Жестокие игры в академии драконов. Часть 3

Глава 1

Эрика

– Давай! – крикнула я. Одновременно повернувшись к двери, мы с Линой направили объединенный поток на объятую огнем дверь. – Ещё!

Мысли хаотично метались в голове. Как это произошло? Как нам выбраться? Хватит ли у нас сил, чтобы справиться с пожаром?

Сила лилась сквозь нас, но мне все равно казалось, что этого было недостаточно. Дым заполнял легкие, и я чувствовала, что наше время уходило, как песок сквозь пальцы. Пожалуй, еще никогда в жизни я не была так близка к тому, чтобы взглянуть в лицо своей смерти. Пламя продолжало с гудением пожирать нашу дверь и перекинулось на стены. В миг, когда отчаяние достигло своей крайней точки, я крепче сжала пальцы сестры, и нас окутало яркое сияние.

Что это?

Какая-то магия?

– Что это? – крикнула я, повернувшись к Лине. Но у нее также не было ответов. И, что бы это ни было, оно каким-то образом повлияло на наши резервы.

Поток воды, что мы извергали, стал сильнее. Удивительно, что мы до сих пор не начали тонуть. Пламя шипело, но не гасло, несмотря на все наши усилия, и мне начало казаться, что это необычный огонь. Да и как могла просто взять и загореться дверь? Однако времени разбираться в этом не было. Магия Лины, пройдя сквозь пальцы, омыла меня, коснулась изнутри моей кожи, и я полностью отдалась этому ощущению. Мой резерв, казалось, стал не просто больше. Я не чувствовала границ своей силы, и, черпая с каждым разом все больше и больше, так и не достигла дна.

– Эрика! – дым немного рассеялся, и я увидела встревоженное лицо Лины. Ее глаза были ярко-золотистыми. – Ты это слышала?

Слышала что? У меня не было времени отвлекаться, пламя подобралось слишком быстро. Но, будто подтверждая слова моей сестры, в комнате раздался рев.

Дракон?

Кто-то пришел к нам на помощь? Но как им удалось преодолеть завесу огня? Стены трещали. Сама академия была высечена из льда и частично прорастала в скалу, но изнутри многие помещения были обшиты деревом или облицованы камнем. И тяжелые балки, что тянулись вдоль потолка, беспокоили меня больше всего. Особенно, когда огонь перекинулся на них.

Пол под моими ногами вздрогнул.

– Надо выбраться отсюда, – крикнула я. – Давай попробуем не гасить огонь, а создадим вокруг себя ледяной щит.

– Давай, – Лина закашлялась, и мне снова послышалось рычание, которое исходило, казалось, прямо из моей груди. Мне хватило одного взгляда на собственные руки, чтобы полностью потерять концентрацию. Кожу покрывали мельчайшие сверкающие чешуйки.

Моя драконица!

Это она рычала и рвалась наружу, почувствовав опасность. Но выпустить её сейчас было негде, наша кладовка не предназначалась для подобных манёвров.

Поток воды прервался всего на миг, когда наши с Линой пальцы перестали соприкасаться. И безжалостное пламя сделало своё дело. Мы не дошли до двери несколько шагов, как раздался оглушительный треск. С громким криком Лина отскочила от меня, и пламя поглотило её. Не раздумывая, я шагнула следом. Огонь, что должен был превратить мою голову в факел, облизал кожу, но я практически не чувствовала жара. По идее, мы давно должны были задохнуться в дыму, но по какой-то причине этого не произошло.

Прорвавшись сквозь пламя, я нашла Лину сидящей на полу. Она кривилась от боли и держалась за руку. Видимо, треснувшая и рухнувшая с потолка балка задела её, но, к счастью, не придавила. Времени на диагностику не было. Чешуя, что покрывала мою кожу, исчезла, и я начала чувствовать близость огня. Схватив сестру за руку, я рывком подняла её на ноги и окружила нас щитом. Игры кончились. У нас остался последний шанс выбраться.

Посмотрев на Лину, я решительно кивнула и, дождавшись ответного жеста, начала пробираться к двери. На нашем пути была горящая балка, и перепрыгнуть её не было никакой возможности. Вся комната была охвачена огнём. Наши кровати вспыхнули, взметнув к потолку языки пламени. А мы стояли в самом центре, окружённые плотным коконом льда. Спасение было совсем близко. При желании я, наверное, могла бы даже дотянуться до двери и распахнуть ее. Но мы не знали, что происходило там, снаружи. Выжил ли хоть кто-то в этой огненной бездне?

