Злата и школа Святой Вальбурги
- -
- 100%
- +
Вообще много что произошло за последнее время… Жаль, не могу встретиться с тобой и рассказать тебе всё поподробнее! Скоро ещё и близится Новый год с экзаменами, вроде бы праздник, а вроде бы и нет! Но я думаю, если бы ты была здесь, было бы намного веселее и проще… Порой даже моя подруга Ульяна (с которой я вырос), слушая о тебе, сама считает, что с тобой здесь было бы намного веселее. Если ты хочешь, я могу познакомить вас на следующем празднике Иван Купалы, и тогда ты будешь знакома уже с двумя волшебниками!
Расскажи, как ты там, что с тобой… Мне будет приятно получить от тебя письмо! Как и до этого, я буду очень сильно ждать!
С уважением, Влас Фролов для Златы Евсеевой».
Злата некоторое время после прочтения сидела и с глупым выражением лица смотрела на буквы. Как было приятно получить от него письмо!
В дверь тихо постучали. Мама заглянула к ней с улыбкой.
— Ну как, всё хорошо? — спросила женщина, и Златка поспешила доложить обо всём, что ей написал Влас. Девочка была так рада, что тут же захотела написать ему свой ответ.
Взяв чистый листок, она села за свой стол и обычной ручкой, а не чернильной, которой пользуются ведьмы и волшебники, стала писать письмо. Вероника Евсеева лишь тепло улыбнулась и готова была помочь дочери отправить конверт, когда та закончила все приготовления.
— Готова? — спросила она Злату, когда они стояли у камина.
Девочка сосредоточенно покивала головой, словно болванчик, с силой прижимая к себе конверт.
Необходимый голубой кристалл уже покоился в выемке, так что Вероника Евсеева просто вытащила из кармана своего длинного платья аккуратную длинную палочку. Постучав по камину три раза волшебной палочкой, матушка вслух произнесла необходимый адрес, и в камине загорелось небольшое голубое пламя.
— Теперь можешь бросать конверт, — подсказала женщина, и девочка, на секунду кинув на мать испуганный взгляд, несмело подошла к камину. Вздохнув, Злата оторвала от себя беззащитный конверт и бросила его в пламя, которое тут же проглотило его и погасло.
— Всё? — тихо спросила она, вглядываясь в камин.
— Да, милая, всё, — подтвердила Вероника Евсеева, любовно потрепав дочь по макушке. — Пойдём, нужно тебя причесать.
Злата взяла мать за руку и пошла с ней на второй этаж в свою комнату, то и дело оборачиваясь к камину, словно из него тут же должен был вылететь очередной ответный конверт.
Уже позже, когда они спустились, чтобы поужинать, Злата заметила на коврике для писем ещё один знакомый до боли конверт…
— Мама! — закричала Злата. — Он ответил, мама!
Вероника Евсеева только рассмеялась, прекрасно понимая, что отныне ей придётся слишком часто отправлять конверты дочери некому Власу Фролову, мальчику, который вернул её прежнюю жизнерадостную девочку. И она была не против. Наоборот, очень даже «за».
С того дня дети переписывались довольно часто, и чем чаще они переписывались, тем меньше Злата всё рассказывала матери, описывая всё только в общих чертах.
Порой Вероника Евсеева задумывалась, хорошо ли, что дети её не так сильно любили игры, как чтение и учёбу, но, видя рвение радостной Златы и хорошие характеристики об успеваемости Маргариты, она лишь гордилась собой, что у неё получилось то, чего она так боялась когда-то давно.
К наступлению новогодних каникул Вероника Евсеева то и дело предлагала Злате позвать к ним этого мальчика хотя бы на обед или ужин, не то что остаться на пару дней, но Злата так или иначе не соглашалась, слишком смущаясь и находя тысячу отговорок.
— А что же Влас, сам тебя не приглашает? — в один из таких моментов решила спросить матушка.
Злата зарделась и опустила взгляд в свою тарелку. Ну, что за вопросы за ужином?
— К себе пока не приглашал, но приглашал в другие места…
— Приглашал? Почему же ты мне не сказала?
— Не знаю… — тихо пробубнила девочка.
— Видно, кто-то слишком смущается, а? — весело добавил Мирон Евсеев, но лишь получил тычок в рёбра от жены. Со взглядом: «А что я такого сказал?» он лишь развёл руками.
— Почему же ты не захотела с ним встретиться? — осторожно спросила женщина у погрустневшей Златы.
