Неожиданное наследство, или Волшебный сад миссис Эванс
- -
- 100%
- +
Амелия едва не схватилась за сердце. Пятьдесят серебром – это же половина золотого! Ужас, как дорого.
«Но ведь чек подлинный! – воскликнул внутренний голос. – И у тебя теперь есть эти пятьдесят монет. Гораздо разумнее потратить их, чем неизвестно сколько на путешествие».
Пока она боролась со своими сомнениями, мистер Уолби с вежливым выражением лица ждал, не забывая зорким взглядом окидывать зал.
– Хорошо, – кивнула Амелия. – Я согласна.
– Тогда прошу за мной, – старший клерк спустился из-за своей конторки и повел ее вправо. Там она никогда не была и сейчас вертела головой во все стороны. – Оплата будет списана с вашего счета, – сообщил он и распахнул дверь в один из кабинетов. – Мистер Грейв, нужно проверить подлинность документа мисс Барнс.
– Конечно, мистер Уолби, – вставая из-за стола, отозвался высокий и худой мужчина. – Мисс Барнс, проходите, – он указал рукой на кресло для посетителей. Кресло, а не стул, как было в общем зале. За ее спиной тихо закрылась дверь. Амелия сглотнула ком в горле и, подойдя к столу, протянула мужчине конверт.
– Садитесь, – мистер Грейв опять указал на стул. – Проверка займет какое-то время. Что вы хотите узнать? – он опустился в свое кресло.
– Что юридическая контора Роджерс, Роджерс и Скотт действительно существует, – дрожащим голосом произнесла Амелия.
Мужчина кивнул и, раскрыв бумаги, сунул край с печатью под какие-то линзы. Она даже дышала через раз, сердце готово было выпрыгнуть из груди. Еще чуть-чуть и просто упадет в обморок! Казалось, спустя целую вечность и еще немного раздался спокойный голос мистера Грейва:
– Печать подлинная, – он постучал по оттиску пальцем. – Я отправил запрос в Королевскую службу регистрации и пришел ответ, – в этот раз он показал пальцем на какой-то прибор в форме шара, в котором Амелия не могла ничего разглядеть, – юридическая контора Роджерс, Роджерс и Скотт действительно зарегистрирована в Милтон-Кинс. Ваша бумага подлинная.
– О, благодарю! – Амелия вскочила из кресла, роняя корзинку с колен. – Ох, простите!
– Ничего, мисс Барнс, – спокойно ответил мужчина. – Ваша бумага.
Схватив письмо, Амелия подняла корзинку и развернулась на выход, но ее остановил голос мистера Грейва:
– Мисс Барнс, подпишите счет на оплату.
Вспыхнув до корней волос, она вернулась к столу и быстро поставила свою подпись на магической дощечке, где уже проявился счет. Боги, она разом потратила половину золотого! Разум не хотел этого принимать, но сердце ликовало.
– Всего хорошего, мисс Барнс.
– И вам, мистер Грейв, – широко улыбнулась Амелия и поспешила получить свои десять монет.
Аткинсон с равнодушным видом забрал из ее пальцев чек, покрутил его в руках, едва не попробовал на зуб, потом шлепнул печать и отправился куда-то вглубь банка, чтобы через пять минут вернуться с деньгами. Амелия все эти несчастные пять минут ерзала на стуле. Аткинсон, как специально, еще и на два раза медленно пересчитал эти монеты.
– Прошу, мисс Барнс, – наконец, он пододвинул к ней стопку золотых.
– Благодарю, мистер Аткинсон, – Амелия убрала монетки в кошелек. Теперь ей нужно на рынок. Сделать покупки и не потерять кошелек! Ну что за дурочка, зачем сняла деньги именно сейчас? Хватило бы просто проверить! Это от волнения и радости мозги растеряла.