Судя по грохоту, от которого снова задрожал пол, кто-то все же остался. Спустя мгновение дверь разлетелась щепками, и пламя с ревом устремилось наружу. Я почувствовала, как пальцы Лины сжались вокруг моих, и она потянула меня наружу. Такой шанс упускать было нельзя. Мы побежали вперед, надежно укрытые непробиваемым ледяным панцирем, но он не мог помочь нам преодолеть препятствие. Поэтому, снова переглянувшись, мы одновременно направили поток магии на наполовину сгоревшую балку. Огонь замерз, а всего несколько мгновений спустя обугленное дерево разлетелось сверкающей пылью. Времени на то, чтобы восхититься результатами совместного труда не было, и мы бегом бросились к двери.

Коридор тоже был объят огнем. Языки пламени с треском лизали стены, пожирая все доступные поверхности, но четверо Саргонов, что пришли за нами, сдерживали свою стихию. Лина неожиданно выпустила мою руку и тихо зашипела от боли. Запоздало вспомнив, что она была ранена, я попыталась в одиночку удерживать купол, но моя сила внезапно как будто схлынула. Защита пошла крупными трещинами, но и огонь начал угасать, повинуясь драконам. Не сговариваясь, мы рванулись вперед, и моя сестра едва ли не свалилась в руки Райнера Саргона. Он прижал ее к себе с такой свирепой яростью, что мое сердце невольно сжалось. Оглядевшись по сторонам, я смогла разглядеть почерневшие стены, которые местами продолжали тлеть.

– Уходим отсюда, – Вейлор бесцеремонно схватил меня за руку и потащил за собой вглубь лабиринта.

– Не туда, – крикнула я. – Мы должны двигаться к лестнице.

– Наверху все в огне, – ответил мне мистер Лэйдон Саргон, который держался с другой стороны от Лины.

В нескольких метрах от нашей комнаты дым был не таким густым, что снова навело меня на мысль о необычной природе пожара.

Тихий вскрик заставил меня обернуться.

Мы бежали и бежали. Мои легкие горели от невозможности сделать вдох, но я, больше ни на что не отвлекаясь, просто следовала за Вейлором. Коридор, который казался мне тупиковым, вывел нас к небольшой двери. Тайлеру потребовалось некоторое время, чтобы справиться с препятствием, после чего мы оказалась в абсолютно темном, холодном помещении.

Там, нам, наконец, удалось немного отдышаться. Я кашляла, уперев руки в колени и была уверена, что мои легкие вот-вот полетят наружу. Резь в глазах мешала нормально видеть даже после того, как кто-то из драконов зажег магический огонек.

– Где мы? – прохрипела Лина. Судя по тому, что ее голос раздался совсем рядом, мистер Райнер опустил мою сестру на пол.

– Резервный туннель, – пояснил Вейлор. Он, в отличие от нас, даже не выглядел запыхавшимся, как будто не побывал в пожаре. – Если пройти вперед, мы окажемся в ремонтном депо поездов.

Вот как.

– Здесь мы в безопасности? – спросила я, с тревогой глядя на Лину. Моя сестра прижимала к себе раненую руку. Ее одежда местами зияла дырами, а лицо было покрыто копотью. Я, наверное, выглядела ничуть не лучше ее, вдобавок ко всему, у меня, кажется, сгорели брови и ресницы после прыжка через огонь.

– Относительно, – подтвердил мистер Райнер. – Но я бы предпочел убраться еще дальше.

После этих слов мы побрели вперед по тоннелю. Пол был скользким, но, к счастью, мы с Линой не успели раздеться и все еще были в своей форме. Тяжелые шаги эхом отражались от стен, из моей груди рвался хрип при каждом вдохе, а перед глазами стоял образ моей собственной руки, покрытой чешуей.

Значило ли это, что моя драконица, наконец, проявилась?

И стоило ли рассказать об этом хоть кому-то? Лина уже знала, она все видела собственными глазами и, скорее всего, терзалась теми же сомнениями. Приблизившись, я крепко сжала пальцы сестры.

– Как ты? – спросила я обеспокоенно, не понаслышке зная, что ожоги – это тьма как больно. Но моя храбрая половина даже одарила меня сдержанной улыбкой.

– В порядке, – хрипло ответила она. – Могло быть и хуже.

– В Лансфорте тебе окажут надлежащую медицинскую помощь, – подал голос мистер Райнер. – А до этого, к сожалению, придется потерпеть.

– Почему в Лансфорте? – спросила я и осеклась. Неужели от академии ничего не осталось?

– Медблок Айсхолла серьезно пострадал, – подтвердил мою догадку преподаватель.

Мы с Линой переглянулись.

– Что еще пострадало? – тихо спросила она. – И кто?

– Адепты не пострадали, – ответил ей мистер Райнер. – Мы начали эвакуацию при первых признаках задымления. Вывели всех адептов с жилых этажей. А про вас…

– Не вспомнили, – глядя ему в глаза, сказала я.

Скулы дракона побледнели и заострились.

– Это не так, – процедил он, бросив быстрый взгляд на близнецов-Саргонов. Понятно, о его связи с моей сестричкой никто не знал, кроме, собственно, нас троих. Ну и, возможно, мистера Лэйдона, который бросал на меня странные взгляды.

Впереди начало светлеть, и вскоре необходимость в магическом светляке пропала. Мы оказались в просторном депо, где пахло машинным маслом и топливом. Посреди помещения на рельсах стоял старый тепловоз с полностью разбитой мордой и вмятиной на боку. Хорошо его, наверное, приложило. Оставалось лишь надеяться, что при этом никто не пострадал.

Никого из драконов поблизости не было, и мы просто пересекли по диагонали огромный зал ремонтного блока, после чего вышли с противоположной его стороны. Оказавшись под мерцающим звездами сумеречным небом я глубоко вдохнула в себя морозный воздух и тут же закашлялась. На глазах выступили слезы, а спустя мгновение по коже поползло тепло. И мне бы шарахнуться от чистого пламени после пережитого ужаса, но я лишь бросила быстрый взгляд на Вейлора, который просто пытался меня согреть. Сам он, судя по всему, не испытывал никаких проблем с холодом.

– Никто про вас не забыл, – вернулся к прежней теме мистер Райнер. Как будто мы его в чем-то обвиняли. – Огонь поднимался снизу, как будто именно там был источник, и мы просто не могли к вам пробиться.

Я хмыкнула.

– Мы не поджигали, – мой взгляд невольно переместился на Лину. Она стояла рядом с Райнером и делала вид, что ей вовсе не больно. Моя храбрая девочка. – Но этот пожар мне показался странным. Слишком сильное пламя.

– Мы во всем разберемся, – кивнул профессор Саргон и, к чему-то прислушавшись, стащил с себя пиджак. – Мы обернемся и перенесем вас в Лансфорт. Там поговорим.

Мы с Линой переглянулись.

Сказать ему или нет, что мы видели в том пожаре?

Но пока наши драконицы больше не давали о себе знать, наверное, не стоило никого обнадеживать. Особенно Вейлора и Тайлера, которые были в шаге от того, чтобы записать нас в свои соперники.

Глава 2

Линаэль

В этот раз полёт даже не показался мне страшным. Покрытый снежными шапками лес был таким спокойным, умиротворённым, что выглядел неестественным после того, что только что произошло в академии. На улице в воздухе всё ещё сохранялся запах гари, но дыма не было видно.

Райнер нёс меня на руках, крепко прижав к себе правой стороной, потому что левая рука у меня нестерпимо горела, обожжённая по самую шею. И как назло, поблизости не оказалось ни одного дракона клана Лоран.

Я обхватила Райнера за шею, потому что руки девать было некуда, да и так было спокойнее, что он точно не уронит меня. И прижалась щекой к его плечу. Как же хорошо. Спокойно. Будто так и должно быть. Бездна, да я влюблена по уши, и теперь не знаю, как дальше буду жить без него.

Подняла на него взгляд. Райнер смотрел прямо перед собой, а крылья его были распахнуты по ветру. Лансфорт уже виднелся за лесом, и дракон начал медленно планировать вниз. Для того, чтобы в частичном обороте его крылья не порвали одежду, Райнеру пришлось раздеться. Свой свитер он надел на меня, а пальто крепко завязал на поясе. Решившись, я отпустила одной рукой его шею и коснулась ладонью щеки, чтобы убедиться, что ему действительно не холодно. Щека оказалась тёплой.

– Не отвлекай меня, – бросил он, и голос его показался каким-то далёким из-за шума ветра в ушах.

– А то что? – спросила я, почему-то развеселившись. – Уронишь меня?

– Могу и уронить, – ответил он, бросив на меня короткий взгляд.

Глаза, полные огня…

– Тогда тебе придётся меня ловить!

