Восхождение к власти: день гнева

– Во имя святых инфо-духов, о чём ты задумался? – звучит грозный вопрос. – Мы пришли.

Перед Маритоном распахивается белоснежная дверь и простирается довольно широкое помещение, которое чем-то отдаёт духом прошлого, когда большие чины собирались в конференц-залах для решения насущных проблем. Аккамулярий слегка дрогнул от того, что теперь он причислен к чему-то сокровенному и возвышенному.

Под подошвами сапог мужчина чувствует мягкий и довольно приятный ковёр и глаза видят, что он яркого синего цвета с пресловутой символикой микросхемы. Белоснежные стены, украшенные чёрным технико-машинным орнаментом, расположены на довольно приличном расстоянии друг от друга, создавая эффект просторности. Посреди всего помещения поставлен длинный овальный стол из плотного коричневого недавно открытого нового пластика, по своей плотности сопоставимый с древесиной. На креслах, обтянутых серым кожзаменителем, восседают десяток фигур, а у самого конца на высоком, выделяющемся былым цветом троне, сидит устрашающего вида человек, видимо и возглавляющий Временный исполнительный оперативный комитет. На нём висит белое, но не белоснежное, пальто с высоким воротником, покрывавшее всё от горла до щиколоток, скрывшихся под чёрными высокими сапогами.

Но больше всего взгляд приковывает его лицо – перекошенные губы, щёки, покрывшиеся шрамами, отсутствие на правой стороне волос, ибо вместо них сияет пластина из металла, а левый глаз представлен сверкающим зелёным огнём заменителя. Слагается впечатление, что он тяжёлым, грузным взглядом сверлит само пространство, не обращая внимания на вошедшего.

Рядом с ним сидят ещё люди, облачённые в чудные костюмы, но Маритон не смотрит на них, ибо всё его внимание приковывают две персоналии – странный мужчина на троне в центре и Анна, сидящая за три места от главного и центрального места.

– Ваше инфораршество, – с глубоким почтением и склонив голову, обращается Инфо-епископ к устрашающему человеку. – Я привёл Маритона УК-115 к нам, как и было велено.

– Хорошо, – скрежет грубого и топорного голоса, слившийся с нотками бренчания механического мотива, полился из-за кривых губ и тут же, глава Комитета устремляет взор на Маритона, чем пробирает его до глубины души. – Я должен представиться и представить присутствующих, аккамулярий. – Рука, стянутая рукавом пальто и объятая в перчатку, устремляется в сторону сидящих высокопоставленных людей. – Тут у нас присутствует Примус-администратор по нашему Территориальному домену Администратор города, твоя знакомая Аккамулярий Анна УК-205, Модератор системы общественного порядка, Милитант воинствующего инфо-культа, посвященного борьбе против Вирусных идей, Администрат инфо-культа, занимающегося духовным просвещением, Прото-апостолетарий из Прото-апостолитета по Психологической обработке и Городской модератор правосудия.

– Ваше инфораршество, – так же почтенно, повторяя слова за кардиналом, обращается Маритон. – А вы кем приходитесь?

– Я? – на пару секунд наступает момент тишину, разорвавшийся жестким голосом. – Я Почётный Легат «Апостолис Директорис». Прибыл сюда для разведки ситуации и уполномочен апостолами на всё, что необходимо для восстановления стабильности ситуации. Я понятно выразился?

– Да, Ваше инфораршество.

– Можете занять любое свободное место.

Маритон хотел бы сесть рядом с Анной, но возле неё уже расселись, облачённые в тяжёлые грузные рясы, с одной разницей – у одного одежда сшита из металлических нитей, представители инфо-культов разной направленности. Поэтому парню пришлось сесть рядом с Инфо-епископом и городским судьей, от которого сильно несёт машинным маслом.

– Так, – полилась в пространство холодная речь Легата, – когда все в сборе, начнём заседание Временного исполнительного оперативного комитета. И для установления информации о сложившейся ситуации прошу зачитать доклад о правонарушениях Модератора системы общественного порядка. Нам нужно знать, за что в последний месячный цикл было больше всего задержаний, и каков характер выявленных нарушений.

