Невеста для злого духа

Единственным её желанием было поскорее скрыться из виду — и от Анны, и от самого Джеймса. Ведь тот наверняка вновь попытался бы завладеть её вниманием в своей мерзкой манере.

И Луиза ни за что бы не остановилась, если бы не одно «но»...

Рядом с человеком, которого она подозревала в самых ужасных вещах, мелькнуло фиолетовое платье.

Салли.

Девушка даже не сразу поверила собственным глазам.

Вот уж действительно — этого она никак не ожидала увидеть.

Райт, чья жена на глазах у всех превращалась в бледную тень, теперь стоял у фуршетного стола, полностью очарованный Салли. Сама же Салли, прекрасно знавшая его истинное лицо, вела себя так, будто этот жестокий человек был самым чутким джентльменом на приёме. Она кокетливо подносила ему бокал, предлагала пирожное, осыпала похвалами его дом и гостеприимство, без конца прерываясь на лёгкий, кокетливый смех.

И Джеймс явно наслаждался этим вниманием, пока внутри наблюдавшей за ними Луизы всё переворачивалось.

«Что ты делаешь?» — одними лишь глазами спросила она, глядя на подругу.

Та заметила её не сразу. Она продолжала кружить подле Райта, улыбаясь и делая вид, будто совершенно ничего о нём не знает, пока наконец их взгляды не встретились.

Брюнетка едва заметно приподняла бровь.

«Делаю то, что считаю нужным», — так же без слов ответила она.

Девушка нахмурилась, не сводя с неё глаз.

Возникло непреодолимое желание прямо сейчас подойти, забрать Салли и её ребёнка из лап этого чудовища, пусть та и сунулась к нему добровольно.

Однако стоило Луизе со всей решимостью податься вперёд, как за спиной Райта она заметила ещё кое-кого.

Сперва было не понять, что именно привлекло её внимание. Вокруг было слишком много людей, слишком много движения, а музыка по-прежнему звучала, но почему-то именно за плечом Райта взгляд Луизы вдруг зацепился за неподвижную фигуру.

Ей стало холодно.

Не резко, а постепенно, словно прохлада пробиралась под кожу, пока ещё не осознанная, но уже заставляющая всё тело насторожиться.

Она медленно всмотрелась.

За Райтом стояла женщина.

На ней было длинное платье с кружевом, почти касавшееся пола, а сама фигура казалась слегка сгорбленной. Она стояла так неподвижно, что сначала Луиза приняла её за одну из многочисленных пожилых гостьей.

Но что-то было не так.

Женщина не двигалась, не поправляла платье, не следила за танцующими и даже не пыталась разглядеть собеседников Райта. Она просто смотрела на него.

Луиза слегка приблизилась.

И почувствовала, как по спине пробежал холод.

Взгляд женщины был затуманенным и каким-то неестественно неподвижным, а лицо казалось слишком бледным для живого человека. Под тонкой кожей проступала болезненная серость, губы имели синеватый оттенок, а выбившиеся из причёски волосы слегка дрожали, хотя вокруг не было ни малейшего движения воздуха.

И тогда Луиза поняла.

Кровь в её венах словно застыла.

Она снова видела перед собой мертвую.

Бесспорно.

Существо прожигало Райта затуманенным взглядом с такой ненавистью, будто было готово вцепиться ему в горло прямо здесь, на глазах у всех гостей, однако почему-то не могло приблизиться.

Райт, конечно, ничего не замечал.

Как и подруга.

Как и все остальные.

Лишь Луиза потеряла дыхание, не в силах отвести взгляд от того, что происходило прямо перед ней.

Райт что-то сказал Салли, и та рассмеялась. Затем мужчина подал ей руку, и они вместе направились вдоль гобеленов.

Существо за его спиной медленно развернулось, и тогда Луиза ужаснулась ещё сильнее: под кружевами платья отчётливо проступил крупный беременный живот. Девушка едва не отшатнулась.

Беременная. Мёртвая. Идущая за ним по пятам.

Женщина двигалась странно, словно каждый шаг давался ей с невероятным трудом. Плечи мелко подрагивали, руки бессильно покачивались вдоль тела, а голова оставалась чуть склонённой, будто шея не могла удерживать её прямо.

Она не отставала от Райта ни на шаг.

Это было жутко.

И ужасно несправедливо, что только Луиза могла видеть происходящее.

Она стояла посреди полного людей зала, где продолжала звучать музыка, гости смеялись, слуги разносили напитки, а за человеком, которого все вокруг считали достойным джентльменом, следовала мёртвая беременная женщина.

Луиза будто оказалась под гипнозом и не могла отвести взгляда.

Всё отошло на второй план: Анна, отец, Лестер и даже сам Джеймс перестали существовать для неё в эту секунду.

Всё её внимание принадлежало призраку.

За ним хотелось следовать, и это чувство нельзя было спутать ни с любопытством, ни со страхом. Оно было гораздо сильнее, словно какая-то невидимая нить тянула девушку вперёд.

Возможно, Луиза действительно последовала бы за существом вопреки всему, если бы не раздавшийся в другой части зала звон разбившегося стекла.

Она вздрогнула и наконец оторвала взгляд от удаляющейся фигуры.

— Воды! Принесите воды! — прокричал кто-то из скопившейся в другой части зала толпы.

А затем поверх общего гула раздался испуганный голос: