Невеста самурая и три папы

В коридоре книжного никого не было. Только Славик, атакованный «туалетной» бабкой, панически верещал сзади. Отчаянно взывал к людям добрым.

Уже подходя к уборной, я заволновалась: вдруг эта Марина упала в обморок? Или ей стало плохо? Выглядела она неважно, когда побежала то ли плакать, то ли умываться…

Распахнув дверь, я замерла на месте, потому что увидела лужу. Из крана над раковиной хлестала вода. Видимо, труба засорилась, вода не уходила, а переливалась через край на пол.

А еще я сразу же споткнулась о ноги. То, что это были ноги Марины, я поняла по балеткам, потому что запомнила ее красную обувь. Едва я задалась вопросом: «Что происходит?», как осознала, что балетки здесь не сами по себе. Они в туалете вместе со своей хозяйкой…

Чуть подавшись вперед, я увидела, что девушка лежит лицом вниз. Волосы на затылке успели слипнуться от воды, которая продолжала хлестать из крана. Я даже не могу вспомнить, сколько простояла так, с подступающей к горлу тошнотой. Стояла, не в силах оторваться от представшей мне картины, словно это было бог весть какое приятное развлечение. Зато смогла констатировать – она не дышит.

Запыхавшийся Славик вырвался из объятий старушенции, схватил меня за руку и пропищал:

– Бежим!

Глава 1

Кровь и розы

– Я пью кровь, – заявила мамуля, довольно облизываясь. И это в ответ на мой комплимент, что у нее улучшился цвет лица.

Меня замутило. Хотя я не была уверена, от чего именно: высказывание мамули так на меня повлияло или ее же веганское рагу из тыквы с виноградом. Как вы догадались, сегодня мы завтракали чем мамуля послала.

– Ты чью кровь имеешь в виду? – аккуратно поинтересовалась я. Хотя очень хотелось уточнить: уж не отцовскую ли?

Родительница нехотя пояснила:

– Зеленую кровь растений, что дает нам Матушка Природа.

– А-а-а…

– Мамулю охомутала Нелли Колокольчик, – пояснил папа № 3 с таким видом, словно у мамули обнаружили гонорею.

– Что еще за колокольчик? – удивился первый отец, заехавший на солянку нашего отельного шеф-повара, а получивший мамулино рагу.

– С мудацким звоном, – сплюнул папа № 2 и демонстративно отвернулся к окну, возле которого сидел папа № 3 и писал сочинение на тему «Как я провел лето».

Лето и впрямь уже догорало, и из окна ресторана в нашем отеле «Одалиска» виднелось закатное солнце, красноватое и по-августовски печальное.

Папа № 3 всегда вел что-то типа дневника, он называл это летописью семьи. Заглянув ему через плечо, я поежилась, потому что воскресила в памяти даже то, чего не следовало. И задумчиво уставилась на букетик дикой розы на мамулином столе.

После последней истории, приключившейся с нами в Греции, мамуля со Славиком создали кооператив «Розовые». Семена редчайшей розы, обнаруженные нами в гробнице Миния, проросли, но оказались обычным шиповником. И тогда разъяренные клиенты едва не начистили Славке пятак, потому что именно он красовался на всех баннерах.

Рекламу сделали в стиле фильма «Красота по-американски»: Славик стыдливо полулежал, усыпанный розовыми лепестками по самые уши. Не волнуйтесь, пикантные места тоже припорошило.

Папа № 1 помогал замять скандал с розами, после чего нам был вынесен строгий выговор с занесением в личное дело. Сам папа после операции по поимке опасного преступника – пирата Билла – получил благодарность от руководства, премию и отпуск, который так и не использовал. Вы же помните, он всегда борется со злом.

Папа № 3 на волне своей популярности в социальных сетях (спасибо Славику, что вел аккаунт отеля) выпустил давно выстраданную книгу «Пролетая над гнездом без кукушки». Там он поднял острую тему связи поколений и необходимости непрерывного духовного «полета». Но папа № 2 заявил, что третий наверняка посвятил эту книгу мамуле. Потому что ее кукушка как раз давненько покинула гнездо. Мы все очень гордились папой. Ему даже выдали аванс, на который он, добавив свои, купил старенький дом на колесах. И теперь мечтал о странствиях.

