- -
- 100%
- +
Глава I. Великий город.
***********
Все началось в Сильторе – великой башне Манарифа, издревле взиравшей на город с края мира Эорот. На закате синие стены твердыни, сливаясь со скалой, на которой она стоит, темным монолитом прорубали бескрайний океан. Связанная с единым материком Эорота лишь длинным узким мостом, она была вечным оплотом власти Кайнаров Империи Азул. Но ныне это символ увядания.
Не увидеть теперь ни ее красы, ни ее важности. Пред взором предстает один лишь купол синий, покрывший башню целиком до самых низших ее точек и сокрушивший мост – единственный источник жизни Башни. Таков каприз безумного Кайнара.
************
Хазар – великое имя. Ас Эльтур – принадлежность великому дому. Соло Манариф- рождение в великом городе. Благозвучие, достойное не менее великого титула КайнАра Империи Азул. Наверняка было сложно превратить эту гармонию звуков в ругательство, но нынешний хозяин Сильтора прекрасно справился с этой задачей.
Любовь в молодости и ненависть в зрелости, а причина банальна – война. Легион за легионом, планета за планетой – все уходило в топку безнадежной кампании. Из года в год лишь одно стремление подчиняло помыслы владыки и пожирало Империю. И бывшие друзья стали врагами. А те, кто прежде верил и любил, теперь клялись убить его при первой же возможности. Таков был результат стремления Кайнара. Таков итог его судьбы.
************
Лишь одно его творение еще не утратило уважения – маленькая дочь Талиса, или просто Тала. Впрочем, не такая уж и маленькая. Она проживает последний цикл перед своим совершеннолетием. Еще 7 месяцев, и ей исполнится двадцать пять.
Черные, как смоль, волосы матери и изумрудные глаза деда. Умное и волевое лицо отца с благородно-прекрасными чертами. В любом другом случае невообразимая популярность в обществе ей была бы обеспечена, но Кайнар решил иначе. Избрав путь затворничества для себя, он навязал его и дочери. Его темница – Башня, ее – собственный дом. Он – Башнир, она – Домовенок.
Друзей ей заменили слуги и гвардейцы, а детское ребячество пало жертвой одинокой реальности. С возрастом ей стали доступны прогулки, но не по воле любящего папы, а лишь благодаря допущению нового командующего ее личных телохранителей. А что же отец? С каждым годом он становился все холоднее и холоднее к собственной дочери.
Как это часто бывает, ребенок считает себя виновным в таком отношении родителя и всячески пытается угодить ему. В детстве Тала часто пыталась проникнуть в Башню, чтобы увидеться с Кайнаром, показать, чему научилась, и доказать, что она достойна его. Надо отдать должное страже – ей редко это удавалось. С возрастом девушка начала понимать, что вина лежит не на ней. Во всяком случае, она так говорила.
Многие с сожалением думали о судьбе девушки. Рано или поздно кто-нибудь из протекторов захочет больше власти. Как известно, Кайнаров не выбирают, а вот убивают их с завидной регулярностью. Но смерть правителя – не повод к власти проходимца. Трон по праву отойдет его юной наследнице и … ее супругу.
Разве кого-то будут волновать детали свадьбы и целые кости у невесты под платьем? Конечно нет. Они лишь пожалеют бедняжку и пойдут пить зановогоКайнара. А через пару недель они же выпьют за ее упокой. Все знали, что это произойдет и произойдет очень скоро. В том числе и Тала, и даже Кайнар. Разумеется, он не мог смириться. Не мог просто сидеть и ждать своей смерти.
***********
Осколок Кара – венец коллекции Хазара – небольшой камушек размером с яблоко, переливающийся всеми оттенками синевы. Великий артефакт, созданный руками этернэла Кара из того же камня, что и эта Башня. Но не имеет значение материал, а имеет значение власть, что Кар вложил в него. Великое защитное заклятие скрывалось в этойбезделушке. Равно великое своей силой и простотой. Любой смертный мог использовать его. Достаточно лишь взять артефакт в руку и пожелать. А Кайнар желал этого.
Вряд ли кто-нибудь из присутствующих в тронном зале до конца осознавал, что происходит и чем это закончится. В центре залы поставили стол, на который возложили Осколок. Хазар взял его в руку и гордо произнес: "Никто не войдет – никто не выйдет".
