Хроники разбитого мира. Роби и тайна фриджитов
- -
- 100%
- +
Неспешно подошел Арнольд, осмотрел деда и внука красным глазом и, убедившись, что не помешает, положил голову на колени Роби. Мальчик погладил его металлический гребень, почесал пушистую птичью шею и сказал, бросив взгляд на сарай:
– Я уверен, совсем скоро мы будем ездить в лес на твоей новой машине. А еще запишем твои песни на то устройство… Как оно? Звукозапись?
– Диктофон.
– Точно! Мы запишем на него твои песни и будем слушать их в машине, когда поедем в лес, – засмеялся Роби.
Еще помолчали. Потом Оберон сказал:
– Очень надеюсь, что завтра ты мне поможешь.
– То есть я все-таки могу отправиться с тобой в лес?! – Роби подскочил на месте, чуть не разлив горячий чай, и напугал Арнольда, который сделал три шага назад и, повернув голову набок, удивленно взглянул на мальчика.
– Можешь, – кивнул дед с самым серьезным видом – Но только, чтоб от меня ни на шаг! Роби, я бываю строг к тебе, но это для твоего же блага. Я хочу защищать тебя, пока жив, и научить всему, что умею и знаю сам. Я очень люблю тебя, мой мальчик.
– И я тебя – ответил Роби и осторожно положил голову на сухое и сильное плечо деда. Потом сказал, зажмурившись от нахлынувших чувств – У нас все будет хорошо. Я обещаю.
Звезды мигали в высоком небе. За высоким забором молчал черный лес. Арнольд мерил шагами двор, поблескивая красным глазом. Допив чай, Оберон встал со скамейки и, потрепав довольного внука по волосам, пошел в дом со словами:
– Долго не засиживайтесь. А утром я точно съем твой завтрак.
– Хорошо – ответил Роби – Я еще пять минут побуду.
Дверь за дедом закрылась, и вскоре в доме погас свет.
Сидя в одиночестве на прохладной ночной поляне, Роби поднял голову к небу, и его глаза наполнились звездами. Каждый вечер, глядя ввысь, он мечтал побывать там, посетить хотя бы одну звезду. Рассказы о людях, что когда-то могли летать так далеко вверх, всегда увлекали его и заставляли тут же бросаться чертить план большого механизма, который смог бы увезти его и деда далеко-далеко. Но каждый раз расчеты Роби не сходились. Несмотря на это, он продолжал мечтать о звездных приключениях, встречах с инопланетными существами, битвах на световых мечах и больших взрывах – обо всем, что он так любил в легендах деда Оберона о былых временах. В правдивости этих рассказов Роби не сомневался – он верил деду. К тому же у него были две древние фотографии, напоминающие о том, что это все возможно. Одна – с изображением первого человека на Луне, держащего в руках световой меч и с маленьким зеленым человечком, стоящим рядом. Лица за шлемом было не разглядеть, но дед утверждал, что это был он. Вторая – с изображением корабля под названием «МКС».
Понаблюдав за звездами еще около получаса и убедившись, что из дома не доносится ни звука, Роби поставил кружку на скамейку и почти бегом помчался в мастерскую. Подойдя к воротам, он с трудом и предельной аккуратностью повернул вентиль, издавший лишь тихий низкий скрип. Подбежавший Арнольд, вертя головой, наблюдал за происходящим то одним, то другим глазом. Мальчик прижал палец к губам, сказав Арнольду «шшшш!», и всем телом навалился на ворота, которые открылись медленно, неприятно шурша по деревянному полу.
Открыв ворота достаточно, чтобы пролезть в щель боком, Роби проник в мастерскую и принялся наощупь искать рубильники на стене возле входа. «Только бы не перепутать» – думал он, пока холодный пот заливал его глаза. Один выключатель отвечал за раздвижную крышу, второй – за освещение. Раздался щелчок – и у Роби отлегло от сердца: помещение озарилось теплым электрическим светом.
Достав из шкафа свой рюкзак, Роби вынул из него уже остывший механический чайник и положил его на рабочую поверхность. Крышка снова не поддалась, и мальчик решил использовать отвертку. Но и эта попытка не дала результата. Также не помогли ни лом, ни молоток, ни плоскогубцы.
