Наследница в Академии Крылатых. Уроки предательства

Глава 1

Я всё-таки опоздала. Или же вся моя группа во главе с куратором сговорились и нарочно собрались на четвёртом полигоне пораньше, чтоб выставить меня в дурном свете. Из двух вариантов реальнее был первый, но я предпочла успокоить свою совесть вторым, когда по прибытии обнаружила, что ребята уже разбились на подгруппы, следуя каким-то указаниям магистра, о которых мне оставалось лишь догадываться. Сам магистр Харрэйн`Ар стоял ко мне спиной, лениво подбрасывая в правой руке несколько энергетических пульсаров, и нацеливался на тех адептов, что вчетвером выстроились в ряд перед ним, приготовившись защищаться, поэтому я справедливо понадеялась, что моё позднее появление останется незамеченным. Жаль, что справедливость в это утро если и существовала, то не в отношении меня.

— Кан! — рявкнул куратор, едва я сделала по полигону первую десятку шагов.

Вздрогнула и ускорилась.

— Доброе утро, магистр. Извините за опоздание, — остановилась сбоку от преподавателя в двух шагах, покаянно опустив голову.

Это не помешало заметить, в какой досаде и брезгливости исказилось мужское лицо.

— Я прикрыл твою тощую задницу лишь потому, что в противном случае пришлось бы тратить своё личное время на дальнейшие разбирательства, раз уж ты в моей группе. Но это не значит, что я буду потакать тебе и впредь, — жёстко и бескомпромиссно постановил магистр, даже не взглянув в мою сторону. — Опоздания недопустимы. И это моё единственное предупреждение тебе, Кан. Потом будут репрессии. А теперь марш в строй.

Прям «марш» у меня не получилось. Сперва я моргнула, зависнув на первой половине его речи. За прошедшие сутки так много всего случилось, что я практически забыла о разговоре мастера Ширмина и саэны Амартен про старшую кровь и исцеление снежного барса, за подслушиванием которого меня застал куратор и о котором мне сейчас столь язвительно напомнил.

— И живее-живее, Кан! Не изображай мне тут умертвие, все только тебя одну и ждут! — растерял остатки терпения магистр Харрэйн`Ар, а как только я в самом деле перестала изображать умертвие и со всех ног ринулась к четвёрке, стоящей перед куратором, добавил намного громче и уже для всех: — Меняем правила! Никаких спаррингов на сегодня не будет. Каждый сам за себя. Тот, кто выстоит в составе основной группы три запуска зарядов, освобождается до конца занятия, ему на смену встаёт тот, чья фамилия следующая по алфавиту.

Ребята, в ряд с которыми я встала, заметно оживились, буквально воспряли духом. На контрасте с тем, как уныло повздыхали все остальные. В этот момент и до меня в полной мере дошло, чем именно лично мне грозило распоряжение куратора, хорошо осведомлённого о том, что я не умею ставить щиты, а значит, получать мне каждый запуск энергетических зарядов с самого начала и до самого конца. То есть обещанные им репрессии начались уже сейчас, а не в необозримом будущем, как было обещано!

Вот же…

Злопамятный!

Но и ничего поделать с этим я не могла. Не только смирилась со своей грядущей участью, даже ободряюще улыбнулась в ответ на сочувствующий взгляд стоящего рядом Шейна. Будет уроком мне, чтоб не только больше не опаздывать, но и перестать заниматься всякой сомнительной деятельностью по ночам и в предрассветное время, вместо того тренироваться в плетении защиты.

Жаль, менее больно от этого не стало!

Первый же бросок куратора, и один из пульсаров попал мне в бедро, пронзив всё тело настолько острыми и колючими шипами электроразрядов, что я не удержалась на ногах, рухнув на колени, до крови кусая нижнюю губу, чтоб не взвыть в голос. Остальные пульсары разбились о выставленные парнями щиты. Из пострадавших и корчащихся от боли была лишь я.

— Кан, если надеешься, что я лежачих не бью, то сильно заблуждаешься, — ехидно прокомментировал моё положение магистр.

И тут же снова запустил в нас пульсарами!

