Прости, моя невозможная

6 глава

Свят

- Ты что? Больно же, - соврала она. Но я был абсолютно уверен, что уложил ее на лопатки аккуратненько и совершенно ничего не повредил - опыт есть опыт, ничего не поделаешь...

- Не ври. Не вырывайся. Расслабься и получай удовольствие, - почему-то шепотом, словно у меня выключился звук, проговорил ей. Меня даже пьяного накрыло нехило! Всего-то подсечка. Всего-то к ногам её под коленками притронулся! А задохнулся, захлебнулся собственными чувствами - захотелось позволить себе (ведь сейчас у меня и оправдание имеется!) вжаться в её тело посильнее, закрыть глаза и на секунду представить, что мы все еще там - в нашем счастливом, но очень коротком прошлом... Когда нажирался, я всегда становился долбанным романтиком...

- Да пошел ты! - затрепыхалась она. - Шлюхам своим будешь так говорить!

Практически улегшись с нею рядом прямо на землю, я уткнулся в светлые волосы, остриженные чуть ниже плеч, носом провел по ушку, вдыхая забытый, но не стертый из памяти совсем запах. И она замерла, затаила дыхание, впиваясь пальчиками в мою руку. Нахрена я нажрался? Сейчас бы поцеловал ее! Впрочем, если бы я не нажрался, вряд ли мы оба сейчас оказались бы в такой ситуации... Я упирался ладонью в траву у ее головы и рассматривал ее. Красавица... Всё такая же. Годы её не испортили. Наоборот, она еще красивее стала! И меня все так же, как восемь лет назад, до дрожи поражала ее красота. Хотелось благоговейно любоваться ею, касаться, как какой-то драгоценности - кончиками пальцев чисто вымытых рук... Не пьяному, не впопыхах, не на траве, не против воли... И эти все "не" были неосуществимы!

- А давай, я просплюсь и приду к тебе? - уже зная заранее ответ, зачем-то спросил её.

- Зачем? - спокойно спросила Аня, открывая глаза и вглядываясь мне в самую душу. А ведь и правда, зачем? А что если сказать сейчас, что люблю её? Как там говорится? Что у трезвого на уме, то у пьяного на языке? Во-от! Я сейчас имею право! - Отпусти меня, Свят, пожалуйста! Ты мне сейчас делаешь больно...

И несмотря на нетрезвое состояние, несмотря на дурман в голове, я сразу понял, что Аня сейчас совершенно не о физической боли говорит - не о том, что лежит прямо на земле! Её не это обижает и заставляет страдать! А что?

Нет, ну так-то понятно - я настолько неприятен после всего, что натворил, что ей больно меня видеть... Веселиться и продолжать тот бред, который я сейчас делал, вдруг перехотелось... Встряхнув головой, насильственно возвращая кровь из нижней половины тела в верхнюю, я оттолкнулся от земли и легко встал на ноги. Потом подал руку ей. И поставил рядом с собой ровно за секунду до того, как, лязгнув щеколдой, открылись ворота.

- Николаич, где ж ты всю ночь пропадал, бродяга? - старик Семеныч хитро склонил на бок седую голову, потом, видимо, разглядев рядом со мною Анну, добавил, обращаясь уже к ней. - Анна, вас Антон Викторыч зовет в дом. Он утреннюю тренировку с пацанами заканчивает, сейчас к вам подойдет.

- А! Так ты здесь по делу, дорогая? А я думал по мне за ночь соскучилась...

Анна

С опаской поглядывая в сторону собирающего на земле манатки Мерцалова, дрожащими руками поправляю смятую одежду, отряхиваю травинки с колготок и иду в дом.

В душе бушует буря из всевозможных противоречивых чувств, и я понять не могу, что именно больше всего меня сейчас убивает! Зачем он так со мной? У него игры какие-то, подшучивания... Словно и не было предательства, словно не было восьми лет одиночества, боли и тоски. Да, Свят пьян, но разве это оправдывает все вот эти глупости? Неужели не помнит, что я ему говорила тогда? Неужели не помнит, как я его любила? А для меня каждое прикосновение, как ножом по сердцу! Меня от его близости, от возможности видеть просто, трясет и ломает! Но что Мерцалову до моих чувств! Прикалывается, как будто я одна из подружек, с которыми можно ночь провести и забыть, как звали! Ведь совершенно точно такие у него имеются...

