Неожиданное наследство, или Волшебный сад миссис Эванс

Глава 4

Чем меньше оставалось времени до прибытия поезда, тем сильнее билось сердце Амелии, готовое выпрыгнуть из груди. Она вскочила с первыми лучами солнца и, посмотрев на часы, убедилась, что ехать еще почти два часа. Сбегала в душ, нарядилась в легкое платье.

– Надо запомнить, как одевается миссис Хоуп! – Амелия, стоя перед зеркалом, собирала волосы. Очень уж ей понравилась идея с шляпками и фибулами. А шляпок не обязательно покупать много, можно просто докупить лент и цветов и менять. – Ага, это если все, написанное в письме, правда. А если нет, то два новых платья и одно старое станут твоими единственными очень надолго.

Чем ближе был конец путешествия, тем больше она волновалась. Сорвалась с места, потеряв работу и жалованье за три недели! Спустила десять золотых монет. Конечно, у нее еще есть деньги в банке, но в таком большом городе их явно не хватит.

И как бы Амелия себе ни представляла размеры Милтон-Кинса, реальность оказалась ошеломляющей. Один только огромный вокзал уже привел ее в трепет. А уж на перронах было столько народу, сколько, наверное, во всем Мидлтауне нет. Она вцепилась в ручки своей дорожной сумки и боялась сделать шаг в сторону от вагона. Но никто бы ей не позволил простоять здесь вечность. И даже если хочется купить билеты обратно, нужно как-то пересечь это людское море и добраться до здания вокзала.

Мисс Барнс даже не сразу поняла, что над путями и перронами раскинуты железные арки, накрытые стеклом, чтобы пассажирам не мешали снег и дождь. Она шла, постоянно опасаясь, что в этой толпе ее могут столкнуть на рельсы или сбить тележкой. Наконец, трудный путь был пройден и Амелия вошла в огромные распахнутые двери, озираясь по сторонам едва ли не с открытым ртом.

Резные колонны поддерживали ажурный свод, на стенах роспись, пол, кажется, мраморный. На специальном табло расписание, и очень много касс, а не как в Мидлтауне – всего две.

– Простите, мне в город, – она подошла к дежурному констеблю, зорко следящему за порядком.

– Идите прямо через зал и выйдите к вокзальной площади, – пробасил он и отвернулся.

Амелия влилась в поток выходящих с вокзала. Прибывшие на вокзальной площади растекались в разные стороны: кто усаживался в собственную карету, кто шел куда-то дальше, а кто и на стоянку кэбов направлялся. Только тут Амелия сообразила, что не видно пассажиров первого класса. Повертев головой, она заметила отдельный вход для них. Её никто не встречал. Может, нужно было дать телеграмму, что она приезжает? Но теперь уже поздно.

Она подошла к кэбу и назвала адрес.

– Мисс, так рано еще! – удивился извозчик. – Конторы еще все закрыты.

– Ничего, я подожду, – твердо произнесла Амелия. Если надо будет, сядет на ступени и будет ждать. Идти ей все равно некуда. Разве что в наверняка запертый дом.

– Скажите, а Зеленый бульвар далеко отсюда? – Амелия обернулась на извозчика, когда уже взялась за ручку, чтобы подняться в кэб.

– Далековато, – почесал тот затылок. – Аж на том конце. Там богатеи живут. Вы туда служанкой? – задал логичный вопрос.

– Просто интересуюсь, – ответила Амелия, забираясь внутрь и захлопывая дверцу.

Кэб тронулся, а она прилипла к окну, рассматривая незнакомый город. Первой ее поразила ширина улиц и количество транспорта на них, даже в такую рань. Потом она обратила взгляд на дома. Одно и двухэтажных просто не было. Три или четыре, а то и пять! Они тянулись, почти соприкасаясь друг с другом. А сколько было пышной зелени!

Ехали они долго, Амелия начала опасаться, что ее завезут куда-то не туда, но дома стали меньше напоминать жилые, а над входами висели вывески.

– Тпрууу! – кэб дернулся, останавливаясь, и Амелия чуть не вылетела с сиденья. – Приехали, мисс!

– Спасибо, – Амелия, выбравшись, протянула извозчику монетку.

– Вот этот дом, – мужчина ткнул сложенным кнутом в серый особняк с белыми колоннами и белыми рамами окон, за которыми не было видно ни души.

«Юридическая контора Роджерс, Роджерс и Скотт» – гласила солидная вывеска над дверью в прямоугольных узорах.

Амелия поднялась на крыльцо и подергала ручку. Заперто. Вдохнув, опустилась прямо там на ступеньки и прислонилась спиной к перилам, поставив дорожную сумку рядом. Если верить табличке, прибитой к дверям, ждать ей еще не меньше часа. Есть хотелось. И пить. Но отойти она боялась, страшно было потеряться. На улице становилось все шумнее, огромный город начинал новый день.

Мисс Барнс, несмотря на шум, умудрилась погрузиться в какую-то дрему, но сумку держала крепко. В таком виде ее и обнаружил секретарь конторы, приходящий пораньше, чтобы все подготовить к открытию.

– Мисс! – позвал он девушку, сопящую у них на крыльце. На нищенку она похожа не была, скорее, на провинциалку. – Эй, мисс, вам плохо? – он осторожно потряс ее за плечо. Удивительно, как еще к ней не подошел констебль.

– А? – она неловко вскочила на ноги, едва не сбив молодого мужчину.

– Мисс, с вами все хорошо? – тот успел ухватить ее за локти и не дать упасть, запутавшись в подоле платья. Амелия покраснела. Вот уж дурочка-то!

– Да-да, – поспешила она заверить незнакомца. – Мне нужно в «Роджерс, Роджерс и Скотт». Мне письмо прислали.

– А вы можете его показать? – несколько недоверчиво попросил незнакомец.

Амелия, вспыхнув еще сильнее, полезла в дорожную сумку и долго там копалась, хотя точно помнит, что положила его сверху. Незнакомец ждал с самым невозмутимым видом, она чувствовала исходящее от него подозрение.

– Вот! – наконец-то письмо нашлось. Мужчина аккуратно взял его за уголок и пробежался взглядом по конверту.

– Мистер Роджерс будет чуть позже, – сообщил, возвращая письмо. – Вы можете подождать его у нас в холле, – с этими словами он шагнул к двери, вытаскивая из кармана ключ. Отперев дверь, распахнул ее пошире. – Проходите.

Амелия осторожно шагнула внутрь светлого помещения. Стены были отделаны до середины деревом, а выше – тканевыми панелями. Несколько столов, явно для клерков, стулья у стены для ожидающих. Вот к стульям она и направилась.

– Мисс Барнс, – окликнул ее незнакомец. – Ах, простите. Меня зовут Николас Смит, старший секретарь. К вашим услугам, мисс Барнс, – теперь он лучился радушием. И Амелии стало как-то спокойнее, она окончательно уверилась, что это не шутка. – Пойдемте за мной, у нас есть специальная гостиная для клиентов.

Они пересекли общий зал, и вошли в такую же светлую комнату, только размером меньше. Два даже на вид уютных дивана, обитых песочного цвета тканью, так и манили присесть. А еще лучше – прилечь. Два небольших стола, возле каждого по паре кресел. Цветы в кадках на полу, мягкий темный ковер с цветочным узором. В последние дни Амелия заглянула по ту сторону обычной жизни, и было так странно, что можно не толкаться в вагоне или не трястись в дилижансе, и даже не ждать в общем зале, как она привыкла, а устроиться на одном из диванчиков.

– Вот за этой дверью ванная комната, – продолжал тем временем Николас, – если хотите привести себя в порядок после путешествия. Через пятнадцать минут вам принесут чай. Как только мистер Роджерс прибудет, я вас немедленно проведу к нему. Если что-то понадобится, секретаря можно вызвать вот этой кнопкой, – он показал на кнопку в панели возле двери.

– С-спасибо, – с запинкой произнесла Амелия. Секретарь коротко кивнул и оставил ее одну. Подпрыгнув от радости, она поставила сумку возле одного из диванчиков и пошла в ванную. Неплохо было бы хотя бы умыться, чтобы прогнать сон, и поправить волосы. Она сняла шляпку, придирчиво оглядела свой внешний вид и поняла, что по лоску проигрывает даже этому старшему секретарю с его безупречным внешним видом и отлично сидящим на нем костюмом. Наверное, будь она в сером форменном платье, то пришлось бы долго доказывать, что она не ошиблась.

Стоило только устроиться на диванчике, как совсем юный служащий принес и поставил на стол поднос с чаем и выпечкой. Поблагодарив его с широкой искренней улыбкой, Амелия села за столик в потрясающе удобное кресло и налила себе чаю. Залпом выпила полчашки, пока никто не видит, но стоило только откусить от восхитительной мягкой булочки, как в комнату вошел седовласый мужчина и радостно пробасил:

– Мисс Барнс, рад вас видеть! – Амелия чуть не подавилась, стараясь скорее проглотить откушенный кусочек.

А мужчина уже прокатился по комнате, именно прокатился, потому что был похож на шарик на ножках, и, сверкая улыбкой, застыл перед ней.

– Мистер Уильям Роджерс, к вашим услугам, – пока он говорил, Амелия справилась с выпечкой и, улыбнувшись, хотела встать.

– Сидите-сидите, – замахал руками мистер Роджерс.

– Амелия Барнс, – она протянула руку и ее тут же сильно затрясли. Едва вытащила из цепкой хватки.

– Мисс Амелия, рад знакомству. Очень рад, – сверкал темными хитрыми глазами мистер Роджерс. – Вам нужно было дать телеграмму, наша контора бы вас встретила, – мягко пожурил ее. – Отдыхайте пока, я пришлю за вами Николаса, – и выкатился из гостиной.

Амелия лишь продолжала глазами хлопать. Мистер Роджерс оказался не степенным и важным, как она предполагала, а таким живчиком с пышными бакенбардами. Светло-голубой жилет обтягивал круглый выдающийся живот, на вороте белоснежной рубашки был идеально повязан в тон жилету шейный платок, украшенный золотой булавкой с голубым, и явно драгоценным, камнем. Еще Амелия успела заметить цепочку от часов. Мистер Роджерс явно предпочитает более старомодный вариант, сейчас в моде носить часы на руке. Она успела допить чай и съесть две булочки с нежнейшим кремом, хотя благовоспитанная леди и половинки бы не съела, когда Николас вернулся в гостиную. Подхватив ее сумку, указал на дверь:

– Прошу за мной.

Поспешно вскочив из кресла, Амелия пошла к выходу, стараясь незаметно вытереть вдруг вспотевшие ладошки о юбку. Сердце отчего-то забилось в горле, в ушах стоял шум и звон. Она очень сильно разволновалась. Они прошли немного по коридору, не выходя в общий и зал, и Николас распахнул одну из трех солидных дверей.

– Прошу, – произнес, пропуская Амелию вперед. Сделав судорожный вдох, она шагнула в кабинет, отделанный красным деревом. Плотные темно-зеленые портьеры были раздвинуты и подхвачены золотыми кистями. Легкий ветерок, залетающий из приоткрытого окна, играл занавесью из белого газа.

Николас, оставив ее сумку около кресла, подошел и закрыл окно.

– Присаживайтесь, – указал на массивное темно-зеленое кресло у стола. Сам же встал сбоку. Амелия снова обвела взглядом кабинет: стеллажи по двум стенам с толстыми книгами, торшер в углу, на столе лампа с зеленым абажуром и стопки бумаг. Хотелось рассмотреть потолок и люстру, но задирать голову будет неприлично. Через пару минут откуда-то сбоку из-за потайной двери появился мистер Роджерс. Он уселся в свое кресло и положил ладони на две стопки бумаг.

– Сейчас закончим с документами и поедем. Вот, прочитайте и поставьте подписи, – улыбнулся он, а Амелия чуть челюсть не уронила, поняв, что эти две огромные стопки предназначены ей.

– Что это? – не удержалась она от вопроса. – Мне всё это нужно прочитать сейчас?

– О, нет, – улыбнулся мистер Роджерс. – Эти бумаги мы возьмем с собой, чтобы на месте удостовериться, что всё в полном порядке. Пока же вам достаточно подписать вот это, – он протянул один лист. – Если, конечно, вы согласны нанять нашу контору. Если нет, можете выбрать кого-то другого, и он займется оформлением наследства. Миссис Эванс оплатила нам полное сопровождение, но вы можете поступить так, как посчитаете нужным.

– Скажите, почему миссис Эванс оставила всё мне? – Амелия взяла лист и принялась читать. Кого она наймет другого? Она никого не знает здесь. – И откуда вы знаете, что я и есть Амелия Барнс?

– Кроме того, что вы похожи с миссис Эванс, никто другой бы просто не мог открыть письмо. Оно бы попросту обратилось в пепел, – пояснил мистер Роджерс. – Магическая защита. Также для вас есть большое письмо от миссис Эванс. Согласно инструкции, его вы получите, если решите вступить в наследство. Если откажетесь, вам будет выплачена тысяча золотых.

– А если я откажусь, что будет с домом? – Амелия подняла взгляд на адвоката.

– Это я не имею права разглашать, – развел он руками. Быстро поставив подпись, Амелия вернула бумагу мистеру Роджерсу.

– Николас, пусть подадут карету и перенесут бумаги в нее. Я сегодня вернусь поздно. Со мной едет Джон, – спрятав бумагу в ящик стола, мистер Роджерс поднялся из кресла, обойдя его, предложил руку Амелии. – Вашу сумку отнесет Николас.

К этому времени общий зал уже заполнился служащими и посетителями. Амелия успела заметить, как богато одетую пару провожают в гостиную, где она сама дожидалась. Значит, еще одни важные клиенты. Выйдя на крыльцо, она не смогла удержать удивления:

– А лошадь где?

– Это механическая карета, – посмеиваясь, произнес мистер Роджерс, помогая спуститься. Николас их опередил и уже распахивал дверцу. – Новейшее изобретение. Работает на магии, каких-то механизмах. Я не вникал. Ездит без лошади, – он помог ошарашенной Амелии забраться внутрь и устроиться на мягком сиденье. Через минуту молодой человек поставил на соседнее сиденье папки с бумагами и, захлопнув дверцу, полез на место извозчика впереди кареты.

– Хорошего дня, – Николас, отвесив легкий поклон, поспешил вернуться на свой пост. А удивительная карета мягко тронулась с места. Амелия вцепилась пальцами в сиденье. Осознать, что она катится сама по себе, было сложно.

– Никогда таких не видели? – мистер Роджерс был спокоен. Амелия отрицательно замотала головой. – Очень удобно. Не нужно содержать конюшню. Стоит, конечно, приличных денег. Но, думаю, вскоре, если удастся удешевить производство, механических карет станет больше. Не волнуйтесь, мисс Амелия, это совершенно безопасно.

Но расслабиться все равно не получалось. Хотя Амелия и старалась не думать о механической карете, а рассматривать виды за окном. Они явно удалялась от деловой части города. Дома становились ниже и меньше размерами, но богаче. В таких жили зажиточные горожане, потому что квартиры в них были просторнее и дороже. Постепенно на широкой улице транспорта стало меньше, но все чаще мелькали дорогие механические кареты. Дома становились на две семьи, и уже с небольшими садиками. Постепенно их сменяли особняки, и чем дальше, тем красивее, и сады становились все больше. Когда следующий дом лишь угадывался среди пышной зелени, мистер Роджерс произнес:

– Зеленый бульвар. Скоро приедем.

И действительно минут через десять карета остановилась у кованых ворот, увитых плющом с резными листьями. Джон спрыгнул со своего места и открыл дверцу.

– Мистер Роджерс, мисс Барс, прибыли, – сообщил он, протягивая руку, чтобы помочь Амелии выйти.

– К сожалению, пока вы не вступите в наследство по закону, ворота не пропустят карету, – вздохнул адвокат, которому не хотелось идти до особняка пешком. – Только через калитку.

Подцепив Амелию под локоток, повел ее к воротам с правой стороны. Там, в такой же узорной кованой изгороди, была калитка, почти скрытая плющом.

Мистер Роджерс вынул из кармана массивный красивый ключ и вставил в замок, потом что-то шепнул и повернул его. Калитка с тихим скрипом открылась.

– Прошу, мисс Амелия, – мистер Роджерс махнул рукой, призывая девушки войти. – Джон, не отставай. И пожалуйста, не сходите с дорожки, – вздохнул адвокат.

Мистер Роджерс поспешил по дорожке к особняку, который едва виднелся среди зелени. Амелия бы, наверное, только к вечер подошла бы к дому, столько красивых цветов и необычных кустов было в саду. Но она догоняла кругленького адвоката, удивившего своей прытью. Даже толком рассмотреть ничего не успела!

Буквально добежав до крыльца, адвокат быстро поднялся по ступеням на небольшую террасу и выдохнул с видимым облегчением. Достал из кармана брюк белоснежный платок и вытер взмокший лоб.

– Мисс Амелия, подпишите бумаги и сможете все рассматривать сколько захотите, – поторопил ее мистер Роджерс, открывая белую дверь. Но какую! Вместо полотна это было стекло в деревянной раме, забранное ковкой из переплетающихся вьющихся роз.

Стоило двери открыться, как Амелия застыла, пораженная красотой холла.

«Неужели можно отказаться от такого?» – мелькнула мысль и мисс Барнс смело шагнула внутрь.

Глава 5

– Ох! – не сдержала восхищенного вздоха, с изумлением разглядывая большой и светлый холл. С правой стены вдоль стены вилась на второй этаж белоснежная лестница. Именно вилась, по-другому Амелия бы сказать не смогла. Широкая, она изгибалась плавной волной. Ступени светлого дерева очень гармонично смотрелись с белой отделкой и плавно сливались с полом, а резные перила были настоящим произведением искусства! Кажется, миссис Эванс была поклонницей вьющихся роз.

– Проходите, у нас много дел, – засуетился мистер Роджерс. Он быстро пересек холл и прошел к столику в квадратном эркере. Со вздохом опустился на стул и махнул рукой, чтобы Джон положил папку. – Мисс Амелия, успеете налюбоваться.

Пришлось оставить разглядывание интерьера на потом. Но увиденное впечатлило!

– Так, ну тогда уж начнем с холла, – деловито проговорил мистер Роджерс и раскрыл папку, передавая ее Амелии. – Вот здесь полная опись всех предметов, которым надлежит находиться в холле. Проверяйте.

Взяв в руки бумаги, Амелия принялась читать вслух:

– Витая лестница с перилами в виде роз, пятьдесят ступенек из ясеня, белые подступенки. Перила резные, украшенные тысяча тридцатью семью бутами на лозах, – она, совершенно ошарашенная, подняла взгляд на адвоката. – Мне бутоны пересчитать нужно?

– На ваше усмотрение, – отмахнулся тот.

– Десять окон размерами… – Амелия глянула на окна. Линейки у нее с собой не было, да и вряд ли кто-то уменьшал их или увеличивал, – три из которых в эркере. Занавеси изумрудно-зеленые в тонкую белую полоску, белый тюль с узором «снежинка», крючки в виде цветка лилии и изумрудные подхваты-розетки. Обеденная группа в эркере: стол ясеневый с резными ножками, четыре стула. В холле два дивана с обивкой зеленым бархатом в белую полоску и подушками по шесть штук на каждом. Кресло… – она вздохнула. Список был бесконечным. В Холле было описано всё! Каждый предмет мебели с размерами, формой ручек и содержимым.

Спасло только то, что в холле мебели было относительно немного. Но вот кухня! Сковороды, кастрюли и прочее тоже с размерами. Хуже оказалось только в кладовой. В огромной кладовой, полной полок с посудой и столовыми приборами.

Комплекты в разными ручками состояли из вилок, больших и маленьких ложек, столовых ножей в количестве ровно семьдесят две штуки каждого вида. Наборов было пять штук. Тарелки разного размера и с разными узорами, чашки чайные и кофейные, чайники, молочники, соусники, супницы…

Амелия пришла в отчаяние. Быстро пробежав взглядом по полкам, поставила подпись рядом с подписями миссис Эванс и адвоката. Спальни, гардеробные, ванные комнаты и опять кладовая. На этот раз со стопками штор, тюля, наволочек, полотенец, скатертей и прочего текстиля. Даже прачечная своя имелась, а при ней… да-да, опять кладовая! С мылом, порошками, швабрами и ведрами.

– Я больше не могу, – Амелия хлопнула папкой по кухонному столу и, схватив хрустальный стакана, налила воды из крана. Залпом выпила.

– А придется, – устало выдохнул адвокат. – У нас еще сад, пруд, садовый домик.

– Думаете, кто-то мог украсть лопату? – ехидно спросила Амелия. Ей уже было все равно, что она, считай, переходит границы приличия. Но уже давно прошел обед, а они только и успели проверить дом, и это при том, что вилки-ложки и полотенца с мылом она не пересчитывала!

– Вряд ли, здесь все же проживают достойные и обеспеченные люди. Но это моя обязанность. Так что пойдемте в сад, пока Джон бегает за едой, – адвокат тоскливо посмотрел на дверь, ведущую из кухни на улицу. Поскорее бы со всем покончить и уехать отсюда. – Можно и мне водички?

Амелия взяла второй стакан, налила воды и передала адвокату. Есть хотелось очень сильно, утренние булочки давно растворились в организме. Вся надежда была на Джона, уже с полчаса назад убежавшего в ресторан. Да, оказывается, в Милтон-Кинсе можно было попросить почти любой ресторан доставить еду прямо домой.

– Спасибо, – мистер Роджерс буквально одним глотком осушил стакан. Как не тяни время, а в сад нужно идти, чтобы убраться отсюда до вечера. Прихватив следующую папку, он решительно двинулся к двери. Амелия поплелась за ним, недоумевая, почему осмотр сада нельзя оставить на завтра. К чему такая спешка?

– Мисс Амелия, вы будете пересчитывать деревья и кусты? – спросил мистер Роджерс, когда она спустились с крыльца на дорожку, мощеную плоским диким камнем. Очень живописную, уходящую куда-то вглубь сада.

– Думаю, деревья уж точно все на месте, – Амелия раскрыла протянутую папку. – Если вдруг одно украли, то на его месте должна быть очень большая яма, – пошутила она, вызвав вежливую улыбку на лице адвоката. – Тут столько цветов, что и за неделю не пересчитать! – воскликнула она. – Сколько же тут садовников?

– Одних розовых кустов двести четыре штуки, – вздохнул мистер Роджерс, а вот вопрос о садовниках проигнорировал. – Пойдемте поглядите на пруд, беседку и качели. Беседка здесь очень примечательная. Есть еще сарай с инструментами, в него тоже нужно заглянуть. Потом я за едой расскажу вам, как получить деньги в банке и мы с Джоном уедем. А вы сможете начать обживать дом.

– То есть я на ночь уже могу здесь остаться? – Амелия внимательно смотрела на адвоката. Шутит, что ли?

– Ну если все подпишите, то не вижу препятствий, – он снова вытер взмокший лоб, потом затылок. – Давайте уже сад посмотрим?

Быстренько скатившись с крыльца, мистер Роджерс двинулся сразу к беседке по мощеной крупным камнем дорожке. Очень красивый камень песочного цвета с темно-зелеными прожилками гармонично смотрелся среди изумрудной травы. По такой дорожке приятно гулять, но как раз гулять и не пришлось. Адвокат чуть ли не бежал вперед. Амелия спешила за ним, чтобы не потеряться, потому что от дорожки в стороны стали уходить другие, а где искать беседку на двух с половиной акрах сада она не знала.

Кусты и деревья уже начали отбрасывать густые послеполуденные тени, откуда-то из зарослей тянуло прохладой. Климат в Милтон-Кинсе был значительно теплее привычного, вот такой прохладный сад – настоящее спасение.

Завернув за угол, отодвинула рукой свисающие ветви какого-то дерева и застыла пораженной статуей.

– Ух ты! – восхищенно (уже в который раз!) воскликнула Амелия. Беседку она нашла.

Но воздушное строение, будто сотканное из каменных кружев, никакого отношения к обычным беседкам иметь не могло. Стояло белоснежное чудо на берегу заводи, откуда брал свое начало пруд. На прозрачной воде покачивались удивительные лотосы, которые она видела только на картинке в ботаническом справочнике, и вполне знакомые желтые кувшинки, коих в любой речушке полно. Только внимательнее приглядевшись, Амелия поняла, что за каменным кружевом прячется стекло. Беседка еще и закрытая!

Мистер Роджерс взбежал по ступенькам, открыл дверь, которую сразу и не приметишь, и плюхнулся на скамейку.

– Мисс Амелия, – поманил ее рукой, – давайте побыстрее.

Пришлось топать в беседку, раскрывать очередную папку и начинать сверку. Прямоугольный стол из ясеня (кажется, миссис Эванс любила это дерево), плетеное кресло-качалка с подушками, две скамьи. Конечно, в беседке были пересчитаны все колонны, заменяющие стены, и каждая была описана вплоть до количества завитков на резьбе. И размеры беседки тоже были указаны.