Не оставил мне ни времени, ни возможности подняться или прийти в себя. Но мне даже на пользу сыграло. Я сумела вовремя сгруппироваться и увернуться, откатившись в сторону. В итоге пульсар врезался не в меня, а в землю — там, где я была ещё секунду назад. Вместо травы остался небольшой выжженный участок с заметным углублением, и я невольно порадовалась своей сообразительности и ловкости. А вот магистр, наоборот, совсем не обрадовался, недовольно поджал губы и прищурился, сверля меня взглядом, хотя и выговаривать ничего не стал, ведь в поставленных им условиях не было ничего о том, что нельзя уклоняться.

Впору гордиться собой!

Ещё бы так два разочка, и… И в третий раз вместо одного, в меня полетело сразу пять пульсаров!

Не только я, ребята тоже ничего такого не ожидали, вместе с третьим запуском по инерции выставили перед собой щиты. Которые им, разумеется, не пригодились. А вот мне они пришлись бы очень кстати, потому что увернуться от одного пульсара или двух ещё возможно, но не от такого количества, к тому же летящих с разных направлений, чтобы не дать уклониться.

Столкновение в одной точке вышло громким!

Меня не только оглушило, даже ослепило ненадолго, когда пульсары закончили свой путь и взорвались, сливаясь с пространством в единое золотое сияние… активировавшегося на мне стража. Как и в прошлый раз, меня отшвырнуло силой отражённой магической атаки далеко назад, я долетела практически до самого ограждения полигона, оставив после себя на земле заметный след. Больно ударившись спиной во время падения, я тихонько выругалась сквозь зубы, ошалело уставившись на куратора. Просто потому что превосходно помнила, Найрэ призван защищать от прямой магической угрозы, способной нанести серьёзный ущерб здоровью носителя, а значит, попади все эти пульсары магистра в цель, то есть в меня, мне было бы не просто больно, как в первый раз, я бы серьёзно пострадала.

И ладно бы только это…

— Кан! — отошёл от шока не менее удивлённый подобным поворотом событий магистр.

Удивлялся он явно не тому, что чуть меня не покалечил, скорее, тому, что я всё равно не покалечилась, осталась цела и невредима, благодаря своему стражу. Собственно, на нём куратор и зациклился, едва я поднялась на ноги и, пошатываясь, пошла обратно.

— Сняла стража, живо! — велел он.

Ксандр уже предупреждал меня о том, что при испытании навыков защиты, когда нас поставят против атакующих третьекурсников, на стража не стоит рассчитывать, его придётся снять, поэтому приказ куратора был вполне ожидаемым и справедливым, мне стоило бы его беспрекословно выполнить. Но! Моя спина всё ещё ныла после падения, мышцы покалывало от неприятного ощущения пронзающего тока, а воображение угрожающе дополняло всё это, рисуя картины того, как я пострадаю без стража.

— В обозначенных вами условиях не было запрета на дополнительную личную защиту, — заявила я малодушно.

Знала ли я, чем мне грозит такая дерзость? Нет. Но догадывалась. Догадки оправдали себя буквально в следующую минуту, когда в ответ на мои слова магистр досадливо заскрипел зубами, а потом одарил меня таким многообещающим взглядом, что я сразу поняла: куратор нам достался не только злопамятный, но ещё и жуть какой мстительный. В итоге живой мишенью я пробыла до самого конца занятия. Адепты, выстоявшие три запуска пульсаров, сменяли друг друга один за другим, но я неизменно оставалась в основной пятёрке, ведь, даже если мне удавалось увернуться или срабатывала защита Найрэ, по тем же условиям магистра требовалось именно «выстоять», а не «вылежать» или что-то в таком роде, что, к величайшему прискорбию, мне так и не удалось.

Зато потом наконец случилось что-то воистину хорошее!

Я увидела их не сразу, слишком занята была переживанием собственной неудачи, оставшись лежать посреди полигона с раскинутыми в стороны руками, обречённо уставившись в ясное синее небо. Большинство парней уже отправились смывать с себя пот и грязь, завтракать и готовиться к началу следующих пар, но были и те, кто остался, выслушивая от магистра замечания относительно слабых сторон их защиты. Последнее тоже сыграло свою роль в том, что поначалу я никак не отреагировала на чужое приближение, хотя отчётливо его уловила. Опомнилась лишь после того, как над моей головой раздалось тихое призывное рычание:

— Аур-рр…

Я сперва ушам своим не поверила. Но стоило задрать голову, как убедилась в том, что мне не мерещится. В считаных шагах от меня действительно величественно возвышался снежный хищник, выжидательно разглядывающий меня своим умным сапфировым взором.

— Малыш! — обрадовалась я и моментально подскочила с места, чтобы поскорее оказаться рядом с барсом. — Как же я рада тебя видеть!

— Я бы не… — попытался вставить в мои счастливые возгласы стоящий рядом со зверем директор.

Но и только. Порыв моей радости оказался намного стремительнее его пытки вмешаться и гораздо сильнее любых доводов рассудка. Я бросилась барсу на шею и с улыбкой уткнулась носом в мягкую шерсть ещё до того, как до самой дошло, насколько этот поступок опасный и легкомысленный. Зато самому зверю уж точно всё понравилось и пришлось по душе, ведь ответом от него мне стало новое «Аур-рр», полное довольства.

— Как ты? Тебе ведь намного лучше, да? — спросила я, чуть отклоняясь назад, чтоб видеть пушистую мордашку.

Мордашка между тем не только светилась довольством, но и светилась в принципе. От барса исходило искрящееся голубое сияние, знакомо рассыпающееся бриллиантовой пыльцой, оставляющей временное, но такое красивое марево на моих руках.

— Да, он полностью восстановился, за это можешь не переживать, с ним всё в порядке, — произнёс дарай Даркрэ`Аш.

И только я открыла рот, чтобы поблагодарить за столь щедрый дар, как эти драгоценные минуты, как тут же закрыла его обратно, потому что барс решил не ограничивать нас обоих одними обнимашками и не менее радостно и довольно принялся облизывать моё лицо.

Теперь я стала не только вся перепачканная, но ещё и совершенно слюнявая!

Хотя мне грех жаловаться. Улыбка никак не желала сходить с моих губ, пока я уворачивалась от шершавого языка, при этом не переставая и сама обнимать барса. В итоге я опять валялась на траве, только теперь придавленная не степенью своего дурного настроения на фоне неудачного утра, а тяжестью веса пушистой зверюги, сообразившей, что в таком положении мне сложнее сопротивляться и так облизывать меня намного удобнее.

— Фу, Малыш, как тебе не стыдно?! — притворно грозно возмутилась я. — Прекрати!

Но то ли вышло откровенно фальшиво, то ли барс меня всерьёз в принципе не воспринимал, угомонился он лишь после короткой, но властной команды директора:

— Дзой.

Перемена в поведении зверя вышла кардинальной. Ещё несколько секунд назад развлекающийся, как маленький котёнок, снежный барс мигом утратил весь свой беззаботный вид, враждебно сверкнул сапфировым взором в сторону отдавшего приказ директора и с недовольным рыком уселся в позу «Ждать», глядя исключительно на мужчину, словно за одно мгновение напрочь позабыл о моём существовании. Тут-то я и вернулась с небес на землю, помимо всего прочего, обратив внимание на ошейник из трансмутировавшей триллиевой стали, жёстко ограничивающий свободу и возможности белоснежного хищника.

— Его ведь отпустят, да? Не оставят в лабораторной клетке? — с надеждой посмотрела на директора.

— Привёл бы я его к тебе, будь иначе? — поинтересовался дарай. — Ледяной ирбис теперь твой. Ты единственная, с кем он тут, как я вижу, поладил.

А я опять сидела на траве и улыбалась, как последняя дурочка, не в силах перестать это делать, хотя и знала прекрасно, насколько глупо выглядела. Сердце переполняла не только безграничная радость, но и необъятное чувство благодарности за то, что мужчина не только не забыл о моей просьбе, но и сделал гораздо больше, нежели я могла даже представить.

Хорошо хоть и его обнимать не бросилась!

— Так уж и единственная? — покачала головой в ответ на собственные мысли. — Вас он слушается. В отличие от меня.

На мужских губах мелькнула тёплая улыбка.