Всех ослепила синяя вспышка. Из камня повалили сгустки магии. Они просочились сквозь стены Башни и сплелись в сплошной непроницаемый купол, накрывший весь Сильтор. Ныне и впредь Башня отрезана от столицы щитом, пробить который не суждено даже этернал.
Всех жителей Башни разогнали по их комнатам и заперли. Они больше не гости, тонущие в почете. Теперь они простые заложники в лапах тирана. Разменная монета, не иначе. Лишь избранным оставлена свобода. А сам Хазар воссел на трон и ни на секунду не сводил взгляд со своего сокровища. Лишь один раз в день он брал камень в руки и открывал в барьере брешь. Все- таки даже безумцам нужна еда. Затем стена смыкалась вновь.
Так Хазар, желая спастись, убил себя в тот же миг. Теперь под вопросом оставался лишь способ расправы над ним.
***********
Манариф – великий город, столица Империи Азул и самый большой город Эорота. Как давно он построен, не скажет никто, но с уверенностью можно заявлять, что это дело рук самих Азул, когда еще шло их Время. потом Фанис решили, что на календарях не хватает места и пора обнулять отсчет, и началось Время Фаниси, затем были Кулы, Монтул и много кто еще. Сейчас же шел 3764 цикл Времени Эльтур и, по мнению многих, настала пора обновлять календарь.
Сам же будет стоять вечно. Во всем Мироздании не найти другой столицы, что не менялась на протяжении всей истории страны. Он такой один. Стоящий у самого океана и вмещающий свыше двух сотен миллионов жителей всех рас. Огромный город, соединивший в себе все достоинства Империи и все ее пороки.
По своему обустройству столица делилась на три части: старый город, кольца и пригород.
Первый примыкал к океану и Сильтору. Раньше его окружали каменные стены, но под давление времени они пали. Теперь же отличительной чертой этого района являлись низкие дома, не более чем в три этажа, малое количество дорог для машин и брусчатка под ногами. Здесь могли жить лишь избранные. Раньше такое право даровало влияние, теперь же деньги…огромные деньги.
Второй район – кольца. Вернее, их пять. Первое – пристанище элиты, пятое – прибежище сброда. Свое название они получили за то, что окольцовывали старый город. Здесь мог жить кто угодно. Ни деньги, ни профессия, ни убеждения, ни раса не ограничивали вход.
Последний из районов – пригород. Изначально это были лишь дачи городских жителей, но когда Кайнар Герис издал указ об ограничении расширения Манарифа, то здешние домики с легкостью переросли в жилье для всех, кому не нашлось места. Ну и дачи там все еще остались.
**********
–Вам стоит отправиться в машине.
–Зачем?! Здесь идти буквально пять минут. Всякие идиоты, шляющиеся по улице и считающие, что я причина их бед, мне не помеха.
Принцесса вышла в холл, Дарот, командующий ее телохранителями, последовал за ней. Там сидело пятеро гвардейцев в ожидании отправления.
–Никто не лишит меня утренней прогулки, особенно бараны, считающие, будто Кайнар пляшет под мою дудку, – она проговорила это громко и отчетливо, очевидно, думая произвести максимально грозное впечатление на трёх новеньких стражей, назначенных ей в личные телохранители сегодня утром. Ей было свойственно принимать всех стражей и слуг, что направил отец, самым холодным из возможных приемов. Впрочем, подобное обращение ни капли не мешало ей в дальнейшем сближаться с ними и считать их своими друзьями. Также было и с Даротом. Когда около пяти циклов назад ей назначили этого немолодого стража, отличившегося в какой-то там далекой войне, в качестве командующего ее личной гвардией, она забаррикадировала двери, переломав при этом половину мебели, и не пускала его в дом целый день. Тогда она была ребенком, сейчас уже взрослой девушкой, близкой к совершеннолетию. Вместе с ней повзрослели и пути противодействия новичкам. Холод и высокомерие – вот чем она встречала новоприбывших. Таков был ее протест Кайнару, жаль только, что ему на это было совершенно наплевать.
Трое гвардейцев встали и поклонились Тале, в ответ им последовала заготовленная и отрепетированная фраза:
– Я не нуждаюсь в этих глупых помпезностях. Лишь Башнирлюбит, когда ему вылизывают ботинки, а меня от этого тошнит. В следующий раз за такое я вас немедленно выкину из своей гвардии.
