Он не играет в домино

Любые совпадения имен и событий случайны. Цитаты других авторов обозначены в сносках.

Глава 1. Явление у Казанского

«Последний дождь – уже почти не дождь,

Смотри, как просто в нем найти покой.

И если верить в то,

что завтра будет новый день,

Тогда совсем легко…»

(Борис Гребенщиков)

… На скамейку рядом присел мужчина, боковым зрением Варвара посмотрела на него и узнала. Это был молодой мужчина с Екатерининского сквера, которого она видела несколько минут назад. В Санкт-Петербург она прилетела утром, по вызову Егора Манкина, представителя банка. Егор сообщил предварительно, что странный человек по имени Томми Йокинен выписал на её имя доверенность. Встретившись с Манкиным и пройдя в ближайшее отделение банка, Варвара буквально за десять минут подписала бумаги на открытие счёта с суммой, которую пока не могла даже осмыслить, потому что она была в шведских кронах, а момент конвертации Варя провела как в тумане.

Да, и этот мужчина, с Екатерининского сквера, он преследует её, или ей кажется? С Манкиным они встречались около памятника Екатерины, как говорят в Питере, «Катькин сквер». И там она чувствовала взгляд этого странного молодого человека, а потом он пошёл в том же направлении, по Невскому, и до самого банка она чувствовала его взгляд…

Мужчина молчал. Она посмотрела на его руки, они были в перчатках по новой моде.

– Привет, – хрипловатым голосом произнёс незнакомец.

Варвара повернула голову, приготовив ироничную реплику о том, что она «с незнакомыми не знакомится». Но не смогла произнести ни слова. Перед ней сидел Влад, осунувшийся, с седыми ниточками в тёмных волосах.

– Ты меня узнаёшь? – спросил он, сжав снятые очки так, что они хрустнули.

«Этого не может быть, это галлюцинация, он сгорел, я сама видела репортаж», – пронеслось у Варвары в голове.

– Нет, не галлюцинация. И я виноват перед тобой. Смогу ли загладить, не знаю, всё очень сложно…

Варвара по-прежнему молчала, слова так и не могли вырваться, будто рот набили камнями.

– И она окаменела, – попытался пошутить Влад.

Смесь огорчений, обиды, радости, счастья, гнева, раздражения, ощущения предательства, снова нежности захлестнула её тело, и она разрыдалась, подхваченная крепкой рукой Влада.

Прохожие удивлённо смотрели на странную пару, молодого мужчину, поглаживающего своего спутницу, и девушку, которая вздрагивала всем телом, периодически будто пытаясь вырваться, и снова прижимавшуюся к мокрому от слез плечу.

Колонны Казанского собора не удивлялись ничему, они повидали немало трагедий и комедий на своем веку. Но это была и не комедия, и не трагедия. И радость, и горечь. Ведь никто не отменял прошлое. Вдруг потемнело, надвигалась гроза.

– Ну, мы что, так и будем сидеть? – спросил Влад. – Гроза надвигается. У меня тут на Казанской квартира рядом.

Варвара сидела, вспышками в голове проскакивали картины прошлого. Вот она знакомится с Владом на поэтической вечеринке, нет, не знакомится, просто видели друг друга, она была в ударе, а «папик», Андрей Валентинович, её сопровождал. Вот она попадает в переплёт, когда какой-то парень вскрывает дверь к кабинку банкомата и выхватывает у неё кошелёк, а тут Влад на машине… Как принц на белом коне, помогает добраться до отделения полиции. Потом на той, старой квартире в центре Перми, где она жила, приходит соседка и рассказывает о другой умершей соседке. Потом одноклассница. А потом… Варвара вздрогнула, ведь потом в полиции раскрывают серию убийств, и главный преступник – Влад. Да, тот самый мужчина, который сидит рядом на скамейке и просящими глазами смотрит на неё. А ведь она даже не догадывалась, развязывая узелки преступления, что преступник был рядом с ней… Была любовь… Варвара внутренне содрогнулась в который раз этой мысли. Быстро пролетает сцена, когда ей стало плохо в Москве после задержания по глупому стечению обстоятельств, и она поняла, что беременна. Что она чувствовала? Любовь или ненависть? Уже не помнит. События закрутились, её захватили в заложники, чтобы выманить у Влада некую сумму. А он уже в то время скрылся в Финляндии, но снял деньги по требованию «террористов», один из которых был как раз представитель закона, и поехал за ней… Но его машина попала в аварию, и тут монотонно в голове зазвучали обыденные слова из телевизионной хроники – машина сгорела, водитель не выжил. Как она всё это пережила? Да, конечно, ей помогал Алексей, он настоящий друг, и они вместе расследовали ещё одно дело, и он герой… В отличие от Влада. Влад, которого она сама и назвала «душевным убийцей». Да, там была целая компания, и врач, и, как потом выяснилось, следователь, который вовремя прикрыл это дело, чтобы получить выкуп. Потом был период лирических отношений с Алексеем, Варвара даже не понимала, почему это произошло, наверное, очень хотелось мужской поддержки, Алексей казался ей надёжным во всех отношениях.