– Ах ты!..

Он вдруг сложил крылья – и мы в самом деле начали падать. Я завизжала, вцепившись в него руками так крепко, как только могла, но над самыми верхушками деревьев крылья снова распахнулись, и Райнер начал планировать вниз. Сначала над рекой, потом над городом, пока, наконец, не опустился на пушистый снег одной из улочек.

Улочка была довольно маленькой и тихой. На город опустились сумерки, которые осенью сгущались всё раньше, и Лансфорт был залит уютным светло-синим светом с проблесками огня от фонарей или льющегося из окон свечения. Снег под ногами был свежим и почти не утоптанным, лишь несколько дорожек следов тянулись по нему.

– А где все? – удивлённо спросила я.

– Ты действительно думаешь, что все пять сотен адептов академии поместятся в одной гостинице? – Райнер вскинул бровь, и я заметила тень улыбки на его губах. – Большую часть отправили поездом в Акведос, это от Лансфорта ещё примерно столько же. Остальные на крыльях в Лансфорт, большей частью в крупной гостинице на центральной площади, но там уже нет мест. Кроме неё есть только три гостиницы.

С этими словами он открыл дверь одного из трёхэтажных каменных домиков, выпустив из него немного тепла и, дождавшись, когда я проникну внутрь, вошёл следом.

– Вы тоже из Айсхолла? – спросила нас немолодая женщина, которая сидела за красивым резным столом. Он выглядел очень изысканно, хоть и был сделан из простого дерева и покрыт тёмно-красной скатертью. И вообще, всё в этом доме смотрелось просто, но со вкусом, поэтому я не смогла бы даже отдалённо оценить, насколько эта гостиница дорогая.

Впрочем, я всю жизнь провела в деревне, поэтому не имела представления о том, какими они должны быть. Но здесь чувствовала себя немного неуютно.

– Совершенно верно, – Райнер подошёл к ней ближе и церемонно поклонился: – Профессор Райнер Саргон, магистр Айсхолла. У вас ещё остались комнаты?

– Только одна, – озабоченно ответила женщина. – Позвольте, я сверюсь с записями.

Она вернулась к своему столу, взяла в руки тетрадь и пробежалась по ней глазами. После чего покачала головой:

– Только одна комната и… она на двоих. Для пар. Но в ней есть небольшой кухонный диван, его тоже можно использовать, как спальное место.

– Хорошо, – кивнул Райнер. Он всё ещё был обнажён по пояс, и словно даже не замечал этого. – Думаю, уже завтра мы сможем вернуться в академию.

– Пойдёмте, я вас провожу, – женщина мелкими шажками засеменила к лестнице, покрытой красной ковровой дорожкой.

Я озабоченно огляделась.

– А как же Эрика и… остальные, кто не успел заселиться?

– Преподаватели останутся в Айсхолле, а о твоей сестре позаботится Лэйдон. Они направились в западную часть Лансфорта, там есть портовая гостиница.

Конечно, лететь на руках у мужчины – не самое удобное занятие, я даже не заметила, когда именно мы разделились. И, главное, почему…

Задать свой вопрос я не успела, потому что мы оказались в довольно просторной комнате, которая не сильно уступала той, в которой жил Райнер в Айсхолле. Я восхищённо огляделась.

– По-моему, у нас дома в Северном Доле было не так просторно и уютно, как здесь. Смотри, даже ванна есть!

– Хочешь принять? – низким бархатным голосом спросил дракон, оказавшись совсем рядом со мной. Он склонил голову, заглядывая мне в глаза, и пальцы его едва заметно коснулись моей талии. Потом поджал губы и покачал головой: – В шкафу есть ночная рубашка и халат, которыми можно воспользоваться. Переоденься, а я схожу за кем-нибудь из лекарей, чтобы осмотрели твою рану. И постарайся больше ни во что не влипнуть.

– Хорошо, – кивнула я. – Долго тебя ждать?

– Не знаю. Кто-то из наших медиков должен был отправиться вместе с эвакуированными, но остальные остались в Айсхолле спасать оборудование, которое уцелело после пожара. И неизвестно, насколько заняты сейчас те, кто в Лансфорте. Постараюсь вернуться как можно скорее.

Я кивнула. Райнер снял, наконец, с себя пальто, посмотрел на меня и, подумав, сам аккуратно стянул с меня свой свитер. В комнате было тепло, и в нём точно не было никакой необходимости. Я смущённо опустила взгляд.

