- -
- 100%
- +
Как он ненавидел эти разъезды, бесконечные погони за все время ускользающей впереди тенью и обещаниями, что осталось немного, и скоро он сможет возглавить орден. Да! Осталось добавить, это произойдет после того, как он доставит к ним девчонку. И на кой черт она сдалась? Почему все вновь крутиться вокруг нее?
Он думал, что разделавшись с главным конкурентом на пути к заветной цели, получит желаемое. Он думал, что только Джек отделяет его от этого. Он думал, что не составит труда убедить всех в том, что он истинный хранитель, а Джек – одна большая ошибка.
– Надо же, гребаный любимчик, и где ты теперь? – Хмыкнул он. – Слился с природой!
Он засмеялся и тут же поперхнулся, когда голова пошла кругом, а в затылок будто ударили кулаком. Фред, щелкнув выключателем, застонал, когда свет больно резанул по глазам, зажмурился и с вытянутыми руками направился к центру просторной комнаты, где стоял широкий угловой диван, обтянутым тошнотворным светло-голубым флоком с темно-синими и черными лепестками. И какой придурок догадался обтянуть его такой тканью?
Парень шлепнулся на мягкую обивку и потер виски кончиками пальцев. Да, он всегда завидовал этому выскочке – внимание, забота, которыми его окружали незаслуженна. Почему его выбрала Афения, тупая старая корова?! Почему Джека, а не его? Ведь тогда все было бы по-другому, и не пришлось бы гоняться за призраками, полагаться на всяких придурков и ждать с моря погоды.
Почему лучшие девчонки достались ему, что эта Шелдон нашла в Джеке, и почему отвергла его? Почему Рейчел тайно вышла за него замуж, не сказав не слова? Почему они все не ставили Фреда в расчет, ведь у него есть деньги, власть, он не дурен собой, тогда какого хрена им надо?
Рейчел продолжает строить из себя безутешную вдову, смотреть тошно. Шелдон же горько пожалеет о своем выборе, и будет умолять его, когда останется одна. Да, когда она останется совсем одна, уж он постарается, он все припомнит. Ведь теперь некому прийти ей на помощь. Осталось-то всего ничего. Устранить эту пешку Луиса, гребаного телохранителя, и дело в шляпе.
Желать смерти кому-то и самому убить человека – две разные вещи. Уж кому как не Фреду это знать. То, что произошло возле чаши «Подношений», долго приходило в кошмарах – посиневший Дэнни, со свисающим багровым языком, протягивал к нему скрюченные пальцы, шипя, как обкурившаяся гадюка, а из дырищи в груди сочилась зеленая гниющая жижа, от вони которой слезились глаза и перехватывало дыхание.
Фред боялся ежечасно, ежесекундно, что за ним придут копы, упрячут за решетку, но время шло и ничего не происходило. Землетрясение уничтожило все следы, а единственный свидетель должен скрываться, чтобы защитить девчонку. Единственный свидетель, до которого он, Фред, скоро доберется, чтобы закрыть его вонючий рот навсегда.
Он зевнул, скривившись от запаха перегара, и только теперь заметил в проеме спальни темный силуэт. Он хмыкнул, стянул с себя футболку и зашвырнул в противоположный угол. Медальон на груди в свете люстры тускло блеснул, глаз в центре треугольника будто ожил, переливаясь матовым светом.
– Ну, извини, – бросил он фигуре в проеме. – Совсем забыл! Забыл, что у нас назначена встреча.
– В нашем деле такого быть не должно. Ты все провалишь, Фред! Ты еще хочешь быть главным хранителем, – человек сделал шаг вперед.
– Я же извинился, что еще нужно. С кем не бывает?
– Со мной не бывает и с другими, которые рядом с нами.
– Да, бросьте, сэр! У всех нас есть слабости.
– Ошибаешься. В нашем деле этого быть не должно, повторил он. – Все слабости ты должен оставить в прошлой жизни, иначе все бесполезно. Это последний раз, когда я говорю об этом, иначе мне стоит поискать другую кандидатуру.
