Край, где поселились люди

Миша приоткрыл кладовку и сразу охнул.

– Е-мое! Да тут склад! Я хренею… Геныч, иди сюда! Поглянь!

– Дайте, я посмотрю… – В проем небольшой кладовки просунулась Мария Савельевна. – Да-а, царство всяких запасов… – она слегка улыбнулась. – О, дает Тамарка…

– Ребят, все! Поиски заканчиваем! – громко заржал Миша.

– Че там? – в кладовку заглянул Сергей. – О, бля! А порядок какой… Во дает бабка…

Взору соседей предстала чудесная картина; на полках и полочках были рядками уложены различные нужные вещи: спички, соль, банки, консервы, пакеты свечей, мыло, порошок и множество других нужных вещей, причем все это была аккуратным образом разложено и чуть ли не пронумеровано.

– Че у нее кухне, интересно?..

Соседи быстро перебежали туда и там тоже продолжили охать и ахать: шкафы были «под завязку» заполнены запасами еды. Все полки старой кухонной мебели были забиты пакетами, коробочками с крупами, сахаром, макаронами, вермишелью, лапшой быстрого приготовления, пачками чая, печенья, различных конфет и прочих продуктов. Опять же везде наблюдался идеальный порядок. Взору компании предстали запасы муки, кофе, специй, супов в пакетиках и даже заботливо перевязанный бечевкой большой тканевый мешок с поджаренными сухарями. Соседи, развязав аккуратные узелки, увидели внутри тщательно подсушенный хлеб, предварительно порезанной на маленькие кусочки. Тамара явно не выбрасывали ничего лишнего, абсолютно все шло у нее в расход, даже остатки небольших сладких булочек и пирогов с вареньем, обрезки этих кулинарных изделий тоже красовались в большом пакете – соседка явно хорошо подготовилась к экстремальной ситуации.

– Вот такую бы женщину нам в часть, на склад, вот бы порядок навела… – восхищенно проговорил Геннадий Петрович.

– Во Тамарка дает…

– А нам как хорошо, как повезло с ней! – воскликнула Татьяна. – Конфетки!..

– Да тут не только конфетки, – весело усмехнулся Миша. – Запасов, конечно… Спасибо, добрый человек! – Он расставил руки и театрально поклонился.

– Ну что, эти запасы давайте не трогать пока, вон, как красиво разложено, все как на ладони… – проговорил Геннадий Петрович. – А в комнату, туда, давайте вещи перенесем, да пожалуй, давайте на сегодня остановимся. Девочки, вы кухней займитесь, хлеб, что нашли, тоже на сухарики порежьте, подсушим, тоже запас будет…

– Там еще овощи нашли, морковь… картошка… – добавила Татьяна.

– Девочки, и это придумайте, как в дело пустить, – мужчина вздохнул. – Сами понимаете, хотели от вас секрет скрыть, но чего тут, все в окно видать, замело по самые уши.

– Можно порезать, тоже подсушить, я когда работала… – заговорила Татьяна, но Миша ее прервал.

– Ладно, девчонки, сами разберетесь, а мы дровами займемся, да постройкой новой печи…

Работа снова была распланирована и разделена, правда, Лиля и Данил никак не могли определиться к какой же компании примкнуть, они вдвоем то помогали мужчинам, то бежали раскладывать найденные продукты.

– Лиля! Зови мужчин к столу, чего разбегались? – крикнула Таня. Ужин уже был готов, а меню было знатным: соус с картофелем, морковью и большими кусочками мяса из запасов соседей снизу.

– Сколько там напикало? – вошедший в комнату Миша сразу протянул руки к новой печке и, разувшись, шагнул на теплую, лежащую на полу, железную соседскую дверь.

– Да семь уже, начало восьмого, Миша, давайте вот тут присядем, – Мария Савельевна расставляла по подоконнику миски с дымящимся соусом.

