Игуасу

Игуасу

1

Куско, Перу. Хостел “Casa de Mama Rosa”

–И что Май в нем нашла? По моему у этого парня началась необратимая деформация серых клеток головного мозга в следствие злоупотребления протеинами и долгими часами в качалке… Нет, ты только послушай, мне кажется, начиная с определенного количества времени, которое человек проводит в спортзале, объем его мышечной массы находится в обратной пропорции его индекса IQ..– Барак жарко шептал мне на ухо и, как мне показалось, заикался больше обычного.

–Ладно тебе болтать…Эйнштейн выискался…– нетерпеливо отмахнулся я от Барака, скосив взгляд на Май, которая, закутавшись в теплое пончо из шерсти альпака, внимательно слушала нашего нового знакомого. Ну а он, развалившись на шезлонге, взахлеб о чем-то рассказывал, периодически стряхивая пепел от зажженной сигареты прямо на траву. По вечерам в Куско, даже в теплое время года было довольно холодно, но собеседник Май был одет в шорты и черную футболку, красиво облегающую его внушительную мускулатуру.

Почему-то мне не очень хотелось, чтобы слова Барака долетели до ушей этого типа. Навряд ли он сможет оценить глубину умозаключений моего школьного друга.

– “Май как будто забыла, что она здесь не одна. Стоит появиться какому-то накаченному придурку, как она и думать перестала о своих школьных друзьях…А о моем существовании просто забыла… И это после того, что между нами было! ”– с тоской подумал я и в который раз за сегодняшний день протер очки о край рубашки, не в силах видеть сальные взгляды, которые вышеуказанный накаченный придурок бросает на Май.

– Давай сходим в бар. Что-то стало холодно…– сказал я Бараку, который продолжал с упоением рассказывать о каких-то только ему понятных вещах и все так же заикался. Не дожидаясь его ответа, я резко встал со своего шезлонга и слегка пнул краешком ботинка по ноге Барака.

– Май, мы в бар! – неожиданно высоким голосом сказал я.

– Что-то стало холодно… Надо бы согреться… – тоже поднявшись со своего места сказал Барак, при этом умудрившись заикнуться после каждого слова.

– Ха-Ха! Скажите Хорхе, что вы хотите leche caliente1, и он сделает вам, парни, классный коктейль! – противно заржал новый приятель Май и слегка толкнул ее в плечо, предлагая, по-видимому, посмеяться над его шуткой. Май уставилась на нас своими большими ореховыми глазами. У меня в голове пронеслась мимолетная мысль, что, как и мы с Бараком, Май не видит ничего смешного в том, что сказал этот тип. Эта мысль на удивление окрылила меня, и я с достоинством ответил:

– Мы прекрасно знаем, как будет по-испански горячее молоко. Иногда я действительно выпиваю перед сном стакан теплого молока. В нем много кальция и серотонина, что улучшает качество сна. Но сейчас мы с моим другом, возможно, решим выпить чего-нибудь покрепче…

– Например, текилы с лимоном! – наконец вставил свое слово Барак.

– Я вижу, вы серьезные парни! – начал было накаченный, но Май прервала его:

– Наор! Это мои школьные друзья! Они очень умные. Ты мог бы быть с ними и поприветливей…

– Да ладно… Я же просто пошутил. Мы все здесь далеко от дома, должны держаться друг друга. Какие же могут быть обиды между своими…– пошел на попятную Наор. Так, оказывается, зовут накаченного типа…

– Все в порядке. Мы с Бараком, с вашего позволения, вас оставим, – довольно холодно отвечал я, внутренне радуясь, что мне удается сохранить чувство морального превосходства над туповатым качком и над Май, которая вероломно предпочла Наора нам с Бараком. Предпочла мне. И это после того, что между нами было. К сожалению, если быть честным, не было ничего… Но уж очень приятно думать, что было… Хотя бы для того, чтобы найти оправдание чувству жгучей ревности, которая охватывала меня при виде Май, мило болтающей с человеком, с которым только что познакомилась…

– Принесите мне бутылку “Кускуэны”. Вы же все равно в бар. – примирительным тоном попросил Наор.

– Но мы же не говорили, что вернемся сюда, – резонно возразил я.– Мы еще не решили, чем займемся!

– Мы можем встретить каких-нибудь знакомых в баре…– начал было Барак, но я подтолкнул его в сторону главного входа в хостел.

