Сюрприз для боевого мага или Наследство возврату не подлежит

Глава 5

Джейсон медленно шагал по выцветшему ковру, его босые ноги мягко ступали по замысловатым полустёртым узорам, а свет канделябра отражался в потускневшем зеркале над комодом. Комната покойной графини оставалась нетронутой. Ни одна подушка не смята, ни одна шкатулка не сдвинута – всё стояло, как в тот самый день. Казалось, время решило остановиться здесь, бережно охраняя её покой.

С портрета в тяжёлой раме на него смотрела она – молодая, гордая, с прямой спиной и внимательным взглядом. Легкая, почти невидимая улыбка тронула уголки её губ. Маг остановился, всматриваясь в такое знакомое и родное лицо.

В памяти всплыли летние дни.

Он, босоногий мальчишка, мчится по саду, с порванным рукавом и зелеными разводами от сочной травы, оставленными на новых брюках. Бабушка зовёт его с балкона, держит в руках книгу, а он притворяется, что не слышит. Она не сердится – просто ждёт. И когда он, запыхавшись, наконец подходит, берёт его ладонь и с нежной строгостью начинает вести пальцами по страницам.

– Ты Вейн, – говорит она, наклоняясь ближе. – Помни это. Твоя сила – не в магии, а в сердце.

Тогда он смеялся. Маленький, дерзкий, не верящий, что за словами скрывается что-то серьёзное. Теперь эти воспоминания отдаются внутри тяжёлым, тихим колоколом – напоминанием и предупреждением.

Он провёл указательным пальцем по краю комода, оставляя светлую полоску на пыльной поверхности. В голове всплыли недавние слова советника:

– Главное – не привлекай внимания.

Простое задание. Обычное. Сколько у него таких было? Сотни…Странно, но в этот раз, кажется, он столкнулся с чем-то действительно опасным, а чутье его еще ни разу не обмануло…

Джейсон нахмурился, сжал кулак. Либо советник что-то недоговаривает… либо он вступил в игру, чьи правила пока не знает. И ставки в ней – куда выше, чем ему сказали.

Крики из коридора вырвали его из размышлений. Высокий визг, хохот, топот маленьких ног. Джейсон напрягся, но тут же вновь расслабился.

Просто дети. Опять.

Он усмехнулся, качая головой. Если бы еще вчера, какой ни будь шутник рассказал ему, что придется жить в одном доме с целой оравой детей, он бы точно не поверил.

Но сейчас…

Час назад Ангус, пыхтя и теребя бороду, рассказал о приюте. О том, как они потеряли крышу над головой в прямо смысле этого слова, как мать Аманды пропала, оставив девушку с кучей малышей и долгами. «Они не бродяги, милорд, – сказал старик. – Они просто… держатся друг за друга».

Джейсон вздохнул, вспоминая, как с неожиданной лёгкостью произнёс: «Пусть остаются». Более того – велел открыть гостевые комнаты. Не тесные каморки, не складские чуланы, а светлые залы с каминами, пушистыми пледами и широкими кроватями, на которых теперь мирно спали дети.

Зачем? Сам не знал. Просто… так было правильно.

Может, дело было в глазах Аманды – чистых, голубых, как небо в полдень. Уставших, но полных силы. Или в голосе – твёрдом, даже когда она злилась.

Хохот за дверью стал громче – кто-то явно разлил воду или уронил что-то гремучее. Джейсон скривился, подошёл к двери… но не открыл.

Пусть их нянька разбирается.

Маг переоделся в чёрные пижамные шёлковые штаны и лёг, раскинув руки на прохладной простыне. Глаза сами собой закрылись, и будто издалека вновь пришёл голос бабушки.

– Ты знаешь руны защиты?

– Конечно, ты же сама меня учила.

– Нет, не эти…другие, охраняющий от темных сил.

– Ба, я знаю все плетения наизусть.

– Джейсон, ты смышленый малый, я знала, что из тебя выйдет толк. А теперь помоги ей…

– Кому?

Он вздрогнул. Распахнул глаза.

Заснул? Всего лишь хотел немного отдохнуть.

Маг сел, стряхивая остатки дремы. Но что-то было… не так. Он подошёл к окну, отдёрнул тяжёлую штору – и замер.