Веселость Фреда вмиг исчезла, лицо исказила ярость.
– Не стоить этим шутить. Я много через что прошел, чтобы сворачивать, сэр, и дойду до конца. Плевать, через кого перешагивать, понимаете? – Зловеще прошептал он. – И не стойте там, как, мать его, мессия на проповеди. Я не мальчишка выслушивать ваши нравоучения.
Человек хмыкнул и шагнул вперед на свет. Строгий деловой костюм подчеркивает начинающую полнеть фигуру, галстук в коричневую полосу идеально доминирует с дорогими лакированными туфлями и темным цветом пиджака.
– Мистер Лестер, для начала здравствуйте. Даже не спрашиваю, как вы проникли в номер.
Адам Лестер достал из кармана брюк платок и вытер потеющую залысину, подозрительно посматривая на Фреда. Затем протянул ему белую пилюлю:
– Выпей это.
– Что за хрень!
– У меня мало времени ждать, когда ты протрезвеешь, парень. Или ты выпьешь таблетку, или я ухожу, и разговор не состоится, а значит, вынужден буду сообщить в совет о твоей некомпетентности. Мало того, что ты забыл о встрече, к тому же явился пьяный как… – он брезгливо сморщился.
– Я попросил бы быть поосторожнее в высказываниях, – рявкнул Фред, выхватив таблетку из протянутых рук. – Черт, это что, собачье дерьмо? – Скривился он, когда горечь расползлась по пищеводу.
Банкир хмыкнул, достал жвачку и протянул парню, тот, не говоря ни слова, вырвал ее из рук.
– Итак, давай перейдем к делу, – сказал Лестер, расхаживая взад-вперед, заложив руки за спину, как школьный учитель перед аудиторией. Фред со злостью наблюдал за ним, интенсивно работая челюстями.
– Твоим ребятам удалось обнаружить Вайлет?
– Я посылал вам отчет о Марлоу.
– Вы были в двух шагах от нее и не могли задержать?
– Слушайте, сэр. Если бы это был так просто – она давно была бы у вас, разве нет? Девчонка испарилась прямо из-под носа, в парке, будто растворилась среди деревьев. Этот чертов туман был таким густым, что не было видно даже собственной вытянутой руки. И еще эти гребаные птицы подняли такой шквал, что грозили привлечь копов, которые усиленно патрулировали улицы. Вам известно почему? И почему она оказалась именно в этом городе и именно в это время?
– Это к делу не относится, Фред. Говоришь, птицы подняли крик?
– Да, глупые вороны. Наверное, мы были рядом с их гнездом? Черт, да это и не важно! Вы не прекратите ходить, будто маятник? У меня такое ощущение, что мои глаза сейчас лопнут от вашего матания туда-сюда?!
– Как сказать, – задумчиво протянул Лестер и остановился. – Птицы… не птицы… – Он опустился рядом с Фредом и хмуро посмотрел прямо на него. От этого взгляда парню сделалось не по себе – глаза напротив казались безумными, в их глубокой темноте затаилась злость.
– Ты знаешь, что произошло с Афенией? А ведь она могла просчитывать шаги на много ходов вперед, к тому же обладала отличной интуицией и могла заставить любого сделать то, что необходимо или почти любого. Но Джек оказался хитрей: он задушил настоятельницу и сорвал ритуал, после чего все пошло не так. К великой для нас удаче, он не выбрался из пещер, и только поэтому мы живы. Это ты понимаешь?
– Я все знаю и без вас, не стоит лишний раз напоминать.
– Все верно, Фред, но что ты скажешь на то, что обещания о твоем посвящении всего лишь хитрая уловка, и кто-то вовсе не собирается назначать тебя хранителем. Что ты скажешь на то, что кто-то из совета решил приберечь место для себя. Ведь такой случай выпадает раз на тысячу, а тебя просто используют. И чтобы все прошло правильно ему нужно провести ритуал. Тот же ритуал, вернувшись в место, где все началось – в храм.
Фред побагровел, сжал кулаки и выплюнул жвачку под ноги.
– Поэтому так быстро выделили инвестиции для восстановления монастыря?
– Именно… именно поэтому им нужна девчонка: ее смерть, ее кровь даст право тому, кто совершит жертвоприношение вступить в истинные права. Ты же знаешь, к чему это обязывает и что дает. Ты к этому все время стремился. Ведь в тебе течет кровь одного из семерых, и ты единственный, кто должен унаследовать титул. Ты должен оберегать это место и хранить знания, передавая следующему поколению. Они просили доставить девчонку, чтобы совершить ритуал, если ты не опередишь их. Нет ее, нет возможности занять место Афении, но ты… ты можешь доказать, что не пешка в разыгранной комбинации.
– Сэр, вы намекаете, что я должен убить Вайлет? – Фред громко сглотнул, такого расклада дела он не ожидал.
– Только ты и никто другой. Запомни, и только в одном месте, если и не в храме, то на земле Файерлейка, запомни это. Подумай, что важнее для тебя, жалость к Шелдон или быть главным хранителем вместе с Рейчел со всеми вытекающими отсюда последствиями. Ты должен заманить ее в Файерлейк.
– Но обмануть совет не удастся! Что будет, когда все откроется?
– Я помогу тебе, а когда все произойдет им ничего не останется, как признать тебя, потому что та сила, которую получишь по праву, заставит подчиниться такому решению: твоему, а не их. Совет должен, обязан будет сотрудничать с тобой. Иначе и быть не может.
– Отчего вдруг такая забота обо мне? – Прищурился Фред. – Ты-то что с этого поимеешь? Ради чего тебе рисковать, ведь если дело не выгорит, не думаешь же, что я один стану отвечать за провал?
– Фред, ты никогда не жил по правилам. Никогда не соблюдал законы. Никогда не верил людям. Ты берешь, что хочешь и живешь, как хочешь, так к чему задавать вопрос, ответ на который очевиден. Мне надоело быть мальчиком на побегушках. Я уже не молод и мне необходимо что-то более материальное, чем раболепное служение совету и подчинению его законам. Я всю жизнь прожил под колпаком сводов и ограничений, не хочу больше.
Мне нужна свобода и право выбора. Ты дашь мне это, ты сможешь решить. Скажем так: мне будет достаточно небольшого острова вблизи австралийского континента и приличный счет, дабы скоротать оставшиеся деньки в спокойствии и удалении от проблем хранителей.
– Ты хочешь сбежать? – Фред поднялся. Стало холодно, в открытое настежь окно ворвался шум дождя и ночная свежесть. Кожа покрылась мурашками, он подошел к встроенному в стену шкафу и достал рубашку.
– Мистер Лестер, вы думаете, я поверю в бред о всемирной усталости и затерянном острове? Зная вас, могу предположить, вы, говоря простейшим языком, вешаете лапшу на уши. Вспомните семейство Шелдонов и папочку решившего удалиться от дел. Что с ним произошло, дайте-ка вспомнить?! Ах, да! Несчастный случай на дороге! Надо же какое совпадение, похоже, он и вправду удалился от дел.
– Фред, ты можешь верить или нет, твое право. Ирония здесь лишняя. Только когда все произойдет, и тебя просто вышвырнут, как надоедливого щенка выполнять мелкие поручения и подтирать зад за главным хранителем, вспомнишь мои слова. К тому же…
Лестер подошел вплотную, хитро заглядывая в глаза:
– Тебе разве не хочется отплатить Джеку? Он перевернется в гробу, зная, что ты прикончил его девчонку. Ведь ты так и не смог лично с ним поквитаться. Неужели ты просто проглотишь обиду? То, как он унижал тебя при всех, насмехался, я бы подобного не вынес. Но ты ведь сильный мальчик, и, похоже, прощаешь всем тем, кто бьет тебя по носу?
