Ностальгия по крови

9 декабря

– Тут нужна скорость «дворников» не меньше пятисот, – проворчал Марко Безана, включив стеклоочиститель.

И вдруг заметил, что по лобовому стеклу стекает вовсе не вода. То есть вообще ничего не стекает, зато по краям стекла образовалась белая полоса. Только снега не хватало! Придется свернуть направо и заехать в придорожное кафе, кстати, там и репортаж можно дописать. Он не мог именно сегодня вечером застрять в непогоду на объездной дороге вокруг Милана.

– Что, духу не хватает, водила хренов? Ну, давай же! – крикнул он.

И сам не понял, к кому относилось это от души прозвучавшее «хренов»: к грузовику, который его чуть не подрезал, или к начальнику отдела, из-за которого вечно происходят какие-то неполадки, как будто это ему придется оплачивать карту.

Потом пропала телефонная связь: батарейка села. А он, как назло, забыл дома зарядное устройство, которое втыкается в прикуриватель.

Безана припарковался возле придорожного ресторанчика, пригнувшись, выскочил из машины, хлопнув дверцей, и, закрыв голову рюкзаком, вбежал внутрь.

– Ну и погодка, а? – сказала ему сидевшая на кассе девушка.

За последние десять часов она была единственной, на кого было приятно посмотреть. Именно этого ему так хотелось.

Он подошел к кассе своей вальяжной походкой, из-за которой всегда выглядел подвыпившим, даже когда был трезв как стеклышко.

– Значит, придется здесь заночевать? – с улыбкой спросил Безана.

Было ясно, что девушка скучает, значит, за ней не грех и приударить. К тому же надо попросить ее об одолжении: ему необходимо срочно зарядить мобильник.

– Моя смена кончается в восемь. Я могу попросить сменщика, чтобы он вас приютил, – улыбнулась она в ответ.

Ага, значит, повезло: она им заинтересовалась.

Передав ему две пачки сигарет, девушка принялась помогать в выборе закуски.

– Вяленая говядина? Мне? Боже упаси! Я и правда голоден не на шутку, – произнес Безана, указывая на богатый выбор бутербродов с салом и корейкой. – А для начала, пожалуйста, среднюю кружку пива.

Он не смог бы объяснить, когда успел так проголодаться после той мерзости, которую видел недавно. Даже бегло взглянув на те фотографии, половина задействованных журналистов откровенно блевали.

Безана выбрал столик в глубине зала, с видом на шоссе. Тем временем к снегопаду присоединилась темнота, и, если б заведение не было таким убогим, можно было бы подумать, что сидишь в плавучем ресторане.

– Сейчас все разогрею и принесу! – крикнула девушка.

Зал был просторный, но абсолютно пустой. Учитывая, что уже вечер, а посетителей не было, его новая знакомая могла бы притвориться, что ресторан принадлежит ей. Как знать, может, это ее заветная мечта.

В любом случае настал момент попросить ее о помощи с зарядкой телефона.

– Спасибо, вы просто сокровище. Но не могли бы вы оказать мне еще одну небольшую услугу?

Она улыбнулась, держа в руках бумажную тарелку с горячим бутербродом.

– Достаточно уже того, что вы не просите прикурить, – ответила она, увидев перед ним на столике айпад, а в углу рта – погасшую сигарету.

Безана тряхнул головой и объяснил, в чем дело, не упустив случая упомянуть при этом, что должен срочно позвонить шефу, потому что у него в руках сейчас находится бесценный материал.

– Какое-нибудь преступление? – Девушка застыла на месте, не выпуская из рук телефона.

– Жестокое и омерзительное, – ответил он и легким движением подбородка дал ей понять, что если она быстро найдет и принесет зарядник, то получит небольшое вознаграждение.

– Ой, да, конечно, извините, – смутилась она и послушно отправилась выполнять просьбу.

Спустя минуту девушка вернулась с кружкой домашнего пива, благо никто не проверял запасы. В глубине души незнакомец, сидевший перед ней, здорово ее заинтересовал. И игра пошла на равных.

– Как замечательно, – прокомментировал Безана, – как раз то, что нужно. А как вы догадались, что мне так лучше пишется?

Девушка довольно улыбнулась и быстро, но вполне в рамках приличия, уселась за его столик. В этот момент зазвонил телефон.

Безана вскочил и ринулся за кассу, чтобы ответить. Ситуация сложилась неловкая, но он быстро снял напряжение, весело подмигнув. Новая подружка поспешила за ним, чтобы послушать его разговор с начальством.

– Пять тысяч, и никаких разговоров, – заявил Безана. – Я уже тридцать лет занимаюсь этим делом, но никогда не видел ничего подобного. Следователи явно напали на какой-то сатанинский след, чтобы вы поняли. У меня садится телефон, поэтому буду краток. Ее выпотрошили, а кусок икроножной мышцы обнаружили метрах в ста в стороне. Шесть тысяч? Прекрасно. Но я вынужден писать в придорожном кафе, так что держите мое место на странице до последнего. Знаю, знаю, что без проблем.

Девушка смотрела на него как загипнотизированная. Она была готова поить его пивом хоть всю ночь. И в восемь часов ее, ясное дело, никто не сменит.

10 декабря

На следующий день в редакции царило мрачное настроение. Перед ежедневным совещанием директор поругался с начальником отдела из-за того, что тот доверил такой резонансный случай «этому зануде Безане, который вот-вот выйдет на пенсию, а не Луке Милези, восходящей звезде».

– Милези вчера был в Риме на съемках телепередачи, – ответил начальник отдела, – поэтому пришлось послать кого-нибудь вместо него…

– Зато теперь мы от него не отделаемся, – раздраженно отмахнулся директор. – Ты же знаешь, какой он упрямый. Скажет, что теперь это дело за ним.

Около часу дня, когда кончилось совещание, перед начальником отдела встал еще один неприятный вопрос. Вернувшись к своему столу, он обнаружил, что его дожидается Илария Пьятти. Рано или поздно кто-то должен сказать ей, что у нее нет шансов устроиться в газету. Времена нынче суровые, кругом увольнения, тяжбы с профсоюзами… Бедная девчонка проходила стажировку в очень неудачный момент.

Он поздоровался с Иларией и внимательно на нее посмотрел. В редакции она и так всегда появлялась какая-то взъерошенная, а теперь была еще и мокрая насквозь. Снег сыпал без остановки, это верно, но хватило бы и зонтика. Но девушка надела непромокаемый плащ и высокие рыбацкие резиновые сапоги, словно редакция была рекой, которую надо переходить вброд.

– Привет, Роберто, будет для меня минутка?

– Ну что за день такой! Я спешу.

– Да нет, послушайте, я…

Начальник на секунду прикрыл глаза. Прошу тебя, только не спрашивай, есть ли у тебя в редакции будущее. Ну хоть сейчас не спрашивай.

– Так вот, мне бы… мне бы поговорить с Безаной. Знаете, я прочла статью… и, кажется, напала на след.

– Напала на след? Ты?

Пьятти затаила дыхание. Бедняга, достаточно самого ничтожного повода, чтобы выбить ее из колеи. Конечно, это смешно… Те шесть месяцев в газете, когда все шло хорошо, она занималась дорожно-транспортными происшествиями. Уж куда больше эмоций… А в других случаях – подрисуночными подписями или редакционной почтой.

– Нет, в том смысле, что… думаю, дело в том… В общем, я сопоставила события, и следовательно…

– И следовательно?

Ну и мямля эта Пьятти… Особенно когда надо спешить. Девушка нервничала, ходила вокруг да около и все не могла изложить свои мысли за пару секунд, как положено: коротко, четко и просто. Может, думает, перед ней аналитик?

– Сле-до-ва-тельно… – бормотала она, все больше путаясь. – Следовательно… В общем, я думаю, здесь можно говорить о серийном убийце.

Начальник расхохотался. Это уж действительно слишком. Хватит, терять время он больше не может.

– Иди и расскажи это Безане, – ответил он.

– Обязательно. У вас есть его телефон?

Потратить целых десять минут, чтобы спросить номер телефона Безаны? Наверняка он тоже рассмеется ей в лицо. И потом, такие люди всегда чувствуют себя не в своей тарелке, когда берут на себя ответственность.

– Попроси секретаршу дать его номер.

– Хорошо. Спасибо, спасибо.

За что спасибо? Никто не даст ей написать и слова об этом убийстве. Что она о себе думает? Но главное – чтобы она убралась. И убралась по возможности быстро.

11 декабря

Несмотря на снегопад, Безана снова уселся в машину. Надо было срочно вернуться в Боттануко [1], чтобы еще раз поговорить со следственной группой. Если туда уже набежали телевизионщики, Милези станет на них давить, чтобы отобрать у него дело. Но извините, это его дело, даже если оно станет последним.

Зазвонил мобильник. Номер был незнакомый, и Безана покосился на телефон с подозрением.

– Да?

– Добрый вечер, доктор Безана, извините за беспокойство, это Илария. Илария Пьятти.

– На дворе пока день, – сухо отрезал Марко.

– Ах да, конечно, извините. Добрый день.

В редакции ее называли занудой приставучей. Впрочем, кто-то называл и по-другому, а кто-то вообще предпочитал ее не замечать. Зануда – она зануда и есть. Что ей от него нужно?

– Говорите.

– Ну вот… я бы хотела… хотела бы поговорить.

– Говорите, – повторил он.

Как же с ней трудно разговаривать, а главное – никогда не переходит сразу к сути.

– Это долгий разговор, мы можем встретиться в каком-нибудь кафе?

– Не могу, я еду по шоссе на Бергамо. Но я вас слушаю. И постарайтесь быть максимально краткой. Я за рулем. Скажем так, в вашем распоряжении пятьдесят букв, включая запятые.

– Хорошо… Итак… Я полагаю, что Неизвестный Субъект – серийный убийца, – выдохнула девушка.

Безана расхохотался.

– Навскидку у нас таких Неизвестных Субъектов то ли шестьдесят, то ли семьдесят. Тут вполне можно было убрать и ваше «хорошо», и ваше «итак». Вы вообще хотите научиться ремеслу журналиста или нет?

– Конечно, конечно… спасибо.

Наступила тишина. Пьятти явно ждала ответа.

– А почему вы решили, что это серийный убийца? Потому что он выпотрошил тело? Следователи пока что выдвигают гипотезу о сатанизме. Именно из-за кучи внутренностей и найденной в лесу икроножной мышцы. Однако утверждать что-либо еще рано.

– Я знаю, знаю… – не унималась она. – Но место преступления наводит меня на мысль…

– Пьятти, мне действительно нравится ваша увлеченность этим делом, но мы с вами не историю в «Мире криминала» читаем, – оборвал ее Безана.

Ну ладно, она двадцатилетняя стажерка, которую скоро выгонят из редакции, но он-то тут при чем? Его тоже могут выгнать в любой момент.

– А на месте преступления, случайно, не находили шпилек, иголок или еще чего-нибудь острого?

Безана резко затормозил. Какой-то идиот на «Субару» обогнал его справа, не включив поворотник.

– Шпилек? Понятия не имею, – отозвался он.

– А у жертвы во рту не было земли?

– Не знаю.

– Жаль, – сказала Пьятти, – если б было, все бы полностью совпало. Даже дата: восьмое декабря.

– Совпало с чем? – уточнил Безана с видимым любопытством.

– С другим преступлением, – наконец-то четко ответила Пьятти.

– С каким?

– Был похожий случай в девятнадцатом веке, – прошептала девушка.

Безана тряхнул головой. Эта девчонка вытащила на свет божий случай из девятнадцатого века. Сколько же терпения для этого понадобилось…

– Ну хорошо, Пьятти, премного благодарен вам за беседу. Но теперь вынужден попрощаться. Мне надо заехать на заправку. Удачи вам во всех начинаниях.

– Спасибо. Будем надеяться, – тихо ответила она.

Безана вылез из машины с улыбкой. Он тоже кое на что надеялся. Похоже, теперь у него в придорожном ресторане появилась любимая официантка. Как знать…

11 декабря

Прежде чем зайти в квестуру [2] Бергамо, надо было заскочить в Бонате-Сотто [3], к Розе, сестре его бывшей жены. Не то чтобы она ему нравилась, но ее муж работал в уголовной полиции. Джорджо – парень шустрый и пронырливый, с ним надо дружить.

Всякий раз, оказываясь в этих краях, Безана чувствовал, как сжимается сердце. Они вызывали у него клаустрофобию. Сколько раз они с Мариной ссорились, прежде чем она его бросила. Она не хотела жить в Милане, а он отказывался от жизни в маленьком двухэтажном домике с садом. Потом, правда, Марина начала себя слишком хорошо чувствовать в Милане. Может, если б он ее послушал и они поселились в каком-нибудь пригороде в Ломбардии, она бы не влюбилась в молодого налогового инспектора. По ее словам, именно этот парень приобщил ее к городской жизни, а вовсе не Марко, который не вылезал из редакции.