– Лина, – позвал Райнер, но я не решилась посмотреть на него. Потому что сердце снова стучало быстро-быстро. И он добавил громче и строже: – Линаэль! Посмотри на меня.

Я послушно подняла глаза, и наши взгляды встретились.

– Что тебя беспокоит? – спросил он. – Я же всё чувствую.

Я приоткрыла было рот, чтобы ответить, потому что его тон, мягкий, но в то же время властный, заставлял меня слушаться, не задумываясь о причинах и о том, что именно он требует от меня. Но, когда уже сделала вдох, я вдруг осознала, каким будет мой ответ. Губы дрогнули. Я промолчала.

– Линаэль, – Райнер чуть нахмурился.

Моё сердце застучало быстрее: он смотрел на меня тем самым взглядом, которым обводил адептов во время лекции, но мы были не в аудитории, а в уютном гостиничном номере, и вместо строгого профессорского костюма на нём были лишь кожаные штаны на ремне, плечи поблёскивали капельками пота, а волосы, убранные в пучок, растрепались во время полёта.

– Я никуда не уйду, пока не узнаю, что тебя беспокоит. Если что-то не так, скажи сейчас.

– Мне кажется, я люблю тебя, – выдохнула я и испуганно приложила руки к губам, будто это могло затолкать вырвавшиеся слова обратно.

Райнер замер. Некоторое время он просто смотрел на меня, потом натянул свитер и вдруг обнял, прижав к себе, и пальцы его впились в мою спину. При этом он даже не коснулся обожжённой кожи, не причинив мне и толики боли.

Я ждала, что он ответит тем же. Что он скажет хоть что-нибудь. Пусть даже о том, что нам не суждено быть вместе никогда, и мне стоит забыть о своих чувствах. Но вместо этого он долго держал меня в своих объятьях, а потом коснулся губами моей макушки и прошептал:

– Скоро вернусь. Переоденься.

После чего покинул гостиничный номер, оставив меня одну.

Я так и осталась стоять, глядя на закрывшуюся за Райнером дверь и тяжело дыша. Что это означало? Он не сказал, что любит меня в ответ, но и не стал отталкивать меня. Выбрал истинную? Но тогда зачем обнял?

Его тёплый поцелуй всё ещё чувствовался где-то в волосах. Может, я для него, как дочь?

Конечно. Он ведь старше, а я только что была ребёнком. Он всё время заботится обо мне, решает мои проблемы и выручает, когда я в беде, будто несёт за меня ответственность.

Впрочем, почему “будто”? Наверняка он именно так и чувствует.

Ноги плохо слушались и были как деревянные. Я подошла к шкафу, по очереди распахнула несколько дверей, и в конце концов действительно нашла ночную рубашку и халат. Положила их на кровать и стала медленно раздеваться. Рана болела от каждого движения, и теперь, когда всё осталось позади, она стала болеть сильнее. Случайное прикосновение выбивало из меня слезу, и потому я долго раздевалась, а потом долго аккуратно мылась, стараясь не задевать повреждённую кожу.

Наконец, закончив, я посмотрела в зеркало и выдохнула: теперь мой вид хоть не сильно пугал, как до принятия душа. Лицо было в копоти, белые волосы изрядно запачкались, а одежда кое-где порвалась и подгорела.

Я стояла перед зеркалом и расчёсывала влажные волосы, когда в нашу комнату кто-то зашёл. Мой взгляд испуганно заметался по ванной, и я запоздало осознала, что забыла взять с собой ночную рубашку, в которую должна была переодеться, а учебная форма находилась совсем не в том состоянии, чтобы в ней выходить из ванной.

– Лина? – послышался голос Райнера. Схватив влажное полотенце, я быстро намотала его на себя под мышками и снова посмотрела в зеркало, пытаясь оценить, насколько этот вид бесстыден. – Ты тут?

Последние слова были уже совсем рядом, и в дверь ванной кто-то постучал.

– Д-да, я здесь, – отозвалась я, осторожно выглядывая в комнату. – Только… я не одета.

Один из врачей Айсхолла действительно был здесь. Такой же молодой и крепкий на вид, как и Райнер, но оценить его возраст было невозможно. Как дракону-полукровке ему могло быть и четверть века, и три сотни лет. Я до сих пор не привыкла к такому положению вещей и каждый раз терялась, не зная, как нужно себя вести.

– Это даже лучше, – отозвался доктор. Он снял пальто и, бросив его на кровать, подошёл к двери ванной. – Проще будет осмотреть. Вы позволите мне помыть руки перед процедурой?