– А запах… М-м, ай да молодцы наши девчонки! – восхищенно проговорил Геннадий Петрович, да и все, казалось, повеселели от тепла и вкусного ужина. – Сергей, где там бутылочка?

Мария Савельевна сначала нахмурилась и покосилась на мужчин недовольно, но быстро справилась с собой и заботливо продолжила накрывать на стол: в данном случае, в качестве него выступали горизонтальные поверхности трюмо, секретера, небольшого столика и подоконник комнаты.

– Гляньте, какие рюмочки! – Татьяна махнула рукой в сторону стоящей на этажерке посуды. – Уже и не помню у кого они были… Ну ничего, потом разберемся.

– Таня, а ты зачем их прихватила? – засмеялся Геннадий Петрович. – Посуды у нас хватает.

– Да красивые такие, я не удержалась, – хихикнула женщина. – Отдадим потом, я просто… просто понравились… Будем… чтоб красиво было… Будем из красивых рюмочек выпивать.

– Согласен! – Миша, похоже, был тоже в хорошем настроении. – Я бы из обычных даже и не пил бы! А тут – другое дело! Давай, Таня…

– И мне рюмочку налейте, – Мария Савельевна поглядела на красивую, будто чуть заснеженную бутылку водки с красивой блестящей этикеткой.

– О! Сейчас-сейчас, спиртное у Жуковых всегда было класса люкс! – Миша аккуратно откупорил бутылку и разлил жидкость по рюмкам. – Так, давайте, ну что? За нашу новую печь, обмыть надо – красота! – он улыбнулся. – Золотые у нас руки! Где там наша малышня?.. – Миша поднял рюмку и глянул по сторонам.

– Подождите, – Влада выглянула в прихожую. – Тут они, не наговорятся там все никак…

Пара оживленно болтала за дверью, слышался звонкий смех Лили и громкий голос Данила – они что-то оживленно обсуждали.

– Так, молодежь, не опаздываем к столу! – крикнул Геннадий Петрович.

– А мы вот нашли… смотрите!.. – загалдела Лиля, когда пара вошла в комнату.

– Ой, да садитесь уже, неугомонные! – изображая грозный вид, громко произнесла Мария Савельевна. – Горяченькое пока, давайте кушать! «Нашли» они… Мы тут все сегодня что-то нашли.

– Блин, как крысы, конечно, у соседей все перелопатили… – Миша покачал головой. – Блин, я б наверное, охренел, если бы мою квартиру взломали. Хотя, а что делать… наверное, понял бы.

– Я бы тоже охренел, – заржал на всю комнату Сергей. – Но если бы реально соседи в беде оказались, думаю, понял бы. Да, конечно, понял бы все. Если люди замерзают, что делать.

– Нам надо еще квартиры все-таки открыть остальные, сегодня уже пятое – продукты надо спасать, вон картошка почти у всех померзла, выкинули сколько, – Геннадий Петрович махнул в сторону площадки, где стояли, собранные в большие пакеты мусор, различные отходы и пропавшие продукты. – Все это надо в подвал спустить, а с вещами потом можно разобраться. А продукты надо пересортировать, мясо на холод выставить, вон, в «двадцать пятой» холодильник потек, почти все выбросили… Масло на балкон, спасать продукты надо, мало ли…

– Колбасы теперь вон сколько! – Сергей кивнул в сторону лоджии Марии Савельевны. – Балкон весь в запасах.

– Первым делом надо все скоропортящееся готовить…

– Да мы так и делаем, картофель почти весь померз, что осталось… – Таня показала на приготовленный соус.

– Хорошо, что батарейки нашли, а то фонари уже не пашут. Да и с фонариками теперь проблемы нет.

– Ага… Свечи теперь есть. Спасибо, соседи! Давайте за наших жильцов выпьем – не дадут умереть с голоду. – Миша снова разлил по рюмкам бесцветную жидкость. – Потом разберемся… Че, запустим потом машинку, перестираем все, да?

– Да куда денемся… – Присутствующие чокнулись новым приобретением и опустошили рюмки.

