Спор с мажором или как открыть кафе мечты

Глава 17 - Страх

Мои пальцы впиваются в её бедро так, что я только в последний момент беру себя в руки и чуть ослабляю хватку, чтоб не оставить случайно синяки.

Ася ведь и правда как ромашка. Такая же нежная, хрупкая.

Она вздрагивает, но не отталкивает меня. Чёрт возьми, она даже приоткрывает губы — розовые, влажные, слегка припухшие от того, как она их кусала, глядя на того ничтожного ублюдка в клубе.

Того придурка. Владельца кофеен или кем он там представился? Идиот.

Я прижимаю её к кожаному сиденью, чувствуя, как её грудью быстро дышит, как предательски дрожат её бёдра. Она хочет этого. Хочет меня. Даже если сама ещё не до конца поняла.

— Ты специально, да? — мой голос звучит хрипло, я едва узнаю себя. — Специально дразнишься с этими...

Мои губы скользят по её шее, зубы сжимают тонкую кожу. Она вскрикивает, и я чувствую, как её ногти впиваются мне в плечо.

Чёрт.

Я теряю контроль. Теряю его с каждой секундой, с каждым её предательским вздохом. Она пахнет чем-то сладким — духами, виски, собой. И я ненавижу себя за то, что не могу оторваться.

— Марк... — она шепчет, и в её голосе... – Пожалуйста…я не …

Страх.

Я замираю. Отстраняюсь на дюйм, чтобы увидеть её лицо.

Она боится.

Не просто взволнована — её зрачки расширены, губы дрожат, а пальцы сжимают мою рубашку так, будто она между желанием оттолкнуть и притянуть меня ближе.

— Ты что? — я сжимаю её подбородок, заставляя смотреть мне в глаза. Голос звучит резко, но внутри — чёртова пустота. — Меня боишься?

Она не отвечает. Но я вижу ответ в её глазах.

Да.

Я отбрасываю её от себя так резко, что она едва не ударяется спиной о дверцу, но я успеваю её придержать за плечо.

— Дура непроходимая, — выдыхаю я, включая зажигание. Машина взрывается рёвом, будто чувствует мою ярость. — Сиди и не шевелись.

Я давлю на газ, выезжая на пустынную ночную трассу. В голове — каша из гнева, желания и...

Ярость!

Она боится меня.

После всего. После каждого взгляда, после каждого раза, когда я ловил себя на том, что ищу её в толпе. После того, как сегодня вечером убил бы того ублюдка за один только намёк на то, что он может к ней прикоснуться.

Она думает, я такой?

Я бросаю взгляд на неё. Она прижалась к окну, пальцы сжаты в кулаки.

— Ты вообще понимаешь, что твоя игра могла закончиться иначе? — резко бросаю я.

Она молчит.

— Этот придурок. Саша или как там ..— я почти рычу его имя, — он бы тебя не остановился, если бы ты ему позволила.

— А ты остановился бы? — она вдруг поворачивается ко мне, и в её глазах — вызов.

Машина дёргается, когда я резко торможу у её дома.

— Вот в этом вся твоя проблема, Ромашка, — я выключаю двигатель и поворачиваюсь к ней. — Ты не видишь разницы между желанием и отбитостью.

Её глаза расширяются.

— Да, я тебя хочу, — мой голос звучит низко, почти зверино. — Чёрт возьми, я хочу тебя уже месяцы. Но если бы ты сейчас сказала «нет» — я бы остановился. Потому что мне надо, чтоб ты сама захотела.

Она открывает рот, но я резко выхожу из машины, распахиваю её дверь.

— Вали. Пока я не передумал.

Она выходит, шатаясь. Я вижу, как она хочет что-то сказать, но я уже захлопываю дверь.

“Идиотка.”

Я завожу машину, но не уезжаю. Смотрю, как она заходит в подъезд. Жду, пока свет в её окне не загорится.

Только тогда я бью по рулю так, что боль отдаётся в запястье.

Боится.

Я смеюсь. Громко, жёстко, без капли веселья.

Потом включаю первую передачу и уезжаю.