Луна, полная и серебряная, заливала сад холодным светом. Тени деревьев дрожали, а на дорожке, мелькнула фигура – тонкая, в струящемся пеньюаре, который обнимал её, как утренний туман. Аманда. Она бежала, сжимая свечу, её волосы развевались, а лицо, освещённое луной, было смесью паники и решимости. Джейсон прижался лбом к холодному стеклу, чувствуя, как сердце сбивается с ритма.

Она выглядела… неуловимо прекрасной. Не той нянькой, что чистила картошку и ругала детей, а женщиной, в которой горел огонь – дикий, непокорный, готовый сжечь всё на своём пути. Её сорочка, тонкая и почти прозрачная в мерцающими свете, подчёркивала изгиб девичей фигуры, и Джейсон поймал себя на том, что не может отвести взгляд и он выругался про себя. Тролль их всех раздери! Он не мальчишка, чтобы терять голову из-за девушки в ночной сорочке.

Но тревога пересилила. Она бежала прочь из поместья – в одиночку, ночью, в этом проклятом месте.

Джейсон немедля ни секунды схватил рубашку, набросил ее на плечи и выскочил из комнаты. Его четкие решительные шаги гулко отдавались в наступившей тишине, а сердце билось в такт одной мысли: «И куда нелегкая понесла эту вздорную девицу в столь поздний час?!»

***

Я поднималась по скрипучей лестнице, неся стопку чистых ночных сорочек для девочек. Усталость наваливалась на плечи, но детский гомон, доносившийся из спальни, заставлял улыбаться. Эти сорванцы умели вымотать, но без них дом был бы мрачен, как погасший очаг.

В комнате, как всегда, царил беспорядок – тот самый уютный хаос, без которого уже трудно представить вечер. Лили стояла посреди кровати с подушкой в руках, отважно сражаясь с невидимым драконом. Руби, на полу, сосредоточенно пыталась заплести косичку Бести – бедная собачка ёрзала и тявкала, всем своим видом выражая протест. Джесс, единственная разумная душа среди этого вихря, аккуратно складывала одеяла, но всё равно косилась на Лили с усталой укоризной.

– Ну всё, герои, пора спать, – объявила я, бросая сорочки на стул. – Лили, слезай с кровати, пока не свалилась. Руби, оставь собаку в покое, ей твои косы не нужны.

– Но она будет плинцессой! – возмутилась Руби, надув губки.

– Принцессам спать пора, – я подмигнула, подхватывая Лили и ставя её на пол. – Давай, переодевайся.

Пока девочки переодевались, я помогала завязать ленты, расчёсывала тонкие волосики, распутывая колтуны с терпением, достойным святых. Лили вертелась, напевая что-то про рыцарей и драконов. Руби зевала, прижимаясь ко мне, тёплая и пахнущая мятой и яблоками.

Когда я складывала одежду, из кармана Лилиного платья выпал небольшой предмет и глухо стукнулся о пол. Я наклонилась и подняла – в ладони оказался гладкий чёрный камешек. Синие вкрапления на его поверхности мерцали, словно звёзды на ночном небе. Он был неожиданно горячим, тяжелым, и от него шла странная, почти живая пульсация.

– Лили, что это? – спросила я, поворачиваясь к ней.

Она замерла, её глаза округлились.

– Это Бести нашла… во дворе, когда копала. Я хотела маме показать… но потом забыла, – прошептала она.

Я повертела камень в руке. Глядя на него нечто неуловимое, отзывалось во мне – глубоко, на уровне инстинкта.

– Ты никому больше не показывала?

Лили покачала головой, а Руби, любопытно вытянув шею, пискнула:

– Он волшебный?

– Не знаю, – ответила я, пряча камень в шкатулку. – Но пока держи это в секрете, ясно?

Лили кивнула, но её глаза горели любопытством. Я хотела расспросить дальше, но дверь с грохотом распахнулась, и в комнату влетел один из мальчишек, он остановился на пороге, судорожно вздохнул и открыл рот, чтобы что-то сказать, но как будто передумал и молча опустил голову, уставившись на пол.

