Высыпайся

Глава 1

Сессия это ужасно. Любой студент, который проучился дальше первого курса, вам скажет, что страшнее сессии ничего нет. А тот, кто закончил, добавит: “Кроме защиты диплома”, – и отчасти это правда. Я терпеть не мог свой первый курс и эти идиотские предметы. Зачем мне, будущему инженеру ракетных двигателей, знать историю? Ну по большому счету, не все ли равно, когда напал Наполеон и когда он умер? Неужели от этого зависит размер форсунки или форма патрубков? Все, что я сейчас запихивал в свою голову с таким огромным трудом, необходимо всего на один день. В день экзаменов я отвечу на три вопроса из билета, что составляют менее процента от потребляемой информации, и все!

Мой мозг был не дурак и отказывался воспринимать столь ненужную информацию. Еще в самом начале первого курса я зачем-то подсчитал качественность знаний, для этого я сложил все часы занятий, а затем поделил время ответа на экзамене на полученное число. Даже в первом приближении стало понятно, что на каждую секунду экзамена приходится примерно два часа обучения. Жутко непродуктивно потраченное время! Я рассказал об этом однокурсникам, мы посмеялись и забыли… А мой мозг не забыл! И вот сейчас, когда наступил момент потратить немножко времени на зубрежку дат и событий, он объявил забастовку! В самый неподходящий момент.

До экзамена оставалось всего два дня, а в голове дул ветер… Все даты, что я мог вспомнить, обитали в мозгу и раньше, ничего нового среди них не появилось. Первая Мировая война так и оставалась островком неизвестности, который был покрыт вечным туманом. Все, что касалось древних времен, и вовсе легко менялось местами на шкале времени. Так прошли первые сутки, я даже не заметил, как началась ночь, точнее, я заметил её, когда она закончилась. Когда утром первые лучи солнца скользнули из-за горизонта и ударили мне в глаза, я понял, что ночь уже кончилась. Нужно было сделать небольшой перерыв, в день перед экзаменом у нас не было никаких занятий, поэтому я решил просто прогуляться и проветрить голову свежим воздухом.

На улице было хорошо. Конец весны, когда еще не жарко, но уже можно гулять в одной футболке – самое лучшее время года. По-летнему теплый ветерок теребил волосы, и ноги словно сами тянули меня вперед, шагать было легко, хотя голова буквально гудела как трансформатор. Я чувствовал себя страшилой, которому насыпали в голову опилок, отрубей и булавок, и вот сейчас это все лезет наружу. Мне казалось, что если я потрясу головой, то знания, словно песок, посыпятся во все стороны. Трясти головой было страшно, а шагать наоборот хотелось и моглось.

Прогуливаясь по набережной, я наблюдал как город просыпался, как машин на дороге становилось все больше и больше, а люди выходили из своих муравейников и начинали спешить. Каждый шел по своим, очень важным для него делам. Кто-то старался не опоздать на работу, чтобы просидеть там весь день и вечером по пробкам добираться домой, а добравшись до дома поесть и лечь спать. Бессмысленная и беспощадная жизнь большей части человечества. Фильм “Человек-муравей” должен был быть именно таким, монотонным, нудным и затянутым, чтобы каждый на себе прочувствовал это.

Интересно, а что буду делать я сам? После института… Вот также, как и другие, дом-работа-дом? И зачем тогда все это учить? Какая разница, что мне поставят по истории, если потом я никогда в жизни не вспомню этого? И речь сейчас идет не только о датах и истории как таковой, даже оценку, которую я получу, никто никогда не вспомнит. И будет очень хорошо, если я буду работать по специальности, но инженеров ракетных систем нужно всего ничего, разве что мы вновь решим рвануть в космос, что очень маловероятно.

Мысли упорно говорили мне, что всем плевать на завтрашний экзамен по истории, а раз так, то зачем что-то учить? Но какая-то маленькая, очень противная часть моего мозга, выполняя роль совести, отказывалась в это верить. Именно эта часть мозга уверяла меня, что учить надо все! Во-первых, лишних знаний не бывает, а во-вторых, мало ли кто там что сказал, когда Мария Кюри учила в школе физику, она вряд ли думала получить две нобелевки.

День тянулся словно густой кисель, я успел прогуляться по набережной несколько кварталов, затем свернул на зеленеющий бульвар и решил по большой дуге вернуться домой. Быть может, мне и правда никогда не пригодятся знания истории, но портить диплом просто так – не хотелось. Раз время есть, надо его использовать с толком.

Проходя мимо магазина, я всерьез обдумывал идею купить пива на сегодня, чтобы было чем отпраздновать после экзаменов, но, прислушавшись к своим ощущениям, купил энергетик. Покупать пиво сейчас, это словно получить подарок на день рождения раньше времени, дурная примета. При этом организм начинал сдавать позиции и вот-вот мог свалиться в сон, чего следовало избежать. Энергетик стоил дороже пива, но что поделать, обстоятельства диктуют решения…

Я добрался до дома быстрее, чем хотелось, руки приятно холодила открытая банка, а тело начало будоражить от прилива адреналина. Впрочем, быть может, это кофеин и таурин сейчас расплылись по всему организму и тормошили мою нервную систему.

Я поднялся домой и сразу же отправился на балкон, хозяйка квартиры несколько раз повторила, чтобы я курил только на балконе. Частички табака, превратившись в дым, рванули в легкие, обволакивая их смолой и внося никотин в кровь, давая и без того бодрому организму очередной пинок. В голове немного затуманилось и сознание словно поплыло в сторону.

Между соседними домами было пространство, через которое можно было разглядеть горизонт, далекие мелкие пригородные постройки и белесую полоску дымки, что разделяла небо и землю. Где-то там, далеко за горизонтом, живут счастливые люди, они не учатся в институте, не сдают сессии, они непременно живут на берегу моря и каждое утро плавают в свое удовольствие в теплой морской воде. А ещё, там должно быть тепло, круглый год одинаково тепло и солнечно! Почему-то мне казалось, что именно там живут самые счастливые люди нашей планеты. Организм внутренне протестовал обучению, поэтому пришлось учить против его воли.

Первыми пошли даты, я выписал их в столбик в хронологическом порядке и просто читал вслух, однако после второго десятка строк, я понял, что информация летит мимо меня. Глаза читают, рот говорит, а мозг думает совершенно о другом. Я отложил свой чудо-список и взялся читать в учебнике, хронологию царствования разных семей и описание их семейных отношений.

Битва с историей продолжалась до самого вечера, за это время было выпито несколько кружек крепкого, как дубовая кора, чая и прочитано несколько сотен страниц. При этом создавалось четкое ощущение, что новая информация, словно мощная струя воды, не только не остается сама, но еще и смывает то, что уже было выучено.

Ближе к вечеру, когда я начал путать династии и уже слабо сопротивлялся той части мозга, что предлагала учить лежа, было решено прекратить пытки и отправиться на заслуженный отдых. Больше чем сейчас уже не влезет, пора было согласиться с тем, что емкость мозга не бесконечна и лечь спать. Тем более, что пальцы на руках уже начинали дрожать, сказывалось напряжение последних двух дней без сна.

Раздеться, умыться и лечь спать оказалось недостаточно. Организм словно отказывался верить в то, что ему разрешили поспать. Я лежал с закрытыми глазами и прислушивался к звукам с улицы. Где-то далеко лаяла собака, явно ругалась на кого-то. В машине под окном играла музыка, а на кухне жужжал компрессором холодильник. Все эти звуки начали меня раздражать, словно я всю жизнь слушал только их и сейчас был бы рад насладиться тишиной и покоем, но они все мешают. Я спрятался под подушку, где слышал только звук собственного сердца, он раздавался в ушах, но и он меня бесил.

Нужно было спать, было ясно, что без сна больше нельзя, однако сон никак не шел. Странно, перед тем как лечь спать было четкое ощущение, что стоит мне закрыть глаза и я отключусь, а теперь все оказалось наоборот. Я бы с радостью вырубился, но вместо этого меня всего трясло и будоражило. Посмотрев несколько секунд в потолок, я накинул на плечи одеяло и отправился на балкон травить себя в очередной раз.

На самом деле, можно было с таким же успехом попить воды через трубочку или сделать любое другое монотонное и простое действие, чтобы успокоить свой взбудораженный мозг. Глядя в темное пространство между домами, я вспомнил, как утром через эту самую щель било в глаз солнце и как прекрасно было гулять по пустому утреннему городу. Ничего, скоро закончится эта чертова сессия и наступит лето, можно будет гулять хоть каждое утро. В этом году надо будет точно съездить на рыбалку с Димоном, он уже не первый год приглашает, да все как-то времени нет.

Наконец я почувствовал, что начинаю хотеть спать и отправился в постель. Закрыв глаза, я начал представлять себе берег озера и как я закидываю удочку и сижу, глядя на поплавок. Ветра нет и вода стоит словно зеркало, отражая небо и облака. Где-то вдалеке, метрах в тридцати от берега, рыбешка выпрыгивает из воды и с громким всплеском падает обратно. Я видел все это безумно четко, но сон не шел, мне было жарко, тогда я встал и приоткрыл балкон, прохладный ночной ветер сразу показался мне приятным и я вернулся в кровать. Через некоторое время стало холодно, и я укутался в одеяло чуть ли не с головой, памятуя, что закрывать балкон нельзя – станет жарко.

Потом мне вдруг все стало неудобно, подушка была слишком твердой, а когда я ее взбил, она стала еще и слишком теплой, пришлось ее перевернуть. Одеяло вдруг оказалось свернуто в тугой канат, которым невозможно было укрыться, я развернул его и вышел еще раз на балкон. В этот раз я не стал курить, а просто дышал прохладным ночным воздухом. Мне надо было спать, завтра утром будильник безо всяких снисхождений будет трезвонить и взывать к моей совести. Опоздать на экзамен это не то же самое, что прогулять первую пару. За неявку можно было схлопотать академ и тогда пиши пропало, впереди сразу замаячила бы армия и потерянное время.

Я вернулся в кровать и принялся считать овец – старый и проверенный способ. В какой-то момент я почувствовал, что засыпаю, точнее я спал, просто сна не было, затем я вдруг проснулся, словно меня кто-то толкнул. Я опять принялся считать овец и это второй раз помогло, я даже начал видеть сон, мне приснилась Екатерина Вторая, которая подписывала какой-то документ. Но я вновь проснулся! На этот раз от собственного храпа. Я перевернулся на бок и постарался снова уснуть. Каждый раз, как только я проваливался в сон, мне что-то мешало и я просыпался. Судя по ощущениям, мне мешал кофеин, весь организм трясло, и я никак не мог успокоиться.

В какой-то момент я решил, что лучше всего справиться с энергетиком – это как-то подвигаться, поэтому я сполз на пол и начал отжиматься. Это не помогло, а скорее даже наоборот, заставило меня проснуться. После отжиманий я оказался не только не сонным, но еще и потным, а потому отправился быстро принять душ и лечь спать. Впрочем, лечь спать я решал уже несколько раз и это никак не помогало. Сон, как говорится, не шел. После душа я снова вышел на балкон и, разглядывая небо, медленно дышал воздухом.

Уже почти час я безрезультатно пытался уснуть, как вдруг вспомнил, что где-то на книжной полке лежали таблетки снотворного. Когда я их первый раз обнаружил, то очень удивился, откуда они. А потом решил, что видимо остались от прошлых квартиросъемщиков. Порыскав по полкам, я достал маленькую пластиковую баночку и, проверив срок годности, высыпал таблетки на ладонь. Они были странной квадратной формы и мелкими, словно рисинки. Судя по инструкции, следовало выпить всего одну, а лучше даже половинку, и лечь спать. В половинку я не верил, поэтому проглотил целую и, запив водой горький, противный привкус, лег спать.

Некоторое время я проваливался в сон и тут же просыпался, иногда от ощущения падения, а то и вовсе без особых причин. Несколько раз я даже начинал видеть какой-то сон, что-то сумбурное, словно я оказался в каких-то полях, вокруг росла трава и какой-то мелкий вьюн, а я шел по узкой тропинке в сторону горизонта. Затем я опять просыпался, но уже чувствовал, что снотворное работает. Меня все сильнее и сильнее клонило в сон, каждый раз время пробуждения становилось все меньше и меньше, пока совсем не исчезло. Теперь у меня был сон или ощущение сна, иногда я слышал звуки с улицы или от соседей, но они как-то странно встраивались в картину происходящего, обволакивали ее и превращали в нечто новое.

В какой-то момент я проснулся, мне было хорошо, я выспался и встал даже раньше будильника. Ну надо же, – подумал я, – зря наговаривают на снотворное, очень хорошо выспался и ни капли не разбитый. Я отключил никому уже ненужный будильник, умылся и отправился готовить завтрак.

Еще со вчера я решил, что перед экзаменом стоит плотно позавтракать, а потому достал тройку яиц и принялся разбивать их на сковородку. Первые два получились словно из книги по кулинарии – ровненькие, круглые, с аккуратным круглым желтком четко по центру, но вот третье… Оно вылилось через край и выглядело отекшим бельмом среди первых двух. С досадой я последний раз взглянул на сию эпическую картину, посыпал солью и быстро перемешал все лопаткой в равномерные желто-белые кусочки. Раз уж не суждено было съесть три ровных, то пусть все будут равны.

В коридоре послышался шум и? обернувшись, я увидел как Дима разувается, мы договаривались пойти в институт вместе, так как он жил по соседству. Совершенно не удивляясь этому, я спросил:

– О, Димон, ты уже пришел? – скорее чтобы просто поддержать разговор.

Он коснулся меня и тоже о чем-то спросил. На что я предложил ему позавтракать и он попросил купить ему круассан и кофе.

Вот тут, мне стоило бы задуматься, почему я вдруг оказался в кафе и смотрю на кассира, а тот пристально смотрит на меня, но видимо я был слишком занят выполнением просьбы. Сделав заказ, я почувствовал, что Димон опять теребит меня за руку.

– Я в туалет, ты со мной? – предложил он, когда я повернулся к нему.

И мне вдруг так сильно захотелось в туалет, я вспомнил, что вчера перед сном выпил банку энергетика и несколько кружек чая, но в туалет так и не ходил. Поэтому быстро согласился и мы куда-то пошли, а быть может и нет, но в туалете было прекрасно. С потолка тихонько играл какой-то джаз, а в воздухе пахло освежителем. Стены, пол и писсуары были такими чистыми, что казались сказочными, разве что не переливались блеском, когда на них смотришь. Мы дружно повернулись к стене, и я начал быстро расстегивать джинсы, как это обычно бывает, когда ты внезапно понимаешь, как же сильно тебе хочется в туалет.

Наконец, я начал чувствовать облегчение и даже прикрыл глаза от удовольствия, но Дима опять взял меня под руку, и я почувствовал, что что-то идет не по плану. Сначала мне показалось, что я промазал мимо писсуара, поэтому звук такой странный, потом показалось, что я не снял штаны, я посмотрел вниз и убедился, что все в порядке. Но ощущение не покидало меня! Ногам становилось тепло, и я почувствовал, как Димон начал трясти меня за руку. Брызги полетели во все стороны, но прервать столь благодатный процесс я был не в силах. И тут случилось невозможное, меня выбросило из сна, словно катапультой в самолете. Я лежал в огромной луже, мои трусы, одеяло и даже матрац были мокрыми.

– Твою мать! – закричал я, понимая, что именно произошло. – Твою… Двадцать лет я такого не делал, да что же это такое!

Я вскочил с кровати и побежал в туалет, судорожно соображая, а что, собственно, делать-то? Голова гудела, я проспал час, быть может два и этого было явно недостаточно. Снотворное продолжало работать и меня рубило прямо на ходу, глаза слипались, а мозг отказывался логично мыслить.

Скинув мокрые трусы, я зачем-то взял половую тряпку и вернулся обратно. Включив свет, я оценил масштабы трагедии – кровать была убита. Стянув пододеяльник и простыню, я отправил их в стиральную машину, подумав немного, следом отправил и само одеяло. Запустил стирку и вернулся к матрасу. Вытирать его тряпкой не было никакого смысла, поэтому я промокнул его как смог бумажными полотенцами и оставил сохнуть.

Можно было перебраться на диван и там уснуть до утра, но у меня не было второго одеяла, пришлось укрыться пододеяльником, в который я кое-как заправил плед. Сходив на всякий случай в туалет и убедившись, что организм больше не собирается играть в моряка, я лег на диван.

В отличии от кровати, диван был жестче, а простыня скользила по нему как хотела, однако лежать было удобней. Через несколько минут я глубоко уснул, даже не заметив этого. Быть может, это мой мочевой пузырь не давал мне покоя и всячески намекал на то, что спать еще рано? А быть может, снотворное так подло подействовало на меня, что я уснул как ребенок, в прямом и самом неприятном смысле этого слова. Сейчас главное было не терять времени, нужно было хоть немного выспаться перед экзаменом, который я вот-вот собирался завалить.

Глава 2

В просторном кабинете играла легкая музыка, может это было какое-то радио, а может и чья-то подборка любимых песен. Звук был очень тихий и доносился откуда-то из угла. Был поздний вечер и большинство сотрудников разбрелось по домам, только два человека продолжали сидеть на работе, явно недовольные своей участью.

Один из них складывал из бумаги самолетик и периодически запускал его в монитор, проверяя, как тот держится в воздухе. Второй листал какой-то бесконечный сайт, который проплывал по экрану вверх, иногда он вчитывался в текст, но чаще просто рассматривал картинки.

– Что у нас с нагрузкой? – громогласно произнес вошедший, он был явно старше обоих.

– Нормально все с нагрузкой, Гип, можете не волноваться. – лениво промолвил Фантас, запуская самолетик в очередной короткий полет.

– Я надеюсь, как в тот раз не будет? Икел, ты чем там занят? – обратился он ко второму. – Опять голых теток рассматриваешь?

– Если бы… Тут просто документацию скинули на новую систему, думаю надо оно нам или нет.

– Документация – это полезно, это ты молодец. А что за система? И где этот ваш – третий который?

– Морф? Он ушел за кофе и пиццей. – ответил Икел, откинувшись на спинку кресла и заложив руки за голову, отчего чуть было не кувыркнулся на спину вместе с креслом.

– Пиццей? Вы что, больше не доверяете курьерам или он проиграл в карты? А кто будет проводить обновление? – Гипнос явно был недоволен разгильдяйством, это было видно по тому, как желваки заиграли на его лице.

– Да он успеет вернуться, все нормально будет, не переживайте, Гип. – кинул Фантас, разглядывая геометрию крыла и обдумывая, чтобы еще изменить в конструкции.

– Вот когда обновление пройдет, тогда я перестану переживать. Через час чтобы все были тут как штык! – сказав это, он забрал бумажный самолетик и, смяв, выкинул его в урну. – И прекратите превращать нашу организацию во что попало своей безалаберностью. Три последних обновления прошли через пень колоду! Вы специалисты или кто? Собрались через час, сели, все обсудили и через два часа обновили. Если опять что-то пойдет не так, звоните мне напрямую.

– Хорошо, Гип, как скажете, через час соберемся и все обсудим. – ответил Фантас, обдумывая очередную модель самолетика и ожидая, когда шеф отправится домой.

Гипнос еще раз грозно взглянул на свою авральную команду, было бы хорошо посидеть тут, проконтролировать процесс обновления, но с другой стороны – что он мог сделать? Они явно знали больше него и лучше разбирались в технике, он же умел командовать и решать проблемы с поставками.

Посмотрев на плащ, что был перекинут через руку, он вспомнил, что собирался домой и пошел к выходу. Сегодня его ждал праздничный ужин, он не мог пропустить годовщину свадьбы, Пасифея ему этого не простит. Спустившись, он легко нашел свой автомобиль, в столь поздний час на парковке осталось всего несколько машин.

Со стороны ворот бодро шагал Морфей, в одной руке он нес несколько коробок с пиццей, а в другой держал упаковку каких-то алюминевых банок. Гипнос бросил плащ и дипломат в машину и, хлопнув дверью, пошел на встречу Морфею.

– Молодой человек, простите, а что это у вас в руке?

– Добрый вечер, Шеф! Это пицца! – Морфей явно валял дурака, понимая, о чем его спрашивают.

– Я говорю о другой руке! Что это? Алкоголь? – Гипнос не собирался так просто сдаваться и шел прямиком на него.

– Это? – Морфей поднял упаковку повыше. – Нет, это энергетик, чтобы не уснуть… – поняв, что сморозил глупость, он срочно добавил, – но это так, на всякий случай…

– Давайте обойдемся без этих ваших “всяких случаев”, хорошо? Зачем вам энергетик, если обновление начинается через два часа и продлится максимум час, по крайней мере вы мне так обещали?

– Да, но это же в планах, понимаете, мы же не Пифия. – шутка вышла опять глупой, но, к сожалению, она уже была сказана.

– Если вы опять облажаетесь, я вам такую Пифию завтра устрою! Мне не нравится ваш настрой, давайте как-то ответственней… К своей работе как-то… В общем, чтобы в этот раз все прошло как по маслу! Все, я на телефоне. – не говоря больше ни слова, Гипнос развернулся и отправился обратно к машине.

– Как по маслу… Ответственней… Можно подумать мы каждый раз специально это делаем… – бубнил себе под нос Морфей, топая ко входу в здание.

– Я все слышу! – раздался громогласный голос Гипноса с другого конца парковки.

Морфей ввалился в кабинет и, поставив коробки с пиццей на большой круглый стол, громко произнес:

– Пицца! Кто хочет, конечно… Я еще энергетик взял, но Гипнос сказал, чтобы в этот раз обошлись без него. – произнося это он не смог сдержать смеха под конец фразы.

Все дружно подхватили и громко рассмеялись, вспоминая как проходило обновление в прошлый раз и как Морфей нечаянно разлил энергетик на клавиатуру, от чего не смог набрать пароль и пришлось менять клавиатуру и перегружать его компьютер, а сервер тем временем стоял посредине обновления и ждал. Икелос подошел к коробкам и открыл верхнюю, запах сразу разлетелся по всему кабинету, вызывая выработку желудочного сока и повышенное слюноотделение.

– О! С трюфелем – клева… Я там такую штуку интересную вычитал… Короче, в следующее обновление можно добавить уплотнитель. Это снизит нагрузку на передачу почти в пять раз! Ну, точнее до пяти раз, но хуже точно не будет. Представляете, как мы разгрузим сеть? Можно будет на том же канале в пять раз больше серверов гонять!

– Икел, а давай мы сначала на полигоне это испытаем? – предложил Фантас, подходя к столу с пиццей. – А то мы как только что-то добавляем, так все рушится. Помнишь, ты предложил видео гнать не всегда в цвете? Мол, можно иногда передавать черно-белое и пользователи ничего не заметят.

– И что? Никто же ничего не заметил… Ну да, было несколько странных обращений в поддержку, но они же всегда чем-то недовольны, на то они и люди.

– В общем, нет, сначала полигон, потом, если все хорошо, выгрузим в общий. – Икел доел первый кусок и рассматривал пиццу, словно советовался со своим желудком на предмет еще одного треугольника.

– Фантас, ты тормоз прогресса! Нельзя так… Мы такими темпами пропустим все новинки разработки!

– Сам такой! Сначала проведем обновление, хоть раз без проблем, а там видно будет.

– А чего это ты вдруг командуешь? У нас есть Гипнос – пусть он решает. Я напишу заявку, приложу отчет об испытаниях и как он скажет, так и будет.

– Вот именно – отчет об испытаниях! О чем я тебе и толкую.

– Тихо-тихо, горячие финские парни. – вмешался Морфей. – Чего вы тут развели демагогию? Когда Гипнос добавит это в планы – тогда и будем делать. Подкрепляемся, осталось пятнадцать минут и рубим сервак.

Морфей тоже приложился к пицце, от чего в коробке остался последний кусочек, который сиротливо лежал посредине и ждал своей участи. Обновление сервера, как и положено, синхронизировали с часовыми поясами. Согласно статистике, самая низкая загруженность серверов была вечером, в это время большинство людей отправлялись отдыхать в бары или спешили с работы домой.

На сервере было всего несколько случайных пользователей, которых можно было легко перекинуть на сервер предыдущего часового пояса, не боясь, что они переполнят его емкость.

Кстати, емкость – это было самое главное, раньше, на заре развития технологий, сервера просто вмещали в себя столько пользователей, сколько могли обслужить. Из-за этого иногда создавались казусы, когда в начале работы запросы были простые – подключалось все больше и больше народу, но, когда запросы становились сложнее – сервер просто вставал колом, не способный обработать все и сразу. Это приводило к тому, что один человек мог запросто получить данные другого или вовсе провалиться в его сессию.