– И пойдете все вместе покорять злачные места Куско! После пары бокалов горячего молока с текилой! – не удержался от колкости Наор, но мы благоразумно решили не вступать с ним в дискуссию.

– Тебе он тоже не понравился? – спросил меня Барак, когда мы устроились на низком диванчике уютного бара хостела после того, как бармен Хорхе приготовил нам по слабому сладкому коктейлю.

– Мне? Ммм…– не нашелся я, что ответить. Разумеется, Наор мне не понравился, но признаваться в этом даже лучшему другу не хотелось.

– Я же вижу, что ты ревнуешь. Это просто сжигает тебя изнутри. Это так же ясно, как то, что сила тока прямо пропорциональна напряжению. – сказал Барак, флегматично потягивая коктейль.

– С чего ты это взял? – спросил я, попытавшись воссоздать в голосе интонации холодного презрения, с которым минут десять назад разговаривал с Наором.

– Сеньор Сэмюэль Фридман, не забывайте, что у меня что-то, чего нет у многих других- а именно синдром нарушенного внимания. Поэтому, я знаю о других то, что они о себе и не подозревают…– как мне показалось, немного зловеще засмеялся Барак. Самое удивительное, когда Май и Наор не были рядом, Барак почти не заикался – только делал длинные паузы между словами.

Нужно признаться, что Наор мне действительно не понравился. В хостеле Куско, где обычно останавливались путешественники из Израиля, он бесцеремонно уселся за наш столик во время завтрака и стал заверять, что необыкновенно рад встретить соотечественников в этой “дыре”. Правда, очень быстро выяснилось, что из всех “соотечественников” он более всего был рад встретить Май, а на нас бросал откровенно насмешливые взгляды.

– Ну и кто из них твой приятель? – противно засмеялся Наор, обращаясь к Май.

– Никто. Это мои бывшие одноклассники… Просто мне были нужны попутчики… Ты же знаешь, как тяжело одной начать путешествие. Тем более для девушки…– потупив глаза отвечала Май, даже не глядя на меня и на Барака.

Внутри у меня все взорвалось. На самом деле, это я и Барак еще со школы планировали долгое путешествие по Южной Америке, а Май присоединилась к нам после долгих уговоров. Уж как мне удалось убедить ее поехать с нами, а не с армейскими подружками в Индию. Может быть, решающим оказался довод, что меня и Барака Май знает еще с начальной школы, то есть намного дольше, чем подружек с базы ВВС, где она проходила военную службу. Но главное, я ни на секунду не сомневался, что во время этого путешествие произойдет нечто, после чего Май поймет, что со школы любила только меня. В своих самых смелых фантазиях я представлял, как во время трека через Анды Май падает в горную реку. Я, не раздумывая прыгаю вслед за ней и каким-то непостижимым образом вытаскиваю на берег. Поскольку ее рюкзак был унесен бурным потоком, а в горах довольно прохладно, то я великодушно предлагаю Май воспользоваться моим спальным мешком, пока ее одежда сохнет у костра… Май, у которой после произошедшего зуб на зуб не попадает то ли от холода, то ли от страха, с благодарностью принимает предложение. Но потом, увидев, что после вынужденного купания у меня тоже не попадает зуб на зуб, она также великодушно предлагает мне разделить с ней теплый спальный мешок. Я для вида сомневаюсь, но Май утверждает, что только так я смогу уберечься от гипотермии, насморка и воспаления легких, после чего я сдаюсь…

Хотя, если честно, вздумай я или Барак прыгнуть в горный поток, скорее всего ничем хорошим это бы не кончилось. Плаванье никогда не было моим любимым видом спорта, в отличие от Май, которая хорошо плавала, играла в теннис и занималась гимнастикой. Если бы что-то случилось со мной во время прохождения по знаменитой тропе Инков к древнему городу Мачу-Пикчу, то несомненно, Май смогла бы вытащить меня из воды и даже сделать искусственное дыхание. Но все равно эти мысли возбуждали, ласкали воображение, заставляли сердце биться быстрее…

И вот этот Наор с приторной улыбкой на не блещущей интеллектом физиономии и накаченными мышцами. Как выяснилась, он приехал в Перу с несколькими друзьями, но те отправились в Колумбию, а сам Наор остался в Куско в поисках соотечественников, с кем можно было бы продолжить путешествие.

И самое обидное: Май мило улыбалась, смотрела ему в глаза, смеялась его шуткам, на мой вкус абсолютно глупым. Когда он предложил встретиться вечером, чтобы обсудить дальнейшие планы, Май не раздумывая согласилась. Даже не спросила нас, что мы думаем на этот счет! И это после того, как я ради нее, рискуя жизнью прыгал в ледяной поток! Точнее не прыгал, но все равно обязательно бы прыгнул, выпади мне такой шанс!

Мы уже вернулись в нашу комнату после посещения бара, приняли душ и готовились ко сну, когда Май, наконец, соизволила явиться. Услышав скрип открывающейся двери, мы, не сговариваясь, отвернулись к стенке и сделали вид, что давно спим и видим десятый сон, а то, как Май провела вечер со своим новым приятелем нам неинтересно. Но на нашу бывшую одноклассницу маскировка не произвела большого впечатления:

– Эй, ребята! – громким шепотом сказала она, войдя в комнату. Свет при этом она все-таки не включила.

– Если вы притворяетесь спящими, чтобы опять подглядывать, как я переодеваюсь после душа, то, уверяю вас, на этот раз вам это не удастся! – уже громче сказала она, зажгла ночник и уселась в плетенное кресло.

– Ну правда, ребята… Я же знаю, что вы еще не спите… Есть дело…– с этими словами она подняла с пола чей-то носок, брезгливо осмотрела и запустила почему-то в меня, хотя носок был, по-видимому, Барака

Продолжать притворятся не было смысла. Я сделал недовольное лицо разбуженного среди ночи человека и сел на кровати. Барак последовал моему примеру.

Проигнорировав ехидный вопрос Барака насчет того, как прошел вечер, Май сразу же приступила к главному:

– Наор предлагает поехать с ним в Амазонию. По-моему, это отличная идея!

– Предлагает тебе? – с как можно большим безразличием в голосе уточнил я.

– Ну мне… Нам… Какая разница, в конце концов?! Он же понимает, что я без вас никуда не поеду, – замялась Май, и стало ясно, что предложение отправиться на экскурсию по Амазонке относилось только к Май, но никак не ко мне и не к Бараку.

– Но у нас же билеты в Рио-де-Жанейро… – заикаясь напомнил Барак.

Это было действительно так. Через два дня мы должны были вылететь в Лиму для того, чтобы оттуда продолжить путь в Бразилию. Наш маршрут был спланирован давно, и никаких изменений в нем не предполагалось…

– Но билеты же можно поменять… Я уже проверила по интернету, нет никакой проблемы вылететь через десять дней…– воодушевленно сказал Май, – а на Амазонке очень интересно, там анаконды, крокодилы, индейские племена…

– И Наор! – съязвил я. Последнее, что я хотел, это обидеть Май, но во мне кипело раздражение из-за того, что она готова была изменить планы ради первого встречного, тем более такого, как Наор.

– С ним, кстати, очень весело, -поджав губы сказала Май, – Кстати… Вы сидели с такими физиономиями, что мне за вас было стыдно. Можно было быть и полюбезней с ним.

– “Стыдно за нас!? А мы, что? Должны были смеяться его идиотским шуткам? Весело ей с ним, видите ли… А с нами, значит, нет?”– пронеслось у меня в голове.

– А интересно… Этого Наора с какого класса выгнали, с восьмого или десятого? – Барак тоже решил поупражняться в остроумии.

– Ну почему сразу выгнали? – с удовольствием подхватил я, – Может быть, посадили в тюрьму, вот он и не успел научиться писать свое имя без ошибок…

– Фи, какой снобизм…– как оказалось, Май не оценила наш юмор, – Вы первый раз видите человека и уже надсмехаетесь над ним.

– В общем, если вы согласны, то уже завтра можно будет поехать в Икитос. Как раз, с утра успеем поменять билеты на Рио, – сухим голосом сказала она, по-видимому, желая свернуть этот разговор.

– Май, а тебе не кажется, что это нечестно, проводить время с кем-то, к тому же требовать, чтобы изменили планы из-за него? – спросил я, тоже решив расставить все точки над “й”.

– Я ничего такого не требовала, просто подумала, что так будет лучше…– сказала Май, – Но в принципе я могу поехать одна. Мы же договаривались, что в случае чего можем разделиться....

Это было действительно так. Зависая на всяких интернет-форумах и читая советы бывалых туристов, мы знали, что, путешествуя компанией, иногда полезно разделятся, хотя бы на время. Мы обговорили это условие, еще на стадии разработки маршрута, но я не мог и представить себе, что Май решит воспользоваться такой возможностью.

Ночью я почти не спал. На душе было мерзко. Почему-то я был уверен, что Май продолжит путешествие в новой компании, а к нам больше не вернется, хотя мы и договорились поддерживать связь.

Я мстительно подумал, что Май, с ее пятью баллами по физике и математике, очень быстро наскучит с Наором, но, когда я сказал ей об этом, то услышал в ответ, что последнее, о чем ей хочется разговаривать во время путешествия, это физика и тем более математика.

Наутро после завтрака, который прошел в тягостном молчании, Май уселась за компьютер, стоявший в лобби нашего хостела, и уже через полчаса заявила, что все готово.... В Рио полетим только мы с Бараком, а Май, вместе со своим новым приятелем уже сегодня отправятся в Икитос.

После обеда мы проводили Май до такси, которое должно было доставить ее и Наора в аэропорт. Наор был весел, сыпал шутками (по моему мнению, на редкость идиотскими) и все время пытался положить Май руку на талию. Наконец, когда тот стал грузить вещи в машину, мы остались с ней одни.

– Все-таки жалко, что вы не поехали с нами! Я уверена, что будет классно…– сказала Май и на прощание наградила нас дружеским поцелуем, после чего быстро затараторила о том, что мы ее лучшие друзья, и ей очень грустно с нами расставаться. А еще, что она будет очень переживать за нас, ибо без нее мы обязательно попадем в историю.

Но я почему-то, не заметил в ее глазах особой грусти… Она была весела и все время поглядывала в сторону Наора, который о чем-то препирался с водителем такси. Мы не стали дожидаться момента, когда такси отъедет, а отправились в бар, дабы выпить по бутылке “Коскуэны” и в очередной раз обсудить вопиющее вероломство нашей бывшей одноклассницы.

2

Пять дней спустя. Рио-де-Жанейро, Бразилия, хостел “Ipanema beach”

– Мне кажется вы, парни, не робкого десятка…, и вы приехали в Бразилию не для того, чтобы делать селфи и любоваться на девок на пляже… – Маурисио говорил на иврите медленно и было непонятно – это из-за недостаточного знания языка или же порекомендованный владельцем хостела агент преследовал какую-то цель. Нам же он коротко объяснил, что родился в России, несколько лет жил в Израиле и даже отслужил в ЦАХАЛе, после чего вел бурную жизнь “гражданина мира”, пока, наконец, не осел в Бразилии.

–Вы, конечно, можете заказать у меня экскурсию по достопримечательностям Рио…Будете гулять по centro historico 2под охраной ребят из brigada militar.3 С этим у нас все в порядке. Прежде всего – безопасность клиентов. Смею вас заверить удовольствие вы получите. Как и миллионы туристов со всего мира, которые ищут в Рио то, что они видят в глянцевых брошюрах в турбюро, и поверьте мне, с помощью моих guia они получат даже больше, чем они могли себе представить…

– Ладно, давайте перейдем к делу! Мы с моим другом не любим тратить время на пустые разговоры! Вы ведь хотите нам что-то предложить? – не вытерпев перебил я. Если уж Маурисио и посчитал нас “крутыми парнями”, то и вести переговоры следовало, не выходя из образа.

– Ну и отлично! – Маурисио перешел на английский. – Я хочу предложить вам приключение, которое переменит всю вашу жизнь! Вы поймете, ради чего вы приехали в этот город. Вы узнаете о Рио такое, что многие cariocas предпочли бы не знать…

– Звучит интригующе! – довольно индифферентным тоном сказал я. За те полтора месяца, что мы путешествовали по Южной Америке, я уже представлял примерно, что последует дальше. Наверняка Маурисио сейчас предложит нам какое-нибудь эксклюзивное развлечение, вроде спуска в якобы заброшенную шахту или поднятия на потухший вулкан, или же, в лучшем случае, поездке на бронированном джипе по бедным районам… Была бы с нами Май, она давно бы отшила навязчивого турагента. Но Май сейчас весело проводит время с Наором…

– Что бы вы сказали на возможность провести целый день, точнее целую ночь вместе с людьми из группы Черного Паука? Вы ведь наверняка слышали о Comando Vermelho, Terceiro Comando, Amigos dos Amigos…Эти ребята все еще наводят ужас на жителей фавел, но говоря, между нами, они давно уже ведут себя как звезды рока. Раздают интервью досужим газетчикам, пишут воспоминания, позируют перед камерами…Все это не то…Между тем Команда Черного Паука остается абсолютно закрытой организацией и для полицейских, и для других bandoleiros4…

– И что мы должны у них делать? – уже более заинтересованным голосом спросил я.

– Прежде всего скажу, что вы не должны делать – это спорить с ними и еще как-то раздражать их.... Тогда они вернут вам ваши пятьсот долларов, но потом пристрелят из пистолета с глушителем, а трупы растворят в серной кислоте…– усмехнулся Маурисио.

– А деньги? Тоже растворят в кислоте? – заинтересованно спросил Барак.

– Нет… Деньги они положат в конверт и передадут в Фонд помощи детям из бедных кварталов. Они честные бизнесмены – если услуга не была оказана, то и деньги они вернут. Но ведь покойникам деньги без надобности, так что пусть послужат на благие цели…– терпеливо объяснил турагент.

– Понятно…– сказали мы.

– Кстати, считаю своим долгом предупредить вас, что страховые компании как правило отказываются платить, если с вами что-то случится у “Черных пауков” . То есть все на ваш страх и риск. Не говоря о том, что бразильская полиция не смеет соваться на территорию, контролируемую Пауками…– добавил, как бы между прочим, Маурисио.

– Ну что ты скажешь? – с усмешкой спросил я Барака, стараясь изо всех сил не показать, что слова Маурисио произвели на меня хоть какое-то впечатление.

– Слушай! По-моему это круто! – сказал Барак громким шепотом мне в ухо, – Май умрет от зависти, когда узнает, как классно мы проводим время!

– Ну и прекрасно! – усмехнулся Маурисио, – Я же знал, что имею дело с настоящими мужчинами.

С этими словами он раскрыл портфель и вытащил какой-то бланк. После чего попросил наши паспорта, вписал туда наши данные и потребовал, чтобы мы поставили наши подписи.

– Что это? – удивились мы.

– Расписка, о том, что вы не будете иметь ко мне претензий, если с вами что-нибудь случится, – пояснил Маурисио.

3

Вечер того же дня. Рио-де-Жанейро. Хостел Ipanema Beach. А потом- где-то в фавелах.

Ровно в девять часов вечера мы ожидали Маурисио, сидя на потертых матерчатых креслах в лобби хостела. Ни мне, ни Бараку говорить ни о чем не хотелось, но совершенно по разным причинам: мой друг молчал в предвкушении захватывающего приключения, ну а мне эта идея нравилась все меньше и меньше.

– Ты уверен, что это именно то, что нам не хватало в этой поездке? – наконец не выдержал я.

– Ну конечно же! Ты только подумай, мы познакомимся с настоящими бандитами! Увидим, как у них все происходит! – излишний энтузиазм Барака с самого начала этой истории заставлял меня чувствовать себя не в своей тарелке. Я почему-то был уверен, что мой друг не будет наблюдать со стороны, а наоборот, будет активно вмешиваться в производственный процесс с ценными советами на предмет увеличения прибылей от продажи героина.

– Лучше подумай какое лицо будет у наших родителей, когда они узнают, что нас похитили эти Черные пауки!

– Они нам ничего не сделают! Если с нами что-нибудь случится, то они больше не смогут найти новых клиентов. Это подпортит деловую репутацию фирмы, и их моментально сожрут конкуренты! – безапелляционно заявил Барак.

Подобная позиция меня восхищала – Барак говорил о криминальных группировках Рио, как о соперничающих друг с другом пиццериях. В любом случае спорить с приятелем было бесполезно, и я только покачал головой.

– А вот интересно…оружие они нам выдадут? – вдруг спросил Барак, а его глаза возбужденно заблестели.

– Надеюсь, что нет…– сказал я. Барак, конечно, отслужил три года в престижном подразделении израильской армии, но в качестве системного администратора компьютерной сети, и поэтому оставался человеком до мозга костей гражданским и любой, самый завалящий пистолет в его руках был опасен прежде всего для него самого.

Вскоре подъехал Маурисио. Он был одет в наглухо застегнутую кожаную куртку, камуфляжные брюки и высокие десантные ботинки. Получив от нас оговоренные пятьсот долларов, Маурисио едва уловимым жестом расстегнул молнию куртки, и конверт с купюрами исчез где-то во внутреннем кармане.

На мою просьбу написать расписку Маурисио усмехнулся:

–Ну вы же написали расписку, что не будете иметь ко мне претензий. Но и я тоже не буду иметь к вам претензий. Завтра утром, когда я вас верну в хостел, мы больше не услышим друг о друге.

Возразить на это было нечего.

– И самое главное, ни о чем с ними не спорить и ни о чем не спрашивать… Если, конечно, хотите вернуться домой… Тех, кто исчез в фавелах, не найдет даже ваш Моссад.

От этих слов мне слегка поплохело…

– Я же говорил, надо было уведомить израильское посольство…– прошептал я на ухо Бараку, но тот отмахнулся:

– Как ты себе это представляешь? Мы идем развлекаться с какими-то бандитами, а вы пожалуйста поищите нас, если с нами что-нибудь случиться? Не говори ерунды!

Я стал смотреть в окно, но окружающий пейзаж не вернул мне оптимизма…Если в начале автомобиль Маурисио ехал по хорошо освещенным и многолюдным проспектам делового центра мегаполиса, то сейчас мы ехали по темным улочкам, застроенным одноэтажными домиками, какими-то гаражами, мастерскими и откровенными развалюхами. В этой части города улицы были почти безлюдны, только изредка в свете фар высвечивались небольшие группы людей, бредущих по обочине дороги.

Наконец, автомобиль остановился в темном переулке, освещенном тусклым фонарем.

– Мы приехали? – шёпотом спросил Барак. Маурисио промолчал, напряженно всматриваясь в темноту. Я и Барак последовали его примеру, но ничего интересного не увидели. В машине воцарилась напряженная тишина.

Внезапно мы увидели в темноте два силуэта. Откуда они появились, было непонятно. Вероятно, они стояли в темноте и наблюдали за нами, прислонившись к стенам. В слабом желтоватом свете фонаря мы заметили, что на них надеты жилеты защитного цвета, оставляющие руки открытыми… А в руках были зажаты короткоствольные автоматы, незаменимые в уличных перестрелках, и по сему столь популярные среди членов городских банд… Судя по их довольно щуплым фигурам, бандитам было лет пятнадцать или шестнадцать. Я вдруг вспомнил, что когда-то смотрел фильм по National Geografic о бразильской подростковой преступности, и от этого почувствовал предательскую дрожь в ногах… Май никогда бы не позволила нам ввязаться в такое приключение… Тем более заплатить за него пятьсот долларов.

– А почему у них закрыты лица? – быстрым шепотом спросил Барак. И действительно – лица бандитов были спрятаны за шейными платками, завязанными на затылке.

– Вам нельзя видеть их лица, иначе им придется вас пристрелить…– драматически прошептал Маурисио и опустил окно автомобиля. Один из малолетних бандитов сделал шаг вперед, не выпуская оружия из рук. Маурисио быстро заговорил по-португальски, а бандит лишь коротко кивнул…

– Выходите! – коротко приказал нам Маурисио.

Барак моментально открыл дверцу и выпрыгнул наружу. Я нехотя последовал за ним. В тот же момент Маурисио резко дал задний ход и его автомобиль быстро скрылся из переулка.

Как только мы остались одни, один из бандитов вытащил из кармана штанов два куска тряпки и сделал приглашающий жест ладонью. Барак сделал два шага в его сторону, а бандит едва заметным движением завязал ему глаза. В это же момент второй бандит коротко толкнул меня автоматом в спину, приглашая последовать примеру Барака. Я попытался что-то возразить, но опять получил толчок автоматом только на этот раз более ощутимый.

– Quieto5! – прошипел бандит и завязал мне глаза. Стало темно.

– Барак, ты здесь? – тревожно спросил я. Происходящее мне категорически не нравилось. Можно было, конечно, наплевать на заплаченные пятьсот долларов и от всего отказаться, но было совершенно ясно, что вероятность вернуться без приключений в хостел из самого сердца трущоб Рио-де-Жанейро стремилась к нулю… Оставалось доверится бандитам и молиться, что все обойдется.