Чародейка по обмену, или Приказы императора не обсуждаются

Я слышала, что наши зарубежные сородичи по магии способны давать установки самой судьбе. Существовала даже легенда о некой девушке, повстречавшей в детстве у ручья представителя фейского народа. Тот был в прекрасном настроении и решил подарить малышке личное счастье. Поведал ей о встрече с суженым, который непременно явится за ней по морю на корабле под алым парусом. Десять долгих лет девочка верила и ждала своё счастье, и однажды вдали мелькнул алый парус, несущий к берегам молодого капитана. Он о предначертанной счастливой встрече, разумеется, ничего не знал, но противостоять судьбе тоже не сумел.

Суть вмешательства фей в будущее была схожа с ведьмовскими проклятиями, только направленность была иная – созидательная, а не разрушительная.

Встретившись взглядом с Леопольдом, который рассматривал меня со странным блеском в глазах, я кашлянула и спросила серьёзно:

– Почему тебя заинтересовал этот вопрос?

– Будешь смеяться, но родители избрали мне в крестные самую настоящую фею, – неловко улыбнувшись, поведал маркиз. – Как в старинных сказках, право слово. Я ещё лежал в колыбели, а прогноз на счастливую встречу был уже сделан. Орки, отчего феи норовят устроить именно личное счастье подопечного?!

– Возможно, всё дело в нестандартном объёме магического резерва. У чистокровных фей и чародеек он огромный и доверху забит светлой энергией. А она, думаю, ты знаешь, способна вскружить голову. Непереносимость тёмных цветов, людской злости, излишня эмоциональность и романтичность – всё это лишь реакция на свою же магию, – я осеклась, поняв, что демонстрирую излишнюю осведомленность, и поспешно вернула нашу беседу в прежнее русло. – Ты говорил о своей крестной?

Все это время Леопольд смотрел на меня с неподдельным интересом. Услышав мой вопрос, он ещё некоторое время внимательно изучал моё лицо, затем кивнул и продолжил свой рассказ:

– Крестная уготовила мне необычный подарок – знакомство с суженой на границе жизни и смерти. Я был запрограммирован на любовь к девушке, которая спасёт мою жизнь и ничего не попросит взамен.

– А если я попрошу взамен что-нибудь, магия развеется? – спросила я, осознав, к чему идёт наш разговор.

– Боюсь, так просто нам уже не спастись, – прошептал Лео, притягивая меня к себе, чтобы бережно прижать к своей груди.

Было в этом нечто неправильное и противозаконное, стоять вот так в объятиях постороннего мужчины, подданного королевства, война с которым отняла у меня отца, и ощущать при этом спокойствие и даже нечто, отдаленно напоминающее счастье. Может, наша встреча – действительно благословение?

– Ну, что тут у вас? – голос Марвела вырвал меня из этого странного, не поддающегося логике состояния.

Наш юный капитан появился тихо, потирая сонные глаза. Я поспешила отстраниться от Лео, и он нехотя позволил мне это.

– Возвращайся в каюту, – попросила я маркиза, пряча от него взгляд. – Тебе нужно больше отдыхать.

Леопольд кивнул и наклонился, чтобы поймать движение моих глаз. В его взгляде застыл вопрос, ответ на который я не могла дать. По крайней мере, не могла дать тот ответ, который смог бы его успокоить.

– Проблемы были? – поинтересовался Марвел, потягиваясь и зевая.

Используя в качестве предлога необходимость держать ответ перед исполняющим обязанности капитана, я отошла от Лео и чётко отрапортовала Мару о перетёртом канате. Мне было поручено следить за приборами и громко докладывать показатели. Лео порывался было проявить инициативу и тоже принять участие в управлении судном, но мы с Маром, не сговариваясь, заявили, что его основной задачей сейчас является усиленное выздоровление.

Погода нам благоволила. Ветер надувал паруса, обещая доставить судно к бухте Росбор раньше намеченного срока. С Леопольдом всё это время я не виделась. Но избегать встреч с маркизом далее было невозможно.

Предупредив Марвела о своей отлучке, направилась на камбуз, где занялась вопросом пропитания. Сварила на скорую руку овсянку и добавила в получившуюся кашу сушеные фрукты, затем сервировала два подноса с нехитрым ужином. Первым делом накормила на мостике юного капитана. Второй поднос был собран на двоих. С ним я направилась в каюту Леопольда.

– Пришла, – улыбнулся маркиз, поднимаясь с постели.

Я поспешно отвела взгляд, сосредоточив всё своё внимание на содержимом подноса. Выставила на тумбочку тарелку с бутербродами, миски с горячей кашей и кружки с травяным отваром.

