Хроники Агелидинга. 2. Хранители Вечности

– К тому же наш лидер, по слухам конечно, любитель учения Сур. Я не против его личных предпочтений, но Тим Бредбери мне импонирует больше – человек он набожный, в церковь ходит. И в День Изгнания Мессии всегда присутствует на молебне! Такой точно надёжнее!.. – мужчина прервал свою тираду на секунду и спросил. – Вы всё записали?

– Да, конечно, – тут пришлось соврать. – Ещё один вопрос: чем, на Ваш взгляд, будет отличаться политика Тима Бредбери, если он станет лидером Северной Иллиосии?

– Как чем, дорогая моя? Своей силой! Наш мэр силён и непреклонен – в любых вопросах! Помните, как он отчитал всех профессоров в нашем университете? И направил деньги куда надо. Вон, ведь даже вас спонсировал! Что бы вы делали, если бы не было НТС?!

– Даже не представляю, – с лёгким, незаметным для такого человека сарказмом ответила я. Тяжело вздохнула о своей обречённой жизни и уже было приступила к новому вопросу, когда собеседник неожиданно открыл в себе второе дыхание…

– Он ведь планирует развить оборонку! Вот ведь южане рты разинут! Давно пора заткнуть этих пройдох! Лет сорок под Оргениумом их не встречали! Вы со мной согласны? – спросил он и, даже не дождавшись моего ответа, продолжил… – В Нордуме, говорят, генерал Эриксон держит всех в узде похлеще степного агровакского фермера! Я, конечно, не одобряю этого – всё-таки отец у меня родом из Мирги, прямо у озера Души жил! Но мужик силён. Нам бы такого в лидеры – уже к концу века строили бы НТС-ы прямо на сур-ганских берегах!!!

– Хорошо! – попыталась я прервать эту бесконечную, громкую и неукротимую тираду. – Ещё один вопрос. Как вы считаете, с какой из соседних стран нам стоит больше налаживать экономические отношения?

– Как с какой, девочка? Как с какой?!! Конечно же, с Нордумом и Агровакией! Это самые сильные и крупные государства! И самые опасные, если вдруг с ними поссоримся… Прибрежный Нордум, конечно, ещё тот сосед – с ним только ухо востро, а вот Агровакия… Самая интенсивная экономика в мире! Там тебе и зерно, и мясо, и молоко! Первого космонавта запустили – это вам не сур-ганцам фигушки показывать! Коммунисты молодцы!

– Отлично, спасибо, – выдавила я из себя, пытаясь попутно перезагрузить свой напрочь зависший мозг… – До свидания.

– До скорого, девушка! Звоните почаще, ладно? А то поговорить совсем не с кем…

И я прервала связь – к счастью для всех своих 85-ти миллиардов нервных клеток. Вот это мужик дал! Если бы по моей жизни всё-таки писали книгу, я бы смело пропустила страницы с такой пустой тратой драгоценных строчек! Жуть – уж лучше бы послал меня куда подальше, как все нормальные люди…

Я оглядела зал и откинулась в кресле. На пару секунд, конечно, – пока никто не видит. Как и следовало ожидать, такого укороченного отдыха мне не хватило: спина ныть не перестала, голова трещать – тем более. Девушки-работницы тем временем продолжали заниматься своими делами. Большей частью, конечно, на телефонной линии – опросы так и сыпались на головы простых и не очень честных жителей столицы (и окрестных городов), и, закончив с очередной жертвой, они тут же переходили к следующей.

Правда, нашлась ещё пара-тройка девчонок, как и я, наглым образом отлынивавших от работы. Разукрашенные косметикой похлеще лесных партизан, в новомодных кофтах, блузках, юбках и с выражением лиц, явно не обременённых интеллектом. Гламурные моднявки, как их называют наши местные комики-сатирики. Но знаете что? Сейчас, в последние дни, я прихожу к такой мысли, что это не столь важно – какой человек снаружи. Ведь согласитесь: трижды раскрученная фотомодель запросто способна помочь потерявшему сознание прохожему на улице, а обыкновенная девушка-бухгалтер с двумя дипломами – просто пройти мимо. Да ещё и сказать что-нибудь нелицеприятное себе под нос. Внешность – далеко не главное. Кейт Хаберман тому в пример.

