- -
- 100%
- +
Это первый том цикла «Непридуманные истории». Здесь я расскажу о истории люблю и дружбы моего лучшего друга Кирилла. Всего историй будет пять, про каждого из друзей. Надеюсь вам, дорогие читатели, понравятся эти истории!
Я не хочу сказать, что мои друзья какие-то особенные. Я знаю, что у каждого из нас в жизни были интересные истории, достойные своей книги
Посвящается Кириллу, лучшему другу, разуму нашей компании.
Нам тебя не хватает…
1-Знакомство
Все началось с того, что мы переехали в другой город, получив квартиру в новостройке. В день переезда, я изучал новый двор, чтобы не мешать взрослым перетаскивать вещи из машины. В этот день переезжали многие, поэтому со всех сторон доносился своеобразный гомон. Это было мое десятое лето, солнечный август радовал обилием не до конца пожухшей листвой. Это был молодой микрорайон и деревья здесь едва были выше меня. За двором виднелся зелёный забор новой школы, а на заборе сидели яркие представители одного из произведений Стивена Кинга. Признаться, честно, я в тот момент, когда они заговорили, довольно сильно испугался и дрожь пробежала по спине, но я не показал этого, лишь сильнее нахмурил брови.
Синие шортики, белые футболки с крошкой енотом и бежевые сандалии на белые носочки. Молочно белая кожа, ярко голубые глаза и абсолютно белые волосы, подстриженные в округлую удлиненную прическу, достающую до плеч. Глядя на эти по истине ангельские мордашки, я не сразу смог определить, кто это были, мальчики или девочки!? Но вели себя они очень странно. Первое, на что я обратил внимание, так это то, что они моргали одновременно! А когда один ребёнок повернул голову, чтобы посмотреть на меня, второй проделал тоже самое, в ту же секунду! Они двигались абсолютно в унисон, как будто, у них был один мозг на двоих. Они сидели в одинаковой позе и все время держались за руки. Они с любопытством смотрели на меня и преодолев свою дрожь, я решил заговорить первым.
– Привет. – не уверено произнес я и они переглянулись, помолчав несколько секунд, как будто общаясь взглядом.
– Привет! – произнесли они одновременно звенящим голос.
– Меня зовут Кирилл. – представился я и снова минутная пауза с игрой в гляделки.
– Славомир. – произнес один.
– Мирослав. – произнес второй.
– А я здесь теперь жить буду. – я махнул на нашу грузовую машину у первого подъезда. – На 4 этаже.
– И мы там. – звенящим стерео прозвенел их ответ. – Только на пятом этаже.
– Мир, Слав! – к нам подошла девочка примерно моего роста и как я понял их сестра. – Вот вы где! Пойдемте, мама кушать зовёт! А ты случайно не Кирилл? – обратилась она уже ко мне.
– Да, а что?
– Привет, сосед, я, Марьяна! – и она протянула мне руку для рукопожатия. – Тебя тоже домой зовут!
– А ты их сестра?
– Ага! – весело отвечала Марьяна.
– А они всегда такие одинаковые?
– Да, их даже мама не различает! – махнула она рукой. – только я знаю, кто из них кто!
– Почему только ты?
– Потому что мы тройняшки!
Если честно, я сначала подумал, что она их старшая сестра, но как оказалось они действительно были тройняшки! Хотя в это было сложно поверить! Они были абсолютно разные. Марьяна была выше своих братьев почти на голову. Она была смуглой, с лёгким бронзовым оттенком кожи. Почти черные, длинные, прямые волосы и мягкие карие глаза, миндалевидной формы.
В сентябре мы вместе пошли в новую школу, я в третий класс, а тройняшки в первый. В этой странной тройке, доминантном была сестра. Братья слушались ее беспрекословно! Уже очень скоро тройняшки Миловицкие были на слуху у всей школы, как самые злостные хулиганы. Я пытался на них влиять своим благоразумием, но в итоге оказался их сообщником. Не смотря на разницу в возрасте, школьная жизнь проходила весело! Постепенно стёрлись границы нашей дружбы. Мы свободно кочевали с этажа на этаж. Выбирали у кого сегодня будем ночевать, а у кого вкуснее можно пообедать! Марьяна начала ко мне прислушиваться, воспринимая, как старшего брата! А близнецы, которых я тоже научился различать, буквально заглядывали мне в рот, принимая мой авторитет. Вот так мы и закончили школу, точнее я.