На рынке, как и всегда, было очень шумно. Кричали торговцы, зазывая подойти к их прилавкам, кричали покупатели, считающие, что их обвесили или обсчитали, с гиканьем носились дети, а где-то кто-то ревел, требуя купить сладость или игрушку. Ржали кони, привязанные к телегам, там же в клетках сидели куры и возмущенно кудахтали, в общем, стоял развеселый гвалт. Живых курей Амелии было не нужно, все необходимое закажет в лавке мясника, а помощник принесет на дом. Поэтому она обошла телеги и устремилась к овощным рядам к зеленщикам. Лук, петрушка, пучки салата, тимьян и прочие травы – все было проверено со знанием дела. Самые свежие и вкусные помидоры, самые хрустящие огорцы – Амелия точно знала, как правильно выбирать овощи. Еще купила яблок. Она бы набрала и больше, только вот все одна не утащит, да и тогда на рынок придется ходить реже. А так хороший повод выбраться из дома.
– Эй, осторожнее! – прикрикнула на мальчишку, едва не сбившего ее с ног. Маленький пройдоха хотел отвлечь ее внимание, пока друзья залезут в карман, вот только девушка знала все их уловки и оттого прикрывала корзинкой карман, в котором лежали монеты. Погрозила хулигану кулаком и тот ломанулся в толпу, сверкая пятками. Да и не возникло бы ни у кого мысли, что скромная мисс в форменном платье может носить с собой такую сумму. Чумазые пособники, стоило только грозно на них глянуть, бросились врассыпную.
– Подлецы! – потрясла кулаками продавщица зелени. – Чуть зевнешь и нет яблока или пучка редиски. Вон, на днях целую связку бубликов у Джонса увели почти из-под носа.
– Да-да, – посочувствовала ей Амелия. – Дайте еще пучок редиски, пожалуйста.
Распрощавшись с продавщицей, мисс Барнс пошла домой. Корзинка оттягивала руку, но ей не привыкать. А вот из-за того, что задержалась в банке, то уже опаздывала. Часы на городской ратуше пробили полдень. Обычно она возвращалась не позднее одиннадцати, и теперь за опоздание непременно получит нагоняй. Да и утреннюю прохладу давно сменил дневной зной, и Амелия теперь шумно дышала. Проходя по улицам, завидовала молоденьким мисс, которые спешили укрыться от жары в ближайшем кафе и выпить чего-нибудь прохладительного. Ох, если она еще и в кафе зайдет, миссис Кларенс ее со свету сживет. А ведь надо вдове еще сообщить, что она хочет взять отпуск!
Амелия дошла до дома и с огромным облегчением поставила корзинку на лавочку. Сейчас минутку отдохнет и отнесет на кухню.
– Амелия! – грозный окрик не дал и этой минутки. – Где ты ходишь? Уже скоро обед! – в окне торчала вдова Кларенс и грозно сверкала глазами. – Безответственность какая!
– Извините, – Амелия состроила виноватый вид. – Я все купила, – подняв корзинку, поспешила на кухню.
Обед она готовила под неусыпным контролем вдовы, да еще та никак не могла успокоиться, считая, что в Королевском банке на ее вклад неправильно начисляют процент. И хоть она на три раза все проверила и все сходится, но все равно сердцем чувствует, что где-то обман. В тот день Амелия так и не решилась сообщить вдове Кларенс, что ей нужен небольшой отпуск. И правильно сделала, иначе бы оказалась к ночи с вещами на улице. Отчаянно труся, она просила отпуск на следующий день после завтрака.
– Как это, уехать? – старушка подняла на нее взгляд и удивленно выгнула брови. – В каком смысле, отпуск? Что ты несешь, Амелия?
– М-мне… Я-я… Мне нужно по делам съездить, – наконец, выговорила Амелия. От волнения она теребила платочек. – Неделю. Может, две.
– Нет, – сказала как отрезала вдова Кларенс, недовольно поджимая морщинистые губы.
– Но за столько лет…
– Нет. Или увольняйся.
