Интроверт. Врага уничтожить

Вернувшихся на базу Океана и Ноту бойцы сопротивления встречали бурными овациями, стоя. То и дело с мест слышались озорные выкрики, тут же заглушаемые одобрительным свистом. У многих автоматы победно смотрели стволами вверх, обозначая воображаемые выстрелы в воздух. Те же, кто был без оружия, поднимали руки в знак приветствия командующего и лучшего специалиста сопротивления по единоборствам.

– Молодец, Океан! Всё-таки удержался от последнего выстрела! – кричали откуда-то справа.

– Нота – красавица! У снайпера Зайцева теперь достойный продолжатель! А японские ниндзя нервно курят в сторонке! – пытался кто-то слева перекричать шум и свист.

– Вороны – тоже молодцы! Хоть и голодные были, но проявили выдержку! – робко крикнул кто-то сзади.

– Что-то я не понял насчёт ворон, – сразу насторожился Океан, чудом расслышавший предыдущий возглас. – Ты, друг, случайно не ошибся по поводу этих мерзких тварей?

Но его вопрос тут же утонул среди бурных приветствий и остался без ответа. Всеобщее веселье набирало обороты.

– Ёжик – колючий волшебник! Такие декорации отгрохал, что моё почтение! – крикнул Гвоздь в импровизированный рупор из ладоней.

– Да, если бы Нота в полную силу сражалась, она бы точно победила! – донеслось из угла слева.

– Всё по-честному было! Океан победил! – категорически не соглашались бойцы справа.

– Вороны всех сделали! – со смехом в голосе крикнул кто-то из центра зала.

– Вороны вообще не в счёт! Они голодные и наглые! Нападают всей толпой! Да ещё и летать умеют, вдобавок! Если что не так, то крылья расправили и упорхнули. Правда, не всем это удалось. В общем, Океан победил! – со свистом ответили бойцы справа.

– Победила дружба! – робко предложил кто-то, но, услышав возмущённый свист, тут же признал свою ошибку.

– Победило сопротивление! – звонко крикнула Оксана, весело подмигнув стоявшей рядом Кире.

На секунду шум стих, но затем возобновился с удвоенной силой. Теперь радостно кричали уже все вместе, выражая полную солидарность с предыдущим оратором.

– Верно говоришь! Правильно! Наша взяла! – тут же посыпались многочисленные возгласы и одобрительный свист.

Океан и Нота полностью разделяли всеобщее ликование по поводу недавней эпической битвы. Вначале они честно попытались поднять руки вверх, приветствуя боевых товарищей. Однако измученным бойцам сразу же пришлось отказаться от этой затеи. Нестерпимая боль диктовала свои суровые правила. Океан даже придерживал свои израненные руки, чтобы они ненароком не отвалились. Если у него болела преимущественно левая часть тела, то у Ноты только в левой руке боль и не ощущалась. Лишь это место почему-то пощадили не только Океан, но и вороны.

Одним словом, даже при всём желании они не могли принять участие во всеобщем веселье. Несмотря на восстановительный курс, который провёл Ёжик, оба чувствовали себя, мягко говоря, неважно. Всё было так, словно кто-то их не так давно поубивал. Океан прислонился к стене и стал постепенно сползать на пол. Нота же сразу присела на стол, но время от времени порывалась превратить его в импровизированную кровать.

Заметив, что участники недавнего боя практически засыпают от смертельной усталости, Гвоздь предложил перенести их в медпункт для дальнейшего восстановления. Уже спящих героев поединка с почестями проводили на отдых, стараясь сделать это как можно бережнее.

Но расходиться никто не собирался. Всем хотелось продолжения банкета. Бойцы всё ещё находились под сильным впечатлением от боя. То и дело кто-то вспоминал очередной эпизод поединка. Особенно счастливыми казались те, кто впервые видел Ноту и Океана в деле. Однако и закалённые в сражениях бойцы признавали, что это была настоящая смертельная битва между двумя достойными соперниками.

– Раз уж декорации такие удачные получились, может ещё один поединок организуем?! По такому случаю я и сам не прочь тряхнуть стариной! – задорно предложил Гвоздь.

– Точно! Декорации сегодня – просто огонь! Когда ещё такая возможность представится? Да и потренироваться лишний раз не помешает – две недели уже на поверхность не поднимались, – горячо поддержали его бойцы.

– Ладно. На этот раз играем в открытую: кто хочет со мной помериться силами в честном бою без правил? – в лоб спросил Гвоздь у присутствующих.