– Нужно подкрепиться, – тихо проговорила я, стараясь не смотреть в сторону корт-изборца. – Скоро будем заходить в бухту.

– Что-то не так? – спросил Лео, обхватив ладонью моё запястье. – Чувствую подвох, но не могу понять, в чём он заключается.

Руку я не отняла, напротив, скользнула пальцами по его предплечью, успокаивая этой несмелой лаской и отгоняя прочь подозрительность. На вопрос ответила лишь небрежным пожатием плеч, а затем сменила тему, заметив:

– Всё остывает.

Я отошла от Леопольда и не без усилия выдержала его пристальный взгляд. Что поступаю малодушно, я знала, но мысль о моменте прощания с упрямым корт-изборцем была невыносима.

Ели мы молча, изредка поглядывая друг на друга и думая каждый о своём. Каша была уничтожена в считанные минуты, и затем настало время ароматного отвара и бутербродов.

– Там снотворный порошок или дурман-трава? – прищурившись, спросил Лео, уже собираясь сделать первый глоток напитка.

Он поспешно отставил кружку обратно на тумбочку и посмотрел на меня, ожидая ответа.

Я проследила за перемещением отвара и перевела удивлённый взгляд на того, кто его отверг.

Ну почему он такой догадливый?! И, самое главное, что мне с таким догадливым делать?

– Строишь новые коварные планы? – с напускной небрежностью поинтересовался Лео.

Мгновение, и его глаза потемнели, становясь почти чёрными, в них полыхнули молнии, а от недавней расслабленности не осталось и следа. Сейчас передо мной сидел истинный аристократ.

– Даже интересно, чем я мог так сильно испугать тебя, что ты решилась на… —он взмахнул рукой, словно пытаясь выловить в воздухе подходящие слова, – крайние меры? Я неприятен тебе настолько, что ты готова бежать в свой Альдан, даже не простившись?

Паника и чувство вины нарастали в моей душе, заставляя сжаться под холодным взглядом… И лишь вовремя пробудившиеся в памяти наставления Велимира помогли мне выпрямить спину и смело посмотреть в глаза маркиза.

– Я вполне способен понять, когда мне говорят «нет», – холодно продолжил Лео, так и не дождавшись ответа. – Когда мы доберёмся до бухты Росбор?

– Примерно через час, – спокойно сообщила я, подавляя в себе желание извиниться за то, что собиралась сделать.

– Отлично! – маркиз улыбнулся, но взгляд его был серьёзным. – Значит, примерно через час мы навеки простимся, леди. Более не стану отнимать ваше время.

Я приоткрыла рот, желая сказать хоть что-то, способное сгладить ситуацию. До щемящей боли в душе я не желала расставаться с этим человеком вот так… Но слова застряли в горле, не прозвучав. Всё правильно, мы чужие друг другу, так и должно быть.

Мы вошли в бухту и бросили якорь.

На оставшейся шлюпке маркиз Леопольд должен был добраться до берега в сопровождении Марвела. Всё же корт-изборец был ещё слаб, чтобы самостоятельно справиться с вёслами.

Я стояла в отдалении от мужчин, незаметно наблюдая за их действиями. Они проверили надёжность узлов и свободу стропа, затем Лео крепко пожал руку Мару и о чём-то серьёзно его попросил. Наш юный друг кивнул и поспешно зашагал в сторону капитанской каюты.

– Настало время прощаться, леди, – сообщил маркиз, приближаясь ко мне.

– Всё верно, – ответила я ровным голосом, по крайней мере, надеюсь, он был ровным.

– Жаль, не могу ничем отблагодарить вас за своё спасение, но знайте, моя признательность бесконечна, – Лео галантно поклонился, хотя движение это явно отозвалось болью в его теле.

– Не стоит, – поспешно заверила я, пряча руки за спину, чтобы не коснуться его плеча в невольном порыве прервать светские формальности.

– Конечно, – задумчиво изрёк маркиз и добавил уверенно, словно обвиняя:

– Всё ради Альдана и только. Ради мира между державами. Что ж, раз так, то спасибо за мир.

Я кивнула и поспешно отвернулась к морю. В глазах блеснули слёзы обиды, но волю им я не дала.

– Принимаю вашу благодарность, лорд, – произнесла я, рассматривая аккуратные барашки волн. – Счастливого пути до Изорса. Вы ведь направитесь в столицу, верно?

– Так и есть, – послышался голос прямо за моей спиной. – Пора прощаться!

Я вдохнула прохладный воздух, пытаясь освежить мысли и чувства, а с выдохом повернулась к Леопольду, чтобы сказать последнее «прощай».