Варвара передёрнула плечами, будто стряхивая с себя груз прошедших нескольких лет.

– Я тебя понимаю, что ты не веришь своим глазам. Я тебе всё объясню, обещаю, но чуть позже. Я просто прошу тебя мне поверить – в тех смертях меня просто использовали. Потому я и бежал.

– То есть, ты был вообще не в теме, что творишь?

Небо нависало уже прямо над куполом собора, по щеке Варвары стекла крупная капля. Лавки мгновенно опустели, кто-то побежал под раскинувшуюся полукругом колоннаду. Сверкнула молния. Влад схватил её за руку и потянул за собой.

– Побежали, побежали…

Они заскочили на первые ступеньки собора. Легкомысленная юбка облепила ноги, кроссовки сразу стали тяжёлыми. Минут пять они стояли молча, Варвара немного вздрагивала от холода. Но, как часто бывает в северной столице, нехотя выглянуло солнце.

– Это так неожиданно, ты извини, я в ступоре. У меня самолёт сегодня. Если можно, я зайду, переоденусь в сухую одежду.

– Ну слава Богу, разум к тебе вернулся.

Дождь стихал. На узкой Казанской не было ни души. Они прошли совсем немного и зашли в старый дом. Сразу стало тихо. Влад открыл дверь ключом. Варвара отметила, что квартира будто нежилая, вернее, обстановка есть, но всё идеально, чисто, будто никто не живёт.

– Я купил вместе с обстановкой, совсем недавно. Ещё и обжиться не успел. Проходи сюда, в ванную, тут полотенца, высуши волосы. А я пока кофе сварю, – его голос удалялся вглубь квартиры.

Варвара зашла в ванную, оценила её размеры и высоту потолков. Но решила, что выводы делать рано. Нужно послушать, что он скажет. Она вышла из ванной и прошла в первую комнату. Влад появился неожиданно, будто спешил.

– Значит, ты говоришь, что прямо сегодня улетаешь?

– Ну да, вечером. А как ты…

– Остался живой?

– Ну да.

– Это разговор не на пять минут. Уже прошёл почти год с тех событий… Знаешь… Я понимаю, что у тебя нет никаких причин мне верить. Но попробуй.

– А кто такой Томми?

– Ну, вот видишь. Я многое должен тебе рассказать. Да, и попробовать загладить вину. Ведь это из-за меня ты подвергалась опасности. Я глупец! У меня убежал кофе!

Он побежал куда-то в сторону кухни, откуда уже чувствовался аромат кофе. Варвара пошла за ним. Кухня была метров двадцать, современная, сверкающая от глянца.

– Да, представляешь. Есть ну всё, а кофе-машины нет. А ты можешь задержаться в Питере?

– Ну…

– Послушай… Даже не хочу снова повторять, как я виноват. Ну позволь мне загладить вину совсем чуть-чуть. И всё рассказать. Не в оправдание, нет, просто всё совсем не так. И это меня мучает всё это время. Ты помнишь, да… Мы должны были встретиться в Питере, на вокзале. Но всё пошло не так, этот…

– Дорошин.

– Да…Так, всё-таки кофе нужно пить, присаживайся.

Варвара уселась на белый кожаный диван, а Влад ловко поставил на столик чашку. Мгновенно появилась вазочка с пастилой и фундуком в шоколаде.

– Ты как будто ждал меня.

– Да, я ждал тебя. Потому что Томми – это я. Просто начнём с самого главного, чтобы не было никаких секретов.

Глава 2. Не в розовом цвете

«Все, что я пел – упражнения в любви

Того, у кого за спиной всегда был дом.

Но сегодня я один за праздничным столом,

Я желаю счастья каждой двери, захлопнутой за мной.»

