Психосоматика. Или все болезни от нервов

ПОСТУЛАТЫ И СПИСОК

Вот мой первый постулат: психическое здоровье проявляется прежде всего в отношении человека к своему телесному здоровью и к своей жизни. Личный постулат требует обоснования — попробуем поразмышлять и понять, верно ли это утверждение.

Получается примерно четырнадцать пунктов:

Курение.

Алкоголь.

Наркотики.

Фармакомания.

Переедание.

Вредные продукты.

Малоподвижный образ жизни.

Секс с извращениями.

Карьеризм.

Отсутствие любви и сочувствия к животным.

Отсутствие любви и сочувствия к детям.

Неуважение к людям.

Вред природе.

Игнорирование законов.

Список не окончен. Любой здравомыслящий читатель может его продолжить. Например: сильные эмоциональные реакции по малозначительному поводу. Ночные компульсивные зависания в телефоне или планшете. Ежедневные скандалы и конфликты в семье — с поводом и без. Или другое поведение, эмоции и мысли, после которых приходит сожаление, разочарование и даже апатия.

Если вы курите, пьёте алкоголь, употребляете наркотики и не назначенные врачом лекарства, переедаете, питаетесь вредными продуктами, ведёте малоподвижный образ жизни, занимаетесь сексом нерегулярно или с извращениями, относитесь к карьере и профессии как к необходимости, а не как к удовольствию, не любите детей и животных, не уважаете окружающих, не бережёте природу — не говоря уж о нарушении законов, — то велика вероятность, что вы психически нездоровы. Или, мягко говоря, не до конца осознаёте вред. Не до конца осознанны. Не разумны.

Заметьте, я не говорю «вы плохой человек». Я говорю «вы, скорее всего, нездоровы». Разница принципиальная. Плохих людей, с точки зрения психологии, не существует — существуют люди, которые выбрали не самый удачный способ справляться с жизнью. Курение, алкоголь, переедание, карьеризм — это не пороки. Это стратегии. Просто стратегии, которые убивают. А убийство себя, пусть и медленное, — это всё-таки симптом. Не приговор, но симптом.

ПРО СЕБЯ (ЛИЧНОЕ)

Прописывая эти строки, я улыбаюсь. Некоторые из этих четырнадцати пунктов я тоже иногда нарушаю! Хотя стремлюсь жить в соответствии с ними — вернее, наоборот, без них. Я уверен: человек, который соблюдает хотя бы половину этого списка, — уже нормальный, но не психически здоровый. Психически здоровые люди есть, и их немало, но они не так заметны, как те, кто стремится получить побольше иллюзорных удовольствий — по большей части суррогатов всех биологических и социальных потребностей. Да, курение, алкоголь, наркотики, лекарства, обжорство, чревоугодие, игромания и прочие вредные привычки — иллюзорные удовольствия психически ненормальных людей. В этом горькая правда жизни. Надо уж признаться себе и позаботиться о своих потомках.

Что же можно и нужно сделать, не прилагая сверхусилий? Всё просто. Вы знаете, что курить вредно, — так бросьте сегодня-завтра, прекратите это делать. Слабо? Да, вот она какая, наша психика! Мы бессильны перед ней. Но орешек знаний твёрд, и расколоть его поможет любознательность — «хочу всё знать». Вот у вас под рукой эта книга — проводник к психическому и физическому здоровью. Не только проводник, но и учитель, и тренер, и знахарь — всё в хорошем смысле слова.

ВТОРОЙ ПОСТУЛАТ

Второй постулат в этом контексте звучит так: здоровое тело, здоровый организм, здоровая сома, здоровое поведение ведут к оздоровлению психики. Так возникает полезный замкнутый круг.

Как же добиться желаемых изменений и сохранить здоровье на долгую счастливую жизнь, не прилагая ненормальных усилий? Всё просто: через знания, умения и навыки. Через изменение отношения к вредным и полезным привычкам. Это и называется психогигиеной.

