Приключения Ани в Людоедбурге

Глава 1

Привет! Меня зовут Аня. Я учусь в пятом классе самой престижной школы во всём Людоедбурге. Город получил своё название заслуженно, ведь большая часть взрослых — людоеды, хотя есть и обычные. А у нас все: учителя, директор и завхоз — сплошные людоеды.

Но об этом потом. Ведь я хочу рассказать самое важное. Моя одноклассница Синьюй Ма не пришла сегодня на занятия. И у меня есть настоящий повод беспокоиться. Учительница говорит, будто Синьюй Ма уехала с родителями в другой город на ежегодную выставку хищных растений. Но обычно выставка в июне. А сейчас — апрель: время, когда все готовятся к тестам, особенно те, у кого есть шансы провалиться на экзамене и остаться на второй год.

А ещё, вы сейчас упадёте, если стоите! Последний раз, когда я видела Синьюй Ма, её оставили после уроков заниматься дополнительно. Это было вчера. Но сегодня велосипед, на котором она ездит, всё ещё брошен у входа, с красной ленточкой на звонке. Значит, Синьюй Ма не покидала школу и, возможно, до сих пор находится в здании!

Она получила за последние две контрольные по гигиене полости рта “неуд”. И кроме зубрёжки и хорошей взбучки ей от родителей ничего другого не светит. Мама Ма с виду добрая, но в гневе: прожуёт и выплюнет. Не говоря уже о папе Ма, от чьего холодного взгляда у меня несварение.

И вот что странно: когда Синьюй Ма поставили вторую двойку, она даже не расстроилась. Только закрыла тетрадь и, посмотрев на дверь учительской, сказала:

— Иногда полезно выглядеть слабее, чем ты есть.

Я тогда подумала, что это у них дома какая-то дипломатическая мудрость, ведь её папа дипломат, а они много мелют языком.

Только мне, напротив, лучше не открывать рот, чтобы не испортить оценки лишними вопросами. Но ведь нет ничего страшного, если я всего лишь одним глазком проверю, не завалялся ли где-нибудь в школе окровавленный портфель Синьюй Ма со следами борьбы?

Точкой “А” будет учительская — именно там после уроков занимаются отстающие ученики. В другое время и без особой необходимости школьникам туда хода нет. Но если знаешь, как достать ключ, можно тайком пробраться в кабинет до перемены.

Просто нужно пожаловаться на боль в животе и попроситься в туалет. Мой класс находится на первом этаже, а учительская — на втором. Сначала прямо по коридору я дойду до вахтёрши, которая в это время болтает с буфетчицей в столовой. Незаметно возьму ключи и поднимусь наверх. У меня будет пара минут, чтобы найти улики и вернуться на место тем же путем.

Шёл урок по естествопитанию. Тетради на партах открыты: все ученики аккуратно записывали под диктовку, пока Онзагай Мандый-ооловна расхаживала из стороны в сторону, выкрикивая, будто хочет быть услышанной на другом континенте:

— Таким образом, людоедство демографически обусловлено и критически важно не только в северных широтах… Третья парта, если вы не прекратите шушукаться, пойдёте прямиком к директору! Рассмотрим рацион людоедов-собирателей из первого периода. Как исходная простота пищеварения привела к сложной организации систем людоварения, и почему любая геномодификация людей, так обширно пропагандируемая жителями южных широт, неизбежно приведёт к поломке всей пищевой цепочки… Откроем учебники на странице девяносто семь.

Класс одновременно зашуршал листами.

— Третья парта, я который раз повторяю. Где учебник? — учительница вплотную подошла к нарушителям.

— Дома забыл, Онзагай Мандый-ооловна.

— Следующий раз я сделаю так, что ты забудешь дома голову! Как вы планируете выжить без знаний основного предмета в настолько хрупком на сегодняшний день состоянии мирного договора между странами Юга и Севера? Остальные, это также вас касается.