Но отдых-отдыхом, а надо работать. Я ОПЯТЬ набрала телефонный номер – на этот раз некоей Розы Хендриксон. Пять гудков, затем сигнал определителя номера, и тишина.

– Алло, здравствуйте. Новостная телефонная служба Агелидинга. Вы можете ответить на пару вопросов?

В ответ – лишь молчание.

– Миссис Хендриксон, верно? Вы меня слышите?

Снова оглушающая стена тишины, лишь на миг, как мне показалось, прервавшаяся лёгким вздохом.

– Там кто-нибудь есть?

И в этот момент мне ответили…

– Зачем вы звоните? Зачем?!! Зачем мне вообще кто-то звонит!!! Я… не могу так больше! Вам не было никакого дела до Филиппа, так зачем вам я???

– Миссис Хендриксон, успокойтесь. Я звоню из call-центра и не понимаю, о чём вы говорите.

Но женщина как будто меня не слышала, лишь всхлипами давая понять, что едва сдерживает свои рыдания.

– Мой муж умер! А вы даже не появились! И не верили! Никто! Ни единый человек из этого чёртового города! Вам всем плевать! Люди умирают, а вы сидите и… опрашиваете!

– Миссис Хендриксон… Роза. Успокойтесь. Я не понимаю, о чём вы говорите, и кладу трубку. Хорошо?

– Филипп умер – и никто не поверил! «Старик не мог быть Вашим мужем», – вот что они мне сказали. И говорят до сих пор. И думают… – громкие всхлипы дали понять, что женщина всё-таки перестала себя сдерживать, – что это я его убила. Я! Вы не видите, что происходит вокруг нас! Скоро мы все умрём!..

– Роза…

– Нашу жизнь крадут! Делают стариками! А вам плевать!.. Будьте вы все прокляты!

Я замолчала, впадая в оцепенение. Застыла как статуя – даже когда женщина по ту сторону повесила трубку. Даже когда гудки в наушниках затихли после минутного ожидания. Я не собиралась обдумывать то, что услышала. Уж тем более докладывать кому-то. Зато я без тени сомнения поверила ей – и ещё раз убедила себя, что нужно что-то предпринять… Необходимо.

– Андерсен! Тебя к начальнице! – крикнула мне Люси, и я всё-таки вышла из ступора.

– Чего она хочет?

– Чтобы ты не сидела как зомби, смотря в одну точку!.. – усмехнулась коллега. – Сама не знаю. Сходи и спроси.

Я сняла наушники и отправилась в подвал к начальству – как бы смешно это не звучало. Нет, а что? Где у нас, согласно книгам Мессии, живут демоны и вся нечисть? Правильно, в аду! Так что не удивляюсь, что миссис Бредбери выбрала себе для кабинета местечко поближе к дому.

– Шейна? – заметив моё появление в дверях, сказала Юлиана. – Отлично. Как работа? Справляешься?

– Да, всё окей, – я стояла у входа и не заходила, стараясь понять, что именно ей от меня нужно.

– А что с компьютерными курсами?

Пришлось объяснить начальнице, что и как. Денег и правда сейчас не хватало – всё ушло на другие, более важные нужды…

– Просто знай, что ты уже начала обучение, и плату всё равно придётся внести.

– Но…

– В противном случае вычтем из твоего аванса. Надеюсь, ты хорошо понимаешь, что правила есть правила.

Я лишь кивнула. «Чёрт! Неужели нельзя как-то отложить это на потом??? Я ведь только нашла себе квартиру!»

– Надеюсь, ты разберёшься с этой незначительной проблемой сама. А то кажется, будто ты решила по-тихому умять этот вопрос.

– С чего вы так решили? – обескуражено спросила я.

– Да уж слышала, как ты отзываешься о нашей работе. Ладно, ступай – твоя смена всё равно скоро кончится.

Конечно, я тут же покинула эту обитель зла. Однако слова начальницы так и не давали мне покоя. С чего она решила, что я могла сказать нечто подобное? Да я даже ни с кем не говорила о работе!.. Наверняка, эта Люси что-то ей наболтала! Точно – а теперь ещё и в подружках-прислужницах у неё ходит… Вот ведь надо быть такой змеёй!

К счастью, в одном она оказалась права: рабочий день действительно подходил к концу. А значит, я смогу наконец сделать то, о чём мечтала вот уже несколько долгих, тёмных и весьма холодных Агелидингских недель!