– Но миссис Кларенс! – воскликнула Амелия в шоке.
– Я свое слово сказала, – уперлась старушка.
– Хорошо, – после минутных раздумий Амелия задрала подбородок и распрямила плечи. – Тогда я увольняюсь. И ухожу. Немедленно!
Развернувшись на каблучках, она быстрым шагом пошла в свою комнату. За спиной упал перевернутый стул и послышались шаркающие шаги.
– Куда?! – кричала вдова Кларенс. – Амелия! Я запрещаю!
Но девушка ее не слушала. Действительно, какой отпуск? У нее есть десять золотых в кармане и немного денег на счету. Хватит! Даже если с наследством обманули, она найдет работу в этом Милтон-Кинсе. Вытащив из шкафа дорожную сумку, Амелия принялась укладывать в нее вещи.
– Что ты туда складываешь? – возмущалась вдова. – Тут, считай, и нет твоих вещей. Форменные платья и те куплены на мои деньги! – верещала она.
– Да нужны они мне! – взорвалась Амелия. И, вытащив ужасные строгие платья, кинула их в миссис Кларенс. – И это забирайте! – с этими словами принялась стаскивать с себя платье и тоже швырнула его во вдову. Оставшись в одном белье, вытащила из шкафа свое старое дорожное платье, в котором приехала в городок с фермы.
– Неблагодарная! – потрясала старушка кулаками. – Я ее приютила! А она! Она… так мне отплатить! – Амелия только фыркнула, скидывая в сумку белье. Потом собрала со столика расчески и немногочисленную косметику и, отодвинув сухонькую миссис Кларенс с дороги, пошла на выход.
– Я тебе ничего не заплачу за этот месяц, – бежала та за ней следом. – Ни медяка не получишь!
– Да подавитесь вы ими! – огрызнулась Амелия. Что было в первый раз за все годы. Вышла на крыльцо и громко хлопнула дверью. Вот так-то! Даже если в Милтон-Кинс не устроится, мало ли городов во всем Апингтоне, где требуются рабочие руки?
Под непрекращающиеся крики Амелия удалялась от домика вдовы. Даже соседи выглядывали в окна, желая узнать, что же такое произошло. Гордо подняв голову и расправив плечи, мисс Барнс шла в сторону центра города. Там снимет комнату в отеле и сходит на вокзал, чтобы узнать, как ей добраться до Милтон-Кинса. А еще заглянет в лавки готового платья и сменит опостылевшие наряды. Много тратить не будет, но пару нарядов стоит прикупить. К портнихам идти все равно времени нет, а в единственном большом магазине готовой одежды очень уж кусачие цены, хоть там модели и самые новые.
Кинув сумку на пол в небольшом, но уютном номере, Амелия поймала кэб и поехала на вокзал. Сначала разузнает, куда ей ехать. Оказалось, что это почти другой конец королевства и путь займет три дня на поезде. А все потому, что из их городка придется сначала добраться до более крупного, а уж потом пересесть на поезд до Милтон-Кинс. Не зря ей на дорогу выделили аж десять золотых. Если бы она брала купе первого класса, то и их бы не хватило. Но против попутчиков Амелия не возражала, а потому дневной переезд оплатила в третьем классе, а вот потом пересядет во второй, все-таки ехать дольше, и лучше купе на двоих. В итоге у нее даже осталось три золотых, их было решено потратить на платья.
Добравшись до лавок с готовой одеждой, Амелия купила себе два: одно темно-зеленое, довольно строгое, с прямой юбкой и небольшим квадратным декольте, которое можно было бы прикрыть легким шарфиком, и второе цветастое, как давно мечтала. Воздушное, оно было расписано яркими цветами. Очень кокетливое. Даже неловко было в нем выходить на улицу, настолько Амелия казалась себе в нем легкомысленной. В общем, номер в отеле, билеты на поезд и два платья съели все десять золотых. Ну если не считать оставшихся от них двадцати медяков.