Так уж вышло, что в первый год я не смог поступить в университет. И поэтому устроился на работу в музыкальный магазин, где мне очень пригодились мамины уроки по фортепиано, которые в детстве я до жути не любил. Одновременно, не теряя времени, пошел на подготовительные курсы, где и познакомился со Стасом, который быстро вжился в нашу не большую компанию.
В то время я был мрачной личностью! Черные джинсы, черные шёлковые рубашки на выпуск, черные высокие ботинки, а главное длинные волосы. Ещё в девятом классе я начал отращивать волосы и тогда же проколол оба уха. В общем я был вот таким черным фриком с синими глазами и русыми волосами. Тройняшки меня в то время прозвали "Темный Князь" или просто Князь!
В школе меня все считали высокомерным, за мой надменный взгляд и холодную улыбку. Скажем так, я хорошо играл выбранную роль! Тогда, мне безумно нравился этот образ. И вот однажды в университетском троллейбусе, ко мне подсел странный юноша, одетый в кислотные цвета.
– Привет! – поприветствовал он меня протягивая руку. – Я, Стас! – с диким восторгом представился он.
– Хм… – слегка высокомерно ухмыльнулся я, не зная, как реагировать, – Кирилл. – без энтузиазма пробормотал я пожав его руку.
– А я уверен, что ты нормальный! – с личным успокоением произнес довольный юноша, закинув руки за голову, вальяжно устроившись на кресле.
– А с этого места можно по подробнее!? – приподняв одну бровь решил уточнить я, про явно неизвестный мне факт из моей жизни.
– Так про тебя же слух потянулся, что ты один из сладких! – игнорируя мое возмущенное удивление поведал вполне расслабленный Стас.
– Интересная новость! А это ничего, что у нас занятия только на этой недели начались? – от нахлынувшего возмущения, я резко развернулся в пол оборота к парню и рефлекторно уперся одной рукой в спинку пассажирского кресла, а второй об колено Стаса, с лица которого и не думало сходить умиротворенное спокойствие.
– Кирюх, тебе не все ли равно, о чем болтают теневые персонажи за твоей спиной? Тебе должно быть важно, мнение твоих друзей! – посмотрев на меня нравоучительным взглядом поведал юноша, – И, ты, это, руку убери! – добавил он уже полушепотом, переводя взгляд на свое колено.
– Это мягко говоря возмущает, я ведь не успел еще и парой слов ни с кем перекинуться, а уже кто-то сделал какие-то выводы, и растрепал на весь корпус! – эмоционально проговорил я, убрав свою руку с голубых джинсовых брюк юноши. – К тому же, у меня практически нет друзей, а те, кто есть, знают меня уже порядочно давно, чтобы делать какие-то либо сторонние выводы. Как-то так! – закончил я, ровно садясь на своем месте.
– Ну, ты не зарывайся! – игриво возмутился мой собеседник. – А как же я?
– А что ты? – не понимающе переспросил я, нахмурив брови.
– Ну, я же тоже твой друг! – не единый нерв не дернулся на его лице, как будто это была единственно возможная истина.
– Да!!? – вероятно мои глаза никогда еще раньше ТАК широко не раскрывались. – И когда же ты успел им стать?
– Да, пару минут назад! – Стас задорно рассмеялся, по-приятельски похлопав меня по плечу.
– А не слишком ли самодовольное решение, не стоило ли прежде всего меня спросить, перед тем, как в друзья набиваться? – уже глядя на собеседника внимательнее поинтересовался я.
– Ха-ха, – громко рассмеялся он, – Но, нам же не по пять лет, чтобы о таких вещах спрашивать! Не парься, Кирюх, я не баба, не захочешь общаться, бегать за тобой не буду, но я уверен, этого не случиться!
– Мда! Многообещающе! И много у тебя друзей? – уточнил я, вставая с места и направляясь к выходу, так как мы уже подъезжали к нашей остановке.
– Ты будешь удивлен, не много. И вообще, друзей много быть не должно, иначе они автоматически становятся просто знакомыми.
– С этим я могу согласиться, но все же ты слишком самодоволен! – отвечал я Стасу по дороге к корпусу, уже полностью совладав с собой.
