- -
- 100%
- +
От автора
Дорогие читатели! Я очень рада, что вы решили прочитать эту дилогию! Я бесконечно люблю своих ребят и надеюсь, что они тоже попадут вам в сердце! В книге присутствует упоминание сексуального насилия, пережитого в детстве. Если эта тема триггерная для вас, то будьте внимательны! Но, несмотря на такую тяжелую тему, я постаралась показать этой историей, как важно обращаться к другим за поддержкой и что вокруг всегда есть люди, которые готовы оказать ее. Обещаю, что вы окунетесь в атмосферу тепла, любви и уюта, ведь иначе я писать не могу!
С любовью, Даша
Глава 1
Миша
Мой палец застыл над значком корзины. Я сжал телефон в руке и стиснул зубы. Все фотографии с Диной уже были отмечены галочками, оставалось только ткнуть на эту несчастную кнопку удаления и в течение нескольких секунд наблюдать, как кусочки моей жизни стремительно превращаются в ничто. Но я не мог… Смотреть на них каждое утро перед учебой было некой традицией. Ее хитрые прищуренные глаза, красивая улыбка и волнистые волосы, развивающиеся на ветру, словно перышки хрупкой птички, поднимали настроение и наполняли сердце любовью. Правда теперь ее сопровождала дикая боль, грозящая вывернуть меня наизнанку. Собственно, поэтому я и решился избавиться от фотографий.
Неподалеку послышался обреченный вздох. Я положил руки на колени и обернулся. Мой лучший друг Влад лежал на диване, подложив под шею гору подушек, и с усмешкой смотрел на меня.
– Кишка тонка, да? – он запустил руку в огромную пачку сырных чипсов и вопросительно вскинул бровь. Хоть он и улыбался, я считывал неодобрение в его взгляде.
Я поджал губы.
– Может быть, мне всё же не стоит их удалять? Все-таки – это мои хорошие воспоминания, – неуверенно предположил я, а затем выключил телефон и спрятал его в карман.
– Хорошие воспоминания о шлюхе, скачущей на члене левого чувака, пока ты натирал кольцо, чтобы сделать ей предложение? – Влад закинул в рот охапку чипсов и демонстративно захрустел. – Я фрафильно поняф? – Кусочки чипсов полетели из его рта на мятую белую футболку, на которой красовалось огромное пятно от колы.
Я поморщился от сжавшей сердце боли.
– Это была моя ошибка. Я слишком торопил наши отношения, а она не выдержала это. – Чувство вины, будто настойчивый, злостный сорняк, мгновенно распространилось по всему телу, парализуя его.
Со мной так происходило всегда. Я не спрашивал мнение другого человека, всё решал за него, а потом пожинал плоды своего эгоизма. Мне стоило быть более терпеливым и не форсировать события.
Влад закончил жевать и сделал глоток колы из трубочки. Он вставил ее в жестяную банку после того, как я отругал его за испачканное постельное белье.
– Извини, конечно, но рот существует не только для того, чтобы сосать член. Им еще можно разговаривать. Например, объяснять, что тебе не нравится, – на этот раз он не улыбался, а мрачно таращился на меня и раскачивал двумя пальцами красную баночку. Соломинка стукалась о стенку, и жидкость издавала булькающий звук.
Я поморщился. Влад обычно не церемонится и вываливает на собеседника всё, о чем думает. Несмотря на то, что я привык к его пренебрежительному отношению к девушкам, слышать гадости о Дине было неприятно. Всё-таки она до сих пор дорога мне.
Мы познакомились на университетском балу два года назад. Я пригласил ее потанцевать и быстро понял, что она замечательная девушка. Дина сразу же привлекла меня своей любовью к жизни. Яркая, веселая, оптимистичная – рядом с ней хотелось улыбаться до боли в губах и сворачивать горы, лишь бы только продлить ее счастье. Мне было приятно заботиться о ней. Я взял больше подработок, чтобы возить ее на свидания в интересные места: театры, рестораны, музеи, мастер-классы по глине и выжиганию по дереву. Мы никогда не ссорились и обсуждали наше совместное будущее. Но потом я застал Дину с другим. Я собирался сделать вид, что она по-дружески поцеловала в губы того парня… Всякое же может померещиться, правда? Однако Дина не стала упираться и призналась во всем.
«Ты слишком хороший», – так она тогда сказала. Я часто слышал эту фразу от многих людей. «Ты такой классный, добрый, милый!», – говорили они, однако по какой-то причине эти качества мешали девушкам строить со мной отношения.
Но я не мог быть другим!
Если человек вошел в мою жизнь, я поставлю его на первое место, буду заботиться о нем, думать о его комфорте, уважать, внимательно слушать, поддерживать, любить. Я не в состоянии делать вид, что занимаюсь чем-то бесконечно важным, когда дорогая мне девушка звонит и просит приехать и решить ее проблемы. Что в этот момент может быть важнее благополучия родной души?
Я не обесцениваю себя, просто у меня есть всё, что мне нужно: дружная семья, верные друзья, квартира от прабабушки, в которой мы живем с Владом, и машина. Между прочим, я купил ее на свои деньги. Копил с седьмого класса, не развлекался, не тратился на новые модели телефонов и детали для компьютера и мечтал, как в восемнадцать лет сяду в собственную машину и свожу младших сестричек в кафе-мороженое. Поэтому мне хочется делать счастливыми окружающих меня людей. «Сделай добро, и оно вернется тебе сторицей» – таков принцип моей жизни.
– Ты наивный, Мих, – продолжил порицать меня Влад. – Все люди эгоистичны и думают только о себе. Тебя используют, и ты используй. – Он запрокинул упаковку чипсов и высыпал в рот остатки. Половина крошек оказалась на его щеках и диване… который я регулярно чищу. Я заскрежетал зубами.
Мы с Владом лучшие друзья детства. Наши отцы знакомы с пеленок, так что и мы тоже. Ходили в одни и те же кружки, учились в одной школе и даже университет и направление выбрали одинаковое – клиническую психологию. Но, возможно, Влад просто мечтал смыться из родного города и подселиться в мою пустеющую квартиру. Я сто раз пожалел о своем решении впустить его в свой дом. В первый же день он предупредил, что спит без трусов, а я предупредил, что могу дать по роже. В итоге каждое утро я лицезрю на соседней кровати его голый зад. Он постоянно разводит бардак, раскидывает фантики от конфет и пустые бутылки из-под газировки и оставляет на МОЕЙ кровати свои грязные, вонючие носки.
– Значит, ты меня используешь? – я скрестил руки на груди и вскинул брови в знак недоверия.
– Нет, ты – другое дело. – Он стряхнул крошки с футболки. Я со стиснутой челюстью проследил, как они рассыпались по кровати и плавно опустились на пол. Иногда так хочется придушить этого гаденыша! Или запереть в квартире без ключа и не выпускать, пока он не ототрет собственным языком каждый уголок! Когда-нибудь я прямо так и сделаю! Допрыгается он у меня!
– Ты же сказал, что «все думают только о себе», – укорил его я, закинув ногу на ногу.
– Ладно, не все. Есть такие невероятно сладкие и вкусные пончики, как ты. – Влад послал мне воздушный поцелуй.
Я показал ему средний палец.
Владу-то, определенно, выгодно мое расставание с Диной, ведь я планировал позвать ее жить вместе и выселить его отсюда в общежитие.
– Если бы я жил по твоим принципам, то давно бы остался один.
– Зато в моем ближайшем окружении только самые проверенные люди. – Влад небрежно положил пустую упаковку из-под чипсов на край стула, приставленного вплотную к дивану. Она, конечно же, слетела на пол, и Влад, конечно же, даже не обратил на это никакого внимания. Горбатого могила исправит!
– Кроме себя и твоего папы я никого в твоем ближайшем окружении не замечал, – сухо отметил я, нервно ковыряя ноготь. Тело налилось энергией. Дико тянуло убрать бардак, который Влад развел, пока я ездил на выходных к семье. Почему вообще его одеяло лежало на моей кровати, а мое – на его? Чем он тут вообще занимался?
– Нет, ну я же не говорю, что надо прекратить со всеми общаться. У меня куча знакомых, просто я не посвящаю их в свои личные дела. – Влад принялся наматывать короткие прядки волос на палец. Они тут же выскакивали на свободу и вставали торчком. Вообще, «прическа» Влада выглядела так, как будто змея поползла по его голове, создала на ней причудливые лабиринты и пожевала часть волос. Не удивлюсь, если какая-нибудь гадюка проползет мимо моих ног. Причем меня она укусит, а его нет, потому что они одной крови.
