Бывшая жена
- -
- 100%
- +
— Иди переодевайся, — вновь командует, а я согласно киваю.
— Только я в кафе не успею. Ты уж сам, ладно? Я по дороге что-нибудь перехвачу.
Меня обжигает предупредительным взглядом.
— Нет. Настя, надо нормально поесть.
— Перекушу на работе. Мне некогда спорить. Ты правда езжай.
— Дождусь уж.
В итоге из подъезда мы выходим вместе. Багров галантно распахивает дверь, пропуская меня вперед.
Моя машина стоит дальше, получается, что я провожаю Дениса.
— Даже не поцелуешь на прощание?
— Хватит скалиться.
— Это я так улыбаюсь, — скромно роняет Денис и тянется ко мне. Привлекает за талию, спиной опирается о свою машину. — Позвоню тебе.
— Это не вопрос? Эм… Что ты опять смеешься?!
— Забавная моя, — ласково произносит Дэн, опаляя бешеной харизмой. Вот хороший же мужик! Прекрасный муж! Но… Есть минусы, с которыми я не готова мириться. И сравнивать с ним всех остальных — заведомо проигрышное дело. — Целовать отказываешься, как я понимаю?
— Так. Мы развелись. Ты эти все свои поцелуйчики и звоночки оставь…
Он перебивает:
— А то я и смотрю, аж свидетельство заламинировала.
Глаза мои распахиваются. А где это он свидетель… ооох, оно же у меня на полочке стоит. Я хотела в документы убрать… и все руки не доходили.
Стою моргаю как дурочка. Мне перед ним немного стыдно даже. Как будто и правда праздник отметила.
— Ты хоть в курсе, что его нельзя ламинировать? — осуждающе качает головой. — В случае чего придется за новым свидетельством бежать?
— Вот когда понадобится, тогда и побегу.
— Мне иногда кажется, что ты без меня реально никуда. Ладно, целовать не хочешь, хоть обними на прощание.
— Денис. Эти твои приколы вообще не к месту. Хорошего дня.
Разворачиваюсь и уже отхожу на пару шагов, как в спину мне врезается грустное и тихое:
— А это и не приколы.
***
— Как это студия закрыта? У нас же аренда проплачена! — возмущается Оксана, пока я прохожу мимо нее. Направляюсь к кабинету, но теперь замедляю шаг. Прислушиваюсь к телефонному разговору. — Вернете, конечно. Но так ведь не делается! У нас начало через несколько часов. Ребята сразу туда и привезут оборудование.
Надо проверить сумму неустойки по договору, вроде небольшая. Но все же! Как же так? Теперь мне срочно нужно искать другую локацию!
Оксана активно размахивает руками: пытается удержать мое внимание и жестами просит не уходить.
Заканчивает разговор она очень взволнованно — знает, что мне теперь придется нелегко.
Как только она кладет телефон на стол, тут же рявкает:
— Нет, ну нормально, а?! Ты можешь себе представить?! У них там трубу прорвало. Везде кипяток и…
— Успокойся, — укладываю предплечья на стойку. — Все решим.
— Да как успокойся?! У нас осталось…
— Я знаю, сколько времени у нас осталось. Разберусь. Я просмотрю договор. Судя по всему и неустойки нам не видать с таким форс-мажором. Пришли мне оперативно контакты площадок, придумаю что-то. Успеем.
Но успеть не получилось. Никто из тех, кого я обзвонила, предоставить помещение для съемок не смог. Что ж, остается улица. Я сразу примеряю варианты к сюжету. Необходимо срочно внести коррективы, поставить в известность команду.
В последний момент я вспоминаю еще про одну площадку. Решила попытать счастья.
— Да?! — потрясенно и обрадовано выдаю в трубку. — Сможете?! Отлично! Я сейчас подключу к разговору мою помощницу, она оперативно займется оформлением и согласованием. Спасибо большое! Очень выручили!
Переключаю на Оксану и выдыхаю.
Пишу в рабочий чат. Обновляю информацию.
Жду, пока ребята отметятся. Быстро среагировали все.
Прямо в чат шлю голосовое — одно на всех с новыми инструкциями. И направляюсь к машине. Самой придется ехать, присутствовать, а то мало ли какие сложности возникнут.
Так, кстати, и не позавтракала. Да какой там! Время незаметно подкралось к полудню.