(Борис Гребенщиков)

Алексей прочитал сообщение, что Варвара удачно долетела, и принялся с воодушевлением готовиться к её возвращению.      Он открыл ютуб и нашёл прекрасный рецепт рыбы под соусом. Составив огромный список продуктов, ринулся в магазин и долго рассматривал этикетки, представляя, как удивится Варя, зная, что его кулинарные способности приближаются к нулю. В голове вихрем крутились картины, как она удивляется, как его хвалит, как они вместе радуются встрече. День прошёл в приготовлениях и ожидании. Алексей завёл будильник на 4 утра, но смог уснуть не сразу. Сквозь сон он слышал, что в телефоне блямкнуло сообщение, но уже провалился в сон.

В четыре настойчиво заиграл будильник, Алексей потянулся за очками, они упали, и он почти проснулся. Телефон всё играл мелодию будильника, и он вспомнил, что ночью приходило сообщение, которое он прочитал сейчас: «Привет. У меня непредвиденные обстоятельства, задерживаюсь на неопределенный срок». Алексей ещё раз перечитал сообщение, резко садясь на диван. Звонить и выяснять обстоятельства слишком рано. Лихорадочно соображая, что могло случиться, он решил просто написать: «Варя, пожалуйста, позвони, как сможешь, я волнуюсь.». Прошло ещё полчаса. «В конце концов, – думал он, – могу же я позвонить любимой женщине и ночью. В конце концов, ситуация неординарная. С другой стороны, а вдруг она попала в переплёт, как в прошлый раз». Он встал с дивана и поплёлся на кухню. Открыл холодильник, в котором аккуратно в контейнерах стояли блюда, ожидавшие хозяйку дома. «И что мне теперь делать в её квартире? Ждать? Сколько?».

Рука потянулась к телефону, словно нехотя, пошли гудки, и потом противный голос сообщил, что абонент вне зоны действия сети. «Логично, ночь, она отключила телефон. Или кто-то отобрал у неё телефон и отключил. Стоп. Нельзя всё время думать о плохом. Может быть, в банке возникли какие-то проблемы, но она послала сообщение в десять вечера, да, у нас двенадцать ночи, там десять вечера. Значит, дело не в банке. Стоп. Самолёт, на котором она должна вылететь, летит ночью, то есть, она поняла, что не полетит, буквально перед тем, как нужно выезжать в аэропорт. Дело совсем не в обстоятельствах, связанных с банком, в чём-то другом. Что-то произошло днём, и она до последнего решала, лететь или нет. Почему она так со мной?»? – Алексея захлестнула обида, что она что-то скрывает, хотя он всегда выручал её из сложных ситуаций.

Мгновенно пронеслись в памяти события, с той самой минуты, когда он её увидел в кабинете своего бывшего начальника. Она хотела провести журналистское расследование, и ей очень была нужна аналитическая информация по странным случаям смертей. Да, его начальник, Виктор Николаевич, в итоге оказался замешан в истории с Владом Моршанским. Алексей поморщился, словно от зубной боли, вспомнив эту историю. И как её захватили в заложники, и как он её спас… Это было романтично. Алексей улыбнулся, потому что именно с этого момента их отношения приобрели совсем другой смысл. Правда, то, что отец её дочки Василисы и есть тот самый Моршанский, не давало покоя. Почему он и мечтал, чтобы Варвара наконец-то приняла его предложение стать женой и стать матерью во второй раз.