Удивительный он человек! Так Лену любил! Меня бросил из-за любви к ней, а теперь вот смеется, шутит, заигрывает, намеки пошлые делает, по городу с цветами катается - ищет себе развлечений! Исчезли чувства? Прошла любовь к ней? Также как и ко мне когда-то...

А самое страшное, что с моей стороны ничего не изменилось. Столько лет прошло! А я все также от него глаз отвести не могу! И как с этим жить? Как жить, если Мерцалов будет все время мелькать тут поблизости? Снова переехать, что ли? Но Гриша тогда как же...

...В доме у Радулова хозяйничала молодая красивая девушка - именно она встретила меня в гостиной и сразу проводила на кухню.

- Антон Викторович просил подождать десять минут. Может быть, с нами чаю попьете?

Мальчик лет четырех за столом уплетал румяный сырник, между делом проводя им возле мордочки сидящего на соседнем стуле игрушечного пса, кормил его по всей видимости.

А мне, собственно, не нужно бы интересоваться подробностями жизни обитателей этого дома, но я зачем-то интересовалась, прислушиваясь к звукам из прихожей - лучше уж здесь, с этой девушкой посидеть, чем со Святом снова встретиться!

- Нет, спасибо! Я только что позавтракала. Да и мне просто документы у Антона Викторовича забрать нужно - я ненадолго. А как зовут этого парня?

- Это Алик, сын Радулова. А я - Агния, няня мальчика.

Няня? Я удивленно посмотрела на нее снова. Странно! В одежде и аксессуарах я толк знала. И при всей кажущейся скромности, ее наряд стоил примерно как пара окладов няни! А маленькие сережки в ушках поблескивали бриллиантами! Но это всё, конечно, не мое дело...

- Доброе утро, Анна Сергеевна! - неожиданно донеслось от двери. - Простите, что заставил вас ждать! После тренировки нужно было переодеться. Давайте пройдем в кабинет.

На выходе я автоматически поймала взгляд Радулова в сторону няни и с огромным трудом сдержала улыбку - девушка явно преуменьшила свою роль в этом доме... намеренно или специально?

Забрав документы, задала пару вопросов, касательно цены, срочности, каких-то пожеланий по продаже, записала все это в блокнот. Потом, конечно, спросила о Грише. Сын уже ждал меня во дворе.

- Мама! - Гриша покрутил головой, осматриваясь, и только потом быстро и неловко обнял меня за талию, моментально отскочив прочь. Ну, понятно - нельзя, чтобы пацаны видели, потому что засмеют...

- Сынок, Антон Викторович разрешил тебе завтра прийти домой с ночевкой! Я так соскучилась! Правда, мороженое и вкусняшки ваш тренер запретил строго-настрого, но мы кино с тобой посмотрим! На речку сходим! В супермаркет съездим круглосуточный - прикупим кое-что для учебы! Придешь?

- Конечно! Пацаны обзавидуются! А можно я... - он нерешительно поднял на меня глаза. - Папу с собой возьму?

- Кого? - этого мне ещё не хватало! Больше всего я боялась именно этого - понимала, что выйдя из тюрьмы, Свят попытается наладить отношения с мальчиком, и мы будем вынуждены пересекаться, но надеялась, что это случится не сразу. - Гриш, ну, ты же знаешь, что мы с ним в разводе и не общаемся совершенно! Ты уже взрослый и должен понимать... Я не могу его позвать к себе. Да и, если честно, не очень бы хотела видеть.

Гриша подробностей, конечно, не знал - слишком уж мал был, когда Свята посадили, но допустить, чтобы его отец заявился ко мне вечером, я не могла! Мы и так слишком часто стали видеться! Пришлось перевести тему, и мы еще полчаса обсуждали предстоящий чемпионат, где Гриша должен принять участие. И только потом я уехала, уже немного опаздывая на встречу.

