Новелла I фундаментальная. Семья Стоунхендж

Старинная мелодия, – томление на сердце,

Как вересковый мёд, забыта навсегда.

Хранят секрет той музыки лишь избранные дети

И опытные старцы, прошедшие лета.

Кто вспомнит ту мелодию, тот обретёт бессмертье

Владыкой станет Времени и покорит века…

2021 год.

Начало сентября. Вечер.

Московская область

Первые мигания электричества начались сразу после обеда. Примерно в три часа по полудню. Поскольку они незначительно затронули госучреждения, ремонтные бригады не спешили понять причину сбоев.

По шоссе с грохотом проносились дальнобойные фуры, разгоняя осенние листья, налетевшие из рыжих лесов, поросших по краям обочин бетонки. Бетонка – так у старых шоферов неофициально называлась кольцевая дорога в Подмосковье.

Бензоколонка, которую также затронули мигания, не входила в лесной массив, она стояла особняком, на небольшом холме. Когда единственный охранник из магазина входил вовнутрь, звуки автомобильного потока совпали с треньканьем дверного колокольчика. Грохот порвал тишину, но сник со смешным писком в конце мощного начала звука. Совокупность обеих высот – это, как если бы грозное рычание вдруг окончилось фальцетом льва, и он заговорил голосом лилипута.

Вошедший охранник плотно запер за собой дверь, не впустив ветряной поток пыли с листвой внутрь помещения и выдохнул дым от последней сигаретной затяжки в стекло двери, на которое обернулся. Стекло на мгновение запотело, затуманив процарапанную надпись – «принимаем карты банка ВБТ»

Глаза охранника, покрасневшие от недосыпа, по шпионски стрельнули наискосок за стекольное пространство то направо, то налево. Охранник явно переигрывал свою роль «секьюрити», повысив сам себя почти до уровня «Шерлока Холмса». Так часто бывает, когда человек недавно работает в ЧОП, а у него уже на рукаве шумит новая рация, на поясе баллончик, дубинка и травматический пистолет. Чёрная униформа подчёркивает серьёзность силуэта, обвешанного агрессивной амуницией. Единственное, что выбивалось из образа солидно снаряженного работника охраны – светлые конопушки и небесно-серые глаза простака-мечтателя.

Совершив не хитрый обряд «возвращения на рабочее место», охранник, скрипя микропоркой подошв начищенных берцев, по-хозяйски, вразвалочку вышел из входного шлюза магазина и, зашёл в тёплое светлое, заполненное радио канальной музыкой пространство самого магазина.

Всё как всегда – уютно пахнуло ванилью, кофе и новенькими, запакованными в пластик товарами.

За стойкой кассы другой сотрудник варил кофе. Перед ним лежала раскрытая толстая книга, обильно засыпанная крошками от круассанов. Видимо, чтение надолго остановилось на данном развороте.

На верхах страниц книги, где обычно печатают номера страниц, стояло мелким шрифтом общее название «Основы начертательной геометрии. 3 курс». Рядом с учебником лежала газета, пропитанная большим коричневым штампом от чашки с кофем, круг красовался прямо по центру статьи с заголовком: «С 23 по 25 сентября из-за ремонта на подстанции «Бор» возможны кратковременные отключения электричества…».

Сотрудник за стойкой, в идеально проглаженной белой рубаха, при галстуке, имел на носу очки тонкой оправы, а на бейджике надпись: «Вас обслуживает менеджер по работе в общем зале Андрей Бессонов».

Андрей Бессонов – брюнет с темно-серыми глаза. Лёгкая недобритость и длинный острый нос в сочетании с начинающимися мешками под глазами придавали его молодому лицу брутальности. И это Андрею нравилось.

У вошедшего в магазин охранника на бейджике надпись гласила: «ЧОП «Киборги+». Владимир Водоступин», а на спине жёлтым было отпечатано «Security Киборги+».

Владимир в соответствии с дресс-кодом секьюрити был очень коротко стрижен, а затылок стрижен и вовсе под ноль. Если и был у него сарказм к нашивкам с названием «Киборги+» на собственной фигуре, то он его ничем не выказывал. Без эмоций.

– А где «сама»? – спросил он у Андрея.

– Курит на заду. – быстро ответил Андрей, не отрываясь от «начерталки».

– Как сбои электричества?

Видимо, Андрей ждал повода вновь оторваться от учебника. И отпихнул его, будто виновного в сбоях электричества.