Двое стражей опешили от такой реакции принцессы, чем доставили ей явное удовольствие, немедленно выпрямились и синхронно ответили:
– Ваша Воля, миледи! – третий невозмутимо стоял в той же позе уважительного поклона. К этому оказалась не готова сама Тала.
– Я отдала приказ прекратить!
Ответом было лишь молчание.
– Какого черта? Ты планируешь стать новой мебелью в этой комнате? Что ж, я не стану этому мешать.
Тала сделала несколько показных шагов к выходу, открыла дверь. Страж оставался неподвижен. Хлопок закрывающейся двери, и принцесса вновь оказалась перед этим наглецом. Что ей делать? Уйти или вышвырнуть его за неуважение и неподчинение? Но ведь она только что заявляла, что уважение ей не нужно. Тала почувствовала на себе взгляды всех присутствующих и поняла, что проигрывает схватку этому выскочке. Она вновь обиженный ребенок в приступе растерянности.И в конце концов, что ему вообще надо?!
Тяжелый шаг Дарота, и два слова на ухо: "Ответный поклон". И тут в голове резко всплывает этот глупый обряд, заимствованный у Этэрнал, будь они прокляты.
*Любой страж становится личным гвардейцем только после ответного поклона его нового Владыки* – Кодекс чести стражей Империи Азул Глава 13 часть 7 строка 18.
"Вот ответ! Надо лишь поклониться, и потом он будет не гвардейцем, а поломойкой!"– за этой мыслью последовал быстрый поклон, и страж выпрямился. – "Стоп! Я что, поклонилась ему!?"
Он молниеносно снял правой рукой свой меч с пояса, вытянул его вперед и отчетливо произнес:
– Я, Амирис ас Арат соло Терут, клянусь своей честью, своим правом и своим именем защищать Талису ас Эльтур соло Манариф до последней капли крови и в этой жизни, и вследующей. Я в Вашей Власти, миледи.
Принцесса дослушала клятву и решительно с криком "Все за мной!" вырвалась из холла на улицу.
**********
В тот день прохожие наблюдали занимательную картину: семь человек рвались против течения толпы.
Первой с неимоверной скоростью мчалась принцесса, что-то бухтя себе под нос, за ней широкими шагами маршировал Дарот ас Клиф, а позади шли пятеро гвардейцев.
– Держи копье ровнее! Не позорь меня, Астир! – выкрикнул мужчина, стоящий в толпе на другой стороне дороги. Несмотря на огромное количество машин на обоих уровнях дороги, его грозные слова услышали все вокруг. Он был одет в доспехи командующего городской охраной и окружен эскортом втрое большим, чем у принцессы.Мужчина строго смотрел на гвардейца, идущего сразу за Даротом.
Ваша Воля, отец, – послышался ответ. Юный страж моментально выпрямился и пошел, как на парадном марше, следом за Талой.
Толпа расступалась перед натиском принцессы. Половина смотрела на нее с презрением, вторая половина с искренним сочувствием. Оба варианта в обычные дни раздражали Талу, но сейчас у нее была куда более важная цель для ненависти.
"Как он посмел со мной спорить!? Да еще и унизить меня перед остальными!?" – в ее голове пылала злость на стража, на Дарота, который дал ей такую ужасную подсказку, и на саму себя.
Тем временем путь протяженностью минимум в двадцать минут был пройден всего за восемь. А вот и цель путешествия – дом личного мастера клинков Талы.
Это здание ярко давалопонять, кто в нем живет. Гора вывесок, выполненных руками как технократов, так и магических ремесленников, красовалась на фасаде, вызывая некоторое раздражение у прохожих.На всех были воины с мечами и копьями, сокрушающие различных врагов, но выделялись из общей массы только две.
На той, которая висела прямо над входом, показывалась голограмма полуторного меча, лежащего на каменном постаменте. Рыцарь в доспехах торжественно поднимал клинок и выписывал им несколько пируэтов.
Вторая являлась иллюзорным камнем, стоящим на земле справа от входа и принадлежащим руке известного мага-ремесленника Ардиса. Сама иллюзия выглядела следующим образом: из синеватого тумана выскакивал боевой маг в синем одеянии и начинал неистово рубить возникающих из ниоткуда солдат Таур. Когда же с рядовыми было покончено, то прямо перед магом возникал великий полководец Гор Разрубленный. И вскоре после небольшой схватки маг разрубал (кто бы мог подумать) Разрубленного Гора.