Не слишком ли много было пустых надежд, когда вот так могут поступить? Алексей ещё раз вызвал номер, и снова на двух языках сообщили, что номер не в сети. Откуда-то пришла пошлая фраза, что «девушка опять продинамила». С одной стороны, да, с другой – она ведь дала ему ключ от квартиры. Нет, что-то случилось. Может, попытаться её найти в Питере? Как? Она летела на один день, никаких адресов у неё не было. А она точно летела по делам, про которые рассказала? Какой-то странный тип, представитель банка Швеции, вдруг сообщает ей, что на её имя открыт счёт. Причём она почему-то решила, что это Моршанский ей оставил. С чего вдруг убийца и просто жулик решит оставить ей наследство? Алексей своими глазами видел сводку, что он разбился на трассе, какая-то деревня Ваалимаа. Это было в августе прошлого года, прошёл почти год, а так много произошло. Алексей осознал, что находится в ступоре и перемалывает зёрна прошлых событий у себя в голове. «Нет, так дело не пойдёт. Всё выяснится. Даже если… А вдруг… Вдруг она встретила кого-то?» – Алексей замер от стучащей как дятел мысли. – Бред. Он не мог остаться живым. Его задержали пограничники, подбросив наркотики по просьбе Дорошина. Но потом пропустили. Он был в машине и не справился с управлением. Да, был не пристёгнут, поэтому получил травмы, в том числе ударившись в лобовое стекло. Я своими глазами читал заключение эксперта. Стоп». Алексей вспомнил, что в заключении были указаны повреждения и прочее. Опознавания останков не было. Моршанский арендовал машину, на ней пересёк границу, потом разбился. Алексей включил компьютер Варвары и зашёл в почту. Последнее письмо было от того же Манкина, в котором он сообщал, что нужно приехать в Питер и получить деньги на счёт. «Манкин… Если предположить, что Моршанский жив, то он мог сам её вызвать в Питер. И там встретиться». Алексей встряхнул головой, осознав всю бредовость своих предположений.

За окном светлело, часы показывали шесть утра. «Как там в женских романах, «подумаю об этом потом». Сейчас не решить ничего. Нужно ехать на работу, хотя коллеги удивятся, ведь я брал выходные». Алексей стал автоматически одеваться, как во сне, медленно блуждая по квартире. Уже в прихожей достал ключи, посмотрел на них, как на незнакомый предмет, вспомнил, что дверь просто так не захлопнуть, то есть, отдавать ключи всё равно придётся. «Будто прощаюсь с ней», – усмехнулся он. Он вышел, закрыл дверь на все обороты, постоял с минуту, бесцельно блуждая взглядом по лестничной площадке, и отправился на парковку.

Глава 3. Двуликий Янус

«Некоторым людям свойственно петь,

Отдельным из них – в ущерб себе.

Я думал, что нужно быть привычным к любви,

Но пришлось привыкнуть к прицельной стрельбе.»

(Борис Гребенщиков)

Варвара приняла решение остаться в последний момент. Она даже не понимала, почему вдруг снова поверила Владу. «Нет, не поверила. Просто хочу разобраться,» – думала она, слушая неспешную речь Моршанского. После дождя они вышли на Невский и просто гуляли, наблюдая пёструю публику, непрерывным потоком двигающуюся по главной улице города. Влад непрерывно пытался ей угодить, заглядывал в глаза, это так не походило на то поведение, которое она запомнила из прошлого. Он ухаживал, но ни разу не прикоснулся к ней, только подавал руку, когда они спускались к воде, сворачивая то к Мойке, то к Грибоедовскому каналу. «Нет, я ему не поверила, просто хочу разобраться. Послушать его версию тех событий, которые перевернули мою жизнь. Неужели он убийца?». От этой мысли она внутренне сжималась, но тут же расслаблялась, почему-то не хотелось верить. К вечеру Влад предложил снять номер для неё, если она по-прежнему не доверяет. Или остаться в его квартире. «А чем я рискую, в конце концов? Конечно, рискую. Но зачем ему было тогда меня встречать, что он выиграет, если убьёт меня? Ничего. Мстить ему незачем. А если он лжёт, то это скоро выяснится», – успокоила она себя после внутренней полемики.

Они сидели в уютной кофейне, Варвара задумчиво ковыряла ложечкой пирожное.

– У тебя кто-то есть? – неожиданно спросил Влад.

– Кто-то? – эхом отозвалась она. – Кто-то есть.

– Тогда понятно. Ну ты же понимаешь, что я не собираюсь разрушать твою жизнь. Просто я хочу…

– Оправдаться.

– Наверное. Нет, объяснить. Я понимаю, что в твоих глазах я коварный искуситель, жулик, убийца… Да много чего.

– Да, мне всё рассказали. И про твою фирму, и про бизнес. Кстати, не только Алексей. Ещё и твоя сотрудница, Ираида.

– А, Ираида… Да, Дорошин её ко мне приставил. Чтобы следила за делами. По сути, моя фирма нужна была для прикрытия его грязных делишек. Он и вынудил меня подписать признание, угрожал пистолетом. После этого я решил, что пора заканчивать. Поэтому уехал. Но он хотел получить выкуп за тебя. Я не мог отказаться, ведь он сказал, что ты ждёшь ребёнка от меня. Ведь это правда?

– А ты не поверил? – Варвара усмехнулась.