– Шейна, привет, – прервав мои размышления самым что ни на есть наглым образом, меня окликнул мой коллега.

Наш многоуважаемый Габи Стокс – парень, заметить которого поблизости от себя можно лишь с непревзойдённым усилием.

– Ты не занята? – то и дело оглядываясь, спросил он с лёгкой неловкостью. – Я хотел тебе кое-что предложить…

Ну вот, опять – всех тянет со мной пофлиртовать. Не хватало ещё слушать его попытки пригласить меня на свидание! Я в ту же минуту изобразила на лице полное, всепоглощающее безразличие и даже приготовилась расписать по пунктам, что и как меня не устраивает в парнях подобного типа и в обществе шовинистических уклонов в целом, когда он попросту разбил в пух и прах все мои планы.

– …У нас списывают одну из ЭВМ. И формально её нужно уничтожить, а детали отправить в «филиал чего-то там». Но мне удалось убедить их, что машина неисправна дальше некуда, и было приказано сдать её в утиль полностью. Так вот… Как ты смотришь на то, чтобы забрать её себе?

Ого! НЕОЖИДАННЫЙ ход – даже мои глаза от удивления округлились до размеров суповых тарелок.

– Э-э-э, а зачем мне неисправный компьютер?

– Да в том-то и дело, что он не неисправный. Так, дисковод сломался и клавиатура. Но второе можно прикупить за пять-десять фунтов, а первое легко отремонтировать в салоне.

Ого-го! Я даже не знала, что ответить на это. Свой компьютер, причём вот так вот сразу – это вам не десятку найти на дороге.

– А сколько мне это будет стоить?

– Ты что! Не надо думать обо мне так плохо – его бы всё равно выбросили. А так я хоть сделаю приятный подарок хорошему человеку.

– Вот в том-то и дело, Габи. Почему именно я?

Парень лишь улыбнулся.

– Из всех, кого я здесь знаю, ты самая здравомыслящая и тактичная. А у меня дома уже есть ЭВМ – целых две. Так что решение напросилось само собой.

Вот так вот! Не всё в этом мире тебе дано предугадать, Шейна Андерсен!

– Ни-че-го себе, – сказала я, едва сдержав несвойственную мне счастливую улыбку.

– Значит, по рукам? – Габи уже понял, что я соглашаюсь. Как тут не понять! – На следующей неделе я могу тебе его завести. В каком районе ты живёшь?

– Юго-восточный, улица Совы, – начала было я, но тут же поправилась. – Точнее, нет. Уже не там – на следующей неделе точно буду в юго-западном, на улице Скотта. Переезжаю со дня на день.

– Суперски! Это совсем рядом, – паренёк отвёл взгляд, явно прикидывая, как будет грузить неподъёмные части ЭВМ к себе в багажник (причём представляя это во всех красках – выражение на лице показалось мне очень задумчивым), и добавил. – Тогда до завтра. Удачного вечера!

– И тебе, – улыбнулась я чуть заметнее, чем раньше, и зашагала в привычном направлении. К выходу с работы, конечно.

Хех. Не думала я сегодня с утра, что мне кто-то сделает такой приятный и неожиданный подарок. И ничего не попросит взамен – вот что главное. И почему мне до сих пор кажется, что где-то обязательно должен быть подвох?..

Наконец-то свобода! До завтра, по крайней мере. Освободившись от добровольно-принудительного рабства, я смогла расправить свои затекшие крылья плечи и двинулась в сторону набережной. Путь не очень далёкий, кстати говоря, но весьма и весьма долгожданный. Ведь сегодня я наконец решилась навестить свою лучшую подругу. Спустя столько недель…

Темнота, конечно же, не очень радовала. Полярная ночь уже много дней окутывала город своим морионово-обсидиановым саваном, и только самый ленивый вор или хулиган ещё не успел этим воспользоваться, но… Но всегда остаётся «но» – в такие дни, пребывая в черноте леденящей зимы северного полярного круга, ты волей-неволей начинаешь по-другому смотреть на себя и собственную жизнь. Свет показывает нам, каков мир вокруг, а тьма – тьма заставляет взглянуть внутрь самих себя. Увидеть то, что обычно забивается на второй план. Можно сказать, встретиться с самыми опасными переживаниями и всем, вытекающим вслед за ними. Поэтому к декабрю у нас в городе в депрессию впадает чуть ли не половина жителей. И я в чём-то их понимаю…