По окончании обоих представлений в правом нижнем углу высвечивался лозунг «У Свена всегда острей».
Единственная причина, почему Свен смог позволить себе такие дорогие вывески, – удачная встреча на соревнованиях, проходивших два цикла назад, с одной юной девушкой. Вернее, на пирушке, следовавшей за этим мероприятием.
Свен, выпив половину бочки спиртного, произнес подряд две свои коронные шутки. Первая оскорбила одну половину залы, а вторая – другую. Сразу после его бенефиса весь цвет общества, собравшийся на этом турнире, с доблестными лозунгами: «Ах ты ублюдок!» – бросился доказывать рыцарю, что он не прав, используя самые красноречивые предметы интерьера, а позднее и собственные мечи. Свен смог разбросать почти всех как в кулачном бою, так и в бою на мечах, и проиграл дуэль лишь подлой луже на полу, поскользнувшись на которой он пал на этот самый пол. Отзаслуженной расправы его спасли та самая девушка и пара гвардейцев за ее спиной.
Этот пьяница был одним сплошным протестом Кодексу Чести и всему благочестивому обществу, но при этом он доказал всем, что не хуже этого общества, по крайней мере, в бою. Данный факт польстил принцессе. Она заплатила за оскорбления и разрушения, нанесенные дебоширом, и обязала рыцаря выплатить долг, преподав ей уроки мастерства владения клинком. Впрочем, очень скоро про долг было забыто, и мастер стал получать приличную плату за тренировки, а кроме того, и превосходную рекламу.
Сегодня Талу ждала очередная тренировка по использованию Власти клинка. Она уже давно в совершенстве овладела всеми видами традиционного оружия, но никак не могла научиться заряжать их Властью. Взмахи, блок, кульбиты и пируэты любой сложности были пустяками для нее, но как только дело доходило до духовных приемов, она оказывалась в ступоре, не продвинувшись в учениини на шаг за полгода. Это сильно ее ранило.
***********
– Давай я тебе еще подолью, а то сил не хватит службу нести. Вкусно, ребятки?
– Благодарю. Суп просто прекрасен, – перед Мендером вновь стояла полная тарелка, которую он только что опустошил. Суп и впрямь был изумительным, но ведь стоило оставить место и для вторых блюд. Хотя, глядя на этого гвардейца размером с порядочного быка, легко можно было поверить, что в него влезет вся еда, что есть в доме. Он был старше принцессы на семь циклов и половину из этого срока нес службу в качестве ее телохранителя. В личную гвардию он попал сразу после одного из неудачных походов Кайнара, где весь его легион был разгромлен.
– А ты чего носповесил,Астир?
– Ничего серьезного, тетя Мэш.
– Опять этот мужлан тебя отчитал? Да вижу же, что отчитал. Он просто старый дурак, который завидует тебе. Ты уже его переплюнул, став гвардейцем. И пусть подавится своей желчью, а ты ешь давай, а то сил не останется и дальше ему нос утирать
– Спасибо,– Астир был куда меньших размеров нежели его брат по оружию. Черные волосы, благородные черты лица и знатное происхождение сближали его с Талисой. Он состоял в гвардии чуть меньше двух циклов и, очевидно, получил этот пост благодаря связям матери.
– А вот с вами, ребятки, я еще не знакома, и мне кажется, есть тут одна трухля военная, которая сему виной.
В этот момент Дарот решил залпом опустошить свою тарелку и был застигнут врасплох этой издевкой. Он довершил начатое и, церемониально поставив тарелку на стол, встал со стула и громко произнес:
– Я приношу свои искренние извинения достопочтенной хозяйке этого прекрасного дома миледи МешИрэл ас Эрэс соло Манариф. И спешу исправить…
На лицах "старых гвардейцев" растянулись улыбки.
– А ну-ка, хватит паясничать! Если не хочешь, то я и сама справлюсь. Язык у меня еще не отвалился.
Дарот тяжело плюхнулся на стул с едва заметной улыбкой. Он знал, что именно повода самой расспросить новичков от него ждала хозяйка дома.
– Давайте, мальчики, знакомиться. Меня зовут тетя Мэш. Я мать того олуха, что сейчас пытает вашу миледи, а вы?