– Ну? Говори!-потребовала я.

– Оливер и Мик сбежали! Они на болото пошли!– выпалил он, сдавая друзей.

– Что?! – я подскочила, чуть не уронив подсвечник, стоявший на комоде. – Куда?!

– За сокровищем! – жалобно отозвался он. – И меня не взяли! Они болтали про легенду – про проклятую жену лорда, которая спрятала клад под деревом у озера. Сказали, что сегодня полнолуние, и в полночь луна осветит то самое дерево, где зарыто золото! А этих денег хватит чтобы спасти приют?

Мой разум пошатнулся от волны паники. Конечно, россказни про сокровища и проклятие – это детские сказки – но болото? Болото реально. Туман, трясина, чёртовы зыбучие топи…

– Полнолуние… – пробормотала я, бросив взгляд в окно. Серебряный диск луны висел над горизонтом, заливая сад призрачным светом. – Ох, я их прибью!

– Аманда, что делать? – Джесс смотрела на меня, готовая разреветься.

– Оставайтесь тут, – отрезала я, хватая свечу. – Заприте дверь и никуда не выходите. Я их найду.

– А если там и правда… проклятие? – пролепетала Лили, крепко прижимая Бести.

– Я – их проклятие, – буркнула я, уже выбегая в коридор. – Живыми верну, а потом сама прибью.

Вылетев в сад, я подняла свечу, вглядываясь в темноту. Луна освещала дорожки, но тени деревьев казались живыми, шепча о тайнах старого поместья. Холодный ветер принёс запах гнили. Я поёжилась, но шагнула вперёд, зовя:

– Оливер! Мик!

Тишина была ответом, но вдруг за спиной раздался шорох. Я резко обернулась и наткнулась на взгляд Джейсона Вейна. Он стоял в нескольких шагах от меня, в расстёгнутой рубашке, а его тёмно-синие, почти черные глаза блестели в лунном свете.

– Опять ваши маленькие пройдохи? – его голос, низкий и чуть хрипловатый, коснулся ушей, как тёплая волна. Он шагнул ближе, и я невольно отступила. – Что на этот раз?

– Близнецы, – осипшим голосом выдала я, пытаясь сосредоточиться. – Сбежали на болото. За каким-то кладом из легенды. Сегодня полнолуние, и они…

– Полнолуние? – он нахмурился, но его внимательный взгляд скользнул по мне – не упуская из внимания ни от растрёпанных волос ни тонкого пеньюара, и я почувствовала, как жар заливает щёки. – И вы решили гоняться за ними в этом?

Я вспыхнула, скрестив руки, чтобы хоть как-то прикрыться.

– У меня не было времени переодеваться! – огрызнулась я. – Они в опасности!

– Знаю, – он шагнул ещё ближе, и его рука на миг коснулась моего локтя. – Идём. Я с вами.

Я кивнула.

– Тогда поторопимся, ваше сиятельство, – пробормотала я, шагая в темноту. – И… спасибо.

Он хмыкнул. Джейсон шел совсем рядом, слишком близко, так что его плечо слегка задело моё. Это было случайно, но от этого касания по спине скользнули мурашки. Я сжала свечу крепче, чувствуя, что с настоящим магом мне не так страшно, а внутреннее чутье ехидно подсказывало, что эта ночь раскроет больше тайн, чем я готова узнать.

Глава 6

Мы шли по саду. Под ногами мягко шуршала листва, и в ночной тишине каждый шорох казался оглушительным. Свет свечи в моей руке выхватывал из темноты кусты, сухие ветки и заросшие мхом аллеи. Мальчишек нигде не было.

– Такой красивый сад, – с грустью сказала я. – А всё в запустении.

Я остановилась, оглядывая подозрительную дыру в живой изгороди, подсветила колючий кустарник и провела рукой по сухому побегу шиповника.

– У нас в приюте почти нет места под цветы. Всё, что можем, – используем под грядки. Морковь, свёкла, картошка… Красота подождёт, когда нужно просто выживать.

Я махнула рукой влево, где среди деревьев виднелись темные руины.

– Вон он, наш дом, – негромко проговорила я. – Точнее, то, что от него осталось.

Может, близнецы побежали туда?