Чувства, как и мысли, – капли одной воды. И те, и другие способны манипулировать нами. Заставлять страдать, а порой и делать то, до чего бы никогда не дошёл в «нормальном» состоянии. Если их прятать в себе, не слушать и заталкивать поглубже, однажды они не дадут тебе покоя. Будут расти комом в груди, превращаясь в невыносимое, разрывающее чувство. И, вырвавшись на свободу, вполне смогут разнести на мелкие кусочки весь знакомый тебе мир.

Прохожие перебежками шли рядом со мной. В такой холод мало кому захочется подолгу бродить по улице. На счастье, сегодняшнюю марафон-прогулку я запанировала заранее и оделась как можно теплее. Пуховик потолще, в темноте вместо зелёного отдающий серым цветом, шапка-ушанка до самой шеи, сапоги с двойной меховой подкладкой – да что там, даже штаны были настолько плотными, что я бы смогла с лёгкостью дойти в них до самого полюса. Причём до южного! С такими зимами не важно, модные на тебе вещи или нет. Тут речь уже идёт о жизни и смерти – и это в своё время понимала даже Сара Фредсен. «Шутки тут не уместны», как бы сказал главный герой «Ночного проспекта», гений-детектив.

И всё же, дойдя до улицы Времени, я умудрилась продрогнуть. Ветер предновогодних метелей хлестал по щекам не хуже десятибалльного торнадо, норовя то сорвать к чертям мою хвалёную шапку, то вообще опрокинуть на скользком льду. И при этом почти всегда в сторону проезжей части! Кое-как сопротивляясь натиску природы, я всё-таки продолжала свой путь, в полном смысле слова чувствуя себя покорителем-исследователем северных земель. Далёких, неприступных и смертельно опасных. Даже не отказалась бы от пары десятков лаек, запряжённых впереди.

Да. Не выветрилось ещё моё детство из головы, не выветрилось… Даже несмотря на такой сильный ветер.

Но я двигалась вперёд, не переставая замечать яркие, разношёрстные витрины десятков магазинчиков, придорожных кафе и салонов. Прошла мимо ресторана «Авангард», пиццерии «Эль`мен Таин» (как ни стыдно такое название тратить на какую-то пиццу!), спортивного бара «Вираж». Там, кстати, уже вовсю толпился народ: в следующем году у нас в стране пройдут долгожданные «Високосные игры», и сегодня, судя по афишам у входа, как раз ожидается показ отборочного состязания по сноубордингу.

А неплохо, кстати! Я бы даже посмотрела, если бы туда пускали бесплатно!..

Человек десять с большим и заметным (даже с другого края дороги!) плакатом нашего лучшего спортсмена Джека Барроумэна медленно, но верно скрывались в дверях бара, в котором, судя по голосам изнутри, их ждала толпа раз в десять-пятнадцать больше, и вскоре на улице снова стало тихо и одиноко.

Итак, дальше… Бутик «Универсам», магазин «Тысяча и одна запчасть», Свадебный салон «Рождество Мессии» – господи, сколько всего было понапихано в округе! Ювелирный салон «Смарагд-плюс», кафе «У бабушки Арианы», магазин элитной одежды «Мирга»… И ведь люди реально посещают каждое из таких заведений! А ещё реклама – вокруг, повсюду, везде… И правда общество для денег.

Названия так и сыпались на меня, пока я шла к набережной реки Ритты. «Аванпост», «Жирный гусь», «Кохорский лес», «Домик у края стихий», «Агровакский казан», «Феникс»…

Стоп. На последнем слове я резко замедлила свой шаг и остановилась. «Феникс» – мастерская мистера Ливингстона. И новый дом моей совы Снежинки. Я ведь даже забыла, что иду прямо ему навстречу.

Только сейчас чувства во мне проснулись не самые хорошие… Я до сих пор помнила, как застала Николаса один на один с нашим деканом, причём не просто за беседой, а за самой настоящей передачей наркотиков! И с тех пор даже не хотела думать о нём – поэтому, наверное, избегала и Элиоса. Пусть он может и не знать об этом ничегошеньки, но я есть я. И моя мнительность меня ещё ни разу не подводила.