После обеда позвонил Одинцов с приглашением поужинать. Соглашаться совершенно не хотелось. Но я согласилась. Только назло Святу. Ну, как назло? Ему-то я безразлична, а мне очень хотелось бы, чтобы этот ужин с Одинцовым был назло Мерцалову... Хотелось так думать. И я ничего не могла с собой сделать!

День пролетел мгновенно. Кажется, вот только что утром кофе пила, а уже, уставшая, бреду от машины к крыльцу, очень стараясь не смотреть в сторону дерева, за которым вчера стоял Мерцалов... Но все равно смотрела! Все равно представляла себе его высокую фигуру, его голос насмешливый... Зачем появился снова? Растревожил, извел, измучил! Весь день, что бы ни делала, с кем бы ни разговаривала, снова думала о нем...

А дома меня никто не ждал. Впрочем, как и всегда...

Ключ почему-то не поворачивался в замке. Покрутив его туда-обратно, я в недоумении уставилась в дверь. Что это такое? Замок сломался? По инерции нажала на ручку, и дверь открылась! Неужели забыла зепереть? Хотя, что удивительного, утром я в таком раздрае была, что вполне могла и юбку забыть надеть, что уж о двери говорить! Совершенно не думая о том, что дело может быть и не во мне вовсе, я разулась в прихожей, поставила на место туфли и шагнула в свою маленькую гостиную.

Первое, что бросилось в глаза - распоротая подушка-думочка, валяющаяся на полу буквально на входе! Синтепон изнутри был вывернут и раскидан возле дивана. А сам диван был отодвинут от стены и раскурочен - все съёмные детали сняты и разбросаны на полу! Все возможные ящички в книжном шкафу были выдвинуты, книги разбросаны, некоторые валялись на полу вверх тормашками и с загнутыми листами!

Я невольно попятилась назад - подальше от этого ужаса! А когда уперлась спиной в стену, вдруг подумала, что в доме может все еще быть кто-то! Тот, кто рылся здесь и все раскидал! О Боже!!!

7 глава

Свят

Мне бы проспаться. Отойти от пьянки. На крайний случай, просто поболтаться по дому - отдохнуть, пожрать нормально... Но с Антоном такие штуки не прокатывают - он сам вечно вкалывает, как прокаженный, и никому вокруг спуску не дает.

Именно поэтому, вместо обычного, помнящегося с молодости, отходняка после пьянки, я получаю шоковую терапию в виде контрастного душа, легкого завтрака и почти полноценной тренировки! А к вечеру только легкая головная боль напоминает мне о ночном загуле... Ну, ещё помятый букет цветов, которые предназначались для Мерцаловой, но под ревнивыми взглядами Антона были вручены Агнии... и волнующие воспоминания о моей бывшей, лежащей подо мной практически на голой земле...

К вечеру в голову полезли мысли об утреннем звонке от прихвостня Ждановского, о флешке какой-то. И мне бы разобраться с этим. Позвонить. Расспросить. Только я почему-то, кое-как натянув на мокрое после душа тело спортивный костюм, снова рванул к ее дому! И если вчера у меня еще был для этого формальный повод, то сейчас я совершенно не представлял, как буду объяснять ей свое появление.

Ждал возвращения - ее машины не было возле дома. Потом, остановившись в паре метров от низкого забора на углу ее участка, наблюдал, как Анна поднималась по ступенькам крыльца, как искала в сумочке ключи, как долго возилась с замком, как странно, напряженно сжавшись, словно чего-то боясь, шагнула внутрь. И если до этого момента я еще сомневался, идти к ней или все-таки просто постоять возле дома, понаблюдать за окнами, то теперь сомнений не осталось. Быстро преодолев несколько десятков метров от незапирающейся калитки забора до крыльца, я начал подниматься. Но входная дверь сама распахнулась ровно перед моим носом, едва не треснув по ноге.

