Темное наследие Геллы

– Нет. – отрезала Ольга, с тяжелым сытым вздохом присаживаясь на диване.

Андрей с недоумением переводил взгляд на каждого человека в комнате поочередно. И даже на пса. Все приняли Ольгино заявление как должное. Только у Вали что-то дернулось в лице, но сестра быстро уставилась на своего Юрия, выражение ее глаз сделалось осоловелым, и она смолчала.

– Перекур, – объявил Юрий, и потянул Валю за руку с пола. Они тихонько вышли в коридор. Валя прихватила со стола темно-зеленую витую свечу в массивном подсвечнике-блюдце. В серванте у прабабушки помимо вульгарно окрашенной посуды нашлось много странного.

На выстланном теплым деревом крыльце, Юрий и Валя стояли в домашних тапочках. Они прикурили от витой чадящей свечи. От желтого язычка пламени исходил тонкий травяной аромат. Ни на что не похожий. Пепельницей служило черное блюдце в красный горох из утреннего сервиза. Ольга выделила его “под вишневые хабарики” из-за трещины-паутинки, пересекающей блестящую эмаль.

Юрий подошел сзади к оглядывающей сад Вале и аккуратно заключил ее в объятия. Она почувствовала прикосновение его теплого тела. Через одежду. Валя перестала вдыхать дым. Валя захлебнулась в его собственном запахе. Горящих пряных трав, карамели, ветра, прошедшего через треснувшее на солнце, залитое смолой, дерево… Валю и Юрия оплетал тонкий аромат от пламени свечи. И что-то сдвигал в пространстве-времени. Где-то облегчал, где-то затягивал. Где-то заставлял забыть о принятом решении. Потом темно-зеленую свечу задул легкий порыв ветра, и запах стал на мгновение острее. И тут же пропал.

Валя хотела только задержать это мгновение – а больше вообще ничего.

Она не заметила, как они оба загасили свои сигариллы в блюдце. А когда Юрий шумно вдохнул запах ее волос – точно втянул в себя часть ее души – Валю прорвало. Она мелко задрожала, развернулась к нему лицом и вжалась в широкую мощную грудь.

– Юра… У меня проблемы, – прерывисто дрожащим голосом шептала Валя.

– Молодая девушка. Приезжает в захолустье. Одна. С двумя “детьми”. Дергается от каждого шороха. Смотрит на каждого как на врага… – Юрий спокойно выговаривал, гладя Валю по длинным темным волосам. – Я догадался, что у тебя проблемы. И не с учебой. Насколько они младше тебя?

– На два года… с половиной.

– Ясно. Маленькая моя, – Юрий прижал Валю к себе крепче.

Она почувствовала, как горячие слезы часто стекают по ее щекам. Сквозь пелену на глазах заметила, как они расходятся влажными кругами по его рубашке.

– Ну тихо, – он коснулся губами ее волос. Валю пробили тысячи колких еле ощутимых электрических разрядов, – я уверен, что ситуация не безвыходная.

Валя повисла на его руках. И вдруг поняла, что именно этого ей и не хватало последние полгода. Ей не к кому было обратиться за помощью. До этого самого момента.

Ее невидимая броня треснула и стекла с нее. Ушла в пол, в землю. Ночной ветер растащил ее остатки по умирающим осенним травам.

Юрий прижимал к себе вздрагивающее тело красивой хрупкой девушки. Приятно пахнущей. Источающей дремлющую силу. Пока еще не опасную. Сейчас ему ничего не стоило сломать ее в одно движение – и прервать древнюю энергетической цепь “великой Геллы Рерих, Матери сих земель”.

Но он не стал. Только продолжил гладить ее шелковые длинные волосы. Изредка касаться губами. Юрий осознавал, что упускает шанс, который может и не повториться.

Если бы Андрей сейчас его увидел – он бы уже не сомневался – эти клыки длиннее, чем положено иметь человеку. Но Андрея здесь не было. Никого кроме них двоих не было.

В прозрачно-голубых глазах Юрия отражалась луна. Странная судорога на мгновение исказила его лицо и бесследно исчезла.

Он улыбался.