Папа № 2 активно готовился к сентябрьским выборам в депутаты, а мы со Славиком занимались его пиар-компанией. Компания была успешной, папа лидировал по всем соцопросам, и я даже решила устроить себе небольшой отпуск. После бурного года мне очень хотелось побыть где-то в тишине, вдали от буйной родни и Славика.

Оттого-то я охотно согласилась на предложение папы № 3 съездить с ним в загородное поместье к его двоюродному брату Нестору Колесникову. Тот жил в пригороде живописнейшего города Углич и давно звал папу к себе «Помедитировать и порассуждать о высоком». Раньше папу не пускала его боевая подруга Дуська, потому что у Нестора, по ее словам, на морде было написано «бабник». Но теперь папа с Дуськой разошлись на почве личных претензий и квартиры. Так что он сам себе как бывший психолог рекомендовал смену обстановки.

Смена обстановки не помешала бы и мне. Папа периодически показывал чудесные фото природы, что слал ему Нестор, и я прямо почувствовала, как меня тянет в путешествие. Было у меня там и одно небольшое дельце. Так, скорее, авантюра, которую я задумала, едва папа заговорил про Углич еще в начале лета. Ведь тогда я думала, что месть – это что-то из разряда холодных закусок. Но тс-сссс. Об этом чуть позже.

Глава 2

Опасный маршрут

– Слышу голос из прекрасного далее-е-ека… – тоненько и противно орал чаечкой Славик, подпевая радио. Пришлось даже нацепить наушники, чтобы не слышать этот вой.

Лирическая мелодия Стинга полилась через уши прямо в самое сердце. Обычно я всем говорила, что не люблю музыку, что она не способна пробиться через броню моей души и взволновать ее. Однако я слегка лукавила. Мне кажется, на самом деле музыка настолько сильно меня волновала, что я сознательно избегала ее душещипательного влияния на мое состояние. И делала вид, что она просто мешает мне слушать мысли. Но в данный момент времени любая музыка была предпочтительнее рулад Славика.

Машина ехала по трассе, а мимо проносились деревья, замершие в ожидании осени. Сейчас же мы наблюдали свежее увядание лета. Такая чудесная стадия, когда осень еще видится золотой и теплой. И ее ждешь, словно ветер перемен.

Чтобы вы понимали, мы мчались в Углич на автодоме папы № 3, причем всем большим семейством, включая Славика. Как это произошло? Очень просто!

Семья-то у меня с приветом. Понимаю, что многие уже давно в курсе. Но на новеньких описание отцов неизменно действует забористо.

У меня, конечно, был папа № 1. Он всегда боролся со злом, потому что работал в полиции и был кристально честным человеком. А вот времени мамуле уделял мало, потому она ушла ко второму.

Папа № 2 был бизнесмен, а не бандит. До того, как пойти в депутаты, он владел сетью ресторанов. Правда, недавно продал их, вложившись в отель «Одалиска», который записал на папу № 3.

Папа № 3 сменил второго на боевому посту. Сейчас он называл себя философом, а Славик подобострастно звал его Учителем. Мамуля же ушла к нему в ту пору, когда третий работал частным психологом и хорошо «отлюбил» ей мозги. Но и от него мамуля ушла в свободное плавание.

Все папы остались с мамулей в дружеских отношениях, а меня считали родной. Конечно, они не сразу подружились между собой, но мы уже пережили вместе столько приключений, что давно стали настоящей сумасшедшей семейкой.

Если кто еще не знает, я владею агентством праздников, хотя окончила юридический факультет: все отцы одобрили выбор, каждый со своей тайной целью. Но юрист я была плохонький, а организатор от бога.

Папа № 2 по случаю купил мне пустующий офис в самом центре. Там я и открыла свой «Шанс от Дарины». Мой пакостный секретарь (а теперь партнер по бизнесу) Славик всегда добавлял к названию приставку «последний».

Вот уж где выдающаяся личность: существо крайне зловредное и ехидное, но без него никак. Он патологически ушаст, психически неустойчив, зато любим дамами всех мастей и возрастов. От Славки всегда можно узнать что-то новенькое: посплетничать и позлословить он мастак. А еще он обязательно поможет, если со мной приключится беда. Правда, беды обычно со мной приключаются как раз по его вине… Он возомнил себя детективом и упорно мечтает сделать из нашего агентства праздников детективное бюро. Но пока я успешно отмахиваюсь, хотя пандемия, конечно, наш бизнес подкосила.