ПРИРОДА И КОНСЕРВАТИЗМ

Можно сказать, что человек, который хочет что-то изменить в своей жизни, сталкивается прежде всего с природой — в виде психического консерватизма. Для природы есть простой закон: сохранить жизнь индивида до продолжения рода и привить потомству азы самостоятельности — примерно до возраста самостоятельного выживания, лет двенадцати. Полноценный детородный возраст наступает в 16—18 лет, плюс 12—14 лет на воспитание готового к выживанию потомства. Итого для природы 28—30 лет — достаточно для минимума. Конечно, нужно добавить ещё лет шесть на воспроизводство. Двое взрослых должны родить и воспитать не менее трёх особей — при этом воспроизводство произойдёт, программа-оптимум выполнена. В общем, лет до сорока человек уже выполняет свою роль, отведённую природой. Может, поэтому средний возраст древнего человека — 35—45 лет. А потом человек, как сейчас говорят, взрослый — 50 лет, потом очень взрослый — 60, потом пожилой — 70 и старый — 80.

Как нас поражают классики, описывая себя, своих современников и героев! Старик Карамзин, которому чуть за тридцать. Старухи от сорока до пятидесяти. Старики-мужья сорока-сорока пяти лет. Да, в недалёкие прежние времена люди рано взрослели, создавали семьи, старели и умирали. А когда возникает кризис среднего возраста? В 35—45 лет. Не в этом ли прописанный природой категоричный минимум жизни человека? А дальше что — только своё решение, без природы и социума. Выполнил задачу-минимум — получи возрастной кризис.

И вот что забавно: природа считает, что вы свою программу выполнили лет в сорок. А вы в это время стоите перед зеркалом и думаете: «Кто этот уставший человек и что он сделал с моей жизнью?» Природа бы ответила: «Всё правильно, работу сдал, можешь быть свободен». И вы свободны — от смысла, от цели, от желания. Поздравляю, это и есть кризис среднего возраста. Не экзистенциальный, а биологический. Природа просто перестала вами интересоваться. Как старым телефоном: ещё работает, но обновлений больше не будет.

ВРЕДНЫЕ ПРИВЫЧКИ И ПРИРОДА

В сорок лет человек начинает задумываться о смысле жизни, о своём — уже подорванном к этому возрасту — здоровье. У него возникает желание что-то изменить и пожить в своё настоящее, а не иллюзорное, социально обусловленное удовольствие. А не тут-то было! Попытки справиться с вкоренившимися вредными привычками оканчиваются, как правило, победой привычек. Природа, мозг как бы говорят: «Ничего не меняй. Я не дам тебе поменять свой образ жизни. Ты смог дожить до сорока лет и остался жив — значит, всё делаешь правильно». Природе всё равно, что творится «наверху»: как ты живёшь, от чего страдаешь, какие у тебя моральные установки и ценности. Ты живёшь — и это главное. А изменения рискованны, неизвестны, могут привести неведомо куда, а может, и к смерти. Наоборот: продолжай давать потомство и учить его — и потомство потомства — самостоятельности. Это программа-максимум. Сколько успеешь — столько и хорошо. Программа-оптимум у тебя уже зачтена.

ПРИРОДА ЖЕСТКА

Природа жестка, эволюция жестока. Закон джунглей. Сильнейший выживает в пищевой цепи. Так принято говорить. Но так ли уж жесток этот закон — или он всё-таки направлен на счастье и долгую жизнь? Есть животные, которые живут дольше человека и мало болеют: черепахи, киты. Их приспособленность как млекопитающих — а человек тоже млекопитающее — позволяет предположить, что продолжительность жизни человека ещё не имеет чётких границ и постепенно увеличивается. За счёт лучшей адаптации и наличия сознания — в виде возрастающего самосознания.

А может, все эти человеческие задумки о морали и духовных ценностях — красивая обёртка для самоопределения человека как вершины творения природы? Да, действительно, настоящие моральные и духовные ценности улучшают и психику, и здоровье тела. Но об этом — дальше.