Фред взревел и, подлетев к журнальному столику, швырнул его об стену. Лестер тут же оказался рядом.
– Я знал, ты не из тех, кто прощает, – шептал он на ухо. – И ты добьешься всего, чего захочешь. Пусть мои мотивы тебя не тревожат. Я не причиню вреда и всегда прикрою, но ты должен обещать, что выполнишь условия, когда придешь к цели.
– Хорошо, – процедил сквозь зубы Фред. – Гребаный ублюдок поплатится сполна. Если не он, так те, за кого он душу рвал, и этот жалкий полукровка пойдет под раздачу первым. Когда храм будет восстановлен?
– К следующему лету, если ничего не помешает.
– Ничего не помешает, – прохрипел Фред. – Передай совету, я сделаю все, что в моих силах. Постарайся убедить их в моей преданности, а пока…
– А пока мы будет готовиться. Время у нас есть, нужно собрать информацию об этом… Луисе. Ты прав, сначала займемся им. Он единственная преграда на пути к девчонке.
– Ошибаетесь, сэр. Если они вернутся в ГриндБэй на их стороне будет резервация, индейцы станут на ее защиту.
– Значит нужно постараться, чтобы они туда не добрались, – оскалился Лестер улыбкой крокодила, заманившего к водопою антилопу.
После того, как банкир ушел, Фред долго не мог найти места и метался по номеру, словно безумный в одиночной палате. Он не хотел смерти Вайлет, которая продолжала нравиться, не смотря ни на что, а ее неприступность просто сводила с ума. С другой стороны жажда власти быстро перевесила чашу весов не в ее пользу, а мысль о том, что стало бы с Джеком, знай он об этом плане, распаляла еще больше.
С кем он мечтал разделаться так это с Луисом. Жаль, что у него дрогнула рука тогда, возле церкви. Жаль, что не смог совладать с эмоциями, страхом, испугом, когда понял – пуля, предназначавшаяся лютому врагу, досталась другому, жалкому неудачнику Дэну. Как жаль, что он не разрядил обойму в харкающего кровью полукровку, ползущего к нему с перекошенным от ярости лицом. Скольких проблем избежал бы, сколько времени сэкономил. Одно нажатие на спусковой крючок, жалкий трус, и дело сделано.
Фред снова корил себя за малодушие, но былого не вернуть, а произошедшее не изменить. Зато пришло время все исправить, и больше рука не дрогнет. Мертвые не возвращаются, чтобы мстить, но слабые получают сполна уже в этой жизни, а что будет после – начхать!
Он подошел к бару и потянулся за бутылкой мартини. Прошел к витрине окна, занимающей всю западную стену, и уставился на горящие огни спящего города.
– Начхать! – Прохрипел Фред, сделав большой глоток. – Начхать, мистер умник, и на тебя тоже. Гребаный благодетель нашелся! Остров ему и кучу бабок! Я вижу тебя насквозь, такой же хитрый и скользкий, как и те в совете. Вздумал поиграть в свою игру, что ж… – Он отхлебнул от бутылки и икнул. – Только не на того нарвался. Ты уже провалил одно дело в Файерлейке, я не дам завалить тебе еще одно.
– Здесь ты абсолютно прав, ученик, – раздался приглушенный шепот.
Фред развернулся так быстро, что бутылка выскользнула из рук и с гулким стуком покатилась по полу, оставляя позади золотистый ручеек, пока не наткнулась на тяжелые массивные сапоги стоящего в проеме. Человек протянул руку, одетую в черную перчатку, к стене и щелкнул выключателем, погрузив комнату в полумрак.