Но вернемся в тот день, когда мы ехали навстречу приключениям. Узнав, что мы отчаливаем, папа № 2 заявил, что ему нужно на какое-то время скрыться от прессы, чтобы не натворить дел прямо перед выборами. И наделать побольше семейных фотографий для своего предвыборного аккаунта. Ибо что может быть приятнее глазу избирателя, чем отдыхающий в русской глубинке чиновник со своей семьей?

– Не Мальдивами едиными, – одобрил Славик, предлагая вышибить слезу у граждан. – Представим им управленца нового типа – в саду, с лопатой, на сенокосе. Обнимающего потного крестьянина.

– Можно хотя бы крестьянку? – скривился папа № 2.

– Вам можно все, – выдохнул Славик, подобострастно присев перед папой № 2 в поклоне. Оказалось, у него прихватило спину. Прельстительное, скажу вам, зрелище.

Мамуля на пике истории с семенами роз ловко попала в закрытый клуб растениеводства «Зеленый глобус», где верховодила дама по имени Нелли Колокольчик. Мамуля быстро и душевно сошлась с ней – обе любили красиво жить – и получила важное партийное задание. Заготовить какие-то экологически чистые сухие травы и коренья для нужд клуба. Нужные растения как раз произрастали в краях, куда мы собирались. Так она и заявила. Думаю, мамуля слегка приукрасила действительность, просто не хотела оставлять бывших мужей без присмотра.

Славик вообще ничего не заявлял, он просто явился в день нашего отъезда с серой сумкой и деловито осведомился, куда положить кота. Лысый и ушастый Ну-и-Ну высунул морду котоолигофрена из просвета в молнии и издал утробный звук, похожий на дудение слона.

Кот, доставшийся Славику в наследство после одного нашего расследования, выглядел инопланетянином.

Нет, я, конечно, видела лысых котов. Но этот был огромный, как мейкун. А на его лысой спине росли редкие курчавые пейсы. В довесок ко всему, у этого животного имелись большие кривые уши. И очень неумное выражение котиного лица. Увидев его первый раз, любой здравомыслящий человек протягивал «Ну и ну-у-у», вот к коту и прилипло это забавное имечко.

Но Славик был от кота без ума, считал его невероятно умным и утверждал, что он ходит на двух задних лапах, когда остается дома один.

Слава Богу, хоть папа № 1 с нами не ехал, не то дом на колесах точно треснул бы по швам. Наш подполковник наконец собрался на отдых в профсоюзный санаторий в Анапе.

– А я хотел поехать в Амстердам! – заныл Славик, едва мы тронулись. Как будто кто-то заставлял его ехать с нами.

– Вот и хорошо, что не поехал, – крикнул из-за руля второй отец. – Мой бывший кореш Леденец пару лет назад съездил в Амстердам, так там с ним такое случилось…

Славик охнул:

– Что, напился и ключ от номера потерял? Как-то мы с мамой в Египте…

– Ага, ключ, только не от номера. А от ж… жетон, короче. Так что теперь он мне больше не кореш. Теперь ему одна дорога.

– К чертовой бабушке? – уточнил Славик.

– «Умерла, дедушка, твоя бабушка…», – продекламировал третий отец. Он очень любил фильм «Любовь и голуби».

– И что с ним стало?

– Пришлось в Европу отчалить на ПМЖ, – хмыкнул второй отец.

– А, ну так в Европе он с жетоном не пропадет. Станет Леденец Карамелькой, – беззаботно махнул рукой приятель.

– Не отвлекайте папу своей чепухой! – возмутилась я.

– Не бойся, доча. Я внимательный водитель. Главное – не встретить лося-токсикомана, – наставительно заметил второй отец.

– При чем здесь лось?

– Они же от запаха бензина фанатеют.

– Лоси-токсикоманы… – Мамуля задумчиво покачала головой и достала из сумочки мундштук. Взяв аскезу на алкоголь, она снова пристрастилась к курению. – Хотя чего там, меня в моем возрасте уже ничем не удивишь.

– Зато я, увидев ваш паспорт, очень удивился. Вы же говорили сорок пять, а там… Нет, цифры, конечно, те же, но от перемены мест слагаемых сумма-то меняется, – хихикнул Славик, не подумав. За что тут же был награжден обидным прозвищем «Глиста в корсете». И подзатыльником.