Первым представился страж, сидевший напротив нее. На вид он был старше всех новичков и имел несколько шрамов насмуглом лице, приятно дополняемом небольшой бородкой. В его доспехах присутствовали элементы черного цвета и охлаждающие подкладки – яркое свидетельство принадлежности к легионам, базирующимся в жарких местностях.
– Ультар ас Крайф соло Мират. В Вашей Власти. Польщен оказанной мне честью.
–Мират – чудесный город, но мне там жарковато. А Вы как переносите наши холода?
– Мой народ научился жить на вулканах. Рано или поздно я привыкну и к холоду.
Тетя Мэш кивнула и устремила взгляд на другого гвардейца. Юноша, сидевший рядом с Астиром, встал и представился. Он был весел,и глаза его пылали радостью. Непохоже, что он хоть раз бывал в бою. На его доспехах знак так называемого бублика – принадлежность к семье протектора Виеры. Похоже, это один из его сыновей. Как он попал в гвардию?
– А я Зари! Вернее,Зарнир ас Виера соло Кирдат. В Вашей Власти. А есть еще супчик?
– Конечно есть! Прости мое любопытство, но как сын протектора стал личным телохранителем принцессы?
Зари замялся и отвел взгляд. С его лица слетела улыбка, но все же он ответил:
–Отец сказал мне, что настоящий мужчина должен служить своей Империи. Он хотел отправить меня в настоящий легион, но мать настояла на службе в Столице. Через дядю меня устроили в гвардию, а на распределении отправили к принцессе. И вот я здесь.
Только что мрачное лицо юноши вновь озарилось улыбкой.
Тетя Мэш подлила супа мальчонке и посмотрела на последнего незнакомца. Он сидел рядом с опустошенной тарелкой по левую руку от хозяйки. Все его движения и мимика выражали глубочайшее смирение. Можно было предположить, что он на пару циклов старше принцессы, но в глазах его читался куда больший возраст. Белые доспехи. Без капли другого цвета. Принадлежность к элитному легиону Чести – лучшему в Империи, не раз доказавшему свой статус.Кайнар, очевидно, решил, что они способны буквально на все. Он ошибался. Месяц назад город оплакивал свой лучший легион.Из двух миллионов выжило несколько сотен.
– Амирис ас Арат соло Терут. В Вашей Власти.
– Польщена знакомством.
Неловкую паузу прервала сама хозяйка дома.
– Что ж. Похоже, пора нести горячее.
Когда тетя Мэшоткрыла дверь в коридор, сквозь открытое окно с тренировочной площадки донеслись звуки тяжёлых ударов по дереву.
************
Непостижимость ведет к ненависти. Если человек что-то не понимает, то в скором времени он начнет это ненавидеть. Произошедшее с принцессой не стало исключением.
Бедный манекен из последних сил держался под ударами Талы. Рядом лежали четверо его павших братьев. Но вот не выдержал и он. Сильный треск – и трупов уже пять. Принцесса была красной от ярости и усталости, пожиравших ее. Сегодня она выбрала самый тяжелый двуручный меч и выплеснула всю злобу на несчастных. Но толку от этого никакого. Злость лишь переросла в отчаяние.
Свен молча отправил в бой еще одного беднягу.
– Если хочешь стать прекрасным мастером по дереву, то иди к Агру и хватит гробить моих Балерин. Зачем ты машешь им так быстро? Думаешь, усталость добавит тебе концентрации?
Ответа не последовало. Тала была слишком расстроена, чтобы что-то говорить.
– Что? Прокисла? Быть может, ты наконец перестанешь верить в свою исключительность и попробуешь поучиться хоть чему-то? Встань в стойку.
Тала поставила ноги на ширину плеч, закрыла глаза. Подняла клинок прямо перед собой вертикально вверх так, что он делил ее лицо пополам.
– Почувствуй все величие твоего окружения. Почувствуй Власть всех стихий вокруг. Познай Власть в клинке и пламя внутри него. Смири свой разум, ибо чистое пламя – это не ярость, а абсолютный покой. Ты должна договориться с мечом и нанести удар, высвобождая его, а не твое, пламя. Если ты не объединишься с клинком, не поймешь, что он равен тебе, то ничего не выйдет.
Тала глубоко вздохнула исосредоточилась. Она почувствовала, как дует ветер, как шумит город, как плещется море, как поют птицы и как тетя Мэш в компании слуг несет горячие блюда в зал. Вся сила перетекла в руки. Взмах, удар и … тысячи осколков на площадке. Клинок ее не принял, и Власть ушла из него.