– Не верил сначала. Но ты была в опасности. Поэтому снял деньги и поехал. Но я понимал, что Дорошин может меня сдать, а не просто получить деньги. Поэтому я придумал схему с Томми. Я ведь сначала ехал, чтобы тебя встретить. Но мне подбросили наркотики и задержали. А потом стал названивать Дорошин и вымогать деньги. Пока я жил за границей, я познакомился с Томми. Обычный парень, согласился мне помочь. Вернее, я одолжил у него паспорт. А Томми ехал с моими документами.

– Йокинен.

– Да, он. Но ему не повезло, была плохая погода.

– Не очень понимаю, как вы могли поменяться документами. Вы же не близнецы.

– Понимаю, не веришь.

– Как-то смутно всё.

Влад вытащил удостоверение личности, на котором была его фотография. Но стояли имя и фамилия Томми.

– Ловко.

– Варвара, пойми, я очень переживал за тебя. Мы договорились, что Томми пересекает границу под моими документами, потом мы встречаемся в Выборге, на окраине, потом я подъезжаю к Ратуше и освобождаю тебя.

– Мы были около Ратуши. Но потом передали сообщение по телевизору, я не сразу поняла, потом догадалась из разговора Ирацибеты…

– Ирацибета?

– Так я Ираиду окрестила. Уж очень похожа.

– Понятно. Да, я ждал Томми с утра на окраине, где мы договорились. Он не отвечал на звонки. Потом зашёл в интернет почитать новости и увидел, что машина, которую я брал на своё имя, разбилась. Логично было предположить, что те, кто тебя удерживал в заложниках, тоже узнали об этой информации. Я пошёл пешком к месту встречи, увидел, что за вами следит красная машина.

– Да, ещё была больница с крысами.

– Я анонимно сообщил, что тебя удерживают в заложниках.

– У меня немного другая версия моего освобождения.

– Сейчас, конечно, трудно что-то доказать. Я сделал всё, что мог для того, чтобы тебя освободили. Прости, что не прямо в тот момент. Дорошину нужны были деньги, чтобы рассчитаться с Тимуром, это такой местный бандит, Дорошин задолжал ему. Вряд ли Дорошин хотел тебя убивать. У меня есть некоторые источники, они мне сообщили, что тебя освободили. Да, и Алексей стал героем, верно. А я вернулся в Финляндию, там живу теперь под новым именем. А Моршанского, получается, нет. Я знаю, сейчас все преступления, которые организовывал врач Беликов, приписали мне. Он ведь мою маму лечил, много денег из неё выкачал, потом стал меня шантажировать, что испортит мою репутацию, и намекал, что лечил маму почти бесплатно, нужно оказать услуги, вроде как долг платежом красен. А потом вот всё это организовал, а мне просто врал, что это его пациенты, и им нужна помощь, что они никак не хотят принимать лекарства, а пока еще насильно их заставить в психиатрической больнице невозможно, так как в целом они нормальные люди. Впрочем, ты можешь верить официальной версии.

– Ну, допустим… А что ты намерен делать?

– Я начал жизнь с чистого листа.

Варвара взглянула на часы в телефоне.

– Надо на самолёт.

– Я прошу тебя остаться. На несколько дней. По-дружески. Поверь, что я скучал без тебя. Хотя… Я тебе уже всё рассказал, – он попытался улыбнуться, но не получилось. – У тебя своя жизнь, я не вправе вмешиваться. А твой избранник…

– Если тебе интересно, это Алексей.

– Вот как…. Конечно, он герой, освободил тебя…

– Не ёрничай. Знаешь… А давай. Только не думай, что я хочу вернуть прошлое. Просто я действительно хочу погулять по городу. Мне нужно информацию переварить… Просто по-дружески, говоришь? – она игриво посмотрела на Влада, на секунду ей показалось, что он в её власти.

– Ну да…Оставайся сколько хочешь, квартира большая, у меня время есть, поездим по пригородам, погуляем. Ты только позвони своим, дочка где?

– У родителей… Ладно, мне нужно позвонить…

– Да, жду на улице, – Влад поспешно встал из-за стола и направился к выходу.