– А как ты будешь строить отношения? Ты вообще кого-нибудь любил? – Я прекрасно знал ответ на свой вопрос, но специально задал его, чтобы усмирить Влада. Иногда его цинизм помогал мне проще относиться к некоторыми вещам, но сейчас – больно ранил. Я не мог и не хотел плохо говорить о Дине. Ей нужен был кто-то другой. Она не собиралась делать мне больно, поэтому молчала, скрывалась, а потом не выдержала и сорвалась. Смог бы я простить измену, если бы Дина решила вернуться? Не знаю. Но это не повод считать бывшую девушку последней сволочью на земле.
– Да мне это и не нужно, – Влад небрежно усмехнулся и подложил руки под голову. – Все друг другу изменяют. Я не хочу копаться в этом дерьме, так что лучше просто переспать и сразу разойтись.
– Да ты специально выбираешь тех девушек, которые подходят под твою картину мира. Видишь только предательство, вот и тебе и попадаются те, кто на него способен.
– Ой не начинай, – Влад демонстративно закатил глаза.
– Потому что ты не готов к серьезным отношениям. Ты боишься…
– Так, всё, психолог, заканчивай, – перебил меня Влад, нахмурившись и чуть повысив голос.
– Клинический психолог, – я важно приподнял указательный палец. – Гадко, да, когда твою душу потрошат? – я изогнул одну бровь. – Вот и ты сейчас не сыпь мне соль на рану. Лучше уберись в квартире, – я кивнул на тропинку из носков, продолженную от стола, за которым я делаю домашку, до подоконника.
– Да я же поддержать тебя пытаюсь! – Влад сел на кровати и скрестил руки на груди. Растрепанная челка упала ему на лоб. – Ты винишь во всем себя, поэтому страдаешь, хотя виновата только твоя Диночка, – Влад приторно-сладким голосом произнес ее имя, копируя мою интонацию. Я ведь всегда так ласково к ней обращался. – Пойми наконец, что с тобой всё в порядке. Ты классный парень. За таким девушки должны выстраиваться в очередь. Она тебя не заслужила и не имела права так себя по-ублюдски вести. – Мое предложение об уборке змеёныш наглым образом проигнорировал.
Тут вдруг из подъезда донесся грохот, за которым последовал поток женской брани. Я на автомате повернулся в сторону коридора. Что там произошло? Наконец появился повод избежать этого ужасного разговора.
Я нырнул в тапки и выскочил из квартиры. На лестничной площадке стояли две девушки. Они обе смотрели вниз. Я подошел поближе и разглядел на соседнем пролете большой чемодан. Он лежал в раскрытом виде, а вокруг него было разбросано множество вещей: футболки, джинсы, нижнее белье и какие-то пакеты с неизвестным содержимым. Ух, как неприятно получилось!
Я с сочувствием взглянул на бедных девушек. Ого!
– Девчонки? – удивленно воскликнул я, выпучив глаза.
Передо мной стояли наши с Владом одногруппницы – сестры-близняшки Яна и Рина. Правда, я только на второй неделе обучения понял, что они сестры, когда преподаватели начали задавать им вопросы насчет одинаковой фамилии. Рина очень худенькая и всегда ходит с аккуратно убранной русой косой, открывающей ее овальное лицо, а Яна – пухленькая, красится в черный, прячется за каре, которое вечно лезет ей в рот и глаза, и носит одежду темных оттенков, выделяющихся на фоне постельных, теплых цветов в имидже Рины.
– Ой, Миша, привет, – растерянно поздоровалась со мной Рина, нервно теребя пальцами длинную, густую косу. Даже в дутой осенней куртке она выглядела очень хрупкой и маленькой.
Яна смерила меня презрительным взглядом и фыркнула.
– Чертов чемодан, – пробурчала она сквозь зубы и начала медленно спускаться с лестницы, продолжая сыпать ругательствами. – Почему в этом доме нет лифта?!
Я метнулся вперед, обошел Рину, проскользнул мимо Яны и принялся собирать в чемодан разбросанные повсюду вещи.
– Я сама справлюсь, – сухо бросила мне в спину Яна.
Я ни разу не видел, чтобы она улыбалась. Ее настроение было либо отвратительным, либо никаким. В отвратительном настроении Яна ссорилась со всеми, язвила, нарочито демонстративно закатывала глаза и громко вздыхала, а в никаком – пялилась в одну точку или с отсутствующим видом водила пальцем по экрану телефона.
Я сделал вид, что не услышал ее слов. Яна порывистым движением схватила черный гладкий бюстгальтер и бросила его в чемодан. Наши взгляды встретились. Я поспешно отвернулся, чтобы поднять отлетевший в угол кроссовок. Рина присоединилась к нам. Маленький рюкзак, висевший на ее плечах, съезжал ей на шею, когда она наклонялась, чтобы поднять с пола какую-то вещь. В нем что-то со звоном перекатывалось вверх-вниз. Наверное, ключи.
– Ты тут живешь? – удивленно спросила она, отряхивая футболку от прилипшего к ней песка.
– Да, мы с Владом живем здесь с первого курса. Это квартира моей прабабушки, – я улыбнулся.
Рина ответила мне тем же.
Яна хмыкнула и сухо бросила, не глядя в мою сторону:
– Замечательно. Как нам повезло.
Она была сплошным сгустком злости. Ее агрессия никогда меня не пугала. Мне казалось, что у нее какие-то проблемы, с которыми она не может справиться, поэтому выплескивает свое разочарование на окружающих. Я не сторонился ее, как многие ребята в группе, но и не пытался настойчиво навязать свою дружбу.
– А мы наконец-то выехали из общаги и смогли снять собственную квартиру! – весело воскликнула Рина. Даже капельку преувеличенно весело. Рина постоянно старается смягчить грубость своей сестры, вовлечь ее в коллектив, перевести всё в шутку и разбавить образовавшуюся тяжелую атмосферу, но Яне как будто всё равно на ее попытки. Кажется, она чувствует себя в большем комфорте в одиночестве. – Значит, вы живете на третьем этаже? – Рина поправила сползшие к носу круглые очки в тонкой серебристой оправе.
– Да, возле лестницы, – я указал жестом на нашу дверь.
В этот момент она как раз приоткрылась, и из квартиры вышел Влад. Хаос с его головы вдруг куда-то исчез: волосы были зачесаны назад ровными аккуратными прядями. Вместо перепачканной футболки и мятых шорт змееныш переоделся в чистый светло-серый джемпер и джинсы с дырками на коленках. Ну естественно, услышал женские голоса и сразу же привел себя в человеческий вид! Это только передо мной он ведет себя, как помойная крыса.
– Что случилось? – с легкой улыбкой поинтересовался он, подойдя к лестнице. Как только он увидел Яну и Рину, его глаза тут же потухли.
– Привет, Влад, – кивнула ему Рина, перекинув косу за спину.
– Приветики. – Влад скрестил руки на груди и привалился бедром к перилам.
Яна сделала вид, что не заметила его присутствия.
– Это наши новые соседки с…? – я посмотрел на Рину и вопросительно приподнял брови.
– С четвертого этажа, – подсказала она.
– Значит вы живете над нами. Надеюсь, вы не шумите ночью, а то у меня очень чуткий сон, – пошутил Влад, чуть склонив голову набок. Уголки его губ насмешливо дернулись. Пара прядок волос упала ему на лоб. Он поправил их двумя пальцами.
– Спасибо, что сказал. Если мне станет скучно, буду скакать, – не отрывая глаз от чемодана и вещей, язвительно отозвалась Яна.
Когда я рассказывал, что Яна в плохом настроении ссорится со всеми, то под «всеми» в большей степени имел в виду Влада. Эти двое невзлюбили друг друга с первого курса. Влад обожает произносить всякую чушь, и она не всегда подходит под ситуацию. Яна раздражается из-за этого и ставит его на место. Иногда я очень даже поддерживаю ее. Все-таки нужно думать, прежде чем открывать рот. Но чаще всего они оба перегибают палку и просто спорят с целью, по всей видимости, выиграть соревнование на самый острый язык.
– Ты только не раздави мужика, на котором будешь скакать, – усмехнулся Влад.
Я отвесил ему подзатыльник. Боже мой. Очередной бред от моего бестактного друга! Мне было стыдно за него.
– Влад, может быть, ты лучше поможешь нам собрать вещи? – вмешался я. Скоро на их ругань сбежится весь подъезд. Как они только до сих пор не подсыпали друг другу кнопки-гвоздики на стулья?
– Ладно, – Влад сунул руки в карманы и лениво спустился к нам. С его губ не сползала самодовольная, наглая ухмылка.
Я с ним потом еще обсужу его поведение. Когда он плохо отзывается о своих, так сказать «подружках», я молчу и не вмешиваюсь, но слушать гадости о наших одногруппницах я не стану. Они нормальные девчонки. Яна хоть и злобная, но никому палки в колеса намеренно не вставляет. Главное – не трогать ее. Рина очень милая и добрая. Она находится на втором месте по успеваемости в группе и всегда помогает нам на экзаменах. Со всеми общается, ни с кем не конфликтует, много учится.
Яна выглядела так, как будто у нее в кармане лежал топор, которым ей безумно хотелось воспользоваться прямо сейчас: ее лицо перекосила гневная гримаса, щеки покраснели от злости, губы сжались в тонкую линию, а брови свелись чуть ли не до кончика носа.
– Рина, а ВИЧ передается через прикосновение? – Яна со скучающим видом откинула со лба челку.
– Нет, – с вопросительными нотками ответила Рина, складывая юбку пополам.
Яна повернулась к Владу.
– Тогда ты можешь помочь. – Она злобно усмехнулась.
Я не выдержал и тихо хохотнул. Шутка, которую Влад заслужил!
– Ха! Ха! Ха! – Влад медленно похлопал в ладоши и с ироничной улыбкой покачал головой. – Как остроумно. Мне понадобиться время, чтобы придумать достойный ответ. – Он огляделся, а потом наклонился и вытащил из-под чемодана белые трусики с кружевом по бокам. – Симпатичные, но, кажется, размерчик для тебя маловат, – он покрутил трусики на одном пальце перед лицом Яны.
– Это мои! – Рина выхватила их и спрятала в карман куртки. Ее щеки пылали, а руки затряслись.
Яна смерила Влада испепеляющим взглядом. Я заметил, как она стиснула руки в кулаки. Послышался глухой хруст. Влад присвистнул.
– Хороший вкус, – он похлопал Рину по спине и бесшумно рассмеялся.
Рина втянула подбородок в воротник куртки. Ее глаза судорожно бегали из стороны в сторону. Яна сделала шаг навстречу Владу, двумя руками скручивая черные шорты. Я был уверен, что вместо этой вещи она представляла шею моего друга.
Я отвесил Владу звонкий подзатыльник. Он схватился за голову и возмущенно уставился на меня. Змееныш даже не понял, за что получил!
– Веди себя прилично, – процедил я, сжав его плечо и чуть склонившись над ним. Я очень надеялся, что смотрелся в этот момент достаточно грозно. Все-таки я довольно высокий и крепкий, а Влад, хоть и был неплохо сложен, но на фоне меня походил на дохляка. Впрочем, моя младшая сестра Даша говорила, будто все на моем фоне выглядят таковыми, а другая младшая сестра – Лизка – дала мне кличку – Гориллик (от слова «горилла»).
– Есть, мэм, – Влад отдал мне честь. Его губы были поджаты, брови серьезно сдвинуты, но веселые искорки в глазах выдавали его игривое настроение. Точно заставлю паршивца убираться! Хотя, почему я вообще об этом думаю?! Влад и так должен отдраить всю квартиру, ведь это он устроил в ней хаос за два дня моего отсутствия!
Пока я строжил его, девочки положили в чемодан последние вещи и принялись с двух сторон застегивать змейку. Я подошел к ним и протянул руку с готовностью отнести их багаж на следующий этаж. Как только чемодан оказался закрыт, Яна тут же схватила его за ручку и приподняла с пола с шумным вздохом.
– Давай помогу, – я попытался выхватить у нее из рук чемодан, но она вцепилась в него мертвой хваткой.
– Я сама справлюсь, – если бы Яна попала в какое-нибудь аниме с волшебным миром, то наверняка обладала бы способностью резать одним лишь взглядом даже самый твердый камень.
Она отшатнулась от меня. Огромный чемодан, составляющий почти половину ее роста, покачнулся и повалил ее назад. Яна ойкнула и полетела в сторону батареи. Я моментально среагировал и вцепился мертвой хваткой в чемодан обеими руками. Яна растерянно выпучила глаза. Ее пальцы побелели из-за того, как сильно она сжимала ручку чемодана. Как Яна вообще дотащила его до третьего этажа? Видимо, сила ее упрямства достойна похвалы. Или упреков… Будь мы друзьями, я бы непременно прочитал ей лекцию о том, насколько девушкам вредно носить тяжелые вещи.
– Ян, отдай чемодан Мише, хватит надрываться, – сердито произнесла Рина.
Яна поджала губы и фыркнула. Я ухватился за ручку чемодана и дернул ее.
– Я же сказала, что справлюсь сама! – гневно воскликнула Яна и отскочила назад, всё же врезавшись в батарею. Раздался вибрирующий звон. Яна цыкнула, прикусила нижнюю губу и поморщилась.
– Больно? – я осторожно дотронулся до ее локтя.