Желающих не оказалось. Никто не хотел бросать ему вызов даже в тренировочном бою. Все были в курсе армейского прошлого и суровых методов ведения поединка, которые исповедовал начальник службы безопасности. Ёжик, конечно, поможет потом восстановиться, но даже в минус-первом измерении умирать всё равно никому не хотелось. В связи с этим неловкая пауза затянулась.

Когда два часа назад Нота сама вызвалась протестировать боевые навыки Океана и помочь ему восстановиться, всё было легко и просто. Во-первых, командующий совершенно ни о чём не подозревал, так как находился в состоянии подготовительного сна. Во-вторых, эта роль была для Ноты хорошо знакома, поскольку атаковать Океана ей уже приходилось. По какой-то причине в сопротивлении практически каждый наизусть знал многократно пересказанную и в меру приукрашенную историю знакомства Егора и Эмилии. Когда они оба периодически смотрели на Гвоздя с немым вопросом, тот, разумеется, ни в чём не признавался, но улыбался очень таинственно. В третьих, благодаря Ёжику на поле боя Океан находился в полной уверенности, что всё происходит на самом деле. Он искренне считал, что вышел на поверхность только для того, чтобы немного прогуляться после продолжительного пребывания на больничной койке, а заодно и разведать обстановку. Появление Ноты стало для Океана полнейшей неожиданностью, что и сделало успешной всю эту рискованную затею с тренировочным боем.

– Ну что, если никто не возражает, то я по старой памяти сама тебя проэкзаменую? – вышла вперёд Кира, застёгивая верхние пуговицы на комбинезоне.

Никто не спорил. Бойцы с видимым облегчением одобрили выбор достойного соперника для Гвоздя. Все стали занимать места у огромного экрана, на котором совсем скоро должна будет транслироваться ещё одна интереснейшая битва.

– Работаем в полный контакт, – предупредил Гвоздь, присаживаясь на стул и готовясь к переходу в минус-первое измерение.

– Как скажешь, – в тон ему ответила Кира, располагаясь рядом.

– Ёжик, твои декорации готовы? – вслух уточнил Гвоздь.

– Обижаешь! Мой гостеприимный мир уже распростёр объятья навстречу тебе и Кире, – появилась надпись на экране монитора. – Но пару сюрпризов для вас я всё-таки приготовил.

– Даже так?! Любопытно! – усмехнулся Гвоздь, устраиваясь поудобнее. – Тогда начинаем. Кира, ты готова?

– Вполне, – прозвучал лаконичный ответ.

– Ёжик, поставь таймер на тридцать минут. При его срабатывании мы оба возвращаемся независимо от результата боя. При гибели одного из бойцов мгновенный выход из симулятора до истечения отведённого времени. Не надо ждать, пока все местные вороны соберутся на трапезу, как в случае с Океаном и Нотой. У нас обоих должно быть только стандартное оружие повстанца – автомат плюс пара запасных рожков, четыре выстрела для подствольного гранатомёта и нож. Всё остальное, как обычно, – подробно инструктировал Ёжика Гвоздь.

– Принято, – появилась очередная надпись на экране монитора. – Всё готово. Можно начинать. Желаю удачи вам обоим!

Кира первой закрыла глаза и уже через секунду оказалась в минус-первом измерении. С момента окончания боя Океана и Ноты здесь всё было по-прежнему, если не считать наступающих сумерек. Однако теперь унылый городской пейзаж, оставшийся после уличных боёв, выглядел совсем не так, как на экране монитора. Ещё час назад она воспринимала всё это не иначе как искусные декорации компьютерного симулятора. Но сейчас, оказавшись в этом жутком мире, Кира совершенно забыла о том, что это – лишь игра. Она явственно ощутила на себе враждебный взгляд мёртвого города, в котором прежняя жизнь полностью угасла, а новая ещё не возродилась.

Кира огляделась вокруг. Она оказалась в том же самом месте, что и Океан перед первым выстрелом Ноты. Никуда не исчез перевёрнутый и обгоревший автомобиль, рядом с которым в полумраке лежали чьи-то обезображенные останки. Те же знакомые дома вокруг, медленно погружающиеся в темноту. Всё выглядело по-прежнему, но что-то неуловимое изменилось. И дело было не только в наступающих сумерках.