Варвара позвонила родителям, сказала, что решила остаться на несколько дней, потому что проблемы с банком. Мама многозначительно молчала, но ничего уточнять не стала. «Как написать Алексею?». Она чувствовала себя обманщицей, но их отношения мгновенно потеряли яркость. Вот он её предупреждает об опасности, спасает, выручает… Да, она ему благодарна за всё. С ним интересно распутывать дела, он дал ей почувствовать, что её интуиция что-то значит… А сейчас… Померкло. За окном снова тяжелым покрывалом нависали тучи. Влад… Нет, тоже померкло, хотя, кажется, он очень старается растопить лёд, начать с чистого листа… «Привет. У меня непредвиденные обстоятельства, задерживаюсь на неопределенный срок», – быстро настучала она в телефоне. Потом смотрела с минуту на отправленное сообщение. «В Перми двенадцать ночи, но нужно отключить телефон. Я не хочу оправдываться. Хочу во всём разобраться и просто отключить телефон». Она заметила, что со стороны улицы Влад делает ей знаки, встала из-за стола и направилась к выходу.

Они прошли мимо Казанского, далее по Грибоедовскому каналу. В надвигающейся тьме ярко блестели крылья грифонов. Сами грифоны казались хищниками, изображавшими из себя мягких котят.

В квартире Влад включил приглушённый свет, по-хозяйски стал доставать постельное бельё, спрашивая, где ей будет удобно спать. Решили, что удобнее в небольшой комнате, в которой планировался кабинет. Влад всё время извинялся, что ещё не успел полностью обустроиться, это выглядело очень мило.

– Ну что, спать? А утром решим, куда отправимся? – он оглядел расправленную для Варвары постель и обстановку вокруг.

– Да, я очень устала. Давай спать, – Варвара внутренне улыбнулась тому, каким кротким он хочет казаться.

Ночью шёл дождь, Варвара распахнула окно, чтобы послушать его мелодию. Не спалось. Жизнь сделала вираж, но это было приятный поворот. Она подумала, что не стоит прямо сейчас пытаться оценить события, захотелось просто наслаждаться моментом, а дальше будь что будет. В квартире было тихо, нет, кажется, где-то в глубине негромко играла музыка Стинга. «Пусть я глупа, но я закроюсь в комнате изнутри», – решила она, поняв, наконец, почему она выбрала эту комнату, увидев старомодный замок. Как объяснил Влад, нужно менять ещё двери, поэтому пока замок оставили.

Дни летели словно тройка по ровной дороге. Каждый день Влад предлагал варианты путешествий, и они складывались в копилку памяти разноцветным калейдоскопом.

Они сидели на палубе небольшого теплохода, наблюдая закат над Финским заливом.

– Варя, я хочу что-то сказать тебе очень важное.

– Важное?

– Послушай, у нас есть дочь, и при всех нынешних обстоятельствах я чувствую ответственность за неё. И за тебя.

– Ты и так помог. Спасибо тебе огромное.

– Да, но если ты помнишь, у меня в Перми квартира. Её можно вернуть.

– Как?

– Просто оформить завещание задним числом.

– Это опять какие-то сложности.

– Варя, прошу тебя мне помочь, ради нашей дочери. Я про себя молчу, вряд ли ты мне поверишь… Я за несколько дней понял, что действительно люблю тебя. И, если ты не против, то предлагаю тебе свои руку и сердце. Пафосно получилось, – он отвернулся, будто смотря вдаль.

Варвара смотрела на него и думала, что она хотела этого, раньше, тогда, в прошлой жизни. Но всё случилось, как случилось.

– Ты серьёзно? – вопрос прозвучал неискренне.

– Варя, – Влад обернулся и схватил её за руку. – Я серьёзен. Единственно, в силу обстоятельств, я не могу быть Владом, ты же знаешь. Хочешь, завтра пойдём в загс?

– Влад, погоди… Ну, не обижайся, – она потрепала его руку свободной рукой. – Я пока не поняла твоего плана.

– Он прост. Мы делаем завещание, от Моршанского, оно уже составлено, – Влад огляделся по сторонам, но все находящиеся вокруг люди были заняты разговорами между собой. – Далее, оформляем у нотариуса собственность на ту квартиру в «Онегине», надо же так назвать жилой комплекс, далее куплю-продажу. Всё, деньги ты берёшь, передаёшь часть мне, я покупаю дом в Финляндии, добавив мои сбережения, можно купить вполне приличный домик, вызываю вас с Василисой. Мы женимся, я удочеряю её. Но завещание и сделки нужно сделать до того, как мы поженимся, иначе не получится. Просто чтобы не вызывать подозрений. Варя, эта афера во благо, во благо тебя, нашей дочери!