За день она получила столько новых впечатлений и так устала, что, скромно поужинав в небольшом кафе, завалилась спать. Завтра рано утром поезд увезет ее куда-то вдаль.
Глава 3
Ночной дежурный, не успевший смениться в такую рань, разбудил Амелию, когда за окном солнце еще и думало вставать. Сонно потирая глаза, она поплелась в крохотную ванную комнату, чтобы умыться. Здраво рассудив, что третий класс – не место для новых платьев, надела свое старое дорожное. Волосы убрала в ненавистный строгий пучок, чтобы не спутались. Переложила вещи в дорожной сумке и спустилась вниз, чтобы отдать ключ от номера. На улице было прохладно, до вокзала идти далеко, благо рядом дремал в своем кэбе извозчик.
– Эй, мистер, – Амелия постучала по стеклу окошка.
– А-хррр? – сонно отозвался мужчина, всхрапнув.
– На вокзал отвезете? – спросила Амелия.
– А, да, мисс, конечно-конечно, – засуетился тот, выбираясь на улицу. – Вот, прошу, – даже дверцу придержал и руку подал. – На вокзал? – Амелия кивнула. – На первый, стало быть, – кивнул мужчина сам себе и полез на облучок. – П-шла, – прикрикнул на лошадь и щелкнул вожжами. Лошадь, абсолютно меланхолично повернула к нему голову, недовольно фыркнула и, переступив с ноги на ногу, осталась стоять на месте. – Уууу, чтоб тебя волки пожрали, – возмутился мужчина и опять щелкнул вожжами по бокам лошади. Та, как-то ехидно заржав, соизволила двинуться с места.
В такую рань на улицах народу было совсем мало, но возле вокзала было гораздо оживленнее. Ругались женщины, плакали дети, возмущались мужчины, тащившие чемоданы – сутолока и бедлам. Амелия осторожно двигалась сквозь толпу, пробираясь к перрону. Приехала она как раз «вовремя»: поезд уже стоял на путях и люди потоком атаковали вагоны. Нет чтобы чуть раньше, пока не набежала такая толпа. Побрела по перрону, выискивая взглядом вагон под своим номером.
В глаза бросались вагоны первого класса: возле них не было никакой толпы, солидные джентльмены и дорого одетые дамы спокойно скрывались внутри вагонов без всяких задержек. Амелия еще удивилась, где багаж, но потом заметила, как одетые в униформу слуги заносят чемоданы в другую дверь этого же вагона. Ну да, еще бы эти господа носили что-то тяжелее сумочки с необходимыми мелочами.
Возле вагонов второго класса было чуть более оживленно, но тоже без особой сутолоки. Народу было немногим больше, да и чемоданы чаще тащили вокзальные носильщики, чем слуги в ливреях, но все равно все проходило без спешки.
Вагоны третьего класса народ брал почти штурмом. Бедный вагонный смотритель, который своей фигурой мог, кажется, плотно закупорить вход в вагон, басовито кричал:
– Не лезем поперек! Билеты! Показываем билеты!
На его красном лице читалось возмущение. Потрясая огромными кулаками, он пытался выстроить пассажиров хоть в какое-то подобие очереди.
– Наверное, специально такого взяли, – фыркнула Амелия. Потому что вагонные смотрители, проверявшие билеты у вагонов первого и второго классов, были спокойны и вежливы. Особенно смотрители первого класса, те вообще улыбались и отвешивали поклоны.
– Пустите меня, – визжала какая-то дамочка, пытаясь пролезть вперед всех.
– Билет! – басил смотритель. – Куда преш-шь?
– Убери свой чемодан, корова! – орала другая женщина.
– А ты своего выродка держи крепче, он мне платье оборвал! – не отставала другая.
Дети при этом, похоже, орали все разом!