– Лиля, так что вы там нашли ценного? – спросил у девушки Геннадий Петрович. С момента их встречи как раз в первый день нового года она также вызывала у него искреннюю симпатию и самые теплые чувства.

– Да ничего особенного, вот… – Лиля откуда-то выудила большой темный конверт.

– Что это? – поинтересовалась Влада.

– Да письмо какое-то, красивое только, гляньте, какие веревочки! – Девушка покрутила конверт в руках и показала всем присутствующим.

– А кому это такое пришло? – сощурилась Мария Савельевна.

– А тут нет адреса.

– Как нет? А чье оно? – Татьяна протянула руку и передала письмо хозяйке квартиры.

– Ага, ничего не написано. А и правда, красивое какое. Как старинное, бумага такая… Не видела такую.

– Обычная крафтовая бумага, у нас на работе есть такая, сейчас модно в такую подарки паковать. Она еще у художников пользуется популярностью, на ней рисуют, – разъяснила Влада.

– Ой, глянь, сургуч! – Мария Савельевна рассматривала конверт со всех сторон.

– А что это? – переспросил Данил.

– Раньше письма ценные сургучом запечатывали, – произнес Геннадий Петрович. – Его расплавляли и заливали на склейку конверта, а когда чуть застывал, наносили оттиск печати почтового отделения.

– А зачем он? Нельзя разве просто заклеить? – снова поинтересовался Данил.

– Дайте мне! – Миша протянул руку и взял конверт. – Ну да, сургуч, как в старину, тут и печать вроде стоит, веревка, гляньте, необычная…

– Да в какую «старину»? Не так давно перестали сургучом пользоваться, моя сестра на почте работала, – Татьяна протянула руку. – Красиво… А что тут?

– Да открой, посмотри – нашли ценность, – Миша потянулся к бутылке.

– Реклама, наверное, – произнесла Влада. – Чтобы людей заинтересовать, вот так красиво сделали. Необычно, сразу обратишь внимание.

– Ой, ну их! – громко сказала Мария Савельевна. – Уже не знают, что придумать! Весь подъезд замусорили своими листовками, каждый день мусор этот убираю, с каждого ящика почтового сыпется. Хоть перестали объявления клеить, видимо, до нашего дома не доходят, устают по дороге.

– Давайте, товарищи, выпьем, что вы там к этому конверту прилипли, – обратился к присутствующим Миша.

– Давай, Мишаня, пусть рассматривают… – Геннадий Петрович чокнулся рюмкой с соседом и с Сергеем. – Данил, ты уже все? Не будешь?..

– Не надо ему. Вон, давление скачет… – сразу замахала рукой Татьяна.

– Что там у него скачет? – громко заговорил Сергей. – Носится с нами наравне как угорелый, дрова вон тесаком вчера рубал!

– Молодец, Даня, – ласково произнесла Татьяна.

– Не, правда, молодец, ты как себя чувствуешь-то? – спросил Миша.

– Нормально! – оживленно ответил Данил.

– Видишь, как труд на пользу идет? Я тебе говорил: гантельки, спортзал, и будешь в порядке, – замечалось, что Сергей очень доволен поведением своего гостя. – Маладэц!

– А давайте за Данила выпьем? – предложила Влада. – Он у нас гость вообще-то.

Сергей сразу заржал на всю комнату, но согласился.

– Давайте, попал парень… Совсем не туда, куда собирался, но уж как получилось…

– А я что хочу сказать, – серьезно произнесла Мария Савельевна. – Данил, ты подумай… да оставайся жить у меня…

Все подняли головы и хотели снова посмеяться над неудачной поездкой парня в чужой город, но увидев крайне серьезный вид соседки, удивленно переглянулись.

– Вот, у меня комната свободная, Вадик сейчас отдельно живет, будешь тут, а надоест, так уедешь…

– Да как же ему надоест? – засмеялся Миша. – У него комната будет с печкой! Отогревать свои кости будет!