— Он не может не выполнить приказ того, кто надел на него ошейник, но тебя он воспринимает как равную, а во мне видит, скорее, врага, которому вынужден покориться. Ледяные ирбисы не любят ограничений, — ответил директор и протянул мне ладонь, чтобы помочь подняться.

Я снова улыбнулась ему с благодарностью и приняла жест. Правда, на этот раз улыбалась я недолго. Как только оказалась стоящей на ногах, а массивная фигура дарая больше не загораживала собой большую часть обзора на полигон, я заметила, что, помимо куратора и нескольких адептов, время от времени заинтересованно поглядывающих на нас со стороны, появился кое-кто ещё. Те, чьё появление я пропустила, о чём мгновенно и сильно пожалела. Глава академии стоял ко входу на полигон спиной и не мог увидеть свою сестру в сопровождении архимага Морвейн, активно что-то рассказывающей матери Ксандра, пока они обе целенаправленно двигались в нашу сторону. А вот я не только прекрасно их рассмотрела, но и очень быстро осознала, что никаких путей к отступлению нет, соответственно, встречи с Марикой Даркрэ`Аш мне не избежать.

Если я срочным образом что-нибудь не придумаю!

Глава 2

Подкоп или прыжок через ограждение? Спрятаться за сильной спиной своего нового друга и надеяться на его грозный хищный вид или же сразу бежать к куратору, чей характер сегодняшним утром по степени злобности ничуть не уступал настроению сестры директора? Магистр же говорил, раз я в его группе, он перед другими пусть и вынужденно, но точно вступится за меня…

Каких только безумных идей не пронеслось в моей бедовой голове, пока я с содроганием сердца смотрела на два женских силуэта, шедших сюда по мою душу!

А в итоге я остановилась на самом прагматичном варианте, пусть он и выглядел довольно малодушно.

— Вчера вы сказали, если будет нужно, чтобы вы что-нибудь сделали для меня, стоит об этом просто сказать, — заявила, взглянув в тёмные глаза директора с таким видом, словно это не он мне минуту назад снежного барса фактически подарил.

Ну а что? Для выживания все способы хороши!

— Сказал, — заинтересованно посмотрев на меня в ответ, подтвердил Таннер.

— И ещё вы сказали, что я вас спасла, — напомнила.

Заинтересованности в его взоре лишь прибавилось.

— Сказал, — улыбнулся он.

Я бы тоже улыбнулась, но в этот момент до меня дошло, что на ноги я поднялась давно, а мою руку мужчина так и не отпустил. Представила, как нечто подобное смотрится со стороны, особенно в глазах той, что собиралась избавиться от меня, только бы не становиться моей свекровью, и откровенно ужаснулась.

— Спасёте меня в ответ? — заодно свою руку у директора наконец забрала.

На что я рассчитывала, выдавая ему всё это? На свойственные ему благородство и великодушие, разумеется. Я же не ожидала, что конкретно на этой ноте благородство и великодушие дарая внезапно закончатся, а им на смену придут свойственные всем Даркрэ`Аш упрямство и категоричность.

— А ещё я сказал, чтобы ты обращалась ко мне по имени и без вежливо отстранённого вы, по крайней мере, в менее официальной обстановке, — укорил он.

Эх, сказала бы я! И про то, что вообще-то на подобные фамильярности не соглашалась. И про то, что это всё в нём приворотные чары говорят. Да и много чего ещё бы тоже ему припомнила. Но промолчала. Четвёртый советник сюзерена и сестра директора преодолели половину полигона, им до нас оставалось всего около сотни шагов, и времени на развитие дискуссии совершенно не оставалось. Вот и сократила всё до итогового:

— Это такая вежливая форма отказа? — прищурилась.

— Это такая отчаянная попытка хоть немного утолить дикую потребность быть к тебе чуточку ближе, — вздохнул обречённо Таннер.

Его рука, ещё совсем недавно державшая мою, напряжённо сжалась в кулак. Больше он ничего не сказал, но моя не вовремя проснувшаяся совесть прекрасно договорила всё за него. Стало не только совестно, но и стыдно. Пришлось и в самом деле уступать. Вернее, я как раз собралась с духом, чтобы именно так и поступить, но возможности уже не осталось. Порыв ветра принёс тихий голос архимага Морвейн, а директор нахмурился и обернулся, заметив женщин. Те, в свою очередь, как раз смотрели на нас, и сложно не заметить, сколько презрения светилось в глазах одной из них.

