Истинная заноза для тайного сыщика
- -
- 100%
- +
– Ты ходила не бесцельно, – ласково проговорила дама и грациозной походкой светской львицы двинулась ко мне. – Ты шла из той точки, куда тебя выбросило временем в ту точку, где я смогла к тебе выйти.
– То есть всё-таки это загробный мир, – иронично сказала я, подтверждая свои догадки, и повернулась вокруг своей оси, раскинув руки. – Негусто. Пустынно. Никаких развлечений. Мне не нравится.
Дама снисходительно покачала головой.
– Тебе и не должно нравиться, – веско проговорила она и скрестила на груди руки, – и это не загробный мир.
– И что же это тогда? – я скептически приподняла бровь, внимательно оценивая пространство вокруг и прикидывая пути к отступлению, хотя отступать здесь было некуда. – Чистилище? Нирвана? Матрица?
Дама снова рассмеялась, и воздух вокруг наполнился мелодичным перезвоном.
– Ты забавная, – она склонила голову набок, разглядывая меня с какой-то материнской нежностью. – Это пространство между мирами. Здесь начинается твой путь к новой судьбе.
– К новой судьбе? – фыркнула я. – Простите, но старая меня вполне устраивала.
– Правда? – внезапно серьёзным тоном спросила дама и по-птичьи склонила голову.
Её пронзительный взгляд неожиданно смутил меня. Я опустила глаза и принялась теребить заусенец на среднем пальце. Действительно ли мне нравилась моя жизнь? Скорее да, чем нет, но…
– Я думала, ты мечтала о другом, – тоном светской искусительницы проговорила дама, и я тут же встряхнула головой, как норовистая лошадь.
Но моя собеседница не дала мне и слова сказать.
– Каждая душа поёт свою песню, – патетически, чуть завывая, проговорила она и плавно повела рукой, как будто решила приласкать густой туман. – И твоя поёт так громко, что я услышала её через границы миров.
– Хорош заливать, – хмыкнула я.
Дама театрально закатила глаза, вздохнула и прикрыла ладонью глаза.
– В мире, куда я тебя направляю, есть тот, чья душа поёт в той же тональности. Ваши мелодии идеально дополняют друг друга, – напевно закончила она свою речь, опустила руку и буднично добавила: – Примерно так.
– Погоди, – неожиданно я начала хихикать, – так ты что эта? Сваха? Междумирная. Нет, междумиряйная. Нет-нет, погоди, – я не могла остановиться и уже сгибалась пополам от хохота. – Сваха между мирами. Достану невесту из любого мира!
– Смейся, смейся, – снисходительно сказала дама таким тоном, что смех застрял у меня в горле и я закашлялась.
– Ты закончила? – она выждала, пока я откашляюсь.
– Прости, это нервное, – повинилась я, вытирая выступившие от кашля слёзы, и она сухо кивнула, отчего её длинные волосы едва заметно качнулись.
– Тогда, может быть, перейдём к делу? – предложила она, впиваясь в меня стальным взглядом, от которого по спине пробежали мурашки.
– К какому делу? – я настороженно выпрямилась.
– К взаимовыгодному сотрудничеству, конечно же, – веско проговорила она, чеканя каждое слово, – Я – та, кто поддерживает равновесие, – она сделала шаг ко мне. – Я – Сердце магии. Богиня, по-вашему. И сейчас равновесию одного королевства нужна именно ты.
– Чьё сердце? – опешила я и сделала шаг назад. – Это что? Игра какая-то? Меня разыгрывают?
– Я не играю, – её голос похолодел, а туман вокруг сгустился. – В моём мире есть тот, кому нужна именно ты. И я не собираюсь смотреть, как два идеально подходящих друг другу существа живут в разных мирах только потому, что кто-то здесь строит из себя недотрогу.
– Существа? – я напряглась ещё больше, чувствуя, как бешено забилось сердце. – Так, колись, куда ты меня пытаешься сплавить? К какому-нибудь троллю под мост?
Она снова закатила глаза и тяжело вздохнула:
– К оборотню, дорогая. К очень важному оборотню.
– Офигеть! – я всплеснула руками. – То есть ты просто решила подсунуть меня какому-то волку в качестве… кого? Домохозяйки?
– Вот только давай без этих феминистских заскоков, – поморщилась она. – И не к волку. Волки у нас далеко не главные, так, шелупонь сплошная. Послушай, я подобрала тебе идеальное тело – молодое и красивое, – она резко сменила тему.
