Спасённый. Третий не лишний

Я Самойлова! Я себя помню!

Коротко взвизгнув, я подскочила на кровати и закружилась, раскинув руки в стороны. Ночная рубашка «яля бабушкина ягодка» закружилась вместе со мной. Я только громче и немного горче засмеялась. Ну правильно, Рыжик взял, что хотел, уже можно не наряжать. Но, господи, как же хорошо себя помнить! Пусть и не всё. Я не лучший представитель землян, и гордиться мне особо не чем, но даже такая я — лучше, чем пустая оболочка. Еще бы понять, как меня в космос занесло и почему моя подруга выскочила замуж вперед меня.

Нахмурившись, я остановилась, запрокинув голову и пристально разглядывая потолок. Ответа, почему муж единственного родного мне человека сплавил меня императору в роли игрушки, он, конечно, не дал, но помог удержать выступившие на глаза от горького осознания слезы.

Самойловы не плачут! Если пустыне нужен дождь, то пусть поработает тучкой кто-то другой. И у меня даже есть такая тучка на примете! А я займусь более важными вещами: найду способ связаться со Снежкой — пусть в глаза скажет, что наши пути разошлись; узнаю, как именно Дейтон представляет мою жизнь во дворце; и переверну, если понадобится, вселенную, потому что я, может, и не самая послушная дочь, но послать весточку, что жива, обязана.

— В общем, дел не в проворот, — пробурчала себе под нос, спрыгивая с кровати. — Так что шевели булочками, Самойлова, пока не зачерствели.

Но тут же, в противовес своим словам, застыла. И не потому, что Дейтон, оказывается, наблюдал за мной какое-то время, привалившись плечом к косяку двери — хотя это, несомненно, было неприятным открытием, — просто в моей голове неожиданно раздался механический голос:

«Код принят. Произвожу активацию».

У меня глаза округлились от шока, рот приоткрылся, а в голове кто-то продолжил уже приятным женским голосом:

«Активация прошла успешно. Желаете дать мне имя, увидеть визуализацию или воспользоваться командой быстрого набора?»

Ну здравствуй, шиза.

Дейтон нахмурился, сложив руки на груди.

— Я, конечно, понимаю, что переборщил, но ты не могла хотя бы притвориться, что рада меня видеть?

Мысленно отмахнувшись от претензии оскорбленного императорского величества — у меня, так-то, посерьёзнее проблема вылезла! — я со священным ужасом в голосе спросила:

— Ты кто?

— В смысле: я — кто? — побледнел Рыжик. Меня по цвету догнал, угу.

«Искусственный интеллект. Ваш личный помощник. Модель 246х8с2...».

— Мне срочно нужно в туалет! — выпалила я, рванув мимо императора, слушая непонятные буквы с цифрами в голове.

А-а! Мамочки! Я либо сошла с ума, либо... сошла с ума.

— Вообще-то это моя комната, — крикнул Дейтон мне вдогонку.

А то я сама не догадалась, обнаружив вместо проходной гостиной мужскую мрачную спальню. Вот и кто он после этого, а? При живой жене в соседние покои с межкомнатной дверью!

— Вижу уже, — процедила сквозь зубы. И рявкнула: — Но туалет-то у тебя здесь есть?

Мне срочно нужно было уединиться и поговорить с умным человеком. С собой или с умной программой — потом разберусь. Пока у меня глаза на лоб лезли и руки дрожали. Хорошо ещё император не стал припираться и подсказал направление.

Ванная у Дейтона была прям императорская, с огромным таким бассейном, вырезанным в полу. Впрочем, «стульчик» обнаружился не золотым, а то я бы посмеялась. А так только хмыкнула, не особо впечатлявшись. По мне, сплошные неудобства, воду пока наберёшь... И защёлки на двери у него не было! Пришлось прислоняться спиной, не доверяя эпсилионцу. С него станется проверить, как я тут и что. А вот зеркальная стена мне понравилась, жаль она отражала бледное напуганное привидение — меня.

— Эй, помощник, ты меня слышишь? — позвала шёпотом.

«Слышу, госпожа. Я способна улавливать любые звуковые частоты».

