Барышня с подвохом или выжить любой ценой
- -
- 100%
- +
- Ага, то, что надо, - хмыкнула она и, продолжая держаться в тени домов, направилась в сторону шума.
Пристроить коляску к стене питейного и судя по всему, довольно дешёвого публичного дома удалось незаметно. Протерев последний раз ручки, за которые держалась, уверенная, что уже через час та исчезнет в неизвестном направлении, Надежда отступила в темноту и довольная собой припустила в обратную сторону.
Искать приличное и недорогое жилье пришлось часа два. Уже поздней ночью, добравшись до другого района, где дома были двухэтажными и намного больше, чем предыдущие, Надежда ввалилась в освещенный холл постоялого двора, на который указал ей местный аналог интернета в браслете. Решив, что здесь будет безопаснее, чем таскаться всю ночь по улице, она облегченно выдохнула и тяжело облокотилась на деревянную, покрытую лаком стойку.
- Ну, чего тебе? Попрошайкам не подаем! Работы для таких как ты, тут нет! Это приличное заведение, - раздался рычащий громкий голос справа.
Надежда вздрогнула и напряглась, наблюдая, как из-за неприметной двери вышел огромный бородатый мужик и, окинув ее недовольным, можно даже сказать презрительным взглядом, устроился за стойкой.
- Да, уж, не любят здесь гостей, совсем не любят, - протянула женщина скривившись.
Глядя на хамоватого хозяина, желание заселяться в негостеприимный дом пропало напрочь, но проблема заключалась в том, что не привыкшие к такой нагрузке, еле державшие ноги, да и практически наступившая ночь, поискам другого места не способствовали абсолютно.
Решив, наплевать на гордость и перебиться до утра, она окинула неприятного мужика неприязненным взглядом и, вытащив подготовленный десяток мелких монет, выложила на стойку.
- Комнату, до утра, - буркнула она, подавляя разгорающуюся в груди злость, - ужин легкий, кувшин с отваром и воды для умывания на утро.
Надежда скривилась на поднятые в удивлении брови мужика, но выложила еще две запрошенные хозяином заведения монеты и, подхватив протянутый ключ с биркой, поплелась к лестнице на второй этаж.
Утро встретило женщину болью в мышцах, плохим настроением и настойчивым стуком в дверь.
- Вода для умывания, - сообщила ввалившаяся дивчина с как минимум пятым размером груди широкими бедрами и простоватым конопатым лицом. Грохнув металлическим кувшином в цветочек об таз для умывания, она быстрым, профессиональным взглядом осмотрела комнату с небогатыми пожитками постоялицы и, придя к какому-то только ей понятному выводу, заученно улыбнулась.
Надежда, желание убивать у которой от шума только усилилось, негостеприимно нахмурилась, но как назло, странная девица покидать комнату не торопилась.
- Может еще чего подать? - растянула она губы не слишком искренне, - завтрак может нужно или горшок, чтобы в конец коридора не ходить? А может, вам постирать чего требуется, так вы скажите, это мы мигом. А откуда вы? Надолго у нас? А может, винца хотите? У нас хорошее есть, красное!
Вопросы, как и навязчивое внимание выпытывающей что-то девицы, женщину насторожили и кое-как, вытолкав странную, не слишком приятную прислугу, Надежда поспешила встать. Что-то здесь ей не нравилось, но понять, что именно пока не получалось.
Решив не испытывать судьбу, а съехать из неприветливого места как можно скорее, женщина быстро умылась и перекусив своими запасами, запила все вчерашним отваром.
Собирать, так и не разобранные вещи не пришлось, поэтому, кое-как пригладив помятую за ночь юбку, и отметив машинально, что стала еще больше похожей на бездомную, Надежда подхватила мешок с вещами и направилась к выходу.
Покинуть постоялый двор так просто ей не удалось, поскольку уже у стойки ее перехватил вчерашний мужик и, твердо ухватив за локоть, увлек в сторону.
- Ты это, девка, прости, если чего, не спознал вчера, думал, легкий заработок ищешь, вот и наговорил лишнего, - сказал он, старательно улыбаясь, - много тут разных ходит, а ты и не похожа на постоялицу, что заплатить в состоянии. Ты уж извиняй, если обидел ненароком. Не в обиде, надеюсь?