Моя квартира — стерильная пустыня из стекла и стали. Тишина здесь гудит в ушах громче, чем рёв двигателя на максимальных оборотах. Я бросаю телефон на диван. Он молчит. Она молчит.

Ну и хрен с ней. Пошла она…Ромашка бестолковая.

Я пытаюсь работать. Раскрываю отчёт. Цифры пляшут перед глазами, сливаясь в её профиль — тот самый, когда она смотрела на меня в клубе, вызывающе, с ненавистью и... чем-то ещё.

Чем-то, что сводило меня с ума.

«Дура непроходимая...»

Цокот каблуков на площадке. Женский смех.

Сердце ёкает — бессмысленный, тупой рефлекс. Не она.Никогда не она.

Я наливаю виски. Лью до краёв. Пью залпом. Ожог в горле — слабое подобие того, как она жжёт меня изнутри.

Она боится.До сих пор вижу этот взгляд. Широкие, испуганные глаза, будто я монстр, а не...

А не что?

Я бью кулаком по столешнице. Стекло трещит. По костяшкам стекает кровь. Физическая боль — сладкое отвлечение.

Воспоминание врезается, как нож:

Её шея под моими губами. Тонкая кожа, чуть солоноватая от пота. Её предательский стон, когда мои зубы сжали её. Она не оттолкнула. Наоборот — её тело выгнулось навстречу, как будто искало моих прикосновений. А потом... Потом этот проклятый страх. Как ледяная вода.

Я хватаю ключи. Не могу здесь оставаться. Эти стены давят, пропитаны её призраком. Запахом её духов — лёгких, цветочных, таких именно её.

Возвращаюсь в клуб. Шум. Музыка. Алкоголь. Псевдо друзья. Какие-то знакомые девушки. Одна из них особенно настойчива. Губы, как у неё. Но глаза не те. Никто не смотрит так — с вызовом и одновременно с такой... уязвимостью.

Она тянется ко мне:

– Марк, давай уедем отсюда…

Её пальцы скользят по моей руке.

Я резко отстраняюсь.

— Отвали.

Её обиженный взгляд и я задумываюсь. А может зря?

Трахну сейчас эту, да и все.

Какая разница? Она не она.

Но твою мать…разница есть.

Я хочу её. Асю. И не просто переспать. Я хочу увидеть в ее глазах не страх, а доверие.

Любовь…

Твою мать, с каких пор я стал таким гребанным романтиком? Что она со мной делает?

Я выхожу на улицу. Ночь холодная. Воздух не освежает, только глушит ярость, превращая её в тяжёлую, гнетущую боль где-то под рёбрами.

Машина мчится по ночному городу. Я давлю на газ, будто пытаюсь убежать. От неё. От себя. От этого чувства.

Внезапно — поворот не туда. Не к квартире. Знакомый квартал. Проклятый дом. Её окно на третьем этаже... горит.

Я торможу в тени деревьев. Глушу двигатель. Что я тут делаю?

Она появляется в окне. Сидит против света. Маленькая, хрупкая.

Моя Ромашка.

Она что-то держит в руках... Лист бумаги? Чертеж кафе?

Бешеная волна чего-то тёплого и колючего накрывает меня с головой.

Гордость за неё? Восхищение?

Чёрт возьми, она, наверное, ночами сидит над этим сараем, который я ей впаял. Из принципа. Чтобы доказать... Мне?

Или правда осуществить свою мечту?

«Ты не видишь разницы между желанием и отбитостью...»

Мои слова. Громкие. Резкие. Как пощёчина. Я вижу, как она вздрогнула тогда.

Боится...

Она отходит от окна. Свет гаснет.

Я сижу в темноте, сжимая руль так, что кожаный чехол скрипит.

Дура. Слепая, упрямая, невыносимая дура.

Не видит, как я сгораю. Как каждый её взгляд, каждая улыбка, каждая глупая выходка вгоняет под кожу занозу, которую не вытащить. Не понимает, что «Волковецкий» — это щит. Броня. Что под ней...

Я резко завожу машину. Фары режут тьму.

...под ней просто мужчина. Который хочет её так, что это пугает его самого. Который готов сломать всё на свете, лишь бы она перестала бояться.