Свет из прихожей, падающий в спину гостя, не давал возможности разглядеть его, скрывая лицо в темноте, но это было не важно, потому что Фред сразу узнал эти широкие плечи и тихий вкрадчивый тембр голоса. Тень, упавшая на пол, не двигалась, человек замер в ожидании или был призраком, галлюцинацией после чрезмерно выпитого, что более правдоподобно, потому что он не мог сейчас стоять здесь. Не мог, потому что остался под каменным завалом в Лунных пещерах.
– У меня сегодня что: дом свиданий или вечер открытых дверей? – Пробубнил Фред, стараясь скрыть испуганные нотки дрожащего голоса. – Вообще-то на двери висит табличка – не беспокоить!
«Мертвые не возвращаются»? – Парень вытер ладонью вспотевший лоб. – «У меня едет крыша, иначе не объяснить»!
– Ваш тандем меня впечатлил, – рассмеялся человек. – Это был новый союз розы и лилии? А где договор, скрепленный кровавой печатью?
– Ты еще кто такой, твою мать?
– Тихо! Тихо! Не нужно приплетать сюда мою бедную матушку, ей бы это не понравилось.
– Но ведь это не можешь быть ты… – простонал Фред и покачнулся. – Ты ведь… ты…
– Лучше присядь, парень. Не хочу, чтобы ты грохнулся в обморок, испортив впечатление от произведенного мной эффекта. Успокойся, я не призрак и не чертов труп, как ты себе, наверное, вообразил. Можешь потрогать меня, удостовериться, что я из плоти и крови.
– Я не верю, что это ты. Я никогда не видел твоего лица, а голос и осанка всего лишь…
– Хорошо, чтобы тебя убедить приведу несколько фактов из прошлой жизни в Файерлейке. Для начала сядь, – рявкнул он, и Фред тут же плюхнулся в кресло, словно его бросило туда силой.
– Во-первых, моя интуиция, Фредди, подсказывает, что ты узнал меня, верно? Во-вторых, напомню тебе о Дэне, которого ты убил возле чаши «Подношений». Рассказать, как все было? Что ж… – не дождавшись ответа, продолжал гость.
– Ты целился в спину Джека, потому что не мог выстрелить, глядя ему в глаза. Его взгляд всегда причинял тебе боль, а меняющие цвет глаза пугали. Когда на тебя смотрела черная бездна, парализующая своей ненавистью и злобой. Страх затапливал тебя, Фредди, как ужасающий ливень мелкий высушенный засухой водоем, в одно мгновение, превращая в бурлящее озеро. Твоя ненависть к нему была лишь жалкой крупицей напротив его ненависти. Песчаной крупицей напротив горы Маун-Худ. Подсознательно ты всегда боялся его, поэтому знал, в честной борьбе тебе не выиграть, так?
– Да пошел ты… Кто ты? – Пискнул парень. Холод проник под рубашку, а зубы клацали, дрожь пробрала до самых костей.
– Ты знаешь, кто я, Фред! И я учил, что ты должен делать, как поступить. Если бы ты меня слушал, то был бы теперь во главе группы, а не шестеркой, исполняющей мелкие поручения. Этот медальон, что висит у тебя на груди, дал тебе я в день перед затмением. Ты помнишь, что мы находились одни в доме Афении – в лесной хижине, недалеко от монастыря «Плача», перед тем, как Рейчел рассказала тебе о месте, где индейцы прячут девчонку – в одной из лунных пещер. Мы были ведь совершенно одни там, верно?
Помнишь, что я сказал о пропадающих людях в Файерлейке? Я приехал, чтобы, как и Лестер, не дать совершиться непоправимому и вовремя вмешаться. Но, как известно, наш банкир немного заигрался и не проинформировал совет об истинном положении вещей, что привело к дестабилизации всего предприятия, поставив под угрозу само его существование.
– Ты никогда не говорил, что входишь в совет.