Амелия смотрела на все это в легком шоке. А еще она со своей дорожной сумкой выглядела неподготовленной для путешествия. Багажа было много. Очень много! Чемоданы, коробки, сундуки, узелки – всё это как-то должно быть впихнуто в вагон. Поезд протяжно загудел и смотритель проорал:
– Живее, вас ждать не будут!
Встрепенувшись, мисс Барнс поспешила к своему вагону. Не без труда протиснувшись внутрь, пошла по проходу, выискивая свое место. Оно, к счастью, оказалось у окна. К несчастью – рядом сидела невероятно тучная дама, которой явно было тесно. В ногах у дамы стояла огромная коробка.
– Простите, можно я пройду к своему месту? – вежливо попросила Амелия.
– Иди, – заявила дама, сделав вид, что ее коробки тут вообще нет. И, опустив подбородок на огромную грудь, закрыла глаза.
– Но вы своим багажом все заняли, – попыталась возмутиться Амелия. Места, куда пристроить сумку, и правда не осталось.
– А ты дрыхни дольше, – хмыкнула дама, не открывая глаз.
Кое-как протиснувшись на свое место, Амелия устроила сумку в ногах, что было совсем неудобно. А еще захотелось есть. Она думала, что сможет купить что-то в буфете на вокзале, но испугалась окрика смотрителя и поспешила в вагон. Который уже почти был забит до отказа, но люди все входили и входили. И тут она в первый раз подумала, что нужно было все же вместо платья купить билет во второй класс. Через час после начала путешествия она в этом окончательно убедилась.
Даже сменяющие пейзажи за окном не радовали. Тучная тетка рядом храпела и то и дело больно пихала локтями в бок. Похоже, пока доедут, там будет приличный синяк! Какой-то мальчишка выл на одной ноте не переставая, доводя пассажиров до белого каления, но успокаиваться не желал. Орала парочка младенцев. Какая-то женщина вопила на их мамаш, чтобы успокоили. И ей в этом гвалте трястись почти целый день! Голова уже болела, ноги затекли, спина возмущалась ужасному сиденью, а желудок просто громко бурчал. Опытные пассажиры подоставали свою еду, в том числе и тучная дама. Какой-то огромный сэндвич, соусом с которого заляпала платье Амелии, а крошками засыпала и себя, и все вокруг. Выйти на станциях тоже не было никакой возможности: вдруг бы украли сумку или просто бы не успела обратно в вагон? Так что к конечной точке она приехала голодная, уставшая, вспотевшая и растрепанная. В ноги будто сотни уголок вонзились, когда, наконец, встала со своего места. Это были самые ужасные часы в ее жизни!
Выбравшись из вагона, Амелия обалдела от количества народу, заполонившего вокзал. Уже на подъезде она в окно видела, что путей много, поездов тоже.
– Боги, как же найти нужный? – в шоке проговорила Амелия. Нет, срочно искать поезд! Голод она потерпит, для второго класса предусмотрена еда.
– Простите! – она схватила паренька в форме вокзального служащего. – Мне нужен поезд до Милтон-Кинса.
– Мисс, вам прямо, потом по переходу на следующий перрон, – замахал руками паренек, – и вот тот, что справа, будет ваш.
Амелия не успела его поблагодарить, как тот юркнул в толпу и был таков.
– Боги, – Амелия прижимала к себе дорожную сумку, пробираясь сквозь толпу и уворачиваясь от тележек носильщиков. Величественное и огромное здание вокзала она оценила, но внутрь войти не решилась, боясь заблудиться. Откуда-то пахло свежей выпечкой и она сглотнула голодную слюну. Она даже не пила ничего с самого утра, голова туманилась от голода. Ругаясь на свою непредусмотрительность, Амелия из последних сил шла к нужному поезду.
– Ох, – облегченно выдохнула, увидев красивые вагоны с табличками «Милтон-Кинс». Вагоны второго класса радовали отсутствием очереди.