«Нужно его включить. Тогда он, наверное, откроется сам» – подумал Роби и принялся разбирать корпус чайника, открутив несколько болтов. Внутри оказалось неожиданно много деталей: различные платы, проводки и шестеренки. Увиденное его слегка обескуражило, но отступать Роби не планировал. Почесав голову отверткой, он поднес чайник ближе к свету и заметил несколько отошедших проводков и почерневший маленький аккумулятор. Поднявшись на второй этаж, Роби порылся в паре ящичков и нашел точно такую же батарею, причем почти новую. Вставив ее на место старой, с помощью паяльника Роби плотно соединил отошедшие провода.
На панелях чайника засверкали огоньки, а динамик издал мелодичный звук и зашипел. Дернулись тонкие лапки, и Роби поспешил прикрутить корпус обратно, пока чайник не попытался убежать от него по частям. А механизм, кажется, только этого и хотел, – с каждой секундой он становился все активнее и откровенно мешал Роби прикручивать болтики обратно. Однако, мальчик справился и, осторожно поставив чайник на пол, опустился на колени рядом.
Слегка шатаясь, устройство неуверенно встало на все свои шесть конечностей и завертелось по сторонам, видимо, оглядываясь. Роби наклонился, чтобы рассмотреть чайник получше. Механизм замер, повернувшись носиком к мальчику. Оба не двигались несколько секунд, после чего раздался писклявый электронный голос:
– Идентификация личности – одна из лампочек на основании чайника загорелась синим, направив тонкий луч на лицо Роби, – Личность не опознана. Представьтесь.
– Меня зовут Роби.
– Приятно познакомиться, Роби. Как ваши дела?
– Эм… – Роби в растерянности почесал нос – Все, хорошо. Спасибо. А у тебя?
– Необходимо обновление данных – чайник замер, и на маленьком потрескавшемся экранчике, расположенном на приборной панели, появился белый кружочек.
«Если я покажу его дедушке, он сойдет с ума или от радости, или от гнева» – подумал Роби, пока его находка неподвижно стояла на месте. Пододвинувшись еще ближе, он ткнул пальцем в корпус чайника. Никакой реакции не последовало. Только спустя почти пять минут кружок с панели пропал, и чайник, дрогнув, произнес женским голосом:
– Данные об устройстве не найдены. Желаете ввести собственные настройки?
– Да, – пожав плечами, ответил Роби.
Он не до конца понимал смысл того, что говорит чайник, но общение ему нравилось. Роби поймал себя на том, что улыбается в ожидании новых открытий и знаний, а его руки дрожат от желания срочно сделать что-нибудь. После пары секунд молчания механизм снова заговорил тем, первым, писклявым голосом:
– Кем вы хотите, чтобы я был?
– Будь моим другом! – сказал Роби.
– Другом?.. – чайник снова замер – Поиск данных!
На экранчике вновь возник кружок.
– Дружба – бескорыстные взаимоотношения, основанные на общности интересов и увлечений, взаимопонимании и взаимопомощи… – сказал чайник женским голосом.
– Да, это мне подходит, – кивнул Роби.
– Принято. Будем друзьями! – голос снова изменился на писклявый.
– Слушай, извини за то, что выстрелил в тебя, – сказал Роби, снова увидев вмятину у крышки, – Я не знал, что ты живой…
– Ничего страшного, Роби. Мои данные о вас обновлены: теперь вы – друг.
– Тогда не мог бы ты мне помочь, – сказал мальчик, – Открой свою крышку?
– Да, конечно! – ответил механизм, и его крышка с глухим щелчком откинулась и со звоном ударилась о корпус, – Пожалуйста!
Роби подобрался еще ближе и заглянул в чайник. Внутри он был еще грязнее, чем снаружи: на стенках образовался толстый слой черной сажи, а на дне лежало что-то квадратное, похожее на коробочку. Роби нащупал ее пальцами и, измазав в саже всю руку, вытащил на свет.
Положив коробочку на пол, Роби рассматривал ее, но ничего не смог понять из-за толстого слоя сажи. Пришлось взять относительно чистый кусок ткани в одном из ящиков стола. Оттирая коробочку, Роби спросил у чайника, смирно стоящего рядом:
– Что это в тебя положили?
– Не удается определить объект – ответил механизм.
Черная сажа комочками грязи опадала с поверхности квадратного предмета, и вскоре под светом ламп заблестели желтоватые узоры, похожие на те, что дед иногда наносил на сделанную им мебель. Эти желтые изгибы всегда напоминали Роби ветви деревьев или ползучую лозу, которая иногда встречалась в лесу. А еще они были похожи на символы или буквы неизвестного алфавита.