МОЗГ И ФРАНКЛ

С природой — в виде генетически определённых устойчивых структур и механизмов мозговой деятельности — не поспоришь. Природа выиграет. Мозг — высшее из известных пока творений природы, хотя сам мозг может и не понять, что он не вершина. Как говорит Франкл: «Корова не понимает существования человека». А мозг управляет и гармонизирует. Фантазирует, воображает, может даже придумать себе бога — чтобы не была так страшна неопределённость. Именно поэтому человек как будущий киборг не так уж прост. Творение природы может обмануть природу, нейтрализовать её жёсткое программирование — хотя, может, это тоже задумка природы: для выживания сильнейших, вернее, умнейших.

Тем не менее человек может обойти сопротивление мозга и психофизиологии к изменениям. Первый и далеко не последний парадокс психики: можно добиться изменений, избегая изменений. Вредные привычки — как нужные, помогшие в определённый момент жизни способы адаптации — «прилипают» к нормальному естеству человека. Привычки выражаются в динамическом стереотипе; его ломка, по словам Павлова, может стать причиной неврозов (чаще у слабого и инертного типов нервной системы) и сопровождаться болезненными эмоциями из-за сложности перестройки на новый динамический стереотип: резкая перемена обстановки, климата, прекращение привычных взаимоотношений, занятий, смена профессии, образа мыслей, выход на пенсию и т. д. Подробнее — в глоссарии.

ПАРАЦЕЛЬС И РАЙ

Природа создаёт для человека рай с помощью эволюции мозга — но человек никак не может осознать эти слова Парацельса*. Опять же происки природы.

Сможет ли человек справиться с праздностью, когда поймёт, что живёт в раю?* Как тут не вспомнить эксперимент с крысами, лишёнными страданий и борьбы за существование: их популяция быстро пришла в упадок, деградируя на глазах. В этом — пока сильные опасения природы, заложившей в прогрессивное развитие законы эволюции, законы естественного и полового отбора. Может, для природы важно: пусть будут все эти страдания, издержки адаптации, иллюзорные удовольствия — лишь бы человек мог выживать, а не предаваться праздному времяпрепровождению, которое может привести к отсутствию желания развиваться и продолжать род. Есть искушение не утруждать себя, не суетиться. Страдания даны человеку, чтобы не скучать и развиваться.

— — —— — ——

Автор имеет в виду афоризм, приписываемый Парацельсу: «Бог не придумал ничего, кроме рая; наше грехопадение — в невозможности осознать это».

ЭВОЛЮЦИЯ И ВЫЖИВАНИЕ

Сейчас ещё раз проиллюстрирую эту мысль и обозначу великий замысел природы. Праздная жизнь, лишённая борьбы, чревата для человека вымиранием. Закон эволюции перестаёт действовать, останавливается прогресс, мы не развиваемся — и погибаем. В этом суть эволюции и вымирания. Всё живое не может стоять на месте. Застой грозит вымиранием. Только движение помогает выживать; движение заложено природой для выживания. Развиваясь, мы выживаем. Это как бежать по брёвнам, накиданным в воде: пока бежишь, они тебя держат; остановишься — сразу уходишь под воду.

Поэтому вредные для здоровья привычки создают проблему выживания. Те, кто начинает это понимать и отказывается от них — не от страха, а сознательно, — станут развивающимся ядром эволюции. Ведь человеку дан разум, чтобы понять это и начать жить по-человечески, а не по законам джунглей. Это проблема всего мира, всех этих войн и конфликтов. Человечество должно понять: нам надо не только выживать, но и адаптироваться к тем законам природы, которые диктуют необходимость знания самих себя, своей психики, своего сознания. Может, в этом и есть задумка природы: человек всегда находится в состоянии экзистенциальных выборов, чтобы строить своё гармоничное будущее, в котором проблемы будут только творческого порядка. После выживания наступает пора адаптации — эра адаптации в высшем творческом проявлении.