И который завтра утром поедет на своё чертово совещание в компанию отца. Потому что так надо.

Но потом...

Потом я приду к ней. И мы поговорим. Без игр. Без провокаций. Без этой чертовой стены страха.

______________________________________________________________________

Дорогие читательницы,

Приглашаю всех в горячую новинку

Киры Лейн “Запретная любовь мажора”

https://litnet.com/shrt/Pguy

Глава 18 - Проблемы

На следующее утро

Будильник звонит в шесть, и я чуть не падаю с кровати, пытаясь его выключить. Голова гудит, глаза слипаются, но мысль о том сколько у меня сегодня дел заставляют меня вскочить.

А еще воспоминания о том, что было вчера…

Дура, что я блин устроила? Зачем просто провоцировала?!

Я-то с Волковецким уж точно не собираюсь ничего общего иметь.

После универа, я приезжаю к кафе за десять минут до назначенного времени — и застаю Марка уже на месте. Он стоит, опершись о стену, и что-то говорит по телефону. Увидев меня, кивает и заканчивает разговор.

— Ты жива. Удивительно.

— Я же сказала, что готова, — ворчу я, поправляя сумку на плече.

Дождь начинается внезапно — тяжелые капли барабанят по разбитому окну, будто пытаются прорваться внутрь, завершить то, что не удалось потопу. Вода стекает по стеклу извилистыми дорожками, искажая огни уличных фонарей, превращая их в расплывчатые пятна.

Я сижу на подоконнике, обхватив колени, и наблюдаю, как Марк методично обходит помещение, то и дело останавливаясь, чтобы что-то записать в блокнот. Его движения точны, выверены — как у хирурга перед операцией.

— Полная замена коммуникаций, — бросает он через плечо, даже не глядя на меня. — Стены — антисептическая обработка плюс гидроизоляция. Пол… — Он наступает на край доски, и та с треском поддается. — Пол — демонтаж и новый настил.

— Это сколько будет стоить? — спрашиваю я, стараясь, чтобы голос не дрогнул.

Марк наконец поднимает глаза. В полумраке его взгляд кажется почти черным.

— Больше, чем ты думаешь.

Я сглатываю. В голове уже крутятся страшные цифры, но озвучивать их не хочется. Вместо этого я спрашиваю:

— И как будем выкручиваться?

— «Мы»? — Он ухмыляется. — Пока что это твои проблемы, Ромашка. Я лишь инвестор, помнишь?

— Но ты же не позволишь проекту провалиться…

— Не позволю? — Он резко закрывает блокнот и делает несколько шагов в мою сторону. — А что, я теперь твой гарант?

Я не отвечаю. В его голосе звучит опасная нотка, и мне вдруг становится холодно, несмотря на душное помещение.

— Хочешь знать, как это работает? — Он останавливается в полуметре от меня, и я невольно вжимаюсь в стену. — Ты просишь денег — я даю. Но за каждую копейку ты должна отчитаться. За каждый шаг — ответить. И если что-то пойдет не так… — Он наклоняется так близко, что я ощущаю терпкий, с горчинкой, запах его одеколона. — Это будет твоя ответственность.

— Я готова, — выдыхаю я.

— Нет, не готова. — Он выпрямляется и проходит по комнате, словно подбирая слова. — Ты до сих пор думаешь, что это игра. Что если что-то пойдет не так, я приду и спасу тебя, как в сказке.

— Я не…

— Не ври. — Его голос становится тише, но только жестче. — Ты боишься. И правильно. Потому что страх — единственное, что удержит тебя от глупостей.

Дождь за окном усиливается, и где-то вдали гремит гром.

— Так что же мне делать? — спрашиваю я, глядя на свои дрожащие пальцы.

Марк вздыхает, внезапно сбрасывая маску холодного дельца. Он подходит ближе и неожиданно кладет руку мне на плечо.

— Учиться. Быстро. И не ошибаться.

Его прикосновение теплое, почти успокаивающее, но в глазах по-прежнему сталь.

Скоро приедут подрядчики оценить фронт работ.

У меня округляются глаза:

– Что? Ты уже…

Марк хмыкает.