Пока компания не совсем понимала смысл предложения Марии Савельевны, но Данила озарила радостная улыбка, он ничего не ответил, но приглашение ему явно понравилось.

– О-о… так ты теперь серьезный член нашей соседской компании! – Сергей хлопнул Данила ладонью по спине. – Точно тогда от качалки не отвертишься! Да вы его просто подставляете, тетя Маша…

– Ой, хорошо бы. Данил, ты так точно поправишься и про все свои болячки забудешь, тетя Маша тебя точно откормит! – кивнула Таня.

– Да он уже нормально выглядит! – засмеялся Миша. – Посмотрите, как он за несколько дней отожрался! А если у тети Маши поселиться, мы его не узнаем!

Лиля улыбнулась, ласково посмотрела на Данила, а потом зашелестела бумагой: она пыталась аккуратно открыть конверт, не повредив печать с длинными веревочками.

– Да разорви его и все! – подсказал Миша.

– Да жалко, красиво так сделали, можно сюда что-нибудь положить, – Лиля так восхищенно это сказала, что присутствующие весело рассмеялись.

– Так что там рекламируют? – поинтересовалась Татьяна.

– Да сейчас, – Лиля заглянула в конверт. – Тут письмо, – она достала белый лист, сложенный вдвое. – Ой, как красиво написано! Какой почерк… с завитушками, – девушка не переставала восторгаться находкой.

– Да читай уже! – занервничал нетерпеливый Миша, а соседи наблюдали за действиями девушки. Она бережно держала в руках листок белой бумаги.

– Тут написано… – Лиля повернула письмо на свет и зачитала: – «Мне нужны двое из вас. И тогда все станет на свои места».

– Ага, и че это рекламируют? Че там еще? – поинтересовался Миша, шмыгнув носом.

– Ничего. Только это.

– Как «только это»?.. – удивился Миша. – Тю… Дай сюда. Тю, и что это за реклама такая? Ничего не нарисовано, ни телефона, ни адреса.

– Дай посмотрю! – Сергей протянул руку. – Что только не придумают. Это вроде как, сиди и думай, или в следующем письме уже расскажут, куда надо за товаром прийти? – он хмыкнул.

– А… тут вот еще! – Лиля выудила из конверта два кусочка темного пластика размером с четверть альбомного листа.

– А ну дайте, что это? – Геннадий Петрович взял находку и покрутил в руках. – Не пойму, наверное, вроде обивки материал какой-то, там должно быть написано, что это.

– Ну да, может, мне такое нужно! – засмеялся Миша. – А где купить, не знаю теперь.

– А что там написано, дайте почитать… – протянула руку Татьяна.

– Ну вы как дети малые! – нервно рассмеялся Миша. – Вот развлечение нашли!.. Когда бы еще ерунду такую рассматривали. Давайте еще по одной. Хорошая водка, – он одобрительно кивнул головой.

– А почему так странно написали… «Мне нужны двое из вас», что это значит? Кто «двое»? К чему это?.. – Таня крутила письмо в руках.

– Ой, придумают чепухи. Как смотришь телевизор, одна реклама: то одну ерунду рекламируют, то другую, – чуть нахмурилась Мария Савельевна.

– Не, ну просто… Что это – «нужны двое»? К чему это?.. Кто «двое», написали бы нормально, а то загадки какие-то…

– Ой, ну а как без загадок? Сейчас надо продавать все, надо выделиться, чтоб заметили тебя! Вот и придумывают, – добавила Влада.

– Это да! Вон помните одно время, фильм заканчивается, и просто мужика показывают, он просто за столом сидит, как дебил, и молчит. А через неделю заговорил, да громко так, я аж вздрогнул, – рассказывал Миша. – Что-то там про услуги и новые акции. Так что Ладка правильно говорит, сейчас надо людей как-то заинтересовывать разными способами.

Сергей протянул руку.