Мы подошли ближе. Здание, некогда уютное, выглядело печально: осевшая крыша, выбитые окна, чернеющий провал дверного проёма. Джейсон остановился, всматриваясь в разрушенный свод.

– А как так вышло, что крыша рухнула? На вид – вполне крепкое строение.

– От ветхости, – ответила я неуверенно, взглянув на покорёженные балки. – Лето было дождливым, всё прогнило…

Но граф Вейн покачал головой.

– Не похоже. Дерево гниет годами, а тут…будто кто-то аккуратно подпилил балки.

Я промолчала. За маленьким приютским двором начинался лес. Тёмные деревья, словно безмолвные стражи, нависали над нами, шелестя листвой.

– Детям туда строго запрещено, – сказала я. – В глубине леса болото. Местные считают его проклятым. Оно будто заманивает людей, путает следы, не даёт выбраться. Мистер Фостер, наш почтальон, пропал там в прошлом году. Говорят, сбежал с любовницей, но его жена не верила. Даже в полицию обращалась. Те пришли, обшарили местность, нашли корзинку с грибами… и ушли. Один инспектор потом говорил, что его часы начали идти в обратную сторону, и будто полисмен только подошёл к берегу, а уже вечер настал. В общем, мы стараемся обходить то место стороной. Но порой оно само приходит – в виде ядовитого тумана. До этого дня марево никогда не выходило за опушку… Странно. Может, ветер нынче был сильней чем обычно?

Мы шагнули под тёмный полог деревьев. Лес был густой, сырой и… пугающе тихий. Лунный свет пробивался сквозь листву, озаряя узкие тропки. Справа показался заросший бурьяном вход в старую угольную шахту – дверь была забита наспех заколоченными, косо прибитыми почерневшими от времени досками.

– Шахта давно не работает? – спросил Джейсон, подходя ближе.

– Сколько себя помню. Эй, осторожно, – окликнула я его. – После обрушения туда даже подходить опасно.

Но маг уже протянул руку к доскам – и его пальцы прошли сквозь них, как сквозь дым.

– Иллюзия, – пробормотал он с лёгкой насмешкой. – Причём не самого высокого уровня.

Свеча в моей руке дрогнула, осветив его сосредоточенное лицо.

– Странно… Зачем делать иллюзию, если можно просто заколотить по-настоящему?

– Может, чтобы сохранить проход. «И не привлекать внимания», —сказал он. Голос стал ниже, настороженнее.

Граф медленно просунул руку глубже. Ладонь исчезла в черноте шахты. На миг мне показалось, что он решит заглянуть внутрь… но в этот момент раздался смех. Детский.

Звонкий, близкий – и вдруг исчезающий вдали, словно уносимый ветром.

Потом – снова рядом. Весёлый, заливистый. Будто кто-то звал.

– Это они! – выдохнула я и рванула вперёд. – Мик! Оливер!

– Аманда, стой! – крикнул Джейсон, но я уже не слышала. В голове звенел только смех и образ курточки Мика, мелькнувшей между деревьев.

Лес сгущался. Ветки цеплялись за подолы пеньюара. Земля под ногами становилась мягкой, а воздух – влажный, с привкусом гнили.

Я плутала между деревьев, пока не остановилась. Передо мной было болото.

Оно появилось внезапно. Лес будто расступился, открывая зловещую гладь воды. Я была уверена, что оно должно быть далеко… минимум в двух милях отсюда.

Пламя свечи моргнуло и погасло.

Мрак окутал меня, как саван. Только луна, пробиваясь сквозь листву, серебрила стоячую воду.

И вдруг – нога резко ушла вниз.

Хлюп.

Я застыла, перестав ощущать землю. Подо мной была жижа – густая, холодная. Попробовала отступить – и вторая нога тоже провалилась. Тина обвилась вокруг, как цепь. Запах болотной гнили ударил в лицо. Зловонный, липкий, тошнотворный.

– Мик! Оливер! – закричала я, и мой голос эхом разнёсся над водой.

Ответа не было.

Лес замолчал. Ни пения птиц, ни шороха листвы, колыхаемой ветром. Только вязкая, давящая тишина.