Папа № 2 тоже хихикал, чем окончательно ввел мамулю в негодование:

– Смотри на дорогу внимательно, штурман. Еще выйдет сохатый…

– Лось – это полбеды. Главное, чтобы не вышло, как у моего дружка Слоника в 90-е. Сбил он у обочины путану по дороге на Москву, а она такая страшная была, что тот лось. Не сразу отличили. Но там, слава богу, все закончилось хорошо. Они даже свадьбу потом сыграли.

– Не может быть! – перекрестилась мамуля, а второй отец постучал пальцем по лбу.

– Да не с лосем, с путаной, дурында.

– Тут еще неизвестно, что хуже, – выдал третий отец.

Я снова воткнула в ухо наушник, потому что выносить перепалки родни долго не могла. Но тут музыка прекратила играть, а на экране смартфона загорелось уведомление Вконтакте. Я смахнула его пальцем и открыла диалоги. Оказалось, пользователь с ником Мари Леклерк прислал мне сообщение.

Имя было незнакомое. Я сразу же зашла и рассмотрела отправительницу во всех подробностях. Фотография стройной девушки на фоне старинного здания с вензелями. Симпатичная, молодая, но снимок так обработан в фоторедакторе, что точно и не скажешь. Сегодня стать молодым ничего не стоит. По крайней мере, в виртуальной реальности. Мамуля подтвердит.

Однако не фото, а первые же строки сообщения привлекли мое внимание. И я аккуратно отодвинула телефон от глазастой родительницы.

«Здравствуйте! Мы вместе являемся подписчиками известной вам личности. Думаю, не стоит уточнять, о ком речь. Я знаю этого человека по другому вопросу и состою с ним больше года в личной переписке и не только. Молю вас, будьте осторожны! Это человек чрезвычайного интеллекта, имеющий широкий кругозор разных знаний и располагающий свободным временем. Ему интересны умные, привлекательные и талантливые девушки, он изучает их чувства и любит принимать участие в их личной жизни. Решайте сами, как и зачем вам с ним общаться, но имейте в виду, что он может дать вам ложную информацию и создать ложное впечатление о себе.

Этот человек создаёт разные образы в зависимости от потребностей и представлений своего собеседника. Несмотря на то, что моё с ним интенсивное и многостороннее общение дало мне новые импульсы и интересные идеи и переживания, было неприятно узнать, что многое из сказанного им не имеет никакой реальной основы. Я не хочу судить или обличать, я признательна ему за необычный и полезный мне опыт, но хочу рассказать об этом женщинам, которые, возможно, захотят общаться с ним лично или открыть ему душу и поделиться своим внутренним миром. Надеюсь на вашу конфиденциальность. Успехов вам, любви и благополучия…»

Признаться, высокий слог, которым было написано письмо, меня озадачил. От неожиданности я заерзала: что за Мари и кого она имеет в виду? Конечно же, я сразу подумала о Дубровском. Состою ли я с ним в переписке? Конечно, нет. У меня в подписках висел какой-то старинный аккаунт, с которого он когда-то мне написывал. Правда, он его давно забросил, потому что старался не оставлять следов, а я просто забыла удалить чат.

Судя по описанию этой Мари, речь шла именно о нем: то, что он жулик и прохвост, известно каждой собаке. Конечно, я бы не стала называть его человеком чрезвычайного интеллекта, но тут можно уйти в пространные рассуждения. У каждого свои представления об умных мужчинах.

Главное, ее сообщение неприятно кольнуло: выходит, я у него была не единственная женщина на свете. Хотя это и так понятно, но каждая девушка верит в чудо. И я была не исключением. Сразу же захотелось написать Мари, задать кучу вопросов: где он сейчас? Когда они общались? Почему она решила написать мне? Что же он такого натворил?

Но уязвленная гордость запрещала мне это делать. Нет, все-таки интересно… Или ну его? Надо отшить эту девицу, не то станет мне написывать и теребить и без того незажившие душевные раны.

«Мне все равно, что с ним. Разбирайтесь сами…»

Набрав это сообщение, я в досаде закрыла мессенджер, отбросив телефон в сторону. И снова включилась в общую беседу, чтобы заглушить звук стучавшего в горле сердца.

В салоне авто между тем шел разговор о Несторе, к которому мы ехали. Мамуля интересовалась величиной его наследства и размерами поместья.