— А не в мою голову ты говорить способна?

Чувствовала себя сумасшедшей. И не удивительно. С такой-то насыщенной жизнью.

«Желаете использовать визуализацию?»

— Ну покажись, что ли, — хмыкнула я.

Если к слуховым глюкам добавится визуализация, то это либо не глюки, либо полная... белочка.

Точно, белочка! Я медленно сползла по двери, усевшись на пол, потому что на моей руке проявился невесомый, широкий браслет, до этого успешно мимикрировавший под мою кожу, а потом передо мной возникла голограмма девушки. Очень страшной и очень лысой девушки.

С моих губ сначала сорвался короткий смешок, а потом я зашлась в истерическом хохоте, стуча ладонями по полу. Просто мой личный помощник, ИскИн, если я правильно поняла, был точной копией нашей со Снежкой одногрупницы, только лысой. Когда подруга не хотела ходить со мной на групповые свидания, я всегда грозила ей Верочкой, мол, добьешься, променяю тебя на нее.

— Ульяна! Что происходит? — Дейтон настойчиво замолотил в дверь.

Отстранив голову от двери, потёрла затылок, и последний раз хохотнув, вытерла выступившие слезы.

— Скройся, — приказала, едва шевеля губами. Рассказывать императору о нежданчике почему-то не хотелось. И, когда голограмма исчезла, спросила о том, что мне предлагали вначале: — А на быстром наборе у меня кто?

«Снежана Оллфорд».

Глупо улыбнувшись, закрыла глаза. Не бросили. Вот о каком секрете и обещании забрать, когда я нагощусь, говорил ученый.

Даже если новой семье Снежки очень этого хотелось бы, они всё равно меня не бросили.

Провела ладонью по руке с браслетом — и ничего. Словно всё, что произошло, — игра воображения. Ладно, потом разберусь, тем более кое у кого окончательно исчерпалось терпение — ног коснулась приятная прохлада, и дверь за моей спиной исчезла. Если бы не Лу, разбила бы затылок. А так ничего, лежу на тучке, чувствую, как невидимые нити ласкают, разгоняя возбуждение. Почему-то сегодня было иначе: в постель Дейтона затащить хотелось, а вот для приятного освобождения было мало. Ещё бы Рыжик нерушимой скалой не нависал сверху.

А может, он меня того? Закрепил связь, пока валялась в отключке?

С подозрением присмотрелась к эпсилионцу. Хорош чертяка. Рыжий, но не как тот, что с лопатой конопатый, а благородный рыжий, краси-и-ивый. Вздохнула.

— Ты закрепил связь?

— Ты меня не помнишь? — спросили мы одновременно.

— С чего бы? Или надеялся, что я просплюсь и забуду, что твой Лу меня трахнул? — изогнула я бровь.

Высказывать претензии лёжа было не очень удобно.

— Ты спросила: кто я, — полностью проигнорировал произошедшее между нами Дейтон.

— Ах это, — я наморщила нос, подыскивая отмазку. Нашла и шально улыбнулась: — Так ты сегодня не в красном. Не признала сразу.

И без того немного вытянутое лицо эпсилионца вытянулось сильнее, ладони сжались в кулаки, а в глазах вспыхнули молнии. Сделала улыбку помилее и поднялась, раз император помогать не спешит.

Он и вправду выглядел сегодня по-другому, совсем как человек: в чёрных брюках и белой рубашке, расстёгнутой на груди, с немного влажными распущенными волосами. Да и перегаром от него несло прям по-человечески. Молодец, Ульянка, растёшь! Почти ничего не сделала, а мужик уже спивается.

— Вижу, самочувствие у тебя хорошее, — проскрипел Рыжик.

Да вообще зашибись! Всем бы такое утро, как у меня. Я ещё не всё осознала и приняла. Без памяти как-то полегче было. Всё воспринималось как позабытое старое. А вот утром бах — и как будто дверь в будущее открыла, а она возьми да закройся, наподдав напоследок по ягодицам.

Поднявшееся было настроение испортилось. Хватило взглянуть на наглую рыжую морду, чтобы вспомнить, в каком я положении. Нет, я рада, что могу связаться со Снежкой и получить помощь, но она теперь дама замужняя, и мы не на Земле.