— Я хотела!.. — в лёгком возмущении сказала она. — Но… Я не знаю! Я глупая!
Мирон не смог удержаться и тихо рассмеялся, почёсывая затылок.
— Моя милая, — голосом, похожим на текущий нектар, нежно позвала мама, легко касаясь её руки. — В следующий раз скажи мне. Более того, я настаиваю, чтобы ты позвала его в гости, каникулы начались не так давно, и ещё есть время, тем более у тебя скоро день рождения!
— Но как?.. — Злата накрыла пылающие щёки ладонями. Маргарита, всё это время хранившая молчание, закатила глаза.
После ужина мать помогла Злате составить письмо, в котором девочка приглашала к себе в гости Власа Фролова. Когда наступило время отправлять конверт, Злата то и дело сильно смущалась и боялась, не решаясь бросить конверт в голубое пламя.
— Может, именно поэтому ты не стала ведьмой? — вдруг протянула Маргарита, лежащая на диване с закинутыми на подлокотнике ногами с полосатыми чулками белый в красную полоску. Лишь погодя она ответила на недоумённый взгляд сестры: — Слишком трусливая.
— Маргарита, ты испытываешь моё терпение, — серьёзно сказала мать, хмуро оглядывая дочь. В следующее мгновение Злата бросила конверт в пламя и тут же побежала к себе в комнату, не желая больше видеть сестру.
Позже в её дверь тихо постучали.
— Детка, ты ещё не спишь? — тихо позвала Вероника Евсеева.
— Нет, мама, — отозвалась Злата, которая сидела за своим столом, читая очередную забавную сказку про ведьму.
— Тебе пришёл ответ, — довольно протянула мама, проходя и садясь на кровать.
Получив конверт из рук матери, Злата напряглась, боясь открыть его, как когда-то боялась открыть самое первое письмо от Власа.
— Ну же, не бойся так! Он же твой друг, а не какой Змей-Горыныч!
Злата улыбнулась и не спеша открыла конверт.
«Как я был рад получить от тебя приглашение! Завтра с утра я немного занят (бабушка до дикости хочет отвести меня к одному портному, — я так и не смог починить свою шляпу!), но после обеда смогу к тебе прилететь! Если можно в это время, конечно! Если что — напиши мне, а если всё отлично, то встретимся завтра! Жду не дождусь встречи с тобой!
С уважением, Влас Фролов для Златы Евсеевой».
С неиссякаемым счастьем девочка посмотрела на мать, и та поняла всё без слов, принимая её в свои объятия.
— Вот видишь, моя сладкая! А ты боялась!
— Я его завтра увижу! — тихо, словно боясь разрушить что-то, сказала Злата, огромными сияющими глазами глядя на мать.
— Да, моя милая! — точно так же тихо протянула Вероника Евсеева, заключая лицо дочери в ладони, чтобы потом притянуть и поцеловать её в лоб.
На следующий день, видя перед собой улыбчивого, смелого и опрятного мальчика с пушистыми белоснежными волосами, Вероника Евсеева лишь тепло ему улыбнулась, принимая из его рук корзинку с гостинцами от бабушки и мамы. Впервые за долгое время в детской снова звучал смех.
С тех пор часто во время каникул в доме Евсеевых стал появляться Влас Фролов. Даже на день рождения он был в их доме, и счастливая донельзя Злата смущённо принимала от него подарок, думая про себя, что счастливее дня рождения у неё ещё не было.
Порой девочка пропадала и у него в гостях. У себя дома Влас показывал те или иные заклинания, что хорошо получались у него, а порой и показывал способ варки всевозможных зелий, с помощью которых они потом шалили над прислугой в его доме. Семья Фроловых была несколько обеспеченней, моментами очень «сдержанной и важной» в понимании Златы, но предрассудков в их семье было не так уж и много, и потому дети спокойно общались, несмотря на тот факт, что Злата была обыденной.
В очередную Вальпургиеву ночь Злата прилетела к дедушке и бабушке. Сидя на высоком стуле у дедушки под боком, Злата то и дело рассказывала дедушке о свойствах веселящего зелья, словно не он о нём знал лет так девяносто. Но её это нисколечко не смущало, она продолжала рассказывать ему о зелье, то и дело про себя думая о том, как эту ночь провёл Влас в школе, ведь студенты школы Святой Вальбурги абсолютно все отмечали этот праздник, даже ещё не прошедшие разделение по факультету.