Отличить домик Розы от других совершенно одинаковых двадцати домов – целое приключение. Лучше ей позвонить.

– Марко? А что ты делаешь возле моего дома? Я тебя вижу в окно.

– Правда? А я хотел немножко срезать путь. Угостишь кофе?

Пока Безана парковал машину, снова пошел снег, и он вбежал в калитку и громко потопал ногами на соломенном коврике с надписью «Добро пожаловать», счищая грязь с ботинок.

Роза обняла его и взъерошила ему волосы, стряхивая с волос хлопья снега.

– Вот уж сюрприз так сюрприз! Ты здесь из-за убийства той румынки?

– Угадала.

– Давай заходи. Кевин еще в школе. Ты обедал?

Безана помотал головой. С тех пор как стал жить один, он часто ужинал, просто бросив на сковородку какой-нибудь полуфабрикат, тальятелле со свининой или дьявольскую курочку [4]. На всю готовку – десять минут. Идея съесть чего-нибудь домашнего его почти растрогала.

– Я тоже не обедала. Давай приготовлю тебе пасту с чем-нибудь.

– Спасибо.

Его бывшая свояченица была миловидной и очень похожа на Марину. Но в последнее время сильно раздалась. Теперь она жила ради еды. С мужем они уже давно ни о чем не говорили, кроме как о ресторанах, в которые надо зайти. Безана терпеть не мог заезжать к ним по выходным, потому что возвращался домой, прибавив добрых два кило.

– Карбонара пойдет?

– Ничего себе! – присвистнул Безана, проходя через гостиную, обставленную мебелью в этническом стиле. Можно подумать, этот чертов домишко возле Бергамо – прямо колониальная вилла где-нибудь на Бали или Малинди [5].

– В прошлое воскресенье я видела твоего сына, – сказала Роза, входя в кухню.

– Счастливица! – ответил Безана.

– Не говори так.

Роза тем временем по-американски раскладывала на столе салфетки, запачканные во время завтрака, с затвердевшими кукурузными хлопьями по углам и мармеладным пятном посередине.

– Марина всегда придумывает что-нибудь, чтобы не дать мне с ним повидаться.

– Это неправда, ее вины в этом нет.

Роза налила масла на сковородку, чтобы поджарить ветчину.

– Все дело в том, что Якопо уже большой, а потому предпочитает проводить выходные с друзьями. Ему уже семнадцать, и это нормально.

– Будет семнадцать, – поправил Безана, по-хозяйски открывая холодильник.

– Пиво ищешь? Я его держу внизу, в погребе.

Безана к погребам питал отвращение, но ради свежего пива был готов на все.

Когда он вернулся на кухню, то увидел, что стол накрыт на троих.

– Мне только что позвонил Джорджо, он вернется к обеду и будет рад тебя видеть.

Безана просиял. Отлично. По крайней мере, не надо просить об одолжении. Можно сделать вид, что действительно заехал просто так, по дороге. Да и будет повод уехать одному. В конце концов, он затем и ехал. Джорджо наверняка спросит, чем он сейчас занят.

– Именно карбонары мне и хотелось, – сказал Безана.

– А мне хотелось с тобой поболтать, – обернувшись, отозвалась Роза. – Тебя же никогда не дождешься.

– Я работаю, – пробормотал Безана.

– Знаю, знаю. Я уже собиралась тебе звонить. Марина что-то стала меня тревожить. Кажется, она не особенно счастлива с этим парнем.

Безана пожал плечами.

– Почему ты не встретишься с ней? Есть же повод, например каникулы у Якопо.

Безана помотал головой, явно не желая об этом говорить.

– Мы теперь общаемся только эсэмэсками, – ответил он.

11 декабря

Джорджо пришел усталый и запыхавшийся. Он помогал какому-то пенсионеру, машину которого развернуло поперек дороги.

– Снаружи черт-те что творится. Можно подумать, зимнюю резину еще не изобрели.

Он положил руку Безане на плечо:

– Слушай, старина, а ты солнце, случайно, не привез?