– Я и сейчас не говорю. Но совету нужны такие преданные делу люди. Если бы не мы, катастрофа давно произошла бы и тогда ни совет, ни мы с тобой, ни другие не смогли бы остановить процессы, запущенные адским механизмом. Ведь что есть тьма – всего лишь дверь. Но я вижу в тебе настоящего преемника, Фред, поэтому и пришел. В отличие от остальных я сразу не был согласен с кандидатурой Джека, потому что многое в его биографии меня настораживает и является подозрительным.
– Кто-то сильно постарался убедить совет в том, что он истинный, несмотря на знаки и пророчества. Знаешь, это как утешать себя мыслью, что ты приручил льва, надев ошейник и накормив до отвала еще теплой плотью, превратил в домашнюю кошку. Когда придет время лев кинется на тебя, освобождая путь к свободе. Такие дети вообще долго не живут, но он каким-то образом выжил и это лишь доказательство тому, что кто-то из совета сильно этому поспособствовал.
– Ты хочешь сказать, что в самом совете…
– Я хочу сказать, что зло не спит. Ему не нужен ни отдых, ни пища, ни силы, чтобы продолжать попытки повернуть все вспять.
– Но… как ты выжил? Ведь я видел собственными глазами руины. Видел, как все обрушилось. Видел, как пылал город!
– Как и Лестер, я просто вовремя ушел, когда понял, что Афения мертва и оставшиеся хранители уже не могут адекватно реагировать на ситуацию и принимать правильные решения. Они покорно остались под землей, решив придать себя в жертву. Думая, что это поможет отсрочить время. Окончательно потеряв контроль над мальчишкой, отпустив девчонку, они сами подписали себе смертный приговор. Они давно утратили истинный смысл существования хранителей, их же алчность их и сгубила.
– Значит, Лестер не знает о тебе?
– Разумеется, нет. Скажем так, я на тайной службе одного из членов совета, и мое инкогнито дорого стоит.
Фред поднялся и, обойдя гостя, прошел в гостиную. Он даже не пытался всмотреться в скрытое под капюшоном лицо – пройденный этап, ничего бы все равно не вышло. Пока он копался в шкафу, фигура напряглась, руки, одетые в перчатки, сжались в кулаки – гость не привык стоять спиной и Фред ожидал его решения, так и случилось. Человек прошел в глубину комнаты и опустился на дальнее кресло, почти у окна, скрытое в полумраке.
Фред бросил рыться в шкафу, эта была лишь уловка, и протопал обратно в комнату.
– Хочу предупредить, – прохрипел гость. – Я не придурок Лестер, и игры со мной для тебя плохо закончатся. Я даже знаю, о чем ты думаешь, поэтому не стоит выкидывать фокусы. Если сделаешь, что скажу, у тебя все получится, если же нет… Ты же понимаешь, я пойду на все, чтобы обезопасить себя и свое дело.
– Отлично, сэр, – Фред облизал пересохшие губы. Угроза, исходящая от гостя, была ощутима даже физически. – Тогда где ты пропадал этот год, когда мне так нужна была помощь?
– На то имеются свои причины, знать о которых тебе вовсе не обязательно. Теперь ты не один, и я не позволю одурачить нас. Первое: ты уверен в своих ребятах?
– Пока я им плачу – да.
– Отлично, – хмыкнул гость. – Сильнее денег лишь страх, поэтому ты должен сделать так, чтобы они тебя боялись. Я помогу в этом.
– В этом проблем не будет.
– Твои братья должны помочь.
– Артур в Вашингтоне, он не бросит учебу.
– Ты должен убедить его приехать.
– Я сказал, что он не бросит учебы, – рявкнул Фред. – Генри при мне.
– Тогда ты должен сделать так, чтобы он оказался в ГриндБэй, когда я скажу. Дальше ты знаешь. Где сейчас девчонка?
Парень пожал плечами.
– Мы потеряли ее след в Марлоу.
– Я подскажу, где ее найти, вернее – где ожидать.
– И без тебя знаю, что она рано или поздно отправится в резервацию.