– Ты немного не прав, я хорошо разбираюсь в людях. – и, хотя он все так же задорно улыбался, я смог уловить в его голосе редкие нотки грусти, – Поэтому, я мало с кем общаюсь! Вот такой я разборчивый!
– Хм, – задумчиво промычал я. – И причем же здесь я, разве я давал повод для того, чтобы со мной можно было общаться? – да, это странные мысли, но за школьные годы я к ним привык.
– Слушай! – мы уже подошли к центральному входу, где Стас быстро взбежал по ступенькам опережая меня, с напущенным возмущением преграждая мне дорогу, как будто собирался выяснять со мной отношения. – Не будь таким строгим и серьезным с друзьями, – на что я только иронически ухмыльнулся, и обойдя его продолжил путь до нужной мне аудитории, услышав в ответ заставшие врасплох меня слова Стаса.
– Твое ложное высокомерие скрывает за собой одиночество! – очень серьезно произнес Стас, что заставило меня обернуться. – Глядя на тебя, сложно представить, что ты одинок, это просто не укладывается в голове! Поэтому про тебя и ходят разные слухи, люди не могут понять твоей отрешенности. Из этого можно сделать вывод, что это либо твой выбор, в результате резкого разочарования в людях, либо тебе сложно заводить знакомства, и ты это тщательно скрываешь. – и он действительно практически угадал.
– Почти! – сказал я, протягивая ему руку, приглашая зайти в корпус.
– Что почти? – переспросил он, шагая рядом по коридору.
– Почти угадал, но не то и не другое. У меня есть друзья! И хотя их немного, но порой мне кажется, что рядом со мной толпа дебилов. Мы знакомы уже довольно давно, и за это время, никто не прижился в нашей компании. – закончил я, войдя в аудиторию, и приветливо улыбнувшись, жестом руки предложил парню сесть со мной за одну парту, что весьма его порадовало.
2-Свет моей души
Со Светланой мы познакомились на вступительных экзаменах. Ее озорные глаза и улыбка светловолосого ангела, с крупными глянцевыми завитками локонов вокруг светлого лица, напоминали мне золотистого херувима. Светик жаждала изучать химию, и поступила на соответствующий факультет, так же, как и я дневного отделения. Корпус, в котором нам предстояло учиться, находился на оконечности города, в студенческом городке, и добраться туда можно было только одним маршрутом, сев на единственный в городе троллейбус. «Спец. 1 университетский», так звучала вывеска последнего троллейбуса, который оставили путешествовать по мощенным улицам города, в качестве бесплатного транспортного средства для студентов, на котором можно было добраться до любого университета нашего города. Каждый день, ровно в восемь часов, мы встречались в просторном салоне студенческого транспорта, и со смущенной улыбкой доезжали до конечной остановки. В студенческом городке, располагалось пять зданий, два жилых корпуса для иногородних студентов, соответственно разделенных на мужской и женский. Прямо за жилыми корпусами, располагался парк с зелеными насаждениями и, круглосуточным кафетерием, который тянулся вдоль пятиэтажного корпуса с вывеской над парадным входом «А-прикладная математика, ИВТ и электроника». Четвертый корпус, это трехэтажное здание, расположенное по левую сторону от корпуса А, принадлежал нашим экономистам, и звучал так «Б – экономика, менеджмент, маркетинг». Пятый и последний корпус в городке, принадлежал нашим со Светиком кафедрам, «В – биология, химия». Это двухэтажное строение в виде буквы П, с главным выходом в центре сооружения, где располагался фонтан, в виде круглого озера с белыми лягушками. Вокруг фонтана стояли скамейки и несколько закрытых беседок для отдыха. Летом, когда городок утопал в изобилии зелени и ярких красок разнообразных цветов, высаженных в клумбах, вокруг фонтана собиралось множество студентов, наслаждающихся красотой пейзажа. Корпус был разделен на два крыла, соответственно «В1-биология», «В2-химия», с общим холлом на обоих этажах. Таким образом, мы могли беспрепятственно видеться во время отдыха и даже занятий.
Она первая со мной заговорила, уже на второй день нашего обучения. В промежутке между парами, я сидел в восточной беседке, и с любопытством рассматривал новый справочник по общей биологии, когда она тихо заглянула в резное окно теневого заграждения.