Повертев в руке очищенную коробочку, кое-где сверкающую, но в некоторых местах еще черную, Роби в изумлении произнес:
– Ну и что это?
– Начинаю анализ – сказал чайник, направив на коробочку несколько синих лучей, – Это работа мастеров древней расы – фриджитов. Народа, целью которого является жизнь в гармонии с окружающим миром. Большинство данных о них утеряны или удалены во время Великого Апгрейда.
Роби захлопал глазами от удивления. Он окончательно перестал понимать, что происходит, хотя слово «фриджиты», кажется, недавно где-то слышал. Или читал?
– А кто это? – Роби старательно подбирал слова, – Апгрейд?..
– Ищу информацию по запросу Апгрейд, – равнодушно произнёс чайник и спустя три секунды молчания продолжил – Три века назад жизнь людей была абсолютно непродуктивна и неэффективна. Множество антисоциальных факторов и… скажем так, видов… пагубно влияли на нашу способность стремительно развиваться. И тогда Великий Диктор Нового Мира и Администратор Большого Апгрейда запустил Великий Апгрейд – процесс избавления людей от всех лишних… переменных, мешающих нашему развитию. Именно благодаря тому Апгрейду, выходу на новый уровень, бесконечный и обширный, сейчас человечество эффективно как никогда…
Роби пока не знал, с чего начать разговор о том, чего он совсем не понимает, и поэтому, немного покрутив шкатулку в руках и понаблюдав за тем, как в лучах ламп переливаются ее золотые узоры, перевёл своё внимание на неё и спросил о самом важном в данный момент:
– Как мне ее открыть? Должен же быть какой-то способ…
– В моей базе данных такой информации нет, – ответил чайник незамедлительно – Но изображения на шкатулке идентичны забытому языку фриджитов. Перевести его невозможно.
Осознав, что оказался в тупике, Роби уставился на шкатулку:
– Я попробую вскрыть ее инструментами дедушки. Наверняка что-нибудь подберу. Это должно быть просто.
С этими словами Роби поднялся, открыл ящик ближайшего стола и достал оттуда причудливое приспособление, похожее на ножницы, но работающие в обратную сторону. Мальчик просунул острый конец приспособления в узкую щель между крышкой и корпусом и нажал на рычажок, спустивший пружину, которая сдерживала два «крыла» ножниц вместе.
Лампы, освещавшие помещение, вдруг замигали так, будто в сети случился сбой. Инструмент в руках Роби почти за пару секунд оттянул крышку от коробки, внутри которой блеснул какой-то свет. Мальчик приналег на инструмент. Ему казалось, что время тянется бесконечно, но вот в полной тишине послышался щелчок внутри шкатулки, – и она распахнулась, ослепив мальчика и озарив весь сарай свечением, ярким, будто солнце.
Прикрыл глаза руками, Роби не удержал равновесия и рухнул на спину. Свет медленно погас. Убрав ладони от лица, Роби осторожно взглянул на распахнутую шкатулку, внутри которой – он уже начал различать это – явно кто-то шевелился.
Глава 4. Роби встречает фриджитов
И в тот момент, когда Роби был готов подползти ближе, из шкатулки выпрыгнуло слегка сверкающее желтого светом существо с короткими руками и ногами – очень маленькое, размером с указательный палец. Оно очень напоминало Роби нечто между человечком и прыгающим пламенем.
Существо очень быстро и дерзко подбежало к Роби, заставив его отпрянуть. Следом из шкатулки выбралось второе такое же существо – только красного цвета. В изумлении и страхе глядя на них, краем глаза Роби видел, что внутри шкатулки затаился кто-то третий.
Все молча переглядывались. Роби смотрел на существ широко раскрытыми глазами, с трудом справляясь с собственным дыханием. Желтое, нахмурившись, впилось строгим взглядом в лицо Роби, а красное спокойно оглядывалось по сторонам. Чайник же, все это время тихо стоявший рядом, быстро сканировал присутствующих синими лучами и, судя по белому кругу на дисплее, обрабатывал полученную информацию. В какой-то момент Роби понял, что чувствует себя спокойно. Эти малыши не хотели причинить ему вреда. Напротив, кажется, они тоже были напуганы. А еще, похоже, они защищали кого-то, оставшегося в шкатулке…
– Вы кто? – спросил Роби.
– Мы?! – встрепенулся желтый человечек, – Ты видимо не с этой планеты! Мы фриджиты! Слышал о таких?
