Мутные воды
- -
- 100%
- +
– Крис! Где ты был? Я тебя весь вечер не могла найти! – взмолилась Эмилия, приближаясь к парадной лестнице.
– Просто я затерялся среди десятка одинаковых фраков, – засмеялся он, передавая мимо проходящему юноше сервировочные салфетки. – Строгий дресс-код – это явно не твоя идея?
Эмилию догнал Арчи, судя по выражению лица которого ему ужасно хотелось продолжения торжества. Она повернулась было к нему и уже хотела сказать очередную колкость, но брат ее опередил:
– Я знаю, что ты устала, милая. Иди спать, а мы все разберем здесь. Я уже распорядился, чтобы остатки угощений разделила обслуга, – сказал он, мягко коснувшись плеча сестры.
У Эмилии действительно не было сил задавать вопросы. Она решила в который раз повиноваться указу Арчибальда, ведь все, чего она желала в эту минуту – это тишина и уют собственной спальни. Последнее, на что у нее хватило сил это:
– Спасибо! – с благодарной улыбкой на лице сказала она, крепко обняв брата в ответ. – Спокойной ночи! – и направилась к выходу из зала.
Вернувшись в комнату, Эмилия обратила внимание на подарки, которые были свалены в кучу в углу ее комнаты. И лишь одна из многочисленных коробок выделялась – на столике лежал красный футляр, перевязанный золотой ленточкой. Рядом лежала открытка. Эмилия приблизилась, чтобы рассмотреть. На открытке было краткое сообщение: «Эмилии от Артура».
– Ну что же… Посмотрим, – подумала девушка и потянула за края ленточки.
Внутри футляра покоилась цепочка с золотым кулоном в форме сердца.
– Как нескромно для первой в жизни встречи, – ухмыльнулась Эмилия.
Рассматривая подарок, она заметила, что кулон можно открыть. Слегка задев ногтями крохотное отверстие золотое сердечко раскрылось.
– Боже мой! – ахнула вслух девушка.
С одной половинки сердечка из-за тонкого стекла на нее смотрело улыбающееся личико маленькой девочки. Фотография была явно старой.
– Это же я… Мамин кулон? – спросила себя Эмилия, хотя уже знала ответ. – Как он оказался у Артура?
Она аккуратно провела пальцем по стеклышку и рассмотрела фото. На свой второй вопрос она ответить не могла и поняла, что это явно была не первая и последняя встреча с кузеном. Эмилия бережно закрыла сердечко и сложила драгоценность обратно в футляр.
Вдруг раздался бодрый стук в дверь.
– Да? – нерешительно откликнулась девушка. Дверная ручка медленно повернулась, и в проеме показался Кристофер.
– Эм… Прости, что побеспокоил, ты устала, – застенчиво начал он.
– Все в порядке, я… Я решила посмотреть некоторые подарки, – улыбнулась она.
– Да уж, на это все уйдет, наверное, целая неделя, – ответил он, подходя ближе. Эмилия заметила, что молодой человек что-то прятал за спиной.
– Я совсем забыл. А потом решил поздравить тебя в конце вечера, – продолжал он, скромно опустив глаза.
– Еще немного и ты бы опоздал, – Эмилия сделала шаг вперед.
Наконец Кристофер показал то, что прятал: у него в руке была маленькая черная коробочка. Он протянул ее девушке.
– Я долго размышлял, что тебе подарить. Надеюсь, тебе понравится. Это семена розы. Редкий сорт. Я знаю, что тебе нравятся белые, но я выбрал цвет зари, как мне сказали, не помню, как правильно называется…
– Крис! Ты гений! – перебила его разъяснения восторженная Эмилия. – Лучше и придумать нельзя было. Спасибо!
Эмилия на пару секунд обняла Кристофера и приняла в свои руки подарок. Ее лицо светилось неподдельной радостью.
– Что ж, я рад, – засмущался он, наблюдая как девушка вертит в руках коробочку.
– Завтра же посажу в оранжерее, – довольно продолжала Эмилия. Она бережно положила подарок на полку.
Молодой человек завороженно смотрел на нее и провожал взглядом каждое движение. Когда Эмилия подняла глаза на Кристофера, их взгляды встретились, и в воздухе повисла напряженная пауза. Девушка что-то почувствовала и опустила голову. Юноша хотел сделать к ней шаг, но она опередила его, положив руку на его плечо и преградив ему путь.