Роза, как всегда живая и веселая – вот бы и вторая сестра была такой же, – позвала их за стол.

– Паста готова, и теперь я хочу узнать все об этом преступлении, – сказала она.

Безана довольно улыбнулся. Да ладно уж, могла бы и без предисловий, чего там…

– Спроси у мужа, он наверняка знает больше, чем я.

Джорджо заговорил с полным ртом. У него была куча достоинств, но вот воспитание подкачало.

– Дело жуткое и жестокое. Казалось бы, место здесь спокойное, но каждый месяц кого-нибудь убивают. А кого не нашли убитым, просто исчезает. Но эта история потрясла всех. Бедная девчонка. Тот, кто с ней такое сотворил, – настоящий монстр.

Роза разволновалась не на шутку, ей не терпелось все узнать.

– Расскажи подробнее.

Ее муж покачал головой, очищая тарелку кусочком хлеба.

– А ты не хочешь сначала доесть?

Роза отчаянно замотала головой, любопытство в ней перевешивало любой страх.

– Ей вскрыли живот, как свинье, и вытащили все внутренности. Но поскольку это была не свинья, а красивая девушка двадцати двух лет и у нее все было на месте, они позаботились и о том, чтобы удалить гениталии.

– Почему ты говоришь «они»? Почему во множественном числе? – перебил его Безана.

– Потому что нож, которым это сотворили, наводит на мысль о секте сатанистов.

– Да, мне говорили, и я даже написал об этом, – согласился Безана.

– Но есть и еще кое-что, – задумчиво прибавил Джорджо.

– То есть?

– То есть каннибализм. Ее порядком искусали.

– О господи! – вскрикнула Роза, закрыв рот ладонью.

Безану эта деталь очень заинтересовала. Он ничего не слышал об укусах.

– Групповой каннибализм? Ты хочешь сказать, на ее теле нашли следы ДНК того, кто ее отведал?

– И еще как отведал! Кто бы это ни был, он отъел у девушки часть ноги, – ответил Джорджо. – Мы как раз сейчас работаем над этим.

– Странно, – задумчиво протянул Безана. – Секта обычно очень осторожничает и не оставляет таких заметных следов. Тебе не кажется, что они ведут себя неосмотрительно?

Джорджо положил себе еще порцию пасты.

– Секта, как ни крути. Судя хотя бы по тем иглам, которые лежали рядом с камнем. Они явно что-то значат.

Безана покрылся мурашками.

– Иглы?

– Да, десять иголок, расположенных вокруг камня. Должно быть, это какой-то ритуал.

– Было еще что-то необычное?

– Земля во рту у девушки.

Безана выскочил из-за стола.

– Извините, я должен сделать срочный звонок.

11 декабря

Илария Пьятти вошла в супермаркет. Из газеты ее только что выставили. Все были на взводе и достаточно громко и ясно дали ей понять, что она просто путается под ногами и ничего ей предложить не могут.

– Даже подписи под рисунками?

Она скосила глаза и увидела рядом с начальником отдела какую-то новую девушку, хотя ее стажировка кончалась через неделю. Ладно, пусть, но они даже не дождались ее формального окончания. Но больше всего Иларию обидели коллеги. Она прекрасно слышала их смех и что они говорили у нее за спиной: «Да кому она нужна? Она словно из фильма «Идеальный шторм» [6]». Говорили-то они вполголоса, зато хихикали громко. «У нее нет никаких шансов, но она этого даже не понимает».

Илария выбрала супермаркет отчасти из-за того, что у нее уже опустел холодильник, отчасти из-за того, что Милан – город, полный соблазнов. Куда бы ты ни пошел, обязательно захочется что-нибудь купить. Милан так и подталкивает к расточительству, даже если ты этого не хочешь, да и денег у тебя – кот наплакал.

Илария стояла и раздумывала, купить или нет шесть банок консервированных помидоров. А зачем целых шесть, что она с ними будет делать? В гости ей приглашать некого, да и сколько они весят… а если их придется тащить на шестой этаж дома постройки семидесятых годов, где лифт постоянно ломается? В этот момент зазвонил мобильник. О господи, это Безана. Илария вздрогнула и уронила две пачки макарон.

– Слушаю…

– Пьятти, садитесь в машину и быстро приезжайте ко мне в Боттануко. Как только въедете в город, сразу позвоните.