– Достало уже всё! Кассу пятый раз перезапускаю. Во, глянь чего творится! – Андрей недовольно закатил глаза вверх, в сторону мигающего над головой света.

Лампы немного искрили, издавая звук капризного царапанья. Запел прикассовый «комп» и, погаснув, начал предательски перезагружаться. Его картинка на мониторе вспрыгнула белым текстом на черном экране. Пошла заставка BIOS. Подло запикал БИП от холодильников в зале.

На улице, за окном также мигало освещение. Искрила рекламная стелла с названием и ценами на топливо. Искрило не слабо, словно возле неё велись сварочные работы.

– Пойду-ка я, включу резервный генератор. Иначе тут всё погорит на хрен … – сказал Володя.

– Володь! Розетку чайника тоже переключи на генератор! – крикнул ему вслед Андрей. – Кофе попьём…

* * *

Володя шёл по техническому помещению магазина вразвалочку, как среди давно знакомого владения. Новенький окрашенный пожарный щит, ещё пах олифой от дешёвой масляной краски. Туалеты, у которых обе двери «М» и «Ж», так узки, что человек за 150 килограмм скорее всего будет проходить боком. Технический коридор с зелёными стенами, выкрашенными на манер советского заводского интерьера, рядом с огромным огнетушителем и ящиком с полусырым песком – всё это им проходилось и осматривалось не один раз за смену, как и огромная выкрашенная в коричневый цвет железная дверь генераторной – помещение без окон…

Володя, громыхая связкой ключей, отпирает бронированную дверь, тяжело толкаете на себя двумя руками. Зайдя внутрь, включает свет, щёлкая защитным от перепадов тока чёрным поворотным выключателем, произведённым, наверняка, ещё в СССР, – модель начала Холодной Войны. Осматривается.

А вот в этом помещении Володя бывал не часто.

Тусклый свет из оплетенной мощной проволокой лампы, спрятанной в массивную стеклянную колбу, скупо осветил комнату. Володя сделал шаг вперёд к генератору и вздрогнул от властного женского голоса прозвучавшего за спиной:

– Ку-у-у-да?!..Стоять! Стоять сказала…

На пороге появилась девушка в белой сорочке, черной юбке и высоких сапогах. На её бейджике надпись горделиво гласила: «Главный менеджер смены. Виктория Глазкова».

«Виктория несколько полновата», – так охарактеризовали бы её современницы, с ума посходившие на лишних «жирочках». Остальные же, особенно мужчины не высказали бы никому ни слова о своих чувствах, поскольку эти чувства иначе, как «страсть», назвать нельзя. Может быть, из-за этого тактичного молчания сама Виктория чувствовала в своей жизни недостаток комплиментов…

Виктория, – натуральная брюнетка с причёской – «разлахмаченное каре» (волосы мелко вьющиеся, возможно кудрявость усилена химией) сверляще блеснула карими лупоглазками, вдохнула грудью, да так, что видимый третий размер груди наполнил бюстгальтер до четвёртого, и, приподняв клювистый задиристый носик, грозно спросила.

– Ты чего тут?

Володя обернулся с напуганным выражением лица.

Появление начальницы было неожиданно. Он, заигравшись мысленно в шпиона-спецназовца, расслабился, поэтому ответил неуверенно спонтанно.

– Хочу генератор запустить.

Лупоглазки Вики самодовольно наслаждались испугом охранника.

– Прежде, чем чего-то делать, ты вначале мне скажи. Ага? – не без пафоса произнесла она.

– Так, что… не включать, что ли? Эти мигания нам все приборы пожгут! – обреченно оправдывался Володя.

– Это тебе Андрей посоветовал сделать?

Только внимательный психолог мог бы отметить некоторое смягчение в голосе Вики при произнесении имени «Андрей». Смягчение было мимолетное, но было…

– Ну, мы как бы с Андреем вместе… Так, что? Не включать, что ли? – развёл руками Володя.

Вика выдерживала паузу. Она развернулась спиной к Володе и бросила, как будто кость собаке, тут же позабыв о ней и о собаке в том числе. Но бедром крутануть успела, естественно инстинктивно…

– Включай…

Мгновение, как после этого слова, точнее сказать на последнем звуке «Й» свет погас и произошел взрыв с выделением обильного дыма. Чернота и дым мгновенно врезались во все внутренности помещений. Кругом искрило. Завыла сирена и тут же затухла с утекающим, охриплым послезвучием. Видимо само устройство, исторгающее звук сирены, тоже попало под разрушение и захлебнулось.