– Дайте мне штуки эти посмотреть? – он взял в руки прямоугольники и стал их ощупывать со всех сторон. – А что это вообще такое… Хрень какая-то… Вроде и не пластик, – он принюхался и посмотрел сквозь квадратики на свет. – И не ткань. На ощупь как смола. Непонятное что-то. Тут вот как трещинки какие-то…

– Да брось ты эту ерунду! – громко произнес Миша.

– Да интересно же… И не пластик, и не ткань, на кожу немного смахивает или на клеенку… – Сергей еще раз принюхался. – Мне похоже на смолу, запах такой странный, как древесный. Тут еще как прожилки какие-то.

– Может, это лекарство? – предположила Мария Савельевна.

– Конечно, от глупости! – сразу резко ответил Миша.

– Лучше бы от холода было, – добавила Татьяна, слегка улыбаясь.

Сергей продолжал крутить в руках пластиковые прямоугольники, а компания перевела тему: обсуждали находки, продукты и будущие планы.

– Давайте уже завтра продолжим… – Геннадий Петрович поднялся с места.

– А с железными дверями что будем делать? Одну еле выломали. Без электричества их не вскроешь, особый инструмент нужен. Можно, конечно, ручной дрелью попробовать, но это гиблое занятие.

– Давайте, обычные пока, устали уже, а потом уже подумаем, что с железными делать, попробуем, может, какие и получится открыть.

– Что значит «получится»? Получится – не получится, а надо вскрывать. – Миша показал Геннадию Петровичу взглядом, что они здесь надолго, и хочешь – не хочешь, а двери надо ломать.

– Да как же мы их откроем, вон у Гены даже не получилось железную снять… – Мария Савельевна встряла в мужской разговор.

– Через окна надо будет лезть, через соседей, там, где не откроем. Электричества нет, а одним топором и молотком мы можем и не выломать.

– Ого… – протянула женщина.

– Давайте, что получится, а там дальше разберемся. Поздно уже, давайте, поужинали и спать, а завтра за работу. Сегодня через балконы никуда не полезем. А лезть придется, пока сухо, если начнет мести, будет опасно.

– Да х*ли там опасного? – усмехнулся Сергей. – Веревкой подстрахуем. Че тут, лоджия к лоджии, одно окно открыл, переступил к соседу – большие дела.

– Так не у всех все створки-то открываются! – громко заспорила Мария Савельевна. – А расстояние большое.

– Да знаете, мы тут цацкаться не можем, стекла разобьем, чтобы ближе было, и полезем, – Миша уже был хорошо навеселе и планировал следующие действия по добыче запасов.

– Ой, да вы что, стекла бить… – взволнованно произнесла Татьяна.

– Да то!..

Геннадий Петрович легонько толкнул в бок соседа, показывая тому, чтобы он не пугал женщин.

– Ничего бить не будем, все аккуратно сделаем. Возможно, ничего не придется разбивать, ну что вы, граждане? А то и правда, как будто мы здесь собираемся год жить!

– А что покушать завтра сделать… Гена? – поинтересовалась Таня.

– Да смотрите сами, у вас все вкусно получается, – Геннадий Петрович глянул на Таню, и та сразу заулыбалась. – Так, соседи, мужчины на перекур, а потом уже можно и готовиться ко сну.

– Ага, пошли, – кивнул Сергей.

Мужчины уже выходили из квартиры, как Миша обернулся.

– Савельна! Мы курить пошли!

– Да вижу я…

– В подъезд идем, Марь Савельна!

– Ну?.. Идите.

– Идем курить в подъезд!

– Да поняла я! Так что нужно-то?..

– Разрешение!

– Да не пойму я!.. – Мария Савельевна привстала с кресла и двинулась в сторону прихожей. – Чего он хочет от меня…

– Э-э!.. – Миша махнул рукой. – Совсем вы про свои обязанности забыли, я смотрю!

– Какие… Что надо тебе, что такое?.. – женщина уже подошла вплотную к соседу.