Надежда сузила глаза и уже по-новому посмотрела на вовсе не выглядевшего виноватым, но продолжавшего завуалировано ее оскорблять, мужика. Впрочем, несмотря на желание вцепиться и оттаскать скотину за бороду, раздувать конфликт в ее планы не входило – напротив, в связи со сложившимися обстоятельствами, требовалось оставаться тихой и незаметной.
- Все? Если это все, что вы хотели сказать, то мне пора, - сообщила девушка сухо и даже попыталась вырвать так находившийся в захвате у неприятного хама локоть, но тот, продолжая крепко держать, оскалился недовольно.
- Чего обиделась все же? Да не со зла я, говорю же, не со зла, - забормотал он вроде как растеряно.
Надежда, которую слова хозяина постоялого двора, или кем он там на самом деле является, не впечатлили, снова дернувшись, она с ненавистью посмотрела на мужика.
- Не сержусь и не обижена. А теперь руку отпусти, - прошипела, злобно косясь на мелькавших по залу постояльцев и соображая, придет ли кто на помощь, если она закричит.
Мужик, словно прочитав ее мысли, хоть руку не выпустил, но морду с растерянной, на восторженную поменял.
- Ну, ты это, если не обиделась, то согласие, что довольна всем, подпиши, - предложил он хитро, - а то знаю я вас, сначала говорите, что нравится все, а потом хозяину жаловаться бежите, а он меня денег, между прочим, лишить может. А так все законно будет – сказала, довольна всем, бумагу подписала и не подкопаешься ужо.
Мужик хитро подмигнул, изо всех сил стараясь быть дружелюбным, а растерявшаяся Надежда зависла от удивления. Надо же, вот тебе и новый мир с земными проволочками. Согласие, еще какое то...
Тут же вспомнила, как искала в местном интернете подходящий постоялый двор, и никакого упоминания о странных требованиях там точно не было. Цена в десять мелких монет за ночь была, упоминание, о еде было, а вот о том, что надо, что-то странное подписать, точно не слова.
Женщине даже стало интересно, что это за согласие такое.
- Ну, подпишешь? - поторопил ее мужик и нервно оглянулся на заполнивших зал посетителей, - ты не думай, это быстро, заторопился он, - да и с собой у меня все. На всякий случай взял, значится.
Мужик ослабил хватку на руке женщины и, быстро покопавшись в кармане поношенного сюртука, ловко выхватил лист плохо обработанной, желтоватой бумаги заполненной до половины мелким каллиграфическим подчерком.
- Вот, видишь, тут написано, что нумера тебе понравились и еда была вкусной, осталось только имя вписать, да подпись поставить, - покрутил он бумагой пород носом девушки.
Растерянная Надежда, у которой лист бумаги мелькнул перед глазами и пропал, нахмурилась. Ситуация была странной, не понятной и какой-то мутной. Мужик же продолжал дергано суетиться.
- ДокУменты то есть у тебя, горемычная? А ты писать то умеешь? - жалостливо спохватился он и, сам себе ответил, - нет? Ну, ничего, ничего.... ты главное пальчик то обмакни, да внизу и приложи, вот все и сложится, - засюсюкал он, подпихивая шкатулку с тряпкой пропитанной чернилами.
Последнее Надежде не понравилось абсолютно. Воспользовавшись тем, что ее руку выпустили из захвата, женщина сделала шаг назад и, выхватив из суетливых рук лист, быстро вчиталась в написанный текст.
- Чегооо? Это что ты мне подпихиваешь, малахольный? - взревела она через мгновение, забыв об осторожности и то, что решила быть как можно незаметнее, - какой к черту дом удовольствий? Ты что, решил меня обмануть и в публичный дом отправить? А не охренел ли ты, любезный?
С мужика все липкие, искусственные эмоции, словно водой в одно мгновение смыло.
- Ух, ты, грамотная, значит? Ну и нечего кочевряжиться! Подписывай, там тебе, девка, самое место и есть, - зашипел он, хватая Надежду за руку и пытаясь ткнуть ею в шкатулку с чернилами, - ну, не упрямься, все равно, не сейчас так позже там окажешься, а так я хоть вознаграждение возьму за тебя.
Почти минуту парочка боролась, а потом, понимая, что проигрывает, Надежда не выдержала и откинула мешающийся мешок.
- Ну, сам напросился, - прошипела она и, растопырив ладонь второй руки, впечатала ее в грудь мужчины, пустив немного магии.
Мужик, еще ничего не понимая, на мгновение замер, а почувствовавшая превосходство над ним женщина, мерзко оскалилась.
- Ну, как думаешь, твоя ледяная статуя у входа будет привлекать посетителей или наоборот, оттолкнет их? Проверим? - засмеялась, чувствуя, что какое-то адреналиновое безумие накрывает ее.
Мужик вдруг резко побелел, откинул удерживаемую руку девушки и, отшатнувшись, ухватился за грудь, в которую уже проникал раздирающий его холод.
- Магиня, барышня, не убивай! Пощади! - прохрипел он, падая на колени и корчась от боли, - бес попутал окаянный. Прости меня недалекого! Не виноватый я!
На мгновение, Надежде захотелось поддаться злой, расцветающей внутри ледяной силе и закончить начатое, но к счастью мерзавца, женщина успела взять себя в руки.
Отступив на шаг, от греха подальше и растоптав упавшую шкатулку, она плюнула презрительно.
- Живи, - процедила чуть отдышавшись, - живи и помни, сделаешь еще гадость, я приду. Всем кланом приду, и весь твой двор постоялый в в назидание другим, в ледяную избушку превращу. Запомнил?
Мужик, которого только начало отпускать закивал отчаянно, а Надежда, не обращая внимания на невольных свидетелей, подхватила брошенный мешок и, выйдя из закутка, быстрым шагом направилась к выходу.
7. Освоение новой реальности
Город Тверь, в который занесло Надежду Константиновну, понравился ей и не понравился одновременно.
С одной стороны, то, что город старый видно было невооруженным взглядом, но вот то, что дикое средневековье соседствует с современными технологиями, пусть и магическими, вгоняло в ступор однозначно. Вот и где увидишь допотопную телегу, которую тянет бедная лошадка вместе с вполне современным автомобилем - кабриолетом одновременно?
Почти два дня, пока гуляла по узким улочкам, Надежда ныряла в браслет, просматривая нужную информацию и удивлялась. Вообще, данных там оказалось до обидного мало, поскольку не было полноценного интернета, как привыкла девушка в своем мире и ссылок переходов, а скорее просто занесенная и сохраненная на кристалл справочная информация, которая не обновлялась даже при потере актуальности, но и это было в помощь. Оказалось, что все автомобили работают не на бензине, а на довольно дорогих магических кристаллах, отчего позволить их себе могут не многие, а потому "лошадиный транспорт" здесь все же встречается чаще и не считается чем то отсталым.
Поразил женщину и шикарный мост через Волгу. К слову, на самом деле, мостов тех было три. Первый, высокий и разукрашенный коваными завитушками и имеющий чуть светящееся, гладкое словно стекло покрытие, предназначался для поезда, идущего в сторону Москвы и дальше, а также для проезда тех самых редких автомобилей. Второй же мост был также высоким, но более узким, выложенным булыжниками и без украшений. Именно по нему-то передвигалась телеги, прижимаясь к перилам и пропуская таких же встречных бедолаг.
Впрочем, самым широким и интересным оказался пешеходный мост, на котором на всем протяжении раскинулись торговые палатки, а шум и гам стоял круглосуточно.
Как и ожидалось, прожившую жизнь в современной многоэтажке женщину, трех и даже пятиэтажные дома не удивили и не заинтересовали. Хотя и отличались они от того района с которого она сбежала как небо земля. Многие были разукрашены изящной резьбой или выложенным каменным рисунком, но рассматривать Надежда предпочла людей, их наряды и повадки.
Город контрастов, словно собранный из нескольких эпох был странным и завораживающим одновременно. Вроде вот они, белокаменные особняки с колоннам, украшенные резьбой барельефами и вдруг, свернув совершенно случайно в сторону, попадаешь на улицу, где убогие покосившиеся домишки накрыты соломой, вместо окна натянут практически не пропускающий свет бычий пузырь.
Люди здесь были уже не улыбчивые и нарядные, а настороженные, плохо одетые и словно рано постаревшие. Поразило девушку наличие чумазых детей посреди улицы, а копошившиеся свиньи с поросятами в большой луже или куче отбросов и вовсе вводили в ступор. Естественно, ни тех гладких дорог из странного материала, ни брусчатки, ни даже деревянных мостков здесь не предвиделось, ни говоря уж об освещении вечером или других благах местной цивилизации.
Впервые попав в такой район города, женщина даже опешила, не веря глазам своим. И как это понимать? После обычного душа, пусть и действующего на водных кристаллах, после магических светляков и такое убожество? А люди? Даже она, одетая довольно убого, смотрелась здесь чуть ли не роскошно.
Осмотревшись еще раз и поймав несколько явно недобрых, а где то и откровенно предвкушающих взглядов, Надежда, перехватив мешок с вещами покрепче и пятясь, быстренько покинула неблагополучный район, решив, что для общего просвещения центральных улиц ей будет более чем достаточно.
Побродив по улицам и так и ничего не придумав, Надежда все же приняла решение, что затеряться проще в другом, более крупном городе и, купив довольно дорогой билет на поезд, отправилась в Москву.
Поезд женщине понравился. Опасаясь ехать в обычном переполненном вагоне, Надежда поскрипела зубами и за целых двадцать пять с половиной рублей выкупила одиночное купе средней степени комфортности. Впрочем, элитное, предназначенное для аристократов место, как поняла женщина, ей бы и так не продали, поскольку "невместно простому люду на одну ступень с аристократами становиться".
Женщина фыркнула в ответ, но обижаться не стала и, устроившись у окна на полке-лежанке, потребовала обед, газету и чай с плюшками. Услуга та была хоть и платная, но не слишком то и дорогая, а потому все четыре часа, пока поезд собирал и высаживал народ по маленьким полустанкам, так и просидела как приклеенная, рассматривая людей, дома и часто напоминающие деревянные сараи, станции.
8. Москва
Москва женщину ошеломила с первых минут пребывания. И нет, это не была знакомая ей с прошлой жизни площадь трех вокзалов - скорее большая станция с десятком путей на окраине. Впрочем, шум, веселая суета встречающих и отъезжающих, азартные крики "держи вора", свистки представителей власти, хохот подвыпивших компаний и свистящий шёпот собравшихся кучками женщин, да хныканье уставших и перепуганных детей, все это наводило на вполне определенные мысли. Мысли о том, что не так уж люди этого мира и отличаются. Бросалось в глаза все то же снисходительное высокомерие местных жителей и чуть испуганное, но настороженное любопытство приезжих.
Отойдя в сторону, Надежда со стороны наблюдала как двое мужчин во вполне современных костюмах, размахивая тростью, уселись в большой, поджидавший их автомобиль, а точнее магомобиль с откидным тканевым верхом и, хлопнув по плечу водителя, отбыли восвояси.
Рядом, истерически вскрикивая, крупная тетка в фиолетовом платье с нелепыми и неуместными бантикам по подолу, приводила в чувство девушку лет семнадцати.
- Вот! Я же говорила, чтобы ты ему на руки в обморок упала, глядишь, скомпрометировал бы, да женился, а ты? "Не могу, невместно, стыдно"! Дура ты, Глашка, неразумная! Это же самый молодой князь! Сам глава рода - Ером Мараевич Ивазовский. Да у него одних только мануфактур пять штук и лавок количество бессчётное, а ты? Дурааа…, ой, как есть же дура неразумная! Ну, где ты еще могла бы познакомиться с ним, а тут такой шанс был, а ты упустила его! Вот что я маменьке твоей скажу, а?
Девушка сопела, краснела, отворачивалась, но отвечать и перечить тетке не решалась, хотя магомобиль тоскливым взглядом все же проводила.
Наконец, тетка чуть успокоилась и, подозвав извозчика, начала долго яростно торговаться, снижая плату за проезд.
Надежда уже даже в себя прийти успела от раздражающей ее суеты, когда к ней подскочил плюгавенький мужичок в аляповато – ярком, расшитом странными завитушками кафтане, с маленькими, чуть заплывшими, бегающими глазками и попытался ухватить ее за руку.
Наученная недавним горьким опытом, руку женщина отдернула моментально, словно на автомате, а мешок прижала к груди покрепче. Мужик удивился и попытку повторил, заставляя отступить ее еще немного, а потом и вовсе посмотрел раздражено.
- Эй, ты чего? От подруг отстала? Пошли, тебя только и ждем, - кивнул он на большую, мест на десять, длинную крытую повозку запряженную двойкой мощных, крупных лошадей, - ну, чего еще? Ты куда? В "Розу" или в " Лилию" нацелилась? Имей в виду, там Мадам сами девушек набирают. Не понравишься, вообще в центре работать не допустят.
Мужик снова попытался схватить девушку за руку, а не выдержавшая Надежда хмыкнула, улыбнулась и..., завизжала как сумасшедшая.
- Грабят, спасите, помогите, - заорала она прямо в лицо опешившего представителя "весёлых домов"
Мужик побелел, дернулся и даже отступил растеряно, а к ним уже неслись, свистя и порыкивая два мужика в синей форме стражей правопорядка.
- Тааак, что тут у нас? - азартно протянул один из них, рыжий парень со смеющимися глазами и с любопытством оглядел прижимающую к себе мешок девушку.
Дёрнувшийся было сбежать, приставала вздохнул, скривился на мгновение, но тут же нацепив на лицо растерянную недоуменную улыбку резко обернулся.
- Так это, недоразумение вышло, господин полицейский, не извольте беспокоиться, - залебезил он уверенно, - думал, стоит девушка одна, так может, помощь нужна, доставить ее куда пожелает, а она видимо поняла меня неправильно. Кричать начала. Народ весь переполошила. Что ж с нее возьмешь - баба глупая.
Мужик посмотрел на Надежду неодобрительно, а потом перевел взгляд на одновременно ухмыльнувшихся полицейских.
- Куда надо, значит? - хмыкнул рыжий насмешливо и покосился на так и стоявшую повозку с выглядывающими из нее любопытными женскими лицами, - а ты значит у нас добрый очень, помогаешь всем попавшим в беду девицам на безвозмездной основе, живота не жалея?
Мужик скрипнул зубами, но на выпад стража порядка ответить не решился.
Впрочем, тут влез в разговор второй, более взрослый и хмурый полицейский.
- Так может мы у девушки и спросим – чего она испугалась то? – бросил он, не отрывая серьезного, сканирующего взгляда от прилипалы-неудачника.
Тот стушевался, бросил злой, предупреждающий взгляд на Надежду, но в руки взял себя быстро. Взгляд его просветлел как у херувима на иконе, и он закивал согласно, - помогаю, конечно, не зверь же я, коли в силах то моих, то чего не помочь?
Полицейские переглянулись и хмыкнули недоверчиво, а мужик вдруг засуетился.
- Ну-с, если помощь моя не требуется, то разрешите откланяться. Очень, очень жаль, что мой порыв не оценили, - наиграно обиженно поклонился он, а полицейские вопросительно уставились на девушку.
На мгновение Надежда растерялась, а потом до нее дошло, что они ждут обвинений и качнула головой отрицательно.
- Пусть едет. Жалобу писать не буду, а то за мной сейчас тетя Франсуаза подъехать должна. Она старенькая уже, не хотелось бы задерживать и волновать ее.
Полицейские снова переглянулись, кивнули понятливо и даже уважительно – видимо иноземные корни и здесь ценятся, а мужик, бросив задумчивый взгляд на девушку, рванул к ожидающей его повозке.
Надежда даже выдохнула с облегчением, но тут к ней обратился рыжик.
- Вы это, не бойтесь. Ждите свою тетю спокойно, если что кричите, а мы присмотрим, - пообещал он весело и, махнув на прощание, отправился за напарником.
9. Студиозка
Остаток дня пролетел быстро. Дождавшись очередной поезд, когда полицейские отвлекутся и затеряются в бестолковой толчее, Надежда выбрала самую неказистую повозку ожидающую пассажиров и рванула к ней.
- В центр! В какой-нибудь приличный, но не дорогой постоялый двор, - скомандовала она уверенно.
Возничий, немолодой, щуплый дядька с редкими, светлыми, но еще не седыми волосами, окинул девушку задумчивым взглядом, почесал затылок и вдруг понятливо улыбнулся.
- А, так, ты эта, студиозка которая, - покивал он одобрительно, - практиковаться к нам приехала?
Надежда, которую внезапно появившееся предположение рассмешило, приподняла бровь, но поскольку версия оказалась неплохой, кивнула согласно.
- Ага, я еще та студиозка, - хмыкнула она весело, а тронувшийся к тому времени возничий и вовсе расцвел как одуванчик по весне.
- Так тебе тогда не на постоялый двор надо, а в общежитие ваше, студиозское, - сделал он логический вывод и закивал, словно сам с собой споря, - ша, дядюшка Протасий все знает. Доставит тебя, девонька, в лучшем виде. И денег лишних не возьмет, понимает же усе - негоже бедных студиозов обманывать! Ну, пошла, старая! - поторопил он еле плетущуюся клячу.
Возница отвлекся, направляя лошадь на выезд из вокзального тупика, а Надежда посмотрела на мужчину задумчиво. Неплохой? Или тоже врет, как и остальные встреченные ею люди? Впрочем, мысли эти недолго бродили в девичьей голове и уже через минуту, Надежда рассматривала город, в котором в прошлой жизни бывала всего дважды, проездом и то недолго.
К большому, пятиэтажному зданию с колоннами, большими одинаковыми окнами и покатой красной крышей, подъехали уже в первых сумерках.
-Вот здесь все практикующиеся, что из других городов приехали и живут, - гордо кивнул дядька Протасий в сторону кучки молодых девчонок заигрывающих с такими же молодыми, еще совершенно безусыми парнями. Те же делали серьезные, важные лица, но интерес к девушкам скрыть не могли. Атмосфера чего-то неуловимо радостного, легкого и давно забытого окрыляла, поднимая настроение и давая уверенность, что все будет хорошо.
Почувствовав себя вдруг свободной и беззаботной, Надежда даже улыбнулась неосознанно.
- Ты ежели чего, обращайся, я вмиг домчу, куда скажешь, и не смотри что лошадка старенькая. Она еще ого-го, какая резвая! - радостно сообщил возница, забирая монетки и пряча их во внутренний карман потертого сюртука.
Надежда, уже забывшая про дядьку, спохватилась, поблагодарила и покивала согласно, пообещав, что как только соберется куда, так сразу призовет. Распрощавшись, наконец, с общительным и судя по всему, все же неплохим мужчиной, Надежда выдохнула, чувствуя волнение, и направилась к невысокому, но внушительному крыльцу у входа.
Как и ожидалось, в большом холле, в отгороженном от основного зала закутке, сидела очень даже занятная, мелкая старушка в черном, слишком дорогом для вахтерши платье и белом чепчике, не скрывавшем крупно завитые седые букли.
- Ась? Куда? - уставилась она на девушку цепкими водянистыми глазами.
На мгновение Надежда задумалась, что бы соврать такое правдоподобное, но ее выручила подлетевшая к окошку девушка.
- Марь Ильинична, да что же это такое-то? - возмутилась она визгливо, - почему? Я вас спрашиваю, почему моих девочек по разным комнатам заселили? А я? Я вообще отдельную комнату просила, и даже доплатить согласилась, а меня с кураторами из Коломны засунули! Да где это видано, чтобы нас, самих Новгородцев, да с какой-то Коломной селить? Не бывать этому!
Девчонка еще что-то визжала, а Надежда, пожалев оглохшую старушку, отодвинула плечом скандалистку и снова прилипла к окошку.
- Из Торжка я, одна приехала, мне жилье обещали, - сообщила она уверенно, - оплатить, где можно?
Как ни странно, но вопрос с комнатой решился быстро. Подсунув что-то громозское, похожее на кассовый аппарат времен перестройки, Марья Ильинична запросила целых пятьдесят рублей за месяц проживания и, сняв личные данные и оплату с браслета, вручила Надежде ключ от комнаты на третьем этаже и брошюрку с правилами проживания.
Хитро подмигнув новой постоялице, она скорчила постную мину и обернулась к продолжавшей недовольно шипеть скандалистке.
- Прости, деточка, кто же знал, что ты из самого Новгорода!- с придыханием выдала хитрая бабулька, - а комнаты на одного закончились, вот как раз последняя и была, - театрально грустно развела она руками.
Девчонка замолчала, покраснела, видимо от злости, потом сузив глаза, ткнула пальцем в так и не успевшую отойти Надежду.
- Как это последняя комната? Почему ей? Ей то одноместный номер за какие заслуги достался? Я с Новгорода! Я почти барышня! Мне самое лучшее положено!
Оценив, что спасать старушку не требуется - похоже та на полном серьезе наслаждалась разрастающимся скандалом, Надежда Константиновна пожала плечами и, кивнув бабульке, ретировалась в выделенную комнату.
Жилье девушке понравилось. Небольшая комната квадратов на десять вместила в себя полуторную кровать, узкий шкаф, небольшой комод и стол у окна с проектором для просмотра информационных кристаллов. В принципе, все, что требовалось для комфортного пребывания среднестатистической девушки-студентки, здесь имелось, а еще очень порадовала брошюра, в которой говорилось, что легкий завтрак с семи до девяти утра и входящий в стоимость проживания, ожидает в ресторанной зале ежедневно, а большие экскурсионные магомобили будут отправляться по заданным маршрутам сразу после завтрака.