Уже перед последним поворотом мне звонит Оксана. Недоброе чувство охватывает.
— Алло? — отвечаю с переживанием.
— Отмена, Настя. У них там тоже что-то случилось, они не смогут принять нашу съемочную группу.
Я гляжу по зеркалам и паркуюсь на обочине.
— Не очень хороший сегодня день, — замечает помощница, а я уверенно отвечаю:
— А как начинался-то…
— Не знаю как у тебя, а я еле глаза открыла. И что делать будем?
— Дай пару минут сориентироваться.
— Ладно.
Подъехать к ребятам все равно необходимо. Подбодрить. Ослабить напряжение.
Отбиваю звонок, но мобильный вновь дрожит в руке.
Только не это! Только не он! Паника накрывает неконтролируемо.
Я пропускаю звонок. Не понимаю, что делать, но связь с сегодняшними событиями становится все более удивительной. Второй вызов не позволяю себе проигнорировать.
— Слушаю.
Голос мой таит в себе скрытую неприязнь и нервозность.
— Настенька, — раздается тихий полушепот. Томный. Густой. Командный и такой гнетущий, аж мурашки по коже бегут. И понимаю вроде, что все происходящее максимально нереально, а с другой стороны я все же настороже: мало ли… — Я смотрю, сегодня с самого утра день задался, да?
Посмеивается еще. Сволочь.
— Что вы хотите?
— Я уже упоминал. Ты не похожа на барышню с плохой памятью.
— Поэтому еще раз уточняю: что, вы, хотите!
— У меня предложение. Я размораживаю твои съемки, а ты… — он берет короткую издевательскую паузу, — а ты сегодня приезжаешь ко мне. Или встретимся где-то в другом месте. Где тебе будет удобно?
— Вы в своем уме? И как это «размораживаю»?
— Подумай. Неглупая ведь девочка… и еще. Я не укушу, Настенька. Во всяком случае, пока сама не попросишь.
Хриплый смешок. Высокомерное молчание.
Я даже словно наяву вижу перед собой прищур требовательных глаз и недовольный поворот головы Ольховского.
— Кстати, — добавляет он небрежно, равнодушно, словно упоминает о чем-то совершенно незначительном. — Если не хочешь, чтобы все твои проекты обрели неожиданные проблемы, найдешь сегодня на меня время. Хоть немного.
— Вы шутите?!
— Если нет, то… выбирай, с какого начнем.
Вызов обрывается.
Кажется, небо рушится мне на голову.
Это все какая-то нездоровая шутка. Это не может быть правдой. Не может!
Но… неожиданно мне перезванивают из студии, с которой у меня был договор, и предлагают сами приехать, мол, проблема устранена, все в порядке. С трубами разобрались и с кипятком. Вот этого я так не оставлю!
Но я отказываюсь.
В итоге снимаем на улице.
День вышел тяжелым.
Добивает меня Денис: «Сегодня то одно, то другое. Мелкие неприятности валятся отовсюду. Но воспоминания о нашем совместном уютном утре греют, как солнышко».
И вдогонку: «Делай что хочешь, но я сегодня приеду. Можешь упираться, вырываться, но сегодня вечером я с тобой».
Я: «Нет!!! Не надо! Я занята!»
Отправляю, не в силах справиться с эмоциями.
Он перезванивает тут же.
— Настен. Давай ты не будешь опять упираться. Поужинаем. Поболтаем. Просто поговорим. Прогуляемся.
— Нет, не надо приезжать.
Меня уже трясет от эмоций.
— Не понял. Почему я не могу приехать?
— Потому что это неуместно! И… и… вообще. Ты же сам все понимаешь!
— Я думаю, нам есть что обсудить.
— Ты ошибаешься.
— А утром что было? Так… просто?
— Ну а как еще? Дэн. Мне пора. Не вздумай ко мне ездить!
— Ты не одна будешь? — грозно уточняет он сквозь зубы.
— Какая тебе разница?! Я же к тебе не лезу! Извини. Мне пора. И тебе тоже.
Отключаюсь, стараясь усмирить дрожь.
Денису точно у меня нечего делать.
А если он и правда примчится?
А если Ольховский приедет?!
Я абсолютно не понимаю: и что теперь?
Какой-то абсурд.
Если бы не этот звонок от мэра, я бы, пожалуй, встретилась с Денисом. Но теперь…
Не уверена, что это безопасно.