– Бл*дь! Разрешения у вас спрашиваю! Помните, вы же курить не разрешаете в доме!

– Вот бляха-муха!.. Вот это ты меня из-за этого поднял?!

– Что значит «из-за этого»?! Да вы мне раньше никакого покоя не давали! Да я от вас, как школьник, на собственном балконе прятался и на корточках в щелку дым выпускал, чтобы вы ни в коем случае не заметили, что я покурить вышел! А теперь гляди-ка: «Ну и идите!.. Поднял меня…» Да вы раньше гоняли за мной по всему двору! Забыли уже?.. Я даже машину на другую сторону ставил! И чтобы покурить, в кузов залазил и мешок картошки изображал, чтобы вы меня там не застукали случайно! А Лешка Сенчуков мне свистел с балкона, если вы на горизонте показывались. Да я от жены с бабами так не прятался, как от вас! А что сейчас изменилось? Почему о своих обязанностях забыли?.. Сплошное попустительство – я вам так скажу! Из-за таких, как вы, у нас и будет бардак в доме! Сидит она, ножкой болтает. «Идите!..» – Миша кривлялся в прихожей, а соседи, смеясь, наблюдали за маленьким спектаклем.

– Скажи спасибо, что у меня ноги больные! А то как дала бы тебе сейчас под*опник, чтоб ты заткнулся! – Мария Савельевна развернулась и потопала обратно в комнату.

– Так что, можно в подъезде курить или нет, я так и не понял?.. – Миша состроил крайне серьезную физиономию и, стоя в дверях, демонстративно ожидал ответа.

– Тьфу!

– Безответственная вы женщина, Мария Савельевна! Не знал, что вы такая… Вы думаете, если природный катаклизм, то можно делать, что вздумается и…

– Да дайте ему там хоть кто-нибудь под*опник!! Чтоб он наконец смылся отсюда! – Соседи хохотали, а Миша укоризненно покачал головой и вышел за дверь.

Мужчины покурили, еще раз обсудили насущные дела, замерзли и вернулись обратно.

– Спина ноет… – Миша скривился.

– Намажь его, Таня, вон у меня мазь стоит, возле тебя! Сразу отпустит.

– Давай, одноклассник, ложись!

Миша улегся поперек кровати, а Таня заботливо растирала ему спину.

– Гена, давай и тебя разотру, теть Маша вон крем дала, говорит чудодейственный, – заботливо предложила Таня.

– Не то слово! – Мария Савельевна уверенно кивнула. – Настоящее чудо, только им и спасаюсь.

– Нет, спасибо.

– Ну смотри… А то Миша жалуется, что спина болит, – Таня накрыла «пациента» и вытерла руки салфеткой.

– Ой, как заново народился… – Миша перевернулся, довольная улыбка освещала его лицо. – И главное, тепло теперь, согревающий эффект налицо! Вот чем еще можно спасаться от холода. Много у вас еще этой чудодейственной мази, теть Маш?

– Да тебе хватит, – улыбнулась хозяйка квартиры. – Гена, а ты чего? Давай, пока Таньке руки не помыли, бесплатный согревающий массаж.

– Соглашайся, очень рекомендую, – подмигнул Миша.

Растерянный Геннадий Петрович немного завидовал соседу. У него самого уже несколько дней тоже болела спина. Застужена она была уже давно, еще со времен ночных дежурств на морозе, а после поднятия тяжестей и такого активного проведения новогодних праздников тело ныло и болело. Но сейчас он стеснялся и этой обстановки, и присутствия этой симпатичной Татьяны, и самого себя с невозможностью теперь выглядеть чисто и опрятно.

– Так, давай раздевайся, – женщина заметила некую растерянность соседа и взяла его в оборот. Тот послушно снял кипу верхней одежды и, немного смущаясь, улегся под заботливые руки соседки по этажу.

– О, меня тоже в очередь запишите! – Сергей улыбнулся. – Такие процедуры не помешают моему натруженному телу. Давненько я так не пахал, скажу я вам.