Тут лучи чайника, бегающие по новым гостям, пропали, и раздался холодный синтетический голос:
– Фриджиты – это примитивная раса разумных существ. Основой их культуры является жизнь в гармонии и балансе. До Великого Апгрейда были дружелюбны к людям. В данный момент представители этой расы объявлены вне закона.
Все вздрогнули. Голос из чайника затих, но еще несколько мгновений в сарае царило безмолвие – лишь ветер свистел где-то под крышей. Первым выйдя из ступора, желтый фриджит подбежал к чайнику и воскликнул:
– Как вне закона?! Кто? – его лицо поочередно выражало то удивление, то злость. Бегая вокруг чайника, он кричал, – Мы?.. Да я сейчас тебя сам запрещу, глупая ты машина!
Подбежавший красный фриджит начал оттаскивать своего желтого собрата, который пытался лупить чайник руками и ногами. Тут Роби заметил, что красный немного выше и шире желтого, а ещё то, что голова желтого была слегка заостренной сверху, а красного – наоборот, сплющена, что придавало первому вид огонька, а второму – квадрата.
– Извини, пожалуйста, – вежливо сказал чайнику крупный красный, сжимая своего неугомонного меньшего друга все крепче и крепче.
В это время внезапно для всех прозвенел высокий голос: «Мальчишки! Вы что там опять устроили?!» Желтый и красный замерли, держась друг за друга, и оглянулись на шкатулку. Оттуда вслед за голосом выплыла по воздуху голубая фигурка чуть меньше остальных фриджитов, и плавно приземлилась рядом с красным и желтым.
– Здравствуй, человек! – сказало третье существо, обращаясь к Роби, – Меня зовут Миа. А это – Уол и Тум. Мы втроем – последние хранители, призванные защищать Ключ к тайным знаниям нашего народа в надежде, что когда-нибудь сможем собрать все части Ключа и вернуть миру гармонию и баланс.
Закончив эту речь, Миа прищурилась и посмотрела в глаза Роби:
– Твое лицо кажется мне знакомым. Мы раньше не встречались?
– Вряд ли – ответил Роби – Я бы вас точно запомнил… А кто из вас Уол и…
– Тум – кивнув, представился крупный красный фриджит – Будем знакомы.
– Я Уол! – резко сказал желтый – А кто ты?
– Ой! Я забыл представиться! Меня зовут Роби. Это мастерская моего деда Оберона, мы живем здесь вдвоем.
– Мастерская? – протянул Тум, оглядывая инструменты, развешанные по стенам – Интересно…
Миа, пристально следя за Роби, украдкой взяла двух фриджитов за плечи и медленно повела их к шкатулке. Заметив это, мальчик смущенно спросил:
– Куда вы?..
– Нам нужно посовещаться – ответила Миа с натянутой улыбкой.
Поняв, что от него что-то скрывают, Роби указал пальцем на шкатулку:
– Что там?
– Ничего! – воскликнули хором все трое фриджитов и стали отступать к шкатулке еще быстрее.
– Там тот самый ключ от тайных знаний? – спросил Роби, и малыши подскочили на месте. Почти моментально запрыгнув в шкатулку, они захлопнули за собой крышку.
– Мы ничего не скажем! – прозвучал изнутри визгливый голос Уола.
– Ну, пожалуйста! – взмолился мальчик – Я вас не обижу! Обещаю!
Фриджиты молчали. Роби аккуратно постучал ногтем по корпусу шкатулки, но это ни к чему не привело. «Я должен узнать о них все!» – сказал он самому себе и тут же услышал голос деда, донесшийся со двора:
– Роби, я вижу, что ты в мастерской! Быстро в постель!
От страха у Роби задрожали руки. Он услышал приближающиеся шаги Арнольда, идущего как обычно, за дедом. Сунув шкатулку в карман и забросив чайник в кучу других механизмов, он облокотился на довоенную машину, и сделал невозмутимое лицо.
– Чего это ты вечно бродишь здесь по ночам? – спросил Оберон, протискиваясь в мастерскую через щель в воротах.
– Да так, изучаю всякое… – Роби старался выглядеть как можно естественнее, и понимал, что получается у него очень плохо. Хорошо, что дед был слишком сонным, чтобы заметить это.
– Мне показалось, что здесь была яркая вспышка, – сказал Оберон. – Подумал, что ты снова играешь со сварочным аппаратом…
– Нет, что ты, я больше не использую его без надобности.
– Это хорошо. Значит, мне показалось. А теперь пойдем спать.