Испуганная, взволнованная, она неожиданно упала мне в руки...

-Свя-я-ят! - узнала сразу, и я не мог ошибиться - имя мое протянула с облегчением... так, как если бы обрадовалась мне. Потом на секунду замерла, позволяя мне, зажмурившись, насладиться парой мгновений в таком тесном контакте и тут же отпрянула в сторону.

- Вот видишь, сегодня ты уже бросаешься мне на шею, а что будет завтра? - несмешно пошутил я. И она не отреагировала на глупую шутку, хоть и должна была непременно это сделать. Она, обхватив себя руками за плечи, со страхом косилась в сторону входной двери. - Что случилось?

Я прямо-таки чувствовал опасность! Инстинктивно отодвинул ее подальше от входа в дом и прикрыл собой так, чтобы, в случае чего, с улицы тоже было не достать. Не зря два года проработал телохранителем - и хоть тот мой "клиент" все-таки погиб, случилось это уже без меня, а навык остался на всю жизнь.

- Там кто-то был, в доме. И дверь была незаперта. Но я точно помню, что закрывала ее! - зашептала она.

- У кого есть ключи?

- У Гриши. Всё. Больше ни у кого. Запасные хранятся в доме, в столе.

- Запасные не пропадали?

- Нет. Были вроде бы несколько дней назад.Там все раскидано, как будто искали что-то...

- Так. Сейчас я тебя провожу к дому Антона. А сам вернусь и осмотрю здесь все, - я даже сделал шаг в сторону ступенек, но понял, что Аня не идет следом. - Пошли!

- Я не пойду. Дома буду.

- Совсем тронулась? - вспылил я. - В твоем доме были чужие люди! А вдруг кто-то так и сидит где-нибудь под кроватью?

- Ну, если бы хотели что-то со мной сделать, мне кажется, раскидывать и этим отпугивать не стали бы. А ждали бы на входе. Просто обокрали, наверное. Сейчас осмотрюсь и полицию вызову. А ты иди обратно к Антону. Зачем тебе проблемы постороннего человека?

А мне было больно это слышать. Все понимал. Знал, что по-другому быть не может. Но при этом слушал и сердце сжималось - ей столько лет все приходилось решать самой. А мне всегда хотелось оберегать ее, защищать, сделать так, чтобы о плохом, о страшном эта женщина не задумывалась даже. Только получалось всегда обратное - я сам становился для нее главным источником проблем и боли...

- А ты найми меня своим телохранителем, - зачем-то предложил я. - Будешь платить мне. А я буду тебя охранять.

В ее взгляде было такое возмущение, что я приготовился выслушать целую гневную речь, но в сумочке у Анны зазвонил телефон и она, порывшись в ней, с трудом выудила откуда-то со дна, мобильник.

- Да, Сергей!

Только этого сейчас не хватало! Я был уверен, что имя своего вчерашнего ухажера (или это еще один, мною пока не виденный?) она выделила специально для меня. И специально назвала его так ласково, так вкрадчиво, словно рада его звонку! Все только для того, чтобы меня позлить! Зараза!

И он ей что-то весело затараторил в трубку.

- Да-а-а, помню... поужинать... Да! Я согласна! Давай! Десять минут? Подъезжаешь? Хорошо. Я буду ждать. Угу! Хорошо!

Счастливая улыбка на ее лице лучше всяких слов сказала мне, как она рада предложению и сейчас с удовольствием, забыв о случившемся, помчится с ним на ужин.

- А как же дом? Воры? Полиция? - напомнил ей, желая сейчас только одного - наорать на неё за легкомыслие и безолаберность!

- Сережа все решит.

Ах, Серёжа! Он решит, значит? Сучка! Ну-ну! Валяй!

- А Серёжа у нас кто, стесняюсь спросить?

- А Серёжа у нас... хороший человек! - она так обрадовалась сама такому определению, придуманному для своего ухажера, что от гордости за него вскинула вверх подбородок и яростно сверкнула своими голубыми глазами!