– Привет! – достаточно бодро произнесла она, завладев моим вниманием. – Мы с тобой вместе сидели на вступительных, только я не помню твоего имени. – она легко и откровенно улыбнулась, и ее улыбка коснулась уголков моих губ.
– Кирилл! – тактично напомнил я с трудом сдерживая улыбку.
– Да! – радостно воскликнула она, даже не пытаясь скрыть своего смущения. – Точно! Я увидела тебя здесь одного, и решила поблагодарить за помощь на экзамене по русскому языку, ты меня очень выручил, у меня с русским не очень ладиться. – она немного поморщила нос, и стыдливо отвела глаза в сторону.
– Не стоит, я всегда рад помочь такой привлекательной девушке. – я сделал легкий комплимент, а ее щеки моментально окрасились в алый цвет, что контрастно смотрелось на ее белой коже.
– Ну, ладно, – уже более робко, и с немного рассеянным взглядом ответила она. – Я пойду, меня кстати Светой зовут.
– Еще увидимся, Светлана. – добавил я в след смущенно уходящей девушке, которая обернувшись подарила мне еще одну улыбку.
В течении нескольких следующих недель, мы одаривали друг друга приветливыми улыбками, но времени пообщаться у нас не было. Мне нравилось наблюдать за ней со стороны, бросая короткие взгляды на улицу, через окно аудитории, смотреть, как она греется сидя на скамейке под последними яркими лучами осеннего солнца. Мне очень хотелось снова с ней заговорить, вновь оказаться рядом, и я решил подождать ее после занятий.
– Здравствуй, Светлана. – окликнул я ее, когда она проходила мимо меня в окружении своих подруг.
– А, привет. – робко выдавила девушка, мельком окинув стоящих рядом девушек смущенным взглядом.
– Не против, если я тебя провожу? – галантно произнес я.
– Девочки, – тихо произнесла она, растерянно глядя в мои синие глаза, – Идите без меня. – девушки еще несколько мгновений постояли рядом, и перешептываясь тронулись дальше в сторону остановки троллейбуса.
– Зачем ты так, при всех? – по-детски надув губы спросила она. – Завтра вся группа будет шептаться. – в этот момент она мне показалась такой ранимой, такой хрупкой.
– Тебя это так волнует? – она только пожала плечами, и смущенно опустила глаза.
Она напоминала мне куклу с прилавка детского мира. Нежно зеленые глаза, обрамленные длинными ресницами, белая шелковая кожа, желтовато-пепельный цвет волос, тонкие, плавные черты лица больше подходили озорному ребенку, а не восемнадцатилетней девушке. Я твердо для себя решил, что она должна стать моей, ведь не зря же нас свела судьба. Ее часто необдуманные действия и слова, вызывали стыдливый румянец на ее лице, но это абсолютно не мешало ей продолжать искренне улыбаться, каждый раз порождая у мене шквал эмоций. Я смеялся не над ее неосторожной глупостью, а над тем, как трогательно она сама на нее реагировала. Осознав, что, что-то сделала или же сказала неприемлемое для себя, она тут же делала большие испуганные глаза, которые сразу же пыталась спрятать, но уже в следующее мгновение ее лицо озаряла солнечная улыбка. Каждый день я понимал, что она мне нравиться сильнее, чем это было вчера, до тех пор, пока проснувшись однажды утром, не осознал, что люблю ее! Тогда мне казалось, что так будет всегда.
– Это не справедливо! – прыснула Светлана, с раздраженным видом садясь рядом со мной на скамейку, в перерыве между парами.
– Что же могло вывести из себя такое милое создание!? – с мягким взглядом спросил я у этого надутого воробышка, и реакция не заставила себя ждать, в следующий же момент, ее лило залил легкий румянец. Мне нравилось смущать ее по-джентельменски галантными фразами.
– Вчера они весь день шептались. – она одним взглядом показала на неподалеку стоящую группу девушек, с которыми она общалась в университете, – А сегодня уже вся группа уверена, что мы вместе. – казалось бы она должна была стыдливо опустить глаза, но не смотря на свой смущенный взгляд и румянец на белых щеках, она открыто смотрела прямо мне в глаза.
– Светик. – произнес я, откладывая свои конспекты и беря девушку за руку. – И эта глупость тебя так возмутила!?