Дед и внук вышли во двор, закрыли мастерскую и вместе направились к дому – на этот раз действительно спать. Роби время от времени опускал руку в карман, как бы проверяя на месте ли таинственная шкатулка с маленькими фриджитами и таинственным Ключом внутри.
Этой ночью Роби никак не мог заснуть – все лежал и смотрел на узорчатую шкатулку на столе, из которой не доносилось ни звука. Дед Оберон давно спал. Небо за окном светлело синим у самого горизонта.
Ворочаясь в кровати, Роби думал о тех необычных существах – фриджитах – живущих в шкатулке и о том, как бы ему еще раз поговорить с ними. А еще о том, как утром, то есть совсем скоро, дед обнаружит в мастерской живой чайник… Однако, усталость взяла свое. Глаза Роби сами собой закрылись, а тревожные мысли растворились в темноте.
Вдруг что-то запрыгнуло на кровать и, слегка порвав одеяло, поскребло ногу Роби чем-то острым, похожим на коготь. От испуга мальчик, мгновенно проснувшись, ударился головой о спинку кровати и резко вскочил ногами на подушку, приготовившись бежать. Но вовремя разглядел в темноте хорошо знакомый силуэт – это был чайник! Он сидел на одеяле перед Роби.
– Как ты выбрался из мастерской?! – воскликнул мальчик.
– Сканирование помещения, именуемого мастерской, обнаружило небольшую дыру в полу под старой машиной, – сказал чайник электронным голосом.
– Ага… – протянул Роби. – Так вот как железоеды пролазят к нам в сарай…
– Совет! Если вы хотите поймать железоедов – подкиньте им магнит, чтобы они его проглотили! – громко сказал механизм. – Это заставит их примагнититься к чему-нибудь!
– Тихо ты! – прошипел Роби, закрыв динамик руками.
– Хотите, чтобы я убавил громкость?
– Да!
– Насколько мне убавить громкость, друг?
– До шепота!
– Будет сделано, – еле слышно проскрипел динамик.
– Дедушка не должен тебя видеть. Он вряд ли разрешит тебя оставить, – сказал Роби, взяв чайник на руки. – Кстати, ты что-то говорил про фриджитов. Кто они?
Немного подумав, чайник сначала зашипел, а затем заговорил громким и хриплым мужским голосом, наполненным злостью:
– Эти фриджиты! Мы больше не потерпим их вмешательство в нашу жизнь, в нашу науку и прогресс!
От неожиданности Роби накрыл чайник одеялом, но это не помогло.
– Нас ждет светлое будущее! И мы не можем больше позволить фриджитам мешать нам! Пора положить этому конец! Изгоним их! – прокричал голос, сменившись странным шумом. Роби никогда не слышал ничего подобного, но успел подумать, что так, вероятно, звучали бы сразу много людей, одновременно кричащих что-то яростное.
В этот момент дверь в комнату распахнулась, и на пороге появился дед Оберон.
– Роби!.. – воскликнул он со страхом. – Ты что, взял мое радио?!
Дед Оберон выглядел странно. Кулаки его были сжаты и тряслись от напряжения, а глаза гневно сверкали.
– Какое?.. Нет! Это не то твое! Это не то, о чем ты думаешь! – поговорил Роби, стараясь не смотреть на деда.
Шум сменился шипением. Оберон подбежал к внуку, резким движением сдернул одеяло, увидел чайник и застыл, как парализованный.
– Что… – его голос почти потерялся в звуках, издаваемых механизмом, – Что это такое, Роби?
Динамик, наконец, перестал шипеть, и чайник сказал своим собственным электронным голосом:
– Я друг!
Дед Оберон ошеломленно смотрел то на него, то на перепуганного Роби.
– Я нашел его в лесу, – заговорил мальчик, вытирая слезу, побежавшую по щеке. – Просто хотел поиграть. Изучить его… Но он оказался живым, и…внутри было это! – Роби указал на стол.
Увидев шкатулку, дед зашатался. Ему пришлось даже облокотиться на шкаф, а потом и вовсе сесть на пол – кажется, ноги отказались держать его. Не сводя глаз с узорчатой коробочки на столе, он схватился за голову и прошептал с неестественной улыбкой: «Не может быть…» Но довольно быстро совладав с собой, дед Оберон поднялся, подошел к шкатулке и аккуратно взял ее в руки.