– Не трогай меня! – Она передернула плечами и сделала длинный шаг вперед, довольно сильно толкнув меня чемоданом. Но это не сбило меня с ног. Я попытался еще раз забрать у нее чемодан, но она чуть ли не зарычала на меня и двинула мне локтем в бок. Рина подскочила к своей дикой сестре и начала осыпать ее ругательствами.
– Мне не нужна помощь этих придурков! – тихо процедила Яна и принялась подниматься по лестнице, волоча двумя руками тяжелый груз и слегка прихрамывая.
Рина обреченно вздохнула и попыталась поддеть чемодан снизу. Она ухватилась за колесики, но они продвинулись и выскользнули у нее из рук. Рина зашипела, потому что чемодан прищемил ей пальцы левой руки. Лицо Яны тут же приобрело виноватое выражение.
– Прости, Рина! – растеряно пискнула она и тут же подняла чемодан.
– Боже ты мой! – Влад смотрел на нас снизу вверх и обреченно качал головой. – Как у вас всё сложно. Пойдем лучше домой, Мих, а то эта сумасшедшая покусает тебя и заразит бешенством.
Я глубоко вздохнул, решительно подошел к девочкам, вырвал злосчастный чемодан из рук Яны и быстро двинулся вперед, не дав ей возможность вцепиться в меня. Господи, но зачем так всё усложнять и надрываться?
– Эй, живо поставь на место наши вещи! – крикнула мне вслед Яна.
– Яна, прекрати! – надломленным голосом проговорила Рина. Я обернулся и заметил, как она вымученно растирала ушибленные пальцы. Яна тут же опустилась рядом с ней на корточки, взяла ее пострадавшую руку и внимательно оглядела. Я продолжил идти, чтобы меня опять не вознамерились остановить.
Через несколько минут девочки поднялись на свой этаж. Я ждал их возле двери с чемоданом в руке.
– Порядок, Рина? – уточнил я, уставившись на ушибленную кисть Рины, которую она прятала в кармане куртки.
– Нормально, – она кивнула и натянуто улыбнулась.
– Прости, – очень тихо сказала Яна, а потом зыркнула на меня. Вина мгновенно испарилась из ее глаз и сменилась кипучей злостью. На этот раз она не стала ничего говорить и молча посылала мне команду: «Сдохни!».
– Я просто хотел помочь. Не надо на меня злиться, – сказал я, примирительно выставив руки перед собой.
Рина осуждающе посмотрела на свою сестру. Та поджала губы и опустила голову. Видимо поняла, что гордость вредит не только самому гордецу, но и его близким людям.
– Если понадобится помощь, обязательно обращайтесь. – Я отпустил чемодан и махнул девочкам на прощание.
– Спасибо тебе, Миша, – Рина вытащила руку из кармана и бросила мне ответный жест, но тут же поморщилась. Видимо, боль дала о себе знать.
– Может за мазью от ушибов сходить? Тут рядом есть аптека, – я задержался на лестнице и приподнял брови.
– Да нет, не нужно. Скоро пройдет, – отмахнулась Рина с теплой улыбкой.
– Пойдем уже, Мих. Если ты еще пять минут пробудешь с этой неуравновешенной, я поведу тебя к ветеринару на уколы, – крикнул с третьего этажа Влад.
Яна хмыкнула.
Змееныш.
– А с тобой у меня сейчас будет отдельный разговор! – строго отозвался я, перевалившись через перила, чтобы найти его бессовестные карие глаза. Нашел. Мысленно передал всё, что о нем думаю и показал средний палец.
– Ты – мямля, – сказал Влад, когда мы вошли в нашу квартиру.
– С какой это стати? – я недовольно свел брови.
– Позволяешь этой психичке поливать тебя грязью. – Влад расстегнул рубашку, бросил на мою (на минуточку!) кровать и влез обратно в грязную белую футболку.
– Никто ничем меня не поливает. Я не могу смотреть, как девушка несет тяжести. Ей ведь потом рожать.
– Говоришь, как бабулька, – Влад закатил глаза. – К тому же, таким, как она, нельзя рожать.
– Почему? – искренне не понял я.
– Она же придушит своего ребенка, когда он будет плакать, или выкинет его в окно. Лучше уж ему при таком раскладе вообще не появляться на свет. – Влад плюхнулся на свой диван. Крошки на нем подпрыгнули вверх и дружно высыпались на пол. Я обреченно вздохнул.
– Но с Риной она, вроде, нормально разговаривает.