Врач ожидал, глядя на меня снизу вверх, и тут я вспомнила, что в ванной на небольшой тумбочке лежала моя одежда, и в последнюю очередь я хотела, чтобы он рассматривал те лохмотья, в которые она превратилась. Поэтому метнулась внутрь, прижала к себе стопочку грязных вещей и проскользнула мимо врача, направившись к шкафу, куда и убрала этот бесформенный ворох.

Когда доктор скрылся в ванной, я подняла взгляд на Райнера.

– Пожалуй, всё-таки оденусь.

– И как он будет тебе рану обрабатывать?

– Она почти не болит, – соврала я, лишь бы только не оказываться перед незнакомым драконом совсем без одежды.

Райнер со вздохом сел в кресло и покачал головой:

– Именно поэтому у тебя глаза на мокром месте?

Я не успела ответить. Переодеться тоже. Потому что доктор появился в комнате и улыбнулся на удивление мягкой для дракона улыбкой.

– Присаживайтесь на стул, мисс Линаэль. Больно не будет, это я могу вам гарантировать.

Не это меня смущало, но я всё-таки села, крепче прижав к себе полотенце.

Доктор подошёл, растёр руки и поднёс ладони к обожжённой коже. От них ощущалось покалывание силы. Я опустила взгляд на собственную руку, но тут же отвернулась, чтобы не видеть это жуткое зрелище. Странно, несмотря на то, что ожоги были очень серьёзными, боль оказалась вполне терпимой. Хоть и действительно сильной.

– Мисс Линаэль, у вас произошли какие-то изменения в структуре силы? – спросил врач с удивлением. – Я осматривал вас прошлой ночью и, как мне кажется, ваш резерв выглядел иначе.

– Само собой, она ведь была в магической коме, – прокомментировал Райнер, и я кивнула.

– Поверьте, это мне известно получше вашего, – откликнулся доктор и полез в свой саквояж, чтобы вытащить из него бинты, вату, какие-то баночки, щипцы и другие инструменты. – Нет-нет, с вами точно что-то произшло. Скажите, у вас уже был первый оборот?

Я открыла было рот, чтобы ответить отрицанием, но вдруг вспомнила, как по коже бежали волны белой чешуи. И как оглушительно ревела внутри меня драконица, будто прорываясь сквозь невидимый барьер.

– Не знаю.

Райнер тут же выпрямился и чуть опустил голову на бок в немом вопросе.

– У нас в комнате резко вспыхнула дверь, а окна не было. Нам с Эрикой пришлось объединить свою силу, чтобы не задохнуться в закрытой комнате, и когда мы это сделали, у меня кожа начала превращаться в чешую. Если мне не показалось, конечно.

Мой голос затих, и в комнате воцарилась тишина.

– Скажите, – спокойно уточнил доктор. – Она выглядела примерно вот так?

Задрав рукав, он продемонстрировал блеск чешуи, слишком мелкой для дракона, поэтому она казалась немного странной. Я кивнула:

– Только не зелёная, а белая.

– Логично, – кивнул Лоран и усмехнулся: – Поздравляю, мисс Линаэль, теперь вы – полноценный дракон. Мистер Райнер, позаботьтесь о том, чтобы мисс прошла соответствующее обучение в кратчайшие сроки.

– Не сомневайтесь, – отозвался Райнер. – Организуем факультативные занятия на полигоне.

– Тогда понятно, почему вы не кричали от боли всё это время, – заметил доктор, обрабатывая рану какой-то жидкостью. – Регенерация ускорилась, и теперь вы будете легче переживать любые проблемы со здоровьем. Вас можно только поздравить: мало у кого в таком возрасте происходит раскрытие резерва.

После этих слов комната погрузилась в молчание. Доктор был сосредоточен на на обработке раны и накладывании биинтов, Райнер смотрел на меня каким-то особенно тяжёлым взглядом, а я боялась что-то сказать, чтобы не выдать своё волнение.

Неужели это всё-таки произошло?

Несмотря на все уверения Райнера, что однажды моя драконица всё-таки пробудится, я почти перестала в это верить. Зачем обнадёживаться зазря? Но то, что случилось – неужели это и есть пробуждение?

Наконец, доктор закончил с перевязкой. Почти вся рука и шея скрылись под мягко натянутым бинтом. Ещё некоторое время я чувствовала движение его силы в моём организме, пока он, наконец, не принялся убирать свои вещи обратно в саквояж.