– Бери с собой свою машину, – спокойно сказал он Роби, все еще прижимавшему чайник к груди. – И пойдем со мной в гостиную. Я должен тебе кое-что рассказать.
В зале, где в камине еще тлели угли, дед Оберон указал на диван, и, когда Роби сел, пошел к огромному дубовому шкафу слева от входной двери. Открыв дверцы, он выложил на пол несколько старых теплых курток, и аккуратно двумя руками достал из глубины что-то тяжелое, похожее на коробку средних размеров, завернутую в большое серое полотенце. Роби, держа в руках свой чайник, с интересом наблюдал и не решался задавать вопросы.
Сев рядом с мальчиком, дед поставил коробку на колени и принялся медленно разматывать ткань:
– Это называется радио, – сказал он. – То, что включилось у твоего чайника – это оно и есть.
– Для чего оно? – спросил Роби, наблюдая, как из-под полотенца появляется корпус с разными кнопочками, – Оно умеет разговаривать?
– Оно? – Оберон улыбнулся. – Нет, конечно. Оно передает слова других людей. Которые находятся далеко.
– Значит, оно может включить маму?.. Или папу?!
– Нет, – нахмурился дед – Все не так просто…
Когда ткань была полностью развернута, Роби смог рассмотреть коробку с кнопками, похожую на метровый куб, одна из сторон которой была заменена сеткой с маленькими дырочками. Поставив чайник на пол, Роби и задумчиво провел пальцем по странной шкале с циферками сверху на корпусе, стирая пыль.
– А что это за шкатулка? – спросил он, кивнув на дедушкин карман.
Вытащив узорчатую коробочку, дед некоторое время разглядывал ее и, наконец, произнес:
– Это хранилище фриджитов, таких маленьких существ… – на его лице появилась легкая улыбка, – Ты знаешь… Я уж думал, что их больше не осталось.
Покрутив шкатулку в руках, Оберон перевел взгляд на фотографии над камином.
– Так вот… – заговорил он, и Роби показалось, что слова давались ему через силу, – Это радио принадлежало твоим родителям. С помощью него они искали любую информацию о них…
– О ком? – потряс головой мальчик.
– Все! Я больше так не могу! – послышался писклявый, но в то же время грубый голос, и узорчатая крышка шкатулки резко распахнулась, – Мы просто обязаны выяснить, что там происходит!
Из коробочки появилась желтая голова Уола. Он внимательно взглянул на Роби, потом увидел прямо над собой лицо Оберона и, вздрогнув, медленно произнес:
– Здравствуйте…
– Здравствуйте. – вежливо ответил дед, – Как поживаете?
Уол, явно не ожидавший такого обращения, расплылся в улыбке:
– Спасибо, все в порядке. – сказал он и добавил, обратившись к Роби, – Я слышал, как вы тут обсуждаете нас. Что происходит?
– Садитесь поудобнее. – сказал Оберон, – Я вам кое-что расскажу… Роби, поставь, пожалуйста, воду на огонь.
Фриджиты уселись на что-то внутри шкатулки. Роби быстро встал с дивана, подошел к железной плите, набрал из ведра воды и поставил ее на конфорку. Когда он вернулся, дед Оберон начал рассказ:
– Говорят, все это началось очень давно, около трехсот пятидесяти лет назад… Тогда два народа – мы, люди, и фриджиты – жили вместе в мире и согласии. Фриджиты очень помогали нам. Часто они предлагали гениальные решения сложных задач, не прибегая к долгим расчетам и размышлениям… Но вот человек по имени Мордрет по причинам, которых никто уже не помнит, начал уговаривать людей забыть обо всем и сосредоточиться только на одном – на развитии и прогрессе…
– Звучит неплохо – хмыкнул мальчик.
– Да… Но все не так и просто. Мордрет очень быстро завоевал доверие и любовь людей, а потом многое изменилось… – дед погладил бороду, подбирая слова. – В общем, люди решили избавиться от фриждитов.
– Что?! – подпрыгнули Уол, Тум и Миа.
– Подождите… – Оберон остановил их жестом. – Фриджитов стали обвинять в том, что своей ленью они тормозят технологический прогресс. Пошли разговоры о том, что нужно избавиться от этих «тормозов», а потом все перешли к действиям. Люди захотели новых свершений, прорывов в науке. За пятьдесят лет до Великого Апгрейда под предводительством Великого Диктора Мордрета почти все фриджиты были вытеснены из человеческого общества. Конечно, среди людей находились и несогласные, но от них быстро не осталось и следа…