- Ладно... Пусть твой "хороший человек" тебя и спасает. А я, как херовый парень, просто посижу на крылечке, пока Бэтмен не прилетит, и посторожу одну ненормальную истеричную бабу.

- Хм... Ну, раз ты уходить не собираешься... Может, зайдешь в дом? Посидишь там, пока я одеваюсь? - в глаза мне она не смотрела - всё-таки стыдно было признаваться в том, что ей страшно одной.

- А Серёжа не приревнует?

- Нет. Он умный мужчина. И все понимает. И не подвержен приступам бессмысленной ревности!

- Да-а? И чё это за чудо такое? Бабу свою не ревнует? - Отодвинув Анну в сторону, я прошёл в дом. - Поверь мне, тут одно из двух. Или ему на тебя плевать. Или вы с ним ещё не спите!

- Ему на меня не плевать! - возмутилась она.

- Не спите, значит, - обрадовался я.

Она что-то возмущенно пропищала за моей спиной, но я уже не обращал внимания. Рассматривал беспорядок. В доме явно рылись профессионально - отодвинуто было все, что только можно, даже картину сняли и теперь она стояла, аккуратно прислоненная к стене. Тут даже вида не пытались сделать, что никого не было в доме - порылись конкретно и бросили все так, чтобы было ясно, что в доме были чужие!

Анна

Одной в дом заходить было страшно. Но и позвать сюда Мерцалова было непростительной глупостью! Он ходил по всем комнатам, рассматривал, по ходу ставя на место отодвинутую мебель. А я совершенно не могла себе представить, как пойду переодеваться, если он будет здесь, под одной со мной крышей находиться! Нет, не то чтобы я боялась с его стороны каких-то приставаний! Насильно он никогда бы не стал... Наверное, не стал бы. Просто это было странно и как-то остро-волнительно думать, что я голая, а он где-то рядом...

- Вот скажи мне, ты боишься, что я украду что-то, что твои воры не украли?

- Нет. С чего ты взял?

- А чего ходишь за мной? - диван легко встал на место у стены. - Опоздаешь на свидание!

- А я... Я посмотреть хочу, проверить, не украли ли чего важного! - нашлась, что сказать, хотя упоминанием о свидании Свят немного меня задел. Вроде бы мелочь, да... Но ведь как бы было приятно, если бы именно он ревновал, если бы ему было хоть какое-то дело до меня! А так ведь получается, что посмеивается надо мной, над свиданием моим! И плевать ему на мои чувства! Плевать на мою жизнь без него и тогда и сейчас! Но разве виноват он в этом? Разве виноват, если всегда любил только Лену? Он сам мне признался, что никогда ко мне ничего не чувствовал, кроме банальной страсти! А ее любил... Разве виноват он, что Ленку убили и ее никогда больше не будет с ним рядом!

- Ну, ты, Анечка, еще пожалей его из-за этого! Он-то тебя не жалел, - прошептала себе под нос, открывая дверцу шкафа, где в шкатулке лежали мои немногочисленные (большую часть пришлось продать после развода с Максом) украшения и такие же немногочисленные сбережения. Всё было на месте! Я пораженно рассматривала золото, единственные сережки с маленькими бриллиантами, те самые, которые...

- Хм... Странно... Очень-очень странно... Твой вор искал не твои несметные богатства, а что-то совершенно другое... - вдруг раздалось буквально над моим ухом!

Усилием воли я заставила себя стоять так, как стояла, лишь пальцы впились в шкатулку до боли! Только бы не повернуться к нему! Только бы удержаться - иначе ведь буду снова смотреть глазами побитой собаки, мечтая о том, чтобы он коснулся...

- Что? - раздалось шепотом так близко к уху, что прядь выбившихся из пучка на затылке волос мазнула по щеке. Я вздрогнула. Он засмеялся. - Да ладно, не трусь! Может, это какой-нибудь очередной поклонник твоей несравненной красоты приходил за трофеем.

- За к-каким т-трофеем? - почему-то представился окровавленный скальп или вырванные с корнями зубы... Зря, ох зря, вчера смотрела фильм про индейцев...