Через пару дней Влас написал ей, как прошло празднование. Вчитываясь в строки, Злата тепло улыбалась, мимолётно представляя, как она была бы там, с ним, прыгающая в хороводе с остальными вокруг костра и поющая песни. Юные волшебники до разделения на факультеты обычно праздновали первые, потому что спать им приходилось всё равно вовремя, в отличие от старших. Пируя, ведьмы и волшебники танцевали вокруг огромного кострища на высокой горе, недалеко от священного Мирового дерева, пели песни и праздновали эту святую ночь. Влас рассказывал, что ему очень интересно скорее попасть на разделение факультетов, чтобы отпраздновать Вальпургиеву ночь как полагается. И Злата активно поддерживала его в этом, при этом напоминая, чтобы он не забыл, конечно же, поделиться потом с ней!
Глава 11
— Эта жара меня убивает, — простонал Влас, лёжа у Златы на кровати с опущенной вниз головой.
— Сейчас включу кондиционер, — сказала Злата, сидящая за столом у компьютера. Она нажала на кнопку пульта, и устройство тихо зашумело, отдалённо напоминая звук ветра.
— Жаль, я ещё не знаю таких заклинаний, которые позволяли бы остудить пространство вокруг. Хотя в принципе у меня пока нет только сил, наверно, — тяжело вздохнул Влас, подпирая голову рукой.
— Да, и мама отлучилась, — с таким же тяжёлым вздохом ответила девочка и села на пол, где располагался белый пушистый ковёр.
— Скорее бы июль, на Иван Купала, в этот раз сможем сразу же вместе пойти травы искать! — взбодрившись, уже с улыбкой сказал мальчик.
— Хо-хо-о! Далеко ещё до июля.
— А и чёрт с ним! Всё равно буду ждать, а то с учёбой совсем с ума сойти можно. Даже летом куча учебников. — Влас сполз с кровати и сел возле подруги, опираясь спиной о постель.
— Я уж в твоём случае лучше бы читала эти учебники, мои вот совсем скучные!
— Писали их разные люди, а общее звено всё же есть — скучные да занудные! — сказал Влас, и оба рассмеялись.
— Хочешь послушать музыку? — вдруг предложила Злата.
— Музыку? — Влас удивлённо округлил глаза. — Где-то будет концерт?
Злата рассмеялась и покачала головой, затем встала и подошла к компьютеру. Несколько раз она щёлкнула кнопкой мыши, как вдруг тишину разорвала приятная весёлая музыка.
Влас был ещё больше удивлён, но улыбнулся, когда увидел довольное лицо Златы. Она рассмеялась его забавной реакции и стала танцевать.
— А я думал, у обыденных музыка есть только в этих… как их?..
— «Этих»? — не поняла она, снова садясь рядом с ним.
— Ну, маленьких таких… с ушники?.. с наушниками? — Мальчик попытался руками показать размеры чего-то такого «маленького», что издавало музыку обыденных.
— А, ты про плеер! — поняла Злата и рассмеялась. — Плеер с наушниками!
— Да! Точно! Ульяна любит ходить с ним в школе, она один раз сказала, как это называется, а я забыл. У неё, наверно, какой-то особый интерес к изобретениям обыденных. Хотя это классно — музыка в кармане.
— Я люблю музыку! Интересно, что она слушает.
— Злата! — раздражённо прикрикнули со стороны двери. — Если включаешь кондиционер — так закрывай дверь, дурья башка! Ещё и музыку включила! Почему я должна её тоже слушать?!
Пока насупленная Злата побыстрее пыталась встать и закрыть дверь, Влас сильно нахмурился.
— Не оскорбляй её так! — заступился мальчишка, и Маргарита, собравшаяся было уйти, вернулась обратно, не давая Злате закрыть дверь. Пройдя в комнату, злая Маргарита сказала:
— Ты позоришь свою семью, Фролов! Вся школа и так потешается над тобой с твоей дурацкой подружкой, гордишься этим, да?
— Ч-что? — неуверенно протянула Злата, сводя брови в тревоге.
Влас нахмурился сильнее прежнего, даже щёки его покраснели от злости. Встав на ноги, он подошёл ближе к Маргарите.
— Вся школа — ничтожная парочка таких же напыщенных и самовлюблённых вроде тебя? — прошипел он, прищурив глаза. Злата в беспокойстве стояла подле них и боялась, что сейчас эти двое ненароком подерутся.
Маргариту эти слова сильно оскорбили. Покраснев от злости, она долго не могла ответить, то и дело шумно дыша.