Чтобы не отвлекать папу № 3 от созерцания своего внутреннего мира, а самой отвлечься от мыслей о Дубровском, я взяла на себя роль рассказчика. От папы № 3 про его родственника Нестора я знала немало:

– Его отец был довольно известным в тех краях художником, при советской власти имел много, потом стал жить скромнее, но двум детям – Нестору и его сестре – оставил неплохое наследство. Сыну достался дом, дочке – небольшая коллекция картин. Сестра Нестора была замужем за каким-то крупным бизнесменом из столицы, так что на дом не претендовала. Сам Нестор ведет уединенный образ жизни в поместье, окруженным небольшим парком, рисует пейзажи, пишет стихи. Словом, личность творческая, но без предпринимательской жилки.

– Чему удивляться – он же папин родственник, – закатила глаза мамуля, сразу же теряя интерес к Нестору как к перспективному будущему мужу. – Странно, когда мы были в браке, я про этого Нестора особо не слышала.

– С папой они не виделись много лет, потому что их родители разругались по политическим взглядам на Советский Союз. И вот теперь, когда отца Нестора не стало, решили чаще встречаться, – снова пояснила я, а папа № 3 задумчиво закивал.

Минут через пять мы сделали остановку на заправке, чтобы перекусить в кафе. У третьего отца зазвонил телефон, и мы все дружно уставились на то, как он достает его из холщового мешочка и отходит к окну. Там лучше ловила связь.

– А вы знали, что у третьего есть сотовый? – шепотом удивилась мамуля, а мы недоуменно переглянулись. Вроде бы папа № 3 пользовался благами цивилизации крайне редко. Лично я думала, что он его даже не носит с собой. Пока мы обсуждали, как можно прожить без мобильника в наше время, папа № 3 вернулся. Вид у него был озадаченный.

– Представляете, Нестору срочно пришлось уехать…

– Так мы что, зря половину дороги отмотали? – гаркнул второй.

– Нет, нет, – замахал руками третий отец. – Нестор очень извинялся и сказал, чтобы мы располагали домом, отдыхали и ни в чем себя не ограничивали. Он скоро вернется, а пока объяснил мне, где оставил ключи. Я сказал, что нас несколько больше, чем планировалось вначале…

– Да уж куда больше… – усмехнулась я, а сама подумала, что это даже очень хорошо, что Нестора не будет. Бедняга, завидев нашу компашку, выпал бы в осадок. И никакие медитации и коктейли на спирулине ему бы не помогли.

– У него там даже связи не будет…

– Где это там? – переспросила мамуля, а папа № 3 мечтательно закатил глаза:

– Сахалин! Оказывается, Нестор давно оставлял заявку на випассану. Они будут ездить на заброшенный маяк Анива… Позвонили, в последний момент освободилось место, и он срочно выехал, чтобы успеть на самолет.

– Випассана… Это что еще за штука? – удивился второй отец. – Приставка вип говорит о том, что денежки у Нестора-то водятся. Губа не дура. Даже я себе вип сауну теперь, как бедный политик, позволить не могу…

– Випассана? – уточнил третий. – Все более популярная в России духовная практика, ее участники принимают обет молчания, отказываются от связи с внешним миром и остаются наедине с собой. Никаких гаджетов, никаких социальных связей…

– Да уж… Даже хорошо, что я себе такое позволить не могу, – поежившись, пробормотал второй папа.

– Этот ваш Нестор – тот еще затейник, – хмыкнул Славик. – Сидел бы в своем селе, можно подумать, у него та особо бурные социальные связи.

Мы с мамулей сошлись во мнении каждый сходит с ума по-своему.

Папа № 2, кажется, не особо расстроился, что не сможет лицезреть Нестора. Он отхлебнул из своей чашки, скривился и жестом подозвал тощего официанта:

– Я просил кофе, а ты мне вискарь принес! Гони жалобную книгу!

– Знаешь что! – взвилась мамуля. – Скандаль, пожалуйста, после того, как нам горячее принесут. Не то в отместку харкнут мне в мясо, а потом – привет, гепатит!

– Ой, это бармен ошибся, – проблеял официант, вторя мамуле, опасающейся гепатита. – За второй столик виски заказывали. Может, не надо сразу жалобную…

Папа № 2 отхлебнул еще разок, и блаженная улыбка озарила его гладко выбритое лицо:

– Дурила, я тебе благодарность напишу! Я же уже глотнул. Пусть вон теперь Славка за рулем страдает, а я вытянусь в полный рост, да полежу.