Внезапно двери мастерской раскрылись. Да так неожиданно, что я, не думая больше ни о чём, со скоростью шальной пули нырнула в проулок. Ближайший – тот самый, через который Ник вёл меня ещё в октябре.

Выглядело это глупо и нелепо – однако через секунду я уже не волновалась по этому поводу. Ведь на улицу вышел не абы кто, а Ник Эндрюс собственной персоной! Вот так совпадение… Он и ещё один мужчина, совершенно мне не знакомый, прошли по обочине, о чём-то живо переговариваясь, и остановились прямо напротив моего укрытия. Не думала, что буду когда-либо радоваться мусорному баку: именно за него я успела спрятаться, пока они проходили мимо.

– Да он как в воду канул! Мы всё обыскали – нигде нет! Чтоб его! – спутник Ника походу пребывал в перевозбуждённом состоянии: произнося свои слова, умудрился раз пять стукнуть сапогом по асфальту.

На счастье, сам Ник был спокоен – его почему-то я боялась сейчас куда больше.

– Найдётся он. Стенли не дурак – если бы действительно сбежал, были бы предпосылки.

– Как же, – прервал его собеседник. – Он всегда, всегда нас подводил! Где он шляется эти два месяца???

– Фред, угомонись. В конце концов… У нас в городе последнее время многие стали пропадать. Если случилась какая-то неприятность, то это может быть и не его вина. Это тебя успокоит?

– Да иди ты…

И они ушли своей дорогой.

Да уж, да уж. Не любила я никогда влезать в чужие дела – а нет там! Они сами ко мне липнут как мухи! Хорошо ещё, что горе-шпионку опять никто не заметил… Теперь-то уж точно сюда не ногой!

До набережной я дошла быстрее, чем рассчитывала – видать, волнение сказалось на мне более чем благотворно, разогрев окоченевшие части тела и придав энергии ещё на пару-тройку часов. И вот я снова рядом с домом моей подруги. Казалось, будто тут не изменилось ничего. Да так и было на самом деле: всё те же стены, дверь с кодовым замком, гранитные ступеньки вдалеке. Только вот никак не отпускало странное чувство, будто я не была тут уже сотню лет. В этот самый миг я в полной мере испытала на себе весь груз вины за свои поступки. Как я могла так долго с ней не видеться? Может, и правда что-то во мне переменилось с тех пор?..

Подошла к замку, набрала код. Всё тот же – слава богу. Теперь нерешительность настигла уже у двери квартиры. Да что такое – всего-то навсего надо позвонить! Пересилила себя – с превеликим трудом. Сейчас нельзя уходить. Я должна – как бы потом ни было стыдно перед ней. И перед собой. Я снова рядом, подруга… И прости меня.

Дверь открылась – медленно, даже слишком медленно. А затем последовало лишь одно слово:

– Шейна?

Да, это была моя подруга.

– Здравствуй, Айна.

Я попыталась улыбнуться, но не смогла. Я стояла в дверях, и у меня вообще ничего не получалось. И как же хорошо, что она вновь взяла ситуацию в свои руки.

– Заходи, пожалуйста.

Короткий диалог. Надеюсь, не последний.

Айна провела меня в коридор, ничем не изменившийся за столь долгий срок, и предложила чашечку чая. Я лишь кивнула и в ту же секунду занялась сбрасыванием своей зимней «униформы». Причём с таким вниманием к деталям, что невольно могла бы над собой посмеяться: делаю что угодно, лишь бы оттягивать откровенный разговор на потом. Но, зная Айну, я понимала, что ничего дурного у неё и в мыслях не было. И всё же…

– Откуда ты? Из дома?

– С работы, – скинув с себя толстенные одеяния, я прошла на кухню, прямо к столу. – Нашла себе неплохое место для заработка. Буквально пару недель назад.

– Здорово, – ответила подруга и развернулась спиной, спеша заварить мне обещанный чай.

Мне же показалось, что она просто не хотела лишний раз встречаться со мной взглядом…

– А ты как? Как в универе?

– Всё то же самое, – за ответом последовала минута молчания, затем она всё-таки решилась продолжить. – Идёт неделя зачётов. Историю теперь ведёт декан, потому что Розетта Чейз уволилась.

Примечания