Шок одолел принцессу. Она вдруг ощутила разрушение всех надежд. Ощутила, что, быть может, ее отец прав и она недостойна? Ответом на это была лишь ярость.
– Ни капли смирения. Ты ударила магическим мечом как куском железа, и он оскорбился. Если хочешь заплакать, то у тебя 5 минут, а затем продолжим.
– Не собираюсь я плакать. Но и махать мечом больше не хочу.
– Ты и не будешь. Достаточно меня уже разорила. Эрос считают, что нельзя увидеть клинок, который ковал не ты. Многие Маги, Эфериал и Этернал придерживаются того же мнения.
Ярость подкатила к горлу принцессы и уже собиралась вырваться наружу, но Свен опередил ее.
– Не ищи в этом оправдания! Многие, но не все! К тому же, они владеют Властью и могут сами наполнить выкованный клинок, а ты нет. Твои неудачи связаны с отсутствием смирения в душе, а не с тем, что мои мечи ковались не тобой, – Свен пронзил ее грозным взглядом. – Весь мир против тебя! Так ты считаешь и бунтуешь на каждом шагу. Талиса,… пора повзрослеть и избавиться от этого максимализма. Власть – часть Мироздания, его суть. И она тебе не враг. Пока не поймешь, ничего не выйдет…
Словно ребенок, Тала пропустила весь урок. Все, что ее интересовало, – это новый меч. Оружие, выкованное ее руками, которое точно подчинится. Она не спорила, лишь молча смотрела на своего учителя.
– Ладно. Пора есть. Ты привела с собой новые рты? Надеюсь, они менее прожорливы, чем Мендер? А то я устал покупать новые тарелки.
– Не говори глупости, не надкусывает он твои тарелки. Сам наверняка посреди ночи портишь собственный сервиз.
Этот диалог сопровождался искренними улыбками обоих. Удивительно, как сильно Свен менялся на тренировках.
Есть небольшая легенда про пьяного мастера, где главный герой всегда пил, предавался блуду и распущенности, но при этом был мастером, которого никто не мог одолеть. Эта сказка так и останется сказкой, ибо только в них возможно быть лучшим без усердия. И Свен был настоящим тому доказательством. Его считали пьяницей и разгильдяем, которого судьба наградила незаслуженным даром. Но этого мнения придерживались лишь те, кто не видел его на тренировках. Всегда улыбчивый Свен мигом становился серьезным и упражнялся до изнеможения. Он мог бросить колкость, но никогда не превращал занятия в балаган. Его талант был не даром судьбы, а вымученным десятками циклов войн и тренировок навыков.
А в остальное время он и впрямь был тем еще разгильдяем, за что и получал всегда нагоняй от матушки и сравнения с младшим братом, живущим в Брете. Тала знала эту особенность и на площадке относилась к своему учителю с огромным почтением. А в жизни часто над ним подшучивала.
***********
Следующим утром Тала проснулась со спорными чувствами. Прошедший день принес ей не только множество разочарований, но и надежду вперемешку с любопытством. Ей сразу вспомнился вчерашний разговор: после обеда тетя Мэш решила утолить свое любопытство и поговорить с принцессой наедине.
–Мало того, что твой новый телохранитель – выживший из легиона Чести, так он еще и Белый Страж. Как ты выбила себе его?
А увидев явное непонимание в глазах Талы, добавила:
–Похоже, лучше об этом стоит спросить у Дарота. Я права?
Через пять минут бедняга был доставлен на допрос, но ничего интересного сообщить следствию не смог. Сказал лишь то, что его старый друг теперь сидит в командовании распределителя, и то ли Амирис провалил какие- то тесты на психику, то ли сам изъявил желание поступить на более-менее мирную службу, то ли кто-то из внешней свиты Кайнара сам избрал его. В общем, толку от Дарота было немного, в связи с чем он был отправлен героически командовать гвардией в бою с великолепным рагу и пирогом. А расстроенные дамы принялись выдвигать следственные версии.
Теперь же после на удивление спокойной ночи эти версии казались совершенной чушью. Однако информация о ее новом гвардейце заставила Талу иначе к нему относиться. Проявить больше уважения. И что греха таить, глубоко в душе закралась мысль, что такой прекрасный воин может дать ей несколько уроков.