– Ваш билет, мисс, – смотритель окинул ее внимательным взглядом, но внешний вид никак не прокомментировал.
– А? – захлопала глазами растерявшаяся Амелия.
– Билет, мисс, – терпеливо повторил мужчина.
– А, да, – очнулась Амелия и полезла в сумку. – Вот, пожалуйста.
Смотритель внимательно его изучил, разве что на зуб не попробовал.
– Проходите, мисс, – он посторонился. – Третье купе. Приятного путешествия, – произнес дежурную фразу с холодной вежливой улыбкой и тут же переключился на другого пассажира: – Билет, пожалуйста.
Амелия шагнула внутрь и от удивления глаза сами распахнулись широко. В довольно широком коридоре справа шел ряд дверей, а слева в стене вагона были большие окна, украшенные легкими белыми занавесями.
– Мисс, пропустите, пожалуйста, – послышался сзади мужской голос и она вжалась в стену, пропуская низенького круглого мужчину в хорошем костюме и с приличного размера чемоданом.
Обозвав себя глупой курицей, быстро прошла по коридору к двери с цифрой 3. Дернув за ручку, открыла и шагнула в купе. Да, это вам не третий класс, общий вагон с сидячими местами. Купе второго класса представляло собой довольно большую комнатку, напоминающую чем-то номер в отеле: две неширокие кровати, застеленные темно-синими бархатными покрывалами, столик у окна с парой небольших кресел, на большом окне легкая белая занавесь и плотные темно-синие портьеры. Даже ковер под ногами. Опять-таки темно-синий. Похоже, так было положено на королевской железной дороге. Но прекраснее всего в купе был стоящий на столике стеклянный графин с самой обычной водой!
Амелия кинулась к столику и с жадностью и торопливостью налила себе полный стакан и залпом выпила, едва не захлебнувшись.
– Боги, ниспошлите свое благословение тому, кто позаботился, – с чувством произнесла она, ставя стакан на столик. Теперь бы еще найти туалетную комнату. Повертев головой по сторонам, нашла две двери, спрятанные в стене. Кто-то позаботился, чтобы они не бросались в глаза и не портили интерьер купе.
За одной обнаружился небольшой шкаф с полками и даже вешалками. Совсем крохотный, но у нее и в лучшие времена столько одежды просто не было. А вот за другой нашлась настоящая ванная комната со всем необходимым! В тесном пространстве в углу стояла маленькая ванна, скорее, размерами походившая на таз, к стене была прикреплена душевая лейка, в другом углу за шторкой стыдливо прятался унитаз, еще к одной стене был прикреплен умывальник, а над ним зеркало. Для пассажиров второго класса предлагались даже полотенца и мыло.
Хлопнула входная дверь и Амелия выглянула в купе.
– Простите! – засмотревшись, она совсем забыла, что бросила свою дорожную сумку посреди ковра. Кинулась убирать ее в шкаф.
– Добрый вечер, – кивнула ей вошедшая в купе женщина. – Заносите сразу в гардероб, – приказала кому-то и носильщик втащил три чемодана, потом пять шляпных коробок и еще какой-то сундучок. Женщина выдала ему монетку и прошла к одной из кроватей, кинула на ее свою сумочку. – Меня зовут миссис Мэри Хоуп, а вас?
– Мисс Амелия Барнс, – Амелия по привычке чуть не присела, в последний момент одернув себя, что она не прислуга.
– Мисс Амелия, – кивнула миссис Хоуп и прошла к креслам, удобно устроившись в одном из них, продолжила разговор: – И куда вы едете?
– В Милтон-Кинс, – не стала скрывать Амелия.
– О, прекрасно, – улыбнулась новая знакомая. – Я сойду с поезда на одну станцию раньше. В предместье.