– Конечно. Я привык решать проблемы сразу. Кстати, – он внезапно меняется в лице. Делается более…человечным что ли…– Ась, я хотел с тобой поговорить. О вчерашнем вечере…

Сердце пропустило удар.

Ну, вот, блин! Чего я и боялась.

В этот момент подъезжает машина, и из нее выходят трое мужчин в рабочей одежде. Подрядчики.

Переговоры идут тяжело. Марк торгуется за каждую копейку, требует гарантий, ставит жесткие сроки. Я пытаюсь вставить свои замечания, но быстро понимаю, что мое мнение здесь — просто формальность.

Когда все наконец уезжают, я опускаюсь на ступеньки и закрываю лицо руками.

---

Когда все наконец уезжают, я опускаюсь на ступеньки и закрываю лицо руками.

— Ты вообще понимаешь, что мы только что подписали? — спрашиваю я, чувствуя, как голова раскалывается от напряжения.

— Контракт на ремонт.

— Контракт, по которому они должны уложиться в три недели! Это нереально долго!

Марк садится рядом и неожиданно улыбается.

— А кто говорил, что будет легко?

Я хочу что-то ответить, но в этот момент его телефон звонит. Он смотрит на экран, и его лицо мгновенно становится каменным.

— Мне нужно ехать. — Он встает, отряхивает брюки. — Ты разберёшься с закупками материалов?

— Я… Да, наверное.

— Хорошо. — Он уже отходит, но вдруг останавливается. — И, Ася?

— Что?

— Дождись меня, ладно? – Марк заглядывает мне в глаза. – Я заеду заа тобой. Мы съездим в ресторан, поужинаем и поговорим.

Блин. Из его уст эти слова звучат почти как угроза.

---

К вечеру я уже ненавижу всё на свете. Поставщики материалов оказываются не такими уж и надёжными, цены вырастают в два раза, а один из них вообще заявляет, что нужного мне кирпича нет в наличии.

Я сижу в углу будущего зала, обхватив голову руками, и думаю, как же всё это объяснить Марку.

Дождь за окном превращается в монотонный шелест, сливается с гулом в висках. Я сижу на голом бетонном полу, прижимаюсь спиной к холодной, сырой стене и тупо смотрю на экран телефона. Цифры в смете от нового поставщика пляшут перед глазами, насмешливо увеличиваясь вдвое по сравнению с утренними обещаниями.

"В связи с изменением рыночной конъюнктуры", – гласит сухой текст письма. Конъюнктура. Словечко. А для меня это значит крах. Как теперь уложиться в бюджет Марка? Как вообще что-то закупить?

"Не подведи меня".

Его слова — холодные и тяжёлые, как камни, давят на грудь сильнее, чем осознание провала. Я зарываю лицо в колени, пытаясь заглушить панику, накатывающую волнами. Хочется кричать. Или просто исчезнуть. Вместо этого я сжимаю кулаки, чувствуя, как ногти впиваются в ладони.

Именно в этот момент скрипит дверь.

Я вздрагиваю, резко поднимаю голову. Сердце бешено колотится — Марк? Уже? Как объяснить этот провал? Но вместо знакомой высокой худощавой фигуры в дверном проёме, подсвеченном тусклым светом уличного фонаря, стоит... громадная, мускулистая и…тоже знакомая.

Рома.

__________________________________________________________________

Глава 19 - Извинения

Дождь за окном усиливается, превращаясь в сплошной гул, будто город вокруг исчезает, растворяясь в потоках воды и бликах фонарей. Я поднимаю голову — и в этот момент он появляется. Рома. Его силуэт вырисовывается на фоне света, льющегося из коридора: высокий, широкий в плечах, с мокрыми, спутанными волосами, которые прилипли ко лбу. Капли дождя скатываются по его скулам, по шее, по рукавам мокрой футболки, которая плотно облегает каждую мышцу, выдавая его силу и упрямство.

— Ась... — его голос звучит непривычно глухо, будто он только что пробежал несколько километров или боролся с ветром. Я не двигаюсь. Смотрю на него, на его руки, зажимающие зонт с ромашками, на глаза, в которых отражается усталость, желание и страх. Он прикусывает губу, и я понима

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.