- -
- 100%
- +
Быстро закупилась всем необходимым и, уже выходя из магазина, замерла на пороге.
На улице стеной стоял ливень. Он обрушился внезапно, яростно, словно небо решило выплеснуть на город всю накопившуюся влагу разом. Капли били по асфальту с такой силой, что вокруг поднимался лёгкий туман. Видимость упала почти до нуля — можно было разглядеть лишь размытые очертания соседних домов и деревьев. Зонтов у прохожих почти не было: ктото бежал, прикрываясь сумкой, ктото замер под козырьками подъездов, а ктото, как и я, обречённо брёл вперёд, смирившись с неизбежным.
Выругавшись вполголоса, я всётаки ступила в этот мокрый хаос. Было ужасно холодно, сыро, ботинки хлюпали от сырости, вода стекала по шее за воротник, волосы прилипли к лицу и рукам, мешая смотреть. Я ругала себя за то, что не вернулась домой сразу, как только увидела тучи. Но, если быть честной, я просто не ожидала такого внезапного и мощного удара стихии. Всётаки надеялась, что успею вернуться до начала дождя.
Однако сегодня день, видимо, был абсолютно не моим. Когда я подошла к пешеходному переходу, какойто водитель промчался мимо на огромной скорости. Огромная лужа, скопившаяся у обочины, взорвалась фонтаном брызг — и вся эта ледяная масса обрушилась прямо на меня. Мокрая насквозь, я чертыхнулась, отряхнулась, насколько это было возможно, и поспешила перейти дорогу.
Но на этом мои беды не закончились. Как только я оказалась на другой стороне, пакет, который я держала в руках, предательски порвался по шву. Всё содержимое — хлеб, фрукты, бутылка воды, упаковка сыра — вывалилось прямо на мокрую землю, мгновенно покрывшись брызгами и грязью.
Вздохнув, я принялась спасать то, что ещё можно было спасти. Половину испорченных продуктов пришлось распихивать по карманам худи — ткань тут же потемнела от влаги. Остальное, что ещё выглядело болееменее прилично, пришлось брать в руки, стараясь не уронить снова. Рядом булькала и бурлила дождевая вода, стекая в ливневые решётки.
Шлёпая по лужам, я брела домой, проклиная погоду, невнимательных водителей и собственную самоуверенность. Капли стекали по лицу, смешиваясь с каплями пота, ветер пронизывал насквозь. Но гдето глубоко внутри, сквозь раздражение и холод, всё ещё теплилось то самое предвкушение вечера.
Уже подходя к дому, я заметила, что дождь начал стихать. Тучи медленно расползались, открывая клочок голубого неба. Первые лучи солнца пробились сквозь облака, заиграли бликами на мокрых тротуарах. Я остановилась, подняла лицо к небу и глубоко вдохнула — воздух был свежим, чистым, наполненным запахом озона. И вдруг улыбнулась понастоящему, искренне. Может, это был знак? Может, после бури всегда наступает затишье — а за ним и чтото прекрасное? А после я поняла как я ошиблась.
Глава 4
Встреча
Я не заметила, как время подошло к назначенному часу. Когда я услышала стук в дверь, я уже была при полном параде. Единственное, чего я не успела, — поесть. Ну что ж, надеюсь, на этой встрече найдётся чтото питательное. Может, даже фуршет с канапе и шампанским — а то мой желудок уже начал подавать сигналы бедствия азбукой Морзе.
Я открыла дверь и сначала даже не поняла, кто стоит передо мной. Мужчина выглядел невероятно солидно: чёрный костюм, который сидел на нём просто восхитительно, идеально белая рубашка, чёрный галстук, аккуратно зачёсанные и уложенные гелем волосы. На руке блестели дорогие часы.
Он, конечно, всегда выглядел хорошо, но сейчас... В голове мелькнуло: «Словно мужчина со страниц глянцевого журнала сбежал и теперь стоит у меня на пороге. Или это новый рекламный ролик люксового бренда, и я случайно попала в кадр?» Я застыла, разглядывая его почти минуту. Он, в свою очередь, не отставал — с явным интересом и даже удовольствием пробежался взглядом по моей фигуре. Причём так профессионально, будто проводил аудит — «оценка внешнего вида: 9,8 из 10, минус 0,2 за отсутствие завтрака».
Опомнившись, я заговорила:
— Зайдёшь? Или сразу поедем?
— Да, сначала подпишем договор — в удобных для тебя условиях, — ответил он.
Без лишних церемоний он вошёл в квартиру — и даже не разулся! Это мгновенно привело меня в чувство, и я рассердилась. Понимаю, он, видимо, привык разгуливать в обуви по своим особнякам, но моя семья с детства учила нас другому: в доме — только босиком. Даже если чтото забыли и вернулись, обязательно разуваемся — даже если очень спешим. Иначе мама достанет ремень — даже отец её побаивался.
Поэтому, увидев, как он нагло ступает по моему ковру в обуви, я чуть не вскрикнула. Но вовремя вспомнила: передо мной — мой учитель, а с сегодняшнего дня, бр-р-р, как ужасно это звучит, — мой «жених».
— Обувь, — твёрдо, но без раздражения сказала я.
— Что?
— Обувь снимите, пожалуйста, — повторила я.
— Зачем?
— Затем, что вы пачкаете мой ковёр, — уже с ноткой нетерпения ответила я. — Или вы думаете, что у меня здесь фабрика по производству ковров? Один испортили — другой достали?
Он окинул взглядом свои туфли, потом — ковёр, потом — меня. Нет, грязи не было: обувь явно новая, чистая. Но моя воспитанность и педантичность не давали покоя. В своё оправдание скажу: мои новые туфли после примерки тоже отправились к порогу и терпеливо ждали меня там.
Мужчина недовольно взглянул мне в глаза, но всё же выполнил просьбу: снял дерби и аккуратно поставил рядом с моими туфлями.
— Ты первая женщина, которая хочет снять с меня не штаны, а обувь, — усмехнулся он.
— Ваши штаны меня не интересуют, — ответила я, но вопреки словам невольно скользнула взглядом ниже его торса.
Он это заметил и усмехнулся ещё шире.
— Присаживайтесь сюда, пожалуйста, — я указала на розовый диванчик с зелёными подушками рядом с круглым столиком. — Это наш семейный центр принятия стратегических решений. Здесь обсуждались все важные вопросы — от выбора нового чайника до планов на лето.
Я быстро опустилась на стул напротив него. Он молча протянул мне бумаги. Я открыла их и бегло пробежалась глазами по пунктам: всё соответствовало тому, что он отправлял ранее. Никому не говорить о сделке; при нарушении — вернуть выплаченную сумму в двойном размере; играть роль любящей невесты, не давая поводов усомниться в этом.
Но один пункт заставил меня напрячься — я его сначала пропустила, а потом не сразу поняла, что не так:
> «Обязуюсь в течение месяца после подписания договора, при необходимости, появляться на совместных семейных мероприятиях и также играть роль невесты».
— Это ещё что такое? — чуть нервно спросила я. — Мы с вами договаривались только на один день! Откуда появился месяц? Вы что, решили продлить испытательный срок?
— Видишь ли, после того как я тебя представлю, возможно, семья захочет снова с тобой встретиться, — спокойно объяснил он.
— А я тут при чём? Мы обсуждали только один день!
— А если я заплачу и за другие дни, если они понадобятся, конечно? — предложил он.
Я задумалась, и тут во мне вспыхнула злость: а если бы я не заметила этот пункт, он бы мне не заплатил?
— Ха, а вы когда добавили этот пункт в договор, на что рассчитывали? — спросила я. — На мою юридическую неграмотность? Или думали, что я так обрадуюсь роли невесты, что даже не посмотрю в текст?
— Что ты не заметишь, — прямо ответил он.
— Нет, я больше не буду в этом участвовать, — отрезала я. — Обмануть меня пытались? Нет, с таким человеком я не хочу иметь никаких дел. Кто знает, где ещё вы попытаетесь меня провести. Вот так и не заметишь, как останешься должна вам деньги, квартиру и, чего доброго, ещё и трусы в придачу. Не-е-ет.
Как говорила моя бабушка: «Не имей ничего общего с аферистами». Собственно, я ему так и сказала:
— Аферист вы, товарищ профессор. Собственную учительницу хотели обмануть. Нельзя же так! Не по-человечески.
— Как учитель, я преподал тебе урок: даже знакомым учителям нельзя верить, — улыбнулся он и достал из-за пазухи пиджака ещё один договор. — Но вот этот вариант — без подводных камней. Честное джентльменское.
Я недоверчиво посмотрела на него, потом на документ. На всякий случай проверила на свет, потом изучила вблизи — нет ли мелкого шрифта, — и снова взглянула на учителя. А он откровенно насмехался надо мной.
Я гордо задрала нос и подписала договор. Затем так же величественно направилась к выходу:
— Ну что, пойдёмте выполнять договор, мой жених. Только давайте сразу договоримся: никаких сюрпризов в тексте и никаких «я забыл упомянуть».
Он удивлённо посмотрел на меня, но последовал за мной. Правда, наша гордая элегантность быстро испарилась, когда мы принялись обуваться. Я оперлась одной рукой о стену и пыталась на второй ноге затянуть застёжку на туфле. Каблук высокий, застёжка не поддавалась. Я кряхтела и пыхтела, чуть не упала изза потери равновесия.
Вдруг он взял мою ногу и поставил себе на колено. Аккуратно подправил застёжку и, чуть задержав пальцы на моей лодыжке, опустил ногу на пол. Затем подал руку, помогая выйти.
— Ради того, чтобы помогать тебе застёгивать туфли, я готов снимать обувь в доме, — сказал он. — Кажется, это новый уровень дипломатии: туфли вместо галстуков.
— А? — Я не поверила своим ушам.
— Ничего, просто шутка. Профессиональная деформация: привык формулировать всё как деловые предложения.
— Интересные у вас шутки, однако, — улыбнулась я.
Мы быстро добрались до его машины. Он помог мне сесть, и под звуки Девятой симфонии Бетховена мы тронулись в путь.
— Вы слушаете только классические произведения? — спросила я.
— Не «вы», а «ты». Ты сегодня моя невеста, не можешь со мной на «вы» разговаривать. И нет, иногда я слушаю другую музыку. Но в основном — классику. Она дисциплинирует.
— Ужас, — вздохнула я. — Честно говоря, я не люблю классику. Под неё мне всегда хочется спать. Вот слышу хоть начало — и глаза слипаются. Сейчас я держусь на честном слове: веки тяжелеют с каждой нотой. Если я усну, не считайте это отказом от роли невесты — это просто физиологическая реакция.
И вот, когда я почти заснула, мы остановились на заправке.
— Сейчас я быстро, — сказал он и вышел.
Пока его не было, я решила действовать: быстро подключилась к аудиосистеме машины и выбрала самую энергичную песню из своего плейлиста — *«Hips Don't Lie»* Шакиры.
Когда Себастьян вернулся, он слегка удивился, но промолчал. Дальше мы ехали в тишине, музыка переключалась автоматически. И вдруг зазвучало то, чего я совсем не ожидала: *«У Лукоморья дуб спилили»* — пародийная версия известного отрывка, которую мы с подругой когдато нашли и долго смеялись. Я сохранила её тогда и забыла, но сейчас она всплыла в памяти.
На всю машину загремел текст:
> У Лукоморья дуб спилили,
Златую цепь в ломбард снесли,
Русалку в сети изловили,
Да в бочку с пивом запихнули.
Кот учёный всё по ларькам бродит,
Свои сказки за бутылку продаёт,
Леший с гиком по бульвару ходит,
...И прохожих за шиворот берёт.
Я в панике попыталась разблокировать телефон, но изза спешки и стыда промахивалась мимо нужных цифр, вводила неправильный пароль. Пальцы дрожали, словно я пыталась взломать сейф с государственной тайной, а не переключить дурацкую песню. Экран мигал: «Неверный пароль. Осталось 2 попытки».
Наконец мне удалось переключить трек. Мои щёки пылали так, что, кажется, могли осветить всю автостраду. Я готова была открыть дверь и выпрыгнуть на ходу .«Зачем я это сделала? Лучше бы под классику поспала!»
Медленно повернувшись, я посмотрела на Себастьяна. А он... смеялся. Не просто улыбался — он хохотал в голос, откинув голову назад, и даже слёзы выступили в уголках глаз. От этого смеха в салоне как будто стало теплее.
— Русалку жаль, однако, — со смехом произнёс он, вытирая глаза.
— Извините... то есть извини, — пробормотала я, чувствуя, что краснею ещё сильнее. — Это какаято дурацкая случайность. Видите ли, то есть видишь... В смысле, я просто хотела немного энергии, а телефон сам выбрал этот трек из «самых прослушиваемых».
— Да ничего. Очень интересный у тебя вкус на песни, — он снова рассмеялся. — Признаться, я не слышал этой версии. Но кот, торгующий сказками за бутылку, — это гениально. Прямо образ современного писателяфрилансера.
Смех у него был красивый, заразительный. Да и сам он выглядел потрясающе, когда улыбался. Я невольно засмотрелась на него. Когда он взглянул на меня своими зелёными глазами, я смутилась и отвернулась к окну, делая вид, что очень увлечена пейзажем с бензоколонками и рекламными щитами.
— Ты интересная девушка. Знаешь об этом? — спросил он уже серьёзнее, но с лёгкой улыбкой.
— Да... И очень красивая, — не задумываясь ответила я, машинально поправив прядь волос.
Он рассмеялся:
— И скромная.
— Бабушка всегда говорила, что свои хорошие черты не надо скрывать, а надо показать всему миру, чтобы все знали, — парировала я с напускной важностью, и мы оба расхохотались.
Себастьян выключил музыку и повернулся ко мне. Внезапно его лицо стало очень серьёзным — как всегда, без намёка на улыбку, которая была буквально пару минут назад.
— Слушай, нам надо коечто обсудить, — его голос стал деловым, почти профессорским. — Моя семья... Она может устроить некую проверку для тебя.
— Проверку? — я насторожилась. — Что это значит? Типо викторины?
— Можно и так сказать. Будут спрашивать о тебе, о твоих взглядах, присматриваться к твоему характеру. В нашей семье не терпят лжи. Мой отец — отличный психолог, он всегда видит, когда человек врёт. Поэтому врать не стоит. Лучше будь собой и говори то, что действительно думаешь.
— Ага, — я нахмурилась. — Чтото не сходится. Мы едем, чтобы их обмануть — я же буду врать, что являюсь твоей невестой! А сейчас ты говоришь, что они распознают ложь? Тогда какой смысл во всём этом?
— Отец не поймёт, — Себастьян слегка улыбнулся. — Он так зацепился за мысль, что у меня наконец ктото появился, что будет мысленно отрицать любую возможность обмана. К тому же я никогда его не обманывал — до этого дня. Поэтому ему и в голову не придёт, что это не так. Но вот проверить, достойна ли ты называться частью нашей семьи, он захочет.
— Но может, лучше, если я сделаю так, чтобы они не захотели меня принимать? — предложила я с хитринкой. — Например, начну цитировать рэпбаттлы или расскажу, что коллекционирую крышки от газировки?
— Нет, — он покачал головой. — Тогда мне придётся искать другую девушку. Или, что ещё хуже, они сами навяжут когото. А там уже не обвяжешься.
— Хорошо, я поняла, — вздохнула я. — Значит, план такой: быть собой, но не слишком. Отвечать честно, но фильтровать. И главное — не петь пародии на Пушкина в машине.
Себастьян снова улыбнулся:
— Именно. И ещё одно: если вдруг отец спросит, как мы познакомились...
— Мы встретились в библиотеке, — быстро вставила я. — Ты помогал мне найти редкую книгу по квантовой физике, а я случайно опрокинула на тебя стеллаж с энциклопедиями. Романтично, драматично, правдоподобно.
Он рассмеялся:
— Идеально. Ты прирождённая актриса.
— Только не говорите... то есть не говори, что теперь я должна буду сыграть главную роль в семейной саге «Как обмануть профессора и его семью за 24 часа».
— А почему бы и нет? — подмигнул Себастьян. — С таким талантом к импровизации у нас всё получится.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.