Теперь этот мрачный пейзаж вызывал у Киры сильную тревогу и желание поскорее убраться с открытого места. Она быстро отошла к ближайшему дому и прислонилась спиной к стене. Нависший над головой балкон и горы битого кирпича по сторонам дали ей на несколько секунд ощущение безопасности. Покосившиеся фонарные столбы и обугленные деревья сиротливо стояли вдоль заваленной всяким хламом пустынной улицы. Между обшарпанными домами на фоне узкой полоски вечернего неба показалась полная луна.

Кира осмотрела оружие, которое выдал ей Ёжик. Всё оказалось в полном соответствии с инструкцией Гвоздя. В небольшой сумке на поясе лежали два запасных магазина. Они были валетом примотаны изолентой друг к другу, чтобы в бою не тратить лишние секунды на перезарядку оружия. «Молодец, Ёжик! Какая трогательная забота», – подумала Кира, убедившись, что и третий магазин в автомате заряжен. В небольшом заплечном мешке, как и было обещано, лежали четыре выстрела для подствольного гранатомёта. Гранаты заботливо изолировались друг от друга картонной крестовиной. «Ёжик, ты просто прелесть!» – подумала Кира, закрывая сумку. Застегнув молнию уже наполовину, она вдруг что-то вспомнила и вынула одну из гранат. Вставив её в подствольный гранатомёт, Кира повесила потяжелевшее оружие на плечо.

Армейский нож в кожаном чехле занимал своё законное место на поясе. Кира аккуратно вынула его и, осмотрев сверкающее лезвие при свете луны, осталась вполне довольна. Затем она пошарила за спиной и с удивлением обнаружила на поясе кобуру с пистолетом. «Так это и есть один из твоих сюрпризов, Ёжик, или просто бонус от фирмы?! В любом случае спасибо! Лишним не будет. Надеюсь, что и у Гвоздя нечто подобное окажется под рукой, чтобы уравнять наши шансы», – подумала Кира, возвращая в кобуру полностью заряженный Макаров.

Закончив проверку оружия, она по привычке несколько раз подпрыгнула на месте. Убедившись, что ничего не гремит, Кира собралась было тронуться в путь, но заметила какой-то предмет, который чернел на фоне светло-серого строительного мусора. Она подхватила его с земли и сразу же ощутила знакомый холод металла. Находка оказалась весьма кстати. «Автомат с почти полным магазином никогда не помешает. Наверное, это оружие Океана, которое Нота сбросила с крыши», – подумала Кира, внимательно вглядываясь в тёмные окрестности. «Пригодится на крайний случай», – решила она, повесив АК на свободное плечо и двинулась в путь.

Вокруг не было никого живого. Даже вороны куда-то попрятались. В воздухе стояла такая мёртвая тишина, что звенело в ушах. Кира решила двигаться в сторону торгового центра, который располагался в поле зрения. Ещё недавно это современное сооружение из стекла и железобетона празднично украшали многочисленные яркие вывески с неоновой подсветкой. Теперь же на вымершей площади среди покорёженных машин возвышалось совершенно безжизненное трёхэтажное здание. После миномётного обстрела его крыша оказалась разворочена взрывами, а некогда прозрачный холл теперь хищно скалился острыми краями разбитых стёкол.

Бывший торговый центр мрачно смотрел на приближающуюся Киру. Зияющие глазницы окон манили её к себе и одновременно пугали. На почерневших стенах сиротливо висели обугленные лоскуты рекламных баннеров. Надпись «Пентагон» над входом читалась с большим трудом, поскольку стилизованная под знак качества буква «О» оказалась практически разрушена, а обломки первых трёх букв валялись на крыше козырька. На их месте зияли несколько крупных отверстий. Всё, что осталось от вывески, теперь читалось не иначе как «тагон». «По иронии судьбы пятиугольный торговый центр внезапно превратился в буддийский монастырь», – с усмешкой подумала Кира, проходя мимо.

Не успела она поравняться со входом, как из глубины тёмного торгового зала вдруг медленно выкатилась металлическая тележка для покупок, на которой кто-то стоял в полный рост. Кира вздрогнула от неожиданности, едва удержавшись, чтобы не вскрикнуть. Её указательный палец неловко соскочил со пускового крючка, и прозвучавшая в воздухе автоматная очередь вспорола рукав нежданного гостя.

Кира тут же спряталась за ближайшим автомобилем. Она судорожно пыталась унять бешено колотящееся сердце и восстановить ставшее прерывистым дыхание. Когда это почти удалось, Кира выглянула из-за укрытия и сквозь мелкую сетку разбитого лобового стекла увидела, что таинственный незнакомец в чёрном продолжает гордо возвышаться над тележкой. Какие-то детали рассмотреть оказалось трудно, поэтому пришлось на корточках обойти машину и погладеть уже с другого края, где ничего не мешало обзору.