– У меня нет водительских прав.

– Хотите стать криминальной журналисткой и не имеете прав? Ладно, садитесь на поезд, я вас встречу на вокзале. Поезжайте на бергамском, если не окажется более раннего. Я ничего не знаю о местных поездах. Посмотрите расписание в Интернете и перезвоните.

– Я в супермаркете, а здесь сеть не берет.

– Да вы просто какое-то ходячее недоразумение. Как вы полагаете хоть чего-то добиться, если уж совсем не от мира сего?

– Извините.

– И прекратите все время извиняться, Пьятти. Вам надо просто сняться с места и начать.

– Я быстро со всем разберусь, не беспокойтесь. И сразу вам перезвоню.

Илария отсоединилась, да так и застыла с дурацкой улыбкой на лице. Потом огляделась и увидела молодую мамашу, прилипшую к айфону. Тем временем ее ребенок, сидевший в коляске, один за другим вскрывал пакетики с меренгами. Илария вежливо подошла к ним.

– Синьора, боюсь, ваш мальчик ищет в пакетиках сюрприз.

– Ой, спасибо, – поблагодарила женщина. – Сынок, пакетики можно открывать, только когда пройдешь через кассу. Ну сколько тебе можно повторять?

Илария совсем не умела врать, но пришлось учиться и этому.

– Могу я попросить вас об одном одолжении? Мне нужно посмотреть расписание поездов в Интернете, а мой телефон разрядился. Можно ваш на секунду?

– Пожалуйста, – женщина протянула телефон Иларии, но зорко наблюдала за ней, чтобы та не сбежала вместе с последней моделью.

Илария быстро стала печатать. Черт! Вокзала в Боттануко не существовало! Был всего один поезд на Брессана Боттароне. Ну что за… Она быстро вернула телефон владелице:

– Большое спасибо.

Потом поставила на пол банки с помидорами и выбежала на улицу.

– Безана? Есть только один поезд, на Брессана Боттароне. Смогу там быть в девятнадцать тридцать шесть, – протараторила она, слегка глотая слова, довольная, что так быстро все выяснила.

– При чем тут Брессана Боттароне? Это где-то возле Павии [7]. Какого хрена, Пьятти, куда вы смотрели? Я сам поищу поезд, так будет быстрее. Ну, вы даете! Вы что, действительно не способны грамотно свериться с расписанием?

Он резко отключился, но тут же снова перезвонил:

– Бегом на вокзал! На центральный! Заклинаю вас, не ошибитесь и на этот раз! Есть региональный поезд в восемнадцать десять. Выходите в Верделло-Дальмине, я вас там буду ждать. Надеюсь, справитесь?

11 декабря

Илария Пьятти сошла с поезда и сразу увидела на парковке старенький синий «Субару», мигающий фарами. Она двинулась по снегу конькобежным шагом, балансируя руками, чтобы не упасть, но возле самой дверцы все-таки поскользнулась и уперлась в нее руками.

Безана со вздохом пригласил ее садиться.

– Пьятти, мне кажется, для такой погоды балетки не особенно подходят.

Девушка уселась и принялась растирать бедра и колени ладонями.

– У меня ноги совсем заледенели.

– Вижу. А где ваш чемодан?

– Какой чемодан?

– Сегодня мы заночуем здесь, чтобы не тратить время попусту. Я уже заказал два номера в мотеле. Ладно, я вам одолжу теплый свитер. А если найдем открытую аптеку, сможем купить себе по зубной щетке.

Илария растерянно на него уставилась. Безана заметил, как девушка смутилась. Уж не подумала ли она, что он попытается ее соблазнить? При этой мысли его разобрал смех.

– А теперь я угощу вас аперитивом, – заявил он. – Немного алкоголя поможет вам согреться.

Она сидела молча, не сводя глаз с ритмично скользящего по лобовому стеклу «дворника», который, поскрипывая, отмерял время, как метроном.

– Для меня аперитив – святое дело, – продолжал Безана. – В это время может произойти все что угодно, но меня это волновать не будет. Перед бокалом белого я хочу посидеть спокойно, и горе тому, кто меня потревожит.

Девушка по-прежнему молчала.

– Пьятти? Как я должен понимать ваше молчание? Вы переохладились?

Илария повернулась к нему и печально улыбнулась.