- Ясное дело за каким... За твоими трусиками, - эта скотина заржала на весь дом, но смех так же резко оборвался, и Свят добавил уже совершенно серьезно. - Но одной тебе ночевать никак нельзя. Ты поезжай, позажигай со своим "кандидатом", а я осмотрюсь, покараулю, вдруг преступник вернется на место преступления. Может, вообще, это бомжи какие-нибудь искали жратву. И теперь увидят, что в доме темно и придут за добавкой.

- Идиот! Тут весь дом разбомбили, а он о трусах и о бомжах!

Швырнув шкатулку обратно в шкаф, я, злая до предела, решительно зашагала в спальню - пофиг на Мерцалова, сейчас Одинцов приедет, попрошу его разобраться! Схватила первое попавшееся платье, шмыгнула в ванную и заперлась изнутри. Со скоростью молнии обмылась под душем, вытерлась мгновенно и кое-как натянула платье, уже жалея, что согласилась ехать в ресторан - ну, правда, какой тут ресторан, если впору вызывать полицию! Но отступать было некуда...

- Ань, - Мерцалов затарабанил в дверь, заставив меня подпрыгнуть от ужаса на месте, больно треснувшись бедром о стиральную машину.

- Чего тебе? - простонала от боли я.

- Приехал твой... масляный типчик. Ты уже на десять минут опаздываешь.

Масляный? Это почему так? Ох, и Мерцалов - любитель вешать ярлыки! Кое-как поправив прическу и вытерев поплывшую тушь под глазами, я выскочила из ванной. Свят стоял рядом с дверью, привалившись плечом к стене. И я, конечно, пошла в атаку. Потому что не могла иначе. Потому что иначе... если ничего не говорить, а просто внимательно смотреть в его лицо, то кажется, что в глазах Свята есть что-то такое... не безразличие, не насмешка даже... Что-то пронзительное, заставляющее сердце сжаться до боли, пропустив пару ударов.

- Слушай, Мерцалов, я тут подумала... А чего ты, вообще, пришел ко мне? Вроде бы с Антоном мы все решили. А других общих тем для разговоров у меня и тебя нет.

- Чего я пришел... Чего я пришел? Ну, собственно, шел и... пришел. Гулял по улице. Смотрю, ты на крылечке хатку свою отпираешь. Потом замираешь так, будто ждешь, что дверь изнутри распахнется и понял, что ведешь ты себя как-то странно. Решил подстраховать. И был абсолютно прав. Свят - молодец. А ты опаздываешь, как всегда опаздываешь...

8 глава

Свят

И она согласилась, чтобы я остался здесь на ночь! А просто я все правильно рассчитал!

Я хорошо ее знал. Я хорошо помнил ее привычки, черты ее характера... И понимал, будь у нее время, Аня бы обдумала и поступила иначе, но сейчас, когда телефон разрывался от входящих, когда мимо дома по тротуару метался прилизанный тип, запакованный в уродливо узкий костюмчик (я уже рассмотрел его, как следует, из окна, пока она мылась), когда понимает, что потом, после ужина, придется вернуться в этот дом, потому что она с ним не спит!!! И он ее к себе не повезет! Сейчас она поступила так, как подсказывал ей я!

По сути, я отлично это понимал... По сути, сейчас весь вопрос был только лишь в доверии! Ей нужно было решить, кому она доверяет больше - мало знакомому (я очень надеялся, что это именно так!) кандидату или мне! И она выбрала меня! И пусть пока только в качестве защиты от грабителей на ночь...

Она застегивала ремешки на туфлях, присев на скамеечку в прихожей. А я стоял рядом и беспрепятственно рассматривал ее ножки. И это было... сногсшибательное зрелище! Будь благословенна та проститутка и Игорь, ее мне подогнавший! Потому что, если бы не она, если бы не недавняя ночь, с нею проведенная, не пошла бы Анька сейчас на свидание! Впрочем, тогда у меня точно не было бы совершенно никаких шансов...