– Спасибо еще раз, – неловко повторила она, заметив на лице Кристофера странную эмоцию, похожую на разочарование.
– Доброй ночи, – ответил он, замешкавшись. Вероятно, он хотел сказать ей что-то еще, но решил, что не стоит. Он мягко улыбнулся, опустил руку Эмилии и быстро покинул комнату.
Едва девушка закрыла дверь спальни, ее тут же посетила мысль, прозвучавшая в голове скорее как приговор:
«Что со мной не так?» – ее взгляд упал вниз, туда, где заканчивался подол ее платья.
Она медленно прошла через комнату и открыла двери, ведущие на скромный балкон, который был заставлен ее любимыми цветами. Эмилия положила руки на ограждение и посмотрела вдаль. Впереди были различимы черные очертания леса, который простирался вплоть до горизонта. Внизу двумя этажами ниже суетились люди, которые освобождали старый дом от остатков праздничной роскоши. Эмилия провожала взглядом мужчин, которые выносили столы и отправляли их в грузовичок, стоящий у парадного крыльца. По тропинке, ведущей к воротам, прогуливались трое человек. Служанки и лакей переговаривались между собой, девушки звонко смеялись. Эмилия грустно улыбнулась, глядя им вслед.
Все, что произошло в этот день, казалось таким далеким и почти нереальным. Будто ничего и не было. Лишь гора подарков напоминала о том, что всего час назад в доме находилась сотня гостей. Эмилия тяжело воспринимала всякое вторжение в ее укромный тихий мир. Ей казалось, что священное спокойствие дома было нарушено, и теперь уйдет не один день на то, чтобы все вернулось на круги своя.
Свежий ночной воздух действовал на нее успокаивающе. Она глубоко вдохнула и посмотрела вверх на бескрайнее ночное небо, которое было усеяно звездами. Тихий прохладный ветер осторожно развивал ее растрепавшиеся волосы. Внезапный порыв воздуха коснулся лица, и тогда она почувствовала на щеке мокрую дорожку, появление которой она сама себе не могла объяснить.
– Мистер Лордон, извините! Вас очень просят к телефону! – тихо сказала худенькая молодая горничная, распахнув двери комнаты.
Было раннее утро. Арчибальд, который после праздника ожидаемо поздно лег спать, приоткрыл заспанные глаза и сначала даже не понял, кто его зовет.
– Сколько времени, Анита? – наконец прохрипел он почти минуту спустя.
– Девятый час. Мистер Лордон, что мне ответить? – взмолилась девушка, она явно очень нервничала. – Это важно.
– Да кто там в такую рань? И почему сегодня? – ответил Арчи, поглубже закутываясь в одеяло.
– Это… из полиции, мистер Лордон, – еще тише произнесла растерянная Анита.
– Что? Из какой полиции? – не веря своим ушам спросил юноша.
– Ну… Из нашей, из местного отделения. Спрашивают вас.
– Что им надо, черт подери? Почему сегодня? – недовольно пробурчал Арчибальд. – Ступай, я сейчас подойду,
Когда Анита скрылась за дверью, он неохотно высвободился из своего теплого кокона и, накинув старый тяжелый халат, покинул комнату.
– Арчибальд Лордон, чем могу быть полезен? – заспанным голосом сказал он, взяв телефонную трубку в гостиной.
– Мистер Лордон, вас беспокоит детектив Тернер, сэр. Я могу к вам зайти сегодня после обеда? – бодро отвечал полицейский.
– Ммм… Да, а что случилось?
– Я занимаюсь расследованием смерти мистера Дрейвика. Точнее его убийства, как предварительно полагает следствие.
– Убийства? Мистера Дрейвика? – эта фамилия показалась Арчибальду знакомой, однако он не мог вспомнить, откуда. – А при чем здесь я? – взволнованно спросил юноша.
– Пока не при чем, но мне нужно задать вам несколько вопросов. Итак, после обеда? – невозмутимым голосом продолжал сержант.
– Да, хорошо, – растерянно ответил Арчи.
– Спасибо, до встречи, – отрезали на том конце провода и положили трубку.
По телу молодого человека пронеслась неприятная дрожь. Та, которая случается, когда ожидаешь, что вот-вот неминуемо случится что-то страшное, и ты, затаив дыхание, слушаешь, как громко бьется сердце. И сейчас Арчибальд чувствовал себя так, будто его собственные руки уже оказались в наручниках. Нехорошее предчувствие затаилось в его душе, и он начал перебирать в памяти события последних дней.
«Где же я слышал про этого Дрейвика?» – вертелось у него в голове. И вдруг он вспомнил. – «Черт подери! Неужели и правда… Это было не просто так?»
Из-за дверей показалась Анита. Она прошла в гостиную и остановилась в нескольких метрах от хозяина.
– Сэр? – с осторожностью произнесла она. Юноша застыл на месте с выражением жуткого испуга на побледневшем лице.
– Нет-нет, не может быть. Это бред какой-то, – сказал сам себе вслух Арчибальд. Он протер глаза и уставился в окно, в которое вовсю светило утреннее солнце. Спать больше не хотелось.
«Кажется, праздник и вправду закончился».
Глава 2
Двадцать четыре часа назад
В полицейском участке небольшого тихого городка, одного из тех, где обычно ничего не происходит, а если и случается, то очень редко и громко, начинался новый рабочий день. Ночная смена спешила покинуть свой пост, а дневная – завершала завтрак и принималась за дела. Утро не сулило ничего существенно нового и увлекательного для Томаса Тернера – полицейского в третьем поколении. Молодой мужчина, вышедший на работу всего лишь год назад, уже привык к рабочей рутине и ему казалось просто ужасным, что ему предстоит заниматься все тем же еще лет сорок. Несмотря на пример отца и деда перед глазами, Томас еще будучи школьником мечтал поступить на службу и защищать невинных людей от преступников всех мастей. Его притягивала идея справедливости и торжества правосудия. И все же, как оказалось, его ждала судьба, которая была уготована большинству таких же наследников профессии, как и он – разочарование.
Но именно тому дню было суждено стать переломным в жизни молодого полицейского, хотя в то утро он таковым не казался вовсе.
– Сержант Тернер, зайдите ко мне! – раздался громогласный голос начальника участка. Томас только что собрался доесть последний кусок приготовленного матерью бутерброда. Он тяжело вздохнул, положил булку обратно на тарелку и отхлебнул горячего чаю, едва не подавившись. Полноватый, темноволосый кудрявый парень с немного торчащими в сторону ушами и приметной неуклюжестью проследовал мимо своих коллег к кабинету шефа. Те провожали его сочувствующим взглядом: этим утром Томас был избран первой жертвой.
– Здравствуйте, мистер Найт, – хриплым голосом поздоровался Томас, войдя в кабинет грузного мужчины в очках в самой толстой оправе. Горло парня страшно болело после того, как он ополоснул его наспех выпитым кипятком.
– Садись, Тернер. С утра подоспело дело, – пробурчал начальник, роясь в кипе бумаг на своем столе. – Звонил О’Коннор. Он заболел и, видимо, надолго. Дело придется перепоручить тебе.
– Мне? – удивился Томас. – Сэр, у меня самого столько работы, прошли уже все сроки… – он понимал, что признаваться начальству в своих проблемах было равносильно карьерному самоубийству, но молодой полицейский был уже к этому готов. Который раз на него сваливали заведомо нераскрытые дела, которые, как к ним не подойди, все равно заводили лишь в тупик. И каждый раз это была большая головная боль для начальника участка. Статистика – вещь невероятно важная, когда дело касается нераскрытых преступлений, ведь оно сулит лишение премий в конце года.
– Послушай меня, Томас, ты работаешь без вдохновения, – мистер Найт, откинувшись на спинку огромного кресла, пустился в философские измышления, которые так не любили его подчиненные, ибо все эти бесполезные рассуждения занимали львиную долю рабочего времени. – Зачем ты шел в профессию? Ради денег, а? Нет, наша работа – это призвание. Глядишь, может быть станешь однажды тем героем из местных газет, раскроешь какое-нибудь страшное преступление. И будет тебе всеобщая любовь, похвала и знак отличия от высшего начальства. Ну это если я распоряжусь. И на том, пожалуй, все. Да, я прямолинеен, не хочу, чтобы ты по-прежнему витал в мечтаниях. А потому скажу, что стать великим полицейским – уж точно ни твоя судьба, ни моя и никого в этом богом забытом местечке. Так что привыкай к рутине, если еще не привык. А чем больше всяких дел – тем быстрее проходит день. Еще спасибо скажешь, меньше будет времени на обед – не будешь таким толстым как я, кхм. Уже совсем скоро, вечером, ты сможешь вернуться домой в объятия своей ненаглядной, – расплылся в улыбке шеф, поправляя тяжелые очки на горбатом носу.
Томас залился краской:
– Мистер Найт, я с родителями живу, – смущенно ответил он.
– Так что ты сидишь? Марш за работу! Иначе так и будешь всю жизнь маменькины бутерброды есть над рабочим столом. Впрочем, кхм, разница небольшая…
Мистер Найт уже было пустился в очередные рассуждения о жизни и профессии, но Томас решился опередить его:
– Есть, сэр! – Но как только парень попытался встать, мистер Найт тут же вспомнил, зачем приглашал к себе молодого человека.
– Стой! Зачем я тебя вызывал… Ах да, – шеф вновь начал копаться в бесконечных бумажках. Наконец, он выудил из высокой кипы тонкую папку и передал ее в руки Томасу.
– Дело о смерти председателя клуба дворецких, прости боже, – со смешком сказал мистер Найт. – Удивительно, что такие еще водятся. Ничего сложного быть не должно. О’Коннор бы в два счета его раскрыл. Посмотрим, как справишься ты. Выезжаешь сейчас, наши ребята уже работают на месте.
– Но он же пенсионер, уже весьма в почтенном возрасте… – начал Томас, уже погрузившись в досье.
– Молодец, Тернер, на лету схватываешь! Но сам понимаешь, соблюдение формальностей и все прочее. Езжай, ускоришься – к обеду будет раскрытое дело. Скажешь потом спасибо О’Коннору за представившийся шанс.
– Да, сэр, – тяжело вздохнул Томас и поспешил покинуть кабинет начальства.
Молодой полицейский подошел к рабочему столу, на котором уже почти успел остыть чай. Томас со злостью выбросил кусок булки в мусорное ведро, взял ключи от машины и направился к выходу из участка.
Дорога заняла не более пятнадцати минут. Раннеосеннее солнце слепило глаза через лобовое стекло. Становилось все жарче, и Томасу пришлось снять куртку. Он приехал на спокойную городскую улочку в один из самых старых районов. По тротуарам мирно прогуливались пожилые пары с собачками, и все как один оборачивались при появлении полицейской машины. Стражи порядка были отнюдь не частыми гостями в этом квартале. Прогуливающиеся граждане сразу же принялись переговариваться между собой, и казалось, что слухи начали буквально передаваться по воздуху.
Наконец Томас Тернер оказался у дома номер шестнадцать, у которого уже стояла одна служебная машина. На звук отключения двигателя из дома вышла статная черноволосая женщина средних лет с грубыми чертами лица, она увидела Томаса и махнула ему рукой.
– Ну что, старина, иди сюда. Хоть научишься чему-то полезному сегодня, – поприветствовала его старшая коллега.
– С чем имеем дело, Элизабет? – серьезно спросил Томас, когда они входили в дом.
– Да ничего особенного. Старик помер, врачи и так не давали оптимистичных прогнозов по поводу его здоровья. Скорее всего ему нельзя было пить спиртное, и как видишь: чуть больше половины бутылки нет. Видимо, этого ему и хватило, – Элизабет указала на бутылку вина, стоящую на журнальном столике в центре гостиной.
– Инсульт? Есть свидетели? Он был один?
– Один. Его обнаружил утром сосед, я его уже допросила. Они договаривались встретиться, а наш герой не пришел и трубку не брал. Тело уехало на вскрытие, пока ты был в дороге. Джон быстро здесь все закончил. В общем, с тебя осталось заполнение бумажек, и можем идти пить кофе.
– Вы точно осмотрели все? – озабоченно интересовался Томас.
– Старина, у меня глаз к деталям наметан. Говорю же, можно закрывать. Вечером придут результаты вскрытия, и порадуешь шефа. Вот, держи бумаги и ручку, – беззаботно продолжала коллега. – А я пойду прикурю на дорожку. Табак у шефа нынче не в почете, он в который раз пытается бросить.
Томас остался в комнате один. Учась в колледже, он и представить не мог, что его работа будет по больше мере заключаться в ежедневном заполнении бесполезных бумажек. Ручка быстро запорхала по документу. Не прошло и пяти минут, как отчет был полностью готов. Томас услышал голоса переговаривающихся зевак у входа в дом. Он уже было хотел присоединиться к ним, но все же решил проявить самостоятельность и осмотреть жилище усопшего.
Везде, куда ни посмотри, царил идеальный порядок. Было видно, что хозяин очень скрупулезно заботился о чистоте, все комнаты были обставлены скромно, но со вкусом. На кухонном столике в коробочке лежали лекарства и какие-то бумаги (также в ровной стопке). Томас подошел, чтобы их рассмотреть: это были заметки, содержащие день и время принятия многочисленных лекарств.
– Он так пекся о своем здоровье, но не устоял перед бутылочкой вина? – подумалось Томасу. Он продолжил осмотр кухни и гостиной, но нигде не обнаружил шкафчика с горячительным.
– Если здесь нет кладовых, значит, он не пил вовсе. Откуда же взялось вчерашнее вино?
Томас аккуратно перешагнул через сигнальную ленту и начал пристально изучать само место смерти. На небольшом деревянном столике у дивана стояла бутылка красного вина, рядом с ней – почти пустой бокал. Томас отметил, что тридцатипятилетнее вино было явно дорогим и редким, вряд ли пенсионер мог позволить себе подобную роскошь. Трубка телефона, который лежал на полу, валялась рядом – по всей видимости, старик пытался позвонить. В тот момент, когда молодой полицейский уже хотел выйти на улицу, он понял, что его внимание привлекло нечто странное. Он еще раз огляделся и нахмурился. Через несколько секунд его лицо озарила внезапная мысль. Он что-то понял, но еще не мог это сформулировать.
Дверь в прихожей громко хлопнула.
– Тернер, ты закончил? Поехали, я умираю, как хочу кофе, – сказала напарница. – Тернер, ты чего застыл?
Томас не сводил глаз со столика у дивана.
– Элизабет, старик точно был один?
– Ну да, дверь была закрыта изнутри как минимум. Тебе что-то привиделось, Шерлок Холмс? – женщина издала самодовольный смешок.
– Он налил совсем немного вина, судя по «винным ножкам», так ведь?
Теперь старшая коллега рассмеялась во весь голос:
– Ножки у твоей подружки, Тернер! Ну или у мамочки!
Но Томас не обращал внимания на ее издевки.
– Правда, ты посмотри: выпита почти половина бутылки, а судя по разводам от вина на бокале – он наливал совсем немного, я бы сказал, что наливал меньше положенного. И пил только с одной стороны. Вероятно, брал бокал лишь пару раз. Значит, пил мало и недолго… – речь Томаса ускорялась, еле поспевая за ходом его мыслей.
– Черт подери, Тернер, что за ерунда? У старика случился приступ, вот и все! Если так беспокоишься, позвони на экспертизу пораньше.
Томас по-прежнему игнорировал комментарий коллеги. Он увидел открытую дверь, которая вела, по всей видимости, в спальню.
– Элизабет, там окно открыто.
– И что ты хочешь сказать? Пойдем уже! – нетерпеливая напарница уже была на пороге.
– Посмотри, какая идеальная чистота в доме. Перфекционист. Ты видишь, что книги и статуэтки на столике у открытого окна сильно сдвинуты. Они стоят не симметрично.
– Так, оставайся если хочешь, а я поехала. Ты ведь и сам на машине. Встретимся в участке, бумаги не забудь, – бросила на прощание коллега.
Томас услышал, как захлопнулась дверца машины, и тут же взревел мотор.
– Не нравится мне все это, – произнес Томас, оставшись в тишине.
Прибыв вслед за товарищем обратно в участок, молодой сержант-детектив (вторая приставка нравилась ему гораздо больше) открыл папку с делом о смерти бывшего дворецкого и начал внимательно изучать все данные, позабыв о той самой куче работы, которая дожидалась его с самого утра. Перечитав детали дела, он решил позвонить по номеру телефона, который оставил сосед. Трубку взяли достаточно быстро:
– Алло, дом Льюисов, – послышался достаточно молодой голос на том конце провода.
– Здравствуйте, Вас беспокоит сержант-детектив Тернер. Вы, наверное, миссис Льюис?
– Нет, я ее дочь, – после недолгой паузы испуганно сказала девушка. – Вам нужна моя мама, я так понимаю?
– Я хотел бы поговорить с Вашим отцом. Вы не могли бы вы попросить его к телефону, пожалуйста.
– Минутку!
Вскоре Томас услышал в трубке осиплый мужской голос.
– Ричард Льюис, слушаю! – отрапортовал явно пожилой человек.
– Мистер Льюис, это сержант-детектив Тернер из полиции. Звоню вам по поводу смерти вашего соседа, Иэна Дрейвика.
– Да-да, ужасное происшествие. У вас еще остались вопросы?
– Скажите, пожалуйста, часто ли мистер Дрейвик выпивал?
– Что? Иэн? Нет, слишком редко. Я бы сказал, он из тех немногих людей, которые почти равнодушны к алкоголю. Для меня, если честно, было сюрпризом увидеть, что Иэн скончался за бокалом вина.
– И вы не видели, чтобы кто-то вчера вечером заходил к нему?
– Нет, Марта, моя жена, возвращалась вечером домой и видела Иэна в саду. Было уже достаточно поздно, вряд ли он кого-то ждал в такое время. Видите ли, он ведь бывший дворецкий. Привык к режиму, всегда по часам жил. Работа закончилась, а привычки остались. Мы сегодня собирались на встречу с ним, он никогда не опаздывал, а тут… Я сразу заподозрил неладное, близкие знали про его диагноз. Хороший был, человек, царство ему небесное. Врачи прогнозировали ему недолго, так что он хотел со многими встретиться напоследок.
– Соболезную… И родственников у него не было?
– Он жил один, все верно. Жена давно умерла, детей у них не было.
Томас взял паузу, чтобы поразмышлять над следующим вопросом:
– О какой запланированной на сегодня встрече вы говорили?
– А, встреча в клубе дворецких, он был там председателем.
– Я так понимаю, все его друзья в основном были из клуба, верно?
– Ну на счет всех говорить не берусь, но многие были оттуда.
– Я могу сегодня посетить эту встречу? В рамках дела.
– Да… Но мы уже все отменили на сегодня. Я попробую обзвонить всех и собрать.
– Премного благодарен, мистер Льюис. Буду ждать вашего звонка!
Мистер Льюис сдержал свое слово и через двадцать минут перезвонил сержанту с приглашением на встречу клуба. Тернер, к удивлению коллег, внезапно схватил бумаги, подорвался с места и вновь направился к машине.
Как и ожидалось, уважаемые бывшие дворецкие с теплотой отзывались о своем почившем товарище. Один из его близких друзей выдвинул смелое предположение, которое также совпало с мыслями Томаса: у мистера Дрейвика не так давно был юбилей, и дорогое вино могло быть подарком от бывших работодателей. Ведь, как заведено в пышно обустроенных домах, на службе в которых мистеру Дрейвику довелось провести почти всю жизнь, всегда есть уютный погреб с коллекцией винных и прочих изысков. Тем более, что в главной местной газете не так давно вышла статья, героем которой стал наш почетный дворецкий, и прежние хозяева вполне могли напомнить о себе красивым жестом – прислать верному слуге бутылочку чего-нибудь коллекционного в подарок.
Вернувшись в участок, Томас достаточно быстро раскопал недостающую информацию о мистере Дрейвике: тот действительно всю жизнь проработал дворецким.
– Всего лишь два дома. Должно быть, он там уже был как член семьи, – подумалось детективу, – Все, хватит. Пора заняться делами, – он отогнал от себя тревожные мысли.
Томас отнес папку с делом и заранее заготовленным отчетом мистеру Найту, который, получив бумаги в руки, похлопал парня по спине со словами:
– Продвигаешься по службе, сынок!
Молодой полицейский вернулся к своему рабочему месту, встретившись по дороге с Элизабет в окружении коллег. При виде Томаса та заулыбалась и сказала:
– Ну что, нашел убийцу, детектив?
До конца рабочего дня уже оставалось полчаса. Томас углубился в написание очередного ежемесячного отчета о проделанной работе. Это вызывало у него неимоверную скуку. Он вновь вспомнил о том, что представлял себя рыскающим весь день по местам преступлений, в дождь и снег, в любую погоду, по городу и пригороду… Его же нынешняя работа была мало похожа на будни востребованного сыщика. Ход его мыслей внезапно прервал громкий телефонный звонок. Томас, вспомнив о захватывающей утренней поездке, сразу же схватил трубку:
– Сержант-детектив Тернер!
– Мистер Тернер, вы отвечаете за дело Дрейвика?
– Да, вы получили результаты экспертизы?
– Именно. У нас тут кое-что интересное. Наш клиент не просто умер, мы обнаружили следы яда. Вопрос в том, как он попал в организм. Скорее всего вместе с вином, как мы полагаем.
Мысли в голове Томаса завертелись со страшной скоростью, он ответил не сразу.
– Мистер Тернер? Пришлем наше предварительное заключение через полчаса, дождетесь?
– Да, я на месте, – полицейский плохо осознавал, что он говорит. По спине пробежал холодок.