— Она же собиралась покинуть академию, — тихонько проворчал себе под нос мужчина.

— Видимо, передумала, — признала я очевидное.

Эх, и чего я вариант с подкопом или прыжком через ограждение сразу не выбрала?..

— Аур-рр? — махнул хвостом барс, тоже прекрасно уловив, как сгущается в воздухе напряжение.

— Всё хорошо, малыш, — поспешила я успокоить зверя, погладив его за ушками.

Не была уверена в том, насколько это действительно помогало, да и не задумывалась в тот момент, просто сделала, поддавшись инстинктивному порыву. И не прогадала. Снежный барс придвинулся ближе, уткнувшись мокрым носом мне в бок, даря тепло и поддержку. Стало легче. Нет, сама ситуация лучше не стала, но… как говорится, перед смертью всё равно не надышишься. К тому же все мои мысленные страдания всё-таки не остались незамеченными директором, и моей просьбе о спасении он всё же внял.

— Адептка Кан, думаю, вам следует покормить своего зверя и приготовиться к началу следующих занятий, до них осталось не так уж и много времени, — официальным тоном проговорил дарай Даркрэ`Аш, как только его сестра остановилась перед нами и приоткрыла рот, намереваясь высказаться первой, взглянув на меня, как кобра на пойманную к ужину мышку.

А я что? Мне два раза повторять не надо!

Прихватив барса под ошейник, я старательно закивала в смиренном согласии, после чего ринулась к выходу с полигона, воспользовавшись щедрым предложением директора, принявшего весь удар родственного внимания на себя.

Но пошла ли я готовиться к началу занятий?

Вот уж нет!

По крайней мере, не сразу.

Сперва…

— На каком полигоне утреннее построение у пятого курса? — поинтересовалась я по пути у первого встречного адепта в мундире факультета боевых искусств.

То ли второкурсник, то ли третьекурсник настороженно покосился на моё мохнатое сопровождение, мохнатое сопровождение ответило тем же, только с плотоядным предвкушением. Адепт впечатлился и отступил на пару шагов назад. Барс завтракать непонятными личностями тут же передумал и забыл о парне, довольный произведённым эффектом. Но ответ на заданный вопрос я всё же получила. Ещё через несколько минут и я, и мой снежный хищник направлялись к тому, с кем следовало пообщаться ещё в тот момент, когда я только-только узнала о подставе с брачными браслетами, но не смогла в силу внешних обстоятельств. В конце концов, если это тоже ничем не поможет, директор как раз велел найти еду для моего питомца, хотя бы скормлю ему Ксандра.

Не всё мне одной быть жертвой обстоятельств!

Мстительно-убивательная мысль о племяннике директора оказалась неожиданной даже для меня самой, но однозначно понравилась. И пусть я вряд ли стала бы претворять её в жизнь, но так увлеклась ею, что не заметила, как дошла до нужного полигона. Ну а что? Это бы не только сделало барса сытым, но и решило сразу несколько моих проблем: с возвращением отнятой артефактом Тхаэра силы, с покушениями на меня, заодно бы и от его матери, рьяно желающей познакомиться со мной поближе, избавило, поскольку, если нет жениха, нет и никакой помолвки.

Эх, мечты-мечты!..

Хотя нет, мечты тут вовсе ни при чём.

Просто я такой злой уже давно не бывала!

И чем дольше думала, тем больше злилась. Правда, стоило мне переступить границу поля, где тренировались пятикурсники, как я застыла. Просто разум оказался совсем не готов к тому, что утренняя тренировка у них вовсе не близилась к завершению, а была в самом разгаре.

Вот уж не думала, что танец смерти под аккомпанемент звенящей стали, пылающей алхимическим пламенем, может быть настолько завораживающим!