Глава 17
— Ты что такая напряженная? — не отстает Лерка. — У тебя же завтра выходной, выдохни, наконец!
И складывает на мой стол высоченную стопку учебников и тетрадей. Даже не морщится. Как она это все дотащила?!
— Выдохну, когда ты свою макулатуру спрячешь, — хмурюсь я. — Ты зачем столько учебников привезла?
— Да нас препод по макроэкономике осчастливил! — сестренка гневно сверкает глазами, — коллоквиум решил устроить, а потом сразу проверочную работу!
Лера жалобно всхлипывает.
— А зачем книг так много, если всего к одному предмету нужно подготовиться? — уточняю я сочувственно.
— Потому что еще по налогам контрольная будет. И реферат по страхованию надо подготовить.
— Я смотрю, ты ко мне учиться приехала? — посмеиваюсь над ней, вспоминая свои студенческие годы.
— Да. Я к тебе на пару дней. Возможно, до вторника.
Я аж присвистываю:
— Хитрюга какая! А я думала, ты со мной поболтать приезжаешь!
— И это тоже, — печалится Лера. — Но пока буду готовиться.
— Признайся! Ты просто планируешь отжать мою территорию.
— А что, можно?! — Лерка округляет глаза.
— Хорошо, я поняла, тебя завтра не трогать.
— Нууу… — невинно хлопает ресницами. — Только если на кафешку отвлечься! Да? — тихонько так добавляет. С веселой и теплой надеждой. Мама большие суммы сестре не выделяет, так что я материально Леру тоже поддерживаю.
— Уговорила! Иди сюда, мой проглотик! — обнимаю ее крепко и даже пытаюсь покружить, как в детстве, да уж деваха вымахала: просто так не поднять.
— Ну, расскажи же мне новости! — Лерка аж приплясывает от нетерпения.
— Ты о чем?
— Кто тебе цветы дарил! Признавайся!
— Ой, там такая запутанная история.
— Денис? Ну, скажи! Скажи!
— Да, — роняю кисло, но предупреждаю сразу: — И не вздумай меня расспрашивать дальше!
— Виделись? Общаетесь? Расскажи!
— Нет, не общаемся. Все! Закрыли тему!
И тут раздается звонок в дверь.
Лера, сверкая пятками, несется к видео-глазку. Ей-богу, для меня она совсем еще ребенок.
— Ого… — раздается удивленный голос из коридора, — он и в гости к тебе приехал! Не видитесь, значит?!
Да как так-то?! Быть этого не может! Топаю к ней.
— Впускать? — громко уточняет сестра, разглядывая моего бывшего на экране. Она не замечает, что я уже подошла, и переспрашивает еще громче: — Дэна впускать?
— Учитывая, что он сейчас абсолютно точно через дверь слышит, как ты орешь, то… да, впускать.
— Момент!
Леркина ладонь сжимается в кулак и зависает в воздухе, указательный палец оттопыривается. Смешная. Быстро справляется с замком.
Денис проходит торопливо и с возмущенным выражением лица, буравя меня недовольным взглядом. Замечает Лерку… Оглядывает с ног до головы, и только тут на его губах появляется улыбка облегчения. Я складываю руки на груди и отвечаю надменным взглядом, мол, что, как всегда, ожидал мужика какого-то обнаружить?
— Лерка! Здорово!
Багров приобнимает сестренку одной рукой, другой тщательно портит ей прическу, взлохмачивая аккуратные локоны.
— Ну Дэн! — со смехом пытается извернуться сестричка. — Перестань немедленно! Ахахах! Насть, он еще и щекочется!
— А чего не сказала, что Лерка приедет? — весело роняет в мою сторону гость. — Я торт бы купил!
Кое у кого уже потекли слюнки.
— Надо было взять и купить! — отсмеивается Лера и отходит от бывшего родственника на приемлемое расстояние. — Я, кстати, могу и в магазин сгонять!
— Обувайся! Вместе смотаемся! Настена нас дома подождет. Тебе зацепить что-то?
Это он у меня благосклонно уточняет? Я закатываю глаза к потолку.
— Мне ничего не надо. Но если вы собираетесь у меня ужинать, то пожалуйста, сами этот вопрос решите.
— Без проблем! — радуется Денис.
Лерка убегает в гостиную за толстовкой.