На покосившейся тележке в полный рост стоял мужской манекен, одетый в строгий чёрный костюм. Стильные тёмные очки надёжно скрывали верхнюю часть неподвижного лица. Если бы не вспоротый автоматной очередью рукав, манекен вполне подходил бы на роль образца деловой моды. Вдруг тележка покачнулась и, потеряв равновесие, стала с грохотом съезжать со ступенек. Её пластмассовый пассажир перегнулся через передний край и оказался под колёсами. Движение прекратилось, поскольку тележка уткнулась в лежащий на асфальте манекен. Со спины он походил на сбитого машиной бизнесмена, ноги которого занимали неестественное положение, как будто он продолжал стоять на земле. Лишь круглая подставка, в которую упирались ботинки, выбивалась из общей картины.

«Спектакль в стиле Гвоздя», – усмехнулась про себя Кира. «Сначала нагонит страху на противника – надо признать, что с этим у него уже полный порядок, – а потом нападёт в самый неожиданный момент. К счастью, я хорошо помню об этой тактике», – подумала она, крепко сжимая автомат и готовясь к продолжению представления. Дыхание уже успело восстановиться, но сердце, словно раненая птица, продолжало биться о грудную клетку, грозя выскочить наружу.

«Нервы тебе пора подлечить, подруга!», – раздражённо подумала Кира, стараясь держать манекена на мушке. Не успела она толком прицелиться, как в служащий ей укрытием автомобиль, вонзилась граната. Кузов взлетел вверх, отбросив Киру в сторону, и обдав огнём вперемешку с металлическими обломками. Острая боль, словно ножом, пронзила её правую ногу. Пришлось стиснуть зубы, чтобы не закричать. Последовавшая затем автоматная очередь едва не угодила Кире в голову, подняв в воздух мелкие камни и куски асфальта.

«Вот теперь точно началось!», – мелькнуло в её в голове. Радость от того, что, наконец-то, закончилась томительная неизвестность и начался горячий поединок, позволила на время забыть о боли. Пользуясь этим, Кира перекатилась за соседний автомобиль и только здесь бросила взгляд на свою ногу. Из правого бедра торчал осколок металлической трубы. «Неужели мне так от кенгурятника прилетело?», – мимоходом подумала она, скрипя зубами. Кира обеими руками взялась за блестящий обломок и резко выдернула его из раны. На этот раз сдержаться не удалось. В воздухе раздался сдавленный стон, сменившийся звоном металла, ударившегося об асфальт.

Кира быстро прицелилась и наугад выпустила гранату из подствольного гранатомёта во мрак торгового зала. Затем она тут же выстрелила повторно уже в другой угол этого тёмного помещения. Однако удача улыбнулась ей лишь с третьей попытки. После того, как прогремел взрыв от гранаты, в глубине торгового зала послышался звук бьющегося стекла. Последовавший затем грохот опрокидываемых витрин сменился глухим стоном и неразборчивой, но очень эмоциональной фразой. Довольно скоро всё стихло.

Кира мстительно улыбнулась и зарядила последнюю гранату. Ей хотелось непременно попасть именно в то место, откуда доносились все эти звуки. Не успела она нажать на спусковой крючок, как из глубины торгового центра послышались тяжёлые шаги. Затем из темноты, сильно хромая, медленно вышел человек среднего роста, который по своему по телосложению напоминал Гвоздя. Однако все его движения выглядели очень неловкими и чужими. Поднятые вверх руки оказались пусты. Только лишь поэтому Кира не выстрелила сразу, а решила подождать, что будет дальше. Не снимая палец со спускового крючка, она осторожно достала левой рукой фонарик и посветила им в противника.

Увиденное заставило Киру насторожиться и сделать над собой усилие, чтобы не запаниковать. Вместо обычного серого комбинезона Гвоздь почему-то был одет в синие джинсы и чёрную рубашку. То, что местами одежда оказалась испачкана и слегка дымилась, было не в счёт. Ни автомата, ни ножа, ни какого-либо другого оружия не наблюдалось. Не имелось даже никаких боеприпасов. Когда-то белые кроссовки и стильный кожаный ремень довершали внешний вид попавшего в переделку ночного туриста, но никак не опытного бойца. Гвоздь всегда очень серьёзно готовил снаряжение и уделял пристальное внимание маскировке. Теперь же он выглядел, как дилетант, который случайно попал на задание, совершенно к нему не подготовившись.