На самом деле в представшей перед моими глазами парной схватке четырёх адептов не должно было быть ничего прекрасного и грациозного, только непоколебимая сила и жестокость, выверенные чёткой техникой боя. Но было. А я всё равно стояла и любовалась. Не только тем, насколько искусно каждый из них владел своими клинками, насколько точным являлся каждый выпад и взмах сильных рук, увитых жгутами мышц, которые также можно было превосходно рассмотреть, ведь мундирами и рубашками ни один из адептов выпускного курса себя не обременял. Я стояла и любовалась вообще всем, что видела. Даже трава вдруг выглядела зеленее обычного, синева небес казалась более насыщенной, а солнце засветило гораздо ярче, бросая благословенный свет на поджарые и тренированные тела…

Так, стоп!

Что это со мной?!

Зажмурилась. Для особой надёжности даже лицо ладонями накрыла. Досчитала до пяти. Резко выдохнула. Аккуратно раздвинула пальцы и сквозь них снова посмотрела на пятикурсников. Те, как и прежде, выглядели умопомрачительно шикарно, а у меня, ко всему прочему, ещё и сердце вдруг забилось чаще, едва Ксандр чуть не пропустил удар от Теона, стремительно напавшего на него в прыжке. Но сперва оно чуть не остановилось! Сталь с горящими рунами пронеслась так близко от лица Хейза, что я почти поверила в то, что ранение неизбежно. Тем я и выдала себя, невольно вскрикнув.

А это точно я вскрикнула?

Уж больно переживательным вышел этот вскрик, разнёсшийся по полигону вместе с ветром...

Схватка четвёрки резко прекратилась.

— Рин-Рин? — удивлённо обернулся Ксандр.

А ведь ещё минуту назад я собиралась его если не скормить снежному хищнику в самом деле, то хотя бы попытаться придушить за всё то, что он сделал за вчерашний вечер. Но теперь получалось думать лишь о том, что мне всё-таки позарез нужен дух дракона, благодаря которому я обрету способность проваливаться сквозь землю.

Только ради этого непременно закончу четвёртый курс на факультете боевых искусств!

Но это я, конечно же, оставила при себе.

— И тебе доброе утро. Если его, конечно, ещё можно считать добрым, любимый, — последнее добавила с нескрываемым сарказмом, сложив руки на груди.

Дальше так и не пошла. Дождалась, когда кое-кто не только соизволит сам приблизиться, но и вспомнит о своём неподобающем внешнем виде. Правда, вспомнил он об этом, сперва глянув на остальных ребят в группе. Первая рубашка, поднятая с травы, полетела в Теона, затем и с остальными произошло то же самое. А вот свою рубашку Ксандр как раз надевать не стал, просто прихватил с собой, идя мне навстречу. Пока шёл, то по-прежнему удивлённо, то заинтересованно, то озадаченно рассматривал не только меня, но и того, с кем я явилась, явно пытаясь угадать причину столь неожиданного визита.

— Что-то случилось? — поинтересовался Ксандр, как только подошёл, остановившись в двух шагах, совсем не смутившись присутствия барса. — А почему он с…

Вероятно, он хотел узнать, как так вышло, что мой снежный хищник не только не в клетке в лаборатории мастера Ширмина, но ещё и со мной, свободно разгуливает по территории академии. Но я не оставила ему возможности договорить, как и не собиралась отвечать. Перебила.

— Сними их, — потребовала, шагнув ему навстречу.

Дистанция между нами практически совсем исчезла, а я буквально подсунула ему под нос свои запястья с его брачными браслетами, прибавив к этому не менее требовательный взгляд, устремлённый на него.

Верила ли я, что это решит мою самую насущную проблему? Разумеется, нет. Но всё равно предпочла перейти сразу к сути. А ещё совсем не удивилась, когда ответом мне стало настороженное и задумчивое:

— Ты какая-то напряженная, Рин-Рин. — Он аккуратно обхватил обе мои ладони своими и слегка сжал, по-прежнему глядя мне в глаза. — Что произошло?

Я могла бы рассказать ему о том, что мне всё известно, что я слышала их разговор и мне всё это категорически не нравится, так что ему стоит начать воспринимать меня всерьёз, иначе пожалеет, но тогда пришлось бы заодно сознаваться и в том, что этим утром я находилась в спальне его дяди. Не то чтоб последнее являлось чем-то постыдным или зазорным, но конкретно сейчас я готова была обсуждать только браслеты, которых не должно на мне быть, и не только по моему скромному мнению.