Как понять, что энергия человека, его потенциал заложены в потребностях, а потребности подвергаются сильному воздействию суррогатов в виде вредных привычек? Остаётся единственный вопрос: как сделать созидание всеобщего комфортного сосуществования главной целью человечества? Да легко, на самом деле: каждому жителю планеты Земля начать действовать — начинать с самого себя.

ПСИХОСОМАТИКА РЕЗУЛЬТАТ ПСИХОЛОГИИ

И каждый человек может внести свою лепту в это созидание — если начнёт с самого себя. Психосоматика дана природой человеку для возможности осознать это созидание. И может быть, лет через 700—1000 человек станет более психически здоров, чем сейчас. В этом очень сильный парадокс природы: осознать тем самым органом (мозгом), что причина страданий — психическая, воображаемая, отфильтрованная от реальности системой субъективности.

Психосоматика — практический, реальный результат понимания психологии.

Итак, после популярного обоснования психосоматики перейдём к насущным вопросам. Как это сделать? Как достичь гармоничного духовного, душевного и физического здоровья? Что надо узнать, чему научиться, как сформировать желаемый образ жизни?

В этой книге мы подробно рассмотрим способы и результаты желаемых изменений. Эти знания необходимы, чтобы легче переходить на правильный образ жизни. Мы используем два основных способа стимула и мотивации к изменениям: страх и счастье, кнут и пряник. Пугаем страхом и обещаем счастье.

И да, если вы думаете, что я сейчас начну вас пугать и обещать золотые горы, — вы правы. Именно так работает популярная психология. Сначала кнут, потом пряник. Сначала «вы все умрёте от своих неврозов», потом «но есть способ». Классика жанра. И, честно говоря, это работает. Потому что человек — существо, которое лучше всего учится на двух вещах: на страхе и на надежде. Всё остальное — детали.

ЦЕЛИТЕЛИ

Одна из самых известных популяризаторов исцеления через практическую психологию — Луиза Хей. Она на собственном примере доказывала, что соматические болезни зарождаются в психике, там же профилактируются и там же реабилитируются. Её принципы просты в чтении и, конечно, трудны в исполнении. К учению Луизы Хей стоит относиться как к популярному стилю жизни: при серьёзных соматических расстройствах лучше проконсультироваться с врачом, а вот для психогигиены и психопрофилактики её советы пригодятся.

Забегая вперёд: я не сторонник школы «полюби себя — и рак уйдёт». Но я и не противник. Я — за здравый смысл. Если человек с онкологией бросит лечение и уйдёт в аффирмации, он умрёт. Если он будет лечиться и параллельно работать с психикой — у него будет больше шансов, чем у того, кто просто лечится. Это не эзотерика, это статистика. И, кстати, статистика, которую западная медицина признала только лет двадцать назад. А Луиза Хей говорила об этом в 1980-х. За что ей, при всей моей иронии, — уважение.

Женщина, 34 года. Аффирмации Луизы Хей знает наизусть. Каждое утро — перед зеркалом. «Я люблю себя. Я принимаю себя. Я здорова». И — аллергия. Каждый год. Весной. На пыльцу. Таблетки не помогают.

Спрашиваю: «А что вы не любите в себе?» — «Всё». — «А точнее?» — «Ну, я толстая. Я некрасивая. Я неудачница. Муж ушёл. Работа — не то. Дети — не то. Всё не то». — «А аффирмации?» — «Аффирмации — это как макияж. Снаружи вроде норм, а внутри — я себя ненавижу».

Вот в чём проблема популярной психологии. Она учит говорить правильные слова, но не учит чувствовать правильные чувства. А тело не слышит слов. Тело слышит только правду. Если вы себе врёте, тело врёт вам в ответ. Аллергия — это не про пыльцу. Аллергия — это про то, что вы не можете вынести что-то в себе и проецируете это на мир. В данном случае — на пыльцу. Пыльца не виновата. Пыльца просто попала под руку.

Через год работы — аллергия стала слабее. Не исчезла. Но стала слабее. Потому что женщина начала говорить себе правду. Не «я люблю себя», а «я себя ненавижу, и я не знаю, как это изменить». С этого обычно и начинается настоящее лечение.