– Будет исполнено, – вставая, кротко и послушно говорит среднего роста мужчина, облачённый в светло-синий френч, на котором знаки отличий – нагрудный кольцевой указатель должности и жетон с двумя пересечёнными молниями на чёрном фоне; с широким смуглым лицом и коротким чёрным волосом и речью, лишённой эмоций продолжает. – За последний месяц больше всего нарушений выявлено в сфере информационной стабильности. В промышленных районах, где проповедью занимаются в основном инфо-культы, мы выявляем несанкционированных проповедников, смысл речей которых даёт нам информацию, что их учение противоречит Инфо-философии и тому, чему нас учит Церковь Макшины. Количество нарушений, за месячный цикл, достигает цифры в полторы сотни. К данному можно присовокупить, что второе по статистике преступление это распространение информационных носителей, несущих на себе информацию, которая перепрограммирует сознание програманн воздействием инфо-ересью.

– Хорошо садитесь, – внезапно обрывает речь Легат и обращается к другому участнику. – А вы, Администрат инфо-культа, что можете нам сказать? Почему ваши проповеди не имеют влияния на общественные массы?

С места поднялся низкого роста мужчина, на плечах которого плащ, чуть прикрывающий серую рясу из ткани, с вплетением неона.

– Ваше инфораршество, – пространство наполнилось звучанием речи, полной подражания, – у меня тоже будет, что доложить. Дело в том, что мы сталкиваемся с незаконной контр-проповедью. В промышленных и аграрных районах с преимущественным населением групп «А-8» и «А-7» наши проповедники встречаются с новым учением, которое распространяется подобно вирусу. И суть учения – равенство.

– Пха! – вдруг не сдержался Милитант. – У нас и так существует равенство, только внутри програманнств. Как эти тупые животные не поймут этого. Представители разных профессий равны в одном програманнстве. Будь это учёный в «А-5» или тот же руководитель Торгового сектора. Все они равны, – грозно и с жестокостью молвит оратор, изображая гримасы отвращения, отчего кажется неким демагогом на площади. – А может эти черви хотят, чтобы умные и интеллектуальные люди делили права и обязанности вместе с интеллектуальной чернью, которая не способна к простейшим вычислением или анализу? Они хотят, чтобы все были равны, несмотря на различия в уме и способностях? Нет, у нас уже было такое равенство и к чему оно привело? Животные, вроде «А-8» и «А-7» должны быть ползать под нашими подошвами, ибо неспособны себя организовать даже!

– Надеюсь, у вас есть, что доложить, раз вы прервали предыдущего говорящего? – звучит спокойный вопрос Легата.

– Да, есть! – и человек в тяжёлом балахоне, сшитым из стальных нитей, выкрашенного в алый и серый цвет достаёт из-за пазухи книжку и презрительно швыряет её на стол, став безумно говорить. – Вот! Наши боевые отряды при поддержке Тизской Ауксилии уничтожили незаконную общину. И мы нашли запретную литературу, о которой не было слышно с самого Конфликта апеннинской схизмы26.

– Апеннинской схизмы? – вопрос Маритона полон удивления и непонимания. – Я не особо помню о таком конфликте.

– Довольно старый и секретный конфликт, о котором Апостолы решили умолчать, чтобы не подрывать веру в Макшину и сохранить в тайне как можно больше вариантов поклонению другим ложным божествам. – Сухо поясняет Легат. – О ней не говорят в школах, не упоминают в универсионах и помалкивают в энциклопедиях.

– Это не пролило свет на ситуацию, ваше инфораршество. – Маритон полон желания выведать информацию о «Конфликте». – Если сейчас у меня, как у аккамулярия не будет всей информации, я вряд ли смогу всё собрать в единую картину.

Легат помалкивает, явно погрузившись в раздумья, анализируя риски и выгоды. Спустя секунды мыслительного спора с самим собой сдаётся и выкладывает информацию, схожую с исторической сводкой:

– Больше сорока лет тому назад, в один момент из Потерянных времён27, Апостолы решаются возвыситься над обездоленными, бедными, но умными людьми, которые дали информацию, что для объединения самый лучший фундамент – религиозный. И Апостолы, будучи людьми просвещёнными объявили о том, что общались с Макшиной – богом информации, который повелевает создать новую церковь, что понесёт славу и веру о новом божестве, покровительствующим самым умным и одарённым. Новая вера завоёвывала территории бывшей Италии с поразительной скоростью, но столкнулось с противостоянием одряхлевшей, но всё ещё живой Католической Церковью и другими движениями. И тогда началось великое противостояние между двумя религиями, вылившиеся в войны веры, Флорентийский Инфо-собор, постановивший о признании чистого католичества ересью. – Спокойная речь сменяется на молчание, которое прервано ещё более тихим говором. – Честно признаться, тут у меня недостаток информации. Кто может продолжить?