— Ты так радуешься, потому что я тебя не выгоняю, или потому что застал у меня Леру, а не мужика?
Скептично кошусь на бывшего.
— Если честно, и то, и то, — он тянется ко мне. — Не рада меня видеть?
— Я сказала не приезжать.
Упираюсь ладонями в его грудь.
— Ну прости, я соскучился. И вообще подумал, что ты шутишь.
— А еще в моем холодильнике запас продуктов, которые ты планируешь получить сегодня на ужин в удобоваримом виде? — язвлю, ничего не могу с собой поделать. Но делаю это с улыбкой.
— Об этом я даже не думал. Почти, — мягко играет бровями, пока Лерка не врезается в него. Обнимает за талию: очень рада видеть. Чмокает в щеку.
— Супер, что ты приехал!
— Уеду нескоро, — подначивает Денис. — Валим!
А я что? Во мне тоже просыпаются искорки ревности. Глупо, да. Но что я могу с собой поделать?
Я вниманием Дэна тоже делиться не люблю. То есть не любила!
За ними захлопывается дверь. А я плетусь к холодильнику и улыбаюсь как дура.
В итоге мы решаем ужин приготовить все вместе, даже Лерка помогает.
Мои гости выбрали рубленные куриные котлетки и запеченную с овощами картошку.
На всю квартиру уже распространяется умопомрачительный запах. Денис накупил всем лимонад, мне — тархун. Знает, чем побаловать.
— Ой, мне звонят! Скоро вернусь! — Лера хватается за телефон и уносится в спальню, а Дэн голодно принюхивается и выносит вердикт:
— Да все готово уже! Вынимаем!
Пока мы с Денисом возимся и шумим на кухне под заводную музыку, Лерка возвращается к нам с огромным букетом.
— Забирайте ваше имущество! — задорно командует сестра, перекрикивая музыку, и подмигивает Дэну. А мы с ним… замираем. И переглядываемся.
По его выражению лица становится понятным, что цветы не от него. Он загрызет сейчас кого-нибудь.
Сестра, замечая, что я не притрагиваюсь к подарку, начинает суетиться и подбирает вазу, нахваливая «дарителя».
Мое запястье внезапно обжигает твердое тепло, и Дэн тянет меня в коридор.
— Мы сейчас вернемся, Лер, ты пока накладывай.
От морозного голоса у меня мурашки по коже. Я представляю, что Денис подумал.
Опомниться не успеваю, как оказываюсь прижата к подоконнику в спальне, руки Дэна по обе стороны от моих бедер, в лицо страшно смотреть. Там и грозовые тучи, и град, и смерч.
— Сейчас без шуток, Настен. Ты реально весь этот цирк устроила, — и столько разочарования в его тоне, столько скорби… и отрезвление, — чтобы какого-то оленя подразнить? За мой счет? Всколыхнув то, к чему посторонним запрещено даже прикасаться?
Глава 18
— Я пыталась сделать вид, что несвободна… — голос мой стих от неловкости. Рука сама тянется к мужскому подбородку, пальцы проводят по щетине, что утром слегка оцарапала мой живот. — Да, к несчастью, вышло за твой счет. Могу извиниться, но мне даже в голову не пришло, что это обернется вот таким.
— К несчастью? — Денис не улавливает смысла. Целует мою ладонь. Мне бы одернуть руку, но это легкое касание такое приятное и ласковое, губы его твердые, но нежные.
— Я думала, ты даже не заметишь. И уж точно не рассчитывала, что примчишься утром.
Настороженность и неодобрение летят в меня клинками.
— Для чего тебе это понадобилось?
У Дениса каким-то чудом выходит быть и уступчивым, и жестким одновременно.
— Мне один тип прохода не дает. Как так угораздило связаться с ним — не знаю. Но я подумала, что если у меня бы был кто-то…
— Прекрасно. Значит, тебе просто надо отшить нерадивого ухажера?
— Что-то в этом роде, только он…
Я уже представляю, как Багров разносит тут все в пух и прах, и даже перышки от подушек в моем воображении лениво витают в воздухе, насмешливо опускаясь на пол. И вдруг…
— Фамилия, — ошарашивает Денис. — Имя-отчество. Я отобью ему желание ходить за тобой. Можешь не волноваться, все будет в рамках приличия.
И расстроенно отходит от меня, заставляя тут же податься вперед и вцепиться в него мертвой хваткой.
— Не вздумай! Даже не лезь в это, ты понял?! Я удалю наше фото, это была отвратительная идея, но ты ни за что не должен…
Его указательный палец грубо ложится на мои губы.
— За него так распереживалась? Да ничего я ему не сделаю.
— За тебя! Он какой-то неадекватный! Точнее, с виду нормальный, но внутри… ужас. И букеты те странные от него были, я просто не знала. Почему-то на тебя подумала.
— Эй-эй, — Денис с легкостью освобождается из моего захвата, обнимает мои плечи, прибивая тяжестью. — Ты что испуганная такая? Он тебя обидел?
Нижняя губа вдруг начинает болеть: это я сильно ее прикусила, зубы впиваются в чувствительную мякоть. Заставляю себя расслабить челюсти. Иначе прокушу сильнее.
— Нет, но он очень неприятный тип. Привязался.
— Так, что было — рассказывай.
— Нет!
Крепкая ладонь поглаживает мой затылок. Я вновь в приятном нежном плену.
— Насте-на… Почему ты его боишься?
Потому что Ольховский смотрит так пронзительно, что пожирает взглядом! Потому что он холодный, циничный и расчетливый, потому что от него колкие ледяные мурашки по коже, потому что он звонит с приказами и наблюдает за мной, даже когда я дома!
— Что он тебе сделал?
Глаза Дэна наполняются непроглядной тьмой, но, в отличие от темноты Ольховского, я не чувствую опасности или угрозы.
Его рот прилипает к моим губам, все терзая, терзая, терзая… так сладко и чувственно, что у меня не остается шансов, я мечтаю о том, чтобы эти ласки снова свели меня с ума…
— Так делал?
У Дэна голос охрип от возбуждения и непроизвольной тревоги, и именно сейчас я не знаю, что ответить Денису, чтобы он не наломал дров.
Ну какая же я дура, зачем вообще его впутала!
— Нет, — шепчу, почти не отстраняясь, заключаю настороженное лицо в свои ладони. — Я с ним не спала, ты это хотеть услышать? Он отправляет ко мне машину с приказом спуститься. Заваливает цветами, от которых веет могильным холодом. Настаивает на встречах и наблюдает со стороны.
— Работаешь с ним?
— Да, заканчиваю серию сюжетов о нем.
— Большая шишка, значит?
— Это Ольховский…— срывается с губ несчастное признание, и спальня погружается в тишину.
Дэн осмысливает.
— Ольховский — в смысле Илья? Наш мэр?
Я затравленно молчу, а потом неуверенно киваю.
— Ты сейчас серьезно?
Почему он так ошарашен? И занервничал. Кажется… злость его растворилась, осталась тягучая тревога.
— Абсолютно. Я около месяца назад делала подборку. Долго рассказывать. Тогда впервые с ним и столкнулась. Но настолько мимолетно, что даже не придала значения. Недавно поступила просьба от его пресс-службы снять сюжет в стиле «Один день из жизни мэра». Обязательное условие — мое присутствие на съемках. Мне это не показалось странным тогда.
Денис напрягается еще сильнее.
— И что конкретно тебя так напугало, кроме цветов и внимания?
— Он в последний раз… ненавязчиво заманил к себе в машину и связал мне руки.
Денис прячет ладони в карманах, его челюсть каменеет.
— И?
— Напугал меня, но веревку снял. Ничего не сделал, — про его прикосновения и жалящий поцелуй я лучше промолчу. — Он хочет, чтобы я к нему приехала. Уговаривает.
— Ты не поедешь.
Дэн произнес это так тихо и зловеще, что у меня сердце дрогнуло.
— Конечно, не поеду! За кого ты меня принимаешь!
— За слабую женщину, которую можно с легкостью затащить в машину! Сделать что угодно, а потом сказать, что она сама захотела.
— Я прекрасно это понимаю. У меня впереди еще один съемочный день с ним.
— Ну и отлично. Заболеешь. Не езди.
— Мне неустойку платить, Денис.
— Я заплачу.
— Нет. Давай что-то другое придумаем. Это будет нехорошо для меня.
— Больничный оформишь, и все.
— Ты же знаешь, что у нас все не так просто.
— Я тебя не отпускаю. Кстати, ты и другие фотки выстави наши.
Мотаю головой, остро осознавая, насколько бездумно я поступила.
— Не оставайся с ним одна и никуда не ходи. Запись регистратора в машине ведешь?
— Да.
— Дома видео-глазок пишет?
— Да, конечно.
— Может, у меня сегодня останешься?
— Нет-нет, ты что? Не нужно. Ему какая разница, где следить за мной? Слово-то какое ужасное.
— Угу, звучит не очень.
— Да и Лерка у меня на несколько дней. Нет, это не выход.
И хотелось бы убедить себя, что я все придумала, только запястья до сих пор горят от веревки и чужой запах все еще едким дымом разъедает легкие.
— Я тебя понял. Тогда и я останусь с вами.
— Чт… — не успеваю возмутиться, как указательный палец Дениса накрывает мои губы.
— Шшш, — шикает на меня Денис и склоняется нахмурившись. В паре миллиметров от моих губ замирает. Дышит часто. Тяжело. — Пусть только дотронется до тебя.
***
— Дэн, а ты что, сегодня домой не уезжаешь? — ехидно осведомляется Лерка.
— Нет.
— Уезжает!
Мы с Денисом отвечаем одновременно, вызывая у сестренки улыбку.
— Если хотите, я к маме сегодня уеду.
— Ты нам не мешаешь, — не теряется Денис, поглаживая развалившегося между нами Леса. Серенький так громко мурлычет, я даже начинаю завидовать бывшему: все-таки кот его как любил, так и любит. Привязан он к бывшему хозяину сильно.
— Ну спасибо!
— Но уроки кому-то пора уже делать, нет?
— Нормально! — вскидывается Лера. — Поесть им приготовь, за ними убери, беседу поддержи, еще и пинками выставляют, чтобы не отсвечивала.
— Ой, не надо, — расслабленно тянет Денис, — готовили вместе, убирали тоже. А время, и правда, недетское.
— Да ну вас, отдайте мне пушистика, и счастливо оставаться.
— Давай-давай, бурчалка. Спокойной ночи, — успевает огрызнуться Дэн. Не выгнать ведь никак. Но… Так хочется, чтобы он остался. Предательское сердце дрожит, перед глазами стоит сегодняшнее утро. Я все еще слышу сладкий шепот на ушко.
Лерка тянет руки к Лесу, хватает его. Лесенок аж недовольно мяукнул, но… Его уносят. Меня Денис тоже решает сграбастать с объятия и… относит в спальню.
Бросает на кровать.
Не сводя с меня взгляда, стягивает с себя футболку.
— Дуй в душ, герой-любовник, — заявляю я надменно и с улыбкой швыряю в него подушкой.
— Пойдем вместе, — щеголяет плоским животом. Играет бровями.
— Нет уж, иди!
— Сама иди! Сюда! Сейчас схвачу тебя!!!
И вновь ловит меня, я пытаюсь вырваться, но он меня щекочет, я отбиваюсь, как могу, пока Денис не подмял меня под себя.
Начинает зацеловывать.
Срывает домашнюю рубашку. Отбрасывает в сторону. Стягивает с меня широкие штаны. И… взваливает на плечо.
И все-таки относит меня в душ, сразу опуская под теплую воду.
— Так Лера ж дома, Денис!
— А то она не предполагает, чем муж с женой занимаются!
— Мы с тобой не муж и жена.
— Уж как сказать, — заявляет нагло и кусает, но я слабо прикусываю его ухо в ответ. — Твое заламинированное свидетельство недействительно!
— Да ну тебя!
Я и опомниться не успеваю, как до меня доносится звук щелкаюшего затвора.
— Эй! Ты что сделал?!
— Снимок.
— Зачем?!
— А вот зачем!
И на моих глазах заходит в соцсеть. Прикрепляет к стене. Публикует…
— Ты… Подожди!! — вырывается у меня, но уже поздно. — Ты еще и телефон с собой в душ таскаешь…
На его страничке появляется новая фотография, где я, улыбаясь, кусаю его за подбородок, а он ухмыляется. Фото крупным планом. Такие мы здесь счастливые и беззаботные. Вот только…
Что же он наделал…
— Денис, удали. Не надо!
— Ничего не знаю! Ты сама так хотела.
— Но…
— А я хочу тебя, — заявляет он хриплым шепотом и разворачивает меня к стене, надавливая на спину. Я опираюсь ладонями о теплый кафель и забываю обо всем на свете…
Глав
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.