Маркиз оказался близко. Слишком близко. Не давая опомниться, он схватил меня за плечи и яростно впился в мои приоткрытые от удивления губы своими губами.

Это был воистину поцелуй прощания. В нём было всё! И боль, и обида, и… нежность.

Леопольд отстранил меня от себя столь же неожиданно и, не оборачиваясь, твёрдым шагом направился к лодке. Я смотрела ему вслед чужими глазами. Настоящая Верея притихла где-то внутри той, что стояла сейчас у борта корабля холодной статуей и наблюдала, как лодка уносит к каменистому берегу того, кого нужно забыть, но кто навсегда останется в её памяти.

И лишь когда сквозь вечерний туман я увидела тёмные силуэты сошедших на берег мужчин, моей выдержке пришёл конец. Ноги ослабели, а в глазах защипало. Я села прямо на палубу, обняв руками колени и опершись спиной о борт. Дрожащими пальцами коснулась губ, ещё хранивших вкус первого в моей жизни поцелуя…

Не знаю, как долго я сидела в столь неподобающем для юной барышни положении. Опомнилась, когда рядом прозвучал голос Марвела:

– Может, расскажешь, что между вами произошло? Вы расстались врагами?

Я поднялась и постаралась придать лицу безмятежный вид, выдержала испытующий взгляд и только после этого ответила:

– Наши государства враждовали сто пятьдесят семь лет, и неприязнь между нами была бы вполне закономерной. Но мы расстались пусть и не добрыми друзьями, но вполне мирно.

Не думаю, что Мар мне поверил, но новых вопросов не последовало. Спасибо и на этом.

– Ты проводил маркиза до целителя? – спросила я, стараясь придать голосу оттенок небрежности.

– Да, но пришлось вступить с ним в спор. Леопольд настаивал, чтобы я скорее возвращался к тебе, – Мар помолчал, пытаясь понять мои чувства, но едва ли ему это удалось. – Позволь предположить, тебя не прельстил титул маркизы?

– У меня у самой имеется титул, Мар, – напомнила я. – И поверь, я бы с радостью от него отказалась, будь моя воля.

Марвел устремил на меня непонимающий взгляд, но вскоре кивнул и задал единственно уместный сейчас вопрос:

– Разворачиваемся к Альдану?

– Да! – без раздумий ответила я. – Ваши распоряжения, капитан?

Парень улыбнулся, осмотрел свои владения, ещё вчера принадлежавшие пиратам, и вмиг став серьёзным, приказал своему единственному матросу поднять якорь.

До Альдана мы добрались без приключений. Умеренная качка, преимущественно попутный ветер, короткие перерывы на сон и еду. Морского волка из меня пусть и не вышло, но совершенно бесполезной в пути я себя не ощущала. Мне удалось освоить несколько видов морских узлов, теперь я вязала их вполне проворно, а ещё ловко, как обезьянка, карабкалась по верёвочным лестницам. Суета и заботы матроса неплохо помогали отвлекаться от мыслей о маркизе.

Под белым флагом, говорящем о наших мирных намерениях, мы осторожно вошли в воды моей беспокойной родины. Военный порт Власты располагался в бухте Алрок – одной из трёх бухт столицы Альдана. Нас встретили патрульные корабли, бдительно направившие в нашу сторону пушки. Но стоило мне представиться, прокричав своё полное имя и титул в рупор, как всё стихло. Казалось, даже море на миг ослабило своё волнение.

– И от этого титула ты готова отказаться? – ошалело поинтересовался стоящий у штурвала Марвел.

– Думаю, скоро ты сам поймёшь, почему я иногда завидую простым горожанам, – тихо ответила я, словно опасаясь, что морской воздух подхватит мои слова и раньше срока донесёт их до слуха Велимира.

Во дворец нас доставили на личном экипаже адмирала Орлина. Путь мы проделали также в его компании и под его заинтересованным взглядом. И вот я спустя семь лет вернулась под каменные, искусно расписанные своды. С докладом о моём прибытии отправили одного из офицеров охраны, а мы с Маром ожидали дальнейших распоряжений Его Величества в просторном колонном зале.

В скором времени по ступеням парадной лестницы спустилась изящная светловолосая женщина в платье, вышитом самоцветами и украшенном лентами. Быстро, едва касаясь ногами пола, она приблизилась ко мне и пристально посмотрела в лицо, измененное алеранской маской, а затем порывисто обняла и облегчённо выдохнула мне в волосы.

– Мама, – дрогнувшим голосом произнесла я, едва сдерживая слёзы. – Я действительно дома.