Я больше не могу ввалиться в комнату и предложить потусить. Не могу попросить прикрыть мою задницу от настойчивого поклонника. Не могу подвергнуть единственного родного человека опасности, зная, на что способен Лу императора. Как там учёный сказал? Если не получится? Так вот, ответственно заявляю: у Рыжика со мной срослось, а вот у меня с ним... большой вопрос. И найти ответ мне нужно быстро. Дейтон — мужчина видный, я и без воздействия Лу имею все шансы глупо влюбиться.

Отбросив кривляния с шутливым тоном, спросила прямо:

— Что ты со мной сделал? Почему я иначе... чувствую резонанс?

— Разочарована?

Немного. Испытывать возрастающее желание приятно только тогда, когда известно, чем всё закончится. А так получается, что Дейтон будет дразнить своим Лу и испытывать меня на прочность.

— Всего лишь хочу узнать, воспользовался ли ты моим бессознательным телом.

— Я не насильник!

Это точно. Слишком хитрый, чтобы использовать грубую силу.

— Тогда почему? — я умела быть настойчивой.

— Потому что я уже вышел из того возраста, чтобы пачкать штаны, — рыкнул львище. — Ясно? Я подправил твою энергию. Это и так произошло бы, только позже. Я и пальцем не тронул твоё тело!

Отступив на шаг, я проглотила следующий вопрос. Благодарность робко шевельнулась внутри и затихла. Мог бы и по-другому сказать, что подлатал меня на каком-то непонятном уровне. Что я не понимаю, что память по щелчку пальцев не возвращается, а горло не перестаёт болеть?

Не знаю, кто из нас больше перегнул палку, но император отступил первым.

— Приводи себя в порядок. В твоей ванной есть всякие женские штучки. В шкафу в гардеробной новая одежда. Позже выберешь что-то на свой вкус. В гостиной завтрак. Поторопись, если не передумала целыми днями оттаптывать мне пятки. Я вернусь через двадцать минут.

Двадцать минут?

Он точно женат? Кто вообще даёт женщине двадцать минут?!

Открыла рот, набрала в грудь воздуха, а эпсилионца и след простыл.

Ан-нет, всё же женат. Так профессионально сматываться от женской истерики не каждый сможет.

В общем, я закрыла рот и пошла шевелить булочками, ни капли не сожалея, что не имела раньше долгих отношений. Как показала практика, не готова я к ним. Пока «жизнь с Дейтоном» проигрывает «свободе» с разгромным счётом.

Я успела лишь умыться, почистить зубы чем-то мятным из коробочки, нацепить первое попавшееся платье, к счастью, севшее по фигуре, и сделать несколько глотков местного чая, когда Дейтон вернулся. В отличие от меня, ему времени хватило: волосы высушил, одежды в порядок привёл и, судя по тому, что на мой стол он даже взгляда не бросил, поел, гад.

С сожалением взглянув на булочки, к которым даже не притронулась, схватила со стола что-то похожее на грушу.

— Я гото... — окончание моей фразы потонуло во взвывшей сирене.

Она орала минуты три, не замолкая, прежде чем император, что-то нажимая на своём браслете, смог её утихомирить. Я прищурилась, заметив, что браслет исчез так же, как и мой, только у него ещё и голографический экран с кнопками был.

— Снова кто-то снёс стену? — спросила, невинно хлопая ресничками.

— Нет. Но скоро снесёт. И стену. И столицу. Идём.

Заинтригованная, ухватилась за руку императора, и мы выскочили из покоев. Дейтон спешил так, будто от этого зависела чья-то жизнь. И если слова про столицу сначала показались мне шуткой, то после того, как мы запрыгнули в подруливший к входу во дворец флай и взлетели свечой вверх, а за нами взлетело ещё штук десять машин, на ходу выстраиваясь в своеобразный косяк «уток», смеяться резко расхотелось.

— Что происходит? Нападение пришельцев? Война? Метеоритный дождь? Или город сейчас затопит, а мы спасаемся? — панически набросала несколько вариантов.

