ и кутался в него красным с мороза носом. Мы прозябали в таверне уже третий день, ожидая, когда в горах уляжется метель: внизу, в долине, ещё путалась в голых ветвях лесов осень, в горах же уже вовсю выла снежная зима.
От бури спасались не только мы, таверна была забита под завязку, в основном купцами и наёмниками. Одни переправляли через перевал товары, другие охотились в этих местах на фейри. За голову тролля – сплошь самоцветы – можно было выручить кругленькую сумму. Правда, спящих троллей сложно отыскать среди занесённых снегом камней, а расправиться с ними ещё сложнее, но охотников на фейри это не останавливало. Говорили, что горы эти полны обледеневших трупов тех, кто не преуспел в своей затее. И где-то среди их вершин, отмеченный на карте, скрывался проход в королевство фейри. Оставалось надеяться, что мы отыщем его раньше, чем замёрзнем насмерть.
Погружённая в свои мысли, я рассеянно изучала взглядом постояльцев. Мужчин и женщин почти поровну. Купцы и купчихи знакомились и садились вместе, пили и обсуждали пушнину и нещадно подорожавшие специи из Эль-Нарина. Наёмники и наёмницы держались парами-тройками, если не считать тех, которые играли в карты за дальним столом. Я встретилась взглядом с юношей, который сидел поодаль ото всех, в самом тёмном углу. Он тут же отвёл взгляд и уставился в свою кружку с пивом. Молодой, лет шестнадцать, не больше. Впрочем, впечатление могло быть обманчивым: мне, например, редко давали больше восемнадцати, хотя уже наступила моя двадцать первая зима. Одет юноша был как наёмник – кожаный доспех и меховой дорожный плащ, но меча или другого крупного оружия я не увидела. Это показалось мне странным, наёмники даже в тавернах не расставались с мечами и секирами: с одной стороны, потому что ребята она были ко всему подозрительные, с другой – потому что любили помериться размерами своих железок. Я нахмурилась. Отчего-то лицо юноши казалось мне знакомым, хотя ни вчера, ни позавчера я его в таверне точно не видела. И то, как он на меня смотрел… глаза голубые, ясные, но цепкие и холодные – на затылке зашевелились волосы, предупреждая об опасности, и мне захотелось отряхнуться, как собаке, чтобы сбросить с кожи неприятное чувство.
– Что-то не так? – спросил Сван. Должно быть, тревожные мысли отразились на моём лице.
Я отвела взгляд от юноши и вернулась к ужину.
– Пока не уверена, но, возможно, мы где-то засветились по дороге, и Гильдия села нам на хвост, – тихо сказала я, стараясь выглядеть как можно более расслабленно. – За моим правым плечом сидит парень. Глаза голубые, русый, волосы в узле. Не шибко похож на охотника на фейри, может, кто из наших… из Гильдии по мою душу, но пока рано судить.
– Кажется, я его уже видел, – прошептал Сван бледнея. – На одном из постоялых дворов по дороге сюда.
– Может быть, совпадение, но, может, и нет. В любом случае держи ухо востро.