Остаток обеда прошел спокойно. А вот с полным ростом вышла заминка. Дом на колесах явно был не рассчитан на длинных людей, потому папины ноги покоились в туалете. Пришлось приоткрыть там дверь. Третий отец занимал мало места, потому что медитировал на табуретке, высунувшись головой в окно.

Славик с беззаботным видом крутил руль, оставив свою драгоценную сумку на заднем сидении возле мамули.

– Кстати, забыл спросить. С нами же вроде должна была ехать Нонна Колокольчик, – поинтересовался Славик, разглаживая на груди зеленую майку с картинкой брокколи на груди и надписью «Зеленый глобус». Ее презентовала Славику мамуля. А я чуть не поперхнулась водой: только Нонны Колокольчик нам не хватало в нашем дурдоме. Мамуля хороша, могла бы и предупредить, что планирует ехать не одна, а с прицепом.

– Нонна присоединится к нам позже, – заявила родительница. – У нее как раз заканчивается аскеза на путешествия.

– Тебе мало одной пираньи, броколлевидный Зелебобус (папа сокращенно называл мамулину организацию Зелебобусом)? Чую, эта Нонна та еще старая потасканная бабенка в поисках легких денег. Колокольчик не динь-динь.

– Ах, так? – вспылила мамуля. – Не динь-динь? Дарина, ты слышала? Он же просто мстит мне, потому что я завязала с алкоголем, а он – нет. Видишь, его прямо бесы крутят. Ты должен бросить это зло!

– Я тебя бросил уже лет надцать как назад.

– Это еще кто кого бросил?

Разъяренная мамуля схватила стоящую возле нее сумку и, приспустив стекло, вышвырнула ее в окно.

– Все, нет больше твоего вискаря, – удовлетворенно заявила она, вскинув голову.

– Батюшки… Там же Ну-и-Ну… – посерел Славик, наблюдая в стекло заднего вида полет своей сумки. Машина резко дернулась. Мы кинулись к окну и увидели, что сумка приземлилась прямо в густую траву, росшую вдоль обочины. Славик завизжал и едва не выпустил из рук руль, но на автомате продолжал давить на газ.

– Я думала, это упыря нашего сумка, – растерялась мамуля. – Ведь у него такая же, серая… То-то она подозрительно легкой показалась. Наш-то с собой обычно весь бар тащит…

– Вот это ты даешь, фея зеленого лука! – Папа № 2 ошалело глянул на бывшую жену, придвигая к себе такую же, как у Славика, серую сумку. Только с алкоголем.

Я кинулась к двери:

– Разворачиваемся!

– Главное, чтобы он не встретил лося-токсикомана, – меланхолично заявил третий отец, сползая с табуреток.

– Точно! Этот бензиновый наркоша подобъет моего лысика под колеса бросаться! – причитал Славик, выкручивая руль.

К счастью, обошлось без драмы. Оказалось, кот мягко приземлился в какое-то придорожное сено, и сейчас недовольно вымывал свои усы, выбравшись из сумки.

Зато я почему-то сразу внутренне напряглась. Сигнал был получен: отдых переставал быть томным…

Глава 3

Мощнейший приступ пассеизма

После инцидента с котом за руль села мамуля: Славик был весь в корчах и обмороках, оттого вести машину не мог. А я уже успела выпить кофе с коньяком. Его мне подсунул папа № 2, не предупредив. Заявил, что мы как-то тухло едем, и все потому, что не выпили за отпуск. И теперь у меня перед глазами все плыло и подпрыгивало.

Надо сказать, мамуля тоже водила машину весьма экстравагантно. Внутри это ощущалось как что-то среднее между аттракционом веселые горки и центрифугой.

В Углич мы въезжали уже ближе к вечеру, настроенные на философский лад. Тем более в воздухе прямо витала история государства Российского.

– Мощнейший приступ, – задыхаясь от восторга, молвил третий отец.

– Аппендицита? – буркнул второй.

– Пассеизма!

Я приоткрыла окно и задышала с удовольствием. В новых городах и местечках для меня всегда особенно пахло. Тайной и чем-то неизведанным, первозданным. Но город мы проехали, а к месту назначения все не прибыли.

Хотя папа № 3 заранее предупредил, что мы отправляемся в пригород, я с опаской смотрела в окно. Мы проехали указатель, после которого сначала показалась лесополоса, а потом стали мелькать дачные участки.