– Да, родная, да, – подтвердила матушка, с нежностью глядя мне в глаза.

– Что ты делаешь во дворце? – поинтересовалась я, опомнившись.

– Я живу здесь уже два года, Верея.

Эта новость на мгновение лишила меня дара речи, но следующие слова мамы хоть и внесли немного ясности, породили ещё и новые тревоги.

– Велимир настоял.

– Велимир? – удивилась я.

Матушка отмахнулась от темы своего переезда во дворец, а затем ловко её сменила:

– Почему ты до сих пор в алеранской маске и этом ужасном сером безобразии?

Серым безобразием было названо моё форменное платье студентки Магической академии. Чистокровные чародейки, коей и являлась моя мать, терпеть не могли блёклости и серости. Не будь моя кровь хорошенько разбавлена, мне было бы невозможно ужиться в алеранском учебном заведении с их строгими правилами.

– Решила явиться в таком виде пред светлые очи Его Величества? – улыбаясь, спросила догадливая родительница.

Договорить ей не дал бесшумно появившийся страж:

– Его Величество ожидает Вашу Светлость!

– Мар, – позвала я своего юного друга, подпиравшего сейчас спиной колонну в отдалении от нас. Ему явно было неуютно в великолепии дворцовой залы. Что ж, тут я его понимала прекрасно!

– Мама, прошу, займи пока этого замечательного юношу. Его зовут Марвел, и своим благополучным возвращением в Альдан я целиком и полностью обязана ему.

Щёки Мара порозовели от смущения, а моя матушка-чародейка ещё и подлила масла в огонь, очаровательно улыбнувшись.

В тронный зал, где меня ожидал Велимир, я направилась в сопровождении того же офицера охраны. Передо мной распахнули двери, ведущие в роскошное помещение. Золочённым узором здесь были покрыты белокаменные стены, своды и капители колонн, светильники, сам трон и расположившиеся по бокам от него скульптуры медведя и совы – символы власти, родовые артефакты императорской семьи Альдана также были выполнены из золота. На короткий миг я вновь ощутила себя десятилетней девчонкой, впервые переступившей этот порог и представшей перед императором.

Той девчонки больше нет… Велимир сделал всё, чтобы превратить её в аристократку.

– Агнелия, – император привычно использовал моё родовое имя в качестве обращения, затем встал с трона и стремительно подошёл ко мне, крепко обнял, игнорируя присутствие в зале своего секретаря и первого министра. – Верея, это действительно ты. Жива!

Своими крупными ладонями он ощупал мои плечи и руки, вероятно, для того чтобы убедиться, что я не призрак:

– Жива и невредима!

Теперь Его Величество придирчиво осмотрел моё лицо и нахмурился, давая тем самым оценку моей личине.

– Да уж… И характер невыносимый всё ещё при тебе, – подметил Велимир и… улыбнулся.

– Здравствуй, – поприветствовала я императора и слегка кивнула министру и секретарю, склонившим головы позади Велимира. – Что? Неужели не люба тебе сестрица в таком облике?

Я шагнула в сторону от брата и подставила своё лицо, а точнее, лицо своей личины свету, затем продемонстрировала профиль и закинула на плечо косу тусклого мышиного цвета.

– Твою красоту не способна скрыть даже алеранская маска.

Да, всё же император Альдана – хороший дипломат, и глупо было ожидать от него сильных эмоций. Но, сказать по правде, мне и так сегодня досталось внимания и нежности больше, чем перепадало за всё время нашего знакомства.

– Господа, оставьте меня наедине с княжной, – попросил Велимир присутствующих здесь мужчин и продолжил уже, когда за ними закрылась дверь. – Расскажешь о своих приключениях? Или сперва предпочтёшь привести себя в порядок?

Я выбрала второй вариант. В своих покоях, отказавшись от помощи камеристки и оставшись наедине с собой, сняла, наконец,алеранский амулет, обезображивавший меня в течение семи лет.

Подойти к зеркалу я решилась не сразу. Мне предстояло заново знакомиться с собой, со своим отражением. В Алеранию я уезжала ещё совсем нескладным подростком, а теперь из зеркала на меня смотрела вполне взрослая девушка. Светлокожая, с тонкими чертами лица и большими карими глазами. Интересно, как посмотрел бы на меня сейчас Лео, приглянулась бы я ему в своём истинном облике?

Усилием воли я отогнала неподобающие мысли о корт-изборском аристократе и направилась к гардеробной. Подбором одежды для меня явно занималась мама. Все платья и костюмы здесь были в её вкусе. Яркие цвета, струящиеся полупрозрачные ткани и фасоны, подчёркивающие линии фигуры. Мой выбор пал на более-менее скромный наряд цвета моря. Этот цвет сейчас как нельзя лучше подходил моему настроению. Волосам я позволила непокорными волнами лечь на плечи, лишь заколола пару прядей у лица.

Я вошла в личную гостиную императора и обнаружила брата у окна. Увидев меня, он улыбнулся, в глазах его мелькнула искорка тепла и одобрения. Но когда он заговорил, голос звучал привычно ровно и по-деловому.

– Рассказывай!

За чашкой ароматного кофе я поведала о попытке провокации со стороны астерийцев. О маркизе Леопольде рассказала тоже, упустив лишь подробности наших личных отношений.

Брат отругал меня за излишнее геройство и самоуверенность, но, выслушав все аргументы, одобрил мой поступок. Всё в его облике говорило, что именно так должны поступать настоящие альданцы. Ещё мы обсудили судьбу Марвела. Юнгу временно поселили в гостевых покоях, а уже завтра моего друга ждала аудиенция самого императора.

Наутро Его Величество снова пригласил меня, но встречу назначил уже в кабинете. Стало ясно: разговор будет серьёзный, и к нему необходимо подготовиться.

– Великая княжна Агнелия Буслав! – церемонно уведомил о моём прибытии личный секретарь Велимира и поспешно удалился.

После непродолжительного обмена репликами о прекрасной ныне погоде и самочувствии друг друга мы перешли к делу.

– Верея, – начал император, и я поняла, что дела плохи. – Ты ведь знаешь, мир с Корт-Избором очень важен и дался он нам непросто.

Я кивнула и взглядом потребовала продолжения. Держаться старалась невозмутимо.

– Провокации со стороны Астера и других государств были и будут продолжаться. Ты сама недавно стала участницей одной из таких. Альдану с Корт-Избором необходимо укрепить шаткий мир.

Велимир посмотрел на меня пристально, выжидая реакции. Но серьёзный голос брата и острая тема не вызвали у меня каких-либо бурных эмоций. А может быть, я просто была готова к этому разговору.

– Продолжай, – спокойно попросила я.

– Год назад у меня состоялся разговор с Его Величеством королём Раулем. Мы решили положить конец вражде между нашими странами, породнившись. Союз сестры императора Альдана, его прямой наследницы и наследника престола Корт-Избора поможет объединить наши народы и интересы.

– Насколько мне известно, у Рауля нет сыновей, – отстранённо-деловым тоном заговорила я, в то время как где-то в глубине души скреблось желание взвыть. – Кто же является его наследником?

– Ты права. У короля имеется только дочь Ванесса. Ты просватана за родного племянника короля, герцога Эдвина Ранта Гровера.

Ни имя, ни титул жениха не вызвали в моей душе никакого отклика. Этот мужчина тоже стал разменной монетой в политической игре. Надеюсь, нам двоим хватит разума не озлобиться на судьбу и друг на друга, постараться с уважением относиться к личному пространству и воле каждого из нас.

– Рауль оставил для тебя портрет Ранта. Хочешь взглянуть?

Я пожала плечами. Какая, собственно, разница, как выглядит герцог? Выбора у меня в любом случае нет.

Велимир решил всё же продемонстрировать мне холст с изображением корт-изборца, широкоплечего и медноволосого, с совершенно бесстрастным лицом и таким же взглядом.

– На какое число вы с Раулем наметили свадьбу? – осведомилась я, отодвигая от себя портрет.

– Точная дата ещё не оговаривалась. Но, думаю, примерно через полгода ты станешь женой будущего короля.

– Польщена, брат мой, – я постаралась улыбнуться. – Более знатного жениха ты для меня найти не мог.

Велимир позволил себе скривиться, понимая, что в моих словах нет и крупицы искренности. Лишь горечь и сарказм.

– Я могу рассчитывать на предсвадебный подарок от тебя, если пообещаю не делать глупостей и без лишних слов и истерик в положенный срок отправиться к будущему мужу?

– Чего ты хочешь, Агнелия? – спросил Велимир, и я поняла, что брат готов выслушать и постараться принять мои условия.

– Я прошу о свободе на это время! – решилась я. – Дай мне возможность пожить вдали от столицы, поступить на службу в магическое управление… завести друзей. Настоящих, а не одобренных тобой фрейлин.

Император медлил с ответом, но в итоге выдохнул:

– Да будет так!

Я была готова поцеловать брата за то, что не спорил и доверил мне мою судьбу, пусть даже и на время.

– Но по первому моему приказу ты возвращаешься во дворец, и это не обсуждается, – добавил Велимир, но это никак не могло уже испортить мне настроение.