«Совершенно не похоже на Гвоздя, если это действительно он», – продолжала недоумевать Кира. Она взглянула в лицо человеку, стоявшему в полумраке, и вскрикнула от неожиданности. «Как же я раньше это не заметила?», – осенило её. Кира внезапно почувствовала, как по спине побежал холодок, а внутри всё сжалось.

На совершенно чужом и неподвижном лице виднелись глубокие изъяны, которые чернели на фоне мертвенно-бледной кожи. Несмотря на кровоподтёки, в целом было похоже, что ткани уже давно начали разлагаться. Справа на Киру смотрел остекленевшим взглядом единственный глаз, а левая глазница зияла пугающей чернотой. В слабом свете фонарика пальцы на руках казались неестественно длинными и тонкими. На их концах просвечивали сильно отросшие ногти. Морщинистую кожу покрывали язвы и волдыри. Глядя на эту жуткую картину, Кира, словно в трансе, твердила про себя: «Это – уже не Гвоздь. Это – настоящий зомби!».

Она совершенно забыла о том, что всё происходящее – тренировочный бой в минус-первом измерении, а вокруг – лишь искусные декорации. Этот мир оказался настолько реальным, что ей стало не по себе. Словно в ступоре, Кира была совершенно не в силах двинуться с места. Замерший на спусковом крючке палец, теперь казался чужим. Он не подчинялся командам пылающего мозга, который истошно вопил: «Стреляй! Стреляй быстрее, а то сама умрёшь!». Вместо этого Кира продолжала стоять в оцепенении и во все глаза смотрела на застывшего зомби.

– Сегодня у тебя очень нездоровый вид, – зачем-то крикнула она в нарушение всех инструкций.

Кира прекрасно помнила, что с зомби разговаривать совершенно бесполезно и более того – опасно. Тем не менее она чуть выглянула из своего укрытия, продолжая светить фонариком. Обычно зомби никогда не реагировали на обращённые к ним фразы и тупо пытались убить человека или инфицировать его вирусом. Но в этот раз всё произошло совершенно иначе. Зомби не только отреагировал на вопрос, но и дал осмысленный ответ вместо того, чтобы сразу ринуться в бой.

– А ты на себя-то в зеркало давно смотрела?! Сейчас ты и сама – ещё та красотка! – со знакомой иронией в голосе ответил зомби, не двигаясь с места.

Пару секунд Кира колебалась, и лишь затем решилась посмотреть на себя в уцелевший осколок стекла в двери разбитого автомобиля. Увиденное произвело эффект, сравнимый с прямым попаданием в голову разрывной пули крупного калибра. На неё смотрело существо, которое даже для зомби выглядело совершенно жутко. То, что осталось от лица, казалось совершенно безобразным. Обгоревшие волосы и обугленная кожа виднелись на голове лишь в нескольких местах. Большая же часть черепа была совершенно голой. Каким-то чудом сохранившиеся глаза удерживались в глазницах обнажёнными глазодвигательными мышцами. Выцветшие радужки обрамлялись пожелтевшими склерами, а до предела расширенные зрачки, казалось, готовились поглотить всё окружающее без остатка. Редкие зубы белели на фоне чёрных впадин челюстей, начисто лишённых дёсен.

«Что происходит?!», – в ужасе подумала Кира, глядя уже на свои сморщившиеся руки с длинными и тонкими пальцами.

– Ну, как впечатляет? – поинтересовался зомби.

– Вполне. Это и в самом деле неплохой фокус, – с достоинством ответила она, изо всех сил стараясь не показать своей паники от увиденного. – Извини за грубость, но разве зомби разговаривают?

– Не поверишь, но я и тебя хотел о том же спросить, – прозвучало из полумрака торгового центра.

– Я совершенно точно знаю, что я – не зомби. Пусть мой внешний вид тебя не смущает, – сказала Кира, выключив фонарик.

– Ты, наверняка, догадываешься, что у меня та же самая история, – с иронией в голосе ответил зомби. – Что делать будем?

Вместо ответа Кира выстрелила из гранатомёта. Она попала прямо в живот ироничному зомби, которого разорвало пополам. Верхняя часть его тела уцепилась руками за валявшуюся на боку тележку, а нижняя – свалилась рядом, как подкошенная. «Вот теперь, давай, и посмеёмся», – злорадно подумала Кира и сделала несколько коротких очередей из автомата. По её мнению, это должно было превратить голову зомби в кровавое месиво и навсегда отучить его от неуместных шуток.