Тонкий писк стоял после дребезга через заложенность в ушах. Из темноты прорывались кашель, возня. Кого-то стошнило , кто-то продолжал задыхаться … Звук взрыва оглушил в магазине всех.

Через 15 минут

Андрей, Виктория и Володя лежали «на заду», как выражался Андрей о задворках магазина, на нежно прохладном и сыроватом, коротко стриженом газоне, недалеко от помойных баков. Они продолжали сотрясаться от кашля. Лица чёрные, у всех троих. Глаза красные – у всех троих.

У Виктории темные колготки дали строчку, обнажив загорелую кожу бедра. Сапоги и юбка-карандаш превратились от пепла в серо-псивый цвет, волосы растрепались.

Треньканье пожарной сигнализации возобновилось где-то на площадке самой заправки.

Виктория едва произнесла, борясь с хрипотой:

– Андрей, кхе-кхе,… что это было?

– Похоже на сильный перепад напряжения в сети. Вместо 220 вольт подали 380. Или короткое замыкание. Короче, все приборы, катушки-соленоиды погорели. Хорошо бензин не полыхнул на станции… пожара нет. Выветрится, тогда зайдём.

– Вызывай 112! – приказала Виктория.

– Как вызвать? Связь, не работает, интернета нет, вай-фай накрылся!

– Может повыше взобраться. – вступил в разговор Володя. – Я попробую с крыши…

И начал вставать.

Ящик с мусором стоял под крышей стены магазина и с него было удобно перелезать на верх. Летом некоторые сотрудники так и поступали, создав там место для загара. Вика таким образом приобрела себе «египетский загар». Туда-то Володя и направился. Ещё покачиваясь и сморкаясь, он встал с газона, ступил на асфальт, отряхиваясь.

– Подожди меня! Говорить буду я! – Виктория встрепенулась и, встав, с выдернутым подолом мятой рубашки с одной стороны пояса, совершенно не задумавшись о походке, хромая, так же вышла на асфальт, тряся головой словно лошадь гривой. Она пыталась хотя бы немного вытряхнуть из густых волос пепел и сходу первая полезла на красный ящик с песком.

Она и так и сяк задирала ногу, не получалось. Надо было юбку подтянуть до живота. Она со злобой рванула её в разрезе по шву и поставила ногу в сапоге на крытый бачок и возмущённо сказала: «Да, помогите же! Чего глазеете? Вылупились! Глаза как у негров, белые… шахтёры… мужчины называется!»

* * *

Все трое залезли на пожарный ящик с песком.

Андрей и Володя пытались подсадить Викторию, чтобы та, как она хотела, обязательно влезла на крышу магазина первой. Кое-как запихнули, толкая её в обтянутый нейлоном крупный зад. Запихнув эту тугую полусферу, ребята вытерли рукавами пот и лукаво переглянулись.

Виктория, обернувшись и увидев их реакцию, резко спросила:

– Что?

– Ничего-ничего… – ответил Володя и подставил руки «под замок» для ноги Андрея.

Андрей легко вспрыгнул вверх и тут же протянул сверху свою руку Володе. Все трое оказались на крыше залитой засохшей смолой и ещё теплой от дневного солнца.

* * *

Темнота окружала бензоколонку и магазин. Только шоссе мелькало фарами проезжих фур. Закатная зарница на западе едва виднелась.

Виктория, Андрей и Володя ходили по крыше, оглядывая горизонт. Остановились на одном из краёв, когда вокруг в какой-то момент наступила полная тишина. Тревожно. Машины на шоссе перестали ездить. Не видно ни огонька. Стало ощущаться нависшее звёздное небо.

– Кому сигаретку? – Володя закурил.

– Дай мне. – Отозвался Андрей.

– … И мне. Мои в туалете остались… – смущённо объяснила Виктория.

Андрей, звякнув своим ЗИПом, и попыхивая сигаретой, констатировал:

– Гляньте, даже вышка сотовой не светится!

Посмотрели на горизонт.

– А вот это интересно! Гляньте, над лесом, левее просеки. – Володя указал в другую сторону.

В стороне, куда он указывал, над самым лесом, виднелись чёрные точки.

– Что это? НЛО? – произнесла Виктория.

– Вертолёты! – догадался Андрей.

Владимир принялся считать: раз, два, три, четыре, пять… шесть штук! Что интересно сигнальных огней не включили. В засаде что ли?

Виктория набирала номер на смартфоне. Нервно трясёла аппаратом. Ругалась.

– Сволочь, ну, лови!

Трясла, поднимала смартфон над собой к звёздному небу.

На экране смартфона упрямо стоял значок отсутствия сотовой связи. Все полосочки бледные, а внутри этого символа мигал микро вопросительный знак.

Полное звёздное небо с млечным путём через всю ширь окружило светлое пятно экрана. Обои рабочего стола на экране смартфона Виктории светились картинкой со средневековой шхуной и пиратским флагом. Шхуна поднялась на волнах носом вверх, объятая штормовыми волнами и Млечным Путём настоящего ночного неба.

Сотовый сигнал не ловился, как бы высоко Вика не поднимала телефон, встав на цыпочки.

Володя, глядя на её мучения, заметил:

– Дохлый номер, если даже на вышке огней нет, а Илон Маск свою сеть из спутников ещё не закончил строить. Подождём Илона?

К нему близко подошёл Андрей и, не отрывая взгляда от вертолётов, вполголоса тревожно сказал.

– Володь, может война началась? Чего они там висят?

* * *

Из кабины пилотов одного из нависших над лесом «вертушек», через бинокль с ночным видением хорошо просматривались три ярко-зелёные фигурки людей на крыше магазина бензоколонки.

Пилот вертолёта объявил по рации:

– Приём. Вижу троих на крыше объекта. Не наши ли это клиенты? Чего американцы говорят? Как понял? Приём.

Со второго вертолёта ответили:

– Приём. Понял. Говорят, нет. Наши появятся через 43 секунды за зданием магазина. Их семеро. Это скорее персонал магазина на крышу вылез или ремонтники. Как понял, приём.

– Понял, откуда такая точность, 43 секунды?

* * *

На заднем дворике магазина начало мерцать-переливаться, будто рефлекс от воды, сиреневое свечение. Свечение усиливалось.

Виктория скосила глазом в бок, замечая фиолетовое свечение, и резко оглянулась.

– Ребята, что это?!

Она широко раскрыла глаза от удивления. Глаза её засветились отражением сиреневых проблесков.

С вертолёта так же заметили сиреневое мерцание.

– Приём. Кажется, начинается. Как понял?

– Приём. Мы пока не видим. – ответили со второго вертолёта

– Понял. Чего говорят американцы?

– Смотрят в свои приборы… Ага, теперь и я вижу свечение! Внимание, всем бортам. Приготовится. По готовности доложить.

В эфире на частоте переговоров вертолётчиков скороговоркой зазвучало:

«Первый готов, второй готов, третий готов, четвертый готов, пятый готов, шестой готов».

Первый пилот вертолёта:

– Что американцы?

– Отмашку не дают. От спутника нет подтверждения. – ответил второй пилот.

– Спутник? Какой ещё спутник. Я глазами вижу сиреневый свет за магазином!

– А я что могу?! Это их операция, мы только содействуем. Что та троица?

– Передвигаются. С крыши спустились. Ха! Один из них находится… в горизонтальном…

В увеличенном изображении, стало чётко различимо: последний из зелёненких человечков будто плыл в воздухе в горизонтальном положении.

– Чёрт возьми, его же его несут! – догадавшись, воскликнул пилот возбуждённо.

– Приём, приём. Кто видит? Последний не идёт, он лежит, плывёт в воздухе. Его несут! Похоже, несут те, кого мы не видим на тепловизорах. Там ещё кто-то есть!

В подтверждение его правоты ответил второй пилот, как и остальные наблюдающие с вертолётов: «Приём, воздух-3, подтверждаю; приём, воздух-4, подтверждаю; приём, воздух-5, подтверждаю…

– Картинка чёткая! Подтверждение на старт получено. Прием! Всем бортам, всем-всем, стартуем. Группам захвата приготовиться… Наш клиент вооружен и очень дерзок, стрелять по необходимости.

Вертолёты, висящие над лесом, почти одновременно стартанули и разошлись в две стороны, неистово кромсая воздух крыльями винтов.

– На тепловизорах фигуры исчезли. – сообщил пилот. – Объектов не наблюдаю. Как поняли, приём?

– Понял. Картинка аналогичная. Приём.

Задымлённое помещение магазина.

В центре разгромленного зала стояли двое.

У одного из них бейдж «National Security Agency, USA-NSA, США (ЦРУ)». У другого «Федеральная Служба Безопасности РФ».