ЛУИЗА ХЕЙ, ЛИЗ БУРБО И ДРУГИЕ

Луиза Хей (1926—2017) — американка, одна из самых известных популяризаторов психосоматического подхода. В 44 года она начала посещать церковь, основанную Мэри Бейкер-Эдди, — женщиной, которая сама прошла путь от невротического состояния до душевного здоровья и стала одной из богатейших женщин рубежа веков. Луиза создала свою доктрину: здоровье тела — через здоровье психики. Её правило простое: перестаньте себя критиковать, хвалить себя, любить себя прямо сейчас — и болезнь отступит. В 1982 году она издала знаменитую таблицу заболеваний, где каждой болезни соответствует своя психологическая причина и своя аффирмация. Таблица эта, конечно, научно не проверена, но вреда от неё точно нет — а ипохондрикам она и вовсе заменяет психотерапевта. Впрочем, при подозрении на заболевание лучше всё-таки сходить к врачу — а может, и к двум-трём.

Скажу честно: к Луизе Хей у меня отношение двойное. С одной стороны, её таблица — это классика жанра «психология для домохозяек»: «рак — от обиды, артрит — от критики, близорукость — от страха будущего». С другой — я знаю десятки людей, которым её аффирмации реально помогли. Не вылечили рак, конечно. Но помогли перестать себя гнобить. А это, между нами, дорогого стоит. Если человек двадцать лет ненавидел себя, а потом начал говорить себе «я тебя люблю» — он не вылечится, но он хотя бы перестанет добивать себя изнутри. И это уже профилактика. Так что таблица Луизы Хей — это как гомеопатия: научно не доказано, но если помогает — почему нет? Главное, не бросайте из-за неё химиотерапию.

Лиз Бурбо (род. 1941) — канадский автор, коуч, основатель центра личностного роста. Родилась в Квебеке, в многодетной семье (она была четвёртым ребёнком из двенадцати). В 1966 году начала карьеру в международной компании, быстро выросла до регионального представителя, а в 1982 году ушла в свободное плавание — и стала проводить авторские тренинги по раскрытию внутреннего потенциала.

Её концепция: все человеческие страдания сводятся к пяти травмам — «отвергли», «покинули», «унизили», «предали», «были несправедливы». От каждой травмы человек защищается своей маской, и болезнь — это сигнал о том, что маска треснула. Бурбо — не учёный, а практик, и её книги — это не наука, а популярная психология. Но у неё есть то, чего часто не хватает академическим текстам: живой язык и уважение к читателю. Именно поэтому её читают.

Я привожу отрывки из книг Луизы Хей и Лиз Бурбо как образец популярной житейской психологии — той, что преподносится как знание, проверенное личным опытом. Для психологии как науки такие книги ценны прежде всего тем, что направляют человека к разуму и самопознанию. Замечу: даже классики — Фрейд, Юнг, Адлер, Кречмер, Райх — писали без опоры на строгие научные исследования, опираясь на собственную практику и нередко подгоняя данные под свою концепцию. В этой книге я тоже не застрахован от перекосов, но стараюсь в основном приводить данные, полученные в исследованиях.

Отдельно про пять травм Бурбо. Идея красивая, спору нет. Отвергли, покинули, унизили, предали, были несправедливы — и правда, если подумать, все детские обиды сводятся к чему-то из этого списка. Проблема в другом: у Бурбо нет ни одного исследования, которое подтверждало бы, что эти травмы ведут именно к тем болезням, которые она описывает. Это не значит, что она врёт. Это значит, что она обобщает. А обобщать на основе собственной практики — это, простите, не наука. Это литература. Хорошая, тёплая, человеческая — но литература. И читать её нужно именно так.

Приведу имена ещё нескольких авторов, которые учат бережнее относиться к психическому — а значит, и к соматическому — здоровью.