– Но ведь мы даже не целовались! – и здесь уже я был немного смущен, нет не фактом отсутствия поцелуев, а тем, что после этих слов, ее лицо резко изменилось. Румянец сошел, осветляя кожу лица, а взгляд стал уверенным и действительно возмущенным! Ее поведение было настолько непредсказуемым, что мне хотелось непрерывно наблюдать за ней, дабы ничего не пропустить.
– А у тебя уже были с кем-то отношения? – размеренно поинтересовался я, забросив руки на спинку скамейки, отпустив ее ладони.
– Конечно! – быстро и уверенно ответила она. Такое ее поведение немного меня отрезвляло, и мне уже было сложно вернуться к былой галантности. – Еще в школе, но мы расстались полгода назад.
Конечно меня это немного задело, ведь мне хотелось стать для нее единственным, но ведь и у меня был уже подобный опыт, поэтому я решил не обострять на этом внимание, и начать действовать дальше. Я резко сел в пол оборота, так же, как и она, и слегка приобняв одной рукой ее за талию, а второй коснувшись ее подбородка, мягко поцеловал ее, под восторженные взгляды зевак. На мое удивление, она и не думала сопротивляться, и даже ответила на мой поцелуй.
– А так, справедливо? – уточнил я, немного отстранившись от девушки.
– Ммм, – робко кивнула она головой, поджав алые губы и опустив глаза. – Мне пора на пару, – буквально выдавила она из себя, и не оборачиваясь ушла прочь.
3-Потухший свет
Вскоре после моего поступления в универ, мои родители решили предоставить меня самому себе. Купив не большой домик за городом, возле красивого озера, они уехали жить на природу, а я остался один в квартире. По началу, мне было жутко не уютно одному, не могу сказать, что был готов к самостоятельной жизни в девятнадцать лет, но я не мог винить родителей за такое решение. Моим родителям было уже сорок, когда на свет появился я. И соответственно, когда моя юность набирала шумные обороты, им уже хотелось тишины и покоя. Но вскоре я ощутил все прелести своего положения!
Из непредсказуемого поведения, Светика, можно было сделать только один вывод, что я тоже ей был не безразличен, хотя она никогда и не признавалась в этом. В тот вечер, я вновь проводил ее до дома, и на этот раз поцеловал на прощание, но теперь это был обоюдный поцелуй, после которого последовала светлая улыбка, под стать ее имени. Она сама того не понимая, подталкивала меня на очередной шаг в наших отношениях. Когда настали холода, я часто заходил к ней в гости, мы пили горячий чай, и готовились к логическому завершению первого семестра обучения, то есть к экзаменам. Заходить ко мне в гости, зная, что я живу один, она не торопилась, ссылаясь на разные глупости. Она боялась того, о чем еще не догадывался я, что не смогу себя держать в руках, зная, что нас никто не контролирует. И вышло все именно так.
Прогуливаясь по зимнему городу перед рождеством, я заметил, что она начинает замерзать, и предложил ей все-таки зайти погреться ко мне, тем более, что от набережной, по которой мы гуляли, до моего дома было всего пять минут ходьбы. На этот раз ей не чем было парировать, и крепче сжав мою руку, она безропотно согласилась. Как только мы освободились от верхней одежды, и прошли в зал, я обратил внимание на небольшое смущение в поведении Светика. Светлана села в самый центр большого дивана, упершись обоими руками в его край, и скрестив на полу ступни ног, растерянно смотрела мне в глаза.
– Светик, может по бокалу вина? – скрывая улыбку аккуратно предложил я, догадываясь, о чем она может сейчас думать.
– Ты хочешь меня напоить? – уже с хитрецой интересовалась она, наблюдая как я разливаю белое вино по бокалам, и опять же совершенно не догадываясь, что снова провоцирует меня на очередные действия.
– И не только! – коварно ответил я, садясь рядом вручая ей бокал с вином.
– Ну и за что же пить будем?
– За желание! – произнес я.
Осушив свой бокал, я обнял Светлану за талию, и подтянув ближе к себе, подарил ей страстный поцелуй. Не смотря на робкие и недолгие сопротивления девушки, я уже не мог остановиться, я просто жаждал овладеть ей, и в итоге она сдалась моим убедительным ласкам.