Ростом сотрудник ЦРУ приходился выше среднего, почти седой, породистый англичанин или шотландец, обручальное кольцо имел тонкое, пальцы бледные худые с ухоженными ногтями.

Сотрудник ФСБ был коренастый, ростом ниже среднего, кареглазый, похож на обрусевшего татарина, намечающийся животик, на шее видна толстая золотая цепь с золотым православным крестом. Обручальное кольцо очень массивное, смотрелось, будто золотая гайка на одутловатых коротких пальцах.

За их спинами с фонарями и оружием ходили сотрудники. Хрустели стёкла от витринного окна магазина, выбитого по варварски безжалостно, целиком.

Товар с разгромленных стоек и полок валялся на полу. Учебник Андрей Бессонова по «начерталке», обидчиво выглядывал из груды мусора, стекла, залитый фантой из лопнувших пластиковых бутылок и облеплен мокрым попкорном в смеси с пылью от штукатурки.

– Кое-кого нашли… – сообщил сотрудник ФСБ своему коллеги из ЦРУ.

– Сколько? – спросил сотрудник ЦРУ с небольшим акцентом.

Сотрудник ФСБ показал три пальца и продублировал, пытаясь показать, что и он немного знает английский язык:

– Фри…

– Ты сказал не «три», а «свобода». – холодно заметил американец и тут же перевёл тему. – Чего говорят найденные?

– Ничего не говорят. – с досадой от промашки «английского» ответил фсбэшник. Они, похоже, мертвы или при смерти.

– Естественная смерть?

– Более чем. Каждому из троих далеко за девяносто лет, может и все сто… почти мумии. Но врач говорит живы все трое. Но на стадии к остыванию, так сказать…

За полчаса до разгрома магазина спецслужбами

На лице Виктории, освещенном переливами, застыло выражение крайнего удивления. Глаза напряжённо не моргая, заворожено смотрели на сиреневое свечение.

– Ребята, что это! – восторженно и по-детски произнесла Вика.

Ослепительно яркий сиреневый свет заполонил не только её зрение, но и казалось, пронзил сознание.

Виктория стала слышать своё дыхание. Где-тобудто вдали, за стеной , до неё доходили ворчания и свист двигателей вертолётов, но пространство вокруг неё, как и её сознание залило и парализовали сиреневым светом.

Где-то за её сузившемся миром осознания, послышался крик, принадлежащий незнакомому человеку:

– Они могут начать стрелять. Вы или с нами или с ними! Решайте быстрее.

Голосом Андрея ответили, так же пытаясь перекричать шум двигателей надвигающихся геликоптеров:

– А это не опасно?

– Нет! У вас десять секунд! Ну! Решайтесь…

– Хорошо. Я согласен!

Голос Володи-охранника:

– Я тоже с вами! Как Виктория?

– Она отключилась, на неё подействовало излучение, берите и её, мы поможем донести. Быстрее же в круг, твою мать!

Викторию подхватили, понесли. Вскоре звуки вертолётов стихли, за ними стихли абсолютно все звуки. Виктория стала слышать только своё и чьё-то прерывистое нервное с хрипотцой дыхание…

Полдень. Доисторическая прерия

Андрей, как и Вика, потерял ориентацию и сознание от окутавшего его, и втянутвшего в свой водоворот, сиреневого излучения. Когда он открыл глаза, то увидел желтый мох, сквозь который проросла травинка с красно-краповыми листьями, похожим на папоротник.

Пушистый мох переливался от ветерка, травинка дрожала на фоне серого неба в чётком фокусе близоруких глаз Андрея.

Андрей не без труда поднялся на руках в сидячее положение, протёр глаза. Полуслеповато оглянулся. Вокруг ходили какие-то расплывчатые фигуры. Он нащупал очки в кармане рубашки, протёр линзы и водрузил на нос. Фигуры приняли более ясные очертания.

Кто-то, обращаясь к нему, дружелюбно произнёс:

– Лежите, не вставайте. Здесь давление пониженное, надо привыкнуть.

Виктория щурилась, пытаясь слепо разглядеть что-либо вокруг. Зрачки её продолжали оставаться предельно расширенными. Она не носила очки. Зрение у неё было стопроцентным, но даже она испытывала трудности с фокусировкой окружающего после ослепительного «сиреневого» проникновения в голову.

Но Володю Вика узнала. Тот очнулся раньше всех. Но более, кроме как очнуться, он не проявлял никакой деятельности. Он застыл, словно кататоник, в позе смотрящего в одну точку больного с открытым от удивления ртом. К его «удивленному» лицу приблизилась голова в шлеме с затемнённым забралом. Рука в перчатке помахала перед глазами. Из шлемофона по громкой связи донесся женский голос:

– Пап, его парализовало что ли?

К Володе нагнулся ещё один «шлем с забралом». Помахал рукой, снял печатку, пощёлкал тонкими пальцами перед глазами.

– Вряд ли серьёзно парализовало… Он просто долго удивляется.

– Не шути, пап. – сказал девичий голос. – Мне кажется, его парализовало надолго.

– Заторможен немного, но не парализован. Ничего удивительного. Он же охранник. На нём надпись есть: «киборг». Киборг он и есть – киборг. Чего ты от него хочешь? Дебил. Они все немного тормозят. Кстати, его можно было не агитировать идти с собой…

После слова «дебил» Володю, как бы разбудили, поднгеся к носу нашатыря на ватке. Он вздрогнул, кашлянул и сиплым голосом почти рефлекторно ответил:

– Сам дебил! – и икнул.

Мужской голос «папы» с живостью констатировал:

– О! Глянь, оживился. Родное слово услышал!

– Сам дебил! – повторил Володя настойчиво и угрюмо.

– Ладно, не дебил. Вставай, «киборг», я помогу.

Володе дружески подали руку. Он неуверенно встал на ноги, покачиваясь.

* * *

Водрузив очки, Андрей стал более осмысленно оглядывать людей в защитной сбруе.

Их окружали семеро и все в кожаных шлемах и кожаных коричневых одеяниях сходных с мотозащитой. Окружали, это не значит, что охраняли. Просто находились рядом, занимаясь своими делами – переставляли товар, прихваченный наскоро с полок магазина.

Они все и «пришельцы» и «ушельцы» находились в некоей яме, подобно чаше в скале. Внутренности этой «чаше» была мхом поросшая поверхность, края на высоте – лысости выветренные до камня. Над головой – туманное небо. Воздух сырой. Изо рта шёл пар.

Андрей встал, шатаясь как пьяный, поднялся по уклону и вышел из ложбины на выветренный край.

Перед взором до горизонта раскинулась огромная прерия, заросшая желтоватым мхом, лишайником, маленькими красными растениями. Андрей в своё время жил на Кольском полуострове. Сейчас ему показалось, что они находятся там.

К Андрею присоединились Виктория и Володя, так же вышедшие на край ложбины. Их поразил, удивил ветер. Носимый им воздух от вздоха буквально расправлял лёгкие.

– Где мы? – спросил, ошарашено Андрей, получая наслаждение от дыхания полной грудью, и почувствовал, как кислород проник в него так густо, что лицо стало теплеть, а голова приятно кружиться. Веяло прохладой и первозданностью.

На горизонте стояли туманные горы. Над горами урчали грозовые тучи, там как в сказке над вершинами сверкали отблески молний.

«Монгольская пустошь?» – промелькнула мысль у Андрея.

Подобную небесную «электро-активность» он наблюдал в монгольской пустоши, когда жил там, в глубоком детстве с родителями. Поражали факты одновременных ударов с неба в окоём и низу в облака! Такая активность казалась невероятной.

К ним из ложбины поднялись две фигуры в кожаных шлемах. Одна из фигур сняла шлем. Незнакомка с женским голосом оказалась молодой блондинкой не старше двадцати лет. Ветер радостно подхватил её распущенные волосы. Она, несколько смутившись, посмотрела на Андрея.

– Анна, – представилась она. Андрей ошарашено молчал.

– Анна – вновь произнесла девушка и улыбнулась.

Андрей отмёр и, заморгав быстро глазами, подобострастно протянул руку.

– Андрей…

Блондинка отпрянула от руки, пояснив.

– Хорошо, Андрей, но руки не подам. Вас ещё дезинфицировать надо.

Володя с надеждой поглядел на другую фигуру незнакомца в «мотозащите», вставшего рядом с ним на гребень холма. Он ожидал увидеть, в снявшем шлем, ещё одну красивую девушку. И человек не заставил себя ждать, снял шлем.

Им оказался мужчина за 55 лет с обветренной кожей, с седой бородой, в округлых затемнённых, но с диоптриями, дальнозорких очках оправы чёрного эбена. Его пронзительный взгляд, подчёркнутый искажениями плюсовых линз, оттолкнул Володю…