Bon voyage, или Друг на букву "П"

Предисловие

Мир перевернулся…

Хотя буквально минуту назад он был таким же как всегда: вокруг шумела листва, было слышно пение птиц, с дороги доносился звук проезжающих машин, даже раздавшаяся мелодия входящего звонка была обычной. Но сейчас вся окружающая картинка разлетелась на мелкие кусочки, а в голове возник миллион вопросов: «Как такое может быть? Я правильно прочитала имя звонившего? Возможно, это какая-то ошибка?»

Как только я посмотрела на экран телефона, что-то однозначно пошло не так. Почему? Отвечу просто: «Потому что этот человек никак не мог мне звонить». Не подумайте, что мне звонил кто-то из ушедших в мир иной. О нет! На тот момент этот человек находился в добром здравии. Просто после подобных проделок уже не звонят. Никогда!

Именно поэтому, придя немного в себя, уняв дрожь в руках и поняв, что высветившееся на экране имя вовсе не плод моего воображения, я отклонила этот входящий звонок из Индии. Нагло и жестоко, не дав звонившему никаких шансов. Потому что я не просто не хотела разговаривать с этим человеком, я не желала даже слышать его голос.

И у меня есть на это веская причина…

Глава 1. Как я попала в Индию

Если бы в пору моей юности мне кто-то сказал, что я проведу полгода в Индии, я рассмеялась бы этому человеку в лицо. Действительно со стороны это могло бы показаться странным: Европа – рядом, а ближнее зарубежье всегда манило меня к себе. Многие удивлялись, когда я говорила, что собираюсь в Индию. Кто-то до сих пор удивляется, узнав о том, что я действительно там побывала.

Порой мне кажется, что я сама до конца не поняла, как очутилась там. Просто в своё время, будучи активным «вечным студентом», посещавшим множество курсов повышения квалификации, тренингов и семинаров личностного роста, я попала в интересную молодёжную организацию – AISEC. На сегодняшний день она объединяет студенческую молодёжь из более ста стран мира и организовывает различные проекты социально-культурной значимости, в том числе волонтёрские и профессиональные стажировки за рубежом.

Я попала как раз на подобный проект – «Skills Matter» (дословно переводится как «навыки имеют значение»), который проходил в Симферополе для студенческой молодёжи при участии троих волонтёров – из Америки, Индии и Китая. Сказать, что это был невероятный мотивационный проект, значит ничего не сказать. Осознать до конца его значимость сможет лишь тот, кто участвовал в нём.

Что дал мне Skills Matter? В первую очередь замечательнейших друзей, позитивных и целеустремленных, во вторую – новые знания и интересное общение, в том числе и с иностранцами. Именно благодаря участию в этом проекте я заразилась идеей путешествий в другие страны. Меня стали манить дальние города, и, в силу моего юношеского максимализма, тогда мне казалось, что весь мир лежит у моих ног: мне 24 года, я не замужем, знаю английский, и у меня есть неимоверное желание покорить новые горизонты.

Правда, наряду со всеми этими перспективами сидело во мне одно большое «НО» – скромность домашней девочкой, слишком провинциальной для грандиозных подвигов. Именно поэтому, подписав с AISEC договор о волонтёрской стажировке, я стала искать возможность поехать для начала куда-то недалеко от родной страны.

После долгих поисков я остановилась на Турции, конкретно – на городе Измире, куда отправилась на волонтёрскую стажировку в частном детском саду для детей-инвалидов. Думаю, что эта поездка заслуживает отдельного повествования. Но о турецких приключениях – в другой раз.

После волонтёрской стажировки мне, естественно, захотелось большего: не просто работы за еду и жилье, а серьёзной профессиональной проверки себя на прочность. Хотя в итоге вышла настоящая проверка на прочность не только в профессиональном, но и морально-нравственном отношении. Однако не буду забегать вперед.

Так вот. На профессиональную стажировку, преодолев в Турции свой культурный и психологический барьер, я уже была готова отправиться в далёкую страну. А так как на дворе стояла осень, а на стажировку я собиралась поехать в зимний период, я искала варианты проектов в тёплых странах.

В ту пору даже родилась шутка, когда я подошла к маме и сказала, что еду на зиму туда, где тепло, потому что у меня нет зимних сапог. Мама спросила: «А не проще купить зимние сапоги?» На что я ответила: «Проще! Но не так интересно».

Заключив новый договор с AISEC, я получила доступ к системе международных стажировок и сузила свой поиск до трёх стран: Индия, Малайзия и Индонезия. Раскрою маленькую тайну: в приоритете для меня была именно Индонезия. Потому что в то время я грезила и во сне, и наяву островом Бали. Я заболела им с того самого дня, когда впервые увидела видеоролик о нём.

Однако ничего подходящего для себя я так и не нашла: в Индонезии, так же как и в Малайзии, проекты были в основном волонтёрскими, а даже если и можно было найти профессиональные стажировки, то предлагаемая в них заработная плата была настолько мизерной, что я не смогла бы покрыть и половину всех моих расходов на билеты, визу и прочие формальности.

Индия предлагала гораздо больше интересных проектов и по возможностям, и по уровню заработка. Именно так из этих трёх государств я остановила свой выбор на этой стране. В этом выборе был ещё один решающий фактор – на тот момент в Индии у меня был друг, Джай, с которым мы познакомились в Турции на общем волонтёрском проекте. И, несмотря на то, что работали мы в разных детских садах, тем не менее, не теряли связь и периодически устраивали совместные прогулки по центральным улицам и главной набережной Измира.

Итак, Индия! Конкретно – Дели. Именно в этом городе я искала стажировки творческого направления, так как на тот момент работала декоратором и визажистом. Моя подруга Надя, которая за полгода до меня уже побывала в Индии также по AISEC-стажировке, посоветовала мне заранее покупать билеты.

Во-первых, потому, что билеты на самолет стоят гораздо дешевле, если их покупать как можно раньше. Во-вторых, нужно было просмотреть все варианты моего пути. Прямого рейса в Дели из Украины не было. Вообще столицы государств, как правило, связаны между собой прямым авиасообщением. Но на тот момент, а именно в 2012 году, Киев и Дели были исключением. Хотя на тот момент лететь из Крыма в Индию через Киев для меня было бы наиболее удобно.

Одним словом, мне необходимо было продумать, как проще и дешевле всего будет добраться до столицы Индии. Было несколько вариантов транзитного перелёта – через Узбекистан, Казахстан и Арабские Эмираты. Я остановилась на первом. Так как он был максимально коротким и самым дешёвым по сравнению с другими.

И именно в период поиска билетов в моей жизни главную роль сыграл Его Величество Случай. Он высветился на мониторе моего компьютера в виде контекстной рекламы с красивым объявлением: «Дешёвые билеты на Гоа». Мне показалось это странным: «Не, ну ладно бы предложили дешёвые билеты в Индию, а тут какое-то Гоа. Это вообще где?»

Забиваю в поисковую строку странное слово из трёх букв и … вижу на экране фотографии океана, омывающего берег с роскошными пальмами. Просто глядя на картинки, я поняла, что в этом месте я просто обязана побывать хотя бы раз в жизни.

Оказалось, что Гоа – это штат в юго-западной части Индии. И в моей голове родилась идея «фикс», которой я и поделилась с Надей:

– Я поеду на стажировку в Дели. Заработаю там денег и по окончании стажировки поеду на Гоа, а оттуда уже вернусь сразу домой.

В ответ на эти слова о моей хрустальной мечте подруга задала вполне разумный вопрос:

– Почему же ты сразу не ищешь стажировку на Гоа?

Так можно было? Оказывается, да! В Пуне (Pune, городе, расположенном в 150 км к юго-востоку от Мумбаи) функционировал AISEC. И его участники организовывали стажировки на гоанских предприятиях, в основном гостиничной индустрии, так как Гоа – знаменитый курорт с множеством гостиниц, первоклассных и не очень.

Меня не нужно было уговаривать. Я понимала, что если на Гоа можно найти стажировку, значит я еду туда, и точка! На момент моих поисков возможных проектов Гоа предоставлял пять или шесть вариантов. Из них наиболее интересными мне показалась пара проектов, в которые я и отправила своё резюме. Одна организация мне так и не ответила. Зато вторая связалась со мной по телефону через несколько дней.

Это был абсолютно неожиданный звонок. Во-первых, потому что я ожидала длительной переписки, на которую морально настраивалась, исходя из предыдущего опыта поиска стажировок в Европе. Во-вторых, я совершенно ничего не поняла из того, что мне говорил на английском языке женский голос на другом конце мобильной линии.

Я осознавала, откуда мне звонят, и очень хотела наладить конструктивный диалог. Но, кажется, мы обе с ней только изнервничались. Она первая положила трубку, а я подумала: «ну и не очень-то хотелось», и уже морально стала настраиваться на то, что придётся дальше искать подходящие варианты проектов. Но только на Гоа. Принципиально!

Не прошло и получаса, как мой мобильный телефон снова зазвонил. И на моё удивление высветился тот же самый заграничный номер. Я подняла трубку, не питая никаких надежд, и услышала самое настоящее русское «Здравствуйте!»

На этот раз говорил мужчина. С акцентом, но вполне понятно. Он представился. Его звали Ракеш и он работал в отеле дежурным врачом. Он задал мне несколько вопросов. По сути это было собеседованием. Кто бы мог подумать, что, ища стажировку в Индии, я буду проходить собеседование на русском языке? Доктор Ракеш сказал, что передаст мои ответы руководству, и по итогу собеседования они свяжутся со мной. Почему-то только сейчас, когда я пишу об этом, я чувствую весь масштаб происходящих в тот момент моей жизни событий.

Оказалось, что в первый раз мне позвонила работница отдела кадров, с которой в будущем мы подружились. Но в тот день из-за сильного акцента мы не смогли преодолеть языковой барьер при телефонном общении. А немного позже я получила от неё сообщение (тогда она временно исполняла обязанности начальника отдел кадров) о том, что моя кандидатура им подходит, что в скором времени они вышлют мне пакет всех необходимых документов, и что мне уже можно покупать билеты.

С 15.11.2012 по 30.04.2013 – эти даты чёрным по белому были прописаны в договоре, который я заключила с AISEC в городе Пуне и с отелем. Из-за того, что из Симферополя в Ташкент самолёт летал лишь раз в неделю – по четвергам – я вылетела именно 15 ноября, как раз в день начала моей профессиональной стажировки. На встречу к мечте, к новым берегам и вообще к чему-то новому и неизведанному.

В ноябре в Крыму погода особо не радует солнышком и теплом. И именно в момент моего вылета погода была прескверной. В тот день моя мама надела шубу, да и все остальные мои родные были одеты в куртки и пуховики. Они все приехали со мной в аэропорт, чтобы проводить меня в самую далёкую в моей жизни поездку. По сравнению с ними я больше походила на капусту, понимая, что нет смысла ехать в Индию в зимней одежде. И, как по мне, поступила очень грамотно, надев на себя максимальное количество вещей, сэкономив место в чемодане.

Свою лёгкую куртку я сняла ещё в Дели. В Мумбаи в мой рюкзак перекочевал свитер. А водолазку я стянула с себя уже на Гоа, когда ехала в мою будущую квартиру.

Мой путь от дома до Гоа длился около двух суток. Четыре часа перелёта в Ташкент сменились долгими и томительными часами ожидания в зале для транзитных пассажиров. Посадка в Дели была объявлена поздней ночью. В бурном восторге и тревоге перед чем-то неизведанным я активно боролась со сном, чтобы не проспать свою посадку.

И все бы ничего, но есть у меня такая фобия, о которой мало кто знает – я очень боюсь летать. Это чистая правда. Для меня каждый перелёт равносилен внутренней революции. Страх, паника и тревога – так можно в мягкой форме описать те эмоции, которые я испытываю в самолетах.

Однако перелёт из Ташкента в Дели оказался не столь перегруженным эмоционально, потому что со мной рядом сидели добродушные старички, пенсионеры из Израиля, летевшие с большой туристической группой в Индию на экскурсионный тур. Один из них оказался очень общительным, за что я была безмерно благодарена и ему, и Судьбе. Он отвлекал меня во время полёта, рассказывая о своей жизни и о своей стране.

Мы расстались по дороге к залу получения багажа. В борьбе со сном (я не спала почти сутки) я завернула в женский туалет. Открыв кран, я стала активно умываться, протирая холодной водой лицо, шею и руки. Я буквально валилась с ног, хотя спать мне ни в коем случае нельзя было, так как впереди меня ожидала вторая половина пути.

Я закрыла кран и, подняв голову, увидела в большом зеркале над раковиной невысокого роста женщину, судя по униформе, уборщицу, которая радушно улыбалась мне. Я не поняла причину её улыбки, но тут услышала простое английское:

– Good morning, ma'am (доброе утро, мэм).

– Good morning, – ответила я и, повернувшись, увидела, что она протягивала мне пачку бумажных полотенец.

«Добро пожаловать в Индию, Валя» – подумала я про себя и, беря из её рук полотенца, сказала: «Thank you». Хотя на самом деле эти два английских слова не могли передать всей моей благодарности за такую заботу. У нас в стране уборщицы так не делают. Ну, может быть, и делают, но я таких пока не встречала.

Получив свой багаж, я вышла из терминала, где меня уже ожидал Джай. Мы спустились с ним к парковке (там вручила ему подарки из Крыма) и далее отправились на его машине посмотреть на ночной Дели. Признаться, из этой поездки я вообще ничего не запомнила. Так как на улице было ещё темно – во-первых. Я очень хотела спать – это во вторых. Однако до следующего рейса мне оставалось четыре часа, и это время нужно было как-то «убить».

Ближе к вылету мы снова приехали с Джаем в аэропорт. Только на этот раз заехали в другой терминал, откуда отправлялись местные рейсы. Аэропорт просыпался. По крайней мере, мне так показалось на тот момент. Уже было больше людей, движение стало более активным. И ещё я никогда не забуду, как в лифт, на котором мы поднимались на нужный этаж, и в котором уже было несколько человек, втиснулся невысокого роста мужчина, работник аэропорта.

Он запихнул тележку с мусорным бачком, пристроился между остальными пассажирами лифта и, искренне улыбаясь, стал добродушно приветствовать всех подряд странным словом «Namaste». Значение этого слова я узнаю немного позже. Но в тот момент меня впечатлило то, что самый простой работник, выносящий из помещений мусор, мог быть таким открытым и счастливым.

Уборщица в туалете и этот мужчина навсегда останутся для меня олицетворением индийской культуры. И в тот день я задалась лишь одним вопросом: «Что же ты за страна такая, Индия?»

Сдав свой багаж, я отправилась к нужному мне терминалу. Аэропорт имени Индиры Ганди был лишь вторым по счёту из тех аэропортов международного значения, в которых мне довелось побывать. Но по сей день я считаю его лучшим. С первых минут он покорил меня своим простором, блеском, роскошью. Именно этот простор я ощутила, когда прошла последний сканер и вышла в огромный зал, от которого расходились пути к многочисленным воротам для посадки. В тот момент, измотанная и слабо соображающая, из последних сил тащившая на плече ручную кладь, я почувствовала себя маленькой жалкой песчинкой, закинутой океаном Судьбы куда-то очень-очень далеко от дома.

«Валя, какого хрена ты здесь делаешь, так далеко от дома и своих родных?» – спросила я себя и едва не разрыдалась прямо посреди этого просторного зала. Но я по сей день горжусь собой, потому что в тот миг я вовремя взяла себя в руки и не дала вырваться наружу подступившей истерике.

Я прошла к своим воротам для посадки и уселась в кресло, положив рядом свой рюкзак. Пыталась отвлекать себя, как только могла, но всё же на какое-то время я проиграла в борьбе со сном.

Когда я открыла глаза, первая мысль, которая проскочила в голове, была: «Я проспала свой рейс!» В панике я подняла голову (оказалось, что я уснула, положив голову на рюкзак), и стала озираться по сторонам. Не знаю, сколько я проспала, но по лицам и одежде людей я поняла, что рядом со мной всё ещё те же люди, которых я видела раньше. Правда, они не сидели, а как-то слаженно все вместе поднялись и последовали в одну сторону. Именно из-за этого движения я и проснулась.

Пока я пришла в себя, протерла руками лицо, разгоняя остатки сна, я осталась одна. И, схватив свой рюкзак, постаралась догнать хоть кого-нибудь из той толпы, которая меня недавно окружала. На английском языке я спросила одного мужчину, что случилось. И он объяснил мне, что нашу посадку перенесли в другие ворота.

Я летела «Индийскими авиалиниями». А это значит, что стюардессы, которые нас обслуживали, были одеты в одинаковые черно-красные сари (не представляю насколько в сари удобно работать стюардессой). Обед в самолете был на выбор – индийский и европейский. Я выбрала индийский, экзотики ради, и очень сильно пожалела об этом, потому что еда была настолько острой, что во рту всё горело, а из глаз текли слёзы. Кажется, я даже не доела свой обед, точно не помню.

Помимо красивых стюардесс, «Индийские авиалинии» славятся ещё и «весёлыми самолетами». Пожалуй, самыми весёлыми из тех, которыми мне довелось летать. А всё потому, что во время полёта наш самолёт так трясло, что создавалось впечатление, что ещё немного и он просто разлетится на мелкие запчасти, и все его пассажиры горсткой полетят вниз.

Именно поэтому к привычным страху и тревоге добавилась ещё и паническая атака. Причём настолько сильная, что я не смогла даже отклеить крышечку от стаканчика с йогуртом. Увидев мои попытки дрожащими руками доковыряться до заветного (единственного не горького!) продукта, мой сосед, индийский студент, предложил свою помощь. Наверное, со стороны я казалась настолько жалкой, что парень не смог остаться равнодушным.

Рядом с нами сидел турист из Великобритании, который каждый год приезжал на Гоа и организовывал трансовые дискотеки. Я услышала это краем уха из их диалога со студентом. Но в разговоре участвовать, естественно, не стала. Мне было не до этого: весь самолет очень сильно трясло. И хоть мы, слава Богу, не разлетелись, но многих прилично укачало.

Стоит отметить, что в «Индийских авиалиниях» даже это было предусмотрено: пассажирам раздавали целлофановые пакеты. Я думаю, вы уже догадались, для чего. Так вот когда эти пакеты стали использоваться по назначению, я почувствовала, что укачало и меня. И весь оставшийся путь усиленно боролась с тошнотой, пытаясь не дать моему обеду выйти обратно наружу.

Мой рейс был транзитным. Оказывается, транзитные авиарейсы бывают. Мы летели почти два часа в Мумбаи, стояли там около часа для высадки и посадки новых пассажиров и снова вылетели в Даболим (аэропорт на Гоа). Это был мой последний перелёт из всего огромного и долгого пути.

Когда я вышла на трап в Даболиме, первое, что я ощутила – это горячий воздух. Казалось, что я попала в духовку после прохладного салона самолёта. В Дели в ноябре достаточно прохладно. Прохладно по индийским меркам. Потому что Джай изрядно замерз, пока провожал меня до стойки регистрации. В Мумбаи я, естественно, просидела в салоне. И только на Гоа я поняла, что такое жаркий индийский воздух, который буквально обжигает лёгкие.

Получив багаж, я вышла к толпе встречавших и стала озираться по сторонам. Где-то среди всех мелькавших именных табличек должно быть написано моё имя. И я стала читать все имена подряд. Найдя своё имя, написанное, естественно, латинскими буквами, я подняла взгляд на державшего именной лист смуглого парня, который очень выделялся из толпы: он был высок, гораздо выше многих других, он был красив, также в сравнении с другими, и он был очень рад меня видеть (видимо, потому, что прождал меня долго).

Парень улыбнулся, когда я замахала рукой, глядя в его сторону и говоря: «I’m Valentina Krylova». Хотя мне самой показалось, что произнесла я эту фразу беззвучно. Наверное, даже на это сил просто не хватило.

Он кивнул мне в ответ, а когда я подошла ближе, представился. Его звали Джой. Спустя некоторое время этот человек станет для меня очень близким другом. Окажется даже, что мы будем работать с ним в одном департаменте. Но всё это выяснится позже.

Меня встречали на отдельной машине для гостей (именно для гостей, а не для персонала, в этом была существенная разница). Привезли меня не в отель, а на квартиру. Я смутно помню дорогу, по которой мы ехали. Единственное, что до сих пор стоит перед глазами – это высокие пальмы и горы мусора, горы мусора и высокие пальмы.

Джой задавал мне какие-то вопросы, на которые я отвечала неохотно. Не потому что не хотела общаться, а потому что очень устала. Поняв, что собеседник из меня никудышный, он переключился на разговор с водителем и оставил меня в покое. Я же тем временем стянула с себя водолазку, оставшись лишь в футболке и, естественно, джинсах. Заметив при этом на водолазке приличное пятно от злополучного йогурта. В панике подумала, что в таком виде я выходила из самолета и терминала. Но потом осознала, что всем окружавшим меня людям было совершенно всё равно. А даже если и не было всё равно, то мы с ними уже никогда не встретимся.

Спустя час или чуть меньше наша машина подъехала к невысоким кованым воротам, за которыми стоял красивый двухэтажный дом. С левой стороны от крыльца наверх уходила лестница, ведущая на узкую площадку-балкон. Поднявшись по ней, мы подошли к отдельному входу. Джой помог мне занести вещи и отправился обратно, чтобы с водителем вернуться на работу.

В квартире, иначе говоря, наших общих апартаментах, было две девушки. Одна из них была индианкой, Вришали. Именно она встретила меня у входа. Вторая девушка была светловолосой и голубоглазой. Она сидела на диване и смотрела телевизор. Увидев меня, она радушно улыбнулась и сказала: «Привет! Я – Таисия».

Мне кажется, что с девушками я знакомилась в каком-то полусне. И всё, что я делала в тот момент, происходило на автопилоте. Мне показали мою кровать, рядом с которой я скинула вещи, открыла чемодан, достала полотенце и отправилась в душ. И добравшись после душа до кровати и опустив голову на подушку, я заснула до вечера мёртвым сном.

Гоанское побережье

Глава 2. Первый рабочий день

На следующий день мы отправились вместе с Таисией на работу. Дорога заняла около 20 минут. Но, честно говоря, мне показалось, что мы шли гораздо дольше. То ли с непривычки, то ли от того, что я не до конца отдохнула после долгого и изнуряющего перелёта.

Дорогу до отеля, вернее то, что её окружало, я в первый день запомнила смутно, так как перед первым рабочим днём изрядно волновалась. Единственное, о чём могу сказать наверняка, – впечатлили меня именно пальмы: высоченные, необычные, вовсе не такие, какие я видела в Турции.

Мы прошли по жилой улице и вышли к пальмовым зарослям, которые через несколько минут сменились пустырями, и наконец, подошли к воротам. Высокая стена шафранового цвета с огромной вывеской с названием отеля говорила о том, что мы на месте. Однако на этом наш путь не закончился, так как от центральных ворот дорога раздваивалась и уходила вправо вдоль стены. Нам пришлось обойти её полностью, и мы подошли к калитке для персонала. На входе стоял пост охраны. Тая показала мне журнал, лежащий у окошка охранника. Ежедневно в этом журнале каждый сотрудник был обязан писать свою фамилию и имя, время прибытия на работу, а также время ухода, когда рабочий день завершался.

Чёрный вход не вызвал каких-либо эмоций. Из небольшого грузовичка выгружали продукты, другие работники убирали мусор. В целом было видно, что, несмотря на утренний час, работа в отеле уже кипела во всю.

Мы прошли ещё один пост охраны, который на этот раз уже располагался в самом здании отеля, и подошли к большому окну, возле которого столпилась очередь. Здесь нам нужно было получить униформу.

Так как Тая приехала на несколько дней раньше меня, она уже знала всю систему прибытия персонала на работу. Дождавшись нашей очереди, она спокойно подошла к окошку и на быстром и чётком английском языке объяснила, что я – новая сотрудница и мне нужна униформа (языковых проблем у Таисии не было, так как она заканчивала филологический факультет и владела английским, французским и итальянским). Я прошла внутрь гардеробной и примерила несколько предложенных вещей, выбрав наиболее подходящие мне по размеру темно-зелёные брюки и светло-бежевую рубашку строгого покроя.