– Что?! – я подавилась воздухом от её заявления. – Час от часу не легче! Какое ещё тело? А со своим мне что делать?
– А твоё пока полежит в коме, – она пожала плечами. – Вернёшься, если захочешь. Потом. Если ничего не получится.
– А может, не получится? – спросила с надеждой, но тут же натолкнулась на стальной взгляд Сердца магии, от которого внутри всё похолодело.
– Кто знает, что взбредёт в голову лучшему сыщику Тайной канцелярии, – невозмутимо ответила она.
– Сыщику? – я моргнула.
– Ага, заинтересовалась! – торжествующе воскликнула она, хлопнув в ладоши. – Что, уже не так противно звучит, да?
– Я этого не говорила! – щёки предательски вспыхнули жаром, выдавая меня с головой.
– Но подумала, – она самодовольно улыбнулась. – Слушай, давай начистоту: тебе опасно находится в своём мире, ему одиноко и нужен тот, кому можно доверять. Вы оба упрямые как демоны, и оба отчаянно нуждаетесь в том, кто сможет принять вас такими, какие вы есть. По-моему, идеальная пара.
– А может, я не хочу быть чьей-то парой, – буркнула я, но уже без прежнего запала.
– Хочешь-хочешь, – она хитро прищурилась. – И знаешь что? Я даже дам тебе время на размышление. Целых… две секунды! – после этих слов она меня толкнула, и я стремительно полетела вниз.
– Что?! Ты издеваешься? – закричала я во всё горло. – Как я его узнаю?
– Узнаешь! – сквозь шум ветра до меня донёсся серебристый смех, и в нос ударил сочный запах ванили.
Глава четвертая
И вот теперь я стояла на булыжной мостовой какого-то непонятного города в невообразимом платье, которое в здравом уме никогда бы не нацепила.
«М-да, – подумала я, оглядываясь, – а в здравом ли уме я нахожусь?»
Допустим, разговор, что я вспомнила, действительно был. Договор с таинственной дамой мы заключили. Допустим! Но кто же отправляет агента на задание без единой вводной?! Дилетанты!
– Вот же ж стерва божественная! – пробормотала я и тут же вздрогнула, потому что за спиной явственно прозвучал язвительный голос из моих недавних воспоминаний.
– Надеюсь, это был комплимент.
Я резко развернулась.
Дама из тумана стояла в паре шагов от меня, так сказать, во плоти. Более того, она быстро подошла ко мне, схватила за локоть и потянула в сторону узкой улочки.
– Долго собираешься стоять здесь, как открытая мишень? – шипела она мне прямо в ухо и настойчиво тащила вперёд. – Не терпится ухажёра своего дождаться? Да ведь он разбираться не будет, кто ты такая и откуда пришла. Весь план мне решила испортить? Он сам тебя найти должен! Сам! Понимаешь ты? Сам!
– Погоди, погоди! Какой ухажёр? Кто меня должен найти? Ты о чём вообще?!
Дама остановилась, развернула меня к себе лицом и внимательно осмотрела с ног до головы критическим взглядом.
– Хм… Ладно. Неплохо, – пробормотала себе под нос и обошла меня по кругу. – Должно всё получится. В крайнем случае усилим истинность.
– Послушай, – медленно, как с ребёнком, заговорила я, запоминая всё, что она сказала, – если наша встреча в тумане не является моим дурным сном. И если ты меня нанимаешь на задание, то мне нужны вводные данные. Информация мне нужна. Хотя бы о том, где я! – последнюю фразу я рявкнула, так как видела, что дама отлично пропускает все мои слова мимо ушей.
– Ты в благословенной стране Шей-Ханат, милочка, – напевно проговорила она.
– Шей-Ханат? Это что-то на восточном, что ли? – недоверчиво уточнила я.
– В мире, где живут оборотни, – не слушая меня, продолжила ворковать моя собеседница, – где магия так же реальна, как точные науки в твоём мире. Где правят львы и существуют законы стаи, – проговорила она и стала медленно исчезать в воздухе. – Будь осторожна, Элис Винтер, правая для магии, левая для мирских дел.
С этими словами она исчезла.
– Что? Что левая? Что правая? Тоже мне Синяя Гусеница, – возмутилась я и топнула ногой.
– Не умничай! – тут же возникла передо мной насупленная дама и вновь медленно исчезла, как улыбка Чеширского Кота.
Я осталась одна посреди узкой улочки, вымощенной неровным булыжником. Утренний туман медленно таял. Лучи солнца окрашивали светло-песочные стены домов в тёплые персиковые тона, создавая причудливую игру света и тени на резных деревянных ставнях.
Откуда-то справа потянуло умопомрачительным ароматом свежей выпечки. Желудок предательски заурчал, заставляя вспомнить о том, когда я последний раз ела? Вчера? В другом мире?
Запах становился всё отчётливее – корица, ваниль, свежий хлеб. Он манил, словно невидимая путеводная нить, и я невольно двинулась на этот аромат.
Улочка петляла между домами, то поднимаясь, то спускаясь вниз, уводя меня всё дальше и дальше от той таверны, где я проснулась. Здесь город ещё спал. Закрытые ставни, словно опущенные веки спящего великана, хранили утренний покой жителей.
Тишина звенела в ушах, нарушаемая только моими осторожными шагами по неровной мостовой да редким карканьем просыпающихся птиц. Где-то вдалеке скрипнула несмазанная петля, и этот звук эхом отразился от каменных стен, заставив меня вздрогнуть.
«Правая для магии, левая для мирских дел, – раздумывала я над словами Сердца магии. – Что это должно значить? Про руки она, что ли, говорила? Очень легко проколоться».
От природы я была амбидекстер, то есть свободно владела обеими руками, но привычка – дело такое, придётся следить за собой.
Тем временем улочка вывела меня на ещё одну очаровательную площадь. В центре располагался фонтан – изящная конструкция из белого камня с фигурами львов по краям. Вода не текла, но в чаше отражалось постепенно светлеющее небо.
На площади было несколько лавок с ещё закрытыми деревянными щитами вместо витрин, но одна из них была открыта. Внутри горел тёплый свет, и именно оттуда доносился тот самый манящий аромат свежей выпечки.
«Лучшие сладости в Нижнем квартале», – гласила вывеска над приоткрытой дверью, и я искренне подивилась тому, что смогла её прочитать.
– Ну хоть на этом спасибо, – проворчала недовольно себе под нос, проверила в кармане увесистые мешочки с деньгами и направила к пекарне.
По уму следовало бы присмотреться, так сказать, принюхаться к новому месту вместо того, чтобы вот так открыто идти на контакт с местными. Но голод был сильнее страха, а запах выпечки становился просто невыносимым. Кроме того, что может быть лучше для сбора информации, чем местная пекарня?
Я толкнула дверь. Над головой мелодично звякнул колокольчик. За обычным прилавком стояла миловидная девушка, которая вскинула голову и радостно мне улыбнулась.
– Доброе утро! – воскликнула она. – Ты так рано! Не спится? – и сразу же без перехода прокричала куда-то вглубь помещения: – Тётушка, поторопись! Первая гостья за сегодня уже на пороге!
Она выглядела лет на двадцать, с россыпью веснушек на носу и щеках, которые только подчёркивали её очарование. Кудрявая прядь тёмно-каштановых волос выбилась из-под замысловато завязанного тонкого платка. Её глаза… я моргнула, не веря своему зрению – радужка медленно меняла цвет и форму: от янтарного и узкого, как у кошки к зелёному и круглому, как у человека.
– А ты смелая, раз ходишь с непокрытой головой, – восхитилась девушка, откровенно разглядывая меня с ног до головы. – Или подожди! – встрепенулась она и даже навалилась грудью на прилавок, – дай угадаю! Ты из королевского кортежа. Только те, кто служит при дворе, имеют абсолютную защиту от любых заклинаний! Во всяком случае, так говорят.
Девушка выжидательно уставилась на меня, а я с интересом смотрела на неё. Королевский кортеж? Заклинания? Ох, пусть только попадётся мне снова изворотливая туманная дама! Я ей такой разбор полётов устрою!
К счастью, в животе у меня заурчало, да так громко, что мы с милой девушкой одновременно подпрыгнули.
– Ой, да ты голодная! – воскликнула девица и неожиданно посмотрела на меня с подозрением. – А деньги у тебя есть?
– Есть! – сразу же ответила я, радуясь, что скользкая тема о моём происхождении ушла в сторону.
Я поспешно полезла в карман, достала кожаный мешочек и вытащила одну монетку, положив её на прилавок. Монетка была золотистого цвета, и я подумала, что, скорее всего – высокого номинала. Потому что вряд ли со мной расплатились мелочью, да и костюм моего случайного соседа по кровати, у которого я стащила кошелёк, был достаточно богатый.
– Ой, а с полнолика у нас сдачи не будет! – чуть разочарованно проговорила девушка и осторожно погладила пальчиком монету. – Теперь я точно уверена, что ты из дворца. Набось знатной даме прислуживаешь, раз полноликами вот так запросто расплачиваешься.
Она вздохнула мечтательно и облокотилась на прилавок.
– Я тоже хочу уехать в столицу. Попытать счастья. Ты поможешь мне? Составишь эту… как её… слово такое смешное… а! Протекцию! – Она с надеждой уставилась на меня, и глаза её снова чуть изменились.
– Что у тебя с глазами? – брякнула я и тут же сморщилась, язык за зубами надо держать, а то мало ли что!
– Ой, – смутилась девушка, резко выпрямилась и отвернулась. – Это нервное. Так-то я сдерживаю оборот, ты не волнуйся, – она настороженно покосилась на меня и пуще прежнего принялась оправдываться: – просто, когда мне любопытно, меняются глаза. Но только глаза. Так-то я себя контролирую.
«Оборот?!» – захотелось заорать мне, но в этот раз я успела прикусить язык.
– Ты опять болтаешь не по делу, – вклинился в её монолог ворчливый старческий голос.
Из темноты к нам вышла сухонькая седая женщина. Тонкая, как тростинка, но жилистая и прямая, как палка. Взгляд её тёмных глаз пронзал насквозь, и мне стало понятно, что с ней лучше не шутить. Была у меня такая преподавательница: прожуёт, выплюнет и не поморщится. Никто не рисковал с ней связываться. Даже ректор.
– Зачем ты с первой гостьи спрашиваешь деньги? – принялась она отчитывать мою собеседницу. – Ты же знаешь, что первый гость у нас всегда может поесть бесплатно.
– Это почему это? – встряла я не подумав.
Старушка повернулась ко мне и одарила ледяным взглядом.
– На землях прайда первый гость всегда может поесть бесплатно. Выскочки покроют расходы, – веско ответила она.
Ого! Интересно «выскочки» – это титул такой или прозвище? Я бы обиделась.
Старушка вышла из-за прилавка и подошла ко мне поближе. От неё веяло такой мощной силой, что мне стало не по себе. По спине пробежали холодные мурашки, а живот скрутило так, будто кто-то невидимой рукой сжал в кулак мои внутренности.
Я отступила, быстро оглянувшись в поисках пути отступления, и принялась медленно дышать. Вдох-короткая задержка дыхания-выдох-еще раз задержать дыхание. Отличная техника, чтобы справиться с расшалившимися нервами.
– Видимо, ты совсем издалека, раз не знаешь об этом. Чужестранка? – сказала старушка, подойдя поближе.
Я усмехнулась. Вы даже себе не представляете, насколько я чужестранка, подумалось мне, но вслух сказала совсем другое:
– У меня есть деньги. Не будем объедать… – я замялась, не зная, как правильно назвать хозяев здешних земель.
– Выскочки богатый прайд, – прищурившись и пытливо всматриваясь мне в лицо, произнесла старушка, – одним пирожком, даже самым дорогим, ты их не объешь.
Она медленно обошла вокруг меня и задумчиво добавила:
– Что-то я не пойму тебя…
Мне стало немного жутко, как будто холодные пальцы прикоснулись к моему затылку, пытаясь пробраться прямо в мозг.
– Да она просто голодная! – пришла мне на выручку девушка, и я выдохнула, прикрыв глаза, потому что мнимые холодные прикосновения сразу же пропали. – Ты, тётушка, тоже не больно-то гостеприимна с утра. Голодного гостя на пороге держишь.
– Твоя правда, Фера, – как ни в чём не бывало ответила ей старушка и вернулась за прилавок, – да только время сейчас такое, надо быть начеку.
– Ты всегда начеку, тётушка, – засмеялась Фера, – и постоянно пророчишь разные неприятности, да только всё равно мы в плюс выходим. Чтобы ты не говорила. А ты садись, – это она уже ко мне обратилась, – в ногах правды нет, а я уж тебя сейчас по первому классу обслужу. Накрою на стол, как королевской особе!
– Хватит балаболить, – ворчливо одёрнула её тётушка.
– Точно-точно, – засуетилась Фера, – заболтались мы с тобой, – она подмигнула мне и тихо добавила: – не обращай внимание на тётушку, она у нас провидица, дар редкий, но тяжёлый. У всех провидцев характер не сахар, портится со временем.
В глубине пекарни раздался звон колокольчика, и Фера просияла:
– А вот и булочки поспели! Присаживайтесь, – она указала на маленький столик у окна, – сейчас всё организуем.
Я осторожно опустилась на удобный стул с резной спинкой и постаралась сдвинуть его так, чтобы меня не было видно из окна. Краем глаза заметила, что в соседней лавке тоже открыли ставни, а по узенькой улочке, ведущей к фонтану, неторопливо шла красиво одетая парочка.
– Сейчас, сейчас, – проговорила Фера себе под нос и открыла резной буфет, где ровными рядами стояла посуда. Достала несколько тарелок с нежной голубой каймой, похожей на морские волны. – У нас и пирог с грибами остался, и сыр домашний. Уж я тебя накормлю.
Она засуетилась у небольшого очага, который занимал угол просторной пекарни. Тепло от углей мягкими волнами расходилось по помещению. Медные котелки и сковородки, развешанные над очагом, тускло поблёскивали в свете огня, а с деревянных балок под потолком свисали пучки сушёных трав.
Руки Феры, ловкие и уверенные, двигались между полками, но что-то в этих движениях меня цепляло. Она достала глиняный чайник. Засыпала в него горсть душистых трав, залила кипятком, и по комнате поплыл умиротворяющий аромат, в котором угадывались чабрец и мята.
Мои пальцы рассеянно скользили по тёплой поверхности столешницы, ощущая едва заметные бороздки и впадинки. Старые деревянные стулья с высокими спинками, украшенными резьбой, оказались на удивление удобными. Да и вообще, атмосфера в пекарне была какая-то домашняя и настолько умиротворяющая, что уходить совершенно не хотелось.
Я подняла голову и сразу же наткнулась на пронзительный взгляд тётушки. Тряхнула головой. Улыбнулась доброжелательно и добилась только того, что старушка, хмыкнув, отвернулась.
«И всё равно – хорошо», – подумала я и приняла решение.
В конце концов, мне надо где-то остановиться. В голове всплыл недавний разговор: «Уезжай подальше, мой тебе совет». Да, тот страшный мужлан, с которым я разговаривала в таверне, сказал именно так. Но когда я слушала чужих советов?
– А скажите, не сдаётся ли где поблизости комната?
Тётушка, стоя за прилавком, что-то недовольно проворчала, но Фера ещё больше оживилась, и её карие глаза заблестели:
– Так у нас как раз есть комната! – она поставила передо мной блюдо с румяным пирогом, от которого поднимался соблазнительный пар. – Маленькая, правда, но уютная.
Мой желудок предательски заурчал при виде еды. Я попыталась схватить пирог правой рукой, но в последний момент вспомнила слова туманной дамы: «Правая для магии…».
Только сейчас до меня дошло, что именно в движениях Феры меня настораживало. Она была левша. Так же, как и тётушка. «Левая для мирских дел». Что ж, спасибо за предупреждение.
А Фера между тем продолжала что-то рассказывать. Я прислушалась.
– …но наша комнатка не подошла. А было бы здорово, да? Так что тебе повезло – сейчас в городе днём с огнём свободную комнату не сыщешь.
– Почему? – удивлённо подняла брови и потянулась за новым куском пирога.
– Не болтай лишнего, – строго произнесла тётушка, в её голосе прозвучали нотки, от которых тёплый воздух пекарни похолодел. – Меньше знаешь – крепче спишь.
– Так я же говорю! – отмахнулась от неё Фера и всплеснула руками, едва не опрокинув чашку с травяным настоем. – Королевский двор приезжает! Я же тебя как раз с ними спутала! Думала, ты тоже из столицы! Сейчас весь город кишит тайными сыщиками. Сам король приедет! На свадьбу!
Глава пятая
Арчибальд Северус Белокрицкий
Я медленно выныривал из сна и покачивался в теплых объятиях дрёмы. Сознание лениво отмечало детали: мягкость подушки, тепло одеяла, необычную тишину вокруг. Легкий, но отчетливый аромат жасмина.
Стоп.
Провёл магическое сканирование, не задумываясь и не открывая глаз – въевшаяся за годы службы привычка. Номер был пуст, вот только тонкие нити моей личной защиты тихо звенели. Их потревожили. Причём довольно грубо.
Девушка. Она была здесь совсем недавно. Её след – спокойный, теплый, странно притягательный – всё ещё наполнял пространство, как дальний отзвук завершившейся мелодии.