– Сережа… давай я… – раздался голос Влады.

– Ну давай, – Сергей скинул одежду и улегся на маленький диван.

– О-о, устроили тут! Дурной пример заразителен, – Миша уплетал ужин и с набитым ртом говорил крайне невнятно.

Лиля рассмеялась.

– А ты че? – она ткнула в бок стоящего рядом Данила.

– Мне не надо, – испуганно пробормотал тот.

– Ничего не болит? – весело переспросила его Лиля, лукаво поглядывая.

– Не, только плечо.

– Так давай плечо подставляй.

Комната сразу превратилась в массажный салон, а завернутый в плед Миша постоянно ржал во весь голос и комментировал происходящее:

– После всего этого как минимум нужно жениться! Как минимум! Устроили тут оргию. Сильнее его мажь, как меня! Чтоб пекло!

Влада растирала мазью груду мышц под руками и как-то неловко чувствовала себя, будто совершала нечто нехорошее. Лежащий перед ней Сергей, ранее вызывавший только исключительно отрицательные эмоции, сейчас казался совсем другим. Пока он раздевался в полумраке комнаты, ей развернулась перед глазами картина красивого мужского тела: крепкого, накачанного, мощного и такого привлекательного, что она, словно молодая девица на выданье, скромно потупила глаза.

Сергей подначивал:

– Да не дави так! Больно же! Ты мне спину сломаешь, Влада! – Было понятно, что девушка вряд ли может причинить ему боль, но парень продолжал комментировать ее действия, а Влада продолжала краснеть и стесняться. – Ладно, спасибо тебе, добрый человек, и правда, полегчало, а жарко теперь как! Давайте чайку, да я бы еще перекусил?

– Да я давно уже жру, специально вас отвлек, чтобы вы на харчи не налетали, – Миша доедал ужин. – Влада, а ты чего такая красная? – вдруг обратился он к девушке.

– А как ты это заметил, в темноте? – огрызнулась она.

– Это точно, давайте еще свечей зажжем? Как-то уже зае**лись в темноте сидеть.

– Миша, ну ты что! – грозно взглянула на него Мария Савельевна. – Экономить надо!

Костер сменился новой постройкой и больше не освещал помещение, в комнате было совсем темно, и только на секретере стоял фонарик Марии Савельевны, который она прикручивала почти на самый минимум и две свечи на трюмо.

– Давайте свечи!! Экономить вам надо! Экономьте раз надо, только не на мне! Я уже как крот здесь, скоро видеть перестану! Днем темно, шаримся по темному подъезду, сейчас темно, всю ночь темно, доэкономимся, бл*дь, шо ослепнем! – завелся Миша.

– Ну…

– Без «ну»!! Свечи давайте! Не хочу вставать, можно я полежу, согревшись, а то завтра вы пойдете двери вышибать!

Мария Савельевна опасливо попятилась на кухню, где лежал запас свечей.

– Да не вздумайте одну штучку принести!.. Парочку несите еще!

– Чего ты расшумелся? – строго посмотрела на него Таня.

– Ничего, я уже объяснил! А то пока вылезем отсюда, уже и не нужно будет ничего, и так все отморозилось! – Миша уже выпил приличное количество спиртного, и походило, что его уже прилично развезло, да еще и расслабляющий массаж сделал свое дело.

– Надо было не мазать тебя… злой какой стал… – пробурчала Мария Савельевна, занося две свечи в старых стаканах.

– Вот вы, бабы, любите вот это повторять! – Соседи уже ожидали продолжения перебранки, но Миша вдруг успокоился. – Ладно, че с вас взять… мелите, че хотите.

Поужинав, Влада, сидящая возле Сергея, тихо шепнула ему:

– Сережа, а ты меня не можешь проводить до квартиры, мне что-то не очень хорошо… – Она ожидала очередных колкостей, но ее действительно тошнило, кружилась голова, и становилось хуже с каждой минутой. Тот не стал ерничать и только кивнул.