— Считаешь себя умником? — наконец, выдавила она.
— А если и так, то что? — вызывающе ответил тот. — Хватит оскорблять Злату! Она твоя сестра, чёрт возьми!
Маргарита злобно усмехнулась, вдруг становясь снова заносчивой язвой.
— Слишком часто упоминаешь чёрта, — довольно протянула она, странно посмотрев на него, но Влас ничего не ответил, всё так же напряжённо глядя на неё.
Посмотрев на мальчишку так, словно перед ней был старый огрызок от яблока, Маргарита круто обернулась и вышла вон из комнаты, не забывая хлопнуть дверью. Несколько поражённая Злата посмотрела на хмурого Власа и несмело прикоснулась к его руке.
— Всё в порядке?
Влас попытался ей улыбнуться. Именно попытался. И она это поняла.
— А к чему она сказала последнее?
— Не знаю, мало ли что у неё в голове, — отмахнулся мальчик и вернулся обратно на своё прежнее место.
Злата чувствовала, что между этими двумя всё же что-то произошло. Что-то, чего она сама не поняла. И это неприятное чувство липким холодом пробежало вниз к её животу.
Всё ещё слегка поражённая она спокойно села возле друга, неуверенно поглядывая на него. Влас спокойно смотрел в свою тетрадь практичных заклинаний.
— А у тебя… проблемы в школе из-за меня? — расстроено протянула она, опуская голову.
— Что? Нет! — спохватился Влас, откидывая тетрадь и осторожно хватая её за плечи. — Не слушай свою сестру! Нет у меня никаких проблем! А то надумаешь ещё чего!
— Но как же..? Те, которые «напыщенные и самовлюблённые»? — обеспокоенно уточнила она.
Влас лишь улыбнулся, и взгляд у него будто говорил сам за себя: «Ой, что за глупость!»
— В каждой школе есть свои дурачки, — просто ответил он, и она немного успокоилась, тепло ему улыбаясь.
Время текло своим чередом и дальше. Злата помогала маме, часто переживала стычки с Маргаритой, которая словно всё больше раздражалась и повышала ставки: как заставить сестру выйти из себя.
Иногда Злата виделась с Власом, а как-то раз они пообедали всей семьёй в доме Фроловых. Даже больше — в тот день она наконец познакомилась с Ульяной Лапиной, подругой Власа со школы. Стоило Злате выйти из камина — темноволосая девчушка тут же заулыбалась, встречая гостей вместе с остальными. Глаза Ульяны искрились какой-то загадкой, словно она знала что-то смешное, о чём никто не мог догадаться. В белом платье чуть выше разбитых колен она держалась уверенно и прямо.
— Теперь понятно, почему ты столько говорил о ней без умолку, а? — не удержалась Ульяна от негромкого комментария, толкнув Власа локтём. Но Злата услышала, приподнимая брови с лёгкой улыбкой непонимания.
— От ты дурында, а! — тут же выпалил мальчик, так же толкая подругу локтём. — Когда это такое было? Что ты галдишь?! — возмущался он, качая головой и отчаянно краснея. — Злата, познакомься, это Ульяна — та ещё заноза, вечно найдёт приключение на пятую точку! Ульяна — Злата.
Старшие оставили этот момент незамеченным. Родители Златы знакомились с бабушкой Марфой и матушкой Власа Целестиной. Отец мальчика, к сожалению, по каким-то причинам не жил со своей семьёй. Сам Влас говорил, что между ним и его мамой произошёл какой-то давний конфликт, после которого они редко когда виделись вместе.
Бабушка Марфа была добродушной женщиной, слегка полноватой в свои сто двадцать два, с иссиня-чёрными волосами и длинными пальцами, на которых покоилось множество всевозможных перстней с разнообразными камнями. Она была в длинных одеждах, с красным платком на плечах, который ярким пятном выделялся из её тёмного образа.
Целестина Фролова представляла собой более чем галантную женщину, которой и соответствовал их величественный дом. Высокая и тонкая, она была в подчёркивающих её фигуру тёмных одеждах. Белоснежные волосы, словно искрящийся свет, были бережно собраны в пучок на затылке, при этом несколько вьющихся прядок аккуратно обрамляли её красивое, но словно специально сделанное строгое лицо, которое немного растаяло в тёплой улыбке после нескольких часов разговора.
Оставив Маргариту в компании взрослых, ребята выбежали в сад, рассказывая Злате о своих приключениях в школе.