Память услужливо подбросила воспоминания об удивительной шелковистости волос и мягкости бархатистой кожи. Жар её тела чувствовался даже сейчас незримыми прикосновениями. Она откликалась на мою ласку так, словно предугадывала мои тайные желания. А может, так оно и было.
Я резко сел на кровати, игнорируя противную тяжесть в затылке. Проклятье! Со мной что-то не так! Голова была не просто тяжелая, она гудела, как после приступа сильнейшей ментальной перегрузки. Но ничего такого вчера не было!
Зверь внутри заворочалась, принюхиваясь к затухающему следу женщины. Вместо привычной настороженности, что не раз спасала мне жизнь, почувствовал, что он тянется вслед за ней.
Странно. Более чем странно.
Я с усилием растёр лицо, прогоняя дурман из головы. Нужно срочно проверить амулеты. Проверить себя. Снять слепок чужого магического воздействия. Восстановится. Рутина! Но прежде всего нужно встать, а это не очень-то получается.
Вчерашний день всплывал обрывками. Встреча с Арисом Выскочкой ректором местной магической академии. Тяжёлый разговор с отцом. Выговор. За дело, между прочим, потому что пропустил я нужную информацию мимо ушей и поплатился. Неожиданное решение короля. Всё словно подёрнуто серой пеленой.
Что-то случилось ещё. Что-то важное.
Тревога поднималась откуда-то из глубины, оплетая внутренности холодными путами. Заговор. Мы раскрыли его! В последний момент практически! Но чтобы поймать заговорщиков необходимо аккуратно расставить сети. Вот только, похоже, в сети попался я.
Потому что, я – Арчибальд Северус Белокрицкий, один из лучших агентов Тайной канцелярии, лучший менталист королевства, проснулся в чужом номере с явными следами магического воздействия, не помня событий прошлого вечера.
– Проклятие, – уже вслух проговорил я и звук собственного голоса показался мне вороньим карканьем.
Хорошо хоть защиту поставил. Ритуал, доведённый до автоматизма. Во всяком случае, в голову ко мне точно никто не залез. Не нашлось ещё провидцев способных взломать мой блок.
Я медленно поднялся с кровати. Встряхнулся, как мокрый пес, сбрасывая остатки чужой магии.
Одеяло, что лежало на моих коленях скользнуло на пол. Оглянулся, посмотрев на смятые простыни. Что ж, страстная ночь явно не наведённые воспоминания. Значит было.
Осторожно поводил головой из стороны в сторону, чутко прислушиваясь к себе. И магическое воздействие – было. Сомнений нет. Тонкое, профессиональное, чуть заметное по остаточным следам, но мощное.
Это кто ж у нас такой бесстрашный, а? Я ж найду. И порву в клочья. Но сначала допрошу. А потом порву. Отведу душу.
Взгляд упал на форменный сюртук, аккуратно сложенный на стуле. Взгляд скользнул на пол и замер. Под стулом валялась маленькая шкатулка.
Я подошёл и присел рядом с ней. Осмотрел со всех сторон не прикасаясь. Вещица была хоть и простая на вид, но дорогая. Тёмное дерево, отполированное до блеска, маленькие резные ножки, хорошо подогнанная крышка – она, скорее всего, и открывается секретным образом.
Выпрямился, размышляя проверить ли шкатулку самому или вызвать агентов. Но пока размышлял обшарил карманы сюртука и выяснил две забавные вещи. Во-первых, меня обокрали. А во-вторых, вместо действительно ценных амулетов у меня забрали только довольно маленький мешочек с деньгами. Сумма, которую я каждый день беру на карманные расходы.
Странный вор. Либо не понимал ценности магических вещей, либо… Либо это какое-то скрытое послание, смысл которого мне пока непонятен.
– Забавно, – пробормотал, доставая из секретного кармашка нужный мне амулет и склоняясь над шкатулкой, – давай посмотрим, что ты такое.
Я аккуратно поднёс к крышке бирюзовый камень, и он сразу же засветился ярко алым цветом.
– Да ладно! – воскликнул потрясенно и принялся спешно одеваться.
Как бы мне не хотелось, но шкатулка с её содержимым абсолютно точно указала мне на то, что заговорщики посчитали меня очень важной персоной.
В неприметной деревянной коробочке скрывалась золотистая пыльца с очень древним заклинанием. И заклинание это лишило бы меня не только зверя, но и магии, оставив в пользование только крохи, полезные в быту.