Амелии было неудобно стоять перед мисс Хоуп в своем старом дорожном платье, которое сейчас было еще и мало того что изрядно измятым, так еще и пыльным. Да и в зеркале собственное отражение пугало. Такое чучело хоть в огород ставь – ворон распугивать. Волосы растрепаны, шляпка набекрень, вид измученный. Удивительно, как ее вообще пустили в вагон. Зато миссис Хоуп являла ее полную противоположность. Возраст женщины, скорее всего, приближался к пятидесяти годам, либо чуть больше. Элегантный затейливый пучок уложен волосок к волоску. Небольшая изящная шляпка из темной соломки, украшенная цветами незабудки, приколота чуть набок. Темно-сиреневый дорожный костюм из длинной юбки и жакета удивительно шел к синим глазам и темным каштановым волосам. Белая рубашка была под горлом перехвачена специальной фибулой, тоже украшенной незабудками. Только не бумажными, а эмалиевыми, с камнями в серединке.
– Похоже, вы уже успели проделать нелегкий путь, – миссис Хоуп прошлась по Амелии внимательным взглядом. – Вам не помешает освежиться, – она кивнула на дверь в ванную комнату.
Амелия едва заметно перевела дыхание. В поездах она ехала первый раз, точнее, это будет второй, но не суть. И понятия не имела, как тут себя правильно вести. А путь и в самом деле был очень трудным, это миссис Хоуп угадала.
– Очень, – устало улыбнулась Амелия и поспешила в гардеробную. Вытащила смену белья и новое платье, то, что поскромнее, и скрылась в ванной. Прохладный душ помог притупить усталость, а новое платье сделало из нее обычную мисс, а не затюканную жизнью компаньонку. Собрав волосы в небрежный пучок, вышла из ванной комнаты. Хотелось бы босиком, ведь на полу лежал мягкий ковер, но, наверное, это было бы слишком. Пришлось обувать старенькие потрепанные туфли, другие купить ей просто в голову не пришло. Но и ботиночки надевать уже не хотелось, и так за день ноги устали в них.
И пока приводила себя в порядок, пропустила момент, когда поезд тронулся. Теперь за окном мелькал пригород, скоро перешедший поля. Миссис Хоуп сняла жакет и с задумчивым видом смотрела в окно. Обернувшись на звук хлопнувшей двери, она улыбнулась.
– Ну вот, теперь вы не производите впечатления, что прямо сейчас упадете в обморок.
– Я первый раз еду поездом, – чистосердечно призналась Амелия. – И лучше бы переплатила эту серебрушку, – запальчиво произнесла и покраснела, устыдившись своего порыва. – Просто я весь день ехала в третьем классе, – очень тихо прошептала, оправдываясь. И как будто было мало, так еще живот заурчал на всё купе.
Миссис Хоуп сделала вид, что этого не услышала. Лишь ровно произнесла:
– Ужин будет подан в восемь. Расписание лежит в этом ящике, – она выдвинула ящичек в столе. – И здесь также указан перечень дополнительных услуг на случай, если вам понадобятся принадлежности для письма или ночью захочется выпить чаю.
Путешествовать вторым классом Амелии понравилось. Кровать оказалась очень даже удобной, пассажиры в вагоне вежливыми, а смотритель был в любое время дня и ночи оказать посильную помощь. На станциях можно было выйти размяться, но она опасалась отходить далеко от вагона. Но основное время Амелия смотрела в окно. Для нее все было в диковинку, и теперь рассматривала незнакомые города и городки, мимо которых проносился поезд. Большое впечатление произвело огромное озеро, которое они огибали, казалось, у самой кромки воды. А от вида воды буквально под ногами, когда поезд пересекал реку по мосту, чуть в обморок не упала. До того это показалось страшным. Миссис Хоуп никакого беспокойства не выказывала, она либо читала, либо вязала. Иногда вела разговоры с Амелией или с другими пассажирами. Было видно, что женщине привычно путешествовать. Да она и не скрывала, что минимум два раза в год ездит в предместье Милтон-Кинса к дочери и внукам.