Я попыталась вырваться – и ушла ещё глубже. Уже по колено. Корни под поверхностью шевелились, словно чьи-то щупальца.

– Ваша светлость… – выдохнула я дрожащим голосом.

Молчание.

– Джейсон! – крикнула громче, уже в отчаянии.

Ничего.

Я вглядывалась в темноту.

И почувствовала: кто-то – или что-то – смотрело на меня из глубины в ответ.

***

Джейсон мчался сквозь лес, его сапоги звонко хлюпали по мокрой земле, а сердце грохотало от ярости и тревоги. Опять эта девчонка! Упрямая, безрассудная, а какая шустрая. Он опомниться не успел, как Аманда исчезла среди деревьев. Маг ругал её, себя, эту проклятую ночь – и всё равно продолжал бежать, всматриваясь в непроглядную тьму, где ветви сплетались в ловушки и норовили зацепиться за волосы и одежду.

– Аманда! – рявкнул он. Но лес проглотил его голос, вернув только глухое эхо. Воздух был тяжёлым, пропитанным гнилью… и чем-то ещё – древней, голодной магией. Она шевелилась в тенях, затаённая, злая, словно в ожидании подходящего момента, готовая вот-вот накинуться на незадачливого путника.

Внезапно он остановился. На берегу болота, у самой кромки чёрной воды, сидела она. Аманда. Её мокрая ночная сорочка прилипла к телу, обрисовывая соблазнительные изгибы, от которых у Джейсона перехватило дыхание. Лунный свет скользил по её плечам, делая кожу почти прозрачной, а волосы, тёмные и влажные, падали на спину, как шёлк. Она дрожала, но молчала, лишь смотрела на него своими чёрными глазами – глубокими, манящими, полными обещания.

Маг шагнул ближе, словно заколдованный.

– Зачем ты полезла в тину? – спросил он, голос стал хриплым, почти сдавленным. Она не ответила, только слегка наклонила голову, и её губы, бледные и холодные, изогнулись в улыбке, от которой по спине пробежал жар. Граф опустился рядом, чувствуя, как её близость опьяняет. Желание, острое и внезапное, затопило его, заглушая тревогу. Она была так близко, её дыхание касалось его щеки, и он не мог думать ни о чём, кроме её глаз, её кожи, её…

Она дрожала, и он, не раздумывая, сорвал с себя рубашку, накидывая ей на плечи. Ткань скользнула по её телу, и его пальцы невольно задержались, чувствуя её холодную кожу под ладонями. Она потянулась к нему, её лицо приблизилось, и он замер, заворожённый. Её губы коснулись его – холодные, как лёд, но от этого прикосновения его сердце рвануло, как пойманный зверь. Он ответил, притянув её ближе, но её глаза, жёсткие и пустые, вдруг полоснули его, как клинок.

Так. Стоп.

У Аманды же голубые глаза.

Джейсон замер, его разум прояснился, как будто его окатили ледяной водой. Он стиснул её плечи и с силой встряхнул.

– Кто ты, демон тебя раздери? – прорычал он, его голос дрожал от ярости.

Она улыбнулась – медленно, хищно, и в тот же миг её тело взорвалось зловонной болотной жижей. Джейсон отшатнулся, задыхаясь от вони, а в его руках оказалась жаба – скользкая, бородавчатая, с жёлтыми глазами. Он выругался, швырнув тварь прочь, но она, квакнув, прыгнула ему на голову, вцепившись лапами в волосы.

– Джейсон? Это вы? – неожиданно прозвучал знакомый голос. Из-за старой ивы показалась Аманда. Настоящая. Она стояла по пояс в болоте, держась за ветку, её голубые глаза, полные паники, искали его в темноте. Пеньюар был измазан тиной, волосы прилипли к лицу, но она была жива. И реальна…

– Аманда? – прошептал он, стряхивая жабу, которая с обиженным кваканьем плюхнулась в воду. – Это точно ты?

– С кем вы разговаривали? – спросила она, её голос был подозрительным, но дрожь в нём выдавала страх. Она посмотрела на его голый торс, и приподняла брови. – И почему вы без рубашки?

Жар хлынул к лицу. Джейсон кашлянул, отвёл взгляд.

– Тролье дерьмо, – буркнул он. – Я попался, как мальчишка. Тут была… девушка. Похожая на тебя. И я… мы… – он замолчал, проклиная себя за неловкость. – Она была не ты.

– Чем вы там занимались?! – Аманда прищурилась. – Я вас звала!

– Я не слышал, – отрезал он.

Он уже собирался отругать ее за то, что убежала, но тут вновь раздался детский смех. Звонкий, манящий – и тут же исчезающий, уносящийся в глубь леса. Аманда вздрогнула.

– Это близнецы! – воскликнула она и дёрнулась вперёд, но лишь увязла глубже в тине.

– Стой! – крикнул Джейсон. Пальцы вспыхнули золотистом светом, и тьма озарилась россыпью магических рун, он шагнул в трясину, схватил Аманду за талию и резко потянул на себя. Она ахнула, её тело прижалось к его груди и их взгляды встретились. Её глаза – испуганные, благодарные – были так близко. Маг ощутил её дыхание. Желание снова вспыхнуло, но он сдержал его.

– Убираемся отсюда, – прорычал граф Вейн, крепко сжав её ладонь. Её рука в его – теплая. Реальная. И только это сейчас имело значение.

Аманда попыталась вывернуться из его стальной хватки, но у нее не хватило сил.

– Там дети! – выкрикнула девушка. – Они зовут нас!

– Чёрта с два! – рявкнул Джейсон, не останавливаясь. – Это не они.

– А кто тогда?! – она выдернула руку. В её взгляде пылало пламя.

– Ты правда хочешь это сейчас узнать? – граф Вейн шагнул к ней, его голос стал ниже, почти угрожающим, но в нём скользнула тревога. – Это болото играет с нами. Нам нужен отряд для поиска, люди, магия. Вдвоем мы только теряем время, если хотим найми мальчишек – надо действовать. Но в первую очередь я отведу тебя домой – и запру, чтобы больше вы больше не искали приключения на свою…хм…голову.

– Но это не я обжималась с жабой! – выпалила Аманда. В её тоне была укоризна с нотками легкой насмешки.

– А ты – чуть не утонула, – проворчал граф он, но мягче.

– Так болото правда проклято? Кто там был…призраки? Ох, жуть какая…

– Точно не привидения. Они не швыряются жабами и не напускают ядовитый туман, – мрачно отозвался Джейсон, снова беря её за руку. На этот раз она не вырвалась, её тонкие нежные пальчики легли в его большую ладонь. – Это нечто другое. Гораздо опаснее.

Аманда молчала, идя рядом. Пеньюар лип к ногам, но она держалась прямо, и эта внутренняя сила, её упорство невольно вызывали восхищение. Ветер шевелил листву превращаясь в зловещий шепот, но пока она рядом – маг чувствовал, что может справиться с любой тьмой. Лишь бы дерзкая девчонка не бросалась в новую ловушку.

И лишь бы он сам не утонул – не в трясине… а в её глазах.

***

Я шагала рядом с Джейсоном, и его сильная рука сжимала мою ладонь – крепко, как будто я была несмышленым дитём, которого надо держать, чтобы не потерялся в лесу. С каждым шагом сердце сжималось от тревоги за мальчишек. После того как мама уехала, они совсем отбились от рук. Ребята видят во мне старшую сестру, а не взрослого – и потому ни во что не ставят мои слова. Если бы здесь была Беатрис Фер, никто бы и не подумал своевольничать…

Мой пеньюар и ночная сорочка, промокшие и пропитанные болотной тиной, липли к телу, а волосы, тяжёлые от влаги, струились по плечам. Со стороны я, наверное, выглядела как утопленница – или ведьма, сбежавшая с того света. Интересно, что же всё-таки привиделось графу? Джейсон сказал, что видела даму, похожую на меня…наверно обознался в темноте. Ой, а вдруг это был призрак, который заманивает путников и топит в глубинах трясины? Ох, как боязно. Аж мурашки скользнули по спине липким страхом. Если бы не переживания за близнецов, я бы возможно вопила бы от ужаса, но сейчас мне даже сам болотный демон не страшен, лишь бы наши сорванцы нашлись!