Летом мы провели две совершенно безумные недели на побережье черного моря, утопая в друг друге под легкий бриз морской глади. В то время мы были абсолютно счастливы, и даже воздуха не хватало, чтобы полностью насладиться каждой минутой нашего отдыха. По возвращению домой, я предложил ей переехать ко мне, и под встревоженный взгляд ее мамы, мы постепенно начали перевозить ее вещи. Мы начали жить достаточно гармонично. Окружающие нас люди с восторженными улыбками наблюдали за развитием наших отношений, ловя наши довольные взгляды, видя, что в нашем быту, нет места для ссор и ругани. Здесь нельзя больше ничего добавиться, только еще раз уточнить, что мы были абсолютно счастливы!
Прожив год вместе, я осознал, что мое терпение все-таки не безгранично, но я не мог позволить себе сорваться на такое ангельское создание, которое любил всем своим существом. Конечно же та легкомысленная эйфория, которая сопровождала нас в самом начале нашего совместного пути, не могла продолжаться вечно, но никакие неурядицы не могли поколебать мои чувства. Я шел по выбранному пути осознанно и целенаправленно, зная, что с этим человеком смогу преодолеть все! Ее взгляд, и светлая улыбка, бархатно нежная кожа и тепло от ее прикосновений. Я пережил бы любые муки держа ее за руку, мог бы прожить вечность, видя улыбку в ее глазах.
Закончив второй курс, я безупречно знал и свои и ее предметы, так как частенько приходилось ей помогать с учебой. Ко всем экзаменам мы готовились вместе, и мне опять же приходилось готовиться за двоих. Нет Светлана не была глупой девушкой, просто немного мечтательной, что часто отвлекало ее внимание от более важных вещей. Возвращаясь с лекций, она могла сделать абсолютно несчастное лицо, с глубоко виноватым взглядом, и протянув мне тетрадь, грустно сообщить, что написала стихотворение, и совершенно не усвоила новый материал. Благодаря моим стараниям, Светик сдала все экзамены на 70 и 80 баллов, что вполне ее устроило, не говоря уже о моей гордости за этого светлого человечка.
С начала июля и всю первую неделю августа мы каждый день ходили на городской пляж, устеленный нежным желтым песком. Ежедневно проделывая путь через центральную алею города, усаженную яркими петуньями. Проходя мимо памятника Пушкину, у которого обычно встречались влюбленные, и назначались первые свидания. Мимо дерева желаний, на которое нужно было привязать ленточку, и твое желание непременно сбудется, на ветвях которого развевалась, и наша со Светиком ленточка. Проделывая весь этот путь, до нашего постоянного места на городском пляже, я не мог даже допустить мысли, что когда-нибудь, именно на этом пути нам суждено расстаться, и дальше мне придется идти одному.
Наш последний день, когда мы вновь прошли по до боли знакомому пути, ничем не отличался от предыдущих. Так же ярко светило солнце, та же продавщица мороженного вручила нам два эскимо, тот же детский смех вокруг небольшого мраморного фонтана, и нежная улыбка Светика, которую я мягко держал за руку. Мы уже прошли слегка пожухшую от жары зелень молодого парка, и последнюю дорогу с двух сторонним движением, когда я в последний раз заглянул в глаза Светланы. Резкий порыв изнуряющего летнего ветра, легко сорвал соломенную шляпку с головы Светика. Она рефлекторно повернулась вслед за улетающей шляпкой, сделала несколько шагов обратно, неосознанно выйдя на проезжую часть, бросив на меня последнюю улыбку. В тот же момент к ней подлетела бежевая волга, и на бешеной скорости сбив девушку с ног, со страшным звуком врезалась в ближайшее дерево, расколов его надвое. Светик от такого столкновения навзничь упала на асфальт, ударившись виском об острый угол бордюра. Последняя улыбка стеклом застыла в ее глазах.
Я стоял в нескольких шагах от упавшей девушки, и не имея возможности даже пошевелиться, непонимающе смотрел на все происходящее. Я не чувствовал ни рук, ни ног, я даже не замечал дышу ли я. Я мельком услышал, как кто-то вызвал бригаду скорой помощи, сообщив об аварии, и в следующий же момент упал на колени, взяв еще теплую руку Светланы, которую я так не хотел отпускать, и из глаз моих потекли безмолвные слезы. Вскоре приехала карета скорой помощи и полиции. Мне пытались задавать какие-то вопросы, но я молча сидел на коленях, держа свою возлюбленную за остывающую руку, наблюдая за всем происходящим, через глухую стену отрешенности.