Лууле Виилма (1950—2002) — эстонский врач, автор книг о связи стресса и болезней. Её определение стресса простое и точное: «Стресс — это невидимая глазу энергетическая связь с плохим. Всё, что для данного человека плохо, является стрессом». В её концепции болезнь — это накопленный стресс, который тело больше не может выносить. Книги Виилма — это скорее философия, чем медицина, но определение стресса у неё лучше, чем в иных учебниках.

Колин Типпинг (род. 1941) — автор метода «Радикальное Прощение». Его исходная мысль: глубинная ненависть к себе — основа всех человеческих проблем, включая болезни. Откуда она берётся? Типпинг предлагает религиозное объяснение: мы несём вину за отделение от Бога, первородный грех, и эту вину проецируем на других. Отсюда — войны, конфликты, агрессия. По Типпингу, исцеление начинается с прощения себя и других; а прощение, в свою очередь, «поднимает вибрации» и возвращает жизненную энергию. Стыд и вина, говорит он, несут низкие вибрации и истощают энергетическое поле — результат: заниженная самооценка, апатия, депрессия. Терминология у Типпинга эзотерическая, но суть здравая: непрощённая вина разрушает и психику, и тело.

Завершая подборку, упомяну Георгия Николаевича Сытина (1921—2016) — советского и российского учёного, автора книг по нетрадиционной медицине. Он прошёл войну, был тяжело ранен и, по собственным воспоминаниям, выжил благодаря силе слова. Сытин — противник лекарственного лечения и создатель метода словесно-образного эмоционально-волевого настроя: специальных текстов, которые человек читает или произносит, чтобы запустить восстановительные процессы в организме. Его труды — это тонкая работа со словом на стыке психогигиены, психопрофилактики и психореабилитации. Конечно, есть и другие сторонники нелекарственных методов — голодание, дыхательные практики, закаливание. Подчеркну ещё раз: большинство таких методов являются профилактикой, а не лечением. О некоторых из них речь пойдёт в следующих главах.

Отношение к Сытину в профессиональном сообществе сложное. С одной стороны, его «настрои» — это, по сути, самовнушение в чистом виде, а самовнушение работает. С другой — он нередко обещал исцеление от того, от чего исцелиться нельзя: от онкологии, от диабета, от генетических болезней. И это уже опасно. Если человек с диабетом откажется от инсулина и уйдёт в настрои, он умрёт. Поэтому я всегда говорю студентам: методы Сытина — это профилактика и реабилитация, но не лечение. И уж точно не замена таблеткам. Хотя, если честно, посмотреть, как взрослые люди с серьёзными лицами читают вслух тексты вроде «Я — человек, я — мужчина, я — здоровый дух в здоровом теле», — это отдельное удовольствие. Не знаю, лечит ли это тело, но чувство юмора восстанавливает точно.

ЗАВЕРШАЮЩИЕ АБЗАЦЫ

Таким образом, психосоматика постепенно переходит из области популярных ненаучных методов в сферу науки. Большинство учёных сегодня признают организм человека целостным и не отделяют психику от тела. И потому важно понимать, как работает психика — чтобы позаботиться о теле, меньше болеть и прожить долгую, здоровую, весёлую и счастливую жизнь.

И вот что я хочу сказать напоследок. Все эти целители — Хей, Бурбо, Виилма, Типпинг, Сытин — они не врачи. Они не учёные. Они не проводят исследований и не публикуются в рецензируемых журналах. Но их читают миллионы. Почему? Потому что они дают людям то, чего не даёт академическая медицина: надежду и внимание. Врач в поликлинике за семь минут скажет вам «ничего страшного, попейте витамины». А Луиза Хей напишет книгу на триста страниц о том, что ваша боль в колене — это непрощённая обида. И человек чувствует, что его услышали. Не важно, что это не наука. Важно, что это отклик.

Поэтому дальше мы пойдём другим путём. Не через веру в чудо, а через понимание механизмов. Не через аффирмации, а через психогигиену. Не через «полюби себя» (хотя и это не помешает), а через конкретные знания о том, как психика управляет телом. Наука — скучная штука, но у неё есть одно преимущество перед эзотерикой: она работает.