В воздухе зависла пауза. Тут-то я и собралась поднять руку вверх, но вдруг дверь кабинета открылась и вошла завуч:

— Дети, встать! Садитесь! В связи с приездом областной комиссии, объявлен сокращённый день. Все учителя приглашаются на собрание, а ученики могут возвращаться домой, — она три раза хлопнула в ладоши, чтобы прервать внезапную суету и гул, — тишина! Запрещено слоняться по коридорам! Не толпиться и не кричать в гардеробе так, будто вас уже режут! — голос становился всё громче и громче. — На кону честь школы! Первыми выходят дежурные, остальные парами строятся следом. С того, кто попадется мне на глаза, я лично спущу шкуру! Понятно?

Мой план провалился, но отступать нельзя. Если Синьюй Ма в школе, каждая минута на счету. Поэтому я решила спрятаться и дождаться, пока все уйдут. Самое тихое место — комната для девочек, ну вы понимаете.

Чтобы меня не поймали, я написала на двери кабинки “ремонт” и заперлась изнутри. Уборщица заглянула и, буркнув: “Опять трубы едят бюджет”, ушла, не заподозрив неладное. Пока мне везёт.

Выйдя из укрытия, я скользнула в столовую, откуда доносились голоса, и притаилась за плакатом “Людоедство — твоя цель”. Там я увидела несколько подозрительных человек в белых комбинезонах. Они несли металлические ящики, связки проводов и длинные инструменты, похожие то ли на щупы, то ли на очень тонкие шампуры. На крышках ящиков блестели круглые золотые печати. У меня вспотели ладони.

— Ты почему не ушла вместе с остальными? — сзади чья-то рука коснулась моего плеча.

Я обернулась — директор.

— Уроков всё равно нет, нечего слоняться.

— Я просто ходила в туалет.

Ещё минута, и это было бы почти правдой. Опасность теперь грозила не только Синьюй Ма, но и мне. Ведь за нарушение прямого приказа завуча могли заставить до конца учебного года дежурить на кухне для персонала. А вы хоть представляете людоедские котлы? Вот и я быстро покинула школу и побежала домой.

Мы живём втроём: папа, мама и я. Папа с утра до вечера трудится на работе. Он сапожник на фабрике. Сапожник без сапог. И если вам смешно, не надо: у него откушена часть ноги от колена, а протезу обувь не нужна. Папа ветеран сопротивления Югу, как и многие люди его возраста. На фабрике даже есть производство штучной обуви под разные травмы, а у нас специальный автомобиль на ручном управлении. Мама дома занимается пошивом одежды из кожи, и этого вам знать достаточно.

— Что так рано? — спросила она, когда я вернулась с уроков. — Я собираюсь в гастроном.

Мама взяла большую хозяйственную сумку для продуктов. Официально у моих родителей нет статуса людоедов, поэтому они закупаются остатками людоедского производства у перекупа.

— Нас отпустили, — я замолчала, а потом добавила, прежде чем мама ушла, — а правда, что Синьюй Ма поехала на выставку хищных растений с родителями? Разве та проходит не в июне?

— Ты же знаешь, перед выборами всё не как всегда. Хотят устроить праздник и пустить кровь в глаза, чтоб избиратели были довольны новым кандидатом. Если б отцу дали людоедский орден, мы бы тоже могли ездить по выставкам, как твоя любимая Синьюй Ма. Ты лучше не забивай себе голову, а учи уроки. Как закончишь год, сможешь поступить в ученики людоеда.

Глава 2

Домашнее задание по защите традиционных ценностей людоедства мне не поддавалось. Ведь я так и не выяснила, почему Синьюй Ма бросила велосипед у школы. И что делали люди в белых комбинезонах?

Настоящий детектив должен восстановить картину событий: все перемещения и контакты жертвы. Пока в деле могут быть замешаны одноклассники и учителя, мне лучше прибегнуть к помощи независимых экспертов.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.