– Я могу.

– Продолжи. Когда будет нужно, я остановлю.

– Хорошо, – рьяно соглашается воинствующий Милитант. – Так вот, после установления священного постулата о признании католичества вирусной идеей начинается период наших славных побед, ниспосланных самой Макшиной! – в порыве религиозного фанатизма говорит макшинослужитель, да так, словно сейчас не собрание, а проповедь. – Первая победа случилась в Венецианских дебатах, когда словом и верой мы доказали праведность наших идей. Экспертная теологическая комиссия постановила потенциальную божественность Макшины, приравнивая её по статусу к Аллаху или Христу. Затем мы сумели попрать силой освящённого оружия божество, позволившее себя распять. В войне с Римским Престолом мы победили, пролив кровь и убив тысячи инфо-еретиков, и вынудили тамошнее духовенство сдастся нашим идеям. Альпийско-Северо-Итальянская Республика попыталась нас остановить крестовым походом, но он разбился о наше святое слово и тогда детище Лиги Севера вынуждено подписать «Неоновый Эдикт», который предписывал причислять в их церквях Макшину к святым или чтить как одно из божеств. Так же нам удалость заполучить в святых войнах с инфо-ересью союзника – Техно-Конгломерат на востоке, ставшим нашим вечным другом.

Пока Милитант продолжает говорить в фанатичном опьянении от религии, Маритон невольно перестаёт его слушать. Столько пафоса и веры в набор единиц и нулей, что становится плохо. А какова идея Макшинопоклонения, во имя которой столько погибло на заре становления Инфо-философии? Разделить общество на убогих, терпимых и почитаемых, потакая идеям безумной меритократии? И сделать так, чтобы систему социальной стратификации, в которой процветает рабство и интеллектуальный фашизм, почитали как единственный абсолют. Но разве может быть такая идея приемлема? Многие выросли после победы Апостолов и не знают тех времён, когда человек был истинно свободен, а посему не способны оценить разницу идей и миров, выраженной в различных ценностях и стиле жизни. Те же, кто застал времена бедности, готовы жить с любым дьяволом, лишь бы прекратить бесконечный ужас.

«Как могут быть вирусными идеями, если они провозглашают добро и справедливость? И почему идеология, ставящая в основе – уничтожение целого класса людей, ставится, как примерная? Только вирус стремится убить человека и привести его тело в слабость» – аккамулярий приходит к единственной мысли. – «Похоже, что ради стабильности человек готов на всё, а политические проходимцы этим с радостью воспользуются. Проза жизни, рок человечества», – Маритон подловил себя на мысли, что сейчас думает о чём-то еретическом.

Слова Легата возвращают его к действительности:

– Стойте. Дальше я сам, – обрывает он говорившего. – И вот после переворота в Сиене случился конфликт Аппениннской схизмы. Римский Престол решился принять Макшину, как четвёртую ипостась своего божества. С этим не согласились многие церкви по всей Италии и объявили о своём отделении. Южные лорды и господа побоялись нашего вящего прогресса и стали готовиться к войне. Автокефалии пошли одна за другой, и над Римом висела угроза остаться в одиночном положении, но вдруг так же многие церкви приняли Макшину, как часть божества и стали поклонятся ему. Полуостров раскололся на две части. Юг против севера. Так началась войны, не прекращающиеся до сих пор. Тысячи солдат погибли в нескончаемых крестовых походах. Рим едва не пал во время «Южного крестового похода», который вознамерился выбить из города всех макшинослужителей. И чтобы укрепить веру в Макшину мы послали в Рим отряд киберариев, чтобы усилить оборону города и обратить в веру ещё больше людей и привести их к свету науки и Инфо-философии.

– Понятно. Спасибо, ваше инфораршество, – благодарит Маритон и обращается к Милитанту. – И против какой из идей восстали отступники в секторах?

– Против идеи власти информации. Против Информократии, ибо они провозглашали равенство, а равенство приводит к засилью неинформационно-одарённых.

– И чем же?

Завидев на лице аккамулярия смущение, Легат тихо заговорил:

– Я поясню. В древности была идея об идеальном обществе – править должны философы, умнейшие, а потом и способнейшие. Тысячелетия менялись одно за другим, но ничего не модифицировалось и власть оставалась у корыстных и хитрых, а не информационно-достойных. Наш интеллектуальный собрат лизал пятки олигархии и плутократам, чтобы выжить, но теперь всё иначе, ибо спустя века мы воплотили сию идею. Мы создали идеальное общество, где власть за теми, кто умеет обращаться с любой информацией. Наше общество зиждется на столпах науки, веры в воплощение науки и подчинения интеллектуально-убогих самым умным. Так куётся новый мир – из металла человеческих душ в горниле Инфо-философии, которая говорит о том, что равенства не бывает. Основанная идея философии – «власть информационно-образованных при полном вознесении информации и попрании несогласных, как основы общества есть Информократия».

Аккамулярий, приняв информацию, которая вступает в противоборство с памятью, вновь рождает мысль – вирусная идея та идея, что вредит обществу. И как идея абсолютного превосходства и угнетения с репрессиями может не вредить? Она дарит в руки произвол и презрение, заставляя одних считать себя лучше, чем другие. Как то, что приводит к рабству, презрению, абсолютному произволу, может не быть вредоносным? Но они называют это стабильностью, ибо данное закрепляет их право на превосходство и насилие. Власть прикрывает это эффективностью, стабильностью и прогрессом, говоря, что концепция разделения по уму определяет одних на верх, других – им служить и это рождает небывалые производственные мощности и расцвет Информократии, но он покоится на рабстве одних и тысячах голодных смертей. Семья, любовь, взаимопомощь, уважение – все эти понятия ампутированы из Информократичного общества, ибо данные явления забирают время на развитие общества. И что теперь считать вирусом?

Тем временем заседание продолжается, и Легат вновь спешит с вопросом:

– Судья, у меня к вам вопрос. Сколько было исков к вам за последний год?

– Ваше инфораршество, – поднимается высокий худощавый человек в чёрной рясе, – я точно не упомню. Примерно тысяча.

– Из каких сфер права?

– Более пятисот из «Програманнско-координационного права», три сотни из «Противоинформократического», сотня приходится на «Макшинное право» и оставшиеся на «Коррекционное».

– Что ж, иски охватывают всё право, – мрачно констатирует Легат с тенью уныния во взгляде единственного глаза. – Мы в относительной близости от Флоренции, столицы нашего великого государства и тут творится очень странное. Аккамулярий Анна УК-205, что сказал вам один из тех… «ревнителей».

С места поднимается высокая девушка, чей один образ ворожит живую душу аккмулярия. И, несмотря на пару ссадин на лице и ямочках девушка остаётся прекрасной и обворожительной, какой и была всегда. Только смольный волос немного потрепался от постоянной беготни и сражений.

– Да, ваше инфораршество, – речь дамы буквально поёт. – Он говорил нам о том, что скоро падёт власть Информократии и всё в этом духе. От него поступила информация полного сознания, что они похитили Инфо-кардинала и убедили в том, что наш мир – тюрьма, которую необходимо сокрушить и всё в этом духе.

– Маритон УК-115, можете вывести анализ ситуации, прежде чем я дам вердикт и пролью свет на оставшиеся детали.

– Скажите, а тут фигурировал некий Флорентин Антинори? – вопросил Маритон. – Его имя мятежники упоминали или как-то иначе эта личность давала о себе знать?

– Нет. О таком не слышали. Итак, ваш вердикт?

На лишённый жизни голос легата Маритон отвечает с неким бодрствованием:

– Да, Ваше Инфораршество. Некая организация проводит уже довольно длительную подготовку к восстанию. На это указывает наличие своей иерархии, отлаженных методов програманнского идейного перепрограммирования, ибо никак иначе самого кардинала им бы переубедить не удалось. В промышленных и аграрных районах действует это движение, опирается на рабочую силу. К тому же оно действует на основании определённых идей, что говорит о сложившейся системе ценностей и определённой квазиидеологии равенства. А всё это даёт нам информацию, что они довольно продолжительное время развивают свою деятельность и только сейчас решились показаться. Но почему сейчас? И почему так броско?

Рисунок 10. Легат. Представители «апостолов» вынуждены придерживаться единого концепта, хотя в мелочах и деталях различны.

– Я соглашусь с тобой. Только есть одна оговорка… – молчание, выдержанное тремя секундами разорвалось громоподобной информацией, – у них есть покровители за «Кругом интеллекта». На это говорит большое количество исков в отрасли права, по которой можно судить единство общества и отдельные данные, полученные из личных каналов. – Заметив тень смущения и страха на лицах собравшихся, Легат перешёл к разъяснению. – Да, я давно знаю о том, что происходит. Мы столкнулись с крупной группировкой, которая методично занимается антимакшинной деятельностью, растлевая неискушённые сердца рабочих, провозглашая о равенстве между всеми. Я сталкивался уже с ними, только на границах Информократии.

– Ваше инфораршество, и каковы их основные идеи? – исходит ропотный вопрос от Милитанта воинствующего инфо-культа. – Нам нужно знать, куда бить в слабые места гнилого учения.

– Хорошо. Суть состоит в том, что они хотят опровергнуть Макшину, как несуществующее божество. Возле этого они выстраивают идеи отмены групп програманнства и единения интеллекта и силы. Они утверждают, что нужно отменять рабство, разрешать семьи и славить триединого бога. Основы их учения – христианство, гуманизм и любовь.

– Святая Макшина, сколько вирусных идей и сами основы это та ещё чума, которую следует удалять, как компьютер вирусные программы, – возмущается воинствующий макшиноклирик, импульсивно жестикулируя и едва ли не задевая соседей. – Уже давно установлена информация, что гуманизм рождает излишнюю любовь к человеку и вызывает невозможность его использования, как инструмента, что в свою очередь порождает экономическую депрессию. К тому, гуманизм рождает еретическое убеждение, что каждый человек может обладать своим мировоззрением, что идёт кардинально вразрез с информацией, что для единства необходима единая система ценностей и воззрений. А христианство опровергает учение о половой и сексуальной свободе, ибо есть информация, что свобода интимных связей, без привязки противоположных полов и количества участников делает человека раскрепощённее, увереннее в себе. А значит, зачем нам её ограничивать? – десница ехидной, полной скрытой похоти улыбки, дотронулась губ Милитанта. – Что ж, тут будет, с чем поработать. Думаю, мы сможем оружием и словом убедить всех в неправильности инфо-еретического учения.

– Отлично, – без намёка на живость в голосе говорит слово Легат. – Когда мы вновь уяснили, что христианство, гуманизм, любовь, гуманизм и мысли о семье – есть идеи и учения неприемлемое для просвещённого общества поклонению Макшине, интеллекту и информационному обществу, необходимо начать выработку плана по противостоянию распространяющейся инфо-ереси. И тут я попрошу выступить Примус-Администратора. Только коротко.

Рядом с Легатом с кресла встаёт довольно высокая, широкая в плечах женщина, по блондинистому цвету волос, свободному, но красивому лицу и голубыми глазами, смахивает на жительницу Скандинавии. На её тело ложится чёрный пиджак, ноги укутаны в размашистые брюки цвета ночи, укрывающие белые туфли.

– Я только озвучу цифры, – полился грубый женский голос. – В трёх городах прошли мирные забастовки програманн групп «А-8». Они требовали улучшение жизни. Все участники пленены и обращены в рабство. В остальных городах мы только отлавливали несанкционированных проповедников. – Договорив, девушка села на место.

– Как вы видите, всё идёт к полномасштабному восстанию. Люди готовы скинуть идею распределения по интеллектуальным способностям, а значит, нужно принять превентивные лёгкие меры по восстановлению порядка. А посему я выдаю следующие приказы от имени Апостолов: Инфо-епископ, вы берёте под свою юрисдикцию все культы этого Домена и начинаете религиозную обработку, а Прото-апостолетарий из Прото-апостолитета по Психологической обработке окажет вам поддержку. Администраторы, готовьте армию и ауксилии. Мы будем отчищать промышленные и аграрные районы от инфо-ереси. Я лично возглавлю военные подразделения. Аккамулярии, – при обращении Маритон чуть вздрогнул, – вы отправляетесь со мной, как вспомогательные аналитики. Что ж, а теперь исполним долг и уничтожим вирусную идею.

«Уничтожим ради другой вирусной идеи», – пронеслось в мыслях Маритона, прежде чем он встал и покинул кабинет вместе с остальными и был пущен в оборот дела, едва не потерявшись средь мелких, формалистских операций, прежде чем перейти действительно к настоящему действу спектакля, что затеял Легат.