— Эпсилионцы никогда не бегут, — сухо, сосредоточенно и без огонька огрызнулся император.

Господи, а мне же доставляет удовольствие с ним препираться. Давно такого не чувствовала.

— Я и не сказала, что бежим. Я сказала: спасаемся.

— Не спасаемся, а спасаем. Какой-то корабль терпит крушение. На сигналы не отвечает, знака альянса нет. ИскИн рассчитал траекторию, падение чётко на столицу.

А-а, так мы Чип и Дейл, что ли? Дейтон сейчас выпустит тучку, и вместо корабля на столицу упадёт пепел?

— Подожди. А если на корабле кто-то живой?! — подпрыгнула на сидении я. — У тебя службы спасения нет? Сеточку там растянуть, поймать?

Рыжик не ответил, но зыркнул так, что сама поняла: глупость сморозила. Со мной всегда так, особенно когда нервничаю.

— Ну а со службой что? Почему этим занимается император? Или ты повыделываться передо мной решил? И что это за косяк за нами летит? Дейтон, ну не молчи!

— Древние! — ругнулся эпсилионец. Нет, он сказал ещё кое-что, но это было самым приличным.

Я пристыженно прикусила язык и стала бояться молча. Недолго. Через пару минут император резко затормозил, выровняв флай и убрав крышу.

— Есть у меня всё, — начал отвечать мужчина, запрокидывая голову и рассматривая небо над нами. — Только сила у всех разная, а скорость притяжения корабля слишком большая. Пока собралась бы группа, от столицы ничего не осталось. И это не косяк, а моё вечное сопровождение.

— То есть помочь тебе некому? — поняла по-своему.

— Есть. Предлагаешь попросить помощи у конкурентов на трон?

Ой, как всё сло-о... О-о. Я потеряла мысль, увидев чёрную точку над нами. Секунда, и она вспыхнула, быстро увеличиваясь в размере. Дейтон выпустил Лу, и словно ночь вокруг нас наступила. Абсолютная темнота, в которой светятся только приборы флая.

Кто бы там ни падал, мне стало их жалко. На щеку попала крошка пепла, и я шмыгнула носом, растирая её.

— Хм, — неожиданно раздалось задумчивое.

— Что? Я не плачу!

— Да плачь себе на здоровье, это не вредно, — отмахнулся хам.

Нет, он вообще умеет с женщинами обращаться, а?

— Тогда в чём дело? — насупилась я.

— В этом, — Дейтон втянул немного Лу, позволяя рассмотреть небо и... большой металлический шар, словно лежащий на чёрной энергии. — Уничтожить не вышло.

— Может, на тебя ещё один полный резонанс упал! Блондиночка там. Или брюнеточка.

Каюсь, не сдержалась. Я так-то рассчитывала на совсем другое общение. Думала, буду мелькать перед Дейтоном вся такая красивая, и он быстро определится между мной и императрицей. А на деле мы только отталкиваем друг друга, как ёжики. И вот с этим мне до самой смерти жить? А уж ещё одно задумчивое «хм» вообще выбесило.

Вот уйду от тебя, Рыжий, локти кусать будешь!

— Ну, давай проверим, что там, — неожиданно весело подмигнул мне эпсилионец.

Всю дорогу, что мы летели к пустынному месту, куда Дейтон собирался сбросить шар, в надежде, что он расколется или раскроется — как повезёт, — меня сжирала ничем не объяснимая ревность. Да я так к императрице не ревновала, как к своему несдержанному предложению. Но, пожалуй, хуже всего было то, что император видел моё пыхтение и широко улыбался. Будто не хтонь ему на голову упала, а на самом деле девица!

Я отвернулась, не став смотреть, как Дейтон сбрасывает шар на какое-то поле. И тем неожиданнее было услышать:

— У тебя невероятная интуиция. Действительно, блондиночка и брюнеточка.

Что-о?!

Этого я уже не смогла вынести — оттеснила Рыжика от окна и высунулась наружу.

Там на земле валялся надвое расколотый шар, а внутри половинок лежали одетые в чёрную кожу инопланетяне. Двое мужчин. Блондин и брюнет.