— Боже, с вами можно живот надорвать! — сказала Злата, пытаясь не смеяться.
— Это тебя ещё с нами не было! — сказала Ульяна, усаживаясь прямо на траву.
— Я думаю, если бы Злата тогда была с нами — мы бы точно напугали старика, ох и огребли бы тогда! — поддакнул Влас, отходя от чучела, стоящего неподалёку, и передавая недлинный клинок Ульяне.
— Вау! А что это? — с удивлением поинтересовалась Злата, во все глаза глядя на красивое оружие.
Влас вздохнул и закатил глаза, заметив улыбку Ульяны. А её улыбка значила одно — сейчас она снова будет тараторить о…
— Это мой — вакидзаши! — с гордостью закончила мысль Власа Ульяна.
— Вакидзаши? — переспросила Злата, взяв в руки красивый клинок, который ей передала Ульяна, общей длиной с рукоятью доходящий примерно 50–55 сантиметров.
— Вакидзаши-и, через «и», а не через «ы», и-и-и, — потянула гласную Ульяна, и Злата повторила за ней. — Это небольшой японский меч. В будущем, когда я вырасту, я смогу заниматься с катаной — это меч уже больше, примерно во-от такой, — протараторила Ульяна, широко разводя руками.
— Ого, ты с ним занимаешься! — удивилась Злата. — Это родители разрешили тебе, да?
— Отец Ульяны, Белогор Мирославович, преподаёт защиту от тёмных сил в школе для белбога, — сказал Влас и откусил кусок от яблока.
— Обалдеть! — выдала Злата совсем по обыденному, прикрывая рот руками. Ульяна рассмеялась.
— Да, но до этого отец занимался изучением оружия обыденных, поэтому у него своеобразные мысли о защите, — призналась Ульяна, опираясь на руки за спиной. — Взять тех же лесничих в нашей школе. Да, они носят обереги, печати защиты, но так или иначе они никогда не расстанутся со своими ружьями и арбалетами.
— А ты сама решила, что хочешь заниматься именно с таким клинком? — поинтересовалась Злата, и Влас тепло улыбнулся, видя жуткий интерес в её глазах.
— Да, — довольно ответила девочка, опустив задумчивый взгляд. — Моей мамы рано не стало, тогда папе приходилось часто брать меня с собой в разные города и страны. Мы отправились в Японию, где я увидела занятия мечников, и это так вдохновило меня… Я попросила его подарить мне катану, когда я вырасту.
— А дядюшка Белогор подарил вакидзаши, чтобы она потихоньку училась, — сказал Влас, когда подруга замолчала, вспоминая те дни.
— Да! — счастливо подтвердила Ульяна, рассмеявшись. — Катана для меня была бы слишком огромной!
— Невероятно! — сказала Злата, прижимая руку к груди. — А когда дядюшка Белогор будет преподавать у вас? Влас мне не рассказывал о таком предмете. — Злата посмотрела на мальчика, который, как ей показалось, на секунду напрягся.
— С пятого курса, как поступлю на белбог, — вспоминая, ответила девочка.
— Белбог? Он преподаёт только для белбога? — уточнила Злата, вспоминая, что ранее сказал Влас.
— Да, защита от тёмных сил для каждого курса своя, — с кивком уточнил мальчик.
— А в чём разница между белбожцем и чернбожцем? — невинно спросила Злата, глядя то на одного, то на вторую. Оба как-то даже растерялись.
— Да во многом, — сказала Ульяна, пожимая плечами. — Той же защитой, например.
— Их магия отличается, — ответил Влас, и в этот момент раздался голос бабушки из кухни:
— Влас, деточка, поди сюда, я вам компоту налила в графин!
Мальчик побежал на кухню, провожаемый взглядами девочек. Ульяна опустила задумчивый взгляд.
— Они другие, — вдруг сказала девочка с несколько горькой улыбкой.
— Кто? — не поняла Злата.
— Чернбожцы, — пояснила она и посмотрела ей в глаза, не переставая улыбаться. Со вздохом она снова посмотрела в сторону, куда ушёл Влас. — Как сказал Влас: их магия отличается. Порой она бывает жестокой. А жестокость меняет твою душу.
Злата свела брови, боясь даже предположить, о какой жестокости идёт речь.
— Не думай об этом, — вдруг сказала Ульяна, заметив её настроение. К ним уже возвращался мальчик, неся на подносе графин со стаканами и тарелкой фруктов. — Так или иначе тебя всегда будут окружать хорошие люди.
Злата в удивлении хлопала глазами.