Гость поднялся, шумно выдохнув. Внушительная фигура возвышалась над Фредом почти на два фута. Инстинктивно он сжался, будто ожидая удара.
– Слушай Лестера, пусть он думает, что одурачил тебя. Сделай вид, что поступишь так, как он скажет, и собирай информацию об этом Луисе. Здесь Лестер прав – пока тот с девчонкой, нам к ней не подобраться, а она необходима. Лестер не хочет допустить ее появление в совете, возможно и здесь он прав. Возможно, ее кровь помогла бы тебе, возможно… но может и наоборот. Рисковать нельзя.
– То есть?
– Что если кровь наследника одного из хранителей принесет тебе вред, и ты никогда не сможешь занять место Афении?
– Что же делать? – Испуганно прошептал Фред.
– Когда придет время, я сам займусь девчонкой. Таким образом, к ее гибели ты не будешь иметь никакого дела.
– А… может ее лучше не трогать, ведь она, возможно, поможет, – он замер, ожидая ответа.
– Понимаю. Но если девчонка узнает, что ты пытался убить Джека, ее ничего не остановит. А она узнает, если останется жива – всего лишь вопрос времени. К тому же ее связь с преемником очень сильна, и рано или поздно она захочет занять твое место. Мы не можем рисковать.
– Откуда Вайлет узнает об этом? – Вспыхнул Фред.
– Не забывай о Луисе, который все видел. Он может рассказать о случившемся возле церкви, если уже не рассказал. Она никогда вас не простит, уж будь уверен. Но об этом я сам позабочусь. Ты должен убедить Рейчел быть с тобой – союз укрепит твои силы, ты станешь основателем новой группы и создашь новые законы.
– Она до сих пор думает о нем.
– Так заставь ее забыть Джека. Мне ли учить тебя, как это делается?
– Ну, хорошо, допустим. Твоя роль? Почему ты помогаешь мне? Что хочешь получить взамен?
– Ничего, – гость сделал шаг вперед. – Мне надоели интриги и закулисная борьба, пора произойти тому, что действительно должно было случиться еще много лет назад.
– Да? И что же должно было произойти?
– Дверь должна оставаться открытой, никто не смеет препятствовать приходу…
Телефонный звонок прервал гостя. Человек поднял руку, указывая в направлении источника звука.
– Я свяжусь с тобой, когда появятся новые сведенья. Делай все, как мы решили, и очень скоро в твоих руках окажутся такие нити, о которых ты и не помышлял. Ты станешь обладателем такой власти, которую и представить не мог. Лестер будет ползать у твоих ног, как блохастый щенок, да что Лестер, совет склонит перед тобой голову, и только ты будешь решать, кому дозволено служить тебе.
– Кто состоит в совете? Сколько их? Кто они?
– Никто точно не знает, кроме них.
Сердце застучало, словно он пробежал несколько миль. Фред кивнул головой человеку в плаще, прошел в другую комнату и негнущимися пальцами поднял трубку.
– Да? – прохрипел он, голос тоже не слушался.
– Фредди, ну извини, что нагрубила. Просто, ты иногда становишься невыносим, настоящее животное. Я говорила, что не терплю этого.
– Ты ослепляешь, с тобой я забываю о любых приличиях, крошка, – самодовольно хрюкнул парень. – Вражда забыта. Мне приехать к тебе?
– Нет.
– Ну же, чего ты боишься?
– Слишком поздно, и я уже легла спать.
– Так это здорово!
– Прекрати, иначе мы снова поссоримся. Приезжай завтра. Ты знаешь, у меня возникло несколько свежих идей по отношению к нашей маленькой проблеме. Думаю, ты их одобришь.
– Как скажешь, малышка.
Фред положил трубку и самодовольно крякнул.
– Все равно, будет по-моему. Слушайте, сэр, я хотел спросить кое о чем, – он развернулся. В спальне никого и в гостиной тоже. Странный гость исчез, будто его и не было, хотя он не слышал, чтобы сработал замок двери.