— Откуда ты знаешь?
— О чём? — не понял Влас, устраивая поднос на траве.
— Это мой дар, — со счастливой улыбкой ответила Ульяна, указав на себя пальцем.
— О, ты что-то предвидела? — спросил мальчик, усаживаясь возле них.
— Да, нашу Злату всегда будут окружать хорошие люди, — довольно рассказала девочка.
Злата широко улыбнулась, глядя на своих друзей.
— Всё в порядке? — вдруг спросил Влас.
— Да, просто… — Злата опустила смущённый взгляд, немного краснея. — Я рада быть вашей подругой, ребята…
Влас тоже слегка смутился, пытаясь спрятать улыбку, а Ульяна и вовсе села возле Златы и крепко её обняла с весёлым смехом.
Глава 12
Время шло, и до Иван Купалы оставались считанные дни. Злата помогала матери в её рабочей комнате, где стояли огромные шкафы со множеством трав, плодов, свечей, банок, склянок и прочего-прочего. Тут же был огромный котёл для варки зелий, но были котлы и поменьше. Вероника Евсеева варила зелья на заказ, но порой и просто хотела помочь, за что многие очень любили её. Мирон, человек более ленивый, что касалось зелий, больше любил в прошлом попадать в неприятности, и потому работал в сообществе «Защиты мира волшебства». И хотя часто ему приходилось разбирать кипу бумаг, жена периодически замечала его синяки и ушибы. И всё бы ничего, только она понимала, что обычно такие следы оставались от более серьёзных травм, которые в срочном порядке лечили во время их «операций».
И всё же, несмотря на все переживания внутри каждого из членов этой семьи, их союз держался, и держался вполне уверенно.
В очередной солнечный день Злата проснулась с довольной улыбкой. Умывшись, она спустилась вниз на завтрак. Мать о чём-то с улыбкой разговаривала с Маргаритой, накладывая в её тарелку ещё горячих блинов.
— Доброе утро, милая! Присаживайся! — заметив младшую дочь, поздоровалась Вероника Евсеева, и улыбчивая Златка села на высокий стульчик. — Ты снова не причесалась?
— Я забыла, — немного смутившись, ответила девочка.
— Неотёсанная, — самоуверенно протянула Маргарита, но мать этого не услышала, а Злата всего лишь промолчала, привыкшая к таким вставкам каждый день.
— Как позавтракаем, нужно тебя причесать. Сегодня к нам прилетит Влас?
Злата активно закивала головой, набивая рот едой. Вероника лишь улыбнулась: её дочери были полной противоположностью друг другу. Маргарита всегда спокойная и строго держащаяся, тогда как Злата порой чрезмерно активна и чувствительна. Она любила их обеих так же сильно, как своего мужа.
Когда с завтраком было покончено, Злата с матушкой поднялись в её комнату. Там Вероника дождалась, пока дочь усядется на кровать, чтобы причесать её непослушные волосы.
— Что вы сегодня договорились делать?
— Влас хочет показать мне пару бытовых заклинаний, а потом мы хотели немного поиграть в домике на дереве!
— Тогда я чуть позже приготовлю вам чего-нибудь вкусненького, — с теплом отозвалась женщина, заплетая её волосы в уже длинную золотистую косу.
Когда всё было готово, Злата ещё раз посмотрела на время и решила немного почитать, пока ждёт Власа. Но читать совсем не выходило, то и дело мысли ускакивали, и Злата замечала за собой, что или она читает по три раза одно и то же предложение, или вовсе читает без малейшего понятия, что там происходит в книге. Решено было немного посидеть в детской, поиграть, но и это оказалось для неё делом скучным. Хотелось поскорее встретиться с другом. Надменная Маргарита сидела в своей комнате, и Злате было интересно, что она делает. Порой Злата сильно грустила, что не может зайти к ней, как раньше. Вбежать, плюхнуться на кровать или попрыгать на ней, услышать лёгкое возмущение сестры, но с улыбкой… Куда же всё это делось…
Когда ждать осталось совсем немного, с облегчением Злата спустилась на первый этаж в гостиную, ожидая, когда из зелёного пламени к ней навстречу выйдет Влас. Она сидела под диваном, прижав к себе колени, и всё улыбалась. Но чем дольше приходилось ждать, тем меньше счастья в ней оставалось. Она то и дело посматривала на часы, но Власа всё не было…
На кухню мимо